Максим Фрай. Темная сторона
страница №2
...нулся только за час до заката и сразу женаправился в наш с Джуффином кабинет. На спинке кресла важно восседал Куруш,
больше в кабинете никого не было.
— Куда подевался наш шеф, милый? — Нежно спросил я у буривуха.
— Не знаю. — Меланхолично ответила мудрая птица. — Он то приходил,
то уходил. Людям, знаешь ли, свойственна некоторая неусидчивость.
— Свойственна. — Согласился я. А потом понял, что от Безмолвной речи
мне отвертеться не удастся и послал зов сэру Джуффину.
"Я уже второй раз прихожу в Управление, а вас там все нет и нет!" --
Возмущенно заявил я.
"Сам виноват: надо работать над своим чувством времени. — Тут же
нашелся Джуффин. — Мог бы уже научиться приходить именно в тот момент,
когда я есть на месте... Кстати, а почему ты вообще туда приперся? Насколько
я помню, я отпустил тебя на два дня, по твоей же просьбе. Что, жизнь уже не
мила без трудодействия?"
"Да нет, в общем-то мила... Но вы же знаете, какой я рассеянный! Честно
говоря, я был совершенно уверен, что мне уже пора приступать к своим
обязанностям. — Вздохнул я. — И кроме того, мне хотелось с вами
пообщаться."
"Денек у меня сегодня выдался тот еще, так что давай отложим наше
бурное общение до завтра, если тебе не очень печет. — Предложил Джуффин. --
Или еще лучше — просто приходи вечером на улицу Старых Монеток, там ты меня
наверняка застанешь, и никакое чувство времени тебе не понадобится."
"Наверное я так и сделаю." — Согласился я.
"Вот и ладно, а теперь убирайся из моего кабинета. А то знаю я тебя:
выпьешь там пару кружек камры, а потом начнешь утверждать, что тебе пришлось
работать сверхурочно!"
"Между прочим, это и мой кабинет тоже! — Обиженно сказал я. — Ладно
уж, считайте, что уже убрался..."
"Не верю!" — Весело откликнулся мой шеф.
Я вздохнул, лениво поднялся с кресла, в котором только успел устроиться
поудобнее, и вышел в Зал Общей Работы. Шурфа Лонли-Локли тут не было, так
что я решил прогуляться на его территорию.
В огромном, почти стерильном помещении, которое сэр Шурф гордо именовал
своим кабинетом, тоже было пусто, но мои благоприобретенные инстинкты
торжественно заверили меня, что этот парень появится здесь с минуты на
минуту. Так что я не стал в очередной раз обременять себя Безмолвной речью,
а просто рассеянно взял с маленькой белой полки над его рабочим столом
первую попавшуюся книгу, уселся на единственный жесткий стул и приготовился
к ожиданию. Что касается цапнутой мной книги, она оказалась тем самым
"Маятником вечности", который я уже давно заприметил у Шурфа, но мне так и
не было суждено узнать ее содержание, во всяком случае, не в этот раз: дверь
в дальнем конце кабинета тихо скрипнула уже через несколько секунд.
Вообще-то я читаю довольно быстро, но не настолько же!
— Ты пришел еще раньше, чем я смел рассчитывать. — Одобрительно
сказал я, освобождая хозяйский стул. Книгу я дисциплинированно вернул на
полку: знал, с каким занудой имею дело!
— Я рад тебя видеть, Макс. — Каменное лицо Лонли-Локли изо всех сил
пыталось быть приветливым. — Только пожалуйста, поставь книгу на место.
— А что я по-твоему только что сделал? — Возмущенно спросил я.
— Ты поставил ее на полку, но не на место. Эта книга была третья
справа, а теперь она просто стоит с краю... Знаешь, Макс, я не противник
перемен как таковых, но перемены не ко времени не способствуют улучшению
настроения.
— А, ну раз так... — Я покорно переставил книгу туда, где ей
следовало находиться по представлениям сэра Лонли-Локли, потом не выдержал и
рассмеялся. — Какая прелесть, Шурф! Иногда мне кажется, что именно на твоих
плечах и держится этот Мир!
— Все может быть. — Равнодушно кивнул этот потрясающий парень. — У
тебя есть какие-то новости, или ты просто решил меня навестить?
— И то, и другое. — Улыбнулся я. — Но мои новости требуют интимной
обстановки: какой-нибудь ужин при свечах, и все такое... Ты располагаешь
временем?
— Именно при свечах? — Педантично уточнил Лонли-Локли. — В Ехо не
так уж много трактиров, хозяева которых используют свечи: все-таки шары со
светящимся газом гораздо практичнее...
— Можно обойтись и без свечей. — Тоном человека, которому в интересах
дела приходится поступаться самыми священными принципами, сказал я. — Если
честно, можно обойтись даже без ужина: новостей у меня всего ничего...
Просто я люблю сочетать приятное с полезным.
— Я тоже. — Неожиданно усмехнулся Шурф. — Кстати, если уж речь зашла
о свечах, мы можем зайти в "Ужин вурдалака". Кухня там не самая плохая, а
народу наверное по-прежнему немного... Что касается свечей, там есть и они.
Ты не возражаешь?
— "Ужин вурдалака" — дивное местечко! — Одобрительно заявил я. --
Вот уж не думал, что ты туда тоже заходишь!
— В свое время это был один из моих любимых трактиров. Я до сих пор
нахожу его довольно забавным. — Менторским тоном сообщил Лонли-Локли. — А
когда-то я ужинал там чуть ли не каждый день.
— "Когда-то"? Небось, в веселые времена Безумного Рыбника? — Лукаво
спросил я.
— Нет, что ты. Гораздо позже. — Невозмутимо ответил Шурф. — Кстати,
именно там я познакомился со своей женой. Мое внимание привлек тот факт, что
она заказала себе все те блюда, которые я считал практически несъедобными. И
я подумал, что изучив эту женщину, смогу получить доступ к какой-то новой
стороне человеческой жизни, к миру людей, которые находят приятным вкус
куанкулехского вина, или той же хатты по-лохрийски...
Я озадаченно покачал головой. Этот парень все время умудряется
поставить меня в тупик, иногда мне начинает казаться, что он делает это
нарочно и не без некоторого спортивного азарта.
