Терри Гудкайнд. Четвертое правило волшебника или Храм ветров
сторінка №14
...нних эти две женщины не только незадевали, но даже не замечали друг друга. Кэлен понимала, что сейчас они не
скрывают своих отношений только из-за того, что Райне пришлось сегодня
пережить так много. Она чувствовала себя одиноко и нуждалась в утешении.
Как ни чудовищно было их обучение, как ни равнодушны стали они к боли, в
них понемногу начали пробуждаться человеческие чувства. Кэлен прочла по
глазам Райны, что вид этих страдающих и умирающих детишек не оставил ее
равнодушной.
Кэлен услышала, как Кара приказала офицерам войти. В комнату вошел
мускулистый седоватый генерал Керсон в начищенных кожаных доспехах, под
которыми бугрились мышцы.
За ним шел командующий армией Кельтона — могучий генерал Болдуин. Он
был старше д'харианца. В его усах, концы которых загибались книзу, блестела
седина.
Как всегда, он выглядел весьма изысканно в зеленом саржевом плаще на
шелковой подкладке, закрепленном на плече двумя пуговицами. Герб в виде
щита, разделенного по диагонали черной полосой на желтое и синее поля,
украшал его колет. Пряжка на ремне и отделанные серебром ножны сверкали в
свете ламп. Он выглядел столь же свирепо, сколь и сногсшибательно.
За ними вошли офицеры. Оба генерала поклонились, и лысина генерала
Болдуина сверкнула в свете ламп, когда он склонился перед Ричардом.
— Моя королева, — промолвил он. — Магистр Рал.
Кэлен кивнула ему, а Ричард встал. Бердина отодвинулась в сторону. Она
даже не потрудилась поднять головы. Она ведь Морд-Сит и к тому же занята.
— Магистр Рал, — прижал к сердцу кулак генерал Керсон. --
Мать-Исповедница.
Офицеры поклонились. Ричард терпеливо ждал. Кэлен догадывалась, что он
не знает, с чего начать.
Но Ричард начал просто:
— Господа, я с сожалением должен поставить вас в известность, что в
Эйдиндриле чума.
— Чума? — переспросил генерал Керсон. — Это еще что?
— Болезнь. От чумы умирают люди. Вот что такое чума.
— Черная смерть, — сказал Дрефан из-за спины Кэлен и Ричарда.
Раздался общий вздох. Офицеры молча ждали продолжения.
— Она началась недавно, — продолжил Ричард, — поэтому мы, к
счастью, успели принять кое-какие меры предосторожности. На сегодня нам
известно о двух десятках случаев заболевания. Конечно, трудно сказать,
сколько человек уже заразились и сколько еще заразятся. Половина из тех,
кто заболел, уже умерли. К утру, полагаю, умерших будет больше.
Генерал Керсон откашлялся.
— Меры предосторожности. Магистр Рал? Какие тут могут быть меры
предосторожности? У вас есть лекарство?
Ричард потер лоб и уставился на крышку стола.
— Нет, генерал, лекарства у меня нет, — очень тихо ответил он. Но
его услышали все, настолько тихо было в комнате.
— Тогда что же?..
Ричард выпрямился.
— Нам нужно разделить людей. Рассеять их. Мой брат сталкивался с
чумой и читал о крупных эпидемиях в прошлом. Мы считаем, что, вероятно,
чума передается от человека к человеку.
— А я слышал, что чуму вызывает плохой воздух, — раздался голос
кого-то из офицеров с дальнего ряда.
— Я тоже такое слышал, и этого тоже исключить нельзя. А еще говорят,
что она бывает от кучи других причин: плохая вода, тухлое мясо, слишком
горячая кровь, — ответил Ричард.
— Магия? — спросил кто-то. Ричард переступил с ноги на ногу.
— И это возможно. Еще существует мнение, что это духи наказывают нас
за какие-то проступки. Лично я в это не верю. Я сегодня полдня ходил по
городу, навещал заболевших и умирающих невинных детей. И ни за что не
поверю, что духи способны на такую жестокость, как бы они ни гневались.
Генерал Болдуин потер подбородок.
— Так как, по-вашему, она распространяется, Магистр Рал?
— Я не специалист, но склонен согласиться с мнением моего брата, что,
как любое заразное заболевание, она передается от человека к человеку через
воздух и при близком контакте. Эту версию я считаю наиболее логичной, хотя
эта болезнь куда серьезней прочих. Мне сказали, что чума, как правило,
всегда заканчивается смертью. Если она действительно передается от человека
к человеку, то медлить нельзя. Мы должны сделать все, чтобы уберечь от
заражения наших солдат. Я хочу, чтобы людей разделили на небольшие отряды.
Генерал Керсон расстроенно всплеснул руками.
— Магистр Рал, а почему вы не можете с помощью магии избавить город
от этой напасти?
Кэлен предостерегающе коснулась спины Ричарда, боясь, что он выйдет из
себя. Но Ричард, похоже, не был рассержен.
— Мне очень жаль, но в данный момент я не знаю, какое волшебство
может изгнать чуму. И не слышал, чтобы когда-нибудь от чумы избавлялись с
помощью магии. Вы должны понимать, генерал, что даже если человек владеет
магией, это не означает, что он может остановить самого Владетеля, когда
человеку приходит пора покинуть сей мир. Если бы волшебники это умели, то,
уверяю вас, мы все жили бы вечно. Но волшебники не обладают могуществом
Создателя. В нашем мире все уравновешено. Мы, особенно солдаты, можем
помогать Владетелю сеять смерть, но мы можем и творить жизнь, подобно
Создателю. Мы знаем, и, возможно, лучше многих, что задача солдат --
защищать мир и жизнь. А равновесие состоит в том, что иногда нам
приходится отнимать жизнь у людей, чтобы остановить противника, который
может погубить еще больше невинных. Волшебник тоже должен пребывать в
гармонии с миром, в котором живет. И Создатель, и Владетель — оба играют
свою роль в нашем мире. И не во власти какого-то ничтожного чародея
диктовать им, что делать. Он может повлиять на какие-то события — устроить
чью-то женитьбу, например, но не может приказать Создателю, чтобы в
результате этой женитьбы в мир пришла новая жизнь. Волшебник должен всегда
помнить, что он действует в рамках ограничений, присущих нашему миру, и
делать все возможное, чтобы помочь своему народу, точно так же, как фермер
помогает соседу убрать урожай или потушить пожар. Волшебники могут делать
вещи, которые не могут делать те, кто не владеет магией, но даже самый
великий волшебник не может принести в этот мир новую жизнь. Молодая
женщина, не обладающая ни его магией, ни его опытом, ни его мудростью,
может это сделать, а вот он — нет. И в конце концов, возможно, у нее
больше магии, чем у него. Я пытаюсь об яснить вам вот что. То, что я
прирожденный чародей, вовсе не означает, что мой дар способен остановить
чуму.
