Максим Фрай. Темная сторона
страница №6
...то заглядение!Осталась самая малость: научиться делать то же самое с тем, кто их насылает.
— Ладно, сегодня же и попробуем. — Вяло согласился я.
— Ага, как же! Вояка из тебя сейчас тот еще! Сомневаюсь, что после
этого бенефиса у тебя хватит пороху убить хотя бы индюка... На это и был
расчет у нашего приятеля Гугимагона, между прочим.
— А это его рук дело, да? — Все так же безучастно поинтересовался я
— сейчас моей флегматичности мог бы позавидовать сам сэр Лонли-Локли,
честное слово!
— Ну не моих же! — Джуффин снял с головы тюрбан и с хитрой улыбкой
провинциального фокусника извлек из него керамический кувшин, точно такой
же, как подают в "Обжоре Бунбе".
— Думаю, глоточек камры тебе не помешает. Только не пытайся сделать
вид, что ты не можешь пить это без кружки! В любом случае, мне лень добывать
еще и посуду... Чего ты так на меня уставился, Макс? Неужели ты
действительно думал, что никто в Мире, кроме нашего драгоценного Мабы Калоха
и тебя, любимого, не умеет проделывать этот фокус?
— Да нет, — улыбнулся я, — в глубине души я уверен, что вы способны
на все что угодно, и вообще вы — самый главный начальник всего сущего...
Просто вы так смешно достали кувшин из тюрбана!
— Это еще что! Когда старый Махи Аинти учил меня манипуляциям со Щелью
между Мирами, он довольно убедительно утверждал, что наилучшие результаты
приносят поиски в собственной заднице. — Хмыкнул Джуффин. — В то время
меня весьма шокировали подобные заявления...
— А камра-то действительно из "Обжоры"! — С удовольствием отметил я.
— Еще бы! Стану я пичкать тебя всякой дрянью... да и себя заодно! --
Джуффин отобрал у меня кувшин и сделал несколько глотков. Я полез в карман
Мантии Смерти за сигаретами, прикурил, машинально щелкнув пальцами правой
руки. Вообще-то это было немного слишком: делать чудеса я с горем пополам
уже научился, но делать их машинально...
— А мы чего-то ждем? — Спросил я. — Или вы просто великодушно даете
мне прийти в себя?
— И то, и другое... Вообще-то мы ждем того чудесного момента, когда я
решу, что ты уже в полном порядке и призову сюда этого пожилого шалуна
Гугимагона. Не гоняться же за ним по всему Миру!
— А разве я еще не в порядке? — Удивился я.
— Ну, как тебе сказать... Вообще-то полчаса назад ты был в куда лучшей
форме! — Усмехнулся Джуффин.
— А где вы были все это время? — С любопытством спросил я. — Пока
я... "сражался с наваждением".
— Неплохая формулировка. — Улыбнулся мой шеф. — Я стоял на Пороге
этого Мира и получал море удовольствия, созерцая твои бессмертные подвиги.
Но решил держаться подальше, просто, чтобы не подвернуться под горячую руку!
— Джуффин рассмеялся с таким удовольствием, словно я был величайшим комиком
всех времен и народов, а зверское убийство несчастных пляжников — лучшим
моим шоу.
— А это действительно было просто наваждение, да?
— Ну, не то что бы "просто", но в общем-то... да, наваждение,
конечно... Видишь ли, мне удалось здорово обмануть Гугимагона. До последней
минуты он был уверен, что ты прийдешь сюда один, поскольку я неотлучно
нахожусь рядом с сэром Шурфом — стерегу его драгоценное тело и не менее
драгоценную душу.
— А почему он так думал? Теперь вы можете мне сказать?
— Теперь могу. Вчера вечером я дал Шурфу немного своей крови. И велел
пить ее по капле, как только он почувствует приближение своего "всадника".
Не слишком опытный в таких делах маг после этой процедуры вполне мог
перепутать его тело с моим. Я и рассчитывал на то, что Гугимагон во-первых,
не слишком опытен в делах такого рода, и во-вторых, по-прежнему боится меня,
как огня. И я не ошибся, что не может не радовать!
— Это и есть та таинственная защита, о которой вы вчера не захотели
мне рассказывать, да?
— Ну да, а что же еще... Она здорово сработала, и Гугимагон решил, что
ты поперся сражаться с ним в одиночку. И приготовил тебе хорошую встречу.
Гугимагон рассчитывал, что этот приступ гнева отнимет у тебя все силы. Так
оно, собственно, и случилось. Знаешь, Макс, он ведь и тебя боится. Не
слишком, но все-таки боится. И здорово недолюбливает. Шурф был абсолютно
прав: это очень личная неприязнь, и кажется я догадываюсь почему... Для
начала он решил послать тебе навстречу все, что ты ненавидишь. То, что ты
меньше всего хотел бы встретить в своем Мире. А ведь этот Мир действительно
принадлежит тебе, Макс.
— Как это? — Тихо спросил я. — Он мне давно снился, конечно, и я
люблю это место... но каким образом целый Мир может кому-то принадлежать?
— Очень просто: без тебя его бы попросту не было. Сначала он тебе
снился, а потом произошло чудо — из тех немногих абсолютно необъяснимых
событий, которые действительно приходится считать чудесами. Это место стало
настоящим. Достаточно настоящим, чтобы продолжать свое существование даже
после твоей смерти... Вообще-то Миров, которые рождаются из чьих-нибудь
грез, пруд пруди, но большинство из них так же недолговечны, как их
создатели. И еще более эфемерны... А у тебя от рождения редкий талант давать
настоящую жизнь своим сумасшедшим фантазиям. Красивый безымянный город в
горах, и хищный зачарованный парк, которые по твоей милости выросли возле
Кеттари, а теперь еще и это местечко... Забавно, что Гугимагон облюбовал
именно его. Может быть, в такой новорожденный Мир просто легче попасть?
Я изумленно уставился на своего шефа, который на этот раз, по моему
глубокому убеждению, нес какую-то невероятную чушь. Земля опять уходила у
меня из-под ног, уже в который раз за эту веселую осень!
— Вы меня не разыгрываете? — С надеждой спросил я.
— Делать мне больше нечего... А чего ты, собственно, так
переполошился? Можно подумать, такая уж великая новость! Как ты боишься
обыкновенной констатации фактов, даже забавно... Обычно людям свойственно
бояться куда более материальных вещей, чем простые слова.
— Действительно забавно. — Согласился я. — Вообще-то, после всего,
что со мной случилось, я мог бы позволить себе роскошь и вовсе пропустить
ваше чудовищное заявление мимо ушей.
— Вот-вот. — Кивнул Джуффин. — И вообще тебе полагается лежать в
обмороке от восторга... Неужели тебя совершенно не радует собственное
безграничное могущество?
