Кристофер Сташефф. Чародей поневоле
страница №2
...с.Род ответил не менее любезно, но расширил тему, включив в нее все,
что олицетворял собой трактирщик, а именно корыстные наклонности его и ему
подобных. И конечно же, кончил тем, что принялся ругать себя за ублажение
Маммоны, становясь скупым.
Но что он мог поделать? Агентам ОБОНЯТа полагалось оставаться
незаметными, а мягкосердечный средневековый буржуа - вопиющее противоречие
в этих условиях.
Оказалось, что когда трактирщик говорил "быстро", он имел в виду
именно это. Мясо и эль появились чуть ли не прежде, чем Род уселся. Хозяин
стоял, вытирая руки о фартук и с очень обеспокоенным видом. Вероятно,
ожидая отношения Рода к его стряпне.
Род открыл было рот, чтобы успокоить его, но остановился, прежде чем
первое слово успело пройти через его носоглотку. Нос его зашмыгал, по лицу
медленно расползлась улыбка. Он поднял взгляд на трактирщика.
- Я чую запах колбасы с чесноком?
- О, да, ваша милость! - снова закивал трактирщик. - Это колбаса с
чесноком, ваша милость, это очень хорошая колбаса с чесноком, если мне
будет позволено сказать... Если вашей милости будет угодно...
- Моей милости угодно, - снизошел Род. - И престо-аллегро, сударь.
Трактирщик шарахнулся от него, напомив Роду отношение Векса к
силлогизму, и убежал.
"Чтобы это значило?" - гадал Род. Должно быть, дело в чем-то
сказанном им. А он довольно-таки сильно гордился этим "сударь"...
Он попробовал мясо и только что начал заливать его элем, как на стол
бухнулась тарелка с чесночной колбасой.
- Отлично, - похвалил Род. - И мясо приемлемое.
Лицо трактирщика расплылось в улыбке облегчения, он повернулся было,
чтобы уйти, но обернулся снова.
- Ну что еще? - спросил Род, набивший полный рот колбасы.
Руки трактирщика снова принялись мять фартук.
- Прошу прощения, мой господин, но... - губы его тоже замялись,
затем, наконец, решившись, он выпалил. - Господин часом не чародей?
- Кто? Я? Чародей? Смешно! - чтобы подчеркнуть сказанное, Род ткнул
ножом в направлении трактирщика.
Огромный живот изумительно съежился, а затем умчался, прихватив с
собой своего владельца.
"Ну, а с чего он взял, что я - чародей, - подумал Род, пережевывая
большой кусок мяса. - Никогда не ел мяса лучше, - решил он. - Наверное,
такой вкус из-за дыма. Интересно, какое дерево они употребляют? Дело
должно быть в этом "престо аллегро". Он, надо полагать, подумал, что это
волшебные слова."
Ну, они-таки сотворили чудеса.
Род откусил чесночной колбасы и хлебнул эля.
Он - чародей? Никогда! Он, может быть, и второй сын второго сына, но
до такого отчаяния он не дошел.
Кроме того, чтобы стать чародеем, требовалось подписать кровью
контракт, а у Рода не было лишней крови: он проливал ее и так без конца в
самых неподходящих местах...
Он осушил свою кружку и с треском поставил ее на стол.
Материализовавшийся трактирщик с кувшином снова налил доверху стакан. Род
начал было благодарно улыбаться, но, вспомнив о своем положении, изменил
улыбку на усмешку. Пошарив в кошельке, он нащупал неправильной формы
самородок золота - приемлемая валюта в средневековом обращении - но тут же
вспомнил, как быстро в таких заведениях обдирают щедрых, и пропустил
самородок в пользу отрезка серебра.
Трактирщик уставился на маленькую белую полоску на своей ладони, его
глаза делали доблестную попытку превратиться в полусферы. Он издал
булькающий звук, заикаясь, рассыпался в благодарности и шмыгнул прочь.
Род с досадой закусил губу. Очевидно, здесь даже столь малый кусочек
серебра был достаточно велик, чтобы вызвать оживленные комментарии.
Налет гнева, однако, быстро растворился: фунт-другой мяса в животе
заставляют мир выглядеть лучше. Род выставил ноги в проход, потянулся и
откинулся на спинку стула; ковыряя в зубах столовым ножом.
В этом пивном зале что-то было не так. Счастливые здесь были немножко
профессиональными в этом, голоса - чуточку слишком громкими, смех -
малость натянутым, с темным эхо. Мрачные, с другой стороны, действительно
были мрачными, их черные думы были похожи на стены из мореного дуба.
Страх...
Взять хотя бы вон ту парочку головорезов за третьим столиком справа -
они жутко серьезно относились к тому, о чем сейчас балакали. Род незаметно
повернул перстень и направил его на этих двух.
- Но от таких собраний нет ничего хорошего, если королева продолжает
посылать против нас своих солдат!
- То, правда, Эдам, то правда, она не услышит нас, потому, ежели
отбросить всю шелуху, она не позволит нам достаточно приблизиться, чтобы
все ей высказать.
- Тогда ее надо заставить выслушать!
- Да. Но что в том толку? Ее вельможи не позволят сделать ей то, чего
мы от нее требуем.
Эдам хлопнул ладонью по столу.
- Но мы имеем право быть свободными, не становясь ворами и нищими!
Долговым тюрьмам тоже должен быть положен конец, а с ними и налогам!
- Да, так же должно быть и с отрубанием уха за кражу ломтя хлеба, -
он подпер голову с правой стороны с виноватым выражением на лице. - И все
же она жертвует нам.
- Да, а теперь эта затея со своими собственными судьями. Великие
лорды больше не будут вершить каждый свое правосудие на свой собственный
лад и вкус.
- Вельможи этого не потерпят, и ты знаешь это. Судьи долго не
протянут!
Лицо одноухого было мрачным, он чертил круги на мокрой поверхности
стола.
- Да, вельможи не станут терпеть никаких замыслов королевы! - Эдам
вонзил в стол нож. - Неужели Логайр не видит этого.
- Нет, не говори против Логайра, - лицо одноухого потемнело. - Если
бы не он - мы и доселе были ордой оборванцев, без всякой общей цели! Не
говори против Логайра, Эдам, потому как без него у нас не было бы ни
медяшки, чтобы сидеть в этом трактире, где солдаты королевы лишь гости!
- О, да-да. Он собрал нас вместе и сделал из нас, воров - людей. И
все же теперь он держит наше новоприобретенное мужество в оковах, он
стремится удержать нас от драки за то, что наше по праву!
Рот одноухого натянулся по углам.
- Ты слишком много наслушался праздной и завистливой болтовни
Пересмешника, Эдам!