Нельзя во всем полагаться на магию. Знать пределы своих возможностей
для волшебника так же важно, как для офицера знать предел возможности его
подчиненных. Многие из вас видели, что может мой меч сделать с врагом. Но
каким бы удивительным ни было это оружие, нынешнего невидимого противника
оно поразить не в состоянии. И другая магия тоже может оказаться столь же
бессильной.
— В вашей мудрости — наше смирение, — тихонько процитировал
посвящение генерал Керсон.
Офицеры дружно выразили согласие с об яснением Ричарда, и Кэлен была
рада, что ему удалось их убедить.
— Не такая уж это мудрость, — пробормотал Ричард. — Просто обычный
здравый смысл. Но, прошу вас, не считайте, — продолжал он, — будто мои
слова означают, что я буду сидеть сложа руки. — Он положил руку Бердине на
плечо. Та подняла голову. — Бердина помогает мне прочесть книги
волшебников древности, чтобы узнать, не оставили ли они нам каких-нибудь
заветов. Если есть какой-то способ остановить чуму с помощью магии, я его
отыщу. А пока мы должны изыскать другие способы. И прежде всего нам нужно
рассредоточить людей.
— Рассредоточить, а дальше? — спросил генерал Керсон.
— Рассредоточить и вывести из Эйдиндрила.
Генерал Керсон с сомнением покачал головой:
— Оставить Эйдиндрил без защиты?
— Нет, не без защиты, — возразил Ричард. — Я предлагаю разделить
людей на отряды, чтобы уменьшить вероятность распространения эпидемии в
войсках, и вывести на раздельные позиции вокруг Эйдиндрила. Мы можем
поставить посты на каждом перевале, на каждой дороге, в каждой прилегающей
долине. Тогда ни одна армия на нас не двинется.
— А если двинется? — Генерал Болдуин явно отнесся скептически к
этому предложению. — Маленькие отряды не смогут оказать сопротивления.
— Мы разошлем повсюду разведчиков. Я сомневаюсь, что Орден уже
продвинулся так далеко на север, но, если все же я ошибаюсь, мы успеем
получить предупреждение и быстро сосредоточить войска. Отводить армию
далеко от города не нужно и ставить отряды на большом расстоянии друг от
друга тоже — только развести людей, чтобы зараза не распространилась на
все войско. Если у вас есть предложения, выкладывайте. Для этого я вас и
собрал. Не стесняйтесь, говорите.
Вперед вышел Дрефан:
— Это нужно делать быстро. Чем быстрее солдаты уберутся из города,
тем меньше вероятность, что они подцепят болезнь.
Офицеры задумчиво закивали.
— Те, что сопровождали нас сегодня, должны остаться здесь, --
продолжил Дрефан. — Они могли уже заразиться. Составьте список тех, с кем
они контактировали, и их тоже оставьте в Эйдиндриле.
— Мы немедленно этим займемся, — сказал генерал Керсон.
Ричард кивнул.
— Каждый отряд должен иметь связь с остальными, но послания должны
быть только устными. Никаких письменных распоряжений и донесений,
передаваемых из рук в руки. Бумага может перенести заразу. Гонцы, которые
будут передавать команды или сведения, должны говорить на расстоянии. По
крайней мере на таком, на каком вы сейчас находитесь от меня.
— Не излишняя ли это предосторожность? — спросил один из офицеров.
— Мне доводилось слышать, — ответил Дрефан, — что людей, заболевших
чумой, но еще не знающих, что они больны, можно определить по
специфическому запаху их дыхания. — Офицеры заинтересованно закивали. --
Только при этом вы сами заразитесь чумой и тоже сляжете и умрете.
— Поэтому мы и не хотим, чтобы гонцы близко подходили один к другому,
— добавил Ричард. — Если один из них заболеет, нельзя, чтобы он принес
заразу в другой отряд. Все наши усилия пойдут насмарку, если мы не будем
тщательно соблюдать эти меры. И тогда почти все жители города и наши
солдаты будут мертвы через несколько недель.
Офицеры начали серьезно и озабоченно переговариваться. Дрефан вновь
потребовал их внимания.
— Это, разумеется, самый скверный вариант развития эпидемии, --
сказал он.
— Мы не намерены приуменьшать опасность, но есть кое-какие факторы,
действующие в нашу пользу. Из них самый важный — это погода. Чума сильнее
всего распространяется в жару. Сейчас на удивление прохладно для весны, и
по крайней мере хоть с этим нам повезло.
Офицеры облегченно вздохнули. Кэлен — нет.
— И еще одно. — Ричард переводил взгляд с одного лица на другое. --
Мы д'харианцы. Мы люди чести. Мы должны действовать согласованно, и я не
хочу, чтобы кто-либо из нас лгал нашим людям, утверждая, что риск невелик.
С другой стороны, я не хочу, чтобы кто-то раздувал панику. Все и так будут
достаточно напуганы. Кроме того, мы солдаты. И эта битва — битва не менее
серьезная, чем с любым другим противником, напавшим на нас. Это часть нашей
работы. Некоторым солдатам придется остаться в городе, чтобы помогать
жителям. И если начнутся беспорядки, как было во время красной луны, я
хочу, чтобы их немедленно пресекли. Задействуйте для этого необходимое
число людей, но не больше.
Помните, что жители этого города — это наши соратники и мы защитники,
а не надсмотрщики. Еще понадобятся люди, чтобы рыть могилы. Сомневаюсь,
что, если чума распространится среди населения, мы сможем сжечь такое
количество трупов.
— Магистр Рал, а сколько, по-вашему, людей может умереть? — спросил
один из офицеров.
— Тысячи, — ответил за Ричарда Дрефан. — Десятки тысяч. — Он
оглядел присутствующих. — А если дело пойдет плохо, то и гораздо больше. Я
читал о чуме, которая за три месяца сократила на три четверти население
города — а в нем насчитывалось полмиллиона жителей.
Кто-то присвистнул.
— И еще одно, — сказал Ричард. — Начнется паника. Некоторые захотят
бежать из Эйдиндрила. Большинство останется, не столько потому, что здесь
их родной дом, сколько потому, что здесь у них все, что они нажили, и здесь
у них есть работа. Мы не можем допустить, чтобы кто-то покинул Эйдиндрил и
понес чуму в другие страны Срединных Земель или еще дальше, в Д'Хару. Все
жители должны оставаться в городе. Но если люди захотят укрыться в
окрестных холмах, мы должны отнестись к этому с пониманием. Они могут
болтаться вокруг города, сколько хотят, но покидать окрестности Эйдиндрила
запрещается всем. Расставьте кордон и никого не выпускайте за его пределы.
