Альфред Ван Вогт. Слэн
страница №6
...ешь, что я не лгу об этомтебе. Не становить змеей - вот о чем я тебя прошу! Какой бы не
была их философия, она неправильна, потому что бесчеловечна.
Она должна быть неправильной, так как породила эти нескончаемые
страдания.
Если ему удастся спастись! Если ему это удастся, они будут
зависеть от его доброй воли и поэтому, она старается заслужить
хорошие воспоминания о себе!
- Но запомни одно, - продолжала Джоанна Хиллори, - ты не
можешь ожидать помощи от нас. Мы должны, во имя своей
безопасности, считать тебя противником. Слишком многое зависит
он этого. Так что не ожидай в ближайшем будущем милосердия к
себе за то что освободил меня. Не пытайся проникнуть к нам
потому что, я предупреждаю тебя, это будет означать быструю
смерть.
Ты понимаешь, что мы уверены в превосходстве разума
истинных слэнов, вернее, в более высоком развитии интеллекта,
что обусловлено способностью к чтению мыслей. Нет такого
коварства, на которое они не были бы способны, так же как и нет
такой жестокости, которую они бы не проявляли. Твои планы могут
отнять тридцать, а то и все сто лет. Следовательно, хотя я и
верю тому, что ты мне говорил, неопределенность того, каким ты
станешь, когда будешь взрослым, заставила бы меня тут же убить
тебя, будь это в моих силах. Не доверяй никогда нашей доброй
воле. Не терпимость, а подозрение правит нами. А теперь прощай,
и как бы парадоксально это не звучало - удачи тебе!
И она быстро пошла на запад, по пути, который вел в город.
И когда она скрылась за холмом, Джомми закрыл шлюз, ринулся в
кладовую и снял со стены два космических скафандра. Старуха
что-то протестующе лепетала, когда он запихивал ее в один из
них. Одев второй, он прошел в рубку управления.
Его пальцы устремились к выключателям антигравитационных
пластин, но тут в душу к нему вкралось сомнение - возможно ли,
что его простой план на самом деле будет осуществлен?
В небе над ним показались крохотные темные точки кораблей.
Там уже вовсю сияло солнце, заливая своим светом узкие
сигарообразные корпуса кораблей на фоне невообразимого голубого
небосвода. С волшебной скоростью исчезал туман и облака над
маленькой долиной, и теперь мальчик понял, что даже погода
против него. Через несколько минут видимость станет такой, что
у него почти не останется шансов на то, чтобы спастись.
Его разум был настолько поглощен этим, что когда он уловил
чью-то расплывчатую мысль, ему показалось, что она родилась в
его собственном мозгу.
"... не надо беспокоиться. Старая Гренни избавится от
слэна. Достанет грим и изменит свое лицо. Что в том, что
когда-то она была актрисой, если не может изменить свою
внешность! Гренни сделает себе белое красивое тело, какое
когда-то было у нее, и изменит это старое лицо. Ха!"
Эти мысли многое напомнили Джомми. Его родители часто
применяли поддельные волосы, но необходимое при этом
уничтожение собственных волос приводило к тому, что
антенны-завитки приходилось тоже уничтожать! Тем не менее,
настоящим слэнам приходилось все время заниматься этим. Сейчас
он был уже достаточно взрослым, чтобы как следует заняться
своими волосами, а опыт и помощь Гренни могут оказать ему
неоценимую помощь.
Теперь, когда начал вырисовываться четкий план последующих
действий, исчезла вся прежняя нерешительность. Легко, как
мотылек, корабль оторвался от земли и с огромной скоростью
взмыл в небо, когда ожили его ракетные двигатели. Пять минут на
ускорение и торможение - вот что было у него, как сказал
командир эскадры крейсеров. Джомми улыбнулся. Он не собирался
замедлять скорость. С той же огромной скоростью он нырнул к
реке, которая протекала в окрестностях города, города, который
он выбрал именно из-за того, что рядом с ним текла река. И
только в последний момент он включил полное замедление.
И в этот последний момент, когда уже было слишком поздно,
в этот момент была поколеблена самоуверенность командиров
кораблей слэнов. Они словно позабыли свою прежнюю
нерешительность показываться вблизи городов людей и
использовать свои тяжелые орудия на виду у всех. Они, как
ястребы, устремились вниз; из всех семи крейсеров засверкали
вспышки огня... Джомми Кросс тихонько потянул за провод,
который был прикреплен к спуску его собственного оружия,
смонтированного на носу корабля.
Яростный удар снаружи добавил еще скорости к тремстам
милям в час его корабля. Он едва обратил на это внимание, на
этот единственный эффект огня противника. Его внимание было
приковано к собственному оружию. Как только он потянул за
провод, сноп огня проделал в толстом носу корабля отверстие
диаметром более полуметра и, подобно урагану, ринулся вниз,
рассекая воду перед сигарообразным корпусом. В образованный
таким способом туннель проскользнул корабль под аккомпанемент
ужасных взрывов, расположенных в передней части тормозных
ракет.
Видеоэкраны потемнели, как только и снизу и сверху
оказалась вода. Они стали совсем черными, когда вода
закончилась, и невообразимая свирепость атомного дезинтегратора
стала непрерывно высверливать туннель в грунте, все глубже и
глубже.
Это было похоже на полет в воздухе, только здесь почти не
осуществлялось сопротивления, и только рев хвостовых ракет
напоминал о движении вперед. Атомы грунта, расщепленные на свои
составные части, теряли свою механическую твердую структуру и
превращались в легко преодолимое газовое облако первоначальной
материи, из которой в течение миллиардов лет образовалась Земля
и все остальные планеты Солнечной Системы.
Прошло двадцать... тридцать секунд... минуту. Джомми Кросс
стал постепенно выравнивать нос корабля. Через две с половиной
минуты подземного полета корабль остановился. Он должен был
находиться вблизи центра города - там остался туннель длинной в
двадцать километров, в который хлынула вода из реки. И хотя в
воде следов не остается, у Джомми не было сомнений в том, что
недослэны поняли, что произошло, и имеют в своем распоряжении
приборы, которые смогут в любую секунду определить
местонахождение его корабля.
