Павел Шумил. Давно забытая планета
сторінка №2
... Скар схватил ее за волосы и развернул лицом к себе.- Зачем ты это сделала?
- Просто так. Чтобы все знали, что ты мой господин!
Скар задумался.
- След, ты понял, что она сказала?
- Она хочет, чтобы все знали, что ты ее господин.
- Да, это она вырезает на дереве в центре леса на ничейной земле.
Кто ходит в ничейный лес, а? Сколько человек в нашем форте умеют читать?
Умник, его баба и, может быть, еще его сын. По-моему, она нас обманывает,
но я не могу понять, в чем.
- Хозяин, я что-то не так сделала? - спросила Сандра, придав
себе встревоженно озабоченный вид.
- Ты все делаешь не так! Я ей не верю, - продолжил он, отводя
Следа от дерева, к которому все еще была прикована Сандра. - Но она
ведет себя как преданная собака. Сегодня ночью разбудила меня и сказала,
что веревка, которой я ее связал, развязалась.
- Врет. Сама развязала.
- Но зачем тогда будить меня? И мои узлы до сих пор не удавалось
развязать никому. Может, веревка на самом деле развязалась..? Когда я
говорю с ней, я чувствую себя дураком. Мы говорим одинаковые слова,
но не понимаем друг друга. Как бы там ни было, я не позволю ей дурить
меня на глазах у Лося.
- Ты ее накажешь?
- Нет. Здесь за ручьем я видел кусты красной одури. А у ручья
растет крыжак.
- Выплюнет.
- Вот тогда я ее накажу.
ЗЕМЛЯ
- Ну ладно, Мастер, но будь разумным. Нужно перебросить на
орбитальную станцию тонны грузов.
- Десятки тонн.
- Грузы на базе. Ты хочешь везти грузы в бункер, а оттуда по
нуль-т отправлять на станцию. А не проще ли было бы перевезти пару
нуль-камер сюда, на базу.
- Ну вот, начинается...
- Что начинается, Мастер?
- Две камеры туда, две камеры сюда... Я же тебе говорил, Анна,
это техника двадцать третьего века. Она запрещена к распространению
на вашей планете. Я не могу, не должен терять над ней контроль.
- Поэтому ты намереваешься сидеть в бункере не вылезая, как
курица на яйцах. Сколько времени, Мастер? Двести лет? Или пока мы
не изобретем нуль-т сами? Могу лучших физиков кинуть на эту проблему.
Лет за десять справятся. Успокоится тогда твоя совесть?
- Анна, я не знаю, что делать, я совершаю очередную глупость,
теряю контроль над ситуацией. А от тебя никакой помощи.
- Я пытаюсь показать тебе, что занятая тобой позиция нелогична
и бесперспективна. Ты сам это понимаешь, но цепляешься за букву
инструкции тысячелетней давности. Даже чувство юмора потерял. Неужели
ты думаешь, что одиннадцать камер могут повлиять на ход истории?
- Да причем здесь эти камеры? На борту станции полная информация
о науке, культуре и технике двадцать третьего века.
- Не хотела говорить на эту тему, думала, сам поймешь, если
задумаешься. Но почему-то есть вещи, которые для тебя - табу. Ты даже
думать о них отказываешься. Мастер, в технике ты - гений. За компьютером
нет тебе равного. Лира рассказывала, когда компьютер станции потребовал
пароль, ты отгадал его с первой попытки. Какое-то длиннющее число.
Ты отлично музицируешь, гениально пишешь картины. "Последний день
Помпеи" или "Девятый вал" - наши художники на них молятся. А "Едоки
картофеля" - мазня, прости господи, но чем-то душу цепляет. И ни
одной картины своим именем не подписал. То Брюллов, то Айвазовский,
то Венсент. Не пойму. Ладно, твое дело. Организатор из тебя тоже
неплохой. Это потому, что ты исправляешь свои ошибки раньше, чем
другие их замечают. Но есть области, в которых ты даже не ноль, ты
меньше нуля. Отрицательная величина. Это дипломатия и политика.
Почему Повелители не хотели нам давать технику двадцать третьего
века? Потому что боялись. Боялись дать обезьяне лазерный пистолет.
Ограничили уровень технологии двадцать первым веком. И правильно.
Я бы так же поступила. Только вопрос - за кого они боялись? За нас?
Тогда бы ограничили концом девятнадцатого. За себя боялись. Что варвары
закидают их всякими ядреными бомбами. Но сейчас мы им угрожать никак не
можем. Сам мне объяснял - полный разрыв. Размягчение связности, или там,
трехмерная поляризация. Как бы мы тут ни шебуршились, им навредить не
сможем, только себе. И, даже если бы могли, они же на тысячу лет вперед
ушли. Планку можно было бы поднять с двадцать первого до тридцать первого
века. Дальше. В космосе болтается станция, набитая технологией двадцать
третьего века. Допустим, этих одиннадцати нуль-камер нет. Мы строим
космические корабли, летим на станцию - и знания у нас! В каком веке
вы у себя в космос вышли?
- В двадцатом.
- Вот-вот.
- Значит, никаких запретов на технологию?
- Никаких.
Дракон поднялся и понуро побрел к выходу.
- Скажи честно, я очень глупо выглядел?
- Совсем не глупо. Так убежденно... Мастер, поделись, если не секрет,
как ты пароль на станции отгадал?
- Никакого секрета. Просто вспомнил пароль - десять знаков числа е
без первого. Когда-то слышал - 7 1 8 2 8 1 8 2 8 4.
СЭКОНД
Сандра сидела под деревом и корректировала планы. Скар оказался
более умным, это она поняла из последнего разговора. Действовать
нужно было тоньше. Или, наоборот, грубее, на грани идиотизма. Жаль,
что сегодня утром никто не спросил, где она взяла нож. Придется
при случае вытащить кинжал у Скара у всех на виду. Например, деревянную
ложку подстругать. Скоро завтрак, надо от него справа сесть.
В лагере Лося на другом конце поляны опять громко ругались.
Из леса вышел Скар. В руках у него был кузовок с красными ягодами, он
кидал их в рот по одной.
- Хозяин, - позвала его негромко Сандра, - если прикажешь, я
научу тебя читать и писать. Только я знаю, как у нас пишут, а здесь
могут писать по другому. Но если ты мне дашь книгу потолще, я научусь
и по-здешнему.
- Хочешь? - спросил Скар. - Они еще неспелые, с горчинкой.
Сандра подставила ладошку, и он ссыпал ей шесть крупных ягод.
Девушка бросила одну ягодку в рот и раскусила. С горчинкой! Горчица
пополам с перцем! Хинин! Сандра подняла глаза на Скара. Тот бросал
ягоды в рот одну за другой и задумчиво смотрел, как След готовит завтрак.
Девушка бросила в рот вторую ягоду. Вкус тот же. На глаза навернулись
слезы.
Извращенец - подумала она. - Мазохист. Садист! Ну, погоди, моих
слез ты не увидишь. Я тебя на твоем поле побью, чего бы мне это ни
стоило.
- Ну как? - спросил Скар.
- Хинин напоминает. Есть такое дерево, у него кору жуют. - Сандра
забросила в рот оставшиеся ягоды и протянула ладошку за второй порцией.