Если понадобится, применяйте силу, но, пожалуйста, не забывайте, что эти
люди не злонамеренны, а просто боятся за себя и своих близких. Тем, кто
захочет укрыться в холмах, напомните, чтобы взяли с собой побольше еды.
Мародерства в деревнях мы не допустим. — Ричард помолчал. — Что ж,
пожалуй, это все, что я хотел вам сказать. Вопросы есть?
— Вы уедете сегодня ночью, моя королева, Магистр Рал? Или завтра
утром? — спросил генерал Болдуин. — И где вы будете находиться?
— Мы с Ричардом не покинем Эйдиндрил, — ответила Кэлен.
— Что?! Но вы должны уехать! — вскричал генерал Болдуин. — Прошу
вас! Если вы погибнете, кто поведет нас за собой?
— Мы не знали, с чем имеем дело, а теперь уже слишком поздно, --
ответила Кэлен. — Мы могли успеть заразиться.
— Хотя считаем это маловероятным, — поспешил развеять опасения
офицеров Ричард. — Но я должен остаться здесь, чтобы выяснить, нет ли
магии, которая может остановить чуму. Для этого мне нужно пойти в замок
Волшебника. Если мы переберемся на холмы, от нас будет мало пользы, и я
лишусь возможности найти решение. Мы останемся здесь, чтобы контролировать
ситуацию в городе. Дрефан верховный жрец целителей Рауг'Мосс. Мы с
Матерью-Исповедницей в надежных руках.
Дрефан и Надина тоже остаются, чтобы помочь населению.
Пока офицеры обсуждали вопросы снабжения и обеспечения, Кэлен отошла к
окну и стала наблюдать за весенней метелью. Ричард разговаривал с
офицерами, как командир, который старается укрепить дух своих воинов перед
предстоящей битвой. И как в любой битве, в этом сражении смерть пожнет свою
жатву.
Несмотря на заверения Дрефана, что в холодную погоду чума не может
сильно распространиться, Кэлен знала, что в данном случае это не так.
Это не обычная эпидемия. Это чума, насланная на Эйдиндрил при помощи
магии человеком, который стремится убить их всех.
Тогда, в подземелье, Джеган назвал это джа-ла Д'Йин — Игрой Жизни. Он
был недоволен, что Ричард заменил мяч на более легкий, чтобы в нее могли
играть все ребятишки, а не только самые сильные и жестокие, И Джеган начал
с того, что убил именно этих детей. Это не случайность. Это послание.
Началась настоящая игра жизни.
И если выиграет Джеган, этот мир будет принадлежать ему, и он станет
править им с такой же жестокостью.
Глава 33
Целый час офицеры задавали Дрефану вопросы, а оба генерала давали
Ричарду советы по командованию и обеспечению. Обсудили перспективы,
составили планы, распределили обязанности. Было решено начать
передислокацию этой же ночью.
Защитников Паствы, которые принесли Ричарду клятву верности,
предполагалось на всякий случай раз единить и направить небольшими группами
в разные подразделения. Ричард согласился с таким предложением.
Когда офицеры ушли, Ричард тяжело опустился на стул. Он проделал
долгий путь от лесного проводника до главнокомандующего.
Кэлен гордилась им.
Она уже открыла рот, чтобы это сказать, но ее опередила Надина.
— Спасибо, — равнодушно буркнул Ричард. Надина нерешительно тронула
его за плечо.
— Ричард, ты всегда был... Ну, я не знаю... Для меня просто Ричардом.
Моим земляком. Лесным проводником. Но сегодня, особенно сейчас, я впервые
увидела тебя в ином свете. Ты действительно Магистр Рал.
Ричард облокотился на стол и спрятал лицо в ладонях.
— Мне кажется, что я скорее предпочел бы оказаться на дне обрыва
погребенным вместе с Храмом Ветров.
— Не глупи, — прошептала она. Кэлен быстро подошла к Ричарду, и
Надина скользнула прочь.
— Ричард, ты должен лечь спать, — сказала Кэлен. — Сейчас. Ты
обещал. Ты нам нужен здоровым. Если ты не ляжешь спать...
— Знаю. — Тяжело оттолкнувшись от стола, он встал и повернулся к
Дрефану и Надине. — У кого-нибудь из вас есть что-нибудь, что поможет
заснуть? Я уже пробовал... Бесполезно. Просто лежал и пялился в потолок.
Мой мозг никак не может успокоиться.
— Дисгармония Фен Сан, — немедленно сообщил Дрефан. — И ты сам в
этом виноват, потому что довел себя до изнеможения. У каждого из нас есть
свои пределы, и если...
— Дрефан, — ласково перебил его Ричард, — я знаю, что ты хочешь
сказать, но я делаю то, что должен делать. Постарайся это понять. Джеган
хочет нас всех перебить. И я не могу сидеть сложа руки.
Дрефан хмыкнул.
— Я все понимаю, только ты от этого здоровее не становишься.
— Одним словом, я постараюсь быть хорошим мальчиком, но только потом,
ладно? Так как насчет того, чтобы мне все же каким-то образом сегодня
уснуть?
— Медитация, — ответил Дрефан. — Она приведет в гармонию твои
энергетические потоки.
Ричард почесал бровь.
— Дрефан, сотням тысяч людей грозит смерть, потому что Джеган жаждет
власти над миром. И он уже доказал нам, что его решимость не имеет границ.
И убивать он начал с детей. — Ричард сжал кулак так, что побелели
костяшки. — И лишь для того, чтобы передать мне послание! Детей! — Лицо
Ричарда, наоборот, налилось кровью. — Ну так он просчитался! Я ни за что и
никогда не отдам свой народ такому тирану! Никогда! Я сделаю все, чтобы
остановить чуму! Клянусь!
В комнате воцарилась звенящая тишина. Кэлен никогда не видела Ричарда
таким. Когда в его глазах плясала волшебная ярость магии Меча Истины, то
об ект этой ярости обычно находился в пределах досягаемости. Ярость была
направлена на вполне ощутимую угрозу.
А сейчас это была бессильная ярость на невидимого противника. Сейчас
перед Ричардом не было врага, с которым можно сразиться. По его глазам
Кэлен видела, что этот гнев не волшебного происхождения. Это была ярость
Ричарда в чистом виде, без магии.
Наконец он сделал глубокий вдох, успокаиваясь, и провел ладонью по
лицу.