Обстановка в "Ужине вурдалака" по-прежнему вполне соответствовала
драматургии названия: свечи, полумрак, столешницы размалеваны красной
краской, символизирующей кровь, а облик добродушного здоровяка, клюющего
носом за стойкой, наводил на самые мрачные ассоциации: парень не поленился
сделать себе очаровательный вечерний макияж — подвел глаза каким-то
фосфоресцирующим составом, а обилие красной губной помады создавало
впечатление, что этот миляга только что довольно неопрятно поужинал
несколькими стаканами крови невинных жертв. Я умиленно покачал головой:
впервые я забрел в "Ужин Вурдалака" не в самый лучший день своей жизни, но
даже тогда эта оптимистическая обстановка здорово подняла мне настроение,
что уж говорить о настоящем моменте, когда мое существование и без того
представлялось мне довольно безоблачным!
Мы заняли места за одним из дальних столиков, впрочем в трактире кроме
нас и так никого не было. Обрадованный внезапным появлением клиентов хозяин
тут же принес нам меню. Кажется, ни знакомые всей столице защитные рукавицы,
скрывающие смертоносные руки Лонли-Локли, ни моя Мантия Смерти ничуть его не
смущали: еще бы, мы так мило гармонировали с обстановкой!
— Когда-то я пробовал здесь "Дыхание зла", — ностальгически вздохнул
я, — отличная штука, Шурф, очень рекомендую!
— Правда? — Невозмутимо поинтересовался мой коллега. — Признаться,
это блюдо мне никогда раньше не попадалось.
— Наверное потому, что ты бывал здесь вскоре после принятия Кодекса
Хрембера, а я — сразу после принятия поправки к Кодексу — ну, когда
поварам выдали по серьге Охолла в ухо и разрешили творить чуть ли не все,
что заблагорассудится.
— Вот оно что, это блюдо старой кухни! Да, после того, как сэр Джуффин
выхлопотал послабление для поваров, я сюда действительно не заходил. Но ты,
как всегда, несколько преувеличиваешь, Макс: в последний раз я был здесь
всего четыре года назад, а не сто семнадцать лет, как следует из твоего
непродуманного утверждения... Тем не менее, я не стану упускать возможность
получить представление о рекомендованном тобой блюде. Пожалуй, мне стоит
попробовать, что это за "Дыхание зла". — Шурф говорил с таким серьезным
видом, словно речь шла о выборе оружия, которое могло бы спасти (или не
спасти) нашу с ним жизнь.
После того, как маленькие кусочки пирога на наших тарелках благополучно
"взорвались", подобно зернам кукурузы на раскаленной сковороде, и сэр Шурф
Лонли-Локли соизволил снисходительно одобрить мой выбор, я решил, что пришло
время поговорить о деле.
— Я был там сегодня ночью, Шурф. — Сообщил я. — Заснул в спальне
Фило Мелифаро и тут же попал на один из этих грешных пляжей. Но никого
постороннего я там не обнаружил: это местечко по-прежнему претендует на
звание самого пустынного места во Вселенной. Что я там действительно
обнаружил, так это твои следы на песке. Знаешь, меня это совершенно
ошеломило, честно говоря...
— Вот как? И ты уверен, что это именно мои следы? — Хладнокровно
спросил Шурф.
— Абсолютно. — Кивнул я. — Если бы я не был уверен, я бы сказал, что
нашел следы, которые могут быть твоими. Но у меня нет никаких сомнений...
Кстати, следы были от сапог. Спишь ты в них, что ли?
— Не говори ерунду, — пожал плечами мой собеседник, — разумеется, я
сплю без обуви. Тем не менее, мне действительно снилось, что я в сапогах...
Подожди, Макс, неужели ты хочешь сказать, что всегда гуляешь по своим снам
раздетым?
— Нет, конечно. — Теперь пришла моя очередь недоуменно пожимать
плечами. — Но этот сон... Видишь ли, Шурф, эти пляжи — не сон, а настоящее
место, сегодня я окончательно в этом убедился. Хотел бы я знать, в каком из
Миров они находятся! Знаешь, я думаю, что там нет людей, и не только людей,
там вообще никого нет... Мне и раньше снились совершенно безлюдные места. Но
не настолько пустые, чтобы от этого становилось не по себе. Это была
какая-то понятная, "человеческая" пустота. Предполагалось, что кто-то там
все-таки присутствует, просто где-то очень, очень далеко. Честно говоря, в
таких снах я был головокружительно счастлив... И до сих пор мне казалось,
что мои пустынные пляжи — просто одно из таких мест, безлюдных, но понятных
и безопасных, может быть самое любимое из них.
— А больше тебе так не кажется? — Спокойно уточнил Лонли-Локли. Я
помотал головой.
— Говорю же тебе: во-первых, они настоящие. Это не какой-нибудь сон,
который можно забыть, пока чистишь зубы... А во-вторых, там стало очень
пусто, по-настоящему пусто. Раньше этого не было. Раньше я не боялся этого
места, я любил его, а я — не настолько сложная натура, чтобы любить то,
чего опасаюсь... Мне бы не хотелось, чтобы ты там шлялся Шурф. Но это от
тебя не зависит, насколько я понимаю, да?
— Это правда. К сожалению я не могу контролировать эту ситуацию. --
Согласился он. — И что ты собираешься предпринять? Насколько я тебя изучил,
ты не захочешь просто оставить все как есть, я не ошибаюсь?
— Я очень хочу оставить все как есть. — Вздохнул я. — Но я не смогу,
наверное...
— Значит мне повезло. — Задумчиво сказал Лонли-Локли. — Ты
собираешься обсудить это с сэром Джуффином, да?
— Собираюсь, конечно. — Кивнул я. — Даже если ты против, мне все
равно придется это сделать: все мои проблемы почему-то касаются Джуффина,
кажется это — один из законов природы... И честно говоря, на сегодняшний
день это — единственное, что я могу сделать. Я не знаю, с чего следует
начинать подобные расследования. Может быть, он знает.
Шурф аккуратно взял маленькую чашку с камрой, отпил глоток и поставил
чашку обратно на стол. Как он умудрялся проделывать эту процедуру в своих
огромных защитных рукавицах — вот чего я, наверное, никогда не пойму.
— Может быть, знает, а может быть — нет... А с чего ты взял, что я
могу быть против? — Сухо спросил он.
— Не знаю, с чего я это взял. Так, вдруг пришло в голову... Во всяком
случае, ты свободный человек и имеешь право на личные тайны, а я собираюсь
разгласить твою личную тайну, причем не слишком-то забочусь о том, чтобы
получить твое разрешение...