Я проанализировал свои ощущения и отрицательно покачал головой.
— Нет, не радует. Свинство с моей стороны, да? Вот если вы вернете мне
кувшин с остатками камры, я пожалуй действительно немного обрадуюсь. Я же
очень примитивное существо, вы еще не поняли?
— Держи свое пойло, "примитивное существо". Вообще-то, она уже почти
остыла. — Джуффин отдал мне кувшин. Он выглядел очень довольным, не знаю уж
почему.
Я допил теплую камру — все равно она оставалась вкусной — и посмотрел
на Джуффина.
— Знаете, у меня такое ощущение, что я давным-давно в полном порядке.
Вам так не кажется? Может быть, вы быстренько призовете Гугимагона, мы дадим
ему по морде и отправимся домой?
— Ну, положим, в полном порядке ты теперь будешь только через пару
дюжин дней, не раньше. — Усмехнулся Джуффин. — Я имею в виду не твое
самочувствие и настроение, а потенциальную возможность повторить свой
давешний подвиг... Но это ерунда, с Гугимагоном я и сам справлюсь — проще
простого! Проблема в том, что я могу нечаянно повредить тебе, когда буду
убивать этого красавчика. Уж больно ты сейчас слаб. Я бы вообще с
удовольствием отправил тебя домой, но фиг ты сейчас без меня куда-нибудь
доберешься!
— Неужели все так плохо? — Помрачнел я.
— Почему "плохо"? Все нормально, даже лучше, чем нормально: на
ногах-то ты держишься и огонь из своих пальцев извлекаешь, для полного
счастья, хотя, по идее, не должен бы... У нас есть два выхода. Во-первых, мы
можем просто устроить себе отпуск и провести здесь пару дюжин дней, пока ты
снова не станешь "великим героем", как тебе и положено. Идея, заманчивая во
всех отношениях. Вот только за это время наш приятель Гугимагон может
собрать чемоданы и отправиться на другой край Вселенной. Лично я на его
месте именно так бы и поступил...
— А что "во-вторых"? — С любопытством спросил я.
— А эта идея нравится мне даже больше первой. Я тебя сейчас закопаю и
призову Гугимагона, не откладывая.
— Закопаете? — Жалобно переспросил я.
— Ну да. Земля вообще отличный защитник от чего угодно, а уж земля
твоего собственного Мира... Полагаю, что это должно быть нечто особенное! Не
делай такие несчастные глаза, Макс: твоя голова останется на поверхности.
Будешь дышать, сколько влезет, и созерцать "битву титанов". Обожаю работать
на публику!
— Ладно. — Улыбнулся я. — Тогда вам следует оставить на поверхности
мои руки — чтобы я мог аплодировать.
— Обойдешься. Руки сейчас твое самое уязвимое место, после всего, что
ты с их помощью вытворял. — Сурово сказал Джуффин.
— Вам же хуже. Значит не будет никаких аплодисментов. — Флегматично
заметил я, с удовольствием вытягиваясь на теплом песке. — Делайте со мной,
что хотите, Джуффин. Боюсь, что я сейчас просто позорно засну.
— Ни в коем случае. Пока Гугимагон жив, никаких снов! — Мой шеф
извлек из кармана лоохи маленькую керамическую бутылочку с бальзамом Кахара.
— Пьешь это зелье всегда ты, а помнить о том, что его нужно с собой брать,
почему-то должен я. Тебе не кажется, что это нелогично?
— Почему? Как раз наоборот! Это называется "узкая специализация". — Я
сделал два здоровенных глотка самого вкусного тонизирующего средства всех
Миров: на фоне всего происшедшего небольшая передозировка казалась мне
скорее благом.
— Смотри, не захлебнись от счастья! — Добродушно проворчал Джуффин.
Он поднялся на ноги и отошел от воды. Несколько секунд подумал, потом
одобрительно кивнул, поднял с земли маленький камешек, повертел его в руках
и с силой бросил себе под ноги. Светлый песчаный столб взлетел вверх,
задрожал и рассыпался миллионами сверкающих песчинок. Это было здорово
похоже на миниатюрный взрыв, только совершенно бесшумный.
— Твоя норка готова. — Сообщил мне Джуффин. — Самое время тебя
зарыть: еще начнешь буянить от этого зелья!
— Когда это вы видели, чтобы я от него буянил?! — Возмутился я.
— Хвала Магистрам, пока не видел. И молю небо, чтобы не пришлось! --
Расхохотался он. — Твои сегодняшние подвиги потрясли меня до глубины души.
Можно было подумать, что воскрес Лойсо Пондохва, честное слово! Такое
ощущение, что он был твоим любимым школьным учителем: сегодня ты
продемонстрировал абсолютно тот же стиль... Между прочим, из всех моих
знакомцев только он проделывал такие штуки со своими руками.
— Может быть, вы говорите мне приятные вещи, но мне почему-то здорово
не по себе от всего этого. — Вздохнул я. — Этот ваш знаменитый Лойсо
Пондохва... Упоминания о нем меня просто преследуют. В довершение ко всему,
он еще умудрился оказаться отцом моей девушки! Вы уверены, что убили его,
Джуффин? В последнее время я начинаю опасаться, что в один прекрасный день
он свалится мне на голову!
— Вообще-то я убил его довольно качественно. — Задумчиво сказал
Джуффин. — Вернее, не то что бы по-настоящему убил — это было просто
невозможно — но поместил его в одно исчезающее место, так что Лойсо
давным-давно исчез вместе с ним... Во всяком случае, я здорово надеюсь, что
так оно и есть. Впрочем, даже если это не так, "свалиться на твою голову" он
все равно вряд ли когда-нибудь сможет: я навсегда закрыл его личную Дверь
между Мирами, и хорошо закрыл! Лойсо был непревзойденным мастером Очевидной
магии, тут мне с ним нечего было и тягаться, но во всем, что касается
путешествий между Мирами, он был почти таким же новичком, как и ты... Что
мне было по-настоящему нелегко — это заманить его в Хумгат, остальное
оказалось делом техники.
— Расскажете? — Тут же спросил я.
— Расскажу когда-нибудь. Я сейчас, видишь ли, немного занят... Полезай
в яму, сэр Макс. Хороши мы с тобой будем, если Гугимагон все-таки успеет
смыться из этого Мира! Вообще-то уйти отсюда ему будет нелегко: для начала
ему потребуются хорошие "лошадки". До Шурфа он вряд ли доберется, а те, кто
доставил его сюда, уже мертвы, тем не менее, нам не стоит недооценивать
этого умника... Я не удивлюсь, если помимо несчастных безумцев у него с
самого начала было немало невольных помощников вроде нашего сэра Шурфа! В
конце концов, он готовился к этому путешествию не меньше ста лет... — Эти
слова Джуффин произносил, аккуратно засыпая песком свободное пространство
между моим телом и стенами глубокой ямы. Я чувствовал себя только что
высаженным на грядке корнеплодом, чем-то вроде гигантской морковки. Это было
довольно смешно, а под воздействием непомерной дозы бальзама Кахара я
хихикал, как сумасшедший.