— Если я попытаюсь медитировать, — голос его снова звучал ровно, --
то опять увижу в своем воображении умирающих детей. Я этого не вынесу. Мне
нужно уснуть без сновидений.
— Без сновидений? Тебя тревожат сны?
— Кошмары. Впрочем, кошмары поджидают меня и днем, когда я бодрствую,
но тогда они по крайней мере реальны. Сноходец не может проникнуть в мои
сны, но он все же ухитрился заставить меня видеть кошмары. О добрые духи,
даруйте мне спокойствие хотя бы во сне!
— Явный признак дисгармонии меридиана Фен Сан, — подтвердил сам для
себя Дрефан. — Я вижу, ты будешь непростым пациентом.
Он расстегнул один из кошелей у себя на поясе и достал оттуда
несколько маленьких мешочков. Один он убрал обратно.
— Нет, это снимает боль, но не поможет уснуть. — Он понюхал
следующий. — Это рвотное. — Он перебрал все мешочки и снова сложил их в
кошель. — Нет, боюсь, у меня с собой нет ничего попроще. Я привез только
редкие средства.
— Что ж, спасибо за попытку, — вздохнул Ричард. Дрефан повернулся к
Надине. Она была сама готовность и стояла, поджав губы, чтобы не выдать
своего ликования.
— То, что ты дала матери Йоника, для Ричарда будет слишком слабым, --
сказал ей Дрефан. — У тебя нет хмеля?
— Есть, — спокойно ответила она, явно довольная тем, что наконец
кто-то спросил ее. — Экстракт, разумеется.
— Отлично, — кивнул Дрефан и хлопнул Ричарда по спине. --
Помедитируешь в другой раз. А сегодня уснешь, едва до подушки доберешься.
Надина сделает тебе настойку. А я пойду наставлять слуг.
— Не забудь помедитировать, — пробормотал Ричард, когда Дрефан ушел.
Бердина осталась изучать дневник, а Надина, Кара, Райна, Улик с Иганом
и Кэлен направились вслед за Ричардом в его спальню, которая находилась
неподалеку от кабинета. Улик с Иганом, как всегда, остались в коридоре.
Остальные вошли в комнату.
Ричард бросил свой золотой плащ на стул. Снял через голову перевязь и
положил на плащ Меч Истины. Затем лениво стянул через голову расшитую
золотом куртку, снял рубашку и остался в черной майке без рукавов.
Надина уголком глаза следила за ним, одновременно вслух отсчитывая
капли, которые капала в стакан с водой.
Ричард плюхнулся на край кровати.
— Кара, будь добра, стащи с меня сапоги.
Кара закатила глаза.
— Я что, похожа на лакея?
И принялась за дело, а Ричард лишь улыбнулся:
— Скажи Бердине, пусть найдет любые упоминания об этой Горе Четырех
Ветров. Может, наткнется на еще что-нибудь стоящее.
Кара глянула на него снизу вверх.
— Блестящая мысль! — с издевательским энтузиазмом воскликнула она.
— Готова поспорить, она в жизни бы до этого сама не додумалась, о
всезнающий и мудрый повелитель!
— Ладно-ладно. Похоже, я тут никому не нужен. Так где там мой
волшебный напиток?
— Уже несу, — радостно пропела Надина. Кара крякнула, стаскивая с
него второй сапог.
— Расстегните штаны, я их тоже сниму.
Ричард бросил на нее сердитый взгляд:
— Спасибо, сам справлюсь.
Кара хихикнула, а он скатился с кровати и подошел к Надине. Та
протянула ему стакан.
— Не пей все. Я накапала пятьдесят капель. Этого больше чем
достаточно, но я решила, пусть у тебя будет запас. Выпей треть, а если
проснешься ночью, можешь сделать еще пару глотков. Я добавила еще валерианы
и пустырника, чтобы ты заснул уже наверняка и без сновидений.
Ричард залпом выпил половину и скривился.
— Судя по мерзкому вкусу, я от этой штуки либо усну, либо помру.
— Будешь спать, как младенец, — улыбнулась Надина.
— Слыхал я, что младенцы спят вовсе не так крепко, как принято
думать.
Надина тихо рассмеялась мелодичным смехом.
— Ты уснешь, Ричард. Обещаю. А если проснешься слишком рано, просто
выпей еще немного.
— Спасибо. — Он сел на край кровати и оглядел всех женщин по
очереди. — А со штанами я справлюсь. Клянусь.
Кара закатила глаза и направилась к двери, подталкивая перед собой
Надину. Кэлен поцеловала Ричарда в щеку.
— Ложись. Я приду и поцелую тебя на ночь, только расставлю охрану.
Райна вышла вслед за Кэлен и закрыла дверь. Надина ждала в коридоре,
покачиваясь на каблуках.
— Как рука? Сменить припарку?
— Рука гораздо лучше, — ответила Кэлен. — Пожалуй, хватит припарок.
Но спасибо за предложение.
Она скрестила на груди руки и уставилась на Надину. Кара тоже
уставилась на Надину. Райна уставилась на Надину.
Надина переводила взгляд с одной женщины на другую. Потом поглядела на
Улика с Иганом, которые тоже глаз с нее не спускали.
— Ну, тогда ладно. Доброй ночи.
— Доброй ночи, — в один голос ответили Кэлен, Кара и Райна.
Они смотрели вслед удаляющейся Надине.
— Я тебя еще раз прошу — позволь мне ее убить, — сквозь зубы
прошипела Кара.
— Может, и позволю, — ответила Кэлен и постучала в дверь. — Ричард?
Ты лег?
— Да.
Кара хотела тоже войти.
— Я только на минутку, — сказала ей Кэлен. — Вряд ли он успеет за
это время меня обесчестить.
— От Магистра Рала всего можно ждать, — нахмурилась Кара.
Райна рассмеялась и хлопнула ее по руке.
— На твоем месте я бы не стала беспокоиться. После того, что мы
сегодня видели, вряд ли у кого-то из нас будет подходящее настроение, --
сказала Кэлен и закрыла дверь.
В комнате горела одна свеча. Ричард лежал, укрывшись до пояса одеялом.
Кэлен присела на краешек кровати, взяла его руку и прижала к груди.
— Ты очень огорчена? — спросил он.
— Ричард, мы непременно поженимся. Я ждала тебя всю жизнь. Мы с
тобой вместе. А все остальное не важно.
Ричард улыбнулся. Его усталые глаза сверкнули.
— Ну, не все.
Кэлен не смогла удержаться от улыбки. Она поцеловала его пальцы.
— Я все понимаю, — сказала она, — и не хочу, чтобы ты уснул с
мыслью, что у меня сердце разбито из-за того, что мы не можем пожениться
прямо сию минуту.