— Я — не "свободный человек", я — Мастер Пресекающий ненужные жизни,
"Смерть на Королевской службе", по твоему собственному выражению. Поэтому я
не имею права на личные тайны: эта роскошь может слишком дорого стоить тем,
кто не обязан за меня расплачиваться. — Лонли-Локли пронзительно посмотрел
на меня, его серые глаза, обычно излучающие ледяное спокойствие, вспыхнули
такой ослепительной яростью, что я чуть не захлебнулся воздухом, который
вдыхал. Все это продолжалось какое-то мгновение, гораздо меньше, чем я мог
себе представить, потом он опустил глаза и тихо продолжил:
— Я говорю тебе об этом, потому что ты находишься в такой же ситуации,
как я сам. Нам с тобой не стоит носиться с бессмысленными иллюзиями
относительно собственной свободы и всяких там "прав на личные тайны". Это --
не трагедия, а просто определенный период в нашей жизни, и наверное
когда-нибудь он закончится, а пока мы должны играть по правилам...
Разумеется, ты обязан рассказать нашу историю Джуффину, что бы я там не
думал по этому поводу.
— Что-то случилось, Шурф? — Удивленно спросил я. — Тебе неприятен
этот разговор? Я впервые слышу от тебя такую прочувствованную речь, даже в
Кеттари ты был гораздо менее страстным оратором!
— Что-то случилось. — Спокойно кивнул Лонли-Локли. — И чем быстрее я
выясню, что именно случилось — тем лучше. Мне действительно неприятен этот
разговор, потому что какая-то часть меня не желает, чтобы ты говорил с
Джуффином. Так что я обращался не столько к тебе, сколько к себе самому...
Мне очень неприятно думать, что я тебя обидел.
— Грешные Магистры, меня не так-то легко обидеть! — С облегчением
рассмеялся я. — Но ты меня здорово встревожил, Шурф. Может быть это и к
лучшему: с таким длиннющим шилом в заднице я постараюсь разобраться с этой
историей, не откладывая.
— Хорошо, — задумчиво отозвался Лонли-Локли, — чем скорее, тем
лучше... Знаешь, у меня такое чувство, что я действительно нуждаюсь в твоей
помощи. Это довольно странное ощущение, я не привык испытывать необходимость
в чьей-то поддержке. Скорее наоборот, я предпочитаю жить с мыслью, что я --
единственное живое существо во Вселенной, и помощи ждать неоткуда. Такого
рода убежденность приносит неплохие результаты...
— Сам же не раз говорил, что не следует пренебрегать возможностью
получить новый опыт! — Рассмеялся я. — Ладно уж, еще по стаканчику крови
невинных младенцев и можем отсюда исчезать, коллега. Тебя наверняка ждут
дома, а я собираюсь немедленно испоганить жизнь нашего шефа своим
невразумительным бредом о таинственном характере моих драгоценных
сновидений.
— А что ты называешь "кровью невинных младенцев"? — Заинтересованно
спросил Шурф. — Что-то я не видел в меню ничего подобного. Это что,
какой-нибудь фирменный напиток?
— Да нет, — улыбнулся я — просто при нашей с тобой профессии любой
напиток, который мы закажем, имеет полное право считаться кровью невинных
младенцев, тебе так не кажется?
— Извини, но мне не смешно. — Виновато сказал этот потрясающий
парень.
— Боюсь, что не только тебе. — Фыркнул я. — Мне и самому-то не
слишком смешно, если честно! Эта шуточка специально для сэра
Мелифаро-младшего, как раз в его духе... Не моя вина, что он сейчас где-то
шляется, вместо того чтобы восхищенно внимать моим речам!
Дело кончилось тем, что я потребовал еще одну чашку камры — не самой
лучшей в Ехо, но у меня были все основания надеяться что она — далеко не
последняя в моей жизни, а в этом качестве напиток меня вполне устраивал.
Шурф немного поразмыслил и заказал себе стакан какого-то темного вина — я
так и не понял, как оно называется: слишком уж длинно и выспренно, чтобы я
смог это уразуметь!
— Что, ты не будешь переливать его в свою дырявую чашку? — С
некоторым разочарованием спросил я. — А я-то собирался попросить
глоточек... Люблю совать нос в чужие чудеса, ты же знаешь!
— В настоящий момент я не испытываю необходимости пользоваться силой
Дырявой Чаши. — Заявил Лонли-Локли. — День, который я прожил, нельзя
назвать тяжелым, кроме того я и без того чувствую некоторое возбуждение,
которое представляется мне неуместным... Думаю, твоя убежденность, что эти
пустынные пляжи являются неким настоящим местом, а не простым повторяющимся
сном, так на меня подействовала.
— Знал бы ты, как она подействовала на меня самого! — Мрачно
усмехнулся я. — Первые несколько минут после моего выдающегося открытия --
это было нечто, а потом я смирился и попробовал заняться чем-то другим...
Это мое маленькое правило: когда я не могу контролировать сложившуюся
ситуацию, я просто пробую заняться чем-то другим. Самое удивительное, что
заняться чем-то другим всегда возможно, главное — начать... Все что угодно,
лишь бы отвлечься от неразрешимой проблемы. Потому что, когда пытаешься
контролировать то, что тебе не по зубам, все окончательно разлетается в
клочья в твоих неумелых руках...
— Это — одно из самых странных рассуждений, которое мне доводилось
слышать. — Одобрительно сказал Лонли-Локли. — Но знаешь, я не думаю, что
такой экстравагантный совет может пригодиться кому-то, кроме тебя самого.
— Думаю, что ты прав. — Улыбнулся я. — Но я тоже иногда нуждаюсь в
хорошем совете... Ладно, Шурф, ты все-таки дай мне твою чашку, пожалуйста.
Что-то говорит мне, что я просто обязан воспользоваться случаем!
— Правда? — Лонли-Локли покачал головой. — Ты начинаешь вести себя,
как настоящий бывший Магистр нашего Ордена, Макс. Это действительно
забавно... А почему бы тебе просто не обзавестись своей собственной дырявой
чашкой?
— А как? — Изумленно спросил я. — Я же не знаю никаких ваших
ритуалов!
— У тебя довольно странные представления обо всем этом. — Укоризненно
сказал Шурф. — Какие ритуалы?! Либо у человека есть сила, чтобы удерживать
жидкость в сосуде без дна, либо этой силы нет... А ритуалы нужны только
затем, чтобы пугать новичков, создавать у них особое настроение.
— Так я же и есть новичок! — Улыбнулся я. — Пугать меня не
обязательно, а вот "особое настроение" — это же именно то, что мне нужно!
— Нет, — спокойно возразил Шурф, — ты вполне можешь обойтись и без
этого. — Он достал откуда-то из-под складок белоснежного лоохи свою чашку
без дна и протянул ее мне. — А что ты собираешься из нее пить?
— Да хоть камру! — Я пожал плечами, перелил все содержимое своей
кружки в дырявую чашку Лонли-Локли и залпом выпил уже почти остывший
напиток.
