Том Клэнси. Слово президента
страница №63
...ко, и они прижали противника кнепроходимым болотам.
Майор Сабах, слушая на станции "Пальма" радиопереговоры сражающихся
войск, воспринимал происходящее, словно из вторых рук. Оказалось, что лишь
одна бригада Четвертой бронетанковой дивизии иранской армии, сформированная
главным образом из резервистов, успела переправиться через реку и продолжала
безмятежно и ни о чем не догадываясь двигаться навстречу кувейтским танкам.
Справедливость восторжествовала, подумал Сабах, теперь с противником
происходило то же самое, что и с его крохотной страной утром 1 августа 1990
года. Через три часа после заката все было кончено; единственная дорога в
южный Ирак, пригодная для движения тяжелой военной техники, была полностью
блокирована, и тем самым Армия Аллаха теряла надежды на подход подкреплений.
В течение ночи "умные" бомбы для дополнительной страховки уничтожат еще и
мосты. Это была небольшая битва его маленького народа, но победа в ней
задала тон союзным войскам.
Бронетанковый полк "Буйволы" уже начал передислокацию своих наземных
сил на запад, его авиационная эскадрилья вернулась на базу для заправки и
пополнения боезапаса, а победоносная кувейтская армия охраняла теперь тылы
союзников и снова рвалась в бой.
x x x
Первый корпус Армии Аллаха до сих пор держали в резерве. В его состав
входила бывшая Первая иранская бронетанковая дивизия "бессмертных", а также
еще одна бронетанковая дивизия, состоящая главным образом из уцелевших
офицеров республиканской гвардии и нового поколения рядовых солдат, которых
не коснулась черная тень войны 1991 года. Второй корпус прорвался через
границу и возглавлял наступление на военный городок короля Халеда, хотя в
результате боев потерял больше трети своего личного состава и техники.
Добившись этого, он отошел на левый фланг и открыл дорогу Первому и Третьему
корпусам, которые еще не понесли потерь, разве что от нескольких налетов
авиации союзников. Теперь Второй корпус будет охранять фланг наступающих
войск, обращенный на восток, к морю, от контратаки, которую все ожидали.
Когда настала ночь, все части согласно военной теории выслали
разведывательные группы.
Передовые подразделения, наступающие поочередно, обошли военный городок
короля Халеда и были удивлены, не встретив сопротивления. Осмелев, командир
разведывательного батальона послал группы внутрь самого городка, и
обнаружилось, что город опустел - жители накануне покинули его. Это
командиру показалось вполне логичным: остановить Армию Аллаха, несмотря на
отчаянное сопротивление саудовцев, им не под силу Удовлетворившись таким
объяснением, командир решил продолжить движение на юг, правда, на этот раз
более осторожно. В конце концов все же придется столкнуться с противником.
x x x
Военная полиция бригады Эддингтона выполнила свою задачу, направив
остатки саудовской группировки на юг и освободив путь для американской
бронетехники. Полковник заметил хмурые лица солдат, удрученно смотревших
себе под ноги, пока они не увидели войска, расположенные между городком
Халеда и Эль-Артавийей. "Волчья стая" не могла скрыть все, чем располагала
бригада. Последней пересекла заградительный кордон в 21.00 по местному
времени саудовская военная полиция. Полицейские сказали, что позади больше
никого нет. Однако они ошиблись.
Впереди шли легкие бронетранспортеры, а танки с повернутыми назад
башенными орудиями замыкали колонну. У майора Абдуллы было желание
остановиться, занять оборонительную позицию и еще раз дать отпор
наступающему противнику. Однако он понял, что для этого у него недостаточно
огневой мощи и ему не под силу остановить вражеские танки. Его людей
измотали двадцать четыре часа непрерывных боевых действий, труднее всего
приходилось механикам-водителям. Удобные сиденья машин располагали
измученных людей ко сну, и они засыпали, просыпаясь лишь от окриков
командиров или от толчков, когда танк сползал в кювет. Кроме того, майора
беспокоила встреча с подразделениями союзных войск - за последние сутки он
понял, что поле боя далеко не лучшее место для такого рода контактов.
В тепловизионных прицелах <Тепловизионный прицел - танковый прицел,
улавливающий инфракрасное излучение, которое исходит от целей, что позволяет
вести стрельбу в ночное время и в условиях плохой видимости.> машины,
зигзагообразно движущиеся по шоссе, появились сначала в виде белых пятен.
