Виктор Доценко. Срок для Бешеного
страница №6
...рюнетки и, не в силах большесдерживать себя, решительно скинул брюки, трусы, шатаясь, подошел,
опустился на колени, ласково провел пальчиком по ее спине...
Ее тело вздрогнуло от неожиданности, словно пытаясь сообразить: что
несет за собой это прикосновение, - затем оно прогнулось, открывая перед
Савелием дорогу к своей женской плоти, и он, дрожа от нетерпения и
желания, вошел в нее, качнул пару раз, и все мгновенно кончилось...
- Эх ты, дурашка... - оторвавшись от плоти рыжего, насмешливо бросила
ему брюнетка и с новой силой принялась работать своим язычком.
Савелий стыдливо вскочил на ватные ноги, с трудом добрался до своей
кровати и кулем завалился, моментально улетев в сновидения...
Вскоре рыжему, видно, надоела эта поза, и он оттолкнул от себя
брюнетку, повернулся к своей блондинистой соседке, постукал своей упругой
плотью по ее нижним губам, налитым желанием от ласк его пальцев, затем
осторожно вложил между ними свое упругое тело и неожиданно резко вошел
внутрь. Девушка ойкнула в радостном возбуждении:
- Как здорово ты придумал, рыженький мой... Хорошо... Еще... Еще...
Пышная брюнетка поднялась с колен, обхватила руками ягодицы рыжего и
начала ласкать его попу язычком, а правой рукой ласкать себя между ног...
- Отстань, Томка! Не мешай! - прорычал возбужденный рыжий, и брюнетка
огорченно оторвалась от его попы, огляделась вокруг и вдруг заметила
лежащую на кровати школьницу: ее коротенький подольчик чуть задрался и
обнажил симпатичную розовенькую девичью полочку.
Тамара подошла, опустилась на пол и осторожно, пытаясь не разбудить
девушку, совсем оголила ее, подняв подол, затем ласковыми, нежными
движениями сняла с нее трусики: движения ее были настолько нежными и
осторожными, что девушка либо ничего не услышала, либо ей это понравилось
и она ожидала продолжения...
Словно почувствовав ее состояние, Тамара осторожно сняла с нее
платьице, бюстгальтер, развернула девушку на спину и, лаская пальцами ее
соски, впилась языком в ее промежность... Девушка чуть заметно дернулась,
томно простонала и вдруг обхватила голову Тамары руками и стала помогать
ей, работая бедрами...
Савелий спал, и ему снилось, что он купается в море... Вода такая
нежная, теплая... Неожиданно ему показалось, что его плоть под водой
кто-то ухватил, Савелий вначале дернулся от испуга, но это прикосновение
было таким приятным, что ему вдруг захотелось продолжения...
Внезапно он проснулся, и морская вода из сна превратилась в его
собственную кровать, а некто, ухватившийся за его плоть, оказался Тамарой.
Он вспомнил свою ночную неудачу, и ему вдруг захотелось убежать, он
попытался оторвать Тамару от себя, но она вцепилась в него и, тяжело дыша
от нетерпеливого желания, приговаривала:
- Ну что же ты, такой сильный, молодой... Давай, давай!.. Возьми
меня... - Она добилась своего: Савелий возбудился, но, пока Тамара
пыталась переменить позу, усевшись на него, все кончилось: непроизвольно
дернувшись несколько раз, Савелий стыдливо отстранился от нее и поднялся с
кровати.
- Сейчас... Мне нужно выйти! - бросил он, быстро надевая брюки и
натягивая рубашку.
- Эх ты, птенчик несмышленый... - пьяно усмехнулась Тамара, призывно
потягиваясь в кровати.
Савелий медленно вышел из-за шифоньера: рыжий продолжал лежать на
кровати голым, уткнувшись лицом в подушку. Рядом с ним - тоненькая
блондинка с худенькими грудями. На загорелом, почти костлявом, но стройном
теле резко выделялись две белые полоски от плавок и бюстгальтера. Она
мечтательно смотрела в потолок, умиротворенная и счастливо усталая, что-то
напевая себе под нос.
Савелий случайно наступил на бутылку, которая звякнула о другую.
Рыжий приподнял голову над подушкой и радостно позвал:
- Говорок?! Иди сюда!
- Зачем?
- Зову - иди... - Рыжий громко икнул.
- Ну, подошел...
- Савка, возьми Вальку и трахни... Трахни так, чтоб из ушей пошло!
Может, скинув дурную кровь, расслабишься... - Проговорив эту трудную для
него фразу, он снова уткнулся лицом в подушку.
- Савушка, какой ты миленький! - проворковала прокуренным басом
блондинка, моментально вставая ему навстречу: куда и усталость делась?
Савелий еще не совсем протрезвел и стоял посреди комнаты, опираясь на
стол и пьяно озираясь вокруг. На соседней кровати в бесчувственной позе
лежал у стены Вадим. Худенькое полуголое тело "школьницы" выглядело совсем
детским рядом с ним. Она лежала на самом краю и, увидев Савелия, стыдливо
накрылась простыней, закрыв глаза, представилась спящей.
- Ты, подружка-сестричка, кайф словила, и не раз, а я только начну
что-то получать - обрыв! - Брюнетка соскочила с кровати и, сотрясая
пышными формами, подбежала сзади к Савелию и обхватила его за шею.
Инстинктивно Савелий стал сбрасывать ее руки, но ей на помощь
подоспела Валентина.
- Я первая позвала! Я еще хочу! - Она прижималась лицом к его животу,
расстегнув рубашку.
- Да его на двоих хватит, если захочет... Правда, миленький? -
воскликнула брюнетка, и девицы потащили его за шкаф.
Савелий энергично упирался, цепляясь за стол, за спинку кровати, а
они, пьяно хохоча, щекотали его, сорвали рубашку, расстегнули брюки,
пытаясь стащить и их, целовали с двух сторон, и вдруг к ним присоединилась
и Лариса-школьница. Но она встала на сторону Савелия и с неожиданной силой
начала оттаскивать их, поддавать то одной сестре, то другой коленом под
зад. В пылу этой комической борьбы кто-то случайно задел настольную лампу,
которая упала и погасла. Воспользовавшись этим, Савелий вырвался,
подскочил к двери, повернул ключ и юркнул в коридор. Вслед ему раздался
хохот сестер.
На этот шум из соседней комнаты приоткрылась дверь и высунулась
голова высокого худющего паренька лет двадцати! На его веснушчатом носу
нелепо сидели огромные очки. Увидев истерзанного Савелия, он взглянул в
конец коридора, где несколько парней, пьяно выкрикивая угрозы друг другу,
выясняли свои отношения. Подумав, вероятно, что Савелий бежит оттуда,
догадливо произнес:
- Вырвался? Понятно... - потом снизил голос до шепота: - Савка, бабу
хочешь? Вот такая! - Он, довольный, развел руки в стороны. - Я - уже - в
доску, вконец... замучался, выдохся! А ей все мало! Еще, еще Не могу
больше? Иди, трахни! А?
