Том Клэнси. Реальная угроза
страница №35
...ить огоньи отойти к посадочной площадке. Повторяю, все к посадочной площадке! - Голос
капитана был отчетливо слышен внутри вертолета.
Пи-Джи включил микрофон.
- Бак, приготовить пулеметы. Пулеметчикам занять места. Внимание, под
нами свои солдаты. Повторяю, внизу свои солдаты. Будьте очень внимательны с
проклятыми пулеметами!
Джоунсу отчаянно хотелось, чтобы во время полетов над Лаосом у него был
хоть один такой вертолет. "Пейв-лоу" нес на себе титановую броню весом более
тысячи фунтов, закрывающую, разумеется, двигатели, топливные баки и коробки
передач. Кабина пилотов была защищена менее надежным кевларом. Остальная
часть вертолета находилась в худшем положении - проткнуть отверткой
алюминиевое покрытие мог даже ребенок. Впрочем, такова жизнь, Джоунс знал
это. Он кружил в тысяче футов над посадочной площадкой, в двух тысячах ярдов
в стороне от нее по часовой стрелке, стараясь прочувствовать ситуацию,
которая выглядела не слишком многообещающей.
- Не нравится мне это, Пи-Джи, - сообщил ему Циммер по системе
внутренней связи. Сержант Бин у пулемета, направленного в кормовой люк,
разделял это чувство, но молчал. Райан, до сих пор не видевший ничего на
любой из посадочных площадок, тоже не открывал рта.
- Они пошли, Бак.
- Похоже на это.
- Все, начинаю снижаться. Командир - экипажу: мы снижаемся, чтобы
получше рассмотреть место посадки.
Разрешаю вести ответный огонь, если в нас будут стрелять, но не
открывайте огня по своей инициативе, пока не получите команды. Сообщите, как
поняли.
- Циммер - понял.
- Бин - понял.
- Райан - понял. - Все равно я не вижу, куда стрелять, подумал Джек.
На самом деле ситуация была намного хуже, чем выглядела со стороны.
Нападающие боевики картеля приблизились к посадочной площадке с той
стороны, откуда их не ждали. В результате они прошли через запасную площадку
группы "Черта", и у солдат не хватило времени, чтобы полностью подготовиться
к обороне. Хуже всего оказалось то, что среди наступающих были боевики,
уцелевшие после боя с группой "Кинжал" и кое-чему уже научившиеся. Например,
они поняли, что иногда безопаснее быстро переходить в атаку, чем медлить. Им
было также известно про вертолет, хотя недостаточно. Знай они о его
вооружении, бой мог бы закончиться, едва начавшись, но они рассчитывали, что
спасательный вертолет не несет никакого вооружения, потому что никогда не
видели других. Как всегда случается в бою, судьба его решалась
целеустремленностью и ошибками, опытом и неподготовленностью. Группа "Черта"
быстро отходила, отрываясь от противника, оставляя за собой поспешно
приготовленные ловушки и противопехотные мины "клеймор", но и в этом случае
понесенные потери не столько останавливали нападающих, сколько гнали их
вперед. К тому же ветераны боя за холм приобрели некоторый опыт. Теперь они
разделились на три группы и начали обходить посадочную площадку,
расположенную на вершине.
- Вижу мигалку, - произнес Уиллис.
- "Черта", это "Босс". Обозначьте посадочную площадку.
- "Босс", говорит "Черта". Площадка обозначена мигалкой.
- Понятно. Заходим на посадку. Соберите своих людей на открытом месте.
Повторяю, соберите своих Людей на открытом месте, чтобы мы видели вас.
- У нас трое раненых, мы несем их. Делаем все, что в-наших силах.
- У вас тридцать секунд, - сообщил Пи-Джи.
- Будем наготове.
Как и раньше, пулеметчики слышали только половину разговора, за которым
последовали указания:
- Командир обращается к экипажу. Я приказал нашим солдатам собраться на
открытом месте. Как только мы сосчитаем их и разберемся в обстановке, вы
должны полить всех остальных пулеметным огнем. Если увидите кого-то, он
скорее всего наш. Всех стреляющих подавляйте беспощадно. Райан, это значит -
выбивайте из них последнее дерьмо.
- Понял, - ответил Джек.
- Пятнадцать секунд. Приготовиться! Все случилось без всякого
предупреждения. Никто не заметил, откуда он появился. "Пейв-лоу" спускался
круто, но все-таки не мог не пролететь над противником. Шестеро боевиков
услышали его приближение и заметили черную массу, двигающуюся на фоне
облаков.
Они мгновенно направили автоматы в небо и начали выпускать в вертолет
очередь за очередью. Пули калибра 7,62 миллиметра пробивали пол вертолета с
характерным звуком, напоминающим град, падающий на железную крышу. Каждый,
кто услышал это, сразу понял, откуда исходит опасность. Тот, кто не успел
сообразить, отреагировал, когда послышался крик раненого. В кого-то попала
пуля.
- Пи-Джи, нас обстреливают, - сообщил Циммер по внутренней связи и,
направив свой пулемет вниз, выпустил короткую очередь. Снова корпус
вертолета завибрировал. Линия трассирующих пуль продемонстрировала всему
миру, где находится "Пейв-лоу" и что это такое, и огонь с земли усилился.
- Боже мой! - Пули защелкали по бронестеклу кабины. Они не пробивали
его, но оставляли царапины и при попадании искрились подобно светлячкам.
Джоунс инстинктивно бросил вертолет вправо, уходя от вражеского огня, и
левый борт повернулся к полю боя.
Райан был испуган, как никогда в жизни. Казалось, на земле мелькает
сотня, две сотни, тысяча вспышек и все выстрелы нацелены прямо на него. Ему
хотелось куда-то спрятаться, но Джек понимал, что самое безопасное место за
тысячефунтовой пулеметной турелью. У пулемета не было настоящего прицела.
Райан посмотрел вдоль вращающихся стволов, направил их на особенно
многочисленные вспышки и нажал на кнопку.
Ему показалось, что он держит в руках отбойный молоток, а грохот был
таким, словно великан разрывает на куски парусину. Перед глазами Райана
вырос язык пламени в шесть футов длиной и три шириной, - пламени настолько
яркого, что он едва различал что-то сквозь него. Однако протянувшийся вниз
компактный цилиндр из трассирующих пуль был ясно виден, и он провел им по
сверкающим на земле вспышкам автоматных очередей. Райан водил смертоносной
струей взад и вперед, в этом ему помогали колебания корпуса вертолета и
невероятная вибрация самого пулемета. В течение нескольких секунд линии
трассирующих пуль поливали район пели. Когда он оторвал большие пальцы от
кнопки, вспышек больше не было.