Джомми Кросс рассмеялся. Ну и пусть знают. Что они могут
теперь с ним сделать? Конечно, впереди еще много опасностей,
особенно, когда он и Гренни достигнут поверхности. К этому
времени уже будет оповещена о случившемся вся организация
недослэнов. Тем не менее, это все еще в будущем. Пока что
победа за ним и это было приятно, после всех отчаянных,
утомительных часов неопределенности. Теперь черед за планом
Гренни, согласно которому им нужно разделиться друг от друга и
замаскироваться.
Черная сумка с деньгами, которые теперь были так нужны
ему, лежала на коленях старухи под защитой похожей на клешню
руки. Прежде, чем она успела разгадать его намерение, он
выхватил это сокровище. Гренни завизжала и набросилась на него.
Он хладнокровно не подпускал ее к себе.
- Не волнуйтесь. Я решил принять ваш план. Я попытаюсь
замаскироваться под человека, и мы разделимся. Сейчас я намерен
дать вам пять тысяч. Остальные вы получите назад через год. Вот
что вы обязаны сделать.
Мне нужно какое-нибудь место, где я мог бы жить. Поэтому
вы должны подняться в горы и купить какое-нибудь ранчо или
нечто вроде этого. Когда вы устроитесь на новом месте, дайте
объявление в местной газете. Я дам ответное объявление, и мы
снова будем вместе. Я забираю на это время деньги только для
того, чтобы вы не смогли меня предать. К сожалению, вы сами
когда-то поймали меня, и теперь нам придется вместе переносить
все невзгоды, так как нам теперь угрожает равная опасность. А
сейчас мне нужно пойти закупорить туннель. Когда-нибудь я
надеюсь оборудовать этот корабль атомными двигателями и не
хочу, чтобы он сейчас достался противнику.
Ему, конечно, нужно быстро уйти из этого города и начать
путешествие через континент. Он обязательно должен найти
настоящих слэнов. Так же, как случайно встретились его отец и
мать, он, возможно, так же случайно встретит еще одного
настоящего слэна. И кроме того, нужно провести еще различные
исследования прежде, чем приступить к осуществлению еще
туманного, но грандиозного плана, который постепенно начал
обрастать очертаниями в его голове. Плана, который позволит
найти путь к сердцам настоящих слэнов.
12
Он искал - и он трудился. В тихой цитадели своей
лаборатории на ранчо в горах, купленном Гренни, он постепенно
претворял в жизнь планы и проекты, завещанные отцом. Сотнями
различных способов он научился управлять неограниченной
энергией, которую он должен был в равной степени передать как
слэнам, так и людям.
Он открыл, что эффективность изобретенного отцом основана
на двух главных факторах: что источником энергии может быть
даже крохотная частичка материи и что выход этой энергии не
обязательно должен быть в форме тепла.
Эта энергия может быть направлена в электричество, или
могла быть превращена в движение, вибрацию или радиацию.
Он начал сооружать свой собственный арсенал. Он превратил
ближайшую к ранчо гору в крепость, хотя и понимал, что она не
выдержит совместной атаки людей и недослэнов. Но это было уже
что-то. Опираясь на предпринятые им меры по самообороне, он
стал еще более решительным в своих поисках.
Казалось, что он всегда был или на дорогах, ведущих за
горизонт, или в чужих городах, в каждом из которых были
бесчисленные скопища людей. И хотя он всегда был один,
одиночество не затрагивало его, так как его всепоглощающая
ненасытная душа, казалось, всегда была наполнена живым
интересом к грандиозной драме, ежедневно разворачивавшейся над
ним. Куда бы он ни направлялся, всюду он натыкался на различные
следы деятельности организации недослэнов, и с каждой неделей
он все больше и больше недоумевал - где же настоящие слэны?
Загадка эта казалась безумной, необъяснимой. Она никогда
не покидала его. Она преследовала его, когда он бродил по
улицам сотен, а может быть, и тысяч городов.
В каждом городе он дожидался наступления вечера, шел к
ближайшему газетному киоску, покупал все местные газеты и затем
возвращался к своему автомобилю. С виду это был самый обычный
автомобиль. На самом же деле это была боевая машина на колесах,
от которой он никогда не отходил более, чем на сотню метров.
Прохладный вечерний ветер шуршал в переворачиваемых им
страницах, которые он быстро пробегал взглядом.
На этот раз ветер стал еще более холодным, неся с собой
влажный запах дождя. Он сложил газету и залез в кабину машины.
Через час он швырнул семь ежедневных газет в урну,
установленную на тротуаре. Углубленный в собственные мысли, он
тяжело облокотился на руль своей машины.
Все та же старая история. Две газеты были явно
собственностью недослэнов. Мозг Джомми легко отмечал ничтожные
отличия, особый стиль статей, особое словоупотребление, которые
отличали газеты недослэнов от газет, выпускаемых людьми. Две из
семи! Но именно эти две газеты имели наибольший тираж. И в
каждом из городов это можно было принять за правило.
Вот и все. Люди и недослэны. Никакой третьей группы, не
было никаких отличительных признаков, которые могли бы
предсказать ему то, что газета выпущена настоящими слэнами.
Мальчик начинал сомневаться в правильности его теории розыска.
Оставалось только еще получать все еженедельники и проводить
все вечера, так же как и дни до этого, проезжая по улицам,
осматривая каждый дом и прощупывая мозг каждого прохожего.
Наконец, Джомми встряхнулся и поехал на восток, уходя от
бури, которая поглотила оставленный им город. Еще один город,
еще одна неудача.
Корабль окружала темная и спокойная вода, когда, наконец,
на третий год Джомми Кросс вернулся в туннель. Копошась в
грязи, он стал чинить раненную его атомным оружием машину.
Сначала он заделал отверстие в носу корабля десятидюймовыми
стальными листами. Затем в течение целой недели он был занят
перестройкой структуры обшивки корпуса с помощью своих
различных атомных инструментов. Атом за атомом, кристалл за
кристаллом он превращал металл корпуса корабля в новую
сверхпрочную сталь.
Еще несколько недель заняло у него изучение
антигравитационных пластин и изготовление точной копии их.
Стремясь поиздеваться над недослэнами, он оставил эту копию
здесь, в туннеле, так как именно пластины, как он смог
определить, обнаруживаются детекторами недослэнов. Пусть
продолжают считать, что корабль по-прежнему находится в прежнем
месте.