— Какая прелесть! — Мечтательно сказал Джуффин. — Одно удовольствие
иметь с тобой дело, парень! Я тебя, можно сказать, заживо похоронил в
каком-то неведомом пустынном месте, на самом краю Вселенной, а теперь
собираюсь призвать сюда грозного Гугимагона, мечтающего напиться твоей
крови... А ты ржешь, как пьяная лошадь!
— Почему "как пьяная"? — Я уже стонал от смеха.
— Потому что трезвые лошади ведут себя гораздо сдержаннее. Особенно в
подобных обстоятельствах... — Мой шеф улыбался до ушей. — Ладно уж,
считай, что ты меня убедил. Сейчас я тоже буду развлекаться.
С этими словами Джуффин развернулся и быстрым шагом пошел в глубь
пляжа. Удалившись от меня метров на тридцать — сорок, он остановился и
заорал:
— Гугимагон, вурдалак драный, а ну дуй сюда!
Этот невежливый призыв не только прогремел над пляжем, как нормальный
человеческий крик. Каждое слово Джуффина немедленно материализовалось,
вылетая из его рта, так что в воздухе зависла гигантская надпись, подобно
тому, как громоздятся над головами своих хозяев реплики героев комиксов.
Фраза была ярко-оранжевого цвета, мне показалось, что она "написана"
довольно небрежным размашистым почерком. Через несколько секунд буквы начали
расти и одновременно блекнуть, теперь они стали бледно-желтыми, зато
закрывали собой почти все небо. Джуффин повелительным жестом поднял правую
руку, сияющая надпись пролилась в его протянутую ладонь, как молоко из
кувшина. Он с силой встряхнул рукой, и я увидел, что призрачная материя, из
которой была соткана надпись, превратилась в тонкую трость цвета слоновой
кости.
— Сюда, быстро! — Сердито сказал мой шеф, вонзая трость в песок.
Потом он расслабился, с удовольствием покачал головой и вернулся ко мне.
— Скоро он заявится. — Джуффин подмигнул мне с видом заговорщика. --
Никуда не денется, я уже пригвоздил его к этому месту. Ну побарахтается с
полчаса, а на большее у него силенок не хватит, это точно!
— Красиво вы это провернули. — Завистливо вздохнул я.
— Да уж... Для тебя старался. Вообще-то, я мог бы сделать то же самое,
не прибегая к визуальным эффектам. Это твое кино совершенно меня испортило.
Раньше я так не выпендривался... Но знаешь, мне даже нравится. Надо же
получать удовольствие от рутинной работы!
— Ничего себе "рутинная работа"!
— Ну а что же еще? Гоняться по каким-то окраинам Хумгата за несчастным
бесталанным романтиком дальних странствий Гугимагоном... Знаешь, после
всего, чем мне довелось заниматься за мою долгую жизнь, это — самая что ни
на есть рутина...
— А я-то думал, что влип в одно из самых опасных приключений в своей
жизни! — Усмехнулся я.
— Правильно думал. Но одно другому не мешает, знаешь ли! К тому же,
по-настоящему опасным оно было только в тот момент, когда ты подвозил домой
своего друга Шурфа Лонли-Локли. А теперь так, скукота. Вот если бы ты
действительно приперся сюда в одиночестве, тогда конечно! Могу себе
представить...
— А я не могу. — Вздохнул я. — И это к лучшему, наверное...
— Смотри, Макс. — Джуффин кивнул в сторону моря. — Этот проказник
опять решил испортить твой любимый пейзаж! Такое впечатление, что сэр
Гугимагон подслушивал нашу беседу. Кажется, он вознамерился доказать мне,
что охота за ним — не самое скучное событие в моей жизни.
Я машинально оглянулся и чуть не умер на месте: зыбкая поверхность моря
больше не была естественным продолжением горизонтальной плоскости берега.
Оно устремилось вверх, вздыбилось над нами сумасшедшей, абсолютно
вертикальной стеной, вопреки всем законам природы, оптики и здравого смысла.
И угол наклона продолжал угрожающе изменяться: стена воды наклонялась в нашу
сторону.
Джуффин вздохнул, поднялся с песка, вразвалочку подошел к нависшей над
нами гротескной стене и небрежно хлопнул по ней ладонью.
— На место! — Ворчливо приказал он. Таким тоном заспанный хозяин
пытается отделаться от своего не в меру расшалившегося пса, которому
приспичило отправиться на прогулку в три часа ночи. Но в данном случае это
увещевание подействовало! В следующее мгновение море снова стало тем, чем
было всегда — неритмично шевелящейся сверкающей поверхностью,
простирающейся до линии горизонта.
— Это тоже было наваждение, Макс. — Объяснил мне Джуффин. — Не бери
в голову... Хотел бы я знать, за кого он меня принимает? За старого
маразматика? Рассердиться, что ли...
Видимо моему шефу понравилась эта мысль. Во всяком случае, он не стал
больше рассиживаться и точить со мной лясы, а пошел прямехонько к своей
невероятной трости.
— Сюда! — Грозно приказал он, с силой ударяя по ее набалдашнику.
Трость ушла в песок еще глубже, даже с моего места это было заметно.
— Сюда, быстро! Еще быстрее! СЕЙЧАС! — Джуффин орал так
неправдоподобно громко, что у меня нервы не выдерживали. А его последний
крик был и вовсе каким-то нечеловеческим: люди просто не способны кричать
таким голосом: низким и пронзительно визгливым одновременно. Честно говоря,
мне здорово захотелось спрятать в песок все, что от меня осталось, то есть
голову...
Темный силуэт появился рядом с Джуффином, высокий и громоздкий силуэт
тяжеловеса — он показался мне настоящим великаном! И тут я с ужасом
заметил, что за спиной моего шефа маячит еще один гигант, ничуть не меньше
первого. На их фоне худющий сэр Джуффин не производил впечатление грозного
противника. Но хвала Магистрам, это все-таки были не соревнования по тяжелой
атлетике!
— О, к нам пришел сэр Гугимагон, да еще и Тень свою привел... Как это
мило! — Комически тоненьким голоском пропищал Джуффин, молниеносно
разворачиваясь к тому, кто был сзади. К моему невероятному изумлению, он
ухватил его за ляжки и разорвал громоздкое темное тело пополам, словно оно
было картонным, злорадно захихикал и с неожиданной прытью ухватил за ногу
своего второго противника.