— Ну и каковы твои ощущения? — Насмешливо спросил мой потрясающий
друг. — Знаешь, камра — не совсем тот напиток, который помогает добиться
наилучшего эффекта!
— Правда? — Удивленно спросил я. — А мне кажется, что я скоро начну
летать, буквально с минуты на минуту!
— Мало ли, что тебе кажется! — Холодно заметил Лонли-Локли. — Сила
требуется для того, чтобы летать по-настоящему, а не наслаждаться иллюзиями
на сей счет... Ладно, у меня еще будет время объяснить тебе некоторые
аспекты пути Ордена Дырявой Чаши, если захочешь, конечно. Впрочем я уверен,
что ты захочешь: любопытство всегда было твоей сильной стороной... А теперь
нам действительно пора идти. Уже довольно поздно, а я живу в Новом Городе,
если ты помнишь. Я даже собираюсь попросить тебя отвезти меня домой: ты
ездишь очень быстро, в отличие от возниц Управления Полного Порядка. С
кем-нибудь из них мне придется добираться домой не меньше часа.
— Кошмар какой! — Искренне сказал я. — Разумеется, я тебя подвезу. И
дюжины минут не пройдет, как ты будешь дома!
— Я буду очень признателен тебе за эту услугу. — Кивнул Шурф. — Моя
жена предпочитает проводить вечер в моем обществе, когда это возможно.
Признаться, ее предпочтения немного меня удивляют: на мой взгляд, я — не
лучший из собеседников.
— А я ее понимаю. — Улыбнулся я. — С тобой спокойно, Шурф. Пока ты
рядом, можно не опасаться, что этот замечательный Мир может рухнуть!
— Какая странная идея... — Задумчиво сказал Лонли-Локли. — Что ж, в
любом случае, нам пора.
Мы расплатились с симпатичным загримированным "монстром", который мирно
клевал носом за стойкой, и вышли на улицу. Оранжевое мерцание фонарей
кое-как разгоняло темноту. Луна в эту ночь отказалась принимать участие в
освещении улиц: небо было так тщательно укутано облаками, словно проделать
эту работу пришлось законченному педанту, вроде сэра Шурфа Лонли-Локли. Я
попробовал представить себе, как длинный тощий Шурф в своих безукоризненно
белоснежных одеждах, с самой что ни на есть серьезной физиономией, которая
могла бы стать отличной моделью для бронзового бюста Чарли Уотса, равномерно
распределяет по ночному небу густые плотные лоскуты осенних туч — честно
говоря, это зрелище не показалось мне неуместным!
Я сел за рычаг своего амобилера, Шурф устроился рядом, и я с
удовольствием рванул с места. Может быть, камра — действительно не совсем
тот напиток, который следует пить из дырявой чашки, но мне нравилась
удивительная легкость, переполнившая меня, как шампанское переполняет бокал:
еще немного и перехлестнет через край, я здорово подозревал, что это вполне
может случиться!
— Послушай, Шурф, кажется, у меня есть еще один вопрос. — Начал я,
скорее просто потому, что мне хотелось поболтать, вопрос не представлялся
мне таким уж важным. — Что касается наших с тобой снов, я не совсем понял,
каким образом ты ощущаешь присутствие этого постороннего существа? Ты сам
говорил, что тебе ни разу не удалось его увидеть, тем не менее, ты уверен,
что он там есть... и почти уверен что ты его не знаешь. Так что между вами
происходит? Он что, разговаривает с тобой, или как?
— Я не уверен, что он со мной разговаривает. — Задумчиво сказал
Лонли-Локли. — Хотя, все может быть. Знаешь, Макс, мне почему-то очень
трудно сосредоточиться, когда я пытаюсь вспомнить, что именно происходит в
этих снах. Я помню пустынные пляжи, и я помню свою уверенность, что там есть
кто-то кроме меня, и ощущение угрозы, исходящее от этого невидимого
существа. Но что происходит между нами на самом деле? Извини, но я
действительно не помню.
— Ну, не помнишь — так не помнишь! — Согласился я. — Знаешь, когда
я не могу вспомнить какие-то подробности из своего сна, я закрываю глаза и
стараюсь снова задремать: не заснуть а именно задремать... Впрочем, это
помогает только сразу после пробуждения. В твоем случае мой метод не
сработает. Но в следующий раз попробуй.
— А ты очень хочешь, чтобы я вспомнил, да?
Меня немного насторожили незнакомые интонации в голосе Шурфа, но я не
удивился: он весь вечер был немного на взводе, насколько невозмутимый сэр
Шурф Лонли-Локли вообще может быть "на взводе". Кроме того, мое внимание
принадлежало дороге: я несся по узеньким улочкам Старого Города с такой
сумасшедшей скоростью, что расслабляться не стоило.
— Я думаю, что это практичнее: помнить все, что с тобой происходит,
даже во сне. — Улыбнулся я, машинально повернув лицо к своему собеседнику,
совсем немного, ровно настолько, чтобы удовлетворить собственные
представления о хорошем тоне и при этом не слишком отвлекаться от дороги. Но
этого условного, почти несуществующего поворота головы оказалось достаточно,
чтобы заметить, что происходит нечто, абсолютно не укладывающееся в рамки
моих представлений о реальности: Шурф как раз заканчивал снимать защитную
рукавицу с левой руки, его смертоносная перчатка, бывшая рука мертвого
Магистра Кибы Аццаха, уже рассекала оранжевый туман уличных фонарей
ослепительной опасной белизной...
Если бы я позволил себе задуматься над происходящим, если бы я дал себе
время на сомнения, рассуждения, или панику, моя неугомонная смерть нашла бы
меня в тот вечер. Но я даже не потрудился понять, что происходит — и хвала
Магистрам, что я не стал терять свою последнюю драгоценную секунду на
бесполезные попытки понять нечто, не поддающееся пониманию: самый
предсказуемый и надежный из моих друзей, сэр Шурф Лонли-Локли, на чьих
плечах по моим представлениям держался этот Мир, он собирался убить меня,
здесь и сейчас, не вдаваясь в успокоительные объяснения побудительных причин
своего более чем эксцентричного намерения.
Я затормозил так резко, как еще никогда не тормозил: даже такому
счастливчику, как я, подобные вещи не очень-то сходят с рук, но на этот раз
обошлось. В лучезапястном суставе моей правой руки, мертвой хваткой
впившейся в рычаг, что-то подозрительно хрустнуло, зато моя драгоценная рожа
так и не встретилась с лобовым стеклом, в отличие от физиономии моего
обезумевшего спутника: он не ожидал такого оборота дела, так что его
швырнуло вперед по полной программе, левая рука в смертоносной перчатке
инстинктивно подалась вперед, защищая голову. Передняя часть моего амобилера
прекратила свое существование быстро и безболезненно, от нее остался только
серебристый пепел. Почти не соображая, что делаю, я поднял с пола его
защитную рукавицу, схватил опасную руку чуть пониже локтя и водворил
рукавицу на место. Думаю, что скорость, с которой я это проделал, не
очень-то согласовывалась с человеческими возможностями: вся операция отняла
меньше, гораздо меньше секунды.