- Да пошли вы все... - матерно выругался Савелий и пошел к выходу, но
уйти ему не дали.
- Погоди-ка! - выкрикнул один из дерущихся. - Куда это ты идешь? А
ну, скажи!
- Да пошел ты...
- Что?!! - Он подскочил и неожиданно ударил Савелия в лицо.
Савелий сбил его с ног и пнул со злости несколько раз. Из дверей
начали выскакивать парни и присоединяться к дерущимся. Стояли крики, шум,
мат... Савелию надоело махаться: он вырвался из клубка переплетенных в
драке тел и вернулся в комнату. Осторожно огляделся и понял, что сестрам
не до него - они снова вдвоем обхватили рыжего, поменявшись на этот раз
местами.
Вадим спал на кровати один: "школьницы" рядом не было. Савелий
удивленно пожал плечами и проскользнул за шифоньер. На своей кровати
увидел Ларису, с тревожным волнением выглядывающую на него из-под
простыни.
- Ой, кто это тебя? - испуганно воскликнула девушка, вскакивая с
кровати. Простыня соскользнула с ее плеч, обнажая худенькое, но
привлекательное тело с небольшими, по-девичьи острыми красивыми грудями.
Едва не всхлипывая, глядя в лицо Савелия, украшенное лиловым синяком под
глазом и кровью под носом - следы коридорной баталии, - она решительно
оторвала изрядный кусок от простыни и начала промокать кровь.
Савелий морщился, но стоически терпел, радуясь отчего-то этим нежным
прикосновениям.
- Это я о крылечко споткнулся! - улыбнулся он, прижимаясь к ее
худенькому телу. Она ласково прикасалась губами к его синякам и чувственно
дышала, вздрагивая от непонятных ощущений.
- Савушка... милый... - шептали ее губы, а длинные пальцы нежно
ласкали его плечи, живот, опускаясь все ниже и ниже...
Савелий впился губами в ее грудь, а правой рукой начал ласкать ее
между ног. Когда его палец прикоснулся к ее нежной влажной плоти, Лариса
томно ойкнула и повалила Савелия на себя...
- Хочу тебя, милый... возьми... возьми меня! Я вся твоя, слышишь,
твоя... - шептали ее губы...
И Савелий, не в силах более оттягивать свое желание и боясь, что
произойдет то же, что и с брюнеткой, нетерпеливо направил свою плоть
внутрь нее и неумело, без подготовки вошел в нетерпеливое, но совершенно
неискушенное подобными ласками тело Ларисы...
- А-а-а! - вскрикнула она от боли, но не оттолкнула, выдержала эту
странную боль и вскоре уже не ощущала ни боли, ни своего тела; она
провалилась куда-то, и это "куда-то" было прекрасно... А Савелий ничего не
слышал и ничего не ощущал, креме необъяснимого блаженства, которого
никогда не испытывал... Это продолжалось целую вечность, а когда
окончилось, Лариса откинулась в изнеможении, широко раскинув руки.
- Наконец-то! - радостно выдохнула она. - Наконец-то я - женщина!
Савелий с тревогой и удивлением смотрел на нее.
- Так Вадим тебя не тронул?
- Я не хотела, чтобы это был он! Я хотела, чтобы ты был первым моим в
жизни мужчиной! - Лариса благодарно поцеловала его в губы, в шею, в грудь
и продолжала томно шептать: - Милый, родной мой...
Когда Савелий проснулся утром, то ни Вадима, ни девушек уже не было,
но он чувствовал какое-то щемящее чувство счастья...
Больше Савелий Ларису не видел; его вскоре призвали в армию, но он
навсегда сохранил то счастливое ощущение, которое испытал со своей первой
в жизни женщиной...
ЛАРИСА
Сейчас перед ним стояла совершенно другая женщина. Не та сопливая
школьница, которая отдалась ему в безотчетном порыве испытать нечто
запретное, взрослое. Нет, та школьница превратилась, словно гадкий утенок
в прекрасного лебедя, в чувственную женщину с совершенными формами. И
вдруг, совершенно неожиданно, Савелий ощутил себя на миг в том, прошедшем
времени, он снова начал испытывать те прекрасные чувства нетерпеливого
ожидания блаженства...
Но и Лариса хотела испытать то, что испытала во время их первого
знакомства, когда она отдалась своему первому в жизни мужчине. И этот
мужчина сейчас перед ней... Сколько лет она мечтала о нем... И сейчас, не
успел Савелий намекнуть, что хотел бы пригласить ее в свой домик, как она
тут же подхватила эту идею, и они торопливо, словно опасаясь опоздать или
спугнуть нахлынувшие ощущения, направились к Савелию...
Едва он закрыл за собой дверь, как Лариса, словно несколько лет не
видевшая мужчину, набросилась на него, срывая с себя и с него одежду...
Савелия охватила такая страсть, что и он потерял рассудок и сорвал с
Ларисы последние "доспехи": от бюстгальтера полетели пуговицы, и упругая
грудь предстала перед его губами, которые тут же впились в рубиновые
соски...
Да, Лариса стала совсем другой: опытной, бесстыдной и еще более
желанной... Она соскользнула вниз, обхватила нежными пальчиками его плоть
и начала ласкать его язычком. Савелий замер на мгновение от необъяснимого
блаженства, обхватил руками ее голоду и, не в силах более сдерживаться,
повалил ее на спину, впился губами в ее губы и вошел внутрь ее тела...
Савелий проснулся гораздо раньше Ларисы: его разбудил яркий луч
солнца, который, лизнув кроны деревьев, медленно сполз по листьям вниз, с
трудом пробиваясь сквозь пышную листву, ласково прикоснулся к его лицу...
Ночью, когда они пришли в дом, было очень жарко, и они, после первого
насыщения плоти, решили "уйти на природу". Он вытащил полосатый матрац и
бросил его прямо в траву, среди сросшихся лоз винограда. От возможных
комаров, которых панически боялась Лариса, принес две простыни. Вспомнив
подробности ночных любовных баталий, Савелий улыбнулся и с нежностью
скосил глаза на руку Ларисы, лежащую на его груди. Простыня, скомканная во
сне, лежала в ногах, и Лариса была прекрасна в своей наготе. Ее волосы в
беспорядке разметались по подушке, и небольшой ветерок шевелил локоны на
лбу. Ласково прикоснувшись губами к ее щеке, Савелий осторожно снял ее
руку с груди и медленно приподнялся с матраца, просунул руку под простыню,
где лежал, и вытащил сухой колючий сучок. Чертыхнувшись про себя, отбросил
его в сторону и начал растирать вмятину на боку. Оглядевшись вокруг, он
нашел среди трех бутылок шампанского, купленных по дороге, одну не пустую
и приложился к горлышку.