- Хватит с тебя! - Скар сердито отбросил ее руку.
Жадина ты, - решила Сандра. - Ага, чем не повод для слез.
Уткнувшись головой в колени, она старательно разжевала ягоды,
начала тихонько всхлипывать и вздрагивать плечами, постепенно наращивая
амплитуду и громкость.
- Что с тобой? - удивился Скар.
Сандра подняла к нему мокрое, заплаканное лицо.
- Почему ты такой жадный? Господи, все мужчины как мужчины, а
я досталась жадине. Ну почему ты такой? Послал бы меня, я бы тебе целый
котел этих ягод набрала. А ты - как собака на сене... Жадный... - Тут
по ее телу прошла волна холода. Желудок сделал попытку выпрыгнуть из
груди, в горле застрял шершавый холодный комок. Девушка попыталась встать
на ноги, ей это даже удалось, но сделав шаг, рухнула на бок. Скар
нагнулся, положил ее на спину.
- Зачем ты... За что? - ее глаза закрылись.
Подошел След.
- Она съела шесть ягод одури и попросила еще, - сказал Скар.
- Зачем ты ей так много дал?
- Думал, выплюнет, а она сказала - на хинин похоже. Это у них дерево
такое. Потом попросила еще и сказала, что я жадный. Нехорошо получилось.
- Шесть ягод лошака свалят. Как бы с Лосем неприятностей не было.
- К черту Лося. Нехорошо получилось... Она мне сама сдалась. Сама
мой мох нюхала. Доверилась.
- Она не знала, кому сдается.
- Разве это важно? Могла всех наших лошаков угнать. С таким подарком
ее в любом форте приняли бы. Не убежала. Сама взялась котел мыть. Нехорошо
получилось...
След запустил руку в кузовок, кинул горсть ягод в рот.
- А крыжак еще незрелый. Горчит.
ЗЕМЛЯ
Восстановление орбитальной базы шло полным ходом. Одновременно
строилась новая база под бункером. Руководила всем Лира. Дракон изучал
нуль-физику. Запирался в своем кабинете и сутками сидел за компьютером.
Группа Сэма инспектировала все базы и станции, нуль-камеры которых не
потеряли работоспособности. Таких оказалось около двадцати. Две на Луне,
одна на Марсе, остальные на спутниках Юпитера и Сатурна. Больше сорока
станций не отзывались. Когда Дракона спросили, что с ними делать, он
вынырнул на минуту из дебрей тензорной алгебры, изучил кончик своего
хвоста и спросил:
- Сэм, твоим потомкам нужны будут эти станции, или нет?
- Конечно, нужны.
- Так чего же ты меня от дела отрываешь? Восстанавливай.
Теперь в космос шли уже не десятки, а сотни тонн грузов. Склады
баз и монастырей стремительно пустели. Сэм требовал все новых и новых
киберов, засыпал Лиру заявками на невероятную технику. Кончилось тем,
что с инспекторской проверкой примчалась сама Анна. Быстро разобравшись
в ситуации, она не стала беспокоить Дракона, а направилась на пляж, где
в это время отдыхала группа Сэма.
- Сэм, где Сэконд? - спросила она вместо приветствия.
- Здравствуй, Анна. Мы пока не узнали кодов их камер. В списке их
почему-то нет.
- Все свободны. Сэм, мне нужен Сэконд. Где Сэконд?
Группа поспешно ретировалась.
- Ну не знаю я пока. Мы ищем. Почему-то его кодов нет ни в одном
компьютере.
Анна взяла Сэма за ухо.
- Мальчишка с грязной попкой! Я тебе людей дала?
- Дала!
- Я тебе киберов дала?
- Дала!
- Я тебе технику дала?
- Дала! Тетя Анна, отпусти!
- Где Сэконд?
- Тетя Анна, прости засранца! Не брал я твоего Сэконда, богом
клянусь!
- Я тебе не тетя. Я при исполнении. Магистр, член синода.
- Магистры при исполнении ухи не крутят!
- Ну ладно, порезвились и хватит. В чем дело?
- Мы имеем список всех нуль-камер, даже тех, которые были на
звездолете, но нигде не упоминаются камеры на Сэконде. Мы проверяем
все доступные базы, нигде нет следов, что там долгое время жили
несколько тысяч человек. Правда, есть одна загвоздка. Нам пока доступны
только малые камеры.
- Их что, несколько видов?
- Ну, малые - это как кабинка лифта. Метр на метр на два с половиной.
Есть средние - три на два на два с половиной. И радиус действия у них
ограничен - внутри Солнечной системы. А есть еще большие грузовые камеры.
Двадцать на пятнадцать на десять метров. Такие стояли только на базе, на
орбитальной стационарной и внешних планетах - Юпитер и дальше. Но сейчас
на Земле больших не осталось, а на орбитальной мы чиним.
- Значит, люди ушли через большую?
- Да.
- Статистика использования камер где-нибудь ведется?
- В компьютере, который управляет камерой. В наземных камерах
ее кто-то стер, а в космических осталась.
- Ты смотрел адреса, по которым работала в последние годы большая
камера?
- Да. В последний год - очень интенсивно, и только по двум адресам.
С северным бункером - только на прием и с Плутоном - туда-сюда. Мы пытались
связаться с Плутоном через малую камеру - не отвечает.
Анна задумчиво потерла лоб, встряхнула головой и внимательно посмотрела
Сэму в глаза. Сэм смущенно заерзал на месте.
- Мы что-нибудь упустили?
- Сэм, дылда бестолковая, подумай и ответь мне, только сначала
подумай. На кой ляд удирающим с Земли прогрессорам Плутон? Ты понял
вопрос?
СЭКОНД
Во рту вкус молока. Сандра с усилием сглотнула. Горло отозвалось
болью.
- Ты пей, пей. Парное, прямо из-под коровы. Оно одно тебе помочь
может. Господи, такой худенькой - шесть ягод. Совсем нет головы у человека.
Сандра попыталась сесть. Во всем теле слабость, временами пробирает
озноб. Пожилая женщина отставила огромную глиняную кружку с молоком и
помогла ей.
- Ну вот и хорошо. Мы все боялись, что ты не очнешься. Ты, дочка,
сейчас молоко допей, потом поспи. Тебе сейчас есть нельзя, воду пить
нельзя, только молоко можно. Как проснешься, позови меня. Я неподалеку
буду. Еще попить принесу.
Сандра допила, отдала кружку, огляделась. Небольшая, неухоженная
комната в бревенчатой избе. Грубо сколоченная кровать. Стекло в окне
неровное, мутное, почти матовое. Самодельный щелястый стол. Везде пыль.
Видимо, долгое время комната служила кладовкой.
- Спасибо, бабушка. Как вас звать?
- Зови меня баба Кэти. Я кормилица этого оболтуса. Господи,
ну разве можно такой молоденькой - шесть ягод. Ты сейчас ложись,
поспи, сон для тебя - самое полезное.
Снаружи загрохотали шаги. Дверь открылась, вошел Скар и сразу
заполнил всю комнатку движением и громким голосом.
- Баба Кэти, ну как? Ишь ты, уже сидит! Баба Кэти, ты волшебница.