- И все же нам придется драться, попомни мои слова! - воскликнул
Эдам, стискивая кулак. - Должна быть пролита кровь, прежде чем мы добьемся
своего. Кровь должна стать ответом на кровь, что выпустили вельможи, не...
Что-то тяжелое врезалось в Рода, стукнуло его о стол, наполняя его
голову запахом пота, лука и дешевого вина.
Род уперся рукой в стол и пихнул плечом. Тяжелая фигура откачнулась с
громким "Уф!". Род вытащил кинжал и, нащупав печатку перстня, отключил ее.
Над ним вырисовался человек, восьми футов роста и широкий, как
фургон.
- Ну, вот! - зарычал он. - Почему ты не смотришь, куда я иду?
Нож Рода крутанулся, отбрасывая зайчик света в глаза великану.
- Отойди, друг, - мягко произнес Род. - Предоставь честному человеку
спокойно допивать свой эль.
- Да уж, честный человек! - грубо расхохотался рослый крестьянин. -
Солдат, называющий себя честным человеком!
Его ржание подхватили другие столы.
"Держу пари, - решил про себя Род, - что чужаки здесь непопулярны."
Совершенно неожиданно смех прекратился.
- Нет, ты положи свою игрушку, - сказал вдруг отрезвев великан. - Я
покажу тебе, что честный крестьянин может одолеть в драке солдата.
По спине Рода пробежала колючая дрожь так как он понял, что все это
было подстроено. Трактирщик уведомил этого здорового быка о
местонахождении тяжелого кошелька...
- Но я с тобой не ссорился, - пробормотал Род.
Но еще раньше чем эти слова слетели у него с языка, он сообразил, что
это было самое худшее, что он мог сказать. Великан злобно посмотрел на
него горящими глазами.
- Он теперь говорит, что не ссорился. Кидается тут на пути бедного
подвыпившего человека, так что тот не может не налететь на него. Но он
грит "не ссорился", как увидал Большого Тома!
Огромная мясистая рука зарылась в ткань на горле Рода, поднимая его
на ноги.
- Нет, я те покажу ссору! - прорычал Большой Том.
Правая рука Рода метнулась вперед, рубанув по локтю великана и
отскочив. Рука, сжимавшая горло Рода, разжалась и упала, временно онемев.
Большой Том уставился на свою руку с таким видом, словно его предали.
Род сжал губы и сунул кинжал в ножны и шагнул назад, размял колени,
потер правым кулаком о ладонь левой руки. Крестьянин был рослым, но видимо
ничего не понимал в боксе.
Постепенно жизнь вернулась в руку Тома, а с ней и боль. Великан
взревел от гнева, его рука сжалась в кулак, замахнулась на Рода в огромном
матросском ударе, который уничтожал все, во что попадал.
Но Род нырнул под него и в сторону, а когда кулак прошел мимо него,
дотянулся сзади до плеча Большого Тома и сильно толкнул, добавляя инерции
к взмаху.
Том развернулся, Род поймал его правое запястье и вывернул его за
спину, затем рванул его за спину, затем рванул его немного повыше. Большой
Том взвыл. Род тем временем скользнул у Тома под мышкой, его рука поймала
шею противника в полунельсон.
"Неплохо", - подумал Род.
Покамест не было нужды боксировать. Он всадил колено в спину Тома и
освободил свой захват. Том вылетел на открытое пространство перед очагом,
попытался восстановить равновесие, но не сумел. Перевернутые столы
застучали по полу, тогда как клиенты поспешили удрать, с великой радостью
предоставляя Большому Тому место у огня.
Он бухнулся на колени, помотал головой и поднял взгляд на Рода,
стоящего мрачно улыбаясь, перед ним в стойке борца и манящего к себе
обеими руками.
Том глухо зарычал и уперся ногой в плиту очага.
Он рванулся на Рода головой вперед, как бык.
Род шагнул в сторону и подставил ногу. Большой Том пошел молотить
прямо по первому ряду столов. Род зажмурил глаза и стиснул зубы.
Раздался треск, словно при четырех одновременных попаданий в
кегельбане. Род содрогнулся. Он открыл глаза и заставил себя посмотреть.
Из путаницы деревянных обломков появилась голова Большого Тома с
широко раскрытыми глазами и отвисшей челюстью.
Род печально покачал головой и поцокал языком.
- У тебя, я вижу, была тяжелая ночь, Большой Том. Почему бы тебе не
пойти домой и не проспаться?
Том по частям поднял себя - голень, запястье, ключица - снова собрал
все в единое целое, потратив какое-то время на инвентаризацию своего тела.
Удовлетворенный тем, что он снова целый, он притопнул ногой, уперся
кулаками в бедра и посмотрел на Рода.
- Ну, вот, парень! - пожаловался он. - Ты не дерешься как хоть
наполовину честный джентльмен!
- Едва ли вообще как джентльмен, - согласился Род. - Что ты скажешь,
если мы попробуем еще один бросок, Том? Вдвое больше или ничего!
Великан оглядел свое тело, словно сомневаясь в его прочности. Он
испытывающе пнул останки дубового стола, трахнул кулаком по собственным,
толщиной со ствол хорошего дерева, бицепсам и кивнул.
- Я позволю себе, потому что я как раз в форме, - сказал он. - Давай
малыш.
Он шагнул на расчищенный пол перед очагом, осторожно обошел по
периметру, косясь гибельным взглядом на Рода.
- Наш добрый хозяин сказал тебе, что у меня в кошельке есть серебро,
не так ли? - сверкнул глазами Род.
Большой Том не ответил.
- И сказал к тому же, что я - легкая добыча, - задумчиво продолжал
рассуждать Род. - Но, он был не прав в обоих пунктах.
Глаза Большого Тома выпучились. Он издал огорченный рев.
- Никакого серебра?
Род кивнул.
- Я так и думал, что он сказал тебе, - его глаза стрельнули в сторону
трактирщика, держащегося у стола с пепельно-серым лицом.
Затем он метнул взгляд назад, и увидел, что стопа Большого Тома
направляется прямо к его животу.
Род отпрянул назад, выбросив вперед обе руки, чтобы поймать пятку
противника и вдохновить ее на еще большие высоты.
Стопа Тома описала четкую дугу. На какой-то миг он повис в воздухе,
молотя руками, затем покатился по полу.
Глаза Рода наполнились болью, когда Большой Том забарахтался, борясь
за дыхание, вышибленное у него полом.
Род шагнул вперед, схватил Тома за грудки, уперся ногой в стопу Тома
и бросил свой вес назад, силком поднимая великана на ноги. Том сразу же
повалился вперед. Род втиснулся плечом Тому под мышку и толчком вернул
великана в вертикальное положение.
- Эй, хозяин! - крикнул он. - Бренди и живо!