- С утра даже лошади не пьют шампанское! - неожиданно рассмеялась
Лариса.
- Подглядываешь?.. Ух ты какая! - воскликнул он, протягивая ей
шампанское. Лариса отрицательно покачала головой.
- Черт его знает - нашло что-то...
- Жалеешь, что согласился на переезд в Москву?
- Лариса прижалась к его спине.
- Я никогда ни о чем не жалею! Просто...
- Сложностей боишься?
- Не боюсь, а сомневаюсь: ведь в Москве, я слышал, не так-то просто
прописаться...
- Верно, непросто, только не для Алика... Если он сказал, что
сделает, то сделает: он всегда свое слово держит! А ты ему понравился, я
это сразу почувствовала... И не только понравился... - Она
многозначительно замолчала.
- А что еще?
- Не удивляйся, если он предложит тебя хорошую работу!
- Что ты подразумеваешь под хорошей работой?
- Ту, которая отлично оплачивается! - с вызовом заявила Лариса.
- Ладно, посмотрим... Главное, что мы наконец вместе будем!
- А ты уверен, что тебе это нужно? - с грустным кокетством
усмехнулась она. Савелий попытался возразить, но ее поцелуй оборвал его на
полуслове.
В этот день Лариса была свободна только до обеда, потому нее были
дела, "намеченные ранее". Они договорились встретиться на следующий день.
ВАРЛАМОВ
Савелий лег спать и проснулся ближе к вечеру и едва не опоздал на
встречу с Варламовым. Быстро собравшись, он чуть не бегом примчался к
почтамту, где уже стоял его друг с огромной сумкой "Сафари".
- Я уже подумал, что ты загулял не на шутку! - Виктор был явно рад
видеть Савелия.
- Только что проснулся, думал, опоздаю... - пожимая руку другу,
извиняющимся тоном сказал Савелий. - Пошли?
До сауны добирались на такси. Она относилась к небольшому санаторию,
- огороженному высоким забором. Сунув военизированной охране записку,
Варламов и Савелий прошли на территорию Санатория и вскоре очутились перед
трехэтажным строением. На первом этаже и находилась сауна. Здесь Варламов
протянул другую записку и ассигнацию в двадцать пять рублей.
- Товарищи как желают: с веничками и кваском или другой набор? -
хитро прищурился администратор во фраке.
- Естественно! - подхватил Виктор и протянул сотенную купюру,
добавив: - Венички-то помоложе!
- Как скажете! - Его улыбка стала настолько широка, что Савелий
испугался, не порвутся ли щеки.
- Квасок сразу, а венички - через полчаса! - заметил Варламов, когда
их провели в номер сауны.
- Слушаю! - поклонился администратор. Склонив голову, он тут же
вышел.
В довольно просторной комнате, предназначенной для отдыха после
парилки, находились два широких дивана, четыре кресла вокруг круглого
стола, вместительный финский холодильник фирмы "Розенлев" и барная стойка
с необходимой посудой.
- Как? - подмигнул Варламов.
- Я в таких и не был никогда! - признался Савелий, восхищенно
осматриваясь по сторонам. - Был, правда, за рубежом, нечто подобное, но
намного скромнее.
- Давай, раздевайся, увидишь, что дальше здесь имеется! - Варламов
был явно доволен, что Савелию понравилось здесь.
Не успели они раздеться, как раздался осторожный стук и к ним
вкатился двухэтажный столик на колесиках. Его толкала перед собой
длинноногая симпатичная молодая женщина в таком "мини", что при малейшем
наклоне их обозрению представлялись миниатюрные ажурные трусики.
- Добрый вечер! - улыбнулась она. - Меня зовут Алиса, если вам
понадобится что-нибудь еще, то кнопка вызова над диваном...
- А если вы понадобитесь? - вызывающе посмотрел на нее Виктор.
- Кнопка вызова над диваном! - без тени смущения повторила она, чуть
присев с поклоном. - Спасибо! Приятного отдыха! - завлекательно покачивая
стройными бедрами, она вышла, бесшумно прикрыв дверь.
- Вот это сервис! - восхищенно усмехнулся Савелий.
- Идем! - позвал Варламов, стягивая плавки. В следующей комнате из
резного мореного дуба был бассейн с постоянно циркулирующей водой. На
широких деревянных скамейках, разместившихся у стен, лежали красивые
резные шайки, медные ковши с деревянными ручками, до зеркального блеска
начищенные. У лесенки в бассейн висело несколько огромных махровых
полотенец, под ними, в специальной нише, тапочки, заклеенные в
полиэтиленовые пакеты, и вязаные шапочки.
Варламов открыл дверь, которой Савелий не заметил, и они вошли в
парилку, сравнительно небольшую комнату метра два с половиной шириной с
тремя внушительными полками, на каждой свободно мог лежать человек с
самыми значительными формами. При входе слева стояла электрическая финская
печь с гладкими валунами.
- Так здесь замерзнуть можно! - поморщился
Савелий, взглянув на термометр, показывающий 63 градуса.
- Ну да? - усмехнулся Виктор и покрутил что-то у электрической печки.
Не прошло и нескольких минут, как в парился стала подниматься
температура, и вскоре они опустились на первый полок. Их тела покрылись
мелкими бисеринками пота.
К удивлению Савелия, несмотря на сто с лишним градусов внутри,
парилки дышалось до легкости хорошо и свободно. Когда прогрелись
настолько, что волосы начали потрескивать, они выскочили оттуда и
бросились в ледяной бассейн с проточной водой. Тысячи иголок вонзились в
кожу и приятно покалывали. Выдержав там около минуты, друзья вылезли из
воды, обернулись махровыми полотенцами и вышли в комнату отдыха.
- Что пить будешь?
- Сейчас самое лучшее - холодное пиво... да с раками! - мечтательно
произнес Савелий.
- Пожалуйста... - пожал плечами Виктор и достал из столика банки с
раками, чешское пиво в запотевших бутылках. - Но сначала давай помянем
всех наших... - тихо произнес он и налил в изящные рюмки коньяк.
- Молодец, Виктор!
Они выпили стоя, чуть помолчали, потом, опустившись на диван, Савелий
решительно сказал:
- А теперь, Виток, рассказывай!
- Не гони лошадей, повеселимся, расслабимся... Ведь сколько не
виделись... - Несмотря на деланную бодрость, он выглядел несколько
растерянным и явно оттягивал разговор.