- Уходи отсюда, лоботряс. Девушка только очнулась, а ты уже
приперся! О чем твоя голова думала? - Баба Кэти вскочила и принялась
выталкивать Скара за дверь. Скар засмеялся, закружил ее по комнате,
потом вытянул за руку в коридор и закрыл дверь. Сандра легла, закуталась
в одеяло и прислушалась к голосам в коридоре. Что говорил Скар, было
неслышно, но баба Кэти громко возмущалась. Голова кружилась, казалось,
что кровать приятно покачивается. Незаметно девушка уснула.
Когда проснулась, уже вечерело. Рядом сидела баба Кэти и клевала
носом. Голова не кружилась, во всем теле чувствовалась бодрость,
очень хотелось есть, пить и в туалет. Баба Кэти тут же проснулась,
повела ее на двор, показала, где удобства. Сама захватила подойник,
сноровисто смазала корове соски жиром и принялась доить. Картина настолько
знакомая с детства, словно и не было десяти лет упорной учебы, двух
десятков световых лет, чужого Солнца.
- Баба Кэти, дайте мне подоить.
- Надоишься еще. Ну ладно, садись.
Почувствовав незнакомую руку, корова повернула голову и издала
вопросительное "М-м-м". Сандра похлопала ее по боку, животное успокоилось.
- Слушай меня, дочка, - сказала баба Кэти. - Назавтра назначили
Игру. Кого выбрать, я тебе советовать не буду, сама решай. Да и как
там еще дело повернется, но о людях расскажу. Если в жены метишь,
на людей Лося и не смотри. Они все женатые, рабынь для постели имеют,
у них ты хлебнешь лиха. У моего оболтуса ребятишки наоборот, все молодые,
неженатые. И не думай, что если они не клан, и живут небогато, то и
смотреть на них нечего. Скар со Следом с детства друг за дружку бились.
И остальные ребята как на подбор. Скар хоть и шалапут, а плохого
человека к себе не подпустит. В клане своих так не защищают, как они
друг за друга стоят. А что бедно живут, так это ненадолго. В прошлом
году только у Следа и моего лошаки были, а нынче посмотри - никто
пешком не ходит. Может, пока и в развалюхах живут, но уже каждый в
своем доме. Выбирай любого, только Топот жениться собирается, ты его
с панталыку не сбивай.
- Подожди, бабушка, а что это за ягоды были, которыми меня Скар
угостил? Почему ему от них ничего, а я чуть не умерла.
- Так он же крыжак ел, а тебе красную одурь дал. Тебе одной-двух
ягод хватило бы, а ты все съела. Он думал, ты выплюнуть захочешь,
он бы тебе рот зажал и подержал, пока не усвоилось. А ты все схрупала.
- Но зачем он это сделал?
- Да озорная ты очень. Зачем ночью его кинжал трогала?
- Потому что он мой ножик отобрал. И я на место положила.
- Положила! Это надо же додуматься - у воина без спросу оружие взять!
Лось бы за это тебе руки связал да за волосы на ветку повесил. А потом
бы к стремени привязал. Бежала бы за лошадью два дня. А так, хоть и
сонная, а все верхом ехала. Ты, если созоруешь чего, сразу ко мне беги.
От наших я тебя защищу, а в клан Лося попадешь, совет дам. Если же
завтра по-твоему не выйдет, главное Свинтусу не достанься. Погубит он
тебя. Лось сразу заклеймит горячим железом. Пороть будет. Он строгость
и порядок любит. Достанешься Хорю, не огорчайся. Скоро он тебя кому-нибудь
проиграет. У него ничего долго не задерживается. Копыто - мужчина серьезный
и рассудительный. Пока не напьется. А там - прячься и на глаза не
показывайся. Остальные тобой месяц побалуются, потом забудут навсегда.
А то - продадут, али проиграют. Но бить не будут.
Сандра кончила доить и внимательно слушала. Долго здесь задерживаться
она не собиралась, но сначала надо было выяснить дорогу к шаттлу.
И хотелось уйти, договорившись по-хорошему, а не убегая от погони,
петляя как заяц. К тому же, время пока было. Все, кто был в пилотской
кабине, пострадали очень сильно. Так что, раньше, чем через три местных
недели, никто из биованн не выйдет. А когда выйдут, прочитают ее последнюю
запись в бортжурнале, поймут, что она пропала через день после аварии
и будут очень осторожны. Если Ким сумеет починить хотя бы одну нуль-т
камеру, они спокойно уйдут на орбитальную, а не сумеет, так радиомаяк
из коммуникатора точно сделает. Это и она бы сделала, да не успела.
Но, если не заработает нуль-т, придется ждать, когда Дракон приведет
орбитальную в божеский вид и изготовит новый шаттл. Еще месяца два, а
то и больше.
- Из наших, о своем говорить не буду, - продолжала баба Кэти, - а
След после него лучший. Но один день дома проводит, три - в лесу, али
степи. Крот - он сначала делает, а потом думает. Барсучата - тебе под
стать. Озоровать любят - спасу нет. Но послушные. Если сразу себя как
надо поставишь, горя знать не будешь. А главное - их мать рабыней была,
так что для них ничего зазорного в том нет, что жена из рабынь взята.
Ты сейчас молока попей, чем больше, тем лучше, а завтра, перед Игрой,
я тебя накормлю как следует.
Сандра послушно напилась молока и позволила уложить себя в постель.
То ли все еще сказывалось действие одури, то ли еще что, но заснула
она моментально, успев только подумать, что не спросила, как проходит
Игра.
ЗЕМЛЯ. ОРБИТАЛЬНАЯ
- ... говорю тебе, нормально прибыл! У нас же полная телеметрия!
Вот, смотри. Это - пришел груз через нуль-т. 118 килограммов. 86
килограммов - сам кибер, остальное - запчасти. Вот этот участок - кибер
в приемной камере. Вот здесь - через восемь секунд он ее покидает.
Видишь, масса в камере убывает. Кибер двигается со скоростью около метра
в секунду. Вот, для сравнения, запись, как кибер выходит из нашей
камеры.
- У нас семь секунд. И этот фронт круче.
- У нас кибер был пустой, а там нагружен, как верблюд. А может,
притормозил, когда дверь открывал. Главное-то совпадает. От центра
камеры, где он из нуля вышел, до двери десять метров. Он прошел их
за восемь секунд.
- Ну и?
- Ну и все. Тишина. Но главное-то не в этом. Он не должен был
покидать приемную камеру в течении десяти минут. Я сам его программировал.
- Пошли другого.
- Это третий. У первых двух была обычная программа - прибыть на
место, осмотреться, подключиться к компьютеру, управляющему нуль-камерой,
передать сюда список необходимого для ремонта оборудования. Потом
начать ремонт, ну и так далее. Стандартная процедура.
- А видеотелеметрия есть?
- Нет. Тот компьютер говорит, что видеокамера тыщу лет назад
накрылась. А компьютерная сеть - еще раньше. Обычная история.
- Может, наши киберы не могут связаться с тем компьютером?
- Тот компьютер докладывает, что никто не пытался с ним связаться.
Потом, это же киберы-ремонтники. Починили бы в пять минут. Или заменили.