Эддингтон предполагал, что могут появиться отставшие саудовцы, и потому
предупредил экипажи машин, образующих заградительный кордон, чтобы они были
готовы ко всяким неожиданностям, однако только вечером, когда в небо
поднялись "хищники", убедился в этом. Приборы беспилотных самолетов,
распознающие инфракрасное излучение, сразу заметили характерные плоские
очертания танковых башен М1А2, принадлежащих саудовцам. Полковник тут же
передал эту информацию "совам", своим разведывательным группам, что сразу
снизило напряжение их экипажей, особенно после того, как бесформенные пятна
на экранах приборов ночного видения начали постепенно превращаться в
знакомые очертания американских танков и бронетранспортеров. Но даже и в
этом случае оставалась вероятность, что они могли быть захвачены противником
и использованы для враждебных целей.
Танкисты бросили на дорогу горящие шашки. Саудовские машины,
двигающиеся с выключенными фарами, заметили яркое пламя, лишь когда почти
уперлись в них. Несколько саудовцев, приданных "Волчьей стае" в качестве
офицеров связи, опознали прибывших и разрешили им следовать на юг. Спустя
десять минут подошел и бронетранспортер Абдуллы. Майор спрыгнул на землю, за
ним последовал полковник Берман. Американские гвардейцы, не мешкая,
предложили им пищу и воду, налили из термосов армейский кофе с тройным
содержанием кофеина.
- Они далеко отстали от нас, но продолжают наступать, - сказал Берман.
- У моего саудовского друга был - ну, скажем, у него был тяжелый день.
Майор Абдулла едва держался на ногах от изнеможения. Еще никогда ему не
приходилось испытывать такого физического и умственного напряжения.
Пошатываясь, он направился к командирскому бронетранспортеру "сов" и,
склонившись над картой, постарался возможно понятнее объяснить создавшуюся
обстановку.
- Мы должны остановить их, - закончил он.
- Майор, я посоветовал бы вам проехать еще десять миль - там вы увидите
самую большую танковую группировку в своей жизни. Между прочим, вы здорово
сражались, - сказал адвокат из Шарлотты молодому офицеру. Майор Абдулла
молча кивнул и направился к своему бронетранспортеру. - Это действительно
была жаркая схватка? - спросил офицер Национальной гвардии у полковника
Бермана, когда саудовец исчез в темноте.
- Эти парни уничтожили пятьдесят вражеских танков, и это только те, что
я видел собственными глазами, - ответил Берман, отпивая кофе из
металлического стаканчика. - Впрочем, сюда движется гораздо больше.
- Вот как? - Недавний адвокат, а ныне подполковник поднял брови. - Это
совсем неплохо. Позади вас не осталось союзных подразделений?
- Нет, никого, - покачал головой Берман.
- Отправляйтесь дальше по шоссе, Берман. Через десять миль можете
остановиться и понаблюдать за происходящим, ясно?
В своих маскировочных комбинезонах цвета пустыни, с лицами,
раскрашенными темными полосами, чтобы их не было заметно в темноте, в
похожих на германские времен Второй мировой войны касках национальные
гвардейцы ничем не отличались от профессиональных американских солдат.
Картами пользовались при свете красных фонарей. Было темно, как бывает
обычно ночью в пустыне под безоблачным небом, и лишь свет звезд позволял
определить, где кончается земля и начинается небо. Позднее появится узкий
серп луны, однако оттого не станет многим светлее. У старшего офицера
заградительного кордона был командирский "хаммер" со средствами связи.
Поблизости полковник Берман видел бронетранспортер "брэдли", рядом с ним
несколько солдат. Все они, судя по произношению, были американцами.
- "Сова-шесть", это "Двойка-девятка", прием.
- "Двойка-девятка", это "Шестерка", говорите, - отозвался командир,
взяв в руку микрофон.
- Видим движение в пяти милях к северу от нашей позиции. На горизонте
две машины, остановились, смотрят вперед.
- Понял, "Двойка-девятка", держите нас в курсе. Конец связи. - Он
повернулся к Берману. - Отправляйтесь, полковник. У нас много работы.
x x x
Это заградительная группировка на фланге вражеского Второго корпуса,
подумал полковник Хэмм. Теперь за ней следили его передовые разведывательные
вертолеты "киова", военный вариант вертолетов "Белл-206", вертушек, которые
в Америке чаще других используются для сообщений о поведении транспорта на
шоссе - они отлично скрываются за холмами и возвышенностями, зависнув над
самой землей и высунув лишь электронный перископ, установленный у них на
"горбу". Телевизионные системы записывают "увиденное" им на пленку и
передают информацию в штаб. У Хэмма было шесть таких вертолетов в составе
выдвинутой вперед разведывательной группы его Четвертого авиационного
батальона, они образовали расположенную в десяти милях перед наземными
разведывательными подразделениями завесу все еще в тридцати милях к
юго-востоку от военного городка короля Халеда.