— Какое несчастье! У сэра Гугимагона больше нет Тени! — Горестно
запричитал Джуффин, легко поднимая над головой этого великана и изо всех сил
шарахнув его головой о песок. Точно так же поступал со здоровенными котами
мышонок-силач, кузен Джерри, кажется мой шеф действительно был без ума от
этих мультфильмов!
— Макс, тебе понравилось? — Джуффин повернулся ко мне, улыбаясь самой
очаровательной из своих улыбок. Своего противника он по-прежнему держал за
ногу, небрежно им при этом помахивая.
Я только хлопал глазами. Все это было уже как-то чересчур!
— Грешные Магистры, неужели мне удалось лишить тебя дара речи? --
Изумился Джуффин. — Вот это я понимаю, чудо!
Он направился ко мне, волоча за собой огромного Гугимагона.
— А почему вы его не убиваете? — Наконец спросил я.
— Экий ты кровожадный! — Ухмыльнулся Джуффин. — Дай тебе волю, и все
Миры стали бы такими безлюдными... Вообще-то он уже почти мертв: ни один
человек не может надолго пережить свою Тень. Ну разве что на часок-другой.
Вполне достаточно, чтобы мы могли побеседовать. Имею я право поболтать со
старым приятелем?
— Имеете. — Вздохнул я. — Может быть, теперь я могу выкапываться?
— Ни в коем случае! — Джуффин так внезапно стал серьезным, что я даже
испугался. — Я только что здесь такого наворочал... Нечего тебе без единого
щита шляться по местности, где только что два серьезных пожилых человека
занимались магией двести двадцать восьмой ступени!
— Ого! — Уважительно заметил я. — Почти предел возможного, да?
— Да. Знаешь, оказывается, в новорожденном Мире это гораздо легче
делать. Очень интересный эффект! Теперь я понимаю, как тебе удалось устроить
такую красивую великую битву с несчастными пляжниками. Дома у тебя это вряд
ли получилось бы... Да оно и к лучшему, пока!
— А я-то думал, что это я сам по себе такой грозный. — Усмехнулся я.
— Ну, нет — и не надо!
— Ничего, успеешь еще. — Успокоил меня Джуффин, усаживаясь на песок
рядом со мной, вернее рядом с моей головой — к тому времени у меня
создалось впечатление, что ничего, кроме головы, от меня уже не осталось,
мое тело словно смешалось с песком, растворилось в нем, и мне даже нравилось
это странное ощущение.
Джуффин, тем временем, еще раз встряхнул тело Гугимагона, как тряпку. В
результате этой встряски его жертва приняла сидячее положение и томно
опустила голову на плечо своего мучителя.
— Сядь прямо! — Рявкнул Джуффин. К моему изумлению, бесчувственное
тело послушно выпрямилось. Я наконец смог разглядеть его лицо. Не слишком
привлекательное, но эффектное, оно напоминало гордые лики старых индейских
вождей — не настоящих, а киношных. Его правый глаз был закрыт а левый
уставился на меня тяжелым немигающим взглядом. Радужная оболочка была
неестественно белого цвета. Я вспомнил, что Джуффин говорил знахарю из
Приюта Безумных: левый глаз Гугимагона был слеп... А потом я вспомнил еще
кое-что, о чем не только не знал, но и подозревать не смел всего секунду
назад. Этот слепой белый глаз уже смотрел на меня раньше, когда я сдуру
решил прогуляться домой, в тот Мир, где мне довелось родиться. До сих пор
мне казалось, что то путешествие между Мирами почему-то здорово отличалось
от прочих: там не было самого Коридора, не было поиска нужной мне Двери,
ведущей в мой Мир. В тот раз я заснул в своей зачарованной спальне в доме на
улице Старых монеток, а потом сразу же проснулся под стареньким клетчатым
пледом в маленькой квартирке, которую когда-то считал своим домом, в полной
уверенности, что два года моей жизни в Ехо были всего лишь прекрасным сном,
который и вспомнить-то трудно... Я выкарабкался из той беды, как не раз
выкарабкивался из множества других бед, все это осталось позади и уже не
вызывало у меня особых эмоций. Но встретившись взглядом с белесым слепым
глазом Гугимагона, я вспомнил, что еще было "не так" с тем моим проклятым
путешествием. Разумеется, я попал в Коридор между Мирами, как только заснул,
да иначе и быть не могло: открывшаяся для меня Дверь вела именно в то место.
Но там меня поджидал этот самый дядя, который хотел... Чего именно он хотел
— это я так и не смог для себя сформулировать. Но я знал, что тогда мне
грозило кое-что хуже самой смерти, хуже которой вроде бы ничего быть не
может.
— Ты вспомнил его, да? — Мягко спросил Джуффин. — Это именно он
охотился на тебя, когда ты ходил в свой Мир. Он здорово тебя оглушил тогда.
И все-таки ты от него удрал, молодец... Но хотел бы я знать, сколько ребят
вроде тебя от него не удрали! — Мой шеф легонько щелкнул по лбу своего
пленника. — Давай, оживай, дружок. У меня уже созрел очень хороший
вопрос... Что-то ты совсем зарвался, сэр Гугимагон! Одно дело потрошить
несчастных безумцев... На твоем месте я бы и сам так поступил. Если Хумгат
тебя не принимает, следует отточить мастерство и воспользоваться помощью
заблудившихся там бездомных Теней — это достойный выход. Но как тебе пришло
в голову, что ты имеешь право на силу настоящих избранников Хумгата?
Отвечай, кретин!
— Ты лучше меня знаешь, что этот выродок не человек. — Вдруг сказал
Гугимагон. У него хватило сил не только на то, чтобы ответить, но еще и на
то, чтобы невежливо ткнуть в меня пальцем. — А второй твой парень мне был
по-настоящему нужен. Я бы не стал связываться с тобой и рисковать всем, если
бы мог без него обойтись.
— Я слышал, что тот, кто слишком долго питался силой безумцев, сам
становится безумным. — Усмехнулся Джуффин. — По всему выходит, что так оно
и есть. Какая прелесть!... Ладно, в таком случае, говорить нам не о чем.
Призови остальных, Гугимагон, и покончим с этой историей.
— Каких "остальных"? — Вяло спросил великан.
— Я знаю, что здесь есть другие избранники Хумгата. Вернее, та часть
их духа, которую ты сумел оседлать. Могу себе представить, что происходит с
жалкими остатками этих ребят, угасающими без своей лучшей половины, не
понимая, что с ними произошло! Я бы мог сам призвать их, просто не хочу еще
больше навредить, их дела и без того плохи — хуже некуда... Ты рано
расслабился, Гугимагон. Думаешь, что я тебя убил, и на этом все кончено? Мы
давно не виделись, дружок. Ты наверное не в курсе, что я могу растянуть твое
умирание до конца этого Мира? Двести тридцать третья ступень Белой Магии,
всего за шаг до Зеленого Огня. На твоей памяти я такими фокусами не
баловался, правда? Ты любишь умирать подолгу, друг мой? Учти, что этот
прекрасный Мир будет существовать ох как долго... Правильно я говорю, сэр
Макс?
