Кристофер Сташефф. Чародей поневоле
страница №10
...набирала воздух,чтобы заговорить, мотая головой во все более твердом отрицании.
- Нет, не я, - наконец сумела выдавить она из себя. - Не это, нет!
Никогда не тиран!
- Всегда тиран, - мягко поправил Род. - С самого рождения. Всегда
тиран. Для тех, кто тебя окружает, хотя тебе никогда такое даже в голову
придти не могло до сего дня.
Он отвернулся, сцепив руки за спиной.
- Но теперь ты знаешь, и так же знаешь, что тебе некого винить в
начавшемся мятеже, кроме самой себя. Все время ты их толкала и толкала,
все сильнее и сильнее, своих вельмож - для блага народа, по твоим словам,
- он оглянулся через плечо. - Но разве он так же не дает тебе возможность
увидеть тех, которые смеют сказать тебе "нет"? Увидеть тех, кто является
мужчиной?
Ее лицо исказило презрение.
- Мужчины! - это слово прозвучало словно неприличное ругательство. -
В Грамарие нет больше никаких мужчин, только мальчики, довольные своей
участью игрушек женщины!
Род криво улыбнулся.
- О, еще есть мужчины. Мужчины на юге, мужчины в Доме Хлодвига - или,
по крайней мере, один там есть. Мужчины, моя королева, но мужчины
благородные, любящие свою королеву и ненавидящие наносить ей удар.
Ее веки опустились, презрение, играющее на ее лице, медленно перешло
в улыбку.
- Ты сейчас лишь подтвердил то, что я только что говорила, в Грамарие
мужчин нет!
- Они есть, - спокойно ответил Род. - Они идут в поход на север,
чтобы доказать это.
Она уставилась на него, затем медленно осела в кресле.
- Ну, так они идут в поход на север, а я встречу их на Бренденской
равнине. И все же среди них нет ни одного, которого я бы назвала мужчиной.
Они скоты, все до одного.
- О, ты ответишь, - Род отпустил ей притворную улыбку. - И что же ты
будешь использовать против них в качестве армии? И кто ею будет
командовать?
- Командовать буду я! - надменно ответила королева. - Я и Бром
О'Берин. И будет там пятьсот гвардейцев королевы и семьсот воинов
королевы, а также трижды двунадесять рыцарей из моих владений.
- Шестьдесят рыцарей! - Род напряг свои губы, не давая им растянуться
по углам. - Этого не хватит даже для того, чтобы поразвлечь южных рыцарей
одной полной атакой. Шестьдесят рыцарей из скольких сотен в твоем
королевстве? А все остальные сейчас выступили против тебя! Кроме них еще и
двенадцать тысяч пехотинцев против твоих двенадцати сотен!
Ее руки в спазме сжали подлокотники кресла, чтобы скрыть дрожь, страх
лишил ее лицо цвета.
- Мы победим во имя чести Плантагенетов и Грамария, или погибнем
благородно!
- Я пока еще, - натянуто заметил Род. - никогда не видывал
благородной смерти в битве. Там они все попросту малость беспорядочные.
- Тихо! - оборвала его Катарина, затем она закрыла глаза и опустила
голову, костяшки пальцев, лежащих на подлокотниках кресла, побледнели.
Королева поднялась, снова гордая и спокойная, и Род не мог не
восхититься на миг ее мужеством.
Она села за стол, придвинула к себе пергамент и перо, с минуту
почиркала, затем сложила пергамент и протянула его Роду.
- Отнесите это моему дяде, герцогу Логайру, - велела она. - Это
приказ, чтобы он появился здесь, передо мною, и охранная грамота, ибо я
думаю, что скоро мне понадобятся рядом со мной все верные мне люди.
Род взял пергамент и медленно скомкал его в кулаке. Не сводя глаз с
Катарины, он швырнул в огонь пылающего камина скомканные листы.
- Ты напишешь письмо герцогу и я отнесу его, - произнес он
антарктическим голосом. - Но в нем ты будешь просить его оказать тебе
любезность аудиенцией.
Ее спина резко выпрямилась, а подбородок задрался кверху. Род
поспешно утеплил голос, улыбнувшись:
- Бросьте, бросьте, не надо, моя королева! Вы уже имеете свою
свободу, неужто вы не можете немного потратиться на нее вежливостью?
Глаза его потемнели, а улыбка растаяла.
- Или вы останетесь охвачены грехом гордыни и позволите своей свободе
стать разрешением? - он подошел поближе, возвышаясь над ней. - Народ будет
расплачиваться за вашу гордость, моя королева? Или вы?
С миг она прожигала его ответным взглядом, но что-то внутри нее томно
требовало внимания. Она опустила взгляд и с минуту сидела тихо, затем
снова повернулась к столу и написала.
Затем она сложила письмо, запечатала и протянула Роду. Он взял его,
поклонился немного ниже, чем требовал этикет, щелкнул каблуками и
повернулся к двери.
Он уловил уголком глаза быстрое движение по плинтусу. Повернулся и
увидел мышь, шмыгнувшую под гобелен, где она и осталась замерев.
Челюсти Рода сжались. Двумя большими шагами он пересек комнату и
поднял гобелен.
Мышка посмотрела на него своими очень широкими, очень зелеными и
разумными глазами.
- Я не ценю подслушивателей, - холодно произнес Род.
Мышка вздрогнула, но ответила вызывающим взглядом.
Род нахмурился от неожиданной мысли, затем строгое выражение его лица
растаяло. Он мягко поднял мышку на уровень глаз с нежностью, которая
отличнейшим образом отрицала любой достойный образ, который он мог
создать.
Он медленно покачал головой.
- Ну, не думала же ты, что мне и здесь может понадобиться помощь, в
конце концов, а?
Мышка опустила голову, ее усики чуть дернулись.
- Воистину, - прошептала Катарина, - по-моему, этот человек одержим.
- Ваше Величество, - произнес Бром задумчивым тоном и с блеском в
глазах, - может, говорит куда истинней, чем думает.
Подъемный мост гулко отозвался под широким шагом Рода. Он легко
сбежал вниз по склону, прочь от замка, и нырнул в рощицу канадских елей.
- Векс, - тихо позвал он.
- Я здесь, Род, - через несколько секунд большой черный конь вышел
из-за деревьев.
Род улыбнулся и любовно хлопнул своего коня по металлическому боку.
- Откуда ты, черт возьми, узнал, что я приду сюда?
- Все очень просто, Род. Анализ матриц твоего поведения вкупе с тем
фактом, что эта роща находится как раз ближе всего к...
- Давай-ка, замнем это, - проворчал Род. - Скажи мне лучше, Большой
Том отвел Логайра в Дом Хлодвига?
- Подтверждаю, Род.
Тот кивнул.