Род любил думать о себе как о человеке, на которого люди могли
опереться, но в данном случае было смешно.
Когда Большой Том несколько ожил и ответил на короткие насмешки своих
собутыльников, а посетители несколько восстановили порядок в помещении и
вернулись на свои места, а Род все еще не свершил над трактирщиком
чего-либо напоминающего месть, глаза этого достопочтенного человека
заискрились надеждой. Он снова появился перед Родом, выпятив вперед
подбородок и опустив углы рта.
Род вытянул себя из глубины размышлений, довольно циничных, о
природной доброте человека и сосредоточился на трактирщике.
- Ну, что еще?
Трактирщик с трудом сглотнул.
- Если ваша милость позволит, есть небольшое дело о нескольких
сломанных столах и стульях...
- Столах? - повторил Род.
Он наступил ему на ногу и обвил своей рукой его шею.
- Ах ты, грязный маленький скупердяй! Ты натравил на меня этого
буйвола, ты пытался меня ограбить, и ты еще имеешь наглость стоять тут и
говорить мне, что я еще должен тебе какие-то деньги?
Он подчеркивал каждый довод, тряся шею трактирщика, медленно
подталкивая его к столбу. Тот сделал мастерскую попытку слиться с корой
дерева, но преуспел только в том, чтобы расползтись по столбу.
- И, венец всего этого - мой эль нагрелся! - закричал Род. - Ты
называешь себя трактирщиком и так обращаешься с джентльменом, имеющим свой
герб?!
- Простите, мистер, простите, - застучал зубами трактирщик,
вцепившись в руку Рода с похвальным усилием и негативным эффектом. - Я не
хотел никакого вреда, ваша милость! Я хотел только...
- Да, только ограбить меня! - фыркнул Род, выпуская его и отшвырнув
спиной на стол. - Берегись этой породы, потому что, когда ты становишься у
них на пути, они становятся жестокими. Теперь! Кубок горячего вина с
пряностями к тому времени, когда я сосчитаю до трех, и я, может быть,
воздержусь от вытягивания твоих ушей и завязывания их у тебя под
подбородком. Мигом!
Он сосчитал до трех с двухсекундной паузой между цифрами, и кубок был
в его руке. Трактирщик шмыгнул прочь, прижав ладони к ушам, а Род сел,
потягивая вино и размышляя о том, какой скупердяй этот трактирщик.
Оторвавшись от кубка, он увидел, что на столе лежит половина
чесночной колбасы. Он взял ее тяжелой рукой и запихнул в кошель. Вполне
можно прихватить ее с собой. Это было единственное хорошее событие
сегодня.
Он встал и крикнул:
- Хозяин!
Трактирщик тотчас же появился рядом.
- Комнату на одного, с толстым одеялом!
- Комнату на одного, сэр! Тотчас же, сэр! - трактирщик шмыгнул вон,
все еще кланяясь. - Толстые одеяла, сэр! Безусловно, сэр!
Род скрипнул зубами и повернулся к двери. Он шагнул вон и прислонился
спиной к косяку, уронив голову на грудь и закрыв глаза.
- Закон джунглей, - пробормотал он про себя. - Если существо выглядит
слабым - терзай его, если же оно окажется сильным - склоняйся перед ним,
дай ему терзать себя и надейся, что оно тебя не сожрет.
"И все же, у каждого человека есть своя гордость", - произнес голос
за его ухом.
Род улыбнувшись поднял голову.
- И ты тут, старый крот?
"Клянусь! Клянусь!" - ответил Векс.
Род испустил поток брани, оказавший бы честь даже хмельному матросу.
"Теперь ты себя чувствуешь лучше?" - осведомился позабавленный Векс.
- Ненамного. Где такой человек, вроде трактирщика, прячет свою
гордость, Векс? Он, черт возьми, не дает ей показываться.
Подобострастность - да, скупость - да, но самоуважение? Нет, я этого в нем
не видел.
"Гордость и самоуважение не обязательно синонимы, Род."
Кто-то потянул Рода за локоть.
Он резко повернул голову, напрягая мускулы.
Это был Большой Том, согнувший свои шесть футов и пять дюймов в
доблестной попытке понизить свою голову до одного уровня с Родом.
- Добрый вечер, господин.
На миг Род молча уставился на него.
- Добрый вечер, - произнес он, наконец нейтральным голосом. - Чем я
могу быть тебе полезен?
Большой Том согнул плечи и почесал в основании черепа.
- Эй, господин, - пожаловался он. - Вы недавно, малость, сделали из
меня дурака.
- Да, - признался Род. - Ты заметил?
- Да. И... Ну...
Он стащил с головы шляпу и закрутил ее в руках.
- Ведь кажется, похоже... ну, господин, вы кончили меня здесь, и это
верно, как евангелие.
Род почувствовал, как его спина подымается.
- Мне, значит, полагается возместить тебе это, не так ли? Оплатить
твои повреждения, я полагаю?
- Э, нет, господин! - отшатнулся Большой Том. - Дело не в этом,
совсем не в этом! Просто... ну... я решил, что я, если вам поможет... то
есть... я...
Он крутил шляпу, придавая ей такие вращения, которые поразили бы
тополога. Затем слова вышли одним духом:
- Я думал, не понадобится ли вам слуга, знаете - своего рода грум или
лакей и... - его голос оборвался.
Он искоса посмотрел на Рода, полный страха и надежды.
Миг-другой Род стоял замерев. Он нерешительно рыскал глазами по
открытому, почти обожающему лицу великана.
Он скрестил руки на груди и снова привалился к косяку.
- Это как же, Большой Том? Не прошло и получаса, как ты пытался
ограбить меня! А теперь мне предлагается доверять тебе как оруженосцу?
Большой Том, нахмурясь, зажал между зубов нижнюю губу.
- Я знаю, господин, это не кажется правильным, но... - он сделал
неопределенный жест руками. - Ну, факт тот, что вы единственный человек из
всех, на кого я подымал руку, который смог побить меня, и...
Голос его снова иссяк. Род медленно кивнул, не сводя глаз с Большого
Тома.
- И, следовательно, ты должен мне служить.
Большой Том обиженно оттопырил нижнюю губу.
- Не должен, господин, я хочу.
- Грабитель, - спокойно произнес Род. - Разбойник. А я должен тебе
доверять.
Шляпа Большого Тома снова завертелась.
- У тебя открытое лицо, - размышлял вслух Род. - Не такое, чтобы
прятать свои чувства.
Большой Том улыбнулся, кивая.
- Это, конечно, ничего не значит, - продолжал Род. - Я знал немало
кажущихся ангелами девушек, оказавшихся первоклассными суками.
Лицо Тома опало.
- Так что ты можешь быть честным - или можешь быть основательным
негодяем. Загадка - век сиди и думай.