Я машинально кивнул, хотя понятия уже не имел, о чем идет речь. Этот
запредельный диалог двух старых колдунов напрочь отшиб у меня последнюю
способность соображать. Единственное, что меня еще немного волновало --
почему этот одноглазый так уверенно отрицал мою человеческую природу, да еще
и "выродком" обозвал? Не то что бы меня так уж заботило его мнение о моей
персоне, и все же мне здорово не понравилось то, что он сказал на мой счет.
— Ты всегда придаешь такое огромное значение бредням сумасшедших? --
Насмешливо спросил Джуффин. Он, как всегда, был в курсе моих переживаний. --
Знал бы, что ты такой впечатлительный, закопал бы тебя с головой, честное
слово!
— Ну да. А через несколько минут вы бы заметили, что из песка торчат
мои любопытные уши! — С облегчением улыбнулся я. — Уж на такое чудо у меня
всегда сил хватит, можете мне поверить!
— Верю! — Обрадовался Джуффин.
— Я не собираюсь потакать твоим капризам, Джуффин. — Вдруг заявил
Гугимагон. — Можешь делать со мной, что хочешь, но эти гаденыши, которых я
заставил работать на себя, останутся здесь... Все вы — нахальные,
неблагодарные, бессмысленные твари. Вам от рождения достался ваш дар, вы не
способны понять, каково быть человеком, навсегда обреченным оставаться там,
где родился. Я дорого заплатил за свое путешествие, и я хочу, чтобы все
оставалось как есть...
— Да ни фига ты пока не заплатил, болтун! — Возмутился Джуффин. — За
тебя платили другие ребята. Им даже не довелось увидеть чудеса, ради которых
ты почти погасил их Искру, вот что меня больше всего бесит! Призови тех, кто
еще может вернуться к себе, Гугимагон. Иначе... Ты меня не первый день
знаешь. Я всегда получаю то, чего хочу.
— Я сказал, что все останется как есть! — Упрямо буркнул Гугимагон.
— Мало ли, что ты там сказал! — Презрительно фыркнул Джуффин. --
Ладно, как хочешь.
Он легко оторвал от земли тело Гугимагона и подбросил его вверх. Через
секунду наш пленник тяжело грохнулся на землю. Я с изумлением обнаружил, что
на песок упало не одно, а два тела. Джуффин метнулся к телам и молниеносным
движением разорвал пополам одно из них — в точности так, как он уже
проделал это недавно.
— Тень быстро воскресает, а умирает еще быстрее, правда, Гугимагон? Я
могу продолжать это удовольствие столько, сколько понадобится. — Ласково
сказал он. — Понимаю, что неприятно, но ты просто не оставляешь мне выбора.
Призови своих пленников, пока не поздно. Я же и во вкус могу войти! А там
глядишь, сэр Макс захочет взять пару уроков...
— Ты мог бы позволить мне умереть иначе. — Тихо сказал Гугимагон. --
Своих людей ты уже получил, какое тебе дело до прочих?
— А ты здорово ненавидишь этих бедняг, на чьих спинах отправлялся в
свои чудесные путешествия! — С удовольствием отметил Джуффин. — Ты же им
смертельно завидуешь, да? Ну ладно, хватит дурью маяться. Призови их,
Гугимагон.
— Хорошо. — Вяло откликнулся великан. — Только... Ты ведь можешь
сделать так, чтобы я умер не здесь, и вообще не в одном из многих
существующих Миров, а в самом Хумгате. Если я призову этих людей, ты
сделаешь это для меня?
— А почему нет... — Неожиданно мягко ответил Джуффин. — С этого и
нужно было начинать наш разговор. Ты честно заслужил такую возможность,
Гугимагон. Но сначала я отпущу твоих пленников. Позови их, пока еще можешь.
— Да. — Кивнул тот. Я с изумлением осознал, что одноглазый старик
выглядит почти счастливым. "Наверное он действительно настоящий безумец. --
Подумал я. — Какая разница, где умирать? Смерть — она и есть смерть, где
бы ты не умер... Или все-таки нет?"
Джуффин неожиданно дернул меня за ухо. Рожа у него при этом была самая
бандитская, но глаза показались мне серьезными и даже немного печальными,
чего за моим шефом вообще-то не водится.
— Они пришли, наши с тобой товарищи по несчастью. Ты чувствуешь их
присутствие, Макс? Или еще нет?
— Ничего я не чувствую. — Огорченно сказал я. — Ой, а чего тут
чувствовать! Вы имеете в виду вон те привидения?
— "Привидения"? — Удивился Джуффин.
— Ну да. Эти прозрачные мерцающие силуэты возле воды... Что-то не так,
сэр?
— Да нет, все так. Просто ты видишь их очень забавным способом! --
Рассмеялся мой шеф. — Для меня они выглядят иначе, вернее вообще никак не
выглядят... Мы с тобой совершенно по-разному интерпретируем одно и то же
явление. Но так даже лучше... Сколько этих "привидений" ты видишь?
— Сейчас, дайте сосчитать... Семнадцать.
— Все правильно, и у меня семнадцать. — С удовольствием кивнул
Джуффин. — Десять из них точно могут найти обратную дорогу к себе,
остальные — как повезет... Слушай, Гугимагон, тебя же лечили Кристаллом
Памяти, пока ты нахально занимал казенную койку в Приюте Безумных! Вот и
давай его сюда. Им это может здорово помочь.
— Возьми. — Одноглазый протянул Джуффину какой-то темный блестящий
предмет, больше всего похожий на кусок антрацита. — С каких это пор ты стал
такой заботливый? Какое тебе дело, что будет с этими тенями? Их хозяева --
не твои люди.
— Еще бы! Конечно, не мои. Они вообще не имеют никакого отношения к
нашему Миру... Магистры их знают, откуда их сюда занесло! Так, нам нужно
семнадцать частей Кристалла Памяти, десять поменьше, семь побольше... Сейчас
посмотрим, гожусь ли я в знахари! — Джуффин аккуратно постукивал пальцами
по темному камню. — Все, готово. Держите, ребята! — Он швырнул в море
темные осколки Кристалла, я заметил, как зашевелились светящиеся призрачные
фигуры, замершие было у воды; нечто, что служило им руками, потянулось
навстречу медленно опускающимся на дно камушкам.