Интуитивно Савелий понял, что с ним происходит что-то неладное. Они
были в таких переделках, когда один неосторожный шаг, да что там шаг,
неосторожное движение грозило смертью. Но это там, в Афганистане, где к
смерти привыкали настолько, что переставали обращать на нее внимание.
Говорят, что на фронте самая страшная смерть - первая. Первый погибший -
на твоих глазах товарищ, первый убитый тобою враг, которому ты заглянул в
мертвые, остекленевшие глаза. Потом чувство жалости, страха, вины
притупляется настолько, что совершенно спокойно можно есть консервы рядом
с трупом.
Солдату, вернувшемуся с фронта, трудно адаптироваться в мирной жизни.
Он очень "взрывоопасный", порой хватает маленькой искорки, чтобы произошел
эмоциональный взрыв. Нервы обостряются до предела. Человек становится
настолько чувствительным, что, кажется, уже не кожей ощущает возможную
опасность, а своим мясом. А на фронте почти нет времени для отдыха, там
все время находишься на взводе, постоянная готовность как к защите, так и
к нападению. Вырабатывается привычка к опасности, которая и мирное,
спокойное время, как ни странно, сама становится опасной для человека. Это
можно сравнить с профессиональным спортсменом, резко бросившим большой
спорт: все мышцы сильные, развитые, готовы к большим нагрузкам, а их
держат в состоянии покоя. Связки, не испытывая нагрузок, теряют свою
эластичность, свою "память", и в какой-то момент, получив даже небольшую
нагрузку, они срабатывают неадекватно, и человек травмируется. Нечто
подобное происходит и с нервами человека, который длительное время
подвергался психическим нагрузкам, а потом - резкое расслабление и при
первом же незначительном душевном всплеске - нервный взрыв...
- Пей, Савка, веселись, пока можно! Коротка жизнь человека, а может
стать еще короче! - Виктор уже достаточно выпил, и Савелий снова ощутил в
нем того сержанта, того командира, который делил с ними ТАМ и кусок хлеба,
и пули душманов. - Ты как, готов к веничкам? - усмехнулся он.
- Может, хватит париться: четыре раза уже ныряли?
- Ну ты даешь! - Он вдруг громко, заразительно расхохотался. -
Париться действительно хватит: можно сердце посадить, но от веничков не
будем отказываться... - Он потянулся к кнопке, но нажать не успел -
раздался негромкий стук в дверь, и к ним проскользнули две длинноногие
феи, закрыв за собой дверь на ключ. Они были молоденькие, лет по
девятнадцать, не больше, и походили на сестер. Это впечатление усиливалось
и одинаковым одеянием: чуть ниже бедер голубые пиджаки с единственной
пуговичкой, тщетно пытавшейся скрыть то, что пиджак одет на голое тело.
Туфли на высоких каблуках еще сильнее подчеркивали и без того длинные
ноги.
- Привет, мальчики! - проговорила одна из них таким тоном, словно они
были знакомы и расстались только вчера. Длинными пальцами с ярким
маникюром она провела по волосам несколько смущенного Савелия, как бы
отмечая этим жестом свое право на него, потом повернулась к Варламову: - С
возможностями проблем пет?
- С проблемами в общей бане моются! - небрежно заметил он, оценивающе
оглядев обеих "девочек".
- Меня зовут Люси, а мою подружку...
- А меня зовут так, как захочется тому, кто будет со мною! -
закончила та, что до этого молчала. У нее были большие, с грустинкой,
глаза, но такая внутренняя энергия, что Савелий не удержался и с усмешкой
покачал головой. Это не прошло мимо ее внимания, и она, многозначительно
подмигнув Савелию, добавила: - Вы тут посовещайтесь пока, а мы погреемся!
- Скинув с себя пиджачок и оставшись в одних узеньких плавочках, она томно
"взбодрила" свою грудь, скинула туфли и скрылась за дверью помещения с
бассейном. Люси вытащила из-за дивана небольшой кассетный магнитофон,
повернулась к ним.
- Как, не помешает музыка? - спросила она и, не дожидаясь ответа,
включила. - Это сексуальная новинка... - добавила она и, обнажив
внушительные формы, последовала за подругой.
Вскоре, из магнитофона донеслись странные томные вздохи,
сопровождаемые красивой мелодией электронной музыки.
- Да-а... - протянул Савелий. - Вот это венички!
- Какую берешь?
- А ты?
- Мне все равно! Ты мой гость, и я угощаю! Выбирай! - Он потянулся к
бутылке с коньяком и разлил по рюмкам.
- В таком случае, не возражаю против подруги Люси; люблю загадки
разгадывать!
- Тогда пошли к дамам?!
Девушки находились в парилке, на первой ступеньке. Жар был намного
слабее: видно, убавили его они. Их гладкие, чуть загорелые тела покрылась
капельками пота, и они с улыбкой ожидали решение "мужского совета".
- Согрелись? - спросил Варламов, присаживаясь рядом с Люси. - Может,
и внутри согреть?
- Отличная мысль! - воскликнула Люси и, подхватив Виктора, потащила
его из парилки.
За ней встала и "загадка", но не для того, чтобы выйти, как
подумалось Савелию: она пристально посмотрела в его глаза, потом бесстыдно
взглянула вниз. Савелий, не привыкший к таким "играм", смутился, не зная,
что делать: то ли идти за Варламовым, то ли подождать ее активности.
Словно разгадав его мысли, она неожиданно прижалась к нему и тихо
прошептала:
- Я очень рада, что ты выбрал меня... Я же недавно этим занялась, и
для меня очень важно мое отношение к партнеру...
- Почему ты решила, что я выбрал: может, ты досталась мне после того,
как выбрал Виктор? - тоже шепотом спросил Савелий, задыхаясь от нежных
прикосновений ласковых пальцев девушки.
- Нет, это ты выбрал меня! Я это чувствую... Она томно вздохнула и
задрожала от желания... Савелий подхватил ее, положил ее ноги себе на
бедра... Помогая ему, девушка обхватила его шею и начала опускаться и
приподниматься, охая от страсти... Как ни странно, но девушка получила
удовольствие гораздо быстрее, чем Савелий.
- Ты просто великолепен, милый! Впервые кончаю раньше мужчины... А
мне еще хочется! Давай вот так... - Она повернулась к нему спиной,
наклонилась вперед, уперевшись руками в нижний полок, и помогла ему войти
в себя.
Когда они, утомленные от жары и всплеска страсти, вышли в комнату
отдыха, то встретили хмурого Варламова, сильно набравшегося спиртного.
- А где Люси, прогнал, что ли? - невозмутимо спросила Загадка - этим
прозвищем окрестил ее Савелий. - Или пошла за чем-нибудь?
- Да ну ее? Трахается, словно газету читает: хоть бы что-то
изобразила...
- А, говоришь ей, говоришь... - Загадка махнула рукой.