Наконец, еще неделя прошла в монтаже атомного привода, и
вот после трех месяцев каторжного труда, в конце холодной
октябрьской ночи, корабль вернулся по туннелю назад, движимый
не знающими преграды двигателями, и вынырнул под завесой
ледяного дождя.
Дождь превратился в колючий снег, но Джомми был уже над
облаками, вне жалкой ярости земных стихий. Над ним простерся
огромный купол небес, на котором ярко горели бесчисленные
звезды. Вот Сириус, самый сверкающий бриллиант в небесной
диадеме, вон красный, зловещий Марс. Но сегодня он не
намеревался еще направляться туда. Пока еще Марс может
подождать. Сегодня он намеревается осуществить только небольшой
пробный полет - осторожная вылазка на Луну - полет, который
вкупе с его логикой, должен дать весь необходимый опыт, для
последующего долгого и опасного путешествия, которое, казалось,
становилось с каждым месяцем более неизбежным по мере его
совершенно бесплодных поисков. Когда-нибудь ему все же придется
отправиться на Марс!
Его размышления были прерваны сигналом тревоги. На
переднем видеоэкране заплясал огонек. Притормозив, Джомми стал
наблюдать, как меняется положение огонька, и, когда тот
приблизился, мальчик с удивлением обнаружил, что это большой
корабль.
К этому времени уже начался рассвет, и было четко видно,
что корабль не направляется в его сторону. Он прошел мимо его
корабля, купаясь в лучах восходящего солнца, менее чем в сотни
миль, громадное сооружение длиной в триста метров из гладкого
черного металла. Через мгновение неизвестный корабль нырнул в
тень Земли и тут же исчез. Через полчаса звонок тревоги
прекратился.
А затем, всего лишь через десять минут, он зазвенел снова.
Второй корабль был еще дальше, идя под прямым углом к
траектории первого. Это был значительно меньший корабль, чем
предыдущий, и двигался он не по прямой, а рыскал из стороны в
сторону.
Когда и он исчез в отдалении, Джомми Кросс стал быстро
снижаться, охваченный ужасом. Крупный боевой корабль и
истребитель. Зачем? Похоже, что это патруль. Но не против же
людей! Они ведь и не подозревают о существовании недослэнов и
их кораблей.
Джомми замедлил ход своего корабля и задумался. Он еще не
был готов рисковать, бросая вызов хорошо оснащенным боевым
машинам. Осторожно мальчик начал поворачивать свой корабль, и
прямо посреди разворота истерично заверещал сигнал тревоги.
Бросив внимательный взгляд на экран переднего обзора, он
обнаружил прямо по курсу небольшой темный предмет, похожий на
метеорит; Джомми резко бросил корабль в сторону, но неизвестный
предмет повернул вслед за ним, словно какое-то живое чудовище,
рожденное в глубинах космоса. Предмет становился все больше и
больше, пока не предстал из себя небольшой металлический шар,
примерно полметра в диаметре. Джомми Кросс поспешно пытался
убрать свой корабль с его траектории, но прежде чем ему удалось
совершить новый разворот, раздался оглушительный взрыв,
швырнувший его на пол. Сотрясение не дало ему возможности
подняться с пола. Он был ошеломлен, все в нем болело, но он с
радостью понял, что остался жив и что стены его корабля смогли
выдержать этот чудовищный взрыв.
Корабль трясся с головокружительной амплитудой. Джомми
все-таки взял себя в руки и залез в кресло пилота. Да, он
наткнулся на мину!!! На плавающую в космосе мину! Какие ужасные
меры предосторожности - но от чего или может быть, кого???
Он осторожно направил свой корабль в новое убежище,
построенное им под ранчо Гренни. У него не было ни малейшего
представления, сколько придется держать его здесь спрятанным.
Он не был еще готов для противоборства с недослэнами...
В течение первых нескольких месяцев, после того, как он
впервые попал на эту ферму, которую купила ему Гренни, он
постарался добиться контроля над мыслями каждого из нескольких
сотен людей, населяющий идиллическую долину с ее вечно зелеными
подножьями холмов. Сначала ему требовалось для этого
колоссальные усилия, но по мере того, как росло его знание
человеческой психики, он обнаружил, что может со все большим
успехом воздействовать на мозг этих не очень-то
интеллектуальных фермеров.
Поэтому-то сейчас он не боялся появиться в дневном небе
над долиной, чтобы скрыться в своем убежище под ранчо.
Гипнотически обработанные поселенцы все равно не обратят
никакого внимания на странный объект промелькнувший в небе...
13
Она была в западне. Кетлин Лейнтон сразу же напряглась.
Молодое тело выпрямилось над открытым ящиком письменного стола
Кира Грея, содержимое которого она изучала.
Она уловила вибрацию разума Кира Грея и еще одного
человека, которые были уже в коридоре, ведущем к кабинету
диктатора. Ей стало досадно. Уже несколько недель она ждала
заседания Совета, для того чтобы проникнуть в комнату Кира Грея
и просмотреть кое-какие документы. Наконец, Совет отправился на
заседание, но кто бы мог подумать, что оно так быстро
закончится.
Она была в западне! И все же она не раскаивалась в том,
что вошла сюда. Серьезность ее положения все более и более
осознавалось ею. Быть пойманной на горячем! Она перестала
укладывать бумаги назад в ящик и выпрямилась. Уже не было
времени - Кир Грей начал открывать дверь своего кабинета.
Она села в кресло и повернула голову навстречу вошедшим.
При виде девушки красивое лицо шефа тайной полиции потемнело,
глаза его прищурились, он резко повернулся к диктатору. Кир
Грей насмешливо приподнял бровь, в его улыбке сквозил едва
уловимый намек на иронию.
- Хелло, девочка, - сказал он. - Что привело тебя сюда?
Кетлин пришла к выводу, что ей нужно сказать, однако Джон
Петти опередил ее:
- Она шпионит за вами, Кир! - выкрикнул он.
Казалось, что присутствие шефа тайной полиции в
критические моменты ее жизни было мрачным предначертанием для
нее. Сейчас девушка почувствовала - был именно один из таких
моментов, а из всех людей на Земле никто не прилагал столько
усилий и такую полную ненависть и жажду видеть ее мертвой. Тем
временем Джон Петти продолжал:
- В самом деле, Кир. Мы опять драматически возвращаемся к
тем вещам, о чем спорим. На следующей неделе этому слэну будет
двадцать один год, и у нее будут все устремления и мысли,
присущие для слэнов. Будет она и дальше жить здесь, пока в
конце концов не умрет от старости в возрасте ста пятидесяти лет
- ведь это такой фантастический срок, или...