Голос у него за ухом произнес:
"Предварительная интерпретация доступных данных указывает на
простоватую, в основном структуру личности. Вероятность того, что этот
индивидуум послужит надежным источником информации по местным социальным
переменам превосходит вероятность того, что индивидуум будет практиковать
серьезную двуличность".
Род медленно кивнул. Он удовольствовался бы и равными шансами. Выудив
из кошелька обрезок серебра - тот слегка пах чесноком - он хлопнул его в
ладонь великану.
Том уставился на серебро в своей руке, затем на Рода, затем снова на
металл.
Внезапно его рука сомкнулась в кулак и слегка задрожала. Его
пристальный взгляд снова встретился с глазами Рода.
- Ты принял мою монету, - пояснил Род. - Теперь ты мой человек.
Лицо Большого Тома раскололось в усмешке от уха до уха.
- Да, мастер! Благодарю вас, мастер! Навек благодарен вам, мастер!
Я...
- Я получил послание, - Роду было крайне неприятно видеть, как перед
ним пресмыкается взрослый человек. - Ты поступаешь на службу прямо сейчас.
Скажи мне, каковы шансы получить работу в армии королевы?
- О, самые блестящие, мастер! - ухмыльнулся Большой Том. - Они всегда
нуждаются в новых солдатах.
"Дурной знак", - решил Род.
- О'кей, - сказал он вслух. - Дуй обратно в трактир, выясни, какая
комната отведена нам, и удостоверься, что там в шкафу нет какого-нибудь
головореза.
- Да, мастер! Сейчас же! - Большой Том заторопился обратно в трактир.
Род улыбнулся, закрыл глаза и привалился затылком к косяку. Он
помотал головой из стороны в сторону, молча смеясь. Он никогда не
перестанет изумляться психологии грубиянов. Как мог этот человек меньше
чем за десять минут перейти от презрения к покорности, ему этого никогда
не понять.
Ночной воздух прорезал низкий вибрирующий вой, переходящий в
пронзительный визг. Глаза Рода резко распахнулись. Сирена? В этой
культуре?
Звук доносился слева, он поднял взгляд и увидел там замок на вершине
холма.
И там, у основания башни, что-то пылало и пронзительно визжало,
словно "черный ворон", оплакивающий смерть нескольких патрульных машин.
Посетители в беспорядке выбежали из трактира и столпились во дворе,
глазея и тыча пальцами.
- То баньши!
- Снова!
- Нет, все будет хорошо. Разве он не появится уже трижды? А королева
все жива!
- Векс! - осторожно позвал Род.
"Да, Род."
- Векс, там баньши. На стене замка. Баньши, Векс.
Ответа не было.
Затем над ухом Рода зарычало хриплое гудение, нараставшее до тех пор,
пока не стало угрожать разорвать ему голову, и тут оно оборвалось.
Род помотал головой, постучал себя по макушке ладонью.
- Придется мне сделать этому парню капитальный ремонт, - пробурчал
он, - у него и раньше бывали приступы, но те были тихими.
Для Рода было не весьма мудро было идти на конюшню и включать Векса,
пока во дворе было полно зевак: он сильно бросался в глаза.
Поэтому он поднялся в свою комнату полежать, пока все малость не
поутихнет. И, конечно, к тому времени, когда двор опустел, Род уже слишком
удобно устроился, чтобы брать на себя труд спускаться в конюшню. В любом
случае нет никакой причины включать робота, ночь будет тихой.
В комнате было темно, за исключением длинной полосы света самой
большой луны, падающей из окна. Из пивного зала доносились приглушенные
бормотания и клацанья - загулявшиеся клиенты-полуночники пили допоздна. В
комнате Рода было тихо и мирно. Разве что Большой Том, свернувшийся на
тюфяке в ногах постели, храпел, как бульдозер на холостом ходу, издавая
больше шума во сне, чем учинил бодрствуя.
Вот тут была загадка - Большой Том. Род никогда не участвовал в
драке, где его не ударяли бы хоть раз. Большой же Том подставлял себя под
удар всякий раз. Разумеется, он был рослым, но он не должен был быть
настолько неуклюжим. Рослые люди тоже бывают быстрыми...
Но зачем тогда этот Большой Том затеял драку?
Чтобы наняться к Роду слугой?
И что насчет Эдама и одноухого? Их разговор указывал на то, что они
были на накачке у верфи, что означало в свою очередь, их принадлежность к
пролетарской партии. Как там ее называл этот юный подстрекатель черни? Да,
Дом Хлодвига.
Но если Эдам и Одноухий были представительным образчиком, Дом
Хлодвига был домом, разделившимся в себе самом. Там, кажется, существует
две фракции: одна поддерживает Логайра, юного оратора? - а другая,
возглавляемая Пересмешником, кто бы он там не был. Две обычные фракции,
ненасильственная и насильственная, язык и меч.
Интересно, почему это вдруг Большому Тому захотелось получить
должность дворецкого? Может быть, он хочет подняться по социальной
лестнице? Нет, он не подхалим. Лучшее жалование? Но он, кажется, неплохо
преуспевал как районный тяжеловес.
Чтобы не спускать глаз с Рода?
Род перекатился на бок. Том мог быть вполне немаловажным членом Дома
Хлодвига. Но зачем Дому держать его под колпаком? Они же не могли ничего
подозревать, не так ли?
Если догадка Векса была верна, и Дом поддерживала инопланетная сила,
они определенно могли что-то заподозрить - неважно как.
Но не позволял ли Род снова разгуляться своей паранойе? У него
начисто пропал сон. Все мускулы напряглись. Он вздохнул и скатился с
постели: теперь он не мог уснуть. Лучше включить Векса и поговорить. Род
нуждался в электронной объективности робота, ибо собственной у него было
очень мало.
Большой Том зашевелился и проснулся, когда Род поднял ржавый дверной
засов.
- Мастер? Камо грядеши?
- Просто немного тревожусь за своего коня, Том. Думаю, пробегусь до
конюшни, удостоверюсь, что конюх с ним правильно обращается. Спи.
Секунду Большой Том только пялил глаза.
- Воистину, - произнес он. - Ты очень заботлив, мастер.
Он перевернулся на другой бок и зарылся с головой в складки плаща,
используемого в качестве подушки.
- Чтобы так сильно беспокоиться за коня, - сонно пробормотал он и
снова захрапел.
Род усмехнулся и выбрался из комнаты.
Он наел лестницу в нескольких шагах - темную и старую, но ближе к
конюшне, чем главная дверь.
У подножья лестницы находилась дверь, та, что не часто использовалась
- она застонала, словно лягушка-бык в течке, когда он открыл ее.