— Постарайтесь вернуться к себе, ребята. — С удивительной нежностью
сказал им Джуффин. — И еще постарайтесь запомнить хоть что-то из всей этой
истории. Вы попали в мерзкую переделку, но память о ней может оказаться
очень полезной потом, когда вы войдете в Коридор между Мирами
самостоятельно... если это вообще когда-нибудь случится... А теперь я открою
вам Дверь.
Джуффин поднял перед собой руку и с силой начертил в воздухе что-то
вроде здоровенного прямоугольника. Это выглядело так, словно он разрезал
очень плотную ткань не слишком острым ножом: самые большие усилия
требовалось прикладывать, чтобы вырезать угол. Тем не менее, его затея
увенчалась успехом, во всяком случае, мне показалось, что я даже вижу
контуры этого прямоугольника, мерцающие бледным красноватым светом.
Семнадцать призрачных существ устремились к Джуффину, одно за другим, они
исчезали, соприкоснувшись со светящимися границами невидимой Двери. Не
прошло и минуты, как все было кончено. Мой шеф снова уселся на песок, рядом
со мной и неподвижно лежащим на песке Гугимагоном. Кажется, дела одноглазого
были совсем плохи: он все меньше походил на живого человека. Но Джуффин не
обращал на это никакого внимания. Он повернулся ко мне и обезоруживающе
улыбнулся.
— Когда-то очень давно, когда я был почти мальчиком, со мной случилось
то же самое, что и с ними. Какой-то тип, вроде этого, — он кивнул в сторону
неподвижного тела Гугимагона, — похитил мой дух... очень небольшую его
часть, мне еще повезло. Разумеется, тогда я так и не понял, что со мной
случилось. Я оставался достаточно нормальным парнем, никому и в голову не
пришло бы упечь меня в Приют Безумных. Просто мне чего-то не хватало, хотя я
совершенно не осознавал этого. Я был очень молод и не знал, как ощущают себя
прочие люди, я даже полагал, что эта пустота внутри — нормальное
человеческое чувство, что жизнь достаточно глупа и безрадостна для всех...
Со мной все было в порядке, просто меня ничего не интересовало
по-настоящему, все происходящее казалось бессмысленным: скучные и противные
дни, похожие один на другой, ночи без сновидений, и усталость — такая
бесконечная усталость! Я болтался, как неприкаянный, и мои тусклые глаза не
видели ничего, кроме моих собственных отражений в многочисленных зеркалах,
от которых меня смутно тошнило... Это метафора, Макс. Слов, которые нужны,
чтобы объяснить, как это было паршиво, все равно не существует. Хуже всего,
что какая-то часть меня все еще помнила, что бывает и по-другому. Это
приносило боль — неосознанную и неописуемую одновременно... Так
продолжалось, пока старый шериф Махи Аинти не предложил мне место своего
помощника. Теперь-то я знаю: первое что он сделал, познакомившись со мной
поближе — это отправился в Хумгат, разыскал маленькую частичку меня,
которой мне так не хватало... ну, наверное, дал по морде, кому следует,
одним словом, освободил мой заблудившийся дух из его плена. И тогда я снова
узнал, чем пахнет настоящая жизнь. В ту ночь я дежурил в Доме у Дороги, это
было мое второе ночное дежурство... или все-таки третье?... Я задремал, сидя
в кресле, а потом вдруг проснулся, подскочил как укушенный, потому что ветер
распахнул окно, и оказалось, что в этом прекрасном Мире существуют такие
вещи, как мелкие капли дождя и запах мокрых листьев дерева шотт — не
меньшее чудо, чем восход какого-нибудь лилового Солнца на другом краю
Вселенной... Я вылез в окно и поперся бродить по городу: обошел все мосты --
ты ведь помнишь, сколько мостов в Кеттари, Макс? — пил какую-то дрянь в
ночном трактире, изумляясь ее отчетливому вкусу, пытался потрогать руками
все, что можно потрогать, просто чтобы убедиться, что оно настоящее...
вернее, что я сам настоящий. Что правда, то правда: в ту ночь я наконец-то
снова стал "настоящим", и чуть не рехнулся от вернувшейся ко мне остроты
ощущений! Честно говоря, я до сих пор в восторге от факта собственного
существования, и от каждой травинки у меня под ногами заодно: мне есть, с
чем сравнивать, я все еще помню время, когда жил среди всего этого, не
чувствуя почти ничего... А потом я кое-как взял себя в руки и вернулся на
службу, и этот хитрец Махи часа три ворчал на меня за самовольную отлучку --
думаю просто для того, чтобы не дать мне окончательно сойти с ума от
счастья, хотя даже его ворчание не очень-то подействовало. — Джуффин
улыбнулся так мечтательно, словно выговор, полученный от старого шерифа
Кеттари Махи Аинти, был самым приятным событием в его жизни... Да так оно
наверное и было, в каком-то смысле.
— А теперь вы... как бы отдали долг, да? — Тихо спросил я.
— Как ты все правильно понял! — Обрадовался Джуффин. — Именно отдал
долг, лучше и не скажешь... Знаешь, описать не могу, как мне нравится думать
о том, что сейчас творится с этими беднягами! Может быть, кто-то из них даже
рехнется от внезапной полноты ощущений — самая очаровательная разновидность
сумасшествия!
— Наверное, я понимаю. — Смущенно сказал я. — Когда я оказался на
тропе Доперстов, заблудился в своем Мире и забыл себя, а потом начал
вспоминать: постепенно, шаг за шагом... Нет, это было совсем другое, и
все-таки...
— Да, — кивнул Джуффин, — все истории о возвращении к себе это, в
сущности, одна и та же история. Конечно, ты знаешь, о чем я говорю. Кому и
знать, как не тебе! — Он повернулся к Гугимагону. — Своему коллеге я мог
бы рассказать эту историю и позже, сам понимаешь... Но я хочу, чтобы ты
знал, что происходило с теми ребятами, у которых ты забирал силу. Может
быть, это бессмысленно — читать нравоучения тому, кто должен умереть, и все
же... Никто толком не может себе представить, что случается с теми, кому
удается умереть в Хумгате. Вряд ли это будет настоящая смерть, ты ведь на
это и рассчитываешь, правда? Если бы мне предстояло умереть, я бы тоже
постарался сделать это именно там, честное слово...
Гугимагон никак не отреагировал на слова Джуффина. Я так и не понял,
слышал ли он вообще хоть что-то. Джуффин с сомнением покачал головой и снова
повернулся ко мне.
— Ладно, все это просто прекрасно. А теперь будем выбираться отсюда.
Честно говоря, я хочу домой.
— Ха, а кто не хочет?! А как это, интересно, мы будем отсюда
выбираться, если вы не разрешаете мне даже выкопаться из моей свежей
могилки? — Поинтересовался я.