Пока Хэмм в своем командирском бронетранспортере "Звездные войны"
наблюдал за дисплеем, техники преобразовывали полученные от разведывательных
вертолетов данные, чтобы в графическом виде передать всем боевым машинам
полка. Информация поступила и от беспилотных "хищников". Они кружили высоко
в небе, осматривая дорожную сеть и пустыню к югу от захваченного городка,
причем один из них, находясь прямо над городком, передал, что его улицы
забиты заправщиками и грузовиками с боеприпасами. Очевидно, противник счел,
что это лучшее укрытие так труднее обнаружить.
Хорошо, что теперь действовали электронные сенсорные системы. Армия
Аллаха продвигалась слишком быстро, чтобы соблюдать радиомолчание.
Командирам приходилось вести переговоры. Машины, откуда исходили
радиосигналы, непрерывно перемещались, но теперь они двигались в
предсказуемом направлении и распоряжения отдавались почти непрерывно.
Командиры приказывали своим подчиненным, куда и когда передвигаться, что
делать, получали информацию от них и передавали ее выше по командной цепи.
Хэмму уже удалось точно установить, где располагаются штабы двух бригад, и
он был почти уверен в местонахождении штаба одной бронетанковой дивизии.
Полковник изменил масштаб, чтобы получить на дисплее более общую
картину. Две дивизии противника наступали к югу от городка короля Халеда.
Это Первый корпус, который занимал фронт шириной в десять миль, обе его
дивизии двигались рядом друг с другом бригадными колоннами - бронетанковая
бригада впереди, самоходная артиллерия за ней. Второй корпус наступал слева
от него, вытянувшись в линию, чтобы прикрыть фланг. Третий корпус Армии
Аллаха находился, по-видимому, в резерве. Дислокация была стандартной и
предсказуемой. До первого огневого контакта с "Волчьей стаей" оставался
примерно час, Хэмм решил, что до этого момента будет выжидать, дав
возможность Первому бронетанковому корпусу пройти с севера на юг -
переместиться справа налево по отношению к его позиции.
Союзные войска не успели должным образом подготовить поле битвы,
установить соответствующие препятствия и ловушки. У бригады Национальной
гвардии отсутствовал саперный батальон и не было противотанковых мин, чтобы
усеять местность перед наступающим противником. Они прибыли всего десять
часов назад, а времени занять позицию было и того меньше. В их распоряжении
имелся только план непосредственных боевых действий. Там говорилось, что
танки "Волчьей стаи" могут вести огонь прямой наводкой по собственному
выбору, но огонь по вражеским войскам в глубине их территории должен быть
сосредоточен лишь к западу от шоссе.
- У меня готова картинка, сэр, - заметил начальник полковой разведки.
- Рассылайте ее, - отдал приказ полковник. Теперь на дисплее каждой
боевой машины, входящей в состав полка "Черная кавалерия", появилось то же
самое изображение, что и на дисплее командирского бронетранспортера. Затем
Хэмм поднял трубку радиотелефона.
- "Волчья стая-шесть", это "Черная кавалерия-шесть", прием.
- "Волчья стая-шесть" в канале. Спасибо за информацию, полковник, -
ответил Эддингтон по кодированному цифровому каналу. Обе бронетанковые части
имели теперь точную картину расположения всех союзных войск. - Считаю, что
до первого контакта осталось около часа.
- Готов вступить в бой, Ник? - спросил Хэмм.
- Эл, с трудом сдерживаю своих парней. Пушки заряжены и курки взведены,
- заверил его командир национальных гвардейцев. - Мои передовые отряды уже
заметили противника.
- Ты знаешь, что с ними делать, Ник. Желаю удачи.
- И тебе того же, "Черная кавалерия", - пожелал Эддингтон. Хэмм сменил
настройку и вызвал "Бафорд-шесть".
- Мне понятна общая картина, Эл, - через сотню миль разделяющей их
пустыни сообщил ему Марион Диггз. Ему совсем не нравилось, что солдат
приходится посылать в бой приказом издалека. Новому командующему оперативной
группировкой это показалось самым трудным.
- О'кей, сэр, мы заняли позицию и готовы драться. Противнику стоит
только стукнуть к нам в дверь.
- Понял вас, "Черная кавалерия". Ждем новостей. Конец связи.
Наиболее важную роль исполняли теперь "хищники". Операторы, управлявшие
этими беспилотными летательными аппаратами, находились в полку Хэмма. Они
отдали "хищникам" команду подняться выше, чтобы уменьшить вероятность их
визуального или акустического обнаружения. Камеры на крохотных самолетах
были направлены вниз, с их помощью велся подсчет сил противника и
определялось расположение отдельных подразделений Армии Аллаха. Дивизия
"бессмертных" находилась на левом фланге, а бывшая иракская дивизия
республиканской гвардии на правом, к западу от шоссе. Они неумолимо
продвигались вперед, вытянувшись в линию по-батальонно, в десяти милях за
разведывательной завесой, тесным строем, чтобы в случае необходимости
нанести мощный концентрированный удар по оборонительным позициям. За
передовой бронетанковой бригадой следовала дивизионная артиллерия. На
экранах, где появлялось изображение, передаваемое с "хищников", было видно,
что она делилась на две группы. Буквально на глазах одна из них остановилась
и развернулась в боевую позицию, чтобы прикрыть артиллерийским огнем
наступающие войска, а вторая снялась с позиции, которую занимала раньше, и
двинулась вслед за танками. Все это в точности соответствовало существующим
правилам военной стратегии. Через полтора часа они прибудут на место.