- При данных обстоятельствах это, вероятно, самое безопасное место
для герцога. Да уж, какое падение для высокопоставленного вельможи.
Он вскочил в седло, затем пошарил в камзоле и достал мышку. Она
озабоченно посмотрела на него.
- Ну, - вздохнул он, - кажется, что бы я не сказала тебе сделать, все
без разницы: ты ведь все равно поступишь по-своему и сделаешь только то,
что хочешь сама.
Мышка опустила глаза, пытаясь выглядеть виноватой и пристыженной, но
ее усики затрещали от восторга.
Она потерлась щекой о кожу его ладони.
- От меня ласками ты ничего не добьешься, - проворчал Род. - А теперь
слушай. Сейчас ты отправишься в Дом Хлодвига, именно туда я и направлюсь.
Это приказ.
Мышка глянула на него своими большими невинными глазами.
- И это тот приказ, относительно которого я могу быть уверен, что ты
подчинишься, - продолжал Род. - Поскольку ты все равно собираешься это
сделать. Но слушай!
В его голосе затаилась нота беспокойства.
- Будь осторожна, а? - он поднял руку и очень мягко поцеловал мышку в
Мышка подпрыгнула, завертелась от радости, весело отплясывая у него
на руке. Танцуя, она поднялась на задние лапки, ее передние лапки
вытянулись и расширились в крылья. Хвост распустился веером, на теле
выросли перья, нос потерял свою четкость и стал клювом, и в следующий миг
на ладони Рода плясала синица.
У него перехватило дыхание.
- Э-э... да, - произнес он после некоторой паузы. - Просто это
немного трудно воспринимать, когда первый раз видишь, как это происходит.
Птичка спрыгнула с его ладони, облетела несколько раз вокруг его
головы, попарила над ним, а затем стрелой унеслась в небо.
Род посмотрел вслед синице и пробормотал:
- Ты думаешь, на этот раз она сделает то, что я ей сказал, Векс?
- Сделает, - в голосе робота были странные интонации.
Род искоса посмотрел на большую черную голову.
- А я-то думал, что роботы не могут смеяться.
- Это неверное представление, - ответил Векс.
- Пшел, - Род стукнул каблуками по стальным бокам своего спутника.
Векс заскакал своей длинной стальной рысцой.
- Что я могу поделать? - проворчал Род.
- С этой леди, - уточнил робот, - ничего. Но не жалей об этом, Род.
Это великолепная политика. Ее использовали многие короли.
- Да, - задумчиво произнес Род, - и в конце концов важно, чтобы она
подчинялась, не так ли?
Векс бесшумно прогалопировал на надутых резиновых подушках в
освещенный луной двор и внезапно остановился. Род стукнулся грудью о шею
коня.
- Уфф! - он хлопнулся обратно в седло. - Оййй! Мой копчик! Слушай,
Векс, ты в следующий раз предупреждай меня, прежде чем выкидывать подобный
фокус, а? Для тебя инерция, может быть, мелкая неприятность, но для меня
она разит прямо в то, чем я жив.
- Это куда же, Род?
- Неважно, - пробормотал, спешиваясь, Род. - Достаточно будет
сказать, что я только что понял, почему кавалерия, иногда, пользовалась
расколотыми
Он пересек двор, взглянув по дороге на луну. Она висела низко,
рассвет был близок.
Он постучал в дверь. Изнутри донесся приближающийся шорох, затем
дверь открылась. Перед ним стояла кривобокая, согнутая фигура
Пересмешника.
- Да, милорд? - произнес он с кривой усмешкой.
Не следовало давать ему понять, что Роду известно о его закулисной
власти, поэтому Род шагнул в дверь, едва заметив присутствие этого
человечишки.
- Отведи меня к лорду Логайру, малый.
- Истинно так, милорд.
Пересмешник прошмыгнул мимо Рода и открыл внутреннюю дверь. Род
прошел через нее, стаскивая железные рукавицы... и шагнул в середину
полукруга нищих воров, стоящих в три ряда глубиной с дубинами и ножами.
Они ухмылялись, глаза их были голодными, то тут, то там кто-нибудь из
них облизывал губы.
Их лица были покрыты грязью и шрамами, увечьями и гнойными болячками,
одежда их была дырявой, латанной, рваной, но ножи были примечательно
хорошими.
Род сунул рукавицы за пояс, напрягши руки в стойке каратэ, и
повернулся к Пересмешнику. Этого героя теперь окружали пять-шесть лучших
образчиков подонков этого общества.
- Я пришел сюда как друг, - лицо Рода было неподвижным.
- Вот как? - усмехнулся Пересмешник, обнажая свои кровоточащие десны,
и захихикал.
Вдруг его глаза вспыхнули ненавистью.
- Объяви себя, лордишка!
Род нахмурился.
- Как объявить себя?
- За знать, за корону или за Дом Хлодвига?
- Кончай свою трепотню! - огрызнулся Род. - Я всегда очень плохо
перевариваю чушь и начинаю чувствовать, что твоей уже сыт по горло. Веди
меня к Логайру, немедленно!
- О да, милорд, обязательно отведем. Да, милорд, тотчас же, милорд,
мигом.
Он потер руки, заливаясь сдавленным смехом от веселья. Затем его
взгляд метнулся через плечо Рода, и он кивнул.
Род начал было оборачиваться, но в этот момент что-то взорвалось у
него на затылке. Вокруг него завертелись звезды, а затем - чернота...
Медленно Род стал сознавать розовый свет, боль и тысячу контрабасов,
вразнобой играющих в его голове.
Еще медленней он стал осознавать что-то холодное и мокрое на своей
щеке. "Розовый свет, - догадался он, - это солнечный свет, просачивающийся
сквозь его закрытые веки."
Боль втянулась и сосредоточилась в голове.
Он вздрогнул, затем героическим усилием сумел открыть глаза и снова
вздрогнул. Все было нечетким, не в фокусе, солнечный свет и цветные пятна.
Влага под его щекой оказалась мхом, а холод под ней - камнем.
Он с силой оттолкнулся руками, влажная поверхность откачнулась,
оставив его закачавшимся, тяжело опирающимся на руки, с тошнотой в
желудке.
Он мотнул головой, вздрогнул от боли, несколько раз моргнул. Его веки
пробежались по слезящимся глазам, но постепенно зрение его прояснилось.
Наконец, он заставил глаза сфокусироваться на... на лице Туана Логайра.
Туан сидел спиной к острому черному камню. В камне была огромная
железная скоба, а от нее тянулись цепи к кандалам на запястьях Туана. Он
сидел на куче грязной заплесневелой соломы, в водянистом свете слабого
луча солнца.
Туан улыбнулся иронично, улыбка была столь тяжелой, как и ржавые цепи
на его теле, и поднял руку в приветствии, зазвенев цепью.