- Кетлин, разве ты не знала, что я на заседании Совета?
- Держу пари, что знала, - вмешался Джон Петти, - а его
преждевременное окончание стало неприятным сюрпризом для нее.
- Я отказываюсь отвечать на любые вопросы, - холодно
изрекла Кетлин, - в присутствии этого человека. Он старается
выглядеть спокойным и рассудительным, однако, несмотря на
странный способ, с помощью которого он прячет свои мысли, есть
отчетливая струя беспокойства, исходящая из него. А на
поверхности его сознания мгновение назад выплыла мыслишка, что
наконец-то он сможет убедить вас, сэр, что меня нужно
уничтожить.
Лицо диктатора стало задумчивым, и на нем появилось
отражение враждебности. Она слегка дотронулась к поверхности
его разума и ощутила, что барьер, воздвигнутый на пути его
мыслей, стал еще более плотным.
- Если припомнить историю, - наконец начал Кир Грей, - ее
обвинение против вас, Джон, вполне обоснованно. Ваше желание ее
смерти... основано, конечно, на вашем антислэновском рвении,
однако, такой фанатизм странно видеть в столь чрезвычайно
способном и умном человеке.
Джон Петти, казалось, нетерпеливым жестом отмахнулся от
этих слов.
- Да, это правда, я хочу ее смерти, но одновременно и не
хочу. Что касается меня, то этот слэн представляет серьезную
угрозу для государства, когда находясь здесь, во дворце, читает
мысли всех членов Совета. Я просто хочу, чтобы ее убрали с
дороги; и совсем не будучи сентиментальным по отношении к
слэнам, я считаю смерть наиболее действенным способом добиться
этого. Тем не менее, я не настаиваю на таком приговоре. Но я
серьезно думаю, что мое предложение должно заслуживать
внимания. Ее следует о_б_я_з_а_т_е_л_ь_н_о_ перевести в
какое-нибудь другое место.
По мыслям Кира Грея, которые были на поверхности его
разума, трудно было судить о том, что он думает по этому
поводу.
- В тот самый момент когда меня переведут из этого самого
дворца, - язвительно заметила Кетлин, - я буду убита! А как
сказал один раз десять лет назад мистер Грей, когда ваш наймит,
Джон Петти, пытался меня убить, "раз уж слэна убили, то всякие
расследования по этому поводу могут повлечь за собой
нежелательные подозрения..."
Она остановилась, потому что поняла, что Кир Грей
заговорил тихим, мягким голосом, голосом, какого ей еще не
доводилось от него слышать:
- Слишком быстро ты уверовала себя в том, что я не могу
тебя защитить. А вообще-то, я думаю, что предложение Джона не
лишено смысла.
Она взглянула на него, застыв от ужаса. Диктатор
продолжал:
- Ты должна собрать свою одежду и имущество и
подготовиться к убытию в течение ближайших двадцати четырех
часов.
Первое потрясение прошло, разум ее стал гораздо спокойнее.
Знание того, что Кир Грей больше уже ее не защищает, пришло
очень быстро, не нуждаясь в каких-либо дополнительный
аргументах.
Что ошеломило ее - так это то, что не было улик, на
которые он мог бы опереться, вынося такое страшное решение. Он
даже не взглянул на бумаги, которые она в спешке собрала в кучу
на столе. Следовательно, его решение было основано только на
факте ее присутствия здесь и на обвинениях со стороны Джона
Петти.
А это вызывало удивление, потому что в прошлом он не раз
защищал ее от Петти при гораздо более зловещих обстоятельствах.
И она безнаказанно заходила в этот кабинет по крайней мере уже
десяток раз, причем он не раз заставал ее здесь.
Это означало, что решение было принято заранее и,
следовательно, было вне всякой аргументации, которые она могла
бы надеяться выдвинуть. Она ощутила, что в сознании Джона Петти
возникло большое чувство изумления. Перед той легкостью, с
какой ему далась эта победа. На поверхности его сознания было
чувство неудовлетворенности и желания продолжать схватку. Он
внимательно оглядел комнату и остановился перед столом.
- Весь вопрос в том, что она искала в вашем кабинете, Кир!
Что это за бумаги? - он не был из робких и поэтому, стал
внимательно перекладывать листки. - Гм-м... это список старых
убежищ слэнов, которыми мы все еще пользуемся, как ловушками
для неорганизованных слэнов. К счастью, этот список настолько
велик, что вряд ли у нее было достаточно времени запомнить их
расположение.
Ошибочность такого заключения не слишком обеспокоила
Кетлин. Очевидно, Петти и не подозревал, что в ее памяти
мгновенно запечатлелись не только месторасположение каждого из
тайных убежищ слэнов, но и почти фотографический отпечаток
системы тревожной сигнализации, которую установила тайная
полиция в каждом из убежищ с целью своевременного
предупреждения о том, что в него вошел ничего не подозревающий
слэн. В соответствии с анализом одного из отчетов, должен быть
какого-то рода мыслепередатчик, который давал бы возможность
одиноким и чужим слэнам обнаруживать эти убежища. Но все это
было не столь важным в данный момент.
Что действительно встревожило девушку, так это Кир Грей.
Диктатор как-то странно смотрел на бумаги.
- Это более серьезно, чем я предполагал, - сказал он
медленно, и сердце Кетлин оборвалось. - Она рылась в ящиках
моего стола.
Кетлин напряженно думала: "Совсем не обязательно было
говорить это Джону Петти. Прежний Кир Грей никогда не снабдил
бы ее смертельного врага подобной информацией, которая могла бы
использоваться против нее."
У Кира Грей были холодные глаза, когда он повернулся к
ней. Странно, но его разум был таким же спокойным и
хладнокровным, как и раньше. Он был, поняла она, совсем не
разгневан, он просто с ледяной решимостью порывал с нею.
- Тебе следует уйти в свою комнату, чтобы собраться и
ждать дальнейших указаний.
Она отвернулась и услыхала, как Джон Петти сказал:
- Вы неоднократно говорили, сэр, что сохраняете ей жизнь
только для того, чтобы изучать ее жизнь. Если же она уедет
отсюда, то эта цель уже не может быть достигнута.