Двор был залит мягким золотистым светом трех лун. Самая большая была
лишь немногим меньше земной, но располагалась немного ближе. Она заполнила
собой целых тридцать градусов неба - вечное полнолуние перед
равноденствием.
- Отличная планета для влюбленных, - задумчиво произнес Род.
И из-за того, что его глаза приклеились к луне, он не заметил серой
полоски шнура, натянутого чуть выше порога.
Он споткнулся. Его руки метнулись вперед, шлепнув по земле, чтобы
смягчить падение. В этот момент что-то твердое ударило его по затылку, и
мир растворился в снопе искр.
Вокруг него было красноватое свечение, а в голове пульсировала боль.
Что-то холодное и мокрое прошлось по его лицу. Он содрогнулся и полностью
пришел в сознание.
Он лежал на спине. Над ним был сводчатый потолок из известняка,
мерцавшего блестками отраженного света. С потолка до зеленого ковра
тянулись тощие известковые колонны - соединившиеся сталактиты и
сталагмиты. Зеленый ковер простирался во всех направлениях, по меньшей
мере на милю. Он находился в огромной пещере. Свет, казалось, исходил ото
всюду, пляшущий, колеблющийся свет, зажигавший на потолке искры в
запутанном танце.
Зеленый ковер расстилался и под ним, он почувствовал его, холодный,
пружинящий и влажный под своей спиной: мох толщиной в три дюйма. Он
попытался вытянуть руку и коснуться мха, но обнаружил, что не может
пошевелить ни рукой, ни ногой. Подняв голову, он попытался увидеть
связывающие его веревки, но тут не было и нити.
Он помотал головой, пытаясь вытряхнуть из нее боль, чтобы мыслить
ясно.
- Векс, - прошептал он. - Где я?
Ответа не последовало.
Род закусил губу.
- Брось, железный конь! Ты спишь включенный!
Включенный...
У Векса же был приступ, Род отправился снова включать его.
Теперь он был предоставлен самому себе.
Он вздохнул и улегся на зеленый ковер мха.
Справа от него что-то начал лепетать глухой голос. Род повернул
голову.
В голом каменном круге мерцал огонь. Над ним возвышалась тренога,
державшая котел - котел с крышкой, весело бурлящий, с выходящей из крышки
трубкой. С потолка капали капли воды, ударяя по трубке, а под
противоположным концом трубки стояла чаша, собиравшая капли.
Примитивный перегонный куб. И самогонщик, наверное, восемнадцати
дюймов ростом, очень широкоплечий и вообще коренастый, одетый в камзол и
шаровары. У него было округлое, веселое лицо, блестящие зеленые глаза,
курносый нос и очень широкий рот, изогнутый в озорной улыбке. И, венец
всего - на нем была робингудовская шляпа с ярко-красным пером.
Зеленые глаза посмотрели и поймали взгляд Рода.
- Ха! - произнес человек гудящим баритоном. - Ты пришел в чувство,
чародей!
- Чародей? - нахмурился Род. - Но я не чародей!
- Разумеется, - согласился человек. - Ты не чародей. Ты являешься на
падающей звезде и имеешь коня, сделанного из холодного железа...
- Минуточку, - перебил его Род. - Откуда тебе известно, что мой конь
сделан из железа?
- Мы - крошечный народ, - невозмутимо ответил человек. - Мы живем
Дубом, Ясенем и Терном, Лесом, Воздухом и Дерном. А те, кто живет холодным
железом, жаждут покончить с нашими лесами. Холодное железо - это знак
всего того, что не может нас терпеть, и потому мы узнаем его, независимо
от его формы и обличья.
Он повернулся обратно к своему котелку, приподнял крышку и проверил
- И потом, ты можешь также слышать сказанное в полумиле от тебя, а
твой конь может мчаться столь же безумно, как и ветер и быстрей, чем
сокол, когда у него есть причины. Но ты не чародей, да?
Род покачал головой.
- Нет. Я пользуюсь наукой, а не магией.
- Разумеется, - поддакнул человечек. - А разве под любым названием...
Нет, ты - чародей и как таковой известен уже всюду, вдоль и поперек, по
всему Грамарию.
- Грамарий? Что это такое?
Человечек в удивлении уставился на него.
- Да это же этот самый мир, чародей! Мир, в котором мы живем, земля
между четырьмя морями, царство королевы Катарины!
- О, она правит всем миром?
- Истинно так, - подтвердил эльф, бросив на Рода косой взгляд.
- А как называется ее замок? И город вокруг него.
- Раннимид. Воистину, ты самый необразованный чародей!
- Именно это я и пытаюсь тебе втолковать, - вздохнул Род.
Человечек отвернулся, качая головой и что-то бурча под нос. Он открыл
кранчик на сборной чаше и нацедил немного дистиллированной жидкости в
кружку размером с мензурку.
Род вдруг понял, что его мучит жажда.
- Э, слушай, что ты там варишь? Ведь это не бренди, не так ли?
Эльф покачал головой.
- Джин? Ром? Аква вита?
- Нет, то спиртное другого вида, - он подскочил к Роду и поднес
миниатюрную кружку к губам человека.
- Спасибо. - Род пригубил и возвел глаза к потолку, причмокнув
губами. - На вкус, словно мед.
- Там, где сосут дикие пчелы, сосу и я, - человечек заскакал обратно
к огню.
- Совсем неплохо. Ты не мог бы поделиться рецептом?
- Ну, разумеется, - улыбнулся эльф. - Мы сделаем для гостя все, что в
наших силах.
- Гостя, - фыркнул Род. - Мне крайне неприятно оспаривать ваше
гостеприимство, но вынуждать меня быть неподвижным таким образом, имеет
мало общего с распростертыми объятиями.
- О, это мы вскоре исправим, - человечек снял крышку с котла и
помешал сусло.
Что-то щелкнуло в голове Рода. Волосы у основания его черепа начали
становиться дыбом.
- Э, скажи-ка... по-моему, нам не представили друг другу, но... тебя
ведь зовут Робин Славный Малый, не так ли? Он же Пак?
- Ты говоришь истину, - эльф с клацанием задвинул крышку. - Я тот
самый веселый ночной бродяга.
Род повалился на мшистый ковер. Это будет великолепная история для
рассказа его внукам. Никто другой ей не поверит.
- Скажи, Пак - ты не против, если я буду называть тебя Паком?
- О, нет.
- Спасибо, э... а я Род Гэллоуглас.
- Мы знаем это.
- Ну, я просто подумал, что мне следовало бы сделать это официально.
Теперь ты, кажется, не питаешь ко мне никаких злых чувств, поэтому, э...
могу я спросить... э... почему я парализован?
- Ах, это, - ответил Пак. - Мы должны выяснить, белый ты чародей или
черный.
- О, - Род пожевал щеку изнутри. - А если я белый маг, вы... гм...