Поженимся, когда сможем.
Он притянул ее к себе и нежно поцеловал. Положив ладонь на его
обнаженную грудь, Кэлен почувствовала тепло его тела, его дыхание, биение
его сердца. В другое время это прикосновение пробудило бы в ней огонек
желания, но после того, что она сегодня увидела, это было невозможно.
— Я люблю тебя, — прошептала она.
— И я тебя люблю, сейчас и всегда, — прошептал он в ответ.
Кэлен задула свечу.
— Спи, любовь моя.
Кара подозрительно оглядела Кэлен.
— Прошло две минуты.
Кэлен пропустила эту шуточку мимо ушей.
— Райна, ты не останешься возле двери Ричарда? А когда пойдешь спать,
поставь тут солдат.
— Конечно, Мать-Исповедница.
— Улик, Иган, с этим сонным зельем Ричард не сможет проснуться, если
что-то случится. Я бы хотела, чтобы вы тоже пришли сюда, когда Райна уйдет
спать.
Улик сложил на груди здоровенные ручищи.
— Мать-Исповедница, мы и так не собирались уходить отсюда, пока
Магистр Рал не проснется.
Иган указал на пол у противоположной стены.
— Мы можем и тут подремать по очереди, если понадобится, — прогудел
он. Мы будем здесь. Не волнуйтесь за безопасность Магистра Рала.
— Спасибо вам всем. И еще одно: Надину в эту комнату не пускать ни
под каким предлогом. Ни под каким.
Все с довольным видом кивнули. Кэлен повернулась к Каре:
— Кара, приведи Бердину. Я иду за плащом. И вам двоим тоже плащи
пригодятся. Ночь сегодня мерзкая.
— А куда вы собрались?
— Я буду ждать вас в конюшне.
— В конюшне? Что тебе там понадобилось? Пора ужинать.
Кара никогда не возражала против приказа из-за такой мелочи, как ужин.
Она просто что-то подозревает.
— Тогда возьми что-нибудь на кухне, поужинаем в дороге.
Кара заложила руки за спину.
— Куда мы едем?
— На прогулку.
— На прогулку. Мать-Исповедница, куда мы едем?
— В замок Волшебника.
Кара с Райной недоуменно уставились на Кэлен. Впрочем, на лице Кары
удивление быстро сменилось выражением неодобрения.
— А Магистр Рал знает, что ты собралась в замок?
— Конечно, нет. Если бы я ему рассказала, он бы стал настаивать, что
поедет со мной. А ему надо поспать, поэтому я ничего ему не сказала.
— А зачем мы туда едем?
— Потому что Храм Ветров исчез. Волшебников, которые это сделали,
судили.
А все судебные отчеты хранятся в замке. Я хочу найти отчет об этом
заседании.
Завтра Ричард прочтет его, когда выспится. Ему это может помочь.
— Очень мудро ехать в замок Волшебника среди ночи. Пойду заберу
Бердину, возьму чего-нибудь пожевать, и встретимся в конюшне. Отличный
получится пикничок, — с откровенным сарказмом сказала Кара.
Глава 34
Кэлен стряхнула с ресниц большие пушистые снежинки и натянула пониже
капюшон плаща. Надо же было сделать такую глупость и не переодеться во
что-то более приемлемое, а не ехать в белом платье Исповедницы.
Приподнявшись в стременах, она постаралась подсунуть под себя подол платья.
Сидеть с голыми ногами в холодном седле было не очень-то приятно. Хорошо
хоть сапоги достаточно высокие. Кэлен ехала на Нике, огромном боевом
жеребце, подаренном ей галеанскими солдатами. Ник был ее старым, испытанным
другом.
Кара с Бердиной тоже чувствовали себя неуютно, но Кэлен знала, что они
просто боятся ехать туда, где есть магия. Обе Морд-Сит уже бывали в замке
Волшебника и отнюдь не горели желанием туда возвращаться. Еще в конюшне они
пытались отговорить Кэлен от этой затеи. Кэлен напомнила им о чуме.
Ник запрядал ушами, и из темноты появились темные фигуры солдат. Они
доехали до каменного моста, перед которым был выставлен пост.
Солдаты немедленно убрали мечи, едва Кара рявкнула на них с седла,
довольная, что может на ком-то сорвать свое дурное настроение.
— Мерзкая ночь для прогулок, Мать-Исповедница, — заметил один из
солдат, довольный, что есть к кому обратиться, кроме Морд-Сит.
— Мерзкая ночь для дежурства, — ответила Кэлен. Солдат оглянулся.
— Любая ночь становится мерзкой, когда приходится дежурить у замка.
— Замок хоть и выглядит мрачно, — улыбнулась Кэлен, — но он не
такой злющий, как кажется.
— Вам видней, Мать-Исповедница. А по мне это все равно что стоять на
страже у Подземного мира.
— Никто не пытался проникнуть в замок?
— Если бы кто попытался, вы бы об этом услышали, Мать-Исповедница.
Или нашли тут наши трупы.
Кэлен пришпорила огромного жеребца. Ник фыркнул и двинулся дальше по
скользкому снегу. Кэлен привыкла доверять коню в такую погоду и
предоставляла ему самому выбирать дорогу. Кара с Бердиной свободно
покачивались в седлах.
Перед тем как уехать. Кара схватила свою лошадь под уздцы, уставилась
ей в глаза и приказала вести себя смирно. У Кэлен возникло странное
чувство, будто кобыла поняла предупреждение.
Кэлен с трудом различала каменный парапет. А лошади не видели бездну,
над которой пролегал мост. Она знала, что Ник не испугается, но вот о
лошадях Морд-Сит этого с уверенностью сказать не могла. Каменные стены
уходили вниз на многие тысячи футов. И если не уметь летать, то в замок
можно попасть только одним путем.
Кэлен выросла в Эйдиндриле и часто бывала в замке, причем чаще всего
одна.
Даже когда она была ребенком, ей дозволялось ходить в замок одной, как
и другим юным Исповедницам. Волшебники подшучивали над ней и бегали по
коридорам, веселясь вместе с девочкой. Замок стал для нее вторым домом.
Уютным и безопасным, доброжелательным и оберегающим.
Но она отлично знала, что в замке, как и в любом доме, есть опасные
места.
Никто не полезет, например, в горящий камин. Вот и в замке были места,
куда тоже соваться не следовало.
Повзрослев, она перестала ходить в замок одна. Когда Исповедница
становится взрослой, ей опасно ходить куда бы то ни было в одиночку. Как
только Исповедница начинает принимать исповеди, ее повсюду сопровождает ее
волшебник, потому что у нее появляется много врагов.