Следовательно, я надеюсь, что она будет помещена под надзор
тайной полиции.
Кетлин закрыла за собой дверь и побежала по коридору в
свою комнату, отключив свой ум от наблюдения за мыслями,
которые таились в головах этих двух людей. У нее не было ни
малейшего интереса к подробностям любого лицемерного плана по
ее убийству, который возможно сейчас разрабатывали диктатор и
его приспешник. Ей было ясно, что следует предпринять. Она
открыла дверь, ведущую из ее комнаты в один из главных
коридоров, поздоровалась с часовым, который едва ответил на ее
приветствие и спокойно направилась к ближайшему лифту.
Теоретически, ей было позволено подниматься только до
высоты в сто пятьдесят метров, ангары же для самолетов и
вертолетов находились выше еще на сто пятьдесят метров. Но
молодой коренастый солдат, обслуживающий лифт, не выдержал
боковой удар в челюсть. Как и большинство других людей, он
никак не мог представить себе, что эта высокая, тонкая девушка
столь опасна для девяностокилограммового мужчины в расцвете
сил. Он оказался без сознания еще до того, как обнаружил свою
ошибку. Это было жестоко, но она связала проводом его руки и
ноги и использовала провод, чтобы закрепить кляп, который она
затолкала ему в рот.
Прибыв на крышу, она сейчас же произвела быструю мысленную
разведку непосредственного окружения лифта, затем открыла дверь
ангара и быстро прикрыла ее за собой. Менее чем в десяти метрах
от нее стоял самолет. Чуть поодаль стоял еще один аппарат,
возле которого возились три механика. Какой-то солдат
разговаривал с ними.
За десять секунд она подбежала к самолету и забралась в
его кабину. За долгие годы она многому научилась, читая мысли
офицеров-летчиков. Взревели реактивные двигатели, огромная
машина покатилась вперед и взмыла в воздух.
- Ого! - донеслась вслед мысль одного из механиков. -
Опять полковник вылетает.
- Скорее всего за еще одной юбкой, - заметил солдат.
Через два часа она достигла выбранного ею убежища слэнов.
Она произвела посадку, перевела самолет на автопилот, вылезла
из машины и отправила аппарат в полет на восток. В течение
последующих дней она жадно высматривала какой-нибудь
автомобиль, но только на пятнадцатый день из-за деревьев,
окаймляющих старинное шоссе, показалась длинная черная машина,
которая явно двигалась в ее сторону. Девушка напряженно ждала.
Она обязательно должна заставить водителя остановиться. Ей
просто необходимо захватить этот автомобиль. В каждую минуту
сюда может нагрянуть тайная полиция! Она ждала, не сводя
взгляда с автомобиля.
14
Наконец-то холодные прерии оказались позади. Джомми Кросс
свернул точно на восток, затем на юг. И заехал... по-видимому,
в бесконечную серию полицейских заслонов. Однако, никто не
делал попыток остановить его, и в конце концов он наткнулся в
мыслях нескольких человек на то, что разыскивается девушка -
слэн!
В первый момент он с трудом воспринял этот факт -
настолько сильной оказалась вспыхнувшая в нем надежда. И это,
конечно, не могла быть женщина-недослэн. Люди, которые отличали
слэнов только по их завиткам, знали кого искать! Его мечта,
наконец, могла осуществиться!
Он умышленно направился в том направлении, которое они
должны были особо тщательно обшарить. Для этого пришлось
съехать с главной дороги и поехать по второстепенной, которая
вилась по лесистым долинам и пересекала высокие холмы. С утра
день был пасмурным, но к полудню выглянуло солнце и засияло в
бирюзово-голубом небе.
Его четкое ощущение, что он близок к самому сердцу опасной
зоны, внезапно еще более усилилось, как только какая-то мысль
извне коснулась его сознания. Пульсация этой мысли была слабой,
однако смысл ее был столь необычайно важен, что разум его
всколыхнулся.
"Внимание, слэны! Это работает Поргравская Мыслепередающая
Машина. Пожалуйста, сверните на боковую дорогу в полумиле
впереди. Дальнейшая инструкция будет передана позже."
Джомми нажал на тормоз и остановил движение машины. Нежная
и настойчивая, эта мысль пульсировала в нем, как ласковый
летний дождь. "Внимание, слэны!... Пожалуйста сверните..."
Он продолжал молча сидеть в автомобиле добрых пять минут,
пока не пришел в себя от радостного известия и не продолжил
свой путь. Чудо свершилось. Слэны где-то поблизости! Возможно,
такой передатчик мог бы сделать и одиночка, но что-то в этом
послании говорило о наличии общины... О, слэны...
Однако, тут же ему в голову пришла мысль, что это может
быть и западней. Может быть, это просто устройство, оставшееся
от давно уже не существующего поселения слэнов. Существенной
опасности для него, конечно, не было, у него был его
чудо-автомобиль и оружие, способное парализовать ударную силу
противника. Но не следует отвергать возможность того, что эту
мыслепередающую машину установили люди в качестве приманки и
теперь окружают примыкающую к ней местность, в надежде, что
кое-кто все-таки попадется.
Через полмили прошел еще один мысленный приказ и,
повинуясь ему, Джомми свернул на проселок, петлявший по лесной
чаще. Через пять километров следующее послание заставило его
неожиданно остановиться.
"Говорит передатчик Поргрэйва. Он ведет вас, настоящего
слэна, к небольшой ферме, на которой имеется вход в подземный
город. Город с заводами, парками и зданиями для жилья. Добро
пожаловать в наш город! Говорит передатчик..."
Еще немного и Джомми Кросс очутился в заросшем сорняками
дворе, образованном покосившимся зданием фермы и двумя
обветшалыми строениями - сараем и гаражом.
Непокрашенный, шаткий двухэтажный дом с выбитыми окнами
смотрел на него невидящим взором. Дверь в сарай висела всего
лишь на одной петле, и угол ее уже давно был засыпан землей.
Однако, гараж имел какой-то другой вид, хотя с первого
взгляда казался таким же мертвым. Казалось, что он вот-вот
разрушится, но более внимательный осмотр показал, что первое
впечатление достигнуто его формой, а не ветхостью стен. Стены
были во многих местах укреплены металлическими
полосами-бандажами.