— Трепыхаешься, гаденыш? — Прошипело существо, во всяком случае, этот
голос не мог быть голосом моего друга Шурфа, чьим угодно, но только не его!
Этот парень мгновенно оправился от шока, мне оставалось только тупо
недоумевать, как я вообще умудрился сделать хоть что-то, но на недоумение у
меня не было времени, его у меня вообще не было. Пальцы моей левой руки
машинально прищелкнули, давая жизнь крошечной зеленоватой шаровой молнии,
Смертному Шару, владеть которым меня в свое время научил все тот же Шурф
Лонли-Локли, вот только мне и в голову не приходило, что он когда-нибудь
умудрится устроить мне такой строгий экзамен.
— Дерьмо! Все твои фокусы — дерьмо, гаденыш. Ничего ты пока не
умеешь. — Весело сказал мой коллега, подставляя Смертному шару свою правую
руку в испещренной рунами защитной рукавице. Левая рука без видимых усилий
уже избавилась от моей хватки: я никогда не был хорошим драчуном, куда уж
мне удержать самого Лонли-Локли!
Я был вынужден признать, что это почти правда. Не так уж много я умел!
Во всяком случае, ничего такого, что можно противопоставить Мастеру
Пресекающему ненужные жизни, совершенному убийце, сэру Лонли-Локли, от
"умелых ручек" которого не удавалось уйти многим Великим Магистрам
древности... В довершение ко всем бедам, я был твердо уверен, что ни в коем
случае не должен даже пробовать проделать свой любимый фокус: конечно, я мог
уменьшить этого спятившего парня и спрятать его между большим и указательным
пальцами своей руки, но каким бы маленьким он не стал, он все равно сможет
снять свои рукавицы, обнажить смертоносные руки, и тогда мне конец, да еще
какой конец! Впрочем, конец, судя по всему, и так был не за горами.
"Плюй в него, кретин! Попробуй свой яд, пока не поздно!" — Орал
какой-то паникер внутри меня, но мне не было дела до его криков. Я и так
убил драгоценную секунду на бесполезные хаотические размышления. Шурф был не
только моим другом, он был моим коллегой, моим товарищем по самым опасным
приключениям, он сам учил меня многим вещам, так что он прекрасно знал, чего
от меня можно ожидать. Наверняка, у него существовал какой-нибудь щит против
моих знаменитых на все Ехо плевков, я мог не сомневаться! Чтобы уйти от него
живым, я должен был отколоть что-то совершенно несусветное. А почему бы и
нет: я уже мог считать себя мертвецом: парень снова снимал защитную рукавицу
со своей левой руки, счастье, что он привык делать это медленно и осторожно,
как того требовали своеобразные "правила техники безопасности", но все равно
никакой надежды на спасение у меня не было, так что я должен был хотя бы
попробовать умереть весело и со вкусом: мой скудный, но печальный опыт в
этой области говорил мне, что после будет уже не до того. Я рассмеялся, как
смеются абсолютные безумцы и вскочил на ноги, сам не зная, зачем я это
делаю, но земли под ногами не оказалось. Удивительная легкость,
переполнявшая меня после хорошей порции камры, выпитой в полном соответствии
с традициями Ордена Дырявой Чаши, наконец-то перехлестнула через край, так
что новая волна сумбурных ощущений нахлынула на меня уже в тот момент, когда
я с изумлением оглядывал остроконечные крыши старого центра Ехо, оставшиеся
где-то далеко внизу: я даже не взлетел, невероятная легкая сила швырнула
меня в небо, как пробку из бутылки, не зря же у меня с самого начала были
эти дурацкие ассоциации с шампанским! Я все еще смеялся, как сумасшедший, да
я и был сумасшедшим, а что еще может случиться с человеком, которого только
что ни с того, ни с сего собирался убить самый надежный и предсказуемый из
его друзей! Тот загадочный факт, что я парил над ночным Ехо, как Винни-Пух
на воздушном шарике, казался мне всего лишь милым дополнением к диким
событиям сегодняшнего вечера...
Пронзительная белая вспышка где-то далеко внизу способствовала
немедленному прекращению моего веселья. Честно говоря, я не очень-то
представлял, на каком расстоянии действует смертоносная левая рука
Лонли-Локли. Поэтому в какое-то мгновение я был абсолютно уверен, что вот
теперь — ВСЕ! Тем не менее, мне было суждено узнать хорошую новость:
расстояние имело решающее значение. Белоснежная молния ярко вспыхнула и
погасла где-то над крышами Старого города, но я находился выше, гораздо
выше, я был абсолютно недосягаем. "Мне надо увидеть Джуффина, — внезапно
подумал я, — что мне действительно надо, так это очутиться под крылышком
сэра Джуффина Халли. Сам я эту проблему, пожалуй, не утрясу!" Я думал об
этом несколько минут: о том, что мне надо увидеть Джуффина, и ни о чем
другом, а когда я наконец заставил себя заткнуться и посмотреть вниз, я с
ужасом обнаружил, что земля была уже ближе, гораздо ближе, чем раньше, так
что если сэр Лонли-Локли захочет повторить свой эксперимент со стрельбой на
дальность, у него есть очень хороший шанс, просто стопроцентный шанс
закончить это дело, которое, вне всяких сомнений, станет настоящим венцом
его славной карьеры! А потом я понял, что ни Лонли-Локли, ни прискорбных
останков моего любимого амобилера внизу больше не наблюдается, это была
совсем другая улица, всего в нескольких кварталах от Управления Полного
Порядка, так что в моих интересах теперь было оказаться на земле, и чем
раньше — тем лучше. Стоило мне об этом подумать — и я почувствовал землю
под ногами. Даже не пытаясь понять, как мне удалось справиться со своей
выдающейся "победой над гравитацией", я побежал к Дому у Моста. Кажется, в
тот вечер мне удалось поставить какой-то дегенеративный рекорд в беге на
короткие дистанции, при этом мое возмущенное беспардонными перегрузками
сердце все-таки не разнесло в клочья грудную клетку, хотя оно очень
старалось. Что касается моего загадочного второго сердца, оно вообще никак
не реагировало на происходящее: очевидно это было ниже его достоинства... Я
пулей влетел на переднее сидение одного из служебных амобилеров, к счастью
мне даже не пришлось объясняться с возницей — наверняка парень отправился
выпить кружечку камры в обществе своих коллег, что ж, он сделал это как
нельзя более вовремя! — схватился за рычаг и понесся на улицу Старых
монеток: если Джуффин говорил мне, что вечером его можно будет застать
именно там, значит так оно и есть! Я здорово сомневался, что смогу сейчас
воспользоваться Безмолвной речью, это было бы так же тяжело, как сделать
телефонный звонок, находясь под общим наркозом.