- Ты-то не обидела моего друга?
- Лично я им довольна, а он... - Она похотливо потянулась, промокнула
полотенцем влажное тело и выразительно посмотрела на Савелия.
- Загадка просто прелесть! - усмехнулся Савелий, налил коньяк себе и
девушке, подумал и налил Варламову. Она взяла обе рюмки и подошла к
Варламову.
- Ты не переживай, Витюша, я же здесь... - Она подмигнула Савелию, и
он подошел ближе.
Выпили, и Загадка, словно закусывая, взяла в рот плоть Варлама,
призывно изгибаясь для Савелия. Бардам схватил ее за волосы и с криком
начал помогать ей, а другой рукой похлопал ее по пышным ягодицам и бросил
Савелию:
- Замкни круг, дружан... У круг, робяты! У круг! - зычно закричал он.
Савелий усмехнулся, пристроился рядом, и они, томно постанывая на
разные лады, слились в одном порыве...
Когда все прошли этап подъема, Савелий вновь плеснул себе коньяку и
быстро опрокинул его в рот. Сейчас, когда эта интимная сцена, вызванная
случайным желанием, осталась в прошлом, ему было неприятно и хотелось
только одного - чтобы эта "профессиональная жрица любовных утех" быстрее
исчезла. Видимо, в она интуитивно почувствовала, а может, опыт
подсказывал, что ей нужно удалиться.
- Если я вам больше не нужна, то я пойду? - натягивая на себя,
ажурные трусики, полуспрашивая, обратилась она к Варламову.
- Все у твоей подруги! - отреагировал он по-своему, думая, что
девушка интересуется оплатой.
- Не забывай меня, Савушка! - тихо проговорила Загадка, накидывая
фирменный пиджак и влезая в туфли. Потом подошла к нему ближе, чуть
прикоснулась к его уху губами. - Ты очень хороший... - И громче добавила:
- Пока, мальчики! Забегайте!..
- Ладно, вали! - хмуро бросил Варламов, и она тут же выскользнула за
дверь.
- Что случилось, Виток? - встревожено поинтересовался Савелий.
- Запутался я, Савка! Ох, запутался! - Он нервно налил себе
полстакана коньяка и залпом выпил. - Помоги мне - Он как-то пьяно
всхлипнул и стукнул кулаком по столу, едва не опрокинув его.
- Говори! - нахмурился Савелий.
- Нет! - неожиданно твердо сказал. Варламов, словно и не пил до этого
столько спиртного. Испуганно покосился на дверь, снизил голос до шепота: -
Не могу, Савка... Не могу я тебя втягивать во все это! Слышишь, не мо-гу!
- Говори! - настойчиво произнес Савелий. - Или мы не хлебали из
одного котелка? Говори!
Немного подумав, Варламов встал, закрыл дверь на ключ и кивнул
Савелию пройти в помещение с бассейном. Плюхнувшись в ледяную воду, он
охнул и быстро выбрался наверх.
- Сразу мозги прояснились! - чуть не стуча зубами, попытался он
улыбнуться. - Ну, слушай...
Сначала его рассказ Савелий слушал почти без интереса. Довольно
банальная история, хорошо знакомая и самому Савелию: несколько месяцев без
работы, жена, отчаявшись дождаться от него не случайных заработков, а
нормальной зарплаты, бросила его, он запил, несколько раз попадал в
медвытрезвители, а однажды едва не оказался под статьей. На улице подрался
с какой-то шумной компанией, которая хотела пошарить в его карманах. Дело
действительно пахло судом: несколько переломанных ребер и разбитых голов
грозили двумя-тремя годами колонии, но его "спас" Алик... Подкупив
сотрудников милиции, оплатив помятые тела пострадавших, он замял дело и
предложил Варламову работу в его фирме. Работа несложная, водительская, а
по совместительству быть телохранителем. В тот злополучный вечер он
оказался свидетелем схватки и решил привлечь его для работы в своей фирме,
как он называл посредническую контору "Феникс". Деньги, которые посулил
Алик, были настолько фантастичными для Варламова, что он согласился без
колебаний...
Несколько месяцев он исправно возил Алика по разным адресам не только
по городу, но выезжал и в другие города. Несколько раз ему приходилось
показывать свое умение, приобретенное в "спецназе". Когда один раз дело
дошло до милиции, то он не только не пострадал от разбирательства, но и
был "отблагодарен" сверх зарплаты... Шло время, ему все чаще стали
доверять самостоятельные поездки, это было нетрудное дело: приехал, сказал
точную фразу, получил "товар" и сдал его Алику.
Уверенный, что "Феникс" занимается официальными делами, он совершенно
не задумывался о том, что он возит... Но однажды, когда на него неожиданно
напали какие-то люди, да еще вооруженные пистолетом и ножами, он все-таки
попытался защитить груз, порученный ему, но в пылу борьбы пакет
разорвался, и в этот момент он получил сильный удар рукояткой пистолета в
голову... Когда очнулся, никого рядом не было, но, поднимаясь с земли,
Виктор обнаружил небольшой пакетик, тщательно заклеенный лейкопластырем...
Да, это был героин!.. Когда он понял, во что вляпался, то попытался
сослаться на сильный удар, головные боли, чтобы Алик отпустил его "по
состоянию здоровья", но тот, вероятно, понял его уловку и сказал, что если
он хочет "отвалить", то должен внести стоимость того, что у него отобрали,
а нет, то "посапывай в две дырки и делай то, что говорят"... иначе...
- Это страшный человек, Савка! Страшный! У него всюду связи! И в
милиции, и в прокуратуре, везде... - Говоря после-дине слова, он опустил
глаза.
- Ты что-то не договариваешь!
- Он... короче, я убийца, Савка! Убийца! - Он быстро вышел, принес
остатки коньяка и два стакана, налил себе, Савелию. - Выпьем!
- Все мы убийцы! - жестко сказал Савелий.
- Да нет, я не про Афганистан! Я здесь убил человека! Здесь! -
крикнул он.
- Как это произошло?
- Через неделю после того, что случилось со мной, мы сидели в одном
доме... Играли они там, как и здесь... Помнишь ту дверь, куда он уходил от
нашего столика?.. Играют там! По крупному! Тыщи туда-сюда ходят!.. Короче,
не поделили они что-то и дали друг другу в морду, но Алик-то здоров как
бык, а тот плюгавенький, старый совсем, и кличка-то под стать - Плющ...
Лысый таксика на лысине, как у нашего главного, родимое пятно... - Он
поморщился, снова переживая прошлое. - Плющ вырвал пистолет... И черт меня
дернул: видно, "автомат" сработал... А попал в сонник... Короче, снова
милиция, прокуратура, протоколы, допросы. Все, думаю, крышка, но ему снова
удалось "выкупить" меня... - Криво усмехнувшись, Виктор добавил: - А чтобы
не пырхался, все документы у себя держит...