Сломанная на вид дверь внезапно легко отворилась, и из
гаража вышла гибкая стройная девушка в сером платье. Она
смотрела на него, ослепительно улыбаясь.
У девушки были сверкающие глаза и нежное, чуть-чуть
загорелое лицо, и потому что мысли его были всегда
сконцентрированы в очень узком диапазоне, она сначала подумала,
что он просто человек.
Она же была _с_л_э_н_о_м_!
Но и он был _с_л_э_н_о_м_!
Для Джомми Кросса, который и так уже много лет тщательно
обыскивал мир, с его всегда собранным мышлением, потрясение и
обретение себя после этого потрясения произошли почти
одновременно. Он знал, что когда-нибудь это должно было
произойти. Он знал, что когда-нибудь обязательно встретит
девушку-слэна. Но для Кетлин, которой никогда не нужно было
прятать свои мысли, изумление было всепоглощающим. Она пыталась
взять себя в руки, но так и не смогла этого сделать.
Редко используемый барьер в ее мозгу рухнул под тяжестью
дисциплинированного собранного интеллекта Джомми.
В обычном потоке ее мыслей была благородная гордость. Мозг
ее был подобен открытой книге. Гордость и золотая скромность.
Скромность, основанная на глубокой нежности, на неизменном
понимании, которое было таким же, как у него, но лишенным
закалки в бесконечной борьбе с опасностями. В ней была теплая
добросердечность, несмотря на то, что она познала обиды и слезы
и сталкивалась с неприкрытой ненавистью.
А затем - ее мозг плотно закрылся, и она стояла, глядя на
него широко раскрытыми глазами. Через некоторое время она снова
открыла свой разум, и до него дошла ее мысль.
"Нам нельзя здесь оставаться. Я и так уже долго здесь. Вы,
вероятно, увидели в моем мозгу все, что касается полиции.
Лучшее, что мы можем сделать, это немедленно уехать отсюда."
Он продолжал стоять, глядя на нее сияющими глазами. С
каждой секундой все его тело ощущало все большую теплоту
встречи. Казалось, что с его плеч свалилась невыносимая
тяжесть. Все эти годы все зависело только от него. То грозное
оружие, которое он хранил для грядущих дней, казалось ему
прежде дамокловым мечом, занесенным как над человечеством, так
и над слэнами, и висящим на одной единственной хрупкой нити его
жизни. Теперь же будут две жизни, способные предотвратить
надвигающуюся опасность.
Это была чистейшей воды эмоция! Мужчина и женщина, одни в
мире, встретившиеся так же, как встретились его отец и мать!
В ответ на ее мысль он покачал головой.
"Нет, не сразу. Я уловил в вашем мозгу что-то о машинах,
находящихся в пещерном городе. Мне хотелось бы взглянуть на
них. - Он успокаивающе улыбнулся. - Не беспокойтесь слишком об
опасности. У меня есть кое-какое оружие, которому нет равного у
людей. Этот автомобиль является очень удобным средством для
бегства. Он может пройти практически повсюду. Думаю, что в
пещере ему найдется место."
"О, да! Сначала мы опустимся на нескольких лифтах, а затем
сможем ехать на машине куда угодно по городу. Но мы не должны
там слишком задерживаться. Мы..."
"Никаких "но"!!! - счастливо засмеялся Джомми Кросс.
"Я действительно не думаю, что нам следует оставаться в
этом городе. Я вижу в вашем уме, что у вас есть чудодейственное
оружие и что ваш автомобиль сделан из металла, который вы
называете десятикратной сталью. Но у вас есть также тенденция
недооценивать людей. Вы не должны этого делать! В своей борьбе
против слэнов люди, подобные Джону Петти, развили свой
интеллект почти до нашего уровня. Кроме того, вы должны знать,
что Джон Петти не остановится ни перед чем, пока не уничтожит
меня. Даже сейчас его сеть систематически сужается вокруг
различных убежищ слэнов, где я могу по его предположению
оказаться."
Вокруг Джомми простиралась тишина пещерного города.
Когда-то здесь жили люди и были изгнаны отсюда своими
безжалостными врагами. Это было по всем признакам лет
тридцать-пятьдесят назад, но угрожающая атмосфера борьбы,
казалось, все еще продолжала висеть здесь. Оглядевшись, Джомми
невольно поежился.
"По всей логике, мы должны внимательно следить за мыслями
извне и не должны отходить слишком далеко от нашего автомобиля,
- передал он. - Но меня все больше тревожат ваши страхи.
Постарайтесь найти в своем мозгу основания для этих ваших
страхов. Я не могу сделать это лучше, чем вы сами."
Некоторое время она молчала, а потом вдруг спросила вслух:
- Скажите, что такое десятикратная сталь?
- О, - удовлетворенно кивнул Джомми. - Я начинаю понимать,
какие психологические факторы здесь замешаны. Мысленная связь
имеет много преимуществ, но она не может донести степень,
например, разрушительной силы оружия, так же, как и картинку на
листе бумаги, и не всегда так точно передать значение
чего-либо, как это может сделать устная речь. Мощность,
размеры, сила и другие подобные понятия передаются не совсем
хорошо.
- Продолжайте.
- Все, что я сделал, - объяснил Джомми, - это развил
открытие моего отца. Открытие первого закона атомной энергии -
концентрации, как средства противоположного старому методу
диффузии. Насколько мне известно, отец никогда не подозревал о
возможностях упрочнения металлов. Подобно всем исследователям,
которые идут вслед за великим ученым и его основным открытием,
я сосредоточился на деталях совершенного им открытия. Так вот,
применяя различные методы атомного воздействия на структуру
атомов и характер их взаимосвязей в кристаллических решетках,
мне удалось получить так называемую десятикратную сталь,
которая превышает прочностные возможности обыкновенной стали в
десять раз. Три миллиметра такой стали предохраняют от
воздействия наиболее мощных взрывчатых веществ, известных как
людям, так и недослэнам.
Он коротко описал свою попытку путешествия на Луну и
столкновение с миной, которое заставило отказаться от
дальнейшего полета.
- Существенным является то, что даже атомная бомба,
которая в состоянии взорвать гигантский боевой корабль
недослэнов, не может разрушить тридцатисантиметровую броню из
Д-стали моего корабля, как это произошло при столкновении с
атомной миной, хотя на корпусе всетаки остались огромные
вмятины, а от сотрясения повреждены многие жизненно важные
функциональные части корабля.