отпустите меня?
Пак кивнул.
- А что случится, если вы решите, что я - черный маг?
- Тогда, Род Гэллоуглас, ты будешь спать до трубы Судного дня.
У Рода появилось ощущение, словно к его челюсти приложили электрод со
слабым током.
- Великолепно. Козырь Судного дня. А я всегда был не очень-то силен в
бридже...
Пак нахмурился.
- Как это?
- Замнем. "Спать до трубы Судного дня". Очень изящное выражение.
Почему бы вам не подойти прямо и сказать, что убьете меня?
- Нет, - произнес Пак, оттопырив нижнюю челюсть и покачав головой. -
Мы не убьем тебя, Род Гэллоуглас. Просто ты будешь вечно спать, видя
приятные сны.
- Понимаю. Длительный анабиоз.
Пак нахмурил лоб.
- Я не знаю этого слова. И все же успокойся, тебя не подвесят.
Крошечный народ не питает любви к повешению.
- Ну, я полагаю, это некоторое утешение. Так как же мне доказать, что
я - белый маг?
- Ясно как, - ответил Пак. - С нашим разочарованием тебя.
Род уставился на него.
- Это как это так? Разве я и так уже недостаточно разочарован?
Лицо эльфа расплылось в широкой усмешке.
- Нет-нет! Разочарованием тебя! Удалением заклинания, что связывает
тебя!
- А, - Род увлекся со вздохом облегчения, затем рывком сел. -
Освобождением меня? Это докажет, что я - белый маг?
- Само по себе нет, - ответил Пак. - Вопрос в том, где мы тебя
освободим.
Он хлопнул в ладоши. Род услышал шорох десятков бегущих ножек,
подходящих к нему сзади. На его глаза была натянута повязка из темной
ткани и завязана на затылке.
- Эй! - запротестовал он.
- Мир, - успокоил его Пак. - Мы же только отнесем тебя к свободе.
Множество крошечных рук подняли Рода. Он покорился и расслабился,
готовый наслаждаться путешествием.
Это был довольно приятный способ путешествия, в самом деле, вроде как
на пружинистом матрасе с четырьмя колесами.
Ноги его задрались выше головы, и скорость бегущих ног под ним
замедлилась - они поднимались вверх по склону.
В лицо ему ударил влажный воздух, он услышал вздох бриза в листьях,
сопровождаемый полным комплексом сверчков, с совой, а может, кроншнепом,
завершающим гармонию.
Его бесцеремонно уронили и сорвали повязку с глаз.
- Эй! - запротестовал он. - Я вам что, мешок картошки?
Он слышал слева журчащий от него ручей.
- Теперь ты свободен, Род Гэллоуглас, - прошептал ему на ухо Пак. -
Да будет с тобой господь.
И эльф ускакал.
Род сел, разминая конечности, чтобы заставить их уразуметь, что они
снова могут двигаться. Он огляделся.
Это была залитая светом луны лесная поляна со струящимися слева
серебристыми ручейками. Деревья были яркими стальными стволами и блестками
листьев, и черные тени среди стволов... Одна из теней двинулась...
Она шагнула вперед, высокая фигура в темной монашеской рясе с
капюшоном.
Фигура медленно направилась к Роду, и, остановившись в трех метрах,
откинула капюшон.
Дикие спутанные волосы над длинным диким лицом со впадинами под
скулами и пещерами глазниц и двумя горящими углями в глубине их - и все
лицо дергалось и кривилось от злобы.
Голос был ровным и тонким, почти шипящим.
- Ты, значит, так устал от жизни, что пришел в клетку к вервольфу?
- Вервольф? - изумленно уставился на него Род. Ну а почему бы и нет?
Если основным исходным положением являлись эльфы...
Затем Род нахмурился.
- Клетку? - он огляделся. - Мне это напоминает лесные просторы.
- Вокруг этой рощи - магическая стена, - прошипел вервольф. - То -
тюрьма, созданная для меня крошечным народом - и они не кормили меня
надлежащим образом.
- О, - Род оглядел вервольфа уголком глаза. - И чем же тебя надлежит
кормить?
- Красным мясом, - осклабился вервольф, показывая полный рот клыков.
- Сырым красным мясом и кровью вместо вина.
По спине Рода пробежало что-то с множеством холодных ног.
- Примирись со своим богом, - сказал вервольф. - Твой час настал.
На тыльной стороне его рук появился мех, а его ноги выросли,
изгибаясь. Лоб и щеки опушились шерстью. Нос, рот и подбородок срослись и
вытянулись, заостряясь к морде. Уши его переместились на макушку и
заострились.
Он отшвырнул свой темный плащ; теперь все его тело было покрыто
шерстью серебристого цвета, а его ноги превратились в задние лапы.
Он упал на четвереньки. Его руки укоротились, предплечья удлинились.
Пробился хвост и вырос длинный серебристый хвостище. Серебристый волк
припал к земле, зарычал и прыгнул.
Род вертанулся в сторону, но волк сумел изменить курс прямо в
воздухе. Его клыки разодрали Роду предплечье от локтя до запястья.
Волк приземлился и закружился с радостным воем. Он пригнулся, высунул
язык, а затем снова прыгнул.
Род нырнул, упав на колено, но волк снова сумел изменить прямо в
полете направление и упал на него сверху. Его задние ноги царапали грудь
Рода, огромные челюсти нащупывали как бы получше вцепиться ему в горло.
Род с трудом поднялся, наклонился вперед и изо всех сил пихнул волка
в брюхо. Волк полетел, но его когти разодрали Роду спину.
В свою очередь волк крепко приземлился на спину и взвыл от боли. Он
поднялся на ноги и принялся кружить вокруг Рода, кровожадно рыча.
Род поворачивался, держась лицом к волку. Как можно управиться с
вервольфом? Векс бы сказал, он должен был знать, но робот был еще не в
порядке.
Волк зарычал и прыгнул, целясь прямо в горло Роду. На этот раз Род
пригнулся и сделал выпад твердой ладонью. Его пальцы попали волку прямо в
солнечное сплетение.
Род отпрыгнул назад, принимая стойку. Волк заскреб землю, стараясь
восстановить дыхание, пока жизнь снова вливалась в его нервы. Теперь Род
кружил вокруг него, против солнца, наудачу.
Чем бороться с вервольфом?
Очевидно, волчником.
Но Род без учебника ботаники не смог бы отличить волчник от ядовитого
плюща.
Волк тем временем испустил долгий скрежещущий вздох и поднялся в
стойку. Он зарычал и начал рыскать, тоже против солнца, вокруг Рода,
высматривая возможность броситься на него.
"Вот и все в пользу положения против солнца" - подумал Род и изменил
направление, кружась по часовой стрелке в попытке подойти к волку сзади.