- Вот сукин сын, - пробормотал он себе под нос, настолько удивленный,
что даже позабыл об угрожающей опасности. Но в вертолет стреляли из
нескольких мест. Райан выбрал другую цель и принялся за дело. На этот раз он
ограничивался короткими очередями, по несколько сотен выстрелов. Тут
вертолет развернулся, и цели исчезли.
Джоунс и Уиллис, сидящие в кабине, поглядывали на приборы. Было
очевидно, что многочисленные попадания не нанесли серьезного ущерба машине.
Системы управления, также защищенные броней, двигатели, коробки передач,
топливные баки - все это было недоступно для автоматных пуль. По крайней
мере, таковы были расчеты проектировщиков.
- У нас есть раненые, - доложил Циммер. - Нужно бы закончить с этим
побыстрее, Пи-Джи.
- Знаю, Бак, - отозвался полковник. Он снова развернул вертолет, заходя
теперь слева. - "Черта", это "Босс", начинаем новую попытку. - Даже в голосе
полковника больше не было ледяного спокойствия. Боевые действия не
изменились, зато он постарел.
- Они приближаются. Быстрее, мистер! Мы все здесь, мы все здесь!
- Еще двадцать секунд, сынок. Командир - команде: возвращаемся через
двадцать секунд.
Вертолет словно замер в воздухе, развернулся, внезапно прекратив
величественное скольжение. Джоунс надеялся, что противник на земле окажется
не готовым к этому маневру. Он повернул ручку управления, увеличил обороты
до предела и опустил нос, ныряя в сторону посадочной площадки. Снизившись на
двести метров, полковник рванул на себя ручку управления, уменьшил скорость
снижения и поднял нос вертолета. Это был его обычный маневр, отработанный до
полного совершенства. "Пейв-лоу" сбросил скорость движения точно в нужном
месте - и грузно упал вниз из-за утерянной мощности второго двигателя.
Джоунс весь сжался при ударе, словно ожидал взрыва мины, но этого не
произошло.
Казалось, время остановилось. Именно так происходит с людьми, когда
тела переполняются адреналином и события начинают совершаться в ином, своем
собственном темпе. Райан думал, что способен видеть проносящиеся над головой
лопасти ротора. Ему хотелось оглянуться назад, хотелось увидеть, успели ли
солдаты подняться внутрь вертолета, однако он нес ответственность за
происходящее перед левой дверцей, куда смотрело дуло пулемета. И тут он
осознал, что нет смысла экономить боеприпасы. Едва Райан убедился, что перед
ним нет своих, он нажал на кнопку ведения огня и начал поливать очередями
край леса на высоте фута над землей. Циммер сделал то же самое с
противоположной стороны.
Кларк смотрел в кормовой люк. Бин стоял у своего пулемета, однако не
мог стрелять. Именно здесь находились свои. И вот, наконец, показались
солдаты, передвигая ногами, как при беге, но медленно-медленно, словно при
телевизионном повторе. И тут из леса полетели пули.
Райан был изумлен, что кто-то остался еще жив в том месте, которое он
только что поливал смертоносными очередями, но там были люди, и они
обстреливали вертолет. Мелькнули искры - в раму двери попала пуля, и он
понял, что стреляют в него. Джек не сжался от испуга. Прятаться было некуда,
и он понимал, что в борт пуль попадает куда больше. Он поднял на мгновение
голову, заметил, откуда ведется стрельба, прицелился и открыл огонь.
Казалось, отдача сдвинет вертолет. Раскаленные газы, вылетающие из шести
стволов, пробили туннель в облаке пыли, поднятом вращающимся ротором, однако
из леса все еще летели пули и там мелькали вспышки автоматных очередей.
Кларк слышал крики внутри и снаружи, доносящиеся сквозь низкий рев
пулеметов. Он чувствовал, как пули ударяют в обшивку, и вдруг увидел, что
двое солдат упали у самого хвостового винта, тогда как остальные вбегают
внутрь вертолета - Проклятье! - Он встал и вместе с Чавезом и Вегой выскочил
наружу, поднял одного из упавших солдат и потащил к пандусу. Чавез и Вега
подхватили второго.
Пули взбивали пыль у ног. Вега упал в пяти футах от вертолета вместе с
раненым солдатом. Кларк передал своего бойца в руки, уже протянутые
навстречу, и повернулся, чтобы оказать помощь. Сначала он поднял лежащего
солдата, затем наклонился к Веге и увидел, что Чавез старается поднять его.
Кларк схватил сержанта за плечи и потащил, упав на самый край пандуса. Динг
забросил внутрь ноги Осо и успел схватиться за основание пулеметной турели.
Вертолет оторвался от земли и начал подниматься. Автоматные пули летели
теперь у открытого люка, но перед Бином открылось огневое пространство, и
его пулемет загрохотал, поливая огнем край леса.
Подъем шел медленно. Сейчас на борту вертолета находилось несколько
тонн дополнительного груза, высота местности превышала пять тысяч футов над
уровнем моря, приходилось лететь на сниженной мощности двигателей. Джоунс,
сидящий в кресле первого пилота, проклинал неуклюжую машину. "Пейв-лоу"
поднимался фут за футом, все еще под непрерывным огнем.
Боевики противника, наступавшие на группу "Черта", пришли в ярость,
видя, что люди, которых они собирались убить, ускользают от них, и выбежали
на открытое место, пытаясь предотвратить это. Они смотрели на вертолет, как
на фантастическое чудовище, лишившее их победы, а погибших товарищей -
жизни, и решили не допустить этого. Свыше сотни автоматов нацелилось на
вертолет.
Райан почувствовал, как рядом просвистело несколько пуль, - они влетали
прямо в открытую дверь, нацеленные в него и в пулемет. Он больше не
испытывал страха. Вспышки автоматных очередей стали для него целями, и он
вел по ним ответный огонь. Джек выбирал цели одну за другой, быстро
прикасался к кнопке стрельбы и тут же снова прицеливался. Безопасность - или
то, что от нее осталось, - заключалась в том, насколько успешно ему удастся
устранить угрозу.
Бежать было некуда, и Райан понимал, что способность отвечать огнем на
огонь являлась роскошью, к которой стремился каждый из тех, кто находился на
борту вертолета, но только трое имели такую возможность. Он их не подведет.
Джек переводил стволы пулемета слева направо и обратно, выпуская секундные
очереди, казалось, длящиеся часами, и ему мерещилось, что он слышит каждую
пулю, выплюнутую его пулеметом. В голову что-то ударило и отбросило ее
назад, однако он снова наклонился вперед и нажал на кнопку ведения огня,
поливая местность внизу сплошным ливнем свинца. Внезапно Райан заметил, что
цель исчезает под ним, и ему пришлось опустить вниз стволы пулемета.