Сэм задумался.
- Ты знаешь, чего опасается Анна. Она боится...
- Знаю. Мне Лира рассказала. Я на всякий случай заблокировал нашу
камеру на прием.
- Ты думаешь, наших киберов там уничтожают?
- Откуда я знаю? Когда они уходили, следы прятали. Во всех списках
адресов Сэконд на Плутон переправили. Но ведь это давно было. Нет, если и
уничтожают, то не сразу. Но сам подумай, последний кибер должен был
стоять столбом в центре камеры. А он сразу потопал к выходу. Они
перехватили управление моментально, не прошло и секунды. И с первыми
двумя - то же самое. Подумай - за секунду разобраться в устройстве
кибера и перехватить управление. А до этого - тысячу лет ждать... Это
очень высокий уровень...
- Ким, а как бы ты поступил на их месте?
- Не знаю. Подумать надо.
- А я бы отключил камеру. Тогда не надо дежурить тысячу лет,
правильно? А если они не отключили, значит... Ты не знаешь, что это
значит?
- Подумать надо...
- Подумать, подумать... Ты другие слова знаешь?
- Что ты ко мне привязался? Сам не знаешь, мне думать не даешь.
Или заткнись, или иди, спроси у Дракона.
- Я и так знаю, что Дракон скажет.
- Что?
- Сначала он почешет в затылке. Потом спохватится и будет долго
рассматривать кончик хвоста. Потом скажет: "Я думаю, они ждут человека,
Сэм. Ты знаешь, засиделся я тут. Надо бы мне туда слетать".
- Почему - человека?
- Чтобы узнать, чего нам от них надо. Кибер - машина. От него
многого не добьешься. Знает только то, что мы ему в память записали.
Человек - другое дело, тут без дураков, тут вся информация настоящая.
Мнеморекордер на голову одел, и сразу ясно, с миром мы пришли, или
как завоеватели.
- Дракона нельзя туда. Во первых, внизу, на Земле пока ни одной
большой камеры нет. Во-вторых, на том конце в камере вакуум. У них там
разгерметизация. А у Дракона скафандра нет. В третьих, пока они для
Дракона мнеморекордер делают, пока думают, как его память с человеческой
согласовать, сколько времени пройдет. А вдруг, с перепуга, не разберутся
и пристрелят. Нет, Дракона нельзя.
- Вот и я так думаю.
- Надо Лире доложить.
- Ты что? Головой стукнулся? Что она сделает, если узнает?
- Доложит Анне и прилетит сюда.
- А что сделает Анна? Магистр Анна. Тоже прилетит сюда и скажет:
"Молодцы, ребята, справились. Подберите мне скафандр, я иду туда".
Так? Она пойдет туда, может еще Лиру возьмет, и неизвестно, вернется
ли назад. А мы будем сидеть за пультом и кусать локти. Потому что она
магистр, а ты никто! Ты по уставу должен смотреть ей в рот и мямлить
"Да", "Нет", "Будет сделано"! Согласен?! А если она там погибнет, она
будет героем, а ты так и останешься на всю жизнь мямлей!
- Сэм, что с тобой? Ты не перегрелся?
- Со мной?! Извини... Накипело. Ну ты понял, что это наша, мужская
работа?
- И Сандре тоже ничего не скажешь?
- Почему? Сандре можно. У нее голова варит. Нет, Сандре обязательно
все расскажем. Я отправлюсь туда, ты на подстраховке, а Сандра за
пультом.
- А Ливи?
- Нет, Ливии не стоит. Она в тебя влюблена по уши, в опасный
момент может глупостей наделать.
- Ду-рак ты, Сэм. Вот ты точно в детстве головой стукнулся.
- Почему?
СЭКОНД
Баба Кэти разбудила ее еще затемно. На столе дымился чугунок,
полный супа, рядом стопкой лежали горячие ржаные лепешки, стояла
крынка молока и знакомая гигантская кружка. Пока Сандра одевалась,
баба Кэти разлила суп по глиняным мискам и начала есть, жалуясь на
годы, погоду, ломоту в костях и непослушную Курлапку. Сандра изо всех
сил пыталась отгадать, кто такая Курлапка - корова, собака, кошка,
или еще кто. Корова скоро отпала. Коровы нориков не ловят. Правда,
Курлапка их тоже не ловила.
Когда кончали допивать молоко, вошел хмурый, неразговорчивый
Скар. Схватил со стола лепешку, запил молоком прямо из крынки. Остальные
завернул в лист, похожий на лист лопуха и сунул в кожаную сумку у пояса.
Веревкой из той же сумки хотел связать Сандре руки за спиной, но тут
на него накинулась баба Кэти.
- Что же ты делаешь, бестолковый, вам же еще сколько ехать!
- Положено.
- Когда приедете, тогда и свяжешь.
Настроение у Сандры резко упало.
- Иди за мной, - приказал Скар, и не оглядываясь вышел из комнаты.
У крыльца их ждали две оседланные лошади.
- Езжай за мной. Попробуешь удрать, или будешь меня обгонять - шкуру
спущу.
- Хозяин, куда мы едем?
- Кто твой хозяин, после игры узнаем.
- Значит, я - свободный человек?
- Значит, ты - рабыня форта.
Сандра осмотрелась. Форт представлял собой обычный поселок, правда
по краям стояли четыре высокие наблюдательные вышки, и на всех четырех
кто-то дежурил. У края поселка их ожидала группа всадников. Лошадь под
Сандрой заметно прихрамывала. Как только Скар остановился, она соскочила
на землю, подняла ногу лошади и осмотрела копыто. Копыто было в порядке,
но выше змеился старый, давно заживший шрам. Быстро бегать лошадь не могла.
- Почему девка не связана? - спросил Лось.
- Рано, - сухо ответил Скар. - Тронулись, - и, не оглядываясь,
поехал в степь. Сандра вскочила в седло и поспешила за ним.
- Ставлю пять против одного, что она на Скара глаз положила, - сказал
кто-то.
- Так кто ж ее спрашивать будет?
- А я ставлю десять против одного, что она от Свинтуса быстрей
лошака бегать будет.
Все засмеялись. Сандра пошарила глазами по лицам, пытаясь найти
того, кто не смеялся, но смеялись все.
Ехали долго. Поселок уже скрылся за горизонтом, когда Скар
направил коня на вершину самого высокого холма. Крот выехал вперед
и воткнул в землю копье с каким-то привязанным к древку вымпелом.
Потом спешился и стал отмерять что-то на земле от тени копья.
- Слезай, - сказал Скар. - Правила знаешь?
- Нет.
- Можешь бежать в любую сторону. Через два часа мы пойдем по
твоим следам. Кто тебя поймает, тому ты и достанешься.
- А если меня никто не поймает?
Все рассмеялись.
- Пойдешь к себе домой.
- А вы мне нож дадите?
Все рассмеялись еще громче.
- Не смешно. Мне некуда идти. У меня воды нет, еды нет. Я даже не
знаю, где шаттл упал.
- Шаттл упал там - Скар махнул рукой на север. - Три дневных
перехода с небольшим. Иди сюда, я тебе руки свяжу.