- Какая же я глупая, - тихо произнесла она. - Я
повстречала величайшего из ныне живущих слэнов и стараюсь
напичкать его страхами, которые набрались в меня во время моего
долгого, двадцатилетнего, соприкосновения с людьми, с их
ничтожными возможностями и способностями.
- Великий человек не я, - улыбаясь, покачал головой Джомми
Кросс, - а мой отец, хотя и у него были свои недостатки, из
которых самый большой - отсутствие надлежащей самозащиты, -
улыбка сошла с его лица. - Я думаю, что нам придется слишком
часто навещать эту пещеру и хочу надеяться, что последующие
наши путешествия в этот район будут не столь опасны, как это. Я
очень недолго видел Джона Петти, но то, что находится в его
мозгу, говорит о том, что это абсолютно безжалостный человек. Я
знаю, что он ведет наблюдение за этим местом, но нам не надо
бояться этого. Мы останемся здесь только до наступления темноты
- времени будет вполне достаточно, чтобы ознакомиться с
имеющимся здесь оборудованием. В автомобиле есть немного еды,
поэтому мы сначала поедим, а потом я отправлюсь для детального
изучения этого места.
- Ваша машина может летать? - спросила Кетлин. - Похоже,
что я что-то подобное прочла у вас в мозгу.
- Может, - спокойно кивнул Джомми. - До наступления
темноты еще семь часов. Можете себе представить, что бы
радировали летчики на ближайший военный аэродром, увидев
летящий по воздуху автомобиль. А если бы мы поднялись повыше,
ну, скажем, на 70 километров, нас бы непременно заметил
патрульный корабль недослэнов.
Первый же командир тотчас же понял бы, кто находится в
этом автомобиле и непременно напал бы на нас. У меня есть
оружие, чтобы уничтожить его, но я вряд ли смогу уничтожить
десятки кораблей, которые прилетели бы позже. К тому же
взрывная ударная волна покончила бы с нами сразу же после
первого бомбового залпа, оставив автомобиль неповрежденным. И
кроме того, я не могу добровольно ставить себя в положение,
когда мне придется убивать кого-нибудь. За всю свою жизнь я
убил только троих людей, и с той поры во мне росло с каждым
днем отвращение к убийству людей, пока не стало в настоящее
время одним из самых сильных моих убеждений - настолько
сильным, что весь мой план поисков настоящих слэнов я построил
на основе этой одной доминирующей черты.
- У вас есть план отыскать настоящих слэнов? - воскликнула
девушка.
- Да. Фактически это очень просто. Все настоящие слэны, с
которыми я знаком - мои отец и мать. Я сам, а теперь и вы -
были добросердечными, хорошими людьми. И это несмотря на
ненависть человеческих существ, их попытки уничтожить нас всеми
силами. Я не могу поверить в то, что мы все четверо являемся
исключением. Следовательно, должно быть какое-то логическое
объяснение всех этих чудовищных актов, которые приписываются
настоящим слэнам. Может быть, в этом замешаны недослэны, не
знаю... Во всяком случае, мне нельзя делать какие-либо решающие
ходы в игре, пока я не предприму дополнительных мер защиты от
недослэнов.
- Теперь я понимаю, почему мы должны до темноты оставаться
здесь.
Странно, но ему очень хотелось, чтобы она больше не
затрагивала эту тему. Потому что в какое-то краткое мгновение
он укрыл эту мысль от девушки, у него возникло предчувствие
невероятной опасности. Настолько невероятной, что логика
отметала ее.
Но оставшийся мутный осадок заставил его сказать:
- Оставайтесь рядом с автомобилем, и пусть ваше сознание
будет все время начеку. Ведь мы способны нащупать человека на
расстоянии почти в полкилометра от себя, даже если спим.
Но как бы это ни было странно, это совсем не успокаивало
его.
- Я хочу посмотреть ваш автомобиль, можно? - спросила
девушка.
- Ну, конечно же, - рассмеялся Джомми и приглашающим
жестом распахнул дверцу машины.
Причудливая, радостная мысль пришла из глубины его
сознания - "как замечательно, что он, наконец, нашел еще одного
слэна, такую великолепную и красивую девушку."
"И такого отличного молодого человека."
Была ли эта мысль его, или ее - это его очень
заинтересовало.
"Это моя мысль, Джомми."
Как радостно переплести свой разум с другим
привлекательным разумом настолько тесно, что поток мыслей
кажется одним. И вопрос, и ответ, и все переговоры мгновенно
вмещают в себе самые тонкие оттенки мысли, которые нельзя
передать посредством холодных, равнодушных слов.
Возникла ли между ними любовь? Как могут двое просто
встретиться и полюбить друг друга, когда, насколько это им было
известно, в мире есть еще миллионы слэнов, среди которых могут
быть десятки других мужчин и женщин, которых бы при других
обстоятельствах они выбрали в мужья или жены с большей охотой?
Это все не так, Джомми. Всю свою жизнь мы были одиноки в
мире среди чужих нам людей. Найти, наконец, кровного
родственника - это большая радость, а вот встреча с другими,
даже со всеми слэнами где-то в будущем - это совсем не то же
самое. Мы собираемся вместе делить все наши надежды и сомнения,
опасности и победы. Разве это не любовь?
Он подумал, что это так, и сознание его заполнило
неизмеримое счастье.
Они сидели в машине уже немного больше часа, и вот только
сейчас Джомми понял, как он устал. Все эти дни он был почти на
пределе своих сил, он почти не спал уже несколько дней, а тут,
похоже, задремал... Ему показалось, что все переполнявшее его
счастье внезапно исчезло из его сознания, осталась только
чернота, которая стала бездонной, когда он заглянул в ее
необозримые глубины.
Проснувшись от испуга, он бросил тревожный взгляд туда,
где должна была сидеть Кетлин. Откидное кресло было пустым. Его
обостренный разум, все еще не сбросивший остатки сновидений,
устремился наружу.
"Кетлин!"
Девушка подошла к дверце автомобиля.
- Я взглянула на кое-что из этих металлических деталей,
стараясь придумать, какая бы из них могла пригодиться тебе в
первую очередь, - она запнулась, улыбнулась и поправилась - нам
в первую очередь.