- Давай кликнем своих ребятишек и разгоним эту свору со всеми их
связями и блатами - предложил Савелий.
- Да ты что! Даже если удастся с ним справиться, с ними, в чем я
сомневаюсь, то мне грозит тюрьма! Понимаешь? Тюрьма! Он встал со скамьи и
начал нервно ходить из угла в угол. - Стоило ли выживать там, в
Афганистане, чтобы здесь за какую-то мразь сидеть в тюрьме!
- Так что делать-то? Сидеть и ждать, пока они тебя во что-нибудь еще
не втянут?
- Не знаю, Савка... прошептал он и обречено опустился на скамью.
- Прекрати! - окрикнул Савелий и стукнул его по спине. - Прекрати
раскисать! Не из таких переделок выпутывались... - Савелий замолчал,
внимательно взвешивая все им услышанное. - Вот что... ты должен убедить
Алика в том, что я нужен "фирме"...
- Не беспокойся, он и сам в этом убедился, да и Лариса за тебя
хлопочет... И чем это ты ее приручил? - хмыкнул он.
- Долгая история! - махнул рукой Савелий. - А кто она ему?
- Трудно сказать... Сначала думал, любовница, но ничем мои
предположения не подтвердились, хотя и не рассеялись... Но влияние на него
она имеет, это точно!
- Ладно! Главное, вместе быть, а там видно будет! Вдвоем-то легче...
В МОСКВУ
Как и предполагала Лариса, все произошло "как в аптеке"' через две
недели, за которые он успел побывать в своем управлении и рассчитаться,
вызвав своим решением насмешки начальства, до которого уже дошли сведения
о его неожиданном наследстве: "Ну как же, теперь он домовладелец,
миллионер!" Мягко отшучиваясь, Савелий не стал их разубеждать и вернулся в
домик, оставленный родной теткой. Вскоре Алик вызвал его в Москву "с
вещами" - пара чемоданов, какой-то пейзаж в старинной рамке, понравившийся
ему из "наследства", да куча старых фотографий, которые он решил взять с
собой.
При встрече Алик вручил ему документы на квартиру, ключи и намекнул,
что на доплату за свой домик он сможет хорошо обставить свое новое жилище:
просторную однокомнатную квартиру с двенадцатиметровой кухней,
внушительной прихожей и балконом. Савелий не возражал, и буквально через
три дня новенькая мебель в импортной красивой упаковке была доставлена
грузчиками, которые и помогли Савелию распаковать и расставить ее. Мягкие
кресла, четырехсекционная стенка, шикарный диван-кровать, два стола,
журнальный и столовый, шесть стульев.
Сбылось предсказание Ларисы и о том, что Алик предложит ему "хорошую
работу". Он устроил его "дальнобойщиком", то есть водителем междугородных
перевозок. Савелий прекрасно понимал, что они решили присмотреться к нему,
прощупать, чем он дышит. Несколько раз, как бы невзначай, просили его
отвезти по пути то коробку конфет, то корзинку с фруктами. Делая вид, что
ему безразлично, что везти и кому, Савелий без удивления принимал денежные
вознаграждения за услугу, "оказанную по дружбе". Удивление могло быть
оттого, что эти вознаграждения многократно перекрывали расходы, которые
могли возникнуть при отправке этих посылок обычным самолетом. Всякий раз
Савелий внимательно просматривал эти гостинцы, но ничего предосудительного
в них не находил... Так прошли два месяца...
Однажды после очередной поездки его навестил Алик. О своем посещении
он предупредил через Ларису, с которой Савелий постоянно встречался и все
больше нуждался в ее близости. Лариса вызывала в нем двойственные чувства:
иногда ему казалось, что нашел именно ту женщину, которая нужна ему на всю
жизнь, но порой, наткнувшись на отчужденно пустой взгляд огромных глаз, он
терялся и начинал задумываться о ней трезво и рассудительно. Осторожные
попытки разговорить Ларису ни к чему не приводили: всякий раз она ловко
уходила от расспросов, сводя все к шутке. И только однажды, когда они
крепко выпили и Савелий помянул своих погибших родителей, Лариса
неожиданно всплакнула и бросила странную фразу: "Как же ты там, папочка?!"
Но, когда Савелий поинтересовался, где он, Лариса уже взяла себя в руки и
сухо ответила, что ее отец работает на Севере.
Этот разговор свербил его дотах пор, пока он не понял почему: Савелий
вспомнил, что в первую и последнюю их ночь до армии Лариса говорила, что
ее отец работает в милиции, в звании капитана или майора, этого он не
запомнил. И он решил при первом же удобном случае выяснить, почему она
оказалась в Москве. Почему отец не с ней, не в Омске, а на Севере?..
Незадолго до прихода Алика Лариса ушла: "Не буду вам мешать!.."
Алик пришел с бутылкой коньяка и не без удовлетворения прошелся по
квартире.
- Ну, как работа? - спросил он, присаживаясь за столик в кресло. - Не
обижают тебя там? Дают заработать?
- Да как сказать... Нормально, - заявил Савелий, понимая, что его
вопрос не праздный и последует продолжение.
- Сколько ты там зашибаешь?
- С премиальными до четырехсот...
- Не густо... Пора тебе лучше что-нибудь найти...
- Алик замолчал, словно раздумывая, как бы найти для Савелия работу
получше, хотя давно уже решил, где его использовать. - Знаешь, увольняйся
оттуда и будь наготове: кое-что наклевывается...
Наконец-то! Вот ради чего Савелий переехал в Москву! Вот ради чего
они с Варламовым затеяли эту игру, опасную, но единственно правильную!
Единственно правильную потому, что только так можно было внедриться в их
"фирму" и попытаться помочь Варламову. С ним они даже уговорились, чтобы
не навлечь лишних подозрений, не встречаться слишком часто. Только в силу
необходимости, в случае экстренной информации. Сейчас, услышав предложение
Алика, Савелий с трудом удержался, чтобы скрыть радость. Нужно прикинуться
простачком, которого интересуют только деньги.
- А сколько наготове-то прохлаждаться? Может, уволиться тогда, когда
место найдется... - осторожно возразил он. - Я уже сожалеть начал: на море
хоть и вкалывал как папа Карло, но и зарабатывал до штуки при удачной
рыбе... А ты говорил, что в деньгах я ничего не потеряю...
- Справедливое замечание! - усмехнулся Алик. - Твоя вина - нужно было
давно напомнить об этом, я свои слова всегда держу!
- Через Ларису как-то неудобно, а разыскивать тебя и искать встречи
тоже не с руки...