— Очень просто. Я открою нашу Дверь прямо на дне твоей "могилки", как
ты выражаешься... Ну и терминология у тебя, парень!
— Костюмчик провоцирует. — Объяснил я. — Я же все время шляюсь в
Мантии Смерти, это здорово портит характер!
— Ну-ну... — Джуффин поднялся на ноги. — Будет лучше, если ты
закроешь глаза. Так и Дверь открыть легче, и нервы свои побережешь...
Я послушно зажмурился, но даже сквозь закрытые веки я видел ровно
прочерченные линии, сияющие уже знакомым красноватым светом. Наверное
Джуффин опять резал пространство невидимым аналогом тупого ножа. А потом
меня приняла в свои холодные объятия абсолютная пустота Коридора между
Мирами, и одна из сияющих точек была Дверью, ведущей в Мир, который уже стал
моим Миром.
"Попробуй немного задержаться здесь, Макс." — Это был зов сэра
Джуффина, вне всякого сомнения, и я здорово удивился: до сих пор мне
казалось, что в этой абсолютной пустоте нет места ничему, в том числе и
Безмолвной Речи. Я хотел ответить, но у меня ничего не получалось, совсем
как в те далекие дни, когда я пытался освоить азы этого искусства.
"Не пытайся отвечать. Во-первых, ты еще не умеешь говорить в этом
месте, а во-вторых, для этого требуется слишком много сил, которых у тебя
сейчас нет. — Успокоил меня Джуффин. — Попробуй немного задержаться, пока
не увидишь меня. У тебя вполне может получиться. Ну, а если не получится, не
страшно. Тогда просто позволь нашему Миру взять тебя... Честно говоря, мне
очень хочется, чтобы ты увидел, как умирают в Хумгате. Когда еще доведется!"
Я понятия не имел, каким образом могу "задержаться" в этом непостижимом
местечке. Дверь, ведущая в спальню на улице Старых монеток, уже была готова
впустить меня... вернее забрать меня отсюда: обычно Миры ведут себя
нетерпеливо, как рассерженные мамаши, за шиворот затаскивающие домой своих
разгулявшихся чад, они не дают неопытному путешественнику подолгу болтаться
на пороге.
— Можно, я подожду Джуффина? — Нерешительно спросил я, сам не зная у
кого. Прежде мне никогда не доводилось говорить вслух в этом загадочном
месте, так что я сам испугался невероятного чужого звука собственного голоса
и тягучего эха, которое даже не было звуком, скорее странным телесным
ощущением. А потом я подумал, что мой дурацкий монолог может оказаться
хорошим способом договориться — не знаю уж с кем! — и добавил: — Мне
очень нужно немного задержаться. Я так хочу...
Тут я изумленно заткнулся, потому что понял, что мое нытье уже
подействовало. Я был свободен. Дверь, ведущая в мой Мир, все еще маячила
передо мной, но ее властное притяжение перестало быть таким уж
непреодолимым.
— Спасибо. — Растерянно сказал я. Почему-то я решил, что лучше быть
вежливым. А потом я внезапно увидел Джуффина. Он был совсем рядом, хотя
когда находишься в Коридоре между Мирами, привычные термины, вроде "рядом"
или "далеко", теряют свое значение... Тем не менее, мне показалось, что я
мог бы прикоснуться к нему, если бы решился протянуть руку — черт, я отнюдь
не был уверен, что у меня все еще есть руки, я вообще не чувствовал своего
тела! Так что, мне оставалось только смотреть.
Тело сэра Джуффина казалось мне огромным и сияющим. Чем дольше я
смотрел на него, тем больше и ярче становился его неопределенный силуэт. На
фоне этого опасного сияния тускло темнело еще что-то. Я понял, что это и был
Гугимагон, грозный путешественник между Мирами, он же Фредди Крюгер местного
значения... И еще я подумал, что он скорее всего уже мертв: только мертвец
мог выглядеть таким маленьким и тусклым в этом невероятном месте. Потом
произошло что-то, совершенно мне непонятное: мне показалось, что Джуффин
растер темный комок его тела между своими огромными ладонями и тщательно
отряхнул руки. Я завороженно наблюдал, как миллионы крошечных сияющих
пылинок посыпались в пустоту, они исчезали, но не гасли — не могу объяснить
почему, но я был уверен, что эти пылинки продолжали жить какой-то
невероятной, неописуемой жизнью. А потом Джуффин оказался совсем близко, так
близко, что толкнул меня в грудь, и я со всей дури грохнулся на собственную
кровать, в опасной близости от стеллажа с видеоаппаратурой.
— Извини, парень, кажется я чуть-чуть не рассчитал! Ты не очень
ушибся? — Жизнерадостно осведомился мой великолепный шеф. Он гордо восседал
на подоконнике. На фоне восходящего осеннего солнца это зрелище показалось
мне просто восхитительным.
— Все? — Глупо улыбаясь спросил я. — Мы уже дома, и все закончилось?
— Ну, хвала Магистрам, закончилось далеко не все! — Усмехнулся
Джуффин. — Что касается нашей с тобой жизни, то она продолжается, как
миленькая, с чем тебя и поздравляю! Думаю, что нам следует немедленно
отправиться в Дом у Моста и выпустить из заточения сэра Шурфа. По моим
скромным подсчетам, он не спал несколько дольше, чем мы с тобой. При этом
ему было далеко не так весело...
— Поехали! — Бодро согласился я, вскакивая на ноги. И тут же
недовольно поморщился. — Я весь в этом грешном песке, Джуффин.
— Дома переоденешься. — Нетерпеливо отмахнулся он.
— Здесь я тоже вроде бы дома. — Вздохнул я. — Вот только остаться и
сладко выспаться в этой спальне у меня, пожалуй, больше никогда не
получится.
— Это точно. Здесь возможно все что угодно, кроме обыкновенного
занудного сна! — С удовольствием согласился мой шеф. — Поехали, Макс. Все
равно одним переодеванием ты дело не спасешь. Тебе потребуется отправиться в
бассейн, а пока ты будешь плескаться в своих четырех лоханках, я начну
смотреть какое-нибудь кино, и бедняга Шурф останется в своей камере до
полудня. В общем, смирись с мыслью, что все гигиенические процедуры
откладываются на потом!
— Ладно, как скажете. — Кивнул я. — Но я вам все Управление этим
песком загажу!
— Вот уж это не мое горе. — Фыркнул Джуффин. — А младшие служащие
зачем, скажи мне на милость!
— Я все время забываю, что существуют такие прекрасные специальные
люди, как младшие служащие. — Вздохнул я. — Тоже мне, царь!