Возле дверей своей бывшей квартиры на улице Старых монеток я затормозил
почти так же лихо, как несколько минут назад, когда мне пришлось в спешном
порядке спасать свою драгоценную жизнь — ну, может быть, немного
осторожнее. Сэр Джуффин встретил меня на пороге, к моему невероятному
облегчению. Это облегчение чуть было не сослужило мне дурную службу. Я уже
был готов устроить что-нибудь вроде дикой истерики или глубокого обморока,
но вовремя взял себя в руки: ничего еще не закончилось, все только
начиналось, если разобраться.
— Тебя пытались убить. — Спокойно сообщил мне мой шеф — не спросил,
а именно сообщил. Я молча кивнул. Говорить я пока не очень-то мог, для этого
мне требовалось немного привести себя в чувство. Хвала Магистрам, в моем
распоряжении имелась дыхательная гимнастика, которой меня научил все тот же
сэр Лонли-Локли, кто бы мог подумать!... Джуффин спокойно наблюдал за мной.
Увидев, что я предпринимаю все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы привести
себя в порядок, он одобрительно кивнул и молча показал на служебный
амобилер.
— Поехали в Дом у Моста, Макс. — Тихо сказал он. — Самое лучшее
место для того, чтобы улаживать любые проблемы. Для того, собственно, его и
построили...
Я снова молча кивнул, сел за рычаг амобилера, Джуффин устроился рядом.
На этот раз я ехал с нормальной человеческой скоростью, даже немного
медленнее, чем обычно: присутствие сэра Джуффина Халли в комплексе с
дыхательными упражнениями действовало на меня самым благотворным образом.
Всю дорогу мой шеф задумчиво молчал. Свой вопрос он задал уже в
коридоре Управления Полного Порядка, пока мы шли к своему кабинету.
— Я пока не могу понять одного: а кто, собственно, собирался тебя
убить?
— Шурф. — Деревянным голосом ответил я. Впрочем, деревянный голос --
это гораздо лучше, чем никакого голоса.
— Ну-ну... — Задумчиво отозвался мой шеф. — А ты уверен, что это был
именно он?
— В чем я действительно уверен, так это в том, что из "Ужина
вурдалака" я выходил именно вместе с Шурфом. И рядом со мной в амобилере
сидел тоже он. А потом человек, который сидел рядом со мной в амобилере,
решил меня убить... Разумеется, логика подсказывает, что убить меня пытался
именно Шурф, больше никого рядом не было. Но я отказываюсь принимать эту
логику! — Решительно закончил я, падая в свое кресло.
— Я тоже. — Спокойно кивнул Джуффин. — Тем более, что это — далеко
не единственная из известных мне логических систем, просто самая
примитивная... Боюсь, что парень влип еще хуже, чем ты, если это возможно.
— Это возможно. — Горько кивнул я. — В конце концов, я кажется все
еще жив и даже сижу здесь рядом с вами... Хотелось бы мне, чтобы Шурф мог
сказать о себе то же самое!
Джуффин задумчиво кивнул и уставился куда-то мимо меня тяжелым
неподвижным взглядом.
— У меня хорошая новость. — Внезапно сказал он. — Сэр Шурф может
сказать о себе то же самое. Во всяком случае очень скоро сможет. Он только
что прислал мне зов и через несколько минут будет здесь.
Мое тело непроизвольно напряглось, а потом ко мне вернулась уже
знакомая сверхъестественная легкость. Честное слово, мне пришлось сделать
над собой грандиозное усилие, чтобы не взмыть к потолку! Мой шеф рассмеялся
с неожиданным облегчением.
— Да нет, Макс, все в порядке! Здесь будет именно сэр Лонли-Локли, а
не какой-то взбесившийся медиум... И потом, неужели ты думаешь, что я не
смогу положить конец любому безобразию, которое случится в этом веселеньком
Мире?!
— Сможете, наверное. — Растерянно улыбнулся я. — Просто все это
как-то слишком! У меня такое впечатление, что с меня на сегодня хватит.
— Только не начинай ныть! — Отмахнулся Джуффин. — "Хватит с него",
видите ли! Ты здорово удивишься, если узнаешь, сколько еще сюрпризов можешь
сожрать, прежде чем получишь право поморщиться!
— Да? — Вежливо изумился я. — Вообще-то я думаю иначе, ну да
ладно... У меня есть хорошее предложение: сначала вы угощаете меня большой
кружкой камры и проводите со мной бесплатный сеанс психоанализа. И только
потом можете торжественно вручать мне свою десертную ложку.
— Какую "десертную ложку", Макс? — Озабоченно переспросил Джуффин.
Наверное в этот момент он решил, что несколько переоценил жалкие возможности
моей неустойчивой психики.
— Неужели вы думаете, что я соглашусь "жрать" эти ваши сюрпризы
руками? — Ехидно поинтересовался я. — Я не так воспитан, сэр, спросите у
своего дворецкого!
Шутка была так себе, ничего из ряда вон выходящего, но сэр Джуффин
Халли изволил ржать так, что стекла звенели. Кажется, он просто здорово
обрадовался, что я так быстро начал выпендриваться со своими шуточками, да я
и сам этому обрадовался бесконечно, так что моему великолепному шефу не
пришлось веселиться в одиночестве.
Курьер, рожа которого выглядела довольно перепуганной — просто так, на
всякий случай — бесшумно вошел в кабинет и поставил на стол поднос с
камрой, а потом постарался испариться. Это у него здорово получилось!
Джуффин заботливо подсунул огромную кружку мне под нос.
— А теперь постарайся рассказать мне все, очень коротко и ясно. --
Сочувственно улыбнулся он. — Осилишь?
— Осилю, наверное. — Кивнул я. И наконец-то приступил к рассказу о
наших с Шурфом снах, к рассказу, с которым, как оказалось, следовало бы
поторопиться с самого начала...
Я сделал еще одно удивительное открытие, возможно самое удивительное за
весь этот сумасшедший вечер: оказывается я могу излагать свои мысли очень
лаконично, если мне здорово приспичит. Когда я закончил импровизированную
лекцию о тайнах сновидений, камра в моей кружке все еще была горячей, так
что мне даже не пришлось ставить ее на жаровню.