- А разве я телефона тебе не давал? - Он сделал удивленное лицо как
бы досадуя за свою оплошность, тут же достал из кармана визитную карточку.
- Вот, держи! - Потом вытащил банковскую пачку червонцев. - А это
доплата за те два месяца... - Он хитро посмотрел Савелию в глаза.
Да, Алик действительно не только держит слово, но и никогда ни о чем
не забывает. Он заранее приготовил эту "добавку", но хотел, чтобы Савелий
сам заговорил о ней... Отлично! Пока все идет лак надо!
- Отлично! - воскликнул Савелий, принимая деньги. - А то здесь как в
гробу: ни музыки, ни видео... даже телефона нет, поболтать с кем...
- С телефоном проще: завтра он у тебя будет! - небрежно махнул рукой
Алик, словно речь шла о таком пустяке, что и говорить-то не о чем. -
Впрочем, и с видиком что-нибудь придумаем: не хочешь же ты брать нашего
производства?
- Естественно! - подхватил Савелий, входя в роль. - Чего это мы все о
делах да о, делах? Коль принес бутылку коньяка, значит, не за рулем?
- Логично! - засмеялся Алик. - Погнали... Когда они изрядно выпили и,
как показалось Савелию, Алик перестал полностью контролировать свои слова,
Савелий снова осторожно подвел его к своей работе.
- Главная твоя задача - быть в состоянии боевой готовности! - сказал
Атак, пытаясь подцепить кружок колбасы с тарелки. - В любой момент, в
любую погоду!.. Ты технику-то хорошо знаешь? - неожиданно спросил он, и
Савелий понял, что он не настолько пьян, насколько хочет показаться.
- Смотря какую...
- Легковые машины!
- Как свои пять пальцев! Сам мечтаю о тачке...
- Вот что: завтра же увольняйся и позвони мне! Я тут старенькую
"Волгу" купил, "ГАЗ-21", кузов в отличном состоянии, а двигатель... - Он
поморщился.
- Переберем! Как часики будет работать! - заверил Савелий.
- Нет, есть лучше предложение... поставишь на нее мерседесовский
движок... достал по случаю! Сможешь?
- О чем речь? Даже если он дизельный... Гараж есть?
- Обижаешь, сержант! - ухмыльнулся тот... Дальше все пошло как по
накатанному: Савелий уволился, позвонил Алику и на следующий день уже
осматривал "Волгу", которую предстояло "привести в божеский вид".
Несколько дней возился Савелий с ней: поставил движок, отрегулировал.
Закончив ремонт, позвонил Алику и доложил, что "мустанг" готов.
Когда Алик прибыл для осмотра машины, Савелий не без гордости сказал:
- Хоть в ралли участвуй: скорость чуть не с места набирает!
- Скорость - это хорошо! Главное - не подвела бы во время стоянки! -
многозначительно посмотрев на Савелия, ответил Алик.
- Да уж как-нибудь! - усмехнулся Савелий.
- Как-нибудь не устраивает - нужна гарантия!
- Если я правильно, понял и речь идет о защите вверенного груза, то
мою гарантию вы видели уже там, в Ялте...
- А ты не так прост, как кажешься на первый взгляд, - задумчиво
проговорил Алик и немного помолчал, что-то взвешивая. - Короче, на этой
"колеснице" и будешь работать, пока по городу, чтобы знал его как свои
пять пальцев, дальше - посмотрим...
- А кого возить-то? - осторожно поинтересовался Савелий.
- Всех, кого нужно, тех и будешь возить! - отрезал Алик и, желая
смягчить свою резкость, добавил:
- Меньше знаешь, лучше спишь!
- Мудрые слова! - согласился Савелий. - Моя тетка болела раком и не
знала о том - жила, а как только узнала - померла...
- Узнала и померла? - Алик громко рассмеялся.
- Шутник? Тебе телефон-то поставили?
- Два дня назад, триста сорок...
- Я знаю его, - остановил он. - Вот и хорошо... До десяти утра и с
шести до восьми вечера ты должен быть на телефоне. - Увидев несколько
расстроенную физиономию Савелия, похлопал его по плечу. - У нас пятидневка
- не переработаешь!
- Да я не о том... Не люблю ждать да догонять!..
- Долго ждать не придется... Все! Сегодня и завтра изучай Москву -
вот твои документы на машину!
- Ну, шеф, даешь! Самое вкусное - на закуску! - Савелий обрадовано
подхватил документы. - Может, подкинуть куда?
- Нет, сегодня меня Варлам возит! - испытывающе взглянув на Савелия,
ответил Алик. - Давай действуй! - подмигнул он.
Хорошая зрительная память позволила Савелию довольно быстро освоиться
с улицами Москвы, и вскоре он знал их не хуже некоторых таксистов,
проработавших в городе долгое время. За эти дни он только раз виделся со
своим другом Варламовым. Настроение того было удручающим. Нервы настолько
взвинченными, что это не могло не подействовать и на Савелия - Виктору
казалось, что над ним "сгущаются тучи". Он ощущал настороженное внимание к
себе, ему даже показалось, что за ним следят. Конечно, Савелий всячески
старался разубедить его, успокоить, но беспокойство передавалось и ему...
Как-то, через несколько дней с последней встречи с Аликом, раздался
телефонный звонок, звонил Алик: "Для того, чтобы ты не скучал, достал тебе
видеоаппаратуру", - сообщил он. И действительно, на следующий день после
звонка два крепких парня, сопровождаемые Ларисой, принесла ему и
установили японский магнитофон и японскую видеотехнику.
- Слушай, Савушка, я балдею: Алик просто влюблен в тебя! Вызвал меня
и сказал отвезти все это в подарок! - Она рассмеялась и с обидой добавила:
- Мне таких подарков фирма не делала...
- Каких подарков! - удивленно возразил Савелий. - Я все это сам
оплачу!
- Да? А он сказал, что именно подарок! Вот еще несколько кассет! -
Она вытащила из сумки пять видеокассет.
- Ладно, разберемся... А что на них?
- Американские мультики, два сексуальных фильма и два фильма "Рэмбо"!
- Прекрасно! Поставь на свой вкус... Прошло еще несколько дней, и
вдруг в девять утра позвонил Алик и предложил приехать к фирме, - которая
находилась в старинном особняке, увешанном многочисленными вывесками
различных организаций, среди которых малоприметная, не бросающаяся в глаза
- посреднического предприятия "Феникс".
Савелий подъехал, когда Алтае выходил из дверей особняка. Сев в
машину, коротко бросил:
- На Ленинский!
Савелий резко тронулся с места и чудом, только благодаря молниеносной
реакции, избежал столкновения с неожиданно выскочившей "Нивой". Ударив по
тормозам, он пропустил "лихача", осторожно вырулил и переключил скорость,
но тут же был остановлен выразительным жестом капитана милиции, неожиданно
вышедшего из-за стоящего грузовика.