Оборотень прыгнул.
Род развернулся и сделал выпад правой рукой в челюсть волку, но волк
поймал его кулак в зубы.
Род взревел от боли и пнул зверя в брюхо. Клыкастый снова отправился
передохнуть, освободив руку Рода, когда челюсти распахнулись, глотая
воздух.
Серебряные пули. Но огнестрельное и химическое оружие уже более
тысячи лет назад вышло из моды, а ДДТ отделался от серебряного стандарта
еще раньше.
Распятие. Род принял твердое решение взяться за религию. Все равно
ему необходимо хобби.
Тем временем его мохнатый противник снова собрался с силами. Задние
ноги волка напряглись и он снова прыгнул.
Род шагнул в сторону, но волк явно предусмотрел этот шаг. Он
приземлился прямо ему на грудь. Покрытые слюной челюсти ЩЕЛКАЛИ, рвясь к
яремной вене Рода.
Род упал на спину, подтянул к груди ноги, всадил ступни в брюхо волка
и пихнул, катапультировав представителя семейства собачьих предельно
дальше от своего тела.
Волк тяжело упал и заизвивался, подсовывая лапы под тело.
Чего еще не любили вервольфы?
Чеснок.
Род закружил вокруг волка, нащупывая в кошеле оставшуюся от обеда
колбасу с чесноком.
Волк тем временем разинул пошире пасть и откашлялся.
Род зачавкал, набивая рот колбасой.
Волк поднялся на ноги со злым и очень решительным рычанием. Он
напрягся и прыгнул.
Род поймал зверя под передние ноги, закачавшись под тяжестью его
тела, и дыхнул ему прямо в морду, затем отбросил волка и отпрыгнул.
Оборотень покатился, отплевывая и кашляя, потом он с содроганием
втянул в себя воздух и рухнул пластом.
Его фигура вытянулась, расслабилась и снова медленно вытянулась - в
следующий миг на траве лежал лицом вниз высокий, жилистый, голый мужчина,
бессознательное тело, с трудом дышащее.
Род опустился на колени. Спасен колбасой с чесноком!
Трава зашевелилась у его колена, и он увидел глаза Робина, Славного
Малого.
- Возвращайся с нами, коли желаешь, Род Гэллоуглас, ибо наши тропы -
теперь твои, чтобы ходить по ним в свое удовольствие.
Род устало улыбнулся.
- Он мог бы убить меня, - произнес он, кивая на лежащего без сознания
вервольфа.
Пак покачал головой.
- Мы следили и предотвратили бы смерть любого из вас. А что до твоих
ран - пустяки! Мы тебе их быстро залечим.
Род поднялся, недоверчиво кивая головой.
- И потом, - добавил Пак, - мы и так же знали, что ты такой могучий
чародей, что сможешь нанести ему поражение...
- О? - вскинул бровь Род. - А что, если бы я им не был? Что, если бы
я оказался черным магом?
- Тогда, ясно, - усмехнулся Пак, - ты бы вступил с ним в союз против
нас и попытался бы вырваться из тюрьмы.
- Гм, - Род пососал свою нижнюю губу. - А разве это не поставило бы
вас в довольно деликатное положение?
- Нет, - снова усмехнулся Пак. - Волшебству двунадесяти
чародеев-эльфов никогда еще не равнялись силы двух черных магов.
- Понятно, - потер подбородок Род. - Оградили свои ставки, не так ли?
Но вы, конечно, не могли дать мне знать. Покуда я пребывал во тьме, борьба
с вервольфом доказала, что я отношусь к славным парням?
- Частично.
- О? А что это за другая часть?
- Да ведь у тебя, Род Гэллоуглас, было несколько моментов, когда ты
делал вервольфа беспомощным, но не убивал его.
- И это, значит, показывает, что у меня доброе сердце.
- Сие, - согласился Пак, - а также то, что ты достаточно уверен в
собственном могуществе, что можешь быть милостив. И вот это-то и есть
доказательство того, что ты - белый маг, но еще большее доказательство
того, что ты - чародей.
Род зажмурил глаза. Он произнес с преувеличенным терпением:
- Конечно, дело может быть просто в том, что я тренированный боец.
- Может, - согласился Пак. - Но одолел-то ты его колдовством.
Род глубоко вздохнул.
- Послушайте, - раздельно произнес он. - Я - не чародей. Более того,
я никогда не был им. Я просто-напросто - наемный солдат, которому довелось
научиться нескольким трюкам.
- Разумеется, мистер Чародей, - весело согласился Пак. - Не вернешься
ли ты в пещеру? Или мы можем проводить тебя к постоялому двору.
- А, ладно, - проворчал Род.
Но он все-таки решил оглянуться, чтобы посмотреть в последний раз на
злополучную коллекцию костей и жил, что была лежащим в центре поляны
избитым вервольфом.
- Мастер Гэллоуглас? - послышался озадаченный и встревоженный голос
Пака. - Что тебя беспокоит?
Род тряхнул головой, сбрасывая с себя состояние задумчивости.
- Ничего, - пробормотал он в ответ и отвернулся. - Только вот...
просто подумалось...
- О чем, чародей?
- Когда я был школьником, меня, бывало, называли одиноким волком...
Неважно. В какой стороне, ты говоришь, здесь находится пещера?
Звезды катились к рассвету, когда сбивший ноги и усталый Род
приплелся через двор трактира к конюшне.
Освещавший ряд стойл единственный фонарь со свечой служил только
сгущению теней.
Перебросив руку через спину Векса, чтобы тверже стоять, Род нащупал
на холке робота увеличенный позвонок, который и являлся отключенным
прерывателем. Он нажал. Под камуфляжем конской шкуры зашевелилось стальное
тело. Бархатная, черная голова поднялась, дважды мотнулась, глянула через
плечо. Большие карие глаза сфокусировались на Роде. С миг робот молчал,
затем голос за ухом Рода проговорил с оттенком упрека:
- Ты оставил меня деактивированным на долгое время, Род. У меня нет
никаких постэффектов от припадка.
- Извини, старый железняк, - Род положил руку на спину коня: в ногах
он чувствовал едва заметную слабость. - Я как раз отправился включить
тебя, когда меня шандарахнули.
- Шандарахнули? - голос Векса терзал стыд. - Пока я спал. Да будет
мой корпус лежать, ржавея на свалке! Да отправят мой германий в конвертер
для переплавки! Да будет...
- А, кончай с этим, - пробурчал Род. - Это была не твоя вина.
Он шагнул прочь от коня и выпрямил плечи.
- Все равно я не подвергался никакой опасности. Просто деловая ночь,
вот и все.
- Как так, Род?
Род хотел было все рассказать, но в самый последний момент переменил
решение.