— Ну и история! — Вздохнул Джуффин. — Особенно финал. Прямо как в
старые добрые времена! Впрочем, даже для Эпохи Орденов немного слишком...
Хотел бы я знать, в каком количестве рубашек ты родился? — Он посмотрел
куда-то за мою спину. — Заходи, сэр Шурф. Кажется, меня здорово подмывает
подвергнуть тебя допросу с пристрастием... У меня создалось впечатление, что
какая-то сволочь решила проскользнуть сквозь Хумгат верхом на твоем горбу. Я
прав, парень?
— Разумеется вы правы. Теперь я с некоторым недоумением спрашиваю
себя, почему я сам не догадался, что со мной происходит. — Спокойно сказал
Лонли-Локли. — И учтите, кроме меня влип еще кто-то: меня оседлали пока я
спал, вернее пока я гулял по сну сэра Макса, который, по его же словам,
является "настоящим местом" и находится где-то в другом Мире. Должен же был
мой "всадник" как-то туда попасть... — Он остановился рядом с моим креслом
и аккуратно поставил на стол исчерченную полустертыми рунами шкатулку. Его
рука осторожно легла на мое плечо, я заметил, что на нем больше не было ни
защитных рукавиц, ни смертоносных перчаток.
— Никогда бы не подумал, что ты сможешь увернуться от меня, Макс. Но
ты смог, хвала Магистрам! Могу себе представить, как огорчилась эта тварь --
она была так уверена в успехе...
— На ее месте я тоже был бы уверен в успехе! — Усмехнулся Джуффин. --
Кстати, почему именно "она"?
— Об этом следует спросить у кого-нибудь из филологов. — Невозмутимо
ответил Шурф, опускаясь в кресло рядом со мной. — Насколько я могу доверять
своим ощущениям, это существо скорее всего мужского пола, просто слово
"тварь" женского рода... Думаю, что вам следует спрятать этот ларец с моими
перчатками, сэр, и чем скорее — тем лучше. Теперь мой гость может вернуться
в любой момент, вы же не хуже меня знаете, что всадники, повадившиеся
шляться через Хумгат, не любят навсегда покидать своих скакунов.
— Какие такие "всадники"? И сквозь какой "хумгат" они "шляются"? --
Жалобно спросил я. — Ну и метафоры у вас, ребята! Что-то я уже ничего не
понимаю!
— На самом деле все довольно просто. — Пожал плечами Джуффин. --
"Хумгат" — это древнее имя Коридора между Мирами. Я не люблю употреблять
этот термин: от него попахивает каким-то мистическим выпендрежем. Гораздо
проще называть вещи своими именами, правда? Ну а что такое "Коридор между
Мирами" — это еще вопрос, кто из нас знает об этом месте больше!
— Вы! — Уверенно заявил я. — Я там немного побегал, конечно, было
дело... Но теоретической подготовки мне явно не хватает.
— Ага... В таком деле теоретическая подготовка нужна как индюку
амобилер! — Неожиданно рассмеялся Джуффин. — Проблема в другом: либо ты
можешь попасть в это место, либо нет. Большинство людей этого не могут. В
том числе и могущественные Магистры древних времен: из тысяч и тысяч на
такие фокусы были способны только наш приятель Маба Калох, недоброй памяти
сэр Лойсо Пондохва, разумеется, и еще несколько не менее замечательных
типов, включая нас с тобой. Одно из двух: либо ты с самого рождения пригоден
для занятий Невидимой Магией, которая, собственно, и приводит нас в это
таинственное местечко, либо не пригоден... Знаешь, это ведь как талант:
кто-то может умножать в уме двеннадцатизначные числа, а кто-то не может, и
никакое университетское образование тут не помогает.
— Зато образование помогает вовсе обходиться без таких способностей.
— Возразил я. — Можно научиться умножать эти грешные числа в столбик, на
бумаге, или еще лучше — воспользоваться какой-нибудь счетной машинкой.
— А что, есть и такое? — Заинтересовался Лонли-Локли.
— Ох, Шурф, чего только нет на свете! Будешь смотреть кино,
приглядывайся повнимательнее: там их иногда показывают. — Я впервые решился
посмотреть ему в лицо и улыбнулся от неописуемого облегчения: это
действительно был прежний Шурф Лонли-Локли, спокойный и невозмутимый, но не
упускающий возможность пополнить тяжелый багаж своих энциклопедических
знаний, как всегда. Кажется, такой знакомый, уютный и безопасный мир, в
котором мне нравилось обитать, мир, совсем недавно разлетевшийся в клочья от
холодной усмешки обезумевшего сэра Шурфа — "трепыхаешься, гаденыш?" --
восстанавливался быстро и незаметно, капля по капле.
— Знаешь, Макс, а ведь ты сам нашел просто превосходную метафору,
когда завел речь об этих загадочных "машинках" для счета. — Сказал Джуффин.
— Именно так все и происходит. Когда могущественный маг понимает, что не
способен попасть в Коридор между Мирами самостоятельно, он становится
"всадником"... Ну это только так называется. На самом деле он находит
человека, способного путешествовать между Мирами, и овладевает его духом:
для того, кто освоил высокие ступени Очевидной Магии, это проще простого.
Лучше всего, конечно, завладеть духом какого-нибудь безумца: они нередко
очень талантливы, к тому же не имеют ни малейшего представления ни о
собственных способностях, ни о возможных последствиях. Кроме того, их дух и
без того никому не принадлежит. При известном могуществе можно завладеть не
только духом, но и телом другого человека — чужим телом, рожденным для
таких путешествий... А если здорово постараться, можно забрать всю силу
своего пленника. Тогда он умирает, а удачливому охотнику достается немалая
доля таланта его жертвы. Ребята вроде нас с тобой им ни к чему: с нами
опасно иметь дело, поскольку мы ведаем, что творим, более или менее. И можем
защищаться... Впрочем, один такой хитрец все-таки пытался оседлать тебя,
когда ты путешествовал на свою родину. Ничего у него не получилось, но по
его милости ты чуть не утратил память: эта неведомая сволочь тебя здорово
оглушила!
— Так вот почему я сначала не мог ничего вспомнить о своей жизни в
Ехо! Еще немного, и мне пришлось бы поверить, что я никогда никуда не
уходил... — Ошеломленно прошептал я. — А почему вы раньше мне о нем ничего
не говорили?
— А что толку? Ну сказал бы я тебе, ты бы благополучно испугался,
возможно, торжественно зарекся бы путешествовать между Мирами, и что дальше?