Чертыхнувшись с досады, Савелий подхватил свои права и хотел выйти,
но был остановлен Аликом.
- Сиди! - невозмутимо приказал он. Полноватый, лет под сорок капитан
медленно подошел к их машине и недовольно посмотрел на Савелия,
дерзнувшего не поспешить к нему навстречу. Однако, скользнув взглядом по
пассажиру, мгновенно засиял добродушием. Савелий удивленно посмотрел на
Алика, не заметив, как страж порядка подал знак его "шефу".
- Я сейчас... - бросил Алик и вышел из машины. Савелий отвернулся от
них с безразличным видом, но внимательно прислушивался к разговору, однако
шум улицы и ветер заглушали слова и до него доносились лишь отдельные
фразы. Единственное, что Савелий понял точно, капитан как-то был завязан,
с Аликом и в чем-то виновато оправдывался. Когда Алик сел в машину,
Савелий весело спросил:
- Отбояриться легко удалось?
- Что? - не понял тот, задумавшись о чем-то, но тут же самодовольно
улыбнулся: - Все в полном ажуре!
- Моя милиция - МЕНЯ бережет! Вот что, ты говорил, что не очень
любишь ждать да догонять, не так ли?
- Что, есть работа? - догадался Савелий. - Еще какая! - радостно
воскликнул Алик, но Савелий почувствовал в этой радости какое-то
напряженное, однако не подал виду. - Едва часа дня ты должен стоять в
аэропорту Домодедово, на площади, у самолета...
- На летном поле? - поразился он.
- Да нет, перед зданием вокзала стоит самолет, на площади, его сразу
увидишь. К тебе подойдет человек и передаст "привет от Алика"! Отвезешь,
куда Он попросит, или возьмешь от него то, что он передаст для меня!
Понял?
В два часа перед зданием аэропорта, у самолета. "Привет от Алика",
взять - у него то, что даст, или отвезти куда скажет! - быстро и четко
отрапортовал Савелий.
- Верно! После этого в любом случае - мухой ко мне... Будет еще одна
поездка, на этот раз - с сюрпризом!
- Если с приятным, то отлично! - подхватил Говорков.
- С приятным, с приятным! - Алтае подмигнул ему и попросил высадить у
высотного здания в середине Ленинского проспекта...
"ВОСКРЕСШИЙ МЕРТВЕЦ"
С большим нетерпением, задолго до назначенного времени, Савелий
подъехал к месту встречи. Интуитивно он чувствовал, что эта встреча может
многое если не прояснить, то расставить нужные акценты. Однако было и
волнение: в чем суть этой встречи? Настоящее задание или последний, а
может быть и очередной, проверочный тест на его, Савелия, благонадежность?
Возможно, и то и другое. Спокойно все взвесив, он решил не предпринимать
активных действий и положиться на интуицию... Сегодня нужно выполнить все
точно, как приказал Алик: получить "посылку" и отвезти ему либо делать то,
что прикажет неизвестный "пассажир"...
Ровно в два часа к нему подошел невысокий пожилой мужчина в шляпе,
невзрачный, неприметный в любой толпе: старик-пенсионер, приехавший в
Москву к родственникам или для хождения по инстанциям. В первый момент
Савелий даже подумал, что он хочет что-то спросить.
- Здравствуйте, молодой человек! Я не опоздал? Вам привет от Алика!
Савелий недоуменно посмотрел на него, словно, вспоминая, откуда этот
старик может знать его, но тут же спохватился:
- Здравствуйте! - Распахнул рядом с собой дверь, но старик сказал
виноватым тоном:
- Если не возражаете, то я люблю на заднем сиденье?
- Пожалуйста! - улыбнулся Савелий и быстро вышел из машины, открыл
заднюю дверь. Тот молча втиснулся на сиденье и тихо спросил:
- Вы давно с Аликом работаете? Что-то я вас не знаю.
- Я готов отвезти вас туда, куда вы скажете! - спокойно, без эмоций
заметил Савелий, игнорируя вопрос.
- Благодарю вас, спасибо! - ровным голосом отозвался старик, и было
непонятно: доволен он или нет ответом Савелия, во всяком случае, ни тоном,
ни выражением глаз не показал этого. - Вот что, приятель, подбрось меня к
ближайшему телефону...
Савелий невозмутимо кивнул и через пять минут остановил машину у
телефонной будки. Старик не торопясь вылез из машины, зашел внутрь и
тщательно прикрыл за собой дверь. Разговор был коротким, после чего старик
вернулся на свое место.
- Рисковый ты человек, Савелий! - облегченно вздохнул он. - Очень
рисковый!
- Почему это? - удивился Савелий.
- Да это я так, к слову... - Он добродушно усмехнулся в вытащил из-за
пазухи плотный, оклеенный клейкой лентой желтый пакет и протянул Савелию.
- Отдашь, кому сказано. - Потом взглянул на часы, достал платочек и, сняв
шляпу, вытер вспотевшую лысину.
Савелий чуть приподнял переднее сиденье и сунул туда пакет.
- Что дальше? - спросил он, взглянув на старика в зеркало заднего
вида, и вдруг увидел на его лысине "опознавательный знак", о котором
говорил Варламов. Совпадение он исключил сразу и потому едва удержал
удивленный возглас. Заглаживая свою оплошность, Савелий улыбнулся. Однако
старик заметил его замешательство.
- Есть проблемы? - спросил он настороженно, но без суеты.
- Лицо ваше показалось знакомым... - небрежно ответил Савелий.
- Немудрено: я часто в Москве бываю... Может, где и виделись... - Он
прищурился, вспоминая, потом пожал плечами: - Нет, твое лицо я вижу
впервые!
- Видно, похожи на кого-то...
- Старики все похожи между собой... - успокоился меченый.
- Куда едем?
- Посидим немного: не хочется по вокзалу шляться, а самолет через два
часа...
Савелий невозмутимо пожал плечами, завел двигатель и, отъехав немного
вперед, прижался к тротуару. Он мучительно искал способ проверить свою
догадку о, странном пассажире. Может, о картах заговорить? Виток говорил,
что он увлекается этим. Нет, слишком в лоб, может заподозрить... Что еще
говорил Варламов о нем? Он как-то называл его... Хлыщ? Нет, но что-то
похожее... Плющ! Точно, Плющ! Но что это дает?.. Он посмотрел на старика
через зеркало и подмигнул ему. Тот сидел, устало развалившись, глаза его
то медленно закрывались, то сразу открывались. Он явно боролся со сном.
Почему? Не доверяет? Или боится опоздать на самолет?
- Может, поспите, Я разбужу! - предложил Савелий.
- Нет, в самолете посп...