- Добро пожаловать в гости.
Род отвел взгляд от него и осмотрелся вокруг. Старый герцог сидел у
другой стены, прикованный рядом со своим сыном.
- Холодное гостеприимство, Род Гэллоуглас, - проворчал старый лорд с
тяжелым от мрачных дум лицом. - Едва ли в самое безопасное место привел
меня твой слуга.
Измена! Роду следовало бы знать, что Большому Тому лучше не доверять.
- Большой Том, ты...
- Здесь, мастер.
Род повернулся. Большой Том сидел у противоположной стены,
прикованный, как и все остальные.
Том печально улыбнулся, бросив на своего хозяина укоризненный и
пытливый взгляд.
- Я думал, что ты сможешь освободить нас, мастер. И все же ты здесь,
скованный среди нас.
Род нахмурился и взглянул на свое запястье. Его окружала ржавая
толстая полоса железа. У нее имелись копии на лодыжках и другом запястье.
Он посмотрел на Большого Тома, улыбнулся и подтянул руку, тряхнув
цепью.
- Ты когда-нибудь слышал сказку о том, что каменная стена не создает
еще тюрьмы?
- Тот, кто сказал такие слова, был дурак, - изрек Том злобно из
темноты.
Род поднял глаза к установленному высоко в стене маленькому
зарешеченному окну. Оно было единственным источником света в
помещении-камере примерно трех метров шириной и пяти длиной, с
трехметровым потолком, сплошь заросшим мхом. Стены были каменными и
грязными, а пол был покрыт заплесневелой соломой.
Единственным украшением помещения был скелет, удерживаемый от распада
мумифицированными связками, прикованный к стене подобно им самим.
Род осторожно посмотрел на молчаливого партнера.
- Не такие уж они рачительные домохозяева, верно? Могли бы по крайней
мере уволочь кости в нижние пределы.
Он повернулся к окну.
- Векс, - прошептал он достаточно тихо, чтобы другие не могли
разобрать его слов. - Векс, ты где?
- В самой грязной и разваленной конюшне, какую я когда-либо видел, -
ответил робот. - Вместе с пятью клячами самого печального вида за
пределами клеевого завода. Я думаю, мы предположительно являемся всей
кавалерией Дома Хлодвига, Род.
Род тихо засмеялся.
- А не бегает ли поблизости какая-нибудь мышка с большими зелеными
глазами, Векс?
- Нет, Род, не бегает, но на моей голове сидит синица.
Род усмехнулся.
- Спроси у нее, не имеет ли она какой-нибудь власти над холодным
железом.
- Как мне говорить с ней, Род?
- Вещай на частоте волны человеческой мысли, конечно. Она же
телепатка, идиот ты ученый?
- Род, я категорически протестую против оскорбительных инсинуаций
против моих способностей в области, по которой я не запрограммирован.
- Ладно-ладно, я сожалею, раскаиваюсь! Ты гений, чудо, Эйнштейн, Урт!
Только спроси ее, идет?
Возникла пауза, затем Род услышал малоразборчивую серию чириканий на
заднем плане.
- Что это за чириканье, Векс?
- Гвендайлон, Род. Она значительно отреагировала на новый опыт
телепатии с конем.
- Ты хочешь сказать, что она чуть не свалилась со своего насеста. Но
она сказала что-нибудь?
- Конечно, Род. Она говорит, что теперь она не сомневается в том, что
ты чародей.
Род застонал и закатил глаза к потолку.
- Слушай, Векс, верни ее к делу, а? Может, она сумеет вытащить нас из
этих цепей и срежет решетки на нашем окне?
Возникла еще одна пауза, затем Векс ответил:
- Она говорит, что не имеет никакой власти над холодным железом, Род,
как и любые из известных ей ведьм, колдунов и эльфов. Она предлагает
кузена, но боится, что это непрактично...
- Бытие, исход, левит... ну, скажи ей, что я рад, что она потеряла
чувство юмора. И спроси ее, как, черт возьми, она собирается вытаскивать
нас из этой дыры!
- Она говорит, что незачем употреблять сильные выражения, Род.
- Не нужно было передавать мои слова буквально, шмелиный мозг!
- Но она думает, что князь эльфов может освободить вас. Она думает,
что он придет, но он находится на некотором отдалении, так что это может
занять некоторое время.
- Я думал, она говорила, что эльфы не способны управиться с холодным
железом!
Возникла новая пауза, затем Векс сказал:
- Она говорит, что князь эльфов не совсем эльф, Род, будучи только
наполовину старой крови.
- Только наполовину... минуточку! - нахмурился Род. - Ты хочешь
сказать, что он - гибрид между эльфом и смертным?
- Именно так, Род.
Род попытался представить себе, как полумертвый эльф и среднего роста
смертная могли бы заиметь ребенка, и в его мозгу началась карусель.
- Она сейчас отбывает, Род, вызовет его и вернется как можно быстрей,
но это займет какое-то время. Она просит тебя быть твердым духом.
- Если мое сердце будет сколь-нибудь твердым, оно станет положительно
каменным! Передай ей, что я ее... Нет, просто, что я ей благодарен, Векс.
Он, казалось, услышал слабый вздох за ухом, и робот ответил ему с
оттенком смирения.
- Скажу, Род.
- Спасибо, Векс, оставайся живым.
Род вернулся обратно к реальности. Логайры сидели, прижавшись к
стене, странно глядя на него.
- Он разговаривает с разреженным воздухом, - прошептал Туан. - И
воздух ему отвечает. Воистину, этот человек одержим!
- Кажется, я уже слышал это прежде, - проворчал Род. - И воздух здесь
какой угодно, только не разреженный.
- И все же, - пробормотал старый Логайр, - то поступок обезумевшего!
Большой Том громыхнул смехом.
- Отнюдь, милорды. Этот человек разговаривает с духами.
Род невесело улыбнулся.
- С чего это ты вдруг так развеселился, Том?
Великан потянулся, зазвенев цепями.
- На миг я подумал, что они побили тебя, мастер, теперь я знаю, что
то была глупая мысль.
- Не будь столь уверен, Том. Чары холодного железа разбить
тяжеловато.
- Нет, мастер, - веки Тома лениво опустились. - Ты найдешь к нему
подход, гарантирую.
Он сплел руки на животе и откинулся головой к стене.
Род улыбнулся, когда Том принялся храпеть. Он посмотрел на Логайров и
дернул головой в сторону Тома.
- Вот вам образец уверенности. Пока я улаживаю дела, он пользуется
случаем вздремнуть.
- Давай надеяться, что сия вера обоснована, - сказал Туан и с
сомнением посмотрел на Рода.
- Давай, - мрачно откликнулся Род.