На этот раз Скар связывал ей руки долго и тщательно, навертел
множество узлов. Хотя веревки и не перетягивали кровеносные сосуды,
Сандра поняла, что развязаться не сможет. Лось, наблюдавший за этой
процедурой, одобрительно пощелкал языком.
- Крот, ты кончил? - спросил Скар.
- Да, пускай девку.
- Беги - приказал Скар.
- Фиг вы меня поймаете, - сказала Сандра, отошла метров на десять
и внимательно осмотрелась, выискивая острый обломок камня, чтобы
перерезать об него веревку. Кроме песка и травы ничего на глаза не
попадалось. Всадники с интересом наблюдали за ней. Сандра подбежала
к воткнутому в землю копью, ударом ноги повалила его, села на землю
и начала перепиливать веревки об наконечник копья.
- Она сломала часы! - закричал Крот и схватил ее за волосы. - Она
теперь моя!
- Скар! - завопила Сандра. - Ты говорил - два часа! Чего он меня
хватает!
Разгорелся короткий, но жаркий спор. Одни утверждали, что если
девка сломала солнечные часы, то можно начинать охоту, другие настаивали
на соблюдении правил. Сандра под шумок продолжала пилить веревки.
- Вы, идиоты, два часа тащились сюда, чтобы без погони отдать
девку Кроту? - бушевал Лось. - Вы могли бы сидеть дома, если она вам
не нужна. Зачем вы приперлись сюда?
Как только смысл сказанного дошел до всех, спор моментально
угас. Одиннадцатью голосами против одного было решено продолжить
отсчет времени. У Сандры отобрали копье, воткнули, заново отметили
место, где тень будет через два часа.
- Ты чего ждешь? Беги - сказал Скар Сандре.
- Успею, - ответила Сандра, напряглась и порвала надрезанные петли
веревки. - Скар, не знаешь, куда мне идти? Чтоб никто не хватал за
волосы и не привязывал за ногу к дереву.
К ее удивлению, Скар задумался всерьез.
- Не знаю, - честно ответил он. - Про города на западе много
всего рассказывают, но тебе одной до них не дойти. Перехватят по дороге.
Тебе бы с Умником поговорить. Он много по миру ходил, пока у нас не осел.
- Жаль, - сказала Сандра. - Ну ладно, мне пора. Счастливо оставаться,
парни! - и побежала, неторопясь, вниз по холму. Прямо на солнце.
Взобравшись на следующий холм, повернулась и помахала всем рукой. Кто-то
помахал в ответ, кто-то закричал что-то неразборчиво-веселое. Сандра
спустилась вниз, взобралась на следующий холм, оглянулась и опять
помахала рукой. Так повторялось несколько раз. Наконец, оглянувшись
в очередной раз, она не увидела людей. Перевалив еще через два
холма, девушка нашла подходящее место. Островки жиденьких кустиков,
каменистое русло пересохшего ручья с цепочкой луж, жесткая редкая трава
и песок на высоких, обрывистых берегах ручья. Сандра выбрала площадку
метров десять в диаметре и стала бегать по ней кругами. Потом - по всем
направлениям, словно танцуя какой-то фантастический танец. Скоро вся
площадка покрылась ее следами. Тогда девушка стала отбегать от площадки
метров на сто, петляя и путая следы, но каждый раз возвращаясь к месту
старта. Постепенно ее круги увеличились. Она часто пробегала какое-то
расстояние по каменистому руслу ручья, снова выбегала на мягкий грунт,
временами разворачивалась и шла задом. Времени оставалось мало, девушка
это чувствовала, но продолжала плести паутину следов. Сдваивала, страивала
след, местами маскировала, прыгая с камня на камень, но обязательно снова
выходила на мягкий грунт, оставляя четкие отпечатки. В одном месте она
вырвала из песка кочку жесткой травы, на бегу отряхнула с корней землю.
Потом взбежала на вершину холма, больше напоминающего бархан в пустыне
и сделала неожиданный скачок вбок, на крутой, осыпающийся склон. Здесь
Сандра закопалась в песок, прикрыла лицо травяным кустиком и приготовилась
ждать. Место казалось удобным. До площадки, истоптанной вдоль и поперек
было около ста метров, сквозь стебли травы она была отлично видна.
По вершине бархана Сандра специально пробежала четыре или пять раз, так
что исчезновение одной цепочки следов было незаметно. Только сейчас,
когда лихорадочное возбуждение спало, Сандра поняла, как она устала.
Пот щипал кожу, песок, забравшийся под одежду, вызывал зуд и колол.
Поза очень скоро стала казаться неудобной, но шевелиться было нельзя,
иначе песок мог осыпаться и открыть тело.
ЗЕМЛЯ. ОРБИТАЛЬНАЯ
Часа два потеряли, пока киберы изготавливали редукторы к большим
баллонам с кислородом. Сандра настояла на том, чтобы Сэм взял с собой
полный комплект малого лагеря десантников - надувную гермопалатку в
комплекте с системой жизнеобеспечения, продукты и воду на месяц.
Вначале она хотела, чтобы Сэм взял с собой мобильную малую нуль-т
камеру, но Сэм посмеялся, утверждая, что вернуться через малую камеру
все равно не сможет - не тот радиус действия, а там она ему, вроде бы,
ни к чему.
Весь багаж сложили в центре грузовой нуль-т камеры. Набралась
солидная куча. Сэм закрыл забрало гермошлема, поднял давление в скафандре.
Скафандр раздулся, стал ощутимо мешать движениям. Рядом застыл столбиком
кибер-ремонтник. Сэм повернулся лицом к видеокамере, поднял руку.
В следующую секунду он оказался в открытом космосе. Ни пола, ни
потолка. Невесомость. В десяти метрах маячит силуэт решетчатой конструкции
полюса нуль-т камеры. Сэм изогнулся кошачьим движением, перевернулся
на 180 градусов. Куча багажа медленно разлетается во все стороны.
Подрыгав ногами, он зацепил кибера, подтянул к себе. Прикинул направление
и силу толчка, оттолкнулся от кибера и, вращаясь, полетел к куче.
Удалось схватить только два больших баллона с кислородом. Контейнер с
палаткой повернулся гладким днищем, без выступов, а бочонок с водой
выскользнул, когда Сэм хотел зажать его ногами.
По глазам ударило солнце. Стекло шлема моментально потемнело.
Сэм огляделся. Станция медленно удаляется. То место, откуда он вылетел,
зияет в обшивке черным прямоугольным провалом. С одной стороны Солнце,
с другой - планета. Не Земля. Приблизительно, в ста тысячах километров,
если считать, что она размером с Землю.
Ловчая яма, - подумал Сэм и повторил вслух, как учил Дракон,
наговаривая скороговоркой для черного ящика скафандра.
- Здесь ловчая яма. Мы думали, нас здесь ждут, перехватывают
управление киберами, а все намного проще. Они просто срезали пол и
стены у нуль-камеры. Любого, кто в нее попал, выбрасывает центробежной
силой в открытый космос. Простая и надежная ловушка для дураков.
Шевелиться в скафандре было трудно. Сэм переключил систему
дыхания на чистый кислород и сбросил давление до двух десятых атмосферы.