Наступило мгновение, когда Джеку показалось, что это цель ускользает от
него, а не вертолет уходит в небо.
И тут же к нему вернулось сознание. Он попытался оторвать руки от
пулемета и сделать шаг назад, но не смог и только усилием воли заставил
пальцы разжаться.
Райан выпрямился, и руки его бессильно упали вдоль бедер. Он потряс
головой.
Грохот пулемета оглушил его, и понадобилось несколько секунд, чтобы
различить стоны раненых. Он огляделся по сторонам и увидел серое облако,
едко пахнущее порохом и уже исчезающее от усиливающеюся воздушного потока.
Райан все еще плохо видел из-за ослепительных вспышек пулеметных очередей, и
колени его начали подгибаться от огромного напряжения и внезапно
навалившейся усталости.
Ему хотелось опуститься на металлический пол, заснуть и проснуться
где-то в другом месте.
Один из кричавших лежал совсем рядом. Это был Циммер. Он перекатывался
с боку на бок, схватившись руками за грудь. Райан наклонился, чтобы
посмотреть, куда ранен сержант.
Три пули пробили ему грудь. Он дышал кровью, выбрасываемой из носа и
рта.
Еще одна пуля раздробила ему правое плечо, но жизни угрожали ранения
легких.
Райан понял, что сержант истекает кровью. Есть ли здесь санитар? А
вдруг что-то можно сделать?
- Говорит Райан, - произнес он по системе внутренней связи. - Сержант
Циммер тяжело ранен.
- Бак! - тут же послышался голос полковника Джоунса. - Бак, что с
тобой?
Циммер попытался поднять голову, но не смог. Он крикнул что-то, но
Райан его не понял. Тогда Джек закричал изо всех сил, обращаясь ко всем
остальным, к тем, кто словно не замечал и не проявлял интереса к
случившемуся:
- Врача! Санитара! - требовал он, не зная, кто выполняет в армии эти
обязанности. Кларк услышал крики и направился к ним.
- Успокойся, Циммер, все будет в порядке. - Райан старался успокоить
раненого сержанта. Из своего недолгого пребывания в корпусе морской пехоты
он помнил, как важно сохранить у раненых желание жить. - Мы вылечим тебя,
сержант, все будет хорошо. Только потерпи, я знаю, тебе больно, но потерпи,
и ты выздоровеешь.
Через мгновение рядом был Кларк. Не обращая внимания на крики боли, он
сорвал с бортмеханика защитную куртку. Для Кларка все это слишком походило
на прошедшие годы и полузабытые переживания. Он каким-то образом забыл,
насколько пугающе, насколько ужасно происходящее, а поскольку приходил в
себя гораздо быстрее многих, его едва не охватил страх от беспомощности
перед вражеским огнем и его последствиями. А сейчас Кларк испытывал
беспомощность, понимая, что положение безвыходно, - это было ясно при первом
же взгляде на раны. Он посмотрел на Райана и покачал головой.
- Мои дети! - простонал Циммер. У сержанта было ради чего жить, но
одного желания оказалось недостаточно.
- Расскажи мне о своих детях, - наклонился к нему Райан. - Поговори о
детях.
- Семь! У меня семеро детей - нет, я не могу умереть! Дети - я нужен
своим детям!
- Потерпи, сержант, мы спасем тебя. Все пройдет, - произнес Райан. На
глазах у него выступили слезы - он обманывал умирающего.
- Я нужен детям, - еле слышно прошептал Циммер. Кровь наполняла его
легкие и горло.
Райан взглянул на Кларка, надеясь, что тот сумеет как-то утешить
сержанта, вселить в него надежду, но Кларк только посмотрел на Джека
немигающим взглядом.
Тогда Райан снова наклонился к Циммеру и взял его за левую руку.
- У тебя их семеро? - спросил он.
- Без меня им не обойтись, - простонал Циммер, понимая теперь, что не
вернется домой, не увидит, как растут, как становятся взрослыми его дети,
как у них появятся свои семьи и свои дети, не сможет помогать им и защищать.
Он не смог сделать то, что обязан делать отец.
- Так вот, Циммер, сейчас я скажу тебе о твоих детях то, чего ты не
знаешь, - произнес Райан, обращаясь к умирающему.
- Да? Что? - На лице сержанта отразилось недоумение. Он взглянул на
Райана, ожидая получить ответ ну самый главный вопрос жизни. Джек не мог
ответить на этот вопрос, однако сказал Циммеру о другом, не менее важном.
- Все твои дети поступят в колледж, дружище. - Райан сжал его руку. -
Даю тебе слово, Циммер, все твои дети поступят в колледж. Я позабочусь о
них.
Клянусь тебе перед Богом.
Лицо сержанта просветлело при этих словах, но, прежде чем Райан сумел
понять, какие эмоции оно отражает, снова изменилось и на этот раз
окончательно, выражая бесстрастие смерти. Райан нажал на кнопку микрофона.
- Циммер умер, полковник.
- Ясно, - услышал он в ответ, и его охватило негодование от холодного и
равнодушного ответа. Райан не знал, что в это мгновение Джоунса охватила
паника:
Боже мой, о Боже мой, что я скажу Кэрол и детям?
Джек осторожно поднял голову Циммера со своих коленей и опустил на
металлический пол вертолета. Кларк могучими руками обнял его за плечи.
- Я исполню все, что обещал, - произнес Джек, едва сдерживая рыдания.
Это не было ложью. Я не оставлю его детей!
- Да, я знаю. И он понял это. Понял и умер спокойным.
- Ты уверен? - По щекам Джека текли слезы, и ему трудно было повторить
этот самый важный сейчас вопрос:
- Ты действительно уверен?
- Он слышал тебя, Джек, и поверил. Ты поступил правильно, Джек,
удивительно правильно. - Кларк прижал к себе Райана, как мужчины прижимают к
себе только своих жен, детей и тех, вместе с кем они смотрели в лицо смерти.
Полковник Джоунс усилием воли отогнал от себя чувство утраты.
Сейчас не время, сейчас нужно выполнять операцию. Бак поймет его. А
горе Джоунс решил, что его черед наступит позже.
***
Реактивный самолет Каттера совершил посадку на аэродроме Херлбурт-Филд
уже после того, как стемнело. Его встретили в машине и отвезли к
оперативному дежурному по авиакрылу. Адмирал прибыл совершенно неожиданно и
вошел в дежурку подобно злому духу.