Родственники осужденных редко верили, что их сын или муж совершил
серьезное, а зачастую и жестокое преступление, и винили Исповедницу за
смертный приговор, хотя она в данном случае была всего лишь средством
приведения приговора в исполнение.
На жизнь Исповедниц постоянно покушались. Недостатка в желающих
Исповеднице смерти никогда не наблюдалось.
— А как мы без Магистра Рала пройдем щиты? — спросила Бердина.
Кэлен уверенно улыбнулась обеим Морд-Сит.
— Ричард не знал, куда шел. Он просто вихрем пролетел по замку,
ведомый своим даром. Я знаю пути, где можно пройти и без магии. Могут,
правда, встретиться мягкие щиты, которые обычные люди не пройдут, но мне
они не помеха.
А если пройду я, то сумею и вас протащить, как Ричард протаскивал вас
через более мощные щиты.
Кара хмыкнула. Она всю дорогу надеялась, что щиты их остановят.
— Кара, я бывала в замке сотни раз. Там совершенно нечего бояться. Мы
просто идем в библиотеку. Как вы защищаете меня здесь, так же я буду
защищать вас в замке. Мы сестры по эйджилу. Я не подпущу вас к опасной
магии. Ты мне доверяешь?
— Ну... Я считаю тебя сестрой по эйджилу. А сестре по эйджилу я могу
доверять.
Они проехали под огромной решеткой и в ехали на территорию замка.
Здесь, за толстыми внешними стенами, снег таял, едва долетев до земли.
Кэлен откинула капюшон. Тут было тепло и уютно.
Стряхнув снег с плаща, она вдохнула полной грудью свежий весенний
воздух.
Ник радостно заржал.
Кэлен повела Кару и Бердину по гравию и каменной крошке к арке в
стене.
Морд-Сит зажгли лампы, притороченные к седлам, и коридор осветился
мягким оранжевым светом.
— Почему мы идем тут? — спросила Кара. — Магистр Рал повел нас к
большой каменной двери там, снаружи.
— Знаю. Это одна из причин, почему вы так боитесь замка. Тот путь в
замок опасен. А я веду вас дорогой, которой обычно хожу сама. Она гораздо
безопаснее.
Сами увидите.
Этой дорогой ходили те, кто жил или работал в замке. Обычные
посетители входили через еще один вход, где их встречал проводник, который
за ними присматривал.
Когда они вышли из прохода, лошади увидели роскошный выгул с сочной
травой. Дорожка бежала вдоль стены к главному входу в замок. От выгула ее
отгораживала деревянная изгородь. В дальнем конце выгула находилась
конюшня.
Кэлен спешилась и открыла ворота. Сняв с лошадей седла и поклажу, они
пустили их пастись.
Широкие гранитные ступени, истертые за тысячи лет, вели наверх, к
простым, но тяжелым двойным дверям. Кара и Бердина с лампами в руках вошли
в замок следом за Кэлен. В огромном помещении лампы освещали только колонны
и арки.
— Что это? — громко прошептала Бердина. — Похоже на ливень.
— А здесь... Ведь здесь нет крыс?
— Это просто фонтан, — об яснила Кэлен, и эхо ее голоса отозвалось
где-то вдалеке. — Да, Кара, крысы тут водятся, но не там, куда мы идем.
Честное слово.
Ну-ка дай-ка мне лампу.
Взяв лампу, Кэлен подошла к одной из ключевых ламп на правой стене,
подняла колпачок и зажгла фитиль.
Сразу после того, как загорелась ключевая лампа, начали зажигаться все
остальные — сотни ламп вспыхивали по две с каждой стороны по периметру
огромного помещения. Буквально за несколько мгновений в замке стало светло,
как днем. Кара с Райной замерли с раскрытыми ртами.
В сотне футов над головой мерцала стеклянная крыша — сейчас она была
темной, но днем наполняла помещение теплом и светом. Ночью, если нет
облаков, можно было выключить лампы и любоваться звездами или наслаждаться
игрой лунного света.
В центре стоял беломраморный фонтан в виде большого листа клевера. Из
верхней чаши на пятнадцать футов вверх била вода и каскадом стекала по
возрастающим по размеру чашам до самой нижней, сквозь дырочки которой
идеальными дугами выливалась в бассейн. Край бассейна был достаточно
широким, чтобы на нем было удобно сидеть.
Бердина как зачарованная шагнула вниз на одну из пяти круглых
ступенек, ведущих к фонтану.
— Какая красота... — изумленно прошептала она. Кара огляделась и
увидела колонны из красного мрамора и балкон, идущий по периметру овального
помещения.
На губах ее заиграла улыбка.
— Ничего общего с тем местом, куда привел нас Магистр Рал. --
Внезапно она нахмурилась. — Лампы. Это была магия. Здесь есть магия. Ты
сказала, что будешь держать нас подальше от магии.
— Я сказала, что буду держать вас подальше от опасной магии. Эти
лампы своего рода щит, только наоборот. Вместо того чтобы держать людей на
расстоянии, они приветствуют гостя. Это дружественная разновидность магии,
Кара.
— Дружественная. Угу.
— Ладно, пошли. Мы пришли сюда по делу. Нас ждет работа.
Кэлен повела их к библиотеке по теплым коридорам, которые разительно
отличались от жуткого лабиринта, по которому вел Морд-Сит в свое время
Ричард.
По дороге им встретились лишь три щита. Магия Кэлен позволяла ей их
пройти, и она провела Кару с Бердиной, хотя обе жаловались на щекотку.
Эти щиты не охраняли опасные зоны, поэтому были слабее, чем другие
щиты в замке. Были здесь и такие щиты, которые на памяти Кэлен не проходил
ни один волшебник. Правда, Ричард прошел их запросто.
Они вышли в коридор, облицованный светло-розовым туфом. Он выходил в
большие комнаты со скамейками, предназначенные для чтения и бесед. В конце
каждой из этих комнат за двойными дверями находились библиотеки.
— Я здесь была, — сообщила Бердина. — Я все это помню.
— Верно. Ричард привел вас сюда, только другой дорогой.
Кэлен дошла до восьмой по счету гостиной и вошла через двойную дверь в
библиотеку. Здесь она снова зажгла ключевую лампу, и темнота рассеялась.
Полы здесь были из полированного бука, а стены украшали медового цвета
дубовые панели. Из окон открывался великолепный вид на Эйдиндрил, но сейчас
сквозь снежную пелену Кэлен едва могла различить отдельные огоньки
простиравшегося внизу города.
Она пошла между столами, оглядывая многочисленные ряды книг в поисках
тех, которые она помнила. Только в этой библиотеке было сто сорок пять
рядов книг.