Потом прикинул свои запасы. Воды и продуктов в скафандре на неделю,
кислорода - с учетом пойманных баллонов - на две недели.
Как удачно все сбалансировано - подумал он - умру от жажды и
удушья одновременно. Глупейшая ситуация. Смогут меня спасти? Мою орбиту
вычислить легко. Время, когда я сюда попал, известно с точностью до
микросекунды. Скорость вращения станции легко измерить. Вычислят,
в какую сторону я вылетел, переправят сюда орбитальный буксир и
отловят. Если успеют. Только бы догадались, что в камере дна нет.
Должен же Ким догадаться, что не мог я всю кучу багажа из камеры за
восемь секунд вытащить. Ну, подумает, что меня из камеры вынули.
Я же сам замутил ему мозги Местными. Они неделю ждать будут, только
потом начнут беспокоиться. Нет, самому надо выпутываться.
Сэм включил на всякий случай аварийный радиомаяк, вытянул из
кармашка скафандра карабины и защелкнул на вентилях баллонов. Потом
свинтил с одного баллона свежеизготовленный редуктор и попытался согнуть
патрубок. Не получилось. Привинтил редуктор на место и, используя его
как рычаг, согнул все-таки патрубок, направив его вдоль оси баллона.
Теперь не свинчивался редуктор - мешал вентиль. Чертыхнувшись, Сэм срезал
редуктор лазерным пистолетом.
- Переделал кислородный баллон в реактивный двигатель. Попытаюсь
причалить к станции - наговорил он в черный ящик. До станции было уже
больше трехсот метров. Сэм зажал второй баллон между ног, приоткрыл
вентиль на первом. Первые минуты никак не мог справиться с управлением.
Отдача струи раскручивала его вокруг центра тяжести. Ничего не получалось,
пока Сэм не догадался корректировать направление струи рукой в перчатке.
Уже через минуту удалось погасить вращение.
- Лечу к станции, - надиктовал он. - Станция вращается. Буду
заходить с полюса.
Теперь управлять полетом было легко и приятно. Раздражала
только большая инерционность. Заметное изменение ориентации начиналось
секунд через пять после изменения положения руки. Первая попытка захода
на швартовочную площадку провалилась. Он слишком разогнался, не смог
погасить скорость и пролетел по инерции еще метров тридцать. Зато второй
заход был выполнен мастерски! Сэм затормозил в полуметре от леера,
закрыл вентиль баллона, подтянулся и зафиксировал каблуки в гнездах
фиксаторов на палубе. Манометр на баллоне показал, что израсходована
всего треть запаса кислорода.
- Нахожусь на швартовочной площадке. Иду к шлюзу. Пытаюсь открыть
наружную дверь. Кнопка не работает, открываю вручную. Открыл, вхожу
в шлюз, - комментировал Сэм. - Черт, темно. Замечание на будущее - на
шлеме надо сделать фонарь помощнее. А, нет, это я его на вполсилы включил.
Открываю внутреннюю дверь. Мать моя!
Дверь шлюза выходила в ангар. Весь потолок ангара, который
снаружи выглядел металлическим, изнутри был прозрачным. Огромное
помещение заливал яркий солнечный свет. В центре, принайтованный к полу,
стоял настоящий космический корабль. Шаттл. Не какой-нибудь там уродец,
орбитальный буксир, не угловатый посадочный модуль для безатмосферных
планет, а белоснежный красавец! Дельтавидное крыло, два вертикальных киля,
сопла двигателей диаметром в человеческий рост. Изящные линии не портили
даже следы копоти на обшивке. В немом восхищении Сэм минуту любовался
кораблем. Потом отцепил карабины от баллонов с кислородом и, оттолкнувшись
от перил, поплыл к кораблю. Провел рукой по кромке крыла, потрогал сопло
двигателя. Прижавшись стеклом гермошлема к иллюминатору, долго и восхищенно
рассматривал кабину.
- Нахожусь в ангаре. Огромное помещение. Весь потолок прозрачный.
Видно все небо. Очень красиво. Иду к нуль-камере - скороговоркой надиктовал
для черного ящика.
Найти нуль-камеру оказалось несложно. Сэм достал из кармана
скафандра крошечный карманный компьютер, воткнул фидер в гнездо большого
компьютера нуль-т камеры. Другой фидер воткнул в такое же гнездо своего
компьютера, одел на палец перчатки специальный наперсток с острым кончиком
и начал осторожно нажимать кнопки на миниатюрной клавиатуре. Установив
связь через нуль-канал с Земной орбитальной, переключился на обычный,
акустический канал.
- Ким, ты меня слышишь? Мы были идиотами. Выдумывали всякие
ужасы, а тут в камере просто пола нет, слышишь? Наши киберы прямиком
в космос вылетали. Они сейчас тут по всей орбите раскиданы, слышишь?
- Сэм, это ты? - ударил в наушники девичий голос. - Сэм, Сэмик,
это ты?
- Санди, ты умница! Ты золото! Самородок! Если бы не твой багаж,
я сейчас летал бы в открытом космосе и плакал слезами с кулак величиной.
Я вернусь, расскажу, ты со смеху умрешь. Санди, представь, сижу я на
кислородном баллоне верхом, как на лошади, и лечу задницей вперед! Санди,
передай Киму, сюда нужно послать четырех орбитальных монтажников с сеткой
30 на 20 метров. Пусть закрепят сетку тросами по краям дыры, чтобы груз
в космос не вылетал. А потом пусть посылает сварщиков и металлоконструкции.
Надо стены и пол варить.
- Я передам, Сэмик.
- Передай, только пусть не жадничает и не порет горячку. У меня
тут воздуха на полторы недели, воды и продуктов на неделю. Это то, что
с собой. На складах я еще не смотрел. Воду и воздух точно найду, а
продукты, конечно, испортились.
- Я передам, Сэмик.
- Да, Анне и Лире пока не говори, где я. Скажи, кончаем ремонт
большой камеры, только не уточняй, какой. Тогда все будет честно. А
Угольку можешь сказать, только предупреди, чтобы не проболталась.
- Я скажу, Сэмик.
- Санди, ты чего носом хлюпаешь?
- Это не я, это помехи.
- Да ну! Слушай, ты сокровище! Конец связи. Оставляю компьютер
на линии, если что срочное, надиктуй, я приду, прослушаю. Следующий
сеанс связи через четыре часа. Пока.
СЭКОНД
Прошла, казалось, вечность прежде, чем появились всадники. Первым
скакал След. Он перевесился из седла почти до земли и не отрывал глаз от
цепочки следов где-то в метре перед копытами лошади. За ним, весело
переругиваясь, скакали остальные. Подъехав к истоптанной площадке, След
остановил лошадь, выпрямился в седле и присвистнул.
- Хорь! - крикнул он. - Ты проиграл. Она разбирается в Игре лучше
всех нас вместе взятых. Будь я проклят, если хоть раз видел такое, - След
сделал широкий жест рукой.
Мужчины ошеломленно молчали, лишь Хорь вполголоса матерился. Он
сразу как-то сник, потерял интерес к Игре. След медленно обошел вокруг
площадки, стараясь не затоптать отпечатки Сандры.