- Кто здесь главный, черт побери?
Сержант, сидящий за письменным столом, тут же узнал в нем советника
президента по национальной безопасности - он видел Каттера по телевидению.
- Проходите в эту дверь, сэр.
Каттер увидел там молодого капитана, дремавшего во вращающемся кресле.
Услышав звук открывающейся двери, двадцатидевятилетний офицер вскочил и
от неожиданности потерял равновесие. - Я хочу знать, где полковник Джоунс, -
тихо произнес вице-адмирал Каттер.
- Сэр, я не имею права говорить кому-нибудь...
- Да вы знаете, кто я, черт возьми?
- Так точно, сэр.
- И вы хотите отказать мне, капитан?
- Сэр, я выполняю приказ.
- Капитан, я отменяю все ваши приказы. А теперь отвечайте на мой вопрос
немедленно! - Голос Катера зазвучал на несколько децибелов громче.
- Сэр, я не знаю, где...
- Тогда найдите того, кто знает, и сделайте это побыстрей!
К этому времени капитан изрядно перепугался и потому избрал путь
наименьшего сопротивления. Он вызвал майора, который проживал на базе и
прибыл в дежурку меньше чем через восемь минут.
- Какого черта меня вызвали? - проворчал он в дверях.
- Это я распорядился, майор, - сообщил ему Каттер. - Мне нужно знать,
где полковник Джоунс Ведь он командует вашим подразделением?
- Так точно, сэр. - Какого черта он хочет? - подумал майор.
- И вы утверждаете, что офицеры этого подразделения не знают, где
находится их командир? - Каттер не понимал, почему его появление не вызвало
немедленного повиновения, и потому отвлекся от первоначальной задачи.
- Сэр, в частях специального назначения мы...
- У вас здесь какой-то лагерь бойскаутов или воинская часть?! -
выкрикнул адмирал.
- Это воинская часть, сэр, - ответил майор. - Полковник Джоунс
выполняет задание. Я получил приказ, сэр, не обсуждать это задание или
место, где находится полковник, ни с кем, за исключением людей, обладающих
специальным разрешением, а вы не включены в этот список, сэр. Таков приказ,
адмирал.
Каттер был поражен и рассердился еще больше.
- Разве вам не известно, какую должность я занимаю и кому подчиняюсь?
Вот уже больше десяти лет младшие офицеры не осмеливались так разговаривать
с ним. Карьеру последнего смельчака Каттер сломал, как спичку.
- Сэр, у меня письменный приказ Между прочим, президент тоже не включен
в список лиц, обладающих допуском, сэр, - произнес майор, стоя по стойке
смирно.
- Проклятый водоплавающий осмелился назвать военно-воздушные силы
Соединенных Штатов лагерем бойскаутов! Да я в гробу тебя видел - тебя и
лошадь, на которой ты приехал, сэр адмирал, было отчетливо видно по
выражению его лица Каттеру пришлось взять себя в руки, смягчить голос,
подавить эмоции. Этим наглым молокососом он займется потом, а сейчас нужно
получить сведения. Поэтому адмирал обратился к майору с извинением, как
мужчина к мужчине - Прошу извинить меня, майор, за несдержанность.
Порученный мне вопрос исключительной важности, я даже не могу сказать вам,
насколько он важен.
Возникла ситуация, при которой речь идет о жизни и смерти. Не
исключено, что ваш полковник Джоунс находится в положении, где ему
необходима помощь.
Возможно, что операция терпит неудачу, и мне действительно нужно знать,
где он.
Ваша преданность командиру похвальна, а исполнение обязанностей
является образцовым, но офицеры должны руководствоваться создавшимися
обстоятельствами.
Сейчас вам придется принять решение, майор. Еще раз повторяю, эти
сведения мне совершенно необходимы - причем как можно быстрее.
Разум победил там, где угрозы потерпели неудачу.
- Адмирал, полковник вылетел обратно в Панаму вместе с одним из наших
МС-130 Цель мне неизвестна, и я не знаю подробностей. Это - нормальное
явление при проведении специальных операций, сэр. Практически все, чем мы
занимаемся, хранится в тайне от остальных служащих авиакрыла - ознакомлены
лишь те, кто принимает участие в данной операции. А в этом случае
секретность соблюдается еще строже. Я сказал вам, сэр, все, что мне
известно.
- Куда они вылетели?
- Хауэрд, сэр.
- Хорошо. Как связаться с ними?
- Сэр, они могут вызвать нас, однако мы вызвать их не можем.
- Но это невероятно! - запротестовал Каттер.
- Нет, адмирал, такое случается у нас сплошь и рядом. Вместе с
вертолетом вылетел МС-130, и они составили самостоятельную, полностью
автономную единицу.
На борту "Геркулеса" находятся техники, обеспечивающие уход за
механизмами и их ремонт, так что необходимость связи с базой отсутствует. В
случае крайней нужды - скажем, несчастье в семье кого-то из личного состава
группы - мы можем попытаться установить связь через оперативный отдел базы
Хауэрд, но в данном случае нам еще не приходилось прибегать к этому. Если
хотите, сэр, я постараюсь установить радиоканал, однако для этого может
потребоваться несколько часов.
- Спасибо, но через несколько часов я буду уже в Панаме.
- В том районе объявлена угроза урагана, - предупредил майор.
- Ничего страшного. - Каттер вышел из помещения и направился к
автомобилю.
Его самолет уже заправился и через десять минут взлетел.
***
Выбранный Джоунсом курс - он летел на северо-восток вдоль огромной
долины в гигантской горной системе Андов, протянувшихся по всей Колумбии, -
был сейчас менее сложным, и полет проходил достаточно гладко, но полковнику
приходилось думать о трех проблемах, которые скоро придется преодолеть.
Во-первых, вертолет не обладал достаточной мощностью, чтобы перелететь через
горы, расположенные на западе, при том полетном весе, который он теперь
приобрел. Во-вторых, меньше чем через час ему предстоит дозаправка.
В-третьих, погода в районе, который придется пересечь, быстро ухудшалась.
- "Босс", это "Коготь". Как слышите?
- Слышу хорошо, "Коготь".
- Когда предполагаете заправляться, сэр? - спросила капитан Монтань.
- Сначала хочу поближе подлететь к берегу и, если сожгу побольше
топлива, направлюсь для заправки на запад.
- Понятно, однако хочу предупредить вас, что начинаем обнаруживать лучи
радиолокаторов, - возможно обнаружение. Правда, это радары пунктов контроля
за полетами, но моя "птичка" слишком велика, и ее могут увидеть по отражению
лучей от обшивки корпуса, сэр.