Кресла тут очень удобные для чтения, но сегодня им понадобятся столы,
чтобы складывать книги.
— Значит, это и есть библиотека, — заметила Кара. — В Народном
Дворце Д'Хары библиотека куда больше.
— Это всего лишь одна из двадцати шести таких комнат. Я могу только
догадываться, сколько тысяч книг хранится в замке, — сказала Кэлен.
— Так как же мы найдем те, что нам нужны? — заволновалась Бердина.
— Это не так сложно, как кажется. Впрочем, у меня был знакомый
волшебник, который перерыл все библиотеки в поисках сведений, которые — он
точно это знал — здесь есть. Он всю жизнь их искал, но так и не нашел.
— Так как же сможем найти мы?
— Книги рассортированы по темам. Книги для изучения языков, например.
Я могу показать вам все книги по каждому отдельному языку, потому что они к
магии никакого отношения не имеют и собраны в одном месте. Правда, я не
знаю, по какой системе расставлены книги о магии и книги пророчеств, если
там вообще есть система, но это нам сейчас и не нужно. В этой комнате
хранятся отчеты о судебных процессах. Я их сама никогда не открывала, но
знаю, что они есть.
Кэлен повернулась и повела обеих Морд-Сит между двумя рядами полок.
Примерно посередине она остановилась
— Вот. Судя по надписям на корешках, они на разных языках. Поскольку
я знаю все языки, кроме древне-д'харианского, то просмотрю те, что написаны
на других языках Срединных Земель. Кара, ты просмотри те, что на нашем, а
ты, Бердина, займись теми, что на древне-д'харианском.
Они принялись снимать книги с полок и класть на стол, деля на три
кучки.
Их оказалось не так много, как опасалась Кэлен. Бердине досталось
семь, Каре пятнадцать, а Кэлен — одиннадцать. Бердине предстояло
повозиться, поскольку она была не очень сильна в древне-д'харианском, зато
Кэлен владела языками свободно и рассчитывала, быстро управившись со своими
книгами, помочь Каре.
Начав просматривать книги, Кэлен быстро поняла, что все окажется даже
еще проще. Каждое досье начиналось с классификации совершенного
преступления, так что было легко отобрать те, которые не касаются Храма
Ветров.
Обвинения варьировались от мелкого воровства до убийства. Некую
колдунью обвиняли в том, что она наложила приворотное заклятие, но ее
признали невиновной. Двенадцатилетний мальчик обвинялся в том, что был
зачинщиком драки, в ходе которой сломал другому мальчику руку. Поскольку он
прибегнул к магии, чтобы покалечить противника, его приговорили к
отстранению от обучения на год.
Волшебника обвиняли в том, что он слишком много пьет; третье
нарушение; предыдущие санкции воздействия не возымели; обвиняемый в пьяном
виде вел себя агрессивно. Его признали виновным и приговорили к смерти.
Приговор привели в исполнение через два дня, когда он протрезвел.
В таких вопросах на снисходительность нечего было рассчитывать. В
пьяном виде волшебник способен стереть с лица земли целый город. Лично
Кэлен видела пьяных волшебников один раз в жизни.
Судебные отчеты оказались весьма увлекательным чтением, но, понимая
важность стоящей перед ними задачи, Кэлен быстро пролистывала книги в
поисках упоминаний о Храме Ветров или о преступлении, совершенном группой
волшебников.
Обе Морд-Сит тоже довольно быстро продвигались в своих поисках. Через
час Кэлен покончила со всеми одиннадцатью книгами. Бердине оставалось
просмотреть еще три, а Каре — шесть.
— Есть что-нибудь? — спросила Кэлен.
— Я только что наткнулась на дело одного волшебника, — сказала Кара,
который развлекался тем, что на рынке на улице Глашатаев задирал свой
балахон перед женщинами и приказывал им "поцеловать змею". А я и не знала,
что волшебники могут так себя вести.
— Они такие же люди, как и все остальные.
— Нет, не такие. Они владеют магией, — возразила Кара.
— Я тоже. Ты что-нибудь обнаружила, Бердина? — Кэлен потянулась было
за одной из оставшихся у Кары книг, но передумала. — Бердина, ты ведь была
в той комнате, где находится сильфида?
Бердина передернулась и сделала вид, что ее тошнит.
— Не напоминай!
Кэлен зажмурилась, пытаясь представить себе это место.
Она помнила останки Коло, сильфиду, но с трудом могла вспомнить, что
там было еще.
— Бердина, ты не помнишь, там были какие-нибудь книги?
Бердина задумалась, закусив ноготь.
— Я помню, как мы нашли раскрытый дневник Коло на столе. Чернильницу
и перо. Помню скелет Коло на полу возле стула. Одежда на нем истлела,
остался только кожаный пояс.
Кэлен ничего не могла добавить к этому списку.
— А ты не помнишь, там на полках были книги?
Бердина задумчиво прикрыла глаза.
— Нет.
— Не помнишь или нет, не было?
— Не помню. Магистр Рал был в восторге от дневника. Он сказал, что
это совсем другое, чем книги в библиотеке, и он чувствует — это то самое,
что он искал. После этого мы сразу оттуда ушли.
Кэлен встала.
— Вы продолжайте просматривать книги. А я схожу туда, просто чтобы
проверить на всякий случай.
Кара резко встала, едва не опрокинув стул.
— Я пойду с тобой.
— Там, внизу, полно крыс.
Кара с недовольным видом уперла руку в бок.
— Я видела крыс и раньше. Я иду с тобой.
Кэлен отлично помнила рассказ Кары о крысах.
— Кара, в этом нет нужды. В замке мне не требуется твоя защита. За
его пределами — да, но здесь я знаю возможные опасности лучше, чем ты. Я
обещала не подпускать вас к опасной магии. А там, внизу, магия очень
опасна.
— Значит, тебе тоже там нечего делать.
— Не волнуйся, я узнаю ее, если встречу. А ты — нет. И в опасности
будешь ты, а не я. Я тут выросла. Моя родная мать разрешала мне носиться по
замку, когда я была еще совсем крошкой, потому что мне хорошо об яснили,
какие опасности мне тут грозят и как их избежать. Я знаю, что делаю. Будь
добра, останься здесь с Бердиной, и закончите просматривать книги. Чем
быстрее мы найдем то, что нам нужно, тем быстрее вернемся.
Кара переступила с ноги на ногу, и ее кожаная одежда скрипнула.
— Пожалуй, ты и впрямь знаешь здешние опасности лучше, чем я. И ты
права, нам надо побыстрее вернуться. Там ведь Надина.
Глава 35
Кэлен попыталась мысленно нарисовать карту внутренних помещений замка,
его переходов, лестниц и комнат, по которым шла по дороге вниз. Крысы в
свете лампы с визгом разбегались в разные стороны.