- Я мог бы направить вас каждого по одному из следов, но уверен,
что никто ничего не найдет, - сказал он. - Вот этот след сдвоен, а здесь
она шла задом наперед. А вот это - это просто чудо! Сначала она шла
здесь задом наперед, а потом по своим же следам прошла нормально.
- Ты можешь найти самый последний след? - спросил Скар.
- Нет. И боюсь, что его здесь вообще нет.
- Как нет? - спросил Крот.
- А как она открыла замок на цепи? - вопросом на вопрос ответил
След. - Или ты думаешь, что она сильнее Скара. А как она развязала
ночью веревку?
- Ты толком говори.
- Сейчас она где-то затаилась и Скара ждет. Она на него с первого
раза глаз положила.
- От нас не спрячется. Найдем, - сказал Лось. - Все бабы одинаковые.
- Что будем делать, След? - спросил Скар.
- Искать.
ЗЕМЛЯ
По случаю первого успешного выхода в Дальний Космос устроили
праздник и вечерний костер. Дров не жалели. Пели песни, по кругу
передавали фляги с виноградным вином, визжали девушки, отбиваясь от
кавалеров. Но, конечно, главным героем был Сэм. По просьбам слушателей
он уже в четвертый раз прокручивал запись из черного ящика, вставляя
комментарии в паузы. С каждым разом, несмотря на документальную
основу, история становилась все интереснее и фантастичнее.
- ... хватаю под мышки два баллона с кислородом, зажимаю ногами
бочонок с водой, и прицеливаюсь, как бы поймать зубами палатку за
уголок.
- Это в скафандре - зубами?
- Вот-вот. Только носом в стекло стукнулся. Улетела палатка.
Тут мы вылетаем из тени на солнце, и чувствую, бочонок нагреваться
стал. Ну, думаю, вода закипит, рванет как паровой котел у Лиры. Хотел
отдать киберу, чтобы в тенек отнес, смотрю, кибер мне издали ручкой машет.
Мол, прости и прощай. А в бочонке уже вода закипает. Знаете, как в
чайнике - такое легкое шипение. Нет, думаю, пора делать ноги. Сажусь
верхом на баллон, открываю вентиль на полную и лечу. Долетаю до станции,
из-за угла, выглядываю, а бочонка уже и нет. Может, рванул, а может,
утащил кто. Места там такие - дикие... Но красивые! Дальний Космос!
Вот - слышите: "Мать моя!" - Это во мне чувство прекрасного проснулось.
- А до этого?
- До этого занят был. Хорошего человека спасал.
- Так ты ж там один был.
- А я о чем говорю! Его и спасал!
Дракон слушал этот треп, прикрыв глаза и украдкой наблюдая за
Лирой. Лира грызла палочку и хмурилась. Дракон улыбнулся и обнял крыльями
Кору и Уголька. Кора прижалась к нему, Уголек тихонько замурлыкала.
- Сэм, а если честно, страшно было?
- Понимаешь, Ливи, тогда - нет. Сначала автоматизм действовал,
некогда думать было. А когда баллоны поймал, у меня запасов на две
недели, чего же бояться? И, потом, меня Санди с Кимом страховали. Но, как
подумал, что неделю в космосе кантоваться придется... Тоскливо стало.
Лира с хрустом перекусила свою палочку, выплюнула обломки, поискала
глазами Кима. Ким сидел рядом с Сандрой, укрыв ее своей кожаной курткой,
что-то тихонько говорил на ухо. Сандра выглядела испуганной и несчастной.
Лира подошла к ним.
- Привет, Сандра. Ким, можно тебя на минутку.
- Выкладывай, там очень опасно было? - спросила она, когда костер
скрылся за деревьями.
- Как считать, леди, очень - не очень? - нехотя ответил Ким, глядя
в сторону.
- Кимушка, я же тебя сто лет знаю. Помнишь, как мы дрались,
кому верховодить?
- Как я тебе тогда нос разбил...
- Тебе Сэм помогал!
- А ты на два года старше была.
- Вас зато двое было. А все равно моя взяла! Так что выкладывай.
- Сама напросилась. Дура ты, Лирка, и уши холодные. Нельзя было
Сэма командиром поисковиков назначать. Он же кипит весь внутри. Мне
каждый день за него страшно. В самые опасные дыры лезет. Вот ты про
вчерашнее спрашивала. Если бы Сандра не заставила его взять две тонны
багажа, он бы погиб. Если бы не поймал баллон с кислородом, опять же
погиб бы. А на Ганимеде...
- Почему ты его не остановишь?
- А почему ты его не остановишь? Тебе надо сказать всего три
слова, и он снова станет человеком. Подсказать слова?
- А сейчас он кто?
- Сейчас он герой. Профессия такая. Почетная, уважаемая профессия,
только отсев большой. Да ты лучше меня знаешь.
- Ким, Кимушка, ты не понимаешь. Пожалуйста, будь рядом с ним.
Будь его ангелом-хранителем.
- Конечно, я буду рядом с ним. А ангел-хранитель у него есть.
Не чета мне. У нее на счету два верняка и два-три спорных случая.
- Сандра? Когда? Расскажи, Кимушка.
- Первый верняк - она впихнула Сэма в скафандр, когда тот шел
на орбитальную. Вы с Драконом тогда шум подняли. Второй верняк - вчера.
Ну, а спорных случаев много. Санди очень нестандартно думает. И очень
предусмотрительная.
- Ким, а между ними ничего не было?
- Санди его любит. А было или нет, я тебе не скажу. Мучайся. Санди
только жалко. Да и тебя тоже.
СЭКОНД
Терпеть, терпеть. Сэм смог бы, и я смогу. Женщины выносливее
мужчин. И дольше века длится день, правильно Дракон говорил. Дура.
Надо было на северном склоне закопаться. Кто заставлял южный выбрать?
Ничего, я вытерплю. Они же там терпят. И лошади терпят. Бедные животные.
Почему их здесь лошаками зовут? Лошак - это же от коня и ослицы. Почти
как мул. Дрейф языка. Дракон говорил, есть законы, по которым язык
меняется, только он их не знает. Как они терпят? Их ветром обдувает.
А если на меня лошак наступит? Говорят, если яйцо зарыть в песок, а
сверху наступить, яйцо уцелеет. А если в пустыне зарыть в горячий
песок, оно спечется. Я уже почти спеклась. Ой, мамочка, еще и полудня
нет. Что будет? Я хотела два дня в песках прятаться. Дура. Два здешних
дня - это почти три наших. Умру к вечеру. И хоронить не надо. Опять
собрались, совещаются. Сдавайтесь, мужики, ну пожалуйста, вы ведь меня
не найдете, ну очень прошу! Я вас любить буду, я молиться на на вас
буду, только уходите, пожалуйста. Воду пьют! Гады! Сволочи белобрысые!
Я тоже хочу! Вы мне еще руки связывали! Ненавижу! Всех вас здесь пересижу.
Сдохну, а не вылезу. И дольше века длится день. Сейчас день 20 часов,
а ночь 12. Замерзну ночью. Сюда мы часа полтора ехали, два часа я петли
крутила, три часа меня ищут. Как жарко! А ночью - холод собачий. Хоть бы
облака солнце закрыли. Господи, они смеются! Им не жарко. Кто Свинтус? Тот
толстый? Мамочка, о чем я? Я ведь не хочу сдаться. Я умная, красивая. Я
всех перехитрила. Буду обдумывать план. Пусть они там смеются, я умнее.