Проклятье! Джоунс почему-то забыл об этом.
- У нас возникает проблема, - обратился Пи-Джи к Уиллису.
- Да. В двадцати минутах полета находится перевал, через который мы,
возможно, сумеем перелететь.
- Какова высота?
- На карте дается восемь тысяч сто. Дальше есть место гораздо ниже, но
теперь, когда возникла опасность обнаружения... да и погода. Не знаю,
полковник.
- Сейчас увидим, насколько высоко можем подняться, - заметил Джоунс. На
протяжении последнего получаса он старался не форсировать двигатели, однако
теперь наступил решающий момент. Пи-Джи повернул до предела ручку мощности,
наблюдая за показаниями приборов двигателя номер два. Стрелка не достигла на
этот раз даже семидесяти процентов.
- Утечка увеличилась, полковник, - сообщил Уиллис.
- Да, вижу. - Они старались получить от ротора максимальную силу тяги,
но не знали того, что и ротор получил повреждение и не мог развить эту силу.
"Пейвлоу", напрягаясь изо всех сил, поднимался вверх, достиг высоты в
семь тысяч семьсот футов, прекратил подъем и затем начал опускаться, отдавая
каждый фут в тяжелой борьбе, но постепенно теряя высоту.
- Может быть, если сожжем побольше топлива... - высказал надежду
Уиллис.
- Не рассчитывайте на это. - Пи-Джи включил микрофон. - "Коготь",
говорит "Босс". Мы не сможем перелететь через горы.
- Тогда мы прилетим к вам.
- Нет. Заправляться нужно ближе к побережью.
- "Босс", это "Маленькие глазки". Я слышал о ваших затруднениях. Каким
топливом вы пользуетесь? - спросил Ларсон. В соответствии с планом с момента
эвакуации последней группы он летел недалеко от вертолета.
- Слушай, сынок, сейчас я готов жечь в своих турбинах даже мочу - если
ее много.
- Можете долететь до побережья?
- Сможем. На пределе, но, думаю, сумеем дотянуть.
- Могу направить вас на аэродром в один-ноль-ноль милях от побережья.
Там сколько угодно авиабензина. Кроме того, у меня в самолете раненый - у
него открылась рана, кровоточит, и он нуждается в помощи.
Джоунс и Уиллис взглянули друг на друга.
- Где этот аэродром?
- При сохранении скорости - минутах в сорока. Называется Эль-Пиндо.
Маленький аэродром для частных самолетов. В ночное время он,
по-видимому, пуст.
Там у них подземный резервуар на десять тысяч галлонов. Это концессия
фирмы "Шелл". Я бывал там много раз.
- На какой высоте расположен аэродром?
- Меньше пятисот футов - хороший густой воздух для вашего ротора,
полковник.
- Нужно попробовать, - согласился Уиллис.
- "Коготь", вы слышали это? - спросил Джоунс.
- Да.
- Мы намерены попытаться. Летите на запад. Оставайтесь в радиусе
радиосвязи, но постарайтесь избежать радиолокационного обнаружения.
- Ясно, летим на запад, - ответила Монтань. Райан сидел сейчас у своего
пулемета. В вертолете находились восемь раненых, но ими занимались два
санитара, и помощь Райана была не нужна. Кларк опустился рядом.
- Что будем делать с Кортесом и Эскобедо?
- Кортес нам нужен, а что делать со вторым - не знаю. Как мы сумеем
объяснить его похищение?
- Ты что, собираешься подвергнуть его суду? - спросил Кларк.
Его голос был едва слышен сквозь рев двигателей и вой ветра.
- Любой другой шаг явится заранее обдуманным убийством. Не забудь, он у
нас в плену, а ликвидация пленника - убийство.
Опять юридические тонкости, подумал Кларк. И все-таки он понимал, что
Райан прав. Нельзя убивать пленных, это противоречит правилам.
- Значит, отправим его назад?
- Тогда вся операция будет раскрыта, - ответил Райан. Он знал, что
нельзя говорить об этом так громко. Следовало бы обдумать, спокойно и
хладнокровно принять решение, однако окружение, в котором он находился, и
события, происшедшие за ночь, измучили его. - Я не знаю, что предпринять.
- А куда мы сейчас летим? То есть я хочу сказать, куда летит вертолет?
- Не имею представления. - Райан включил микрофон и задал тот же
вопрос.
Ответ изумил его, и он передал Кларку слова Джоунса.
- Слушай, Джек, положись на нас. У меня появилась мысль. Когда вертолет
совершит посадку, я заберу его. Мы с Ларсоном уладим эту часть операции. Я
уже понял, как сделать это.
- Но...
- Вряд ли ты захочешь узнать подробности, верно?
- Только убивать его нельзя!
- Не беспокойся, я не сделаю этого, - ответил Кларк. Райан не знал, как
истолковать его ответ. Но предложение Кларка позволяло выйти из
затруднительного положения, и он согласился.
Первым совершил посадку Ларсон. Аэродром освещался плохо, всего
несколькими фонарями, но Ларсону удалось совершить посадку, и он, мигая
бортовыми огнями, вырулил к месту заправки. Он даже не успел остановиться,
когда в пятидесяти ярдах приземлился вертолет.
Ларсон был поражен, когда в свете тусклых синих ламп увидел, что
обшивка вертолета изрешечена пулевыми отверстиями. К нему подбежал человек в
летном комбинезоне. Ларсон встретил его и отвел к месту, где находился
заправочный шланг - длинный, диаметром в дюйм, используемый для заправки
частных самолетов.
Энергопитание насосов было отключено, но Ларсон знал, где находится
рубильник, достал пистолет и начал стрелять в замок. Ему никогда раньше не
доводилось делать подобного, он только видел, как делают это в кино, но пять
пуль сбили замок с деревянной двери. Через минуту сержант Бин сунул шланг в
первый из наружных баков. В это мгновение появился Кларк с Эскобедо. Пока
сотрудники ЦРУ совещались, солдат держал дуло автомата у головы Эскобедо.
- Мы возвращаемся обратно, - сказал Кларк, обращаясь к летчику.
- Что?! - Ларсон повернулся и увидел, как двое солдат помогли Хуардо
выйти из кабины "Бичкрафта" и повели к вертолету.
- Нужно доставить нашего друга в Медельин. Правда, сначала мы кое-что
предпримем...