Хотя с бастионов замка ей частенько доводилось видеть башню, где
располагалась комната Коло, она ни разу не была там с тех пор, как попала
туда вместе с Ричардом. К сожалению, Ричард вел ее туда опасными проходами
через щиты, которые она сама преодолеть не могла.
Но Кэлен была абсолютно уверена, что в комнату Коло ведут и другие
пути. В замке было много пространства, не огороженного вообще никакими
щитами. Нужно просто найти дорогу, где нет щитов или есть только те,
которые она может пройти.
Обычно "жесткие щиты", как их называли волшебники, ставили для того,
чтобы укрыть какой-то предмет, а не с целью перекрыть доступ в какую-то
область замка. Многие помещения, по которым Ричард вел Кэлен, были именно
такими; путь через них был короче, но требовал владения особой магией.
Если она не ошибается, Ричард шел по опасным местам, а не сквозь
жесткие щиты, специально поставленные для защиты башни. Следовательно,
туда должен быть путь и в обход этих опасных зон. Опыт подсказывал Кэлен,
что именно так устроен замок. Если бы доступ в башню изначально был
ограничен, перед ней стоял бы жесткий щит. А если доступ открыт, то есть
хотя бы один путь, которым она может пройти. Ей не остается ничего другого,
как выяснить это на практике.
Хотя Кэлен провела в замке довольно много времени, в основном она
сидела в библиотеках. Конечно, она немного исследовала замок, но он был
огромен.
Наружная часть его поражала размерами, но та, что скрывалась внутри
горы, была просто гигантской.
Кэлен прошла через вырубленную в камне пещеру. Лампа, которую она
несла с собой, осветила вырезанные в граните символы и специально
отполированные, чтобы были более заметными, круги. Каждый такой круг
обозначал местонахождение небольшого щита, который вызывал легкое ощущение
щекотки, когда Кэлен его проходила.
Впереди коридор разделялся на три ответвления. Не успела она дойти до
развилки, как воздух вокруг внезапно завибрировал. Кэлен шла очень быстро и
поэтому остановилась не сразу, пройдя по инерции пару шагов. И с каждым
шагом вибрация становилась все сильнее. Длинные волосы Кэлен поднялись на
голове и встали дыбом. Вырезанный в камне круг засиял красным цветом.
Кэлен отступила. Вибрация немного уменьшилась. Волосы улеглись.
Кэлен выругалась сквозь зубы. Вибрирующий щит — серьезное
предостережение.
Красное сияние показывало местоположение самого щита. А вибрация
предупреждала, что ты вошел в зону его действия.
Некоторые из жестких щитов предупреждали человека, делая воздух
сначала вязким, как грязь, а потом твердым, как камень. Некоторые из
вибрирующих щитов не предупреждали о себе, а сдирали с человека кожу, едва
он входил в них. Более слабые щиты предназначались для того, чтобы не дать
людям, не владеющим магией и, соответственно, знаниями, приблизиться к
опасности.
Кэлен развернулась и, держа лампу повыше, вернулась обратно. Затем
двинулась по другому коридору, который шел приблизительно в нужном ей
направлении. Этот коридор выглядел более обычным: стены были беленые и
здесь было светлее.
На всем протяжении этого коридора Кэлен не встретила ни одного щита.
Она спустилась по лестнице на более низкий уровень. Еще один каменный
коридор без всяких щитов, который она быстро прошла. Кэлен мысленно
представила себе все коридоры, комнаты, лестницы и переходы и была почти
уверена, что, не считая ложных путей, куда она по ошибке забредала, есть
все-таки не перекрытая щитами дорога в башню.
Она распахнула дверь в конце очередного коридора и оказалась в
переходе с металлическими перилами. Это был нижний ярус башни. Ступеньки
шли винтом по ее внутренней стороне. На дне башни блестел пруд с
застоявшейся черной водой. Над поверхностью воды выступали камни. По водной
глади носились жучки. Устроившиеся на камнях саламандры лениво повернулись
к Кэлен.
Здесь, в этом месте, они с Ричардом сражались с королевой мрисвизов.
Осколки ее вонючих яиц по-прежнему валялись на камнях. Обломки двери
все еще плавали в воде.
А на той стороне, за прудом, был вход в комнату Коло.
Кэлен быстро добралась до широкой платформы перед ней. Дверь была
вырвана волшебной молнией; почерневшие обломки скалы по краям пролома
торчали, как гнилые зубы. Кое-где камень оплавился, словно воск. Стена
башни возле пролома была покрыта сажей — здесь произошел мощный выплеск
магии, который впервые за тысячелетия открыл замурованную комнату Коло.
Разрушив Башни Погибели, Ричард разрушил и магическую печать, которая
закрывала эту комнату. Во время великой войны три тысячи лет назад башни
отделили Древний мир от Нового. И запечатали комнату с сильфидой. А вместе
с ней — Коло, который в эту минуту дежурил возле сильфиды.
Шагая по скрипящим обломкам, Кэлен вошла в комнату, где умер Коло.
Комнату, где находилась сильфида. Стояла мертвая тишина, и Кэлен была
рада даже звуку собственных шагов.
Ричард пробудил сильфиду от трехтысячелетнего сна. Сильфида отнесла
Ричарда в Древний мир, а потом в целости и сохранности доставила его и
Кэлен обратно в Эйдиндрил. После возвращения Ричард велел сильфиде снова
уснуть. За все те годы, что Кэлен провела в замке, ей и в голову не
приходило, что здесь есть создание, подобное сильфиде.
Кэлен даже вообразить не могла, какого рода магией пользовались
волшебники древности, чтобы создать такое существо. Она лишь чуть-чуть,
самым краешком воображения могла осознать могущество, которым обладал
Ричард, но не понимала его.
Какие же чудеса могли творить боевые чародеи древности, которые хорошо
знали, как пользоваться своим даром? Каким кошмаром должна была быть битва
между теми, кто владел такой мощью?
От одной лишь этой мысли Кэлен бросало в дрожь.
Она вспомнила о чуме, насланной на Эйдиндрил. Они наверняка умели
делать такие вещи. И бороться с ними.
Лампа осветила скелет Коло около стула. Перо и чернильница по-прежнему
лежали на пыльном столе. Круглую комнату почти в шестьдесят футов в
поперечнике венчал куполообразный потолок почти такой же высоты, как ширина
комнаты.
В центре стояло каменное кольцо, как у колодца, примерно футов
двадцать пять — тридцать в поперечнике. Там дремала сильфида. Кэлен,
держа над головой лампу, быстро глянула вниз, ...