Он кивнул герцогу.
- Возобновили знакомство?
Логайр улыбнулся.
- Я рад снова видеть сына, хотя и не возражал бы против более
открытого приема.
Туан нахмурился, глядя на руки.
- Печальные новости он принес мне, Род Гэллоуглас, крайне печальные и
грустные.
Он посмотрел на Рода с ярким гневом на лице.
- Я знал, что мой брат всегда был полон ненависти и честолюбия, но я
не думал, что он опустится до измены.
- А, не будь слишком крут с бедным парнем, - Род привалился спиной к
стене, устало закрыв глаза. - Его зачаровал Дюрер. А если его магия так
близко подошла к тому, чтобы подействовать на твоего отца, то как она не
могла подействовать на сына?
- Да, - сумрачно согласился Туан. - Я сам оказался добычей
Пересмешника.
- Вот как? - открыл глаза Род. - Ты понял это, не так ли?
- О, да - это отпетый злодей. Он будет кланяться тебе самым униженным
образом, покуда его прихвостни разрезают твой кошель - и так вот он и
служил мне!
Род поджал губы.
- Он-то и подал тебе мысль организовать нищих?
- Да, - тяжело кивнул Туан. - Сперва я думал только облегчить их
голод и холод, но его слова в моих ушах заставили меня подумать об армии
для защиты королевы. А то, что я видел и слышал на юге, привело меня к
мысли, что такая армия вполне может понадобиться.
Старый герцог откашлялся.
- Прости меня, отец, - сказал Туан, склонив голову, - но я знал, что
даже ты не можешь их вечно удерживать. Но я не думал, - голос его
отвердел, - что измена может придти от Ансельма.
Род завертелся, чувствуя себя решительно неудобно.
- Ну, как я сказал, тебе не следует слишком сильно винить его. В
конце концов именно он-то и попытался удержать Дюрера от убийства отца, -
он подогнул под себя ноги и скрестил их. - Так, значит, когда Пересмешник
узнал, что юг взялся за оружие, он решил, что настало время утвердить свои
истинные притязания на власть и свергнутую королеву Катарину. Верно?
- Да, - губы Туана сжались, словно он впервые попробовал
неразбавленного вермута. - Тогда я выступил против него, говоря, что
пришло время защищать королеву. В ответ он назвал меня предателем и...
Он нахмурился, слова с большим трудом выходили из него.
- Один из нищих чуть было не убил меня. Но Пересмешник и слышать об
этом не желал. Нет, он бросил меня сюда, и теперь я должен гнить здесь без
еды и огня.
Он поднял смущенный взгляд на Рода.
- Что воистину крайне странно, Род Гэллоуглас. Как ты думаешь, не
хочет ли он убить меня лично, сам?
- Нет, - Род закрыл глаза, покачав головой. - Ему необходим кто-то на
место вице-короля, когда они скинут королеву Катарину.
- Нет, не короля, - задумчиво поправил Туан. - Он кричит, что у нас
больше никогда не будет королевской власти, будет только своего рода
вождь, выдвинутый из народа, волей народа.
- Своего рода вождь, - нахмурился Род. - И каким же именем он
называет этого вождя?
- Э-э... диктатором, - Туан пожевал щеку. - Крайне странный титул. Не
будет ни знати, ни короля, будет только Диктатор. Все это воистину крайне
странно.
Рот Рода сжался.
- Это все не так уж и странно как кажется. Но не хочешь ли ты тогда
сказать, что нищие думают, будто они способны взять замок?
- Нет, но им известно, что юг взялся за оружие, а Катарина ни за что
не станет ждать, пока мятежники ей навяжут битву.
- О, - Род пережевал это сообщение. - Ты имеешь в виду, что
Пересмешник весьма уверен, что она выступит на юг, чтобы встретить их?
- Вне всяких сомнений. А Пересмешник выступит на юг позади нее.
Род кивнул.
- Так что, когда армии сойдутся в битве, нищие просто атакуют
королевскую армию с тыла.
- Их вечный обычай, - прогромыхал старик Логайр.
Туан кивнул, соглашаясь.
- А оказавшееся между двух огней ее войско едва ли сможет
продержаться даже полчаса.
- А что Пересмешник предполагает предпринять относительно советников
и знати после того, как битва будет окончена? Дюрер-то намерен возвести на
престол твоего брата.
- Кажется так, - согласился Туан. - Но у Пересмешника есть ответ на
это и на всех вельмож.
- Вот как? - удивленно поднял бровь Род.
- Да. То трубка из металла, насаженная на приклад арбалета, ничего
более, но она выбрасывает свинцовый шарик, что способен пронзить насквозь
даже самые прочные доспехи.
- И он намерен вложить по одной из них в руки каждого солдата своей
армии?
- О, нет, - нахмурился Туан. - У него их только пять: одна для него
самого, и по одной на каждого из его приспешников и одна для четвертого
помощника, - Туан дернул головой в сторону прислонившейся к стене
гороподобной фигуры Большого Тома. - Но тот в последнее время впал в
немилость. Он заверяет, что пять трубок ответят на все силы знати и их
советников.
Но Род не слушал, он уставился на Тома.
- Большой Том? - он сглотнул. - Помощник?
- Да, - нахмурился Туан. - А разве ты не знал, что он из Дома
Хлодвига?
Том открыл один бдительный глаз и посмотрел на Рода.
Род отвел взгляд, прочистил горло и поджал губы.
- Ну, э-э... это объясняет некоторые вещи, - он переключил внимание
обратно на Тома. - Так, значит ты являешься частью Внутреннего круга?
Большой Том кисло улыбнулся и поднял скованную тяжелой цепью руку.
Цепь клацнула и зазвенела.
- Являлся, - сказал он.
- Он выступил против них, - прогромыхал Логайр. - Он выступил против
своих собратьев и этого, как вы там его зовете, Пересмешника. Он не
побоялся выступить против Пересмешника и трех его шакалов, когда те
приказали заточить меня вместе с сыном. "Нет!" - изрек Большой Том. - Я
должен забрать его с собой и доставить к моему мастеру, где он сможет
помочь вашим планам." "Планы изменились", - ответил Пересмешник, он и его
шакалы не желали даже слышать о моем освобождении, и тогда твой слуга
Большой Том сражался бок о бок со мною и сумел положить приличное число их
прихвостней!
Это последнее было сказано тоном удивленного уважения.
Том усмехнулся, и Род пораженный заметил, что в улыбке великана не
хватало одного зуба.
- Ты и сам буйный боец, - засмеялся Том. - Не думал я, что дворяне
способны так хорошо драться, не имея доспехов и меча.
Род вгляделся в темноту конца камеры и увидел, что глаз великана
заплыл и побагровел, а также был недавно затянувшийся порез поперек одной
распухшей щеки.