Да, он не на шутку всполошился, когда она на минуту
покинула машину. Он предположил, что она привыкла жить в менее
напряженной обстановке, чем он. У нее была свобода движения и
была, несмотря на отдельные угрозы, определенность положения,
на которую она могла положиться. В его же печальном
существовании постоянно присутствующей реальностью было то, что
результатом малейшего ослабления бдительности была смерть.
Каждый шаг его включал в себя определенную степень риска.
Теперь Кетлин придется приспособиться именно к такому
образу жизни. Смелость в осуществлении своей цели перед лицом
опасности - это одно. Небрежность - совсем другое.
- Пока ты пойдешь в город для того, чтобы отобрать себе
некоторые особенно нужные тебе вещи, я приготовлю немного еды,
- сказала Кетлин.
Джомми Кросс взглянул на свой хронометр и кивнул. До
наступления темноты времени было вполне достаточно, чтобы
свершить небольшую прогулку в город.
- А где здесь ближайшая кухня? - только поинтересовался
он.
- Вот там, - она сделала жест рукой, показывая на длинную
линию дверей.
- Как далеко?
- Примерно сотня метров, - она нахмурилась. - Джомми, я
ощущаю твое сильное беспокойство. Но если мы собираемся быть в
одной упряжке, один из нас всегда должен делать что-либо одно,
в то время, как другой будет делать что-то другое!
Он с тяжелым сердцем посмотрел ей вслед, стараясь понять,
будет ли приобретение партнера благоприятным для его нервов.
Ему, который закалил себя в преодолении опасности, нужно будет
привыкнуть к мысли, что и ей также придется рисковать.
Правда, в данное мгновение не было какой-либо опасности. В
городе слэнов стояла тишина. Ни звука, ни шелеста мыслей, если
не считать Кетлин.
Разведчики, охотники и монтажники заграждений, которых он
видел днем, сейчас должно быть уже в своих домах, спят или
отдыхают.
Он увидел, в какую дверь вошла Кетлин, и оценил расстояние
метров в пятьдесят.
Джомми уже вылезал из машины, когда принял страшную,
резкую, отчаянную мысль:
"Джомми, стена отворяется Кто-то..."
Неожиданно ее мысли прервались, и она начала передавать
слова какого-то человека.
"Ну, вот. Разве это не Кетлин", - раздался удовлетворенный
голос незнакомца.
"Это Джон Петти", - отметило сознание Кетлин.
- И всего лишь в пятьдесят седьмом убежище, которое мне
довелось посетить. Я был во всех, потому что немногим из людей
удается скрыть свои мысли, что они не предупреждают слухачей о
своем приближении. А кроме того, разве можно было доверить
кому-нибудь такое важное поручение? Кстати, Кетлин, что ты
думаешь о психологии строителей этого тайного хода в кухню?
По-видимому, слэны тоже не доверяют друг другу, а?.."
Повинуясь быстрым движениям пальцев Джомми, машина
рванулась вперед. Он поймал ответ Кетлин, хладнокровный и
неторопливый.
- Значит вы нашли меня, мистер Петти. И что же, я должна
сейчас испрашивать у вас милосердия?
Ледяной ответ устремился из ее мозга к Джомми Кроссу.
"Милосердие не является чертой моего характера. К чему
откладывать, раз уж представилась такая возможность!"
"Джомми, быстрей!"
Выстрел эхом прокатился из ее мозга в его. На какой-то
ужасный момент за счет невыносимого напряжения, ее разум
задержал наступление смерти, которую обрушила на ее тело
крупнокалиберная пуля.
"О, Джомми, ведь мы могли бы быть такими счастливыми.
Прощай, мой самый дорогой..."
С отчаянием и ужасом юноша увидел, как жизненная сила
вспыхнула в последний раз в ее мозгу и погасла. Темная завеса
смерти отгородила его разум от разума, принадлежавшего ранее
Кетлин.
15
В мозгу Джомми Кросса не осталось места ни для мыслей, ни
для ненависти, ни для печали, ни для надежды - его мозг сейчас
воспринимал впечатления, а его в высшей степени отзывчивое тело
реагировало, подобно совершенной телесной машине. Его
автомобиль затормозился, и он увидел фигуру Джона Петти,
стоявшего над поверженным телом девушки.
"О, небо! - вспыхнула на поверхности мозга этого человека
мысль, - еще один из них!"
Искры полетели из непробиваемой брони машины. Ошеломленный
неудачей, шеф тайной полиции отскочил назад. С его губ сорвался
яростный выкрик. На какое-то мгновение вся лютая ненависть
человечества к покушающемуся на его права противнику-слэну, как
в зеркале, отразилась в жестоком выражении лица и в той
напряженности, с которой его тело ожидало, казалось, неминуемой
гибели.
Одно прикосновение к кнопке, и он превратится в ничто,
исчезнет в небытии. Но Джомми Кросс не шевельнулся и не издал
ни звука. Его разум стал еще более холодным и ожесточившимся.
Его тусклый взгляд безразлично устремился сначала на Петти,
затем на тело мертвой Кетлин. И в конце концов пришла тщательно
обдуманная мысль - единственный обладатель тайной атомной
энергии - он, и поэтому он не имеет никакого права ни на
любовь, ни на нормальную жизнь. Во всем этом мире людей и
слэнов, дико ненавидящих друг друга, его удел - неотступная
настойчивость в осуществлении своего высшего предначертания.
Из потайного входа стали выскакивать другие люди. Их
автоматные очереди не причиняли никакого вреда автомобилю. И
среди ворвавшихся он внезапно обнаружил двух недослэнов, так
как ощутил наличие экранирования их разумов. Его взор
заприметил, как один из них отбежал в угол и прошептал быстрое
сообщение в радиопередатчик, прикрепленный к его запястью. Его
слова скользили по поверхности сознания:
"- модель 7500, база - 5 метров... общий физический тип -
7, голова - 4, шея - 4, рот - 3, глаза - карие, - брови - 13,
нос - 1, скулы - 6... Конец!"
Он с легкостью мог бы сокрушить их всех, всю эту
продажную, мерзкую свору. Но в застывшую, туманную область,
которою стал его мозг, не могли проникнуть мысли о возмездии. В
этом безумном мире он мог положиться только на безопасность
своего вооружения и уверенн...