— Пожал плечами Джуффин. — Насколько я знаю, ты пока не очень-то в курсе,
что нужно предпринимать в таких случаях... Я все собирался поискать на
досуге этого горе-путешественника, да вот тут подвернулось это твое
"кино"... и "мультики", так что я решил, что поиски всадника могут немного
подождать: ты мне все уши прожужжал, что с тебя пока хватит этих
запредельных прогулок, к тому же, после такой неудачи он все равно не стал
бы к тебе цепляться!
— Ладно, Магистры с ним, с этим несостоявшимся туристом! — Вздохнул
я. — Так что же получается: ты тоже можешь путешествовать между Мирами,
Шурф?
— Пока не могу. — Меланхолично ответил Лонли-Локли. — Но
когда-нибудь смогу, просто время еще не пришло... В моей жизни все
происходит довольно медленно.
— Теперь тебе придется привыкать к мысли, что твое время уже пришло!
— Злорадно ухмыльнулся Джуффин. — Все получилось не совсем так, как мы с
тобой планировали, сэр Шурф. Этот неугомонный парень, — он кивнул на меня,
— растормошил тебя несколько раньше, чем следовало, за что и был наказан.
— Никого я не тормошил! — Сердито сказал я. — Вы еще не устали
говорить загадками?
— От чего я действительно устал, так это от необходимости говорить
отгадками! — Передразнил меня Джуффин. Потом он добавил, уже более
серьезно: — Ты нечаянно затащил его в свои сновидения, Макс. Причем именно
в те, которые являются "настоящими местами", по твоему собственному
выражению. А потом еще эти ваши совместные прогулки по окрестностям
Кеттари... Ну, ты знаешь, о чем я говорю. В общем, все это привело к тому,
что сэр Шурф оказался в довольно двусмысленном положении: он уже вполне
способен совершать самостоятельные путешествия между Мирами, но еще не готов
осознанно воспользоваться своими талантами. Так что, сейчас он находится не
в лучшей ситуации, чем некоторые обитатели Приюта Безумных... Стоп,
мальчики! Вот где нам нужно пошарить в первую очередь! Я пока представления
не имею, где искать нашего клиента, но у нас очень хорошие шансы обнаружить
в Приюте Безумных парочку его "лошадок". Ты совершенно прав, Шурф: ты никак
не мог быть его первой жертвой, начинающему путешественнику через Хумгат
такое не по зубам!
— Полагаю, что так. — Кивнул Лонли-Локли. — Досадно, что я не смогу
принимать участие в поисках. Несколько несвоевременно все это получилось...
— Да. — Кивнул Джуффин. — Но тут уж ничего не поделаешь...
Останешься здесь? Мне это больше нравится, но вообще-то в Холоми тебе было
бы комфортнее.
— Разумеется, я останусь здесь. Комфорт сейчас — не самое главное.
Маленькая комната при вашем кабинете, в которой мы раньше содержали
заключенных, по-моему, это — именно то, что требуется: она изолирована от
внешнего мира не хуже, чем Холоми. По крайней мере, я буду рядом, и вы
сможете наблюдать за развитием событий. Кроме того, возможно мне удастся
принести некоторую пользу, даже не покидая этого помещения.
Я недоуменно переводил глаза с одного на другого. Лонли-Локли заметил
мою растерянность и понимающе улыбнулся уголками губ.
— Этот всадник может снова оседлать меня, Макс. — Мягко сказал он. --
Я отдал сэру Джуффину свои перчатки, но я и без них много чего могу
натворить, если приспичит... Знаешь, насколько я понял, к тебе он испытывает
что-то вроде личной ненависти. Мне пришлось сопереживать его эмоциям, так
что я могу с уверенностью утверждать, что его попытка убить тебя была
вызвана не столько практической необходимостью, сколько страстным желанием
это сделать. Если бы это существо так уж боялось, что ты расскажешь о моих
проблемах сэру Джуффину, оно могло бы просто заставить меня молчать, с
самого начала: его силы хватило бы и на это... Когда он приходит, мне нечего
ему противопоставить — омерзительное ощущение! Поэтому мне придется немного
посидеть взаперти. До тех пор, пока вы с сэром Джуффином не покончите с
оседлавшим меня существом. Так будет лучше для всех, в том числе и для меня
самого... Знаешь, ведь в сегодняшней переделке не ты один постоял на краю. Я
до сих пор не понимаю, как у тебя хватило великодушия не плюнуть в меня
ядом. У тебя ведь была такая возможность, и не раз!
— Дело не в великодушии. — Смущенно сказал я. — Для того, чтобы быть
великодушным, нужно иметь хоть какое-то время на размышления, а у меня его
не было. Мне было некогда решать: плевать в тебя ядом или нет. Я просто не
стал этого делать, и все. А почему — Магистры меня знают!... И вообще, я с
самого начала был уверен, что этим тебя не проймешь. Мне показалось, что я
должен отмочить что-то совершенно неожиданное, чего никогда раньше не делал,
о чем ты и понятия не имеешь... Впрочем, сейчас, задним числом, мне довольно
трудно понять свою тогдашнюю логику. Скорее всего ее вовсе не было.
— Так вот, могу тебя уверить, что я не имел в своем распоряжении
никаких заранее заготовленных средств против твоего яда. Я — живой человек,
следовательно, я бы умер от твоего плевка, как любой другой живой человек,
если бы не успел заслониться своей защитной рукавицей, конечно. Просто у
существа, которое мной завладело, нет особых причин дорожить моей жизнью. В
случае чего, мой "всадник" нашел бы себе другую клячу для совместного
низвержения в Хумгат. Впрочем, у него их и так хватает, я полагаю... Так
что, у тебя были хорошие шансы со мной покончить.
— Ужас какой! — Искренне сказал я. — Это почти так же плохо, как
если бы ты покончил со мной... или еще хуже?
— Нет ничего хуже собственной смерти, поскольку с ее приходом рушится
все. А прочие события могут разрушить только часть твоей личной вселенной.
— Назидательно сказал Лонли-Локли. Немного поразмыслив, он добавил: --
Впрочем, иногда эта часть может оказаться непропорционально большой, и тогда
вместе с ней рушится все остальное, так тоже бывает...
— Бывает! — С неожиданной убежденностью кивнул Джуффин. — Ладно уж,
думаю, что я не дам тебе слишком затосковать в добровольном заточении, сэр
Шурф. В моем присутствии твой незваный гость вряд ли появится, а если
появится — ему же хуже, так что буду тебя время от времени выпускать на
прогулку, за хорошее поведение... А вот спать тебе действительно пока не
стоит.
— Да, я тоже так думаю. — ...