- Я расскажу тебе утром, Векс.
- Я переориентировал свои цепи для принятия противоречивой информации
между общепринятой теорией и действительно происходящим. Ты можешь
довериться мне, не страшась перегрузки.
Род покачал головой и повернулся к выходу из стойла.
- Утром, Векс. Может, ты и способен поверить в этом прямо сейчас, но
я не уверен, что смогу.
Род сидел, поглощая огромный завтрак, но по сравнению с Большим Томом
он был на голодной диете. Этот человек окружил себя невероятной массой
пищи.
Кое-что из нее было Роду знакомо - яйца, блины, ветчина. У блинов
был, однако, легкий чуждый привкус, а у яиц - семисантиметровый желточек.
Какого-то рода злаки имелись на любой населенной людьми планете и
происходили от земных, но почва другой планеты иногда производила странные
превращения с зерном. Всегда бывала какая-нибудь домашняя птица, но чаще
всего это были местные формы жизни. Свиньи, конечно, встречались
повсеместно. Они попадались на планетах земного типа даже чаще, чем
собаки. Род иногда задумывался о виде, к которому принадлежал.
Вся пища, конечно, была удобоваримой и, вероятно, питательной:
генетические отклонения не могли так уж сильно изменить человеческий
метаболизм. Но микроэлементы - это другое дело. Род проглотил
универсальную пилюлю, чтобы просто быть в безопасности.
Большой Том заметил это.
- Что это, мастер?
Род выжал улыбку.
- Просто мелкое заклинание. Пусть тебя это не беспокоит, Большой Том.
Род выжал улыбку и сохранял ее до тех пор, пока Большой Том не
опустил глаза в тарелку, бормоча под нос быструю молитву. Он набросился на
блины двузубой вилкой, забыв обо всем на свете.
Великан начал было говорить, но его голос треснул. Он прочистил и
попробовал снова.
- Что же принесет нам новый день, добрый мастер?
- Путешествие в замок, - ответил Род. - Посмотрим, не требуется ли
королеве новый солдат.
Том протестующе завыл:
- Солдат королевы! Нет, мастер, это не ремесло для честного человека!
Род вскинул бровь.
- Ты пытаешься сказать, что среди нас один - честный?
Большой Том запнулся.
У трактирщика имелся лишний конь, или он так внезапно вспомнил о нем,
когда Род положил руку на эфес шпаги. Это был старый, вислобрюхий сивый
мерин со слегка более длинной шеей и маленькими ушами, по сравнению со
стандартным земным аналогом, что было плохо, поскольку привлекало
определенное внимание к Вексу. А впрочем, огромный черный конь все равно
был не совсем чтобы непримечательным.
Когда они выехали во двор, били церковные колокола. Род сидел на
Вексе, а Большой Том - на древнем доходяге. Звук колоколов напомнил Тому,
что час ранний, и он начал ворчать о хозяевах, встававших в неразумное
время.
Но его жалобы оборвались, когда они поднялись по склону над городом,
где могли посмотреть на горизонт и увидеть восток, беременный утренним
солнцем.
Том глубоко вздохнул зарю и ухмыльнулся Роду через плечо.
- Эх, мастер! Прекрасный будет денек!
- И холодный, - добавил Род, поднимая ворот, потому что ветер дул ему
в спину.
- Да-да! Разве я не сказал, что он будет прекрасным?
- Я не совсем разделяю твой энтузиазм к таким низким показателям
температуры, - пробурчал в ответ Род. - Ну, веселей, Том, мы почти у
замка.
- Остановись и назови себя! - крикнул часовой на подъемном мосту.
- О, боже, - закатил глаза Род.
- Твое имя и твое дело в замке королевы!
- Немножко переусердствуем, а? - Род искоса посмотрел на часового.
Углы губ часового резко загнулись.
- Не твоя печаль! - рявкнул он. - Я - ратник королевы, и ты будешь
говорить со мной уважительно.
- Вряд ли, - милостиво улыбнулся Род. - Мое имя - Род Гэллоуглас.
- Гэллоуглас? - нахмурился часовой. - Ты зря теряешь время, у
королевы уже есть шут.
- Судя по твоему виду, я бы сказал, что у нее их много, - хмыкнул
Род. - Мое ремесло - солдат, и моего слуги - тоже. Вызови сержанта и пусть
он зачислит меня в армию.
Часовой смерил его сердитым взглядом.
- Поступить в армию королевы не так уж и легко.
- Да ну, вот так так! - нахмурился Род. - Я должен доказать, что я -
солдат?
Он спешился, смахнув с седла на землю всего лишь в ярде от часового.
- Если ты и солдат, то плохой, - презрительно фыркнул часовой. -
Иначе ты не оставил бы своего коня без привязи.
Род бросил ему сахарную улыбку и крикнул:
- Векс, отступи на четыре фута, сделай полшага влево, пройди четыре
фута вперед, а потом стой, пока я тебя не позову.
Часовой уставился, разинув рот, когда Векс с машинной четкостью
выполнил маневр.
- Я солдат, - бросил Род. - И хороший.
Рот часового снова открылся и закрылся словно у рыбы. Глаза его
выпучились, обегая взглядом худощавую фигуру Рода с рукой в черной
перчатке на эфесе шпаги.
- Понимаешь, - объяснил Род, - конь мне может понадобиться. Легче
дать ему возможность в случае надобности прискакать ко мне.
Его правая рука метнулась в финте. Солдат крякнул от удивления и
шагнул назад, в то время как нога Рода прокралась и зацепила его за
лодыжку. Часовой свалился с клацаньем, свойственным жестяным изделиям.
Род выкрутил пику из его рук, когда часовой упал, и бросил ее под
опускную решетку.
- Ну, - осведомился он, - давай попробуем снова, а?
- Отлично, во! Отлично сделано, мой мастер! - Большой Том замолотил
по холке свою клячу, ухмыляясь от уха до уха.
Часовой поднялся на ноги, крича:
- На помощь! На помощь!
- О, нет! - Род уронил лицо в ладони. - О, нет! - замотал он головой.
Он привалился спиной к плечу Векса и сложил руки на груди.
Подбежали трое гвардейцев с пиками наперевес. Увидев картину
происшествия, главный несколько секунд недоуменно переводил взгляд с Рода
на часового, обратно на Рода и снова на часового.
- Кому тут нужно помогать? - нахмурился он.
Часовой ткнул дрожащим пальцем в сторону Рода.
- Этот человек...
- Да? - улыбнулся Род.
- Он сшиб меня, вот что он сделал, и пику у меня отнял.
- Я бы не хвастался этим, окажись я на твоем месте, - проворчал Род.
Большой Том согнулся над лукой седла содрогаясь от подавляемого
смеха.
...