Уйду к шаттлу, никто меня не найдет. Дура! Не хваталась бы за кинжал Скара,
всю дорогу бы видела. А так помню одну полянку, а до нее триста километров.
А после нее - еще сто. Лошак мне нужен. И ножик хороший. И одеяла,
без них ночью пропаду. И посудина какая-нибудь для воды. Еще надо
знать, что можно есть, а что нельзя. Крыжак есть можно. А одурь нельзя.
Я знаю, какие они. Раскушу ягоду, если горькая, значит одурь. Скар
говорил, что крыжак горчит. Мамочка, как же я их различу? Хоть бы
глоточек воды. Или половинку ягодки одури, чтоб до вечера отрубиться.
У них это называется в нуль уйти. Язык какой толстый. И горло саднит.
И дольше века длится день. Вот привязалась! А еще есть: "Коня! Полцарства
за коня!" За лошака. А вторую полцарству за ведерко воды. За ковшик
отдам, но чтоб холодная. Прозрачная. Что они задумали? В шеренгу
выстроились, бок к боку едут. Хотят такой шеренгой по всем моим следам
проехать? Это чтоб меня разыскать, если я где-то следы замела? Давайте,
ищите. Затопчете все мои следы, и сами уедете. Только воду в лужах не
мутите! Не мутите, сволочи, я ее пить буду! Не могу больше. Вокруг они
уже все объездили, знают, что я здесь. Сейчас они за холмом скроются,
а я убегу по руслу ручья, будь что будет. Почему солнце черное?..
ЗЕМЛЯ
Анна прилетела, как только услышала о первом драйве на Сэконд.
Афишировать свое появление не стала, просто незаметно подсела к костру.
Дракон рассказывал анекдоты про индейцев и ковбоев. Слушала молодые
голоса, смеялась со всеми. С аппетитом вгрызалась зубами в недожаренный
шашлык. Когда на небе засветились первые звезды, зазвенела гитара. Дракон
сначала слушал, потом начал подпевать, потом запел сам. Анна уже собралась
завладеть гитарой, но тут из темноты вынырнула Уголек, лизнула в ухо и
потащила от костра.
- Мама, как хорошо, что ты здесь! Мне с тобой посоветоваться
надо. Лиру надо спасать, но я в человечьей психологии плаваю - раз. Сэм
совсем голову потерял - два. Как быть с Сандрой, если они поженятся - три.
Где у драконов эрогенные зоны - четыре. Ну и вообще насчет мужчин...
- Мужчин или драконов?
- Драконов, конечно. Только тсс... Мам, у тебя такого не
бывало - с виду все нормально, все как всегда, но что-то назревает.
Как перед грозой.
Три часа спустя Анна разыскала Дракона в лаборатории. Тот задумчиво
смотрел на метрового диаметра шар из толстого стекла. Гофрированный шланг
тянулся к вакуумному насосу. Насос тихонько похрюкивал. В центре шара
сиротливо торчали два черных стержня с дисками на концах. Анна подтащила
кресло на колесиках, села рядом и тоже уставилась на шар. Ничего не
происходило.
- Клюет? - спросила она через три минуты.
- Что? А... Да... Я гений, нет сомненья. Я помню чудное мгновение,
когда ко мне явилась ты.
Анна прижала ладонь к его носу.
- Нос влажный, прохладный. Температура близка к нормальной.
- Это древняя поэзия! - дракон поскорей облизнул нос.
- Мастер, у меня к тебе серьезный разговор. Только сначала скажи,
что происходит?
- Уже рассказали? Я сделал гениальное открытие. Открытие огромной
важности. Я догнал нашу, Земную нуль-физику минимум на сто лет, могу на
свой хвост поспорить! Только, понимаешь, это или побочный эффект, или
просто я где-то напахал в теории. Не могу понять физический смысл
эффекта. Я пытался поляризовать нуль-т вектор в четвертом измерении.
Чтобы две его оси были в нашем пространстве, а третья - в чужом. Не
знаю, получилось это, или нет. Для этого надо вторую установку построить.
Но меняется структура вакуума, это однозначно. Я изменил мю нулевое. На
полтора процента. С точки зрения современной науки это бред. Электричество
и магнетизм - две стороны одной медали. Одна сторона медали стала на
полтора процента меньше в диаметре, чем другая. Это могло бы вызвать
нарушение стабильности электронных оболочек атомов, но ничего не произошло.
Не понимаю.
- Какая я терпеливая...
- Это надо обмозговать... Что ты сказала?
- Мастер, ты зачем сюда приехал? Вакуум портить? Ты руководитель
экспедиции. Ты хоть в курсе, что вокруг тебя происходит?
- В Багдаде все спокойно, спокойно, спокойно. Не удивляйся,
это опять древний фольклор. В смысле, не волнуйся, Сэконд нам не угрожает.
Люди там живут, не вымерли. Сэм в телескоп города видел. Но никакой
техногенной активности. Эфир чист, атмосфера чиста, на орбитальной
тысячу лет никого не было. Так что спи спокойно, дорогая теща, ты это
заслужила. - Чувствовалось, что мысли дракона очень и очень далеки от
Сэконда.
- Опять фольклор? Сейчас как врежу, - и врезала. Потерла заболевшие
костяшки пальцев. Дракон забыл о своих тензорах и удивленно посмотрел
сверху вниз.
- Руководитель, мать твою... Ты в экспедиции всех девок перепортил.
- Анна, побойся бога. Уголек и Кора мои законные жены. До свадьбы
я Уголька и пальцем не тронул. И потом, у драконов нет девственности. При
нашей регенерации - дефлорация при каждом сношении - это был бы кошмар!
- Я о людях говорю, а не о драконах. Ты что, забыл, что все бабы
в округе твои чувства слышат. Час назад ты любовью с Корой занимался, а
каково мне пришлось! Ты просто загоняешь девушек под мужиков. Это
наркомания какая-то. Они ждали, когда вы с Корой начнете, и сразу
парочками по кустам. Знаешь, как у них это называется - танцы под музыку!
Под твою музыку!
Эмоции Дракона обрушились на Анну лавиной. Недоумение, обида и
отчаянная тоска. Она замолкла на полуслове, закусила губу. Дракон
развернулся и стремительно вышел из лаборатории. Снаружи донесся шум
крыльев. Анна выбежала следом.
- Уго-ле-ек!
- Я здесь! Что с ним, мама?
- Догнать сможешь? - Анна, впервые не спросив разрешения, взобралась
ей на шею. - За ним, Уголек, скорее! Какая же я сволочь!
СЭКОНД
Что со мной? Что со мной было? Неужели отрубилась? По-местному,
в нуль ушла. Выходит, я весь день без сознания пролежала. И никто меня
не нашел! Пить! Они ушли? Нет, вот лошак пасется. У лужи. Это же Скара
лошак. Топот говорил, самый быстрый! Сейчас я на него, и ищи ветра в поле.
Только сначала - два гло...