- Просто великолепно, - покачал головой Ларсон. Он подошел к самолету и
поднялся на крыло, чтобы открыть крышку топливных баков. Ему пришлось ждать
пятнадцать минут - обычно баки вертолета заправлялись через шланг намного
большего диаметра. Когда один из членов экипажа вертолета принес обратно
шланг, ротор снова начал вращаться, и вскоре винтокрылая машина скрылась в
ночной мгле. На севере сверкали молнии, и Ларсон был рад, что ему не нужно
лететь туда. Он поручил Кларку заняться топливом, а сам подошел к телефону,
чтобы позвонить. Самое забавное было то, что он в результате неплохо
заработает.
Правда, в том, что произошло на протяжении прошлого месяца, не было
ничего забавного.
- Ну теперь все в порядке, - произнес Пи-Джи по системе внутренней
связи.
- Это была последняя заправочная станция, и мы летим домой.
- Двигатели перегреваются, - предупредил его Уиллис. Турбины Т-64 СЕ-7
рассчитаны на авиационный керосин, а не на более капризное и взрывоопасное
высокооктановое топливо, которым пользуются маленькие частные самолеты.
Технические правила допускали использование такого горючего в течение
тридцати часов, по истечении которых турбины полностью выходят из строя,
однако в них ничего не говорилось относительно лопнувших пружин клапанов и
снижения воздушного давления Р3 - Похоже, мы сумеем их как следует охладить,
- заметил полковник, кивая в сторону клубящихся перед ними облаков.
- Считаете, что конструктивное мышление поможет, полковник?
поинтересовался Уиллис, стараясь говорить как можно спокойнее. Впереди была
не гроза, нет, между вертолетом и Панамой двигался ураган. Откровенно
говоря, это пугало капитана больше, чем пули. От урагана невозможно
отстреливаться.
- "Коготь", говорит "Босс", как слышите? - произнес Джоунс, вызывая
МС-130.
- Слышу вас хорошо, "Босс".
- Как там с погодой?
- Плохо, сэр. Советую лететь на запад, найти место, где сможете
пересечь горный хребет, и попытаться зайти с Тихого океана.
Уиллис окинул взглядом приборный дисплей и покачал головой.
- "Коготь", мы только что заправились, и наш полетный вес увеличился на
пять тысяч фунтов. Мы... похоже, нужно придумать что-то другое.
- Сэр, ураган перемещается на запад со скоростью в пятнадцать узлов, а
при полете по вашему теперешнему курсу вы попадаете в правый нижний квадрат.
Ясно, подумал Пи-Джи, придется все время преодолевать встречный ветер
ураганной силы.
- Сообщите вашу оценку.
- Оцениваем порывы ветра по вашему курсу полета в Панаму в семь-ноль
узлов.
- Вот это да' - не удержался Уиллис. - Можем дотянуть домой, а можем и
не дотянуть. Второе более вероятно.
Джоунс кивнул. Встречный ветер будет тяжелым испытанием, а
сопровождающий его дождь резко ухудшит работу двигателей. В результате
реальная дальность полета уменьшится вдвое, даже больше.. Заправиться при
урагане невозможно...
Самым правильным было бы совершить где-то посадку и переждать, но он не
мог пойти на это... Джоунс снова включил канал радиосвязи.
- "Коготь", это "Босс". Направляемся на запасную посадочную площадку.
- Вы сошли с ума! - послышался голос Франси Монтань.
- Я бы не советовал, сэр, - заметил Уиллис.
- Отлично. Когда-нибудь дадите показания по этому поводу. Расстояние
всего сто миль, и, если потерпим неудачу, воспользуемся ветром, чтобы
увеличить свою скорость. "Коготь", мне нужны координаты запасной площадки.
- Сумасшедший, - выдохнула про себя Монтань и повернулась к связистам
Вызовите "Панаш". Мне нужны его координаты, и как можно скорее.
***
Мюррей не испытывал никакой радости. Правда, Уэгенер сказал ему, что
"Адель" не является по-настоящему грозным ураганом, но все-таки Мюррей видел
перед собой зрелище, которого никак не ожидал. Высота волн достиг ала сорока
футов, и "Панаш", когда-то показавшийся ему у причала непоколебимым стальным
утесом, теперь больше походил на игрушечный кораблик в ванне. Низко за ухом
у сотрудника ФБР был прикреплен скополаминовый пластырь для предупреждения
морской болезни, однако в данный момент его влияние на самочувствие Мюррея
казалось явно недостаточном. Уэгенер сидел в своем кресле на мостике и курил
трубку, напоминая старого моряка, тогда как Мюррей судорожно вцепился в
поручень над головой и походил на циркового артиста на раскачивающейся
трапеции.
Корабль не находился теперь в расчетной точке. Уэгенер объяснил гостю,
что им надлежало быть в постоянно перемещающемся небольшой секторе - он
назвал его "оком" урагана, - и Мюррей испытывал чувство благодарности за то,
что высота волн здесь начала уменьшаться. Он пробрался к двери и посмотрел
на громоздящиеся облака.
- "Панаш", это "Коготь", как слышите меня, - донеслось из
громкоговорителя. Уэгенер поднялся и взял микрофон.
- "Коготь", говорит "Панаш". Слышимость слабая, но мы вас понимаем.
Говорите.
- Сообщите, где находитесь.
Уэгенер продиктовал летчику - судя по голосу, женщине - координаты
корабля. Боже мой, теперь их можно найти повсюду, подумал он.
- "Босс" летит к вам.
- Понял вас. Сообщите "Боссу", что условия для приема и посадки хуже
минимально допустимых. Повторяю, условия плохие.
- Ясно, ждите ответа, - послышался снова через пару минут женский
голос. "Панаш", говорит "Коготь". "Босс" передает, что хочет попробовать.
- Согласен, уж попытаться-то стоит. Сообщите предполагаемое время
подлета.
- Примерно шесть-ноль минут.
- Понял вас, будем наготове. Держите нас в курсе дела. Конец. - Уэгенер
взглянул на мостик. - Мисс Уолтерс, принимаю командование. Вызовите ко мне
старшин Орезу и Райли.
- Капитан принял командование, - произнесла младший лейтенант Уолтерс.
Она испытывала разочарование. Вот стоит она в центре тропического урагана,
наслаждаясь самыми радостными в своей молодой жизни переживаниями. Она даже
не испытывала приступов морской болезни, хотя многих укачало. Ну почему бы
шкиперу не дать ей довести вахту до конца?
- Лево руля, - скомандовал Уэгенер. - Курс три-три-пять. Обе машины две
трети вперед.
- Лево руля, перехожу на курс три-три-пять. - Рулевой повернул штурвал,
затем протянул руку к машинному телеграфу. - Две трети, сэр.
- Хорошо. Как чувствуете себя, Обрески? - спросил капитан.