Род вгляделся в темноту концы камеры и увидел, что великан лежит,
откинувшись спиной к стене и улыбается одной половиной рта.
- Сколько голов ты успел раскроить, Том?
- Едва ли круглые двунадесять, - недовольно пробормотал Большой Том.
- У меня был только этот несгибаемый джентльмен для охраны тыла, а их было
слишком много для нас.
Род усмехнулся, гадая, знает ли старый Логайр, сколь крупного
комплимента его только что удостоили.
Он потянулся и зевнул.
- Ну, это весьма неплохо возвращает нас к настоящему. У кого-нибудь
здесь есть с собой покерная колода?
Оба Логайра озадаченно нахмурились, но в глазах Большого Тома
промелькнул огонек понимания.
Род кисло улыбнулся рослому крестьянину, и лицо Тома одеревенело. Он
ответил Роду пристальным взглядом.
- Да брось ты теперь, Большой Том! - резко сказал Род. - Твой секрет
теперь официально известен. Так что больше нет смысла играть в игры, не
так
Том сердито поглядел на него, затем постепенно его лицо снова ожило,
на нем появилось задумчивое глубокомысленное выражение.
Он прислонился спиной к стене, полузакрыв глаза.
- Да, тут ты прав, да и когда впрочем ты бываешь неправ?
С чувством внезапной слабости Род неожиданно начал сознавать, что
Большой Том видел в нем нечто большее, чем просто работодателя или фишку в
игре.
- Мой жребий ныне брошен с тобой, - сказал Том. - Будет ли он у меня
или нет, так с чего же мне лицемерить?
- Лицемерить? - вскинул бровь Род. - Весьма напыщенный язык для
простого крестьянина, Большой Том.
Том нетерпеливо отмахнулся.
- Кончай свои игры! Я снял маску, теперь окажи мне милость - сними и
ты свою.
Род замер.
Затем медленно улыбнулся.
- Ты быстрей, чем средний медведь, Большой Том. Ты давно понял?
Логайры удивленно уставились на них, совершенно сбитые с толку.
Большой Том издал короткий лай смеха.
- Да, с тех пор, мастер, как ты применил ко мне дзю-до.
- А, - поднял брови Род. - Значит, с самого начала. Так вот почему ты
добивался у меня места ординарца.
Том лениво улыбнулся.
- По приказу?
Том кивнул.
Род опустил взгляд, изучая цепь на запястье.
- Что ты, мастер?
- Чародей, - Род внутренне содрогнулся, но при данных обстоятельствах
это был наилучший ответ.
Большой Том сплюнул.
- Игры, мастер, игры! Ты же сам сказал кончать с ними! Ты не из
советников, иначе ты не стал бы похищать у них старого лорда Логайра, не
можешь принадлежать и Дому Хлодвига, иначе я давно бы знал. Кто же ты
тогда?
- Чародей, - повторил Род. - Новый игрок в матче, Большой Том, тот,
кто стоит точно за королевой. Он же - "Х", неизвестный фактор в уравнениях
советников и Дома Хлодвига, оказавшийся здесь по чистой случайности и
совпадению.
- Черта с два! - снова плюнул Большой Том. - Я не очень-то верю в
случайности, мастер. Я знал, что ты поддерживаешь королеву. Можно мне
поинтересоваться относительно того, кто стоит за тобой?
- Странная манера разговаривать, - проворчал Логайр, сердясь, - для
пехотинца со своим господином.
- Очень странного пехотинца, милорд, - заметил Род.
- И очень странного господина, - добавил Большой Том. - Кто стоит за
тобой, Род Гэллоуглас?
Род изучил великана, затем пожал плечами. Для Логайров это слово все
равно ничего не будет значить, а Том все равно был теперь на его стороне.
- ОБОНЯТ, - коротко ответил он.
Том уставился на него, затем почти шепотом произнес:
- Я думал, что они умерли все до последнего, - он сглотнул и закусил
губу. - Да, но ты-то жив. Может быть, ты и дух, но нет, ты живой, или та
же ведьма едва ли привязалась бы так к тебе. Я слышал, что вас разогнали
после того, как вы одержали победу, но нет, мне следовало бы знать. То
была тайна и, может быть тайна от всех, но ты живой.
- Победили? - нахмурился Род.
И получил в ответ нахмуренность даже от большего замешательства.
Затем лицо великана прояснилось. Он усмехнулся, откинулся спиной к стене и
заржал.
Логайры поочередно пялились то на него, то на Рода. Наконец, Род
развел руками и покачал головой. Они снова посмотрели на Тома, вытиравшего
глаза и все еще испускающего остаточные смешки.
- Хе-хе, теперь я понимаю, да теперь, и какой же я был дурак, что не
понял этого раньше. Какой твой год, мастер?
- Год? - нахмурился Род. - Тридцать второй миновал. А что?
- Нет-нет! - Большой Том нетерпеливо замотал головой. - Из какого ты
года?
Рот Рода сформировал беззвучное округлое "О", когда до него дошло.
- Это все-таки была машина времени!
Лицо Большого Тома замерло, когда он уразумел все, что значил ответ
Рода.
- И, - надавил Род, - есть еще одна, спрятанная в этом здании, нет
так ли?
- Хватит! - отрезал Большой Том, и глаза его сделались очень
холодными. - Ты и так уже знаешь слишком много, Род Гэллоуглас.
Страх собрался в животе Рода и пополз по спине, когда он увидел
зарождающееся в глазах Большого Тома ледяное аморальное убийство.
- Большой Том, - он прочистил горло и заговорил быстрым, просительным
монотонным голосом. - Большой Том, твои теперь повернули против тебя. Ты
не обязан больше хранить им верность, и все плохое, что они обещали
исправить я тоже могу исправить. Возвратись к ним, и они убьют тебя. Я -
нет, и тебе это хорошо известно.
Испепеляющий взгляд покинул глаза Тома, его огромное тело
расслабилось.
- Да, - проговорил он. - Ты опять прав, хотя и не в том смысле, что
ты думаешь. Они загнали меня в бутылку только на время, пока не будут
совершены великие деяния, но они снова вытащат меня, ибо я слишком
дорогостоящий человек, чтобы так легко выбросить. Но ты прав, они убьют
меня - через год, а может и через два года, а может и через пять лет,
когда моя служба закончится. А я все-таки желаю жить!
Род скептически поднял бровь.
- Они не сомневаются в твоей верности?
Большой Том глухо рассмеялся.
- А им и не нужно, мастер. Я не согласен только со средствами, а не с
целью. Я не согласен, и за это раньше или позже они убьют меня.
- Род, - произнес тихий голос, который мог слышать только он.
Род поднял руку.
- Погоди! Последние новости по Риальто!