— Ничего, привыкнешь... К таким вещам, как толпа слуг, привыкнуть
легче легкого. Проблемы появляются потом, когда приходится отвыкать. --
Заверил меня Джуффин, бодро сбегая вниз по ступенькам.
— Спасибо, утешили! — Проворчал я, переходя на галоп и безрезультатно
пытаясь догнать неугомонного "господина Почтеннейшего Начальника".
— Кстати, а как тебе удалось задержаться на Пороге? — Спросил Джуффин
после того, как мы благополучно преодолели пару дюжин крутых ступенек и
оказались на улице. — Если честно, я не так уж и рассчитывал на успех.
Все-таки после этого дикого побоища ты не в лучшей форме...
— Элементарно. — Гордо ответил я. — Просто попросил, чтобы мне
разрешили вас подождать.
— Кого это ты "попросил"? — Изумился Джуффин.
— Понятия не имею. Кого-то, кого следует просить, наверное... И не
забыл сказать "спасибо", так что все в порядке.
— Ты хочешь сказать, что просто открыл рот и вежливо изложил свою
просьбу? — Мой шеф начал смеяться. Вид у него при этом был самый
ошеломленный.
— Надеюсь, что вежливо. — Задумчиво сказал я.
— Ну-ну... Прими мои поздравления: тебе в очередной раз удалось
неопровержимо доказать, что жизнь — удивительная штука. Никогда не слышал
ничего подобного! Знаешь, а ведь очень может быть, что ты совершил великое
открытие. Кажется, до сих пор никому не приходило в голову, что в Коридоре
между Мирами можно говорить вслух. Может быть, это — самый простой способ с
ним договориться?
— Мне тоже так показалось. — Согласился я. — Знаете, мне даже не
пришлось прилагать никаких усилий... В любом случае, я не знал, какого рода
усилия я должен прилагать!
— В следующий раз я тоже так попробую, может и сработает. Чем только
Темные Магистры не шутят! — Джуффин все еще косился на меня с таким
нескрываемым изумлением, что со мной чуть было не случился тяжелый приступ
мании величия. Но пронесло. Прививку мне от нее в свое время сделали, что
ли?
В Доме у Моста было как-то особенно тихо. Такую массивную, густую, как
каша, тишину можно поймать только на рассвете, да и то не всегда. В нашем
кабинете было пусто, но на столе уже стояла жаровня, на которой подогревался
кувшин с камрой. Сэр Джуффин, святой человек, додумался заранее отправить
зов в "Обжору Бунбу", так что его заказ прибыл по назначению даже раньше,
чем мы сами. Я тут же рухнул в кресло и потянулся к своей кружке. Мой шеф
тем временем подошел к дальней стене и начал героическую борьбу с
собственными заклятиями: открыть Тайную дверь, запечатанную сэром Джуффином
Халли лично — то еще удовольствие, по-моему, он сам все на свете проклинает
за этой работой!
— Какой я хороший колдун — самому тошно! — Джуффин немедленно
согласился с моими суматошными размышлениями. — Сэр Шурф, добро пожаловать
на свободу! Считай, что ты освобожден досрочно, за хорошее поведение.
— Вы быстро с ним справились. — Невозмутимо заметил Лонли-Локли,
захлопывая книгу — ту самую, которую я добыл для него неизвестно откуда. --
Приятно сознавать, что это в высшей степени познавательное происшествие уже
закончилось! Не могу сказать, что остался доволен прошедшей ночью: мой
"всадник" все время пытался до меня добраться. По-моему, он отчаянно
старался завладеть моим телом после того, как вы начали приводить в
негодность его собственное... Хорошо, что у меня была ваша кровь! Даже после
того, как он перестал принимать меня за вас, это помогало сохранять хоть
какой-то контроль над происходящим. Только час назад я понял, что могу
немного расслабиться.
— Смотри-ка, оказывается этот хитрец Гугимагон сопротивлялся до
последней минуты! — Джуффин восхищенно покачал головой. — То-то он был
такой вялый! Кажется, я немного недооценил своего старинного приятеля...
Посидишь с нами полчаса, сэр Шурф? Или сразу поедешь домой?
— Немного посижу. — Задумчиво кивнул Лонли-Локли, усаживаясь рядом со
мной. — Ты же обещал отвезти меня домой, Макс, еще два дня назад. А я до
сих пор не дома. Похоже, что слухи о скорости, с которой ты передвигаешься
на амобилере, несколько преувеличены. Но может быть, ты все-таки выполнишь
свое обещание?
Я непонимающе уставился на него, а потом до меня дошло. Да, если уж сэр
Лонли-Локли начинает иронизировать, мне остается только скромно молчать в
тряпочку, кто бы мог подумать!
— Ну, если дело опять не закончится нападением на возницу... Почему бы
и нет? Все равно нам почти по дороге. Новый Город — он и есть Новый Город!
— У меня где-то тут хранится твое барахло, сэр Шурф. — Джуффин
порылся в многочисленных ящиках своего стола, большинство которых, по моему
глубокому убеждению, вели прямехонько в какое-нибудь "четвертое измерение"
— слишком уж много хлама там помещалось! После продолжительных поисков,
сопровождаемых шедеврами нецензурного бурчания, он все-таки извлек из этого
непостижимого места древнюю шкатулку, в которой хранились смертоносные
перчатки Лонли-Локли.
— Забирай свое имущество, и добро пожаловать на Королевскую службу,
сэр Шурф! Я рад что твоя отставка была такой непродолжительной. — Устало
улыбнулся Джуффин.
— Только не надевай их сейчас, ладно? — Ехидно попросил я. — А то я
начну нервничать и непременно врежусь в ближайший фонарный столб, с
перепугу.
— Ладно, если тебе так будет спокойнее... — Пожал плечами этот
невероятный парень. Вид у него при этом был самый невинный. Он придирчиво
осмотрел шкатулку.
— Ну и что ты ее так разглядываешь? — Насмешливо поинтересовался
Джуффин. — Хотел бы я знать, какие перемены ты надеешься там обнаружить!
— Пыль. — Невозмутимо объяснил Шурф. — И я ее уже обнаружил.
— Ну откуда в моем столе могла взяться пыль! — Возмущенно заявил
Джуффин. — Вот это, я понимаю, чудо!
— Тем не менее, она есть. — Флегматично заметил Лонли-Локли. Он еще
раз с неудовольствием оглядел шкатулку, а потом тщательно протер ее — не
чем-нибудь, а черно-золотой полой моей Мантии Смерти, к моему неописуемому
изумлению. Я открыл рот и тут же его захлопнул, поскольку даже не знал, чем
можно ответить на такую беспрецедентную наглость. Эту увлекательную
процедуру мне пришлось повторить несколько раз: я ошеломленно хлопал
глазами, открывая и закрывая рот, как в...