- Как на качелях, .вот только не знаю, когда это кончится, сэр. - Юный
матрос ухмыльнулся, но не Оторвал взгляда от компаса.
- Я доволен вами. Но когда устанете, скажите.
- Слушаюсь, сэр.
Минуту спустя на мостике появились Ореза и Райли.
- В чем дело? - спросил первый.
- Через тридцать минут готовимся к приему вертолета, - сообщил им
капитан.
- Черт побери! - воскликнул Райли. - Извини меня, Рэд, но... вот
чертовщина!
- О'кей, главный старшина, теперь вы облегчили свою душу, я
рассчитываю, вы примете все меры для выполнения своих обязанностей, - сурово
произнес Уэгенер. Райли воспринял упрек, как и полагается профессионалу.
- Извините, капитан, приложу все силы. Может быть, помощник займет
место на вышке?
Уэгенер кивнул. Помощник капитана лучше всех сможет руководить
совместными действиями с вышки контроля летных операций.
- Вызовите его.
Райли ушел, и Уэгенер повернулся к своему старшине-рулевому.
- Португалец, займешь место рулевого, когда перейдем к "отелю Корпин".
Я уже принял командование.
- Это совсем не "отель Корпин", сэр.
- Именно поэтому я хочу, чтобы ты стоял у штурвала. Сменишь Обрески
через полчаса и прочувствуешь движение корабля. Нужно предоставить самые
благоприятные условия.
- Боже милосердный! - Ореза выглянул в иллюминатор. - Положись на меня,
Рэд.
Джоунс летел на небольшой высоте, всего пятьсот футов от поверхности.
Он отключил автопилот, больше полагаясь теперь на свой опыт и инстинкт,
передал управление дроссельными клапанами Уиллису и обратил самое
пристальное внимание на приборы. Через мгновение вертолет оказался внутри
урагана. Только что он летел в чистом воздухе, и тут же по обшивке
забарабанил дождь.
- А ведь совсем не так уж плохо, - выдал Джоунс невероятную ложь по
внутренней связи.
- Нам даже платят за такие полеты, - произнес Уиллис с непроницаемым
лицом, скрывая иронию.
Пи-Джи окинул взглядом навигационный дисплей. Ветер сейчас дул с
северо-запада, несколько тормозя движение вертолета, но скоро это изменится.
Он пробежал глазами указатель воздушной скорости и другой указатель,
действующий от доплеровского радиолокатора, направленного на землю.
Спутниковая и инерционная навигационные системы передавали на дисплей
местоположение вертолета и куда он направлялся - красная точка на экране. На
другом экране демонстрировались результаты действия радиолокационной
системы, которая направляла свое излучение перед вертолетом, оценивая
интенсивность урагана, причем худшие его участки обозначались красным.
Джоунс попытается облететь их, но и желтые участки были достаточно
неприятными, а пролетать через них приходилось.
- Смотрите! - крикнул Уиллис. Оба пилота схватились за ручку управления
шагом и дросселем и увеличили мощность до предела. Вертолет попал в
нисходящий поток воздуха. Две пары глаз не отрываясь смотрели на прибор,
указывающий изменение вертикальной скорости в футах за минуту. На мгновение
скорость достигла тысячи в минуту - меньше тридцати секунд оставалось до
гибели вертолета, летящего на высоте в пятьсот футов. Однако местные
воздушные потоки обладают малой мощностью. Вертолет прекратил снижение на
высоте двухсот футов и начал медленно карабкаться вверх. Пи-Джи пришел к
выводу, что безопасной крейсерской высотой будет семьсот футов вместо
пятисот.
- Едва, - произнес он одно-единственное слово. Уиллис что-то
пробормотал вместо ответа. За их спинами все были пристегнуты к полу. Райан
сделал это с самого начала и держался мертвой хваткой за турель пулемета,
словно надеясь таким образом на спасение. Через открытую дверцу он глядел
наружу, фактически в пустоту. Там виднелась только серая мгла, рассекаемая
иногда вспышками молний.
Вертолет бросало вверх и вниз, швыряло подобно детскому бумажному змею,
кувыркающемуся в потоках воздуха, хотя он в отличие от змея весил сорок
тысяч фунтов. Однако здесь Райан был бессилен. Его судьба находилась в руках
других людей, и его знания, его опыт не имели ни малейшего значения. Даже
после приступа рвоты ему не стало лучше, хотя и он, и все остальные уже не
могли удержаться от этого. Ему просто хотелось, чтобы все кончилось как
можно быстрее, и лишь рассудок говорил, что совсем не безразлично, каким
будет конец.
Рывки и броски продолжались, однако по мере проникновения вертолета
внутрь урагана направление ветра менялось. Он дул с северо-востока, но
быстро переходил по направлению против часовой стрелки и скоро был с левой
стороны вертолета. Это увеличивало скорость полета. При воздушной скорости в
сто пятьдесят узлов они набрали теперь скорость по отношению к земной
поверхности в сто девяносто и продолжали ускоряться.
- Это будет чудесно для экономии топлива, - заметил Джоунс.
- Пятьдесят миль, - ответил Уиллис.
- "Босс", это "Коготь", как слышите?
- Слышу вас хорошо, мы сейчас на расстоянии в пять-ноль миль от
запасной площадки. Полет несколько тряский... - Да уж, тряский, врет и не
краснеет, подумала капитан Монтань. Ее самолет, который находился за сотню
миль в заметно более спокойных погодных условиях, и то изрядно трепало. - А
в остальном у нас все в порядке, - сообщил Джоунс. - Если нам не удастся
совершить посадку, думаю, можно попытаться воспользоваться ветром недалеко
от центра урагана, набрать скорость, вылететь с другой стороны и направиться
к берегу Панамы. - В ветровое стекло ударил поток воды, и полковник
нахмурился. Одновременно вода попала в двигатели.
- Аварийное выключение! Двигатель номер два остановился!
- Включите его, - произнес Джоунс, стараясь сохранять спокойствие. Он
опустил нос вертолета и набрал скорость за счет высоты, стараясь побыстрее
выйти из зоны особенно плохой погоды. Такое тоже должно быть явлением
местного характера. Должно быть...
- Делаю все, что в моих силах, - прохрипел Уиллис.
- Теряю мощность в номере первом, - произнес Джоунс. Он повернул до
предела ручку дроссельного клапана и сумел отчасти восстановить мощность.
Теперь его двухмоторный вертолет летел на одном двигателе, способном
развить лишь восемьдесят процентов номинальной мощности. - Постарайтесь
включить номер второй, капитан. Сейчас мы снижаемся со скоростью сто футов в
минуту.