- Род, прибыл князь эльфов. Он ведет к нашей камере отряд эльфов, - в
голосе робота звучал оттенок смеха.
- Ладно, что тут такого смешного? - пробурчал Род.
- Тебя ждет сюрприз.
К окну шмыгнули две горбатые, сутулые, белобородые фигуры. Род
- Векс, но это же гномы, а не эльфы.
- Гномы? Ах, да, эльфы, работающие по металлу. Чистая семантика, Род.
Но они все же способны иметь дело с железом.
Гномы вытащили молоток, и холодное зубило со слабым бронзовым
отливом, а затем отступили и вручили более рослой и более темной фигуре,
загородившей солнечный свет.
Логайры, прикованные под окном, выгнули шеи, стараясь увидеть, когда
прозвучал первый удар.
Большой Том нахмурился.
- В той фигуре за окном есть что-то щекочущее мне память. Ах, если бы
свет дал мне возможность увидеть его лицо!
Род нахмурился.
- Чего такого особенного в его лице? Вероятно, очень безобразное.
Том осклабился.
- То было бы великолепной повестью для рассказа моим детям, если я
проживу достаточно долго, дорогой мастер, чтобы зачать их. Еще не один
смертный не имел честь смотреть на лицо королевского дома эльфов, хотя,
говорят, они древние до невероятности. Они... у... а... хрррр!
Голова Тома упала вперед, и он захрапел.
Ему ответили два других храпа. Повернувшись, Род увидел, что оба
Логайра блаженно спали, уткнувшись подбородками в грудь.
Род уставился на них в недоумении.
Металлический прут упал из окна и подскочил на полу. Концы его были
перерублены.
Род присвистнул. Этот князь эльфов, может быть, и древний, но он
определенно не был ослабевшим - какое там, если он все еще мог перерубить
железо дюймовой толщины, используя всего лишь зубило холодной закалки и
киянкой.
Упал третий прут. Раздался царапающий звук, и приземистая широкая
фигура пролезла через окно и спрыгнула на пол.
Род обалдело уставился на нее, зажмурил глаза и замотал головой.
Затем снова посмотрел и понял, почему Том и Логайры внезапно резко
задремали.
Он сглотнул, поборолся за самообладание и улыбнулся.
- Рад встрече, Бром О'Берин.
- К твоим услугам, - карлик поклонился, ехидно улыбнувшись. - У меня
для тебя должок - удар по голове за то, как ты разговаривал с королевой.
Удар по голове или большая благодарность, не знаю, что именно.
Он повернулся и тихо позвал на странном певучем языке. Холодное
долото описало в воздухе дугу и упало к его ногам. Он протянул руку и
поймал влетевший молоток.
- Ну, а теперь, - он встал на колени и прижал к полу предплечье Рода,
- не шевелись, или у тебя в кости будет небольшое ущелье.
Он приложил долото к первому звену цепи и слегка стукнул молотком.
Звено отвалилось, перерубленное. Бром хмыкнул и переместился к другому
боку Рода.
- Ты будешь носить браслеты, когда я кончу, - проворчал он, - но
никаких цепей. Кандалам придется подождать, пока мы не окажемся в замковой
кузнице.
- Э-э... я вижу, у тебя тут весьма твердая бронза, - рискнул заметить
Род, следя как долото рассекает железо.
- Действительно, самая твердая, - согласился Бром, атакуя цепи на
лодыжках. - Старый рецепт, давно известный моему роду.
- Твоему... э-э... роду?
- Да, - Бром поднял взгляд. - Эльфы были, между прочим, даже в
Атлантиде, Род Гэллоуглас. Разве ты этого не знал?
Род не знал, но считал, что сейчас не время упоминать об этом. Он
встал, освобожденный, по крайней мере, от цепей, и следил, как Бром
перерубает концы других цепей. Сюрприз с Князем Эльфов многое объяснял в
Броме, например, его размеры и сложение.
- Никогда бы не предположил, что в тебе течет королевская кровь,
Бром.
- Хм? - Бром оглянулся через плечо. - Я бы подумал, что ты
догадаешься об этом сам. Почему же я назван именно так, как зовусь?
Он вернулся к своей работе. Род нахмурился. Имя? Какое оно имело
отношение к чему бы то ни было? Бром О'Берин? Как не старался Род, он
никак не мог увидеть связи.
- Вот последний, - произнес Бром, перерубая ножные кандалы Большого
Тома. - Теперь ты должен одолжить мне в помощь свое плечо, мастер
Гэллоуглас.
Он прыгнул обратно через окно. Род просунул плечо под брюхо Тома и,
качаясь сумел кое-как дотащить его до окна, когда оттуда вылетела веревка.
Род завязал ее подмышками Большого Тома, выбросил свободный конец за
окно и крикнул:
- Майна!
Он услышал клацанье и голос Брома и вновь подивился мускулам карлика,
когда Большой Том рывками поднялся вверх по стене, все еще отчетливо
похрапывая.
Из-за пивного брюха и мускулов, а также из-за минимальных размеров
окна Большой Том пролезал наружу довольно туго.
- Почему бы тебе не разбудить его и не дать ему вылезти самому? -
крякнул Род, толкая Тома в обширный тыл.
- Я не желаю, чтобы мое положение было известно среди смертных, -
донесся приглушенный ответ карлика.
Теперь окно обрамляло только объемистый зад и толстые голени Тома.
Род поглядел на первый, взвешивая достоинства хорошо приложенного пинка, и
решил, что не стоит.
- Так почему же ты позволил мне остаться бодрствующим?
- Один из вас должен был помочь мне управиться с остальными, -
ответил Бром, но у Рода сложилось впечатление, что это далеко не вся
правда.
Он, однако, оставил вопросы до тех пор, пока все его сокамерники не
будут сложены на земле под окном. Плечи Туана оказались даже большим
препятствием, чем брюхо Большого Тома, им пришлось поднять его спиной
вверх, просунуть руки вперед головы, в то время как Род мельком подумал о
предках этого косолапого.
Затем Бром вытянул Рода, бормоча что-то о том, что рыба нынче
измельчала. Род прорычал ответный комплимент, когда встал на ноги, затем
согнулся пополам, поместив голову на уровень Брома.
- А это еще для чего? - не понял Бром.
- Для порки, - ответил Род. - У тебя до меня, кажется, был должок в
удар по голове, помнишь?
Карлик засмеялся и хлопнул его по плечу.
- Нет, малыш, ты сделал только то, что мне следовало сделать самому
много лет назад, только вот все духу не хватало. Но теперь идем, нам надо
побыстрее убираться отсюда.
Бром подхватил Туана посередине. Гномы взяли его за плечи и ноги и
отнесли к разрушенному фонтану в центре двора.
Из камней материализовались новые гномы и подсунули плечи под
Большого Тома.
Род, дивясь, покачал головой и нагнулся перекинуть герцога Логайра
через плечо. Бром нащупал камень в основании фонтана и вытащил его, открыв
темную пасть маленького тоннеля.
- А разве не было бы намного легче сперва разбудить их? -
поинтересовался Род.
Бром уставился на него, скандализированный, затем его лицо потемнело.
- Мы идем в страну эльфов, матер Гэллоуглас! И ни одни смертный не
имеет права путешествовать туда и помнить об этом что-либо!
- А я?
- Ну, верно, - признал Бром, возвращаясь к проблеме Туана. - Но,
впрочем, ты не такой уж и смертный, как некоторые. Ты - чародей! - ответил
ему Бром и исчез в норе.
Род начал было отвечать, но подумал, что лучше не стоит этого делать.
Он удовлетворился несколькими буркнутыми замечаниями о дискриминации и
докладе в комиссию по Правам Человека, когда волок в тоннель старого
Логайра.
- Векс, - прошептал он, глядя на конюшню, - мы в пути. Выбирайся из
этой дыры и жди меня в замке.
Наступило молчание, затем из конюшни раздался треск и звук
ломающегося дерева. Дверь распахнулась, и огромный черный конь рысцой
выскочил на утреннее солнце, высоко подняв голову с развивающейся гривой.
Из щелей окон трактира высунулись головы, когда из конюшни спотыкаясь
выбежал разбуженный Вексом конюх с осоловелыми глазами, крича коню
остановиться.
- Брось, убирайся! - зарычал Род, но Векс вместо этого остановился и
оглянулся через плечо на конюха.
Юнец подбежал с криком, вытянув руку, чтобы схватить Векса за узду.
Огромная голубая искра с треском пролетела от шкуры Векса к руке
конюшего.
Конюх завизжал и упал на спину, держась за руку и стеная, катаясь по
камням. Векс тем временем пропал в вихре и клацаньи копыт.
- Выпендриваешься, - проворчал Род вдогонку уносящемуся коню.
- Вовсе нет, Род, - прозвучал спокойный ответ робота. - Всего лишь
даю инструктивный предметный урок - на низкой силе тока. Это сильно
тряханет его, но не повредит - заодно я к тому же укрепляю твою репутацию
чародея.
Род медленно покачал головой.
- Как будто она нуждается в укреплении.
- Ай, мастер Гэллоуглас, - засмеялся один из гномов голосом, сильно
напоминающим ржавый консервный нож. - Ты хочешь, чтобы мы поверили тебе,
будто ты - не чародей?
- Да! Э-э, то есть я... э-э... - Род оглянулся в сторону тоннеля. -
Чародей? Конечно, я чародей! Пока мы не проберемся через страну эльфов, по
крайней мере. Идем, мальчики?
В скором времени они уже сидели вокруг камина в королевской палате
совета. Королева Катарина многословно извинилась перед герцогом Логайром,
в то же время подчеркнуто игнорируя его сына, и, покончив с любезностями,
вернулась к своему обычному поведению.
Туан сидел слева от очага, не отводя задумчивых глаз от пламени.
Катарина сидела в углу помещения, как можно дальше от Туана, заботливо
расположив между ним и собой тяжелый стол и Брома О'Берина - ...и вот что
представляет из себя полная обстановка на юге, моя королева, - говорил
герцог Логайр, вертя узловатыми руками.
Он закончил свой доклад, изобиловавший нюансами интриги, которых Род
и вовсе не мог проследить.
- Итак, я больше не герцог, и мятежники уже на подходе.
Катарина пошевелилась.
- Ты снова будешь герцогом Логайром, - холодно произнесла она, -
когда мы раздавим этих предателей.
Логайр печально улыбнулся.
- Их будет нелегко разбить, Катарина.
- "Ваше Величество"! - огрызнулась она.
- Катарина! - рявкнул Род.
Она испепелила его взглядом.
Он испепелил аналогичным взглядом ее.
Тогда королева надменно отвернулась.
- Скажи, Бром, кто я?
- "Ваше Величество", - ответил карлик с призрачной улыбкой. - Но для
своего дяди и его сына, вашего кузена, вы должны быть Катариной.
Род подавил улыбку, когда Катарина погрузилась в кресло, ошеломленно
уставясь на Брома.
Наконец она взяла себя в руки и подарила Брому О'Берину красноречивый
взгляд "И ты, Брут...", самый лучший в ее репертуаре.
- Я думала, что ты для меня был верным слугой, Бром О'Берин.
- Да, так оно и есть, - улыбнулся карлик. - И так же, как и этот вот
кречет, - он указал пальцем в сторону Рода, - если бы ты только это
увидела.
Катарина удостоила Рода холодным взглядом.
- Да, кречет, - ее голос отвердел. - А что же дятел?
Голова Туана вскинулась, словно от пощечины. Он испуганно уставился
на нее распахнутыми от боли глазами.
Затем его рот сжался и между бровей пролегла морщина.
"В один прекрасный день, - подумал Род, - она толкнет его самую
малость чересчур далеко, и это может стать самым счастливейшим днем ее
жизни, если, конечно, она переживет его".
- Я за тебя, - выдохнул Туан. - Даже теперь, моя королева Катарина!
Она улыбнулась, надменно и презрительно.
- Да, я знала, что ты будешь.
"Вот сука! - подумал Род. - Сука!"
Катарина заметила безмолвное движение его губ и криво улыбнулась.
- Что за слова вы сейчас бормотали, сударь?
- Я... э-э... просто проделываю управжнения по дыханию, которым меня
научил мой старый постановщик голоса и дикции, - Род прислонился к стене,
сложив руки на груди. - Но вот насчет мятежников, дорогая королевушка, то
что же ты все-таки предлагаешь предпринять против них?
- Мы выступим в поход на юг, - упрямо отрезала она, - и встретим их
на Бренденской равнине!
- Нет! - воскликнул Логайр, вскакивая с кресла. - У них силы - десять
на одного нашего, если не больше!
Катарина прожгла дядю пронзительным взглядом, уголки ее рта
изогнулись тугими крючками.
- Мы не станем забиваться, как крысы в щель!
- Тогда, - заметил Род, - вы проиграете.
Она посмотрела на него сверху вниз (нелегкий фокус, так как она
сидела, а он стоял).
- В этом нет бесчестья, Род Гэллоуглас.
Род стукнул себя по лбу и закатил глаза.
- А что еще мне делать? - презрительно фыркнула она. - Может,
готовиться к осаде?
- Ну а теперь, когда вы упомянули об этом, - сказал Род, - да.
- Есть еще кое-что, - вставил Туан ровным голосом. - Кто будет
охранять твой тыл против Дома Хлодвига?