- Работаю, - повторил Уиллис. Дождь чуть ослаб, двигатель номер два
включился, но развивал только сорок процентов номинальной мощности. - Думаю;
потеря давления Р, стала больше. Дело - труба, полковник. Осталось сорок
миль.
Теперь у нас нет иного выхода, как совершить посадку на запасной
площадке.
- По крайней мере, у нас есть выбор. Я так и не научился плавать как
следует. - Пи-Джи чувствовал, что у него вспотели руки. Даже внутри сшитых
специально для него перчаток они скользили. Наступило время оповестить всех
находящихся на борту.
- Говорит командир, - раздался по внутренней связи голос полковника
Джоунса. - Мы в пятнадцати минутах от площадки. До посадки один-пять минут.
***
Райли подобрал группу из десяти опытных матросов со страховочными
тросами вокруг пояса, старшина лично проверил каждый узел и Каждую застежку.
Хотя на всех были спасательные жилеты, для спасения человека, упавшего за
борт в такую погоду, потребуется личное вмешательство Господа, испытывающего
к неудачнику особое расположение, несмотря на то, что в эту ночь Он особенно
занят, подумал Райли. Наготове держали двухдюймовые тросы и крепежные цепи,
всюду, где это возможно, уже прикрепленные к палубе. Райли вывел свою
команду на палубу и поставил их под прикрытием обращенной к корме
надстройки.
- У нас все готово, - доложил он по телефону помощнику капитана на
вышке управления летными операциями, затем повернулся к матросам:
- Если кто-нибудь окажется настолько глуп, что упадет за борт, я тут же
прыгну следом и удавлю кретина собственными руками!
***
Их окружал мальмстрем ветров. Судя по навигационному дисплею, сейчас
они находились к северу от цели и двигались со скоростью, достигающей почти
двухсот пятидесяти узлов. Вертолет швыряло из стороны в сторону с
невероятной силой.
Однажды нисходящий поток воздуха бросил их вниз, и Джоунсу удалось
остановить падение всего в сотне футов от пенящихся черных волн. Болтанка
достигала такой степени, что даже пилот начал испытывать позывы к тошноте.
Ему еще никогда не приходилось летать в подобных условиях, и ситуация была
куда хуже, чем говорилось в наставлениях.
- Далеко еще?
- Мы где-то совсем рядом, сэр! - произнес Уиллис. - Он должен быть к
югу от нас.
- Понятно. - Джоунс перевел налево ручку управления. Внезапное
изменение в направлении полета по отношению к ветру едва не опрокинуло
вертолет, но летчик сумел удержать его и перевел на другой курс. Две минуты
спустя они вырвались из пелены дождя.
- "Панаш", говорит "Босс", где вы, черт возьми?
***
- Включить все огни, немедленно! - крикнул Уэгенер, как только услышал
вызов. В следующую секунду "Панаш" осветился подобно новогодней елке.
- А вы здорово смотритесь там, внизу! - раздался голос спустя несколько
секунд.
"Адель" была слабым, небольшим, беспорядочным ураганом, превращающимся
снова в тропический шторм из-за переменчивых погодных условий, царящих в
этом районе. При этом ее ветры оказались слабее, чем опасались, однако и
"око" урагана оказалось маленьким и плохо выраженным, а для посадки им
требовалось отыскать именно этот участок в центре циклона.
Распространено ошибочное мнение, что в "оке" урагана царит безветрие.
Это не так, хотя, испытав мощные ветры в стене облаков, окружающих
внутреннюю часть урагана, ветры в пятнадцать узлов кажутся наблюдателю даже
спокойнее безветрия.
Однако эти ветры неустойчивы и постоянно Меняют направление, а волны
вблизи "ока" урагана хотя и не такие высокие, как снаружи, но беспорядочны и
создают то, что моряки называют "толкотней". Уэгенер расположил фрегат
примерно в миле от северо-западного края "ока", составляющего едва ли четыре
мили в диаметре.
Шторм перемешался со скоростью около пятнадцати узлов. Единственная
хорошая новость заключалась в том, что внутри центральной части урагана
царила ясная погода. Дождь прекратился, моряки на мостике видели волны и
вносили необходимые поправки.
Помощник капитана, находящийся на вышке управления летными операциями
позади рубки, надел наушники с микрофоном и установил канал радиосвязи с
вертолетом.
- "Босс", говорит "Панаш". Я буду направлять вас при сближении в заходе
на посадку. Ветер у нас пятнадцать узлов, и направление его все время
меняется.
Корабль подвергается килевой и бортовой качке при волнах высотой футов
в пятнадцать. У нас есть примерно десять-пятнадцать минут, так что спешить
некуда. - Последняя фраза имела своей целью всего лишь успокоить экипаж:
вертолета. Сам лейтенант сомневался, что кому-нибудь удастся совершить
посадку на палубу фрегата.
- Шкипер, если мы увеличим скорость на несколько узлов, я смогу
удерживать корабль в более устойчивом положении, - сообщил Португалец,
стоявший у штурвала.
- Мы не должны оставлять центральный район урагана.
- Понимаю, но мне требуется скорость чуть побольше.
Уэгенер вышел на крыло мостика, чтобы оценить обстановку. Вертолет был
уже виден, его мигающие огни прорезали ночную темноту. Он описывал круг,
облетая судно, чтобы пилот мог лучше прочувствовать ситуацию. Если что-то и
помешает посадке, понял Уэгенер, так это бортовая качка. Португалец прав
относительно скорости. Капитан повернулся и открыл дверь, ведущую в рубку.
- Обе машины вперед, две трети мощности.
***
- Боже мой, какой маленький корабль, - услышал Джоунс изумленный вздох
Уиллиса.
- Ничего страшного, лишь бы весла не мешали. - Пи-Джи снизился, описал
последний круг и вышел на прямой курс с кормы фрегата. Он выровнял вертолет
на высоте в сотню футов и тут же обнаружил, что тот почти утратил
способность зависать на месте. Мощности явно недоставало, и машину
раскачивало из стороны в сторону.
- Держите свой проклятый корабль поустойчивей! - рявкнул Джоунс в
микрофон.
- Мы пытаемся, сэр, - донесся голос помощника капитана. - Сейчас ветер
дует в левую скулу. Попробуйте зайти с левого борта и все время находиться
под углом к палубе.
- Ясно, постараюсь последовать совету. - Джоунс еще раз отрегулировал
мощность и зашел на посадку.
- О'кей, все по местам! - скомандовал Райли своим матросам. Они
разделились на три группы - по группе на каждую пару колес.
Джоунс увидел, что палуба недостаточно велика для посадки вдоль оси
корабля в направлении н...