Она оттопырила губу.
- Нищие!
- Да, нищие головорезы, - напомнил ей Род. - С очень острыми ножами.
- Станет ли королева страшиться толпы нищих? - отрезала она. - Нет!
Они - прах у моих ног!
- То, что ползает в прахе у твоих ног есть змея, - прогромыхал Бром
О'Берин. - И зубы ее очень остры и ядовиты.
Она закусила губу и опустила глаза в неуверенности, затем снова
вскинула подбородок и прожгла Туана испепеляющим взглядом.
- Так, значит, ты вооружил их против меня, сколотил их в армию, навел
среди них порядок и выковал из них кинжал для моей спины. Что ж, прехрабро
сделано, король бродяг!
Род поднял голову. Он уставился в пространство, затем медленно
перевел взгляд к Туану со странным светом в глазах.
- Я выступаю в поход, - объявила свое решение Катарина. - Вы идете со
мной, милорд Логайр?
Старый лорд медленно склонил голову в подтверждение.
- Ты валяешь дурака, Катарина, и ты погибнешь, но я погибну вместе с
тобой.
Ее самообладание на миг поколебалось, глаза увлажнились.
Она резко повернулась к Брому.
- А ты, Бром О'Берин?
Карлик развел руками.
- Сторожевой пес вашего отца, миледи, и ваш.
Она нежно улыбнулась.
Затем ее глаза резко отвердели, когда она посмотрела на Туана.
- Говори, Туан Логайр.
Юноша очень медленно оторвал глаза от огня.
- Странно это, - задумчиво произнес он, словно про себя, - во всего
лишь двадцатидвухлетнем возрасте оглянуться назад на столь короткий срок и
увидеть столь много безрассудства.
Род услышал приглушенное аханье Катарины.
Туан хлопнул себя по бедру.
- Ну, значит, с этим покончено. И если я жил безрассудно, то вполне
могу безрассудно и умереть.
Он обратил нежный задумчивый взгляд к Катарине.
- Я погибну вместе с тобой, моя королева.
Ее лицо стало пепельно-серым.
- Безрассудно... - прошептала она.
- Он даже не подозревает, насколько мудро сейчас он говорит. -
проворчал карлик.
Он посмотрел через плечо Туана на Рода.
- Что скажешь ты на это безрассудство, Род Гэллоуглас?
Глаза Рода медленно сфокусировались на Броме.
- "Мудрый шут, смелый шут", - пробормотал он себе под нос.
- Что ты сказал? - нахмурился Бром.
- Я говорю, что мы, может быть еще переживем все это! - усмехнулся
Род с горящими глазами. - Эй, король бродяг!
Он хлопнул Туана по плечу.
- Как ты думаешь, ежели исчезнут Пересмешник и его приспешники,
сможешь ли ты направить армию нищих сражаться за королеву?
Лицо Туана словно ожило.
- Да, наверняка, коль скоро исчезнут они!
Губы Рода растянулись в недоброй усмешке.
- Никуда не денутся.
Луна светила высоко, когда Род, Туан и Большой Том метнулись из тени
разрушенной стены в тень разваливавшегося фонтана во дворе Дома Хлодвига.
- Из тебя смог бы получиться великолепный взломщик, и из тебя тоже, -
проворчал Большой Том. - Я смог бы великолепно услышать вас за одну-три
лиги.
Нелегко было убедить Большого Тома пойти с ними. Конечно, Род начал с
неверного курса, ибо он исходил из того, что верность Большого Тома
пролетарской идее умерла тогда, когда его заковали в железа. Он хлопнул
своего слугу по спине и сказал:
- Как тебе понравится шанс вернуть должок своим друзьям?
Том нахмурился.
- Вернуть должок?
- Да, они же выперли тебя, не так ли?
Большой Том засмеялся.
- Нет, мастер, ничуть не верно! Ох, как неверно! Они бы обязательно
освободили меня, когда бы всем этим безобразиям настал конец!
- А, - Род нахмурился. - Понимаю. Тренированных людей трудно сыскать.
Лицо Тома потемнело.
- Ты понимаешь все слишком быстро, чтобы мне это было по вкусу.
- Ну, как бы там ни было... - Род перекинул руку через плечо
великана, чуть было не вывихнув ее по ходе дела. - Гм. В таком случае...
за что они тебя заперли?
Том пожал плечами.
- Разногласия.
- Относительно путей и средств?
- Да. Они стояли за то, чтобы напасть на королеву и на знать
одновременно, несмотря на то, что это неизбежно влекло за собой разделение
сил.
- Кажется рискованным. А что же предлагал делать ты?
- Да и так ясно, сперва я предлагал свалить вельмож и их советников
под личиной верности трону. Потом можно было бы сагитировать всю страну
идти за Домом Хлодвига и, опираясь на поддержку народных масс, свалить
королеву и Брома О'Берина двумя ударами ножа.
Род сглотнул и постарался вспомнить, что этот человек сейчас был на
его стороне.
- Очень ловко, - сказал Род, хлопнув Большого Тома по спине. - Ты
говоришь прямо как самый настоящий большевичок. И сколь много значит для
тебя, Том, этот образ действий?
Большой Том уделил ему долгий и расчетливый взгляд.
- О какой цене ты помышляешь, мастер?
Род усмехнулся.
- А не бросить ли нам твоих четверых коллег в камеру, что они
зарезервировали для тебя?
- Это было бы приятно, - медленно произнес Том. - Но только, что
делать потом, мастер?
- Ну, тогда Дом Хлодвига будет драться на стороне королевы против
знати. Это даст тебе лучший шанс разбить армию советников и вельмож, ну а
после ты сможешь следовать своему собственному плану.
Том медленно кивнул.
- Но станут ли нищие драться за королеву?
- Этот вопрос мы предоставим решить Туану Логайру.
Лицо Тома растянулось в озорной ухмылке. Он откинул голову и заржал,
хлопнув Рода по спине.
Род поднялся с пола, слыша, как Большой Том выдавливает между
спазмами смеха:
- Эх, мне действительно, следовало бы подумать об этом, мастер. Этот
мальчик способен заставить даже черную пантеру поверить в то, что она
отмылась добела!
Род сохранил спокойствие, пытаясь вспомнить, видел ли он пантер в
Грамарие, одновременно сделав попытку потереть больное место между плеч.
- Ты так можешь вывихнуть себе руку, - усмехнулся Большой Том.
Он развернул Рода и принялся массажировать его спину.
- Ты знаешь, мастер, если мы вместе свалим советников, то после
победы я буду охотиться в первую очередь за твоей головой, а также за
головой Брома О'Берина.
Род закрыл глаза, наслаждаясь массажем.
- Это будет славная драка... - пробормотал Род в...