"Хищники" пролетели над артиллерийскими позициями, установив их координаты с
помощью спутниковой навигационной системы. Эти данные поступили на батареи
многоствольных ракетных минометов. Вверх взлетели еще два "хищника", в
задачу которых входило определить точные координаты командирских машин
противника.
x x x
- Ну, я не уверен, когда начнется передача моего репортажа, - сказал
Доннер, глядя в объектив камеры. - Я нахожусь внутри разведывательного
бронетранспортера "Браво-три-два" Третьего взвода роты "Б". Мы только что
получили сведения о том, что противник сейчас примерно в двадцати милях к
западу от нас, это по меньшей мере две бронетанковые дивизии, двигающиеся
вдоль шоссе на юг от военного городка короля Халеда. Мне стало известно, что
бригада Национальной гвардии Северной Каролины блокирует его. Она
развернулась вместе с Одиннадцатым бронетанковым полком. Обе эти части
незадолго до переброски сюда находились в Национальном центре боевой
подготовки, где проходили плановые учения.
Как описать вам настроение наших парней? Солдаты "Черной кавалерии",
где я сейчас нахожусь, напоминают мне врачей, как странно не звучит это
сравнение. Они в ярости из-за того, что произошло в их стране, но походят на
врачей, ждущих прибытия машины "скорой помощи", которая доставит
пострадавших в больницу для экстренного лечения. Внутри бронетранспортера
царит тишина. Мы только что получили приказ и через несколько минут
отправимся на запад на исходные позиции.
Мне хотелось бы сказать кое-что о себе. Как вам известно, недавно я
нарушил правила своей профессии и допустил серьезную ошибку. Меня ввели в
заблуждение, но это не оправдание - виноват только я сам. Сегодня утром я
узнал, что именно президент попросил, чтобы меня послали сюда - возможно,
чтобы я здесь погиб? - улыбнулся Доннер собственной очевидной шутке. - Нет,
дело обстоит совсем не так. Возникла ситуация, о которой мечтают люди моей
профессии, - я оказался на месте, где скоро произойдут события, меняющие ход
истории, в окружении своих соотечественников, которым предстоит решить
важную задачу, и каким бы ни был исход в этих обстоятельствах лично для
меня, как репортер я должен быть здесь. Президент Райан, я благодарен вам за
предоставленный мне шанс.
Том Доннер, из бронетранспортера роты "Б", полк "Черная кавалерия",
расположенный к юго-востоку от военного городка короля Халеда. - Доннер
опустил микрофон. - Все в порядке? - обратился он к военному оператору.
- Да, сэр, - ответил тот и пробормотал что-то в свой микрофон. - О'кей,
все ушло на спутник, сэр.
- Хорошо сказал, Том. - Командир бронетранспортера закурил сигарету. -
Иди сюда, я покажу тебе, как действует аппаратура... - Внезапно сержант
замолчал, сильнее прижав к уху шлемофон, чтобы лучше слышать. - Включай
двигатель, Стэнли, - приказал он механику-водителю, выслушав команду. -
Время пришло.
x x x
Он позволил им приблизиться. Командир разведывательной завесы,
находившейся в авангарде бригады "Волчья стая", в гражданской жизни был
адвокатом и занимался уголовным правом, хотя в свое время закончил военную
академию в Уэст-Пойнте. И все-таки любовь к военной службе так и не покинула
его. Сейчас ему было сорок пять, и вот уже почти тридцать лет он участвовал
в разного рода военных учениях, изматывающих ум и тело, которые отнимали
время от семьи и юридической профессии. И только теперь, находясь на
передней линии своей разведгруппы, он понял причину своего пристрастия.
Передовые разведывательные машины противника находились в двух милях
впереди. Офицер окинул взглядом приближающиеся бронетранспортеры - примерно
два взвода, в общей сложности машин десять на участке в три мили. Они
передвигались в темноте поочередно, по три-четыре машины. Может быть, у них
были приборы ночного видения. Он не был уверен в этом, но следовало исходить
из того, что противник располагает ими. С помощью своей тепловизионной
системы офицер различал очертания разведывательных машин БРМД-2 <БРМД-2 -
боевая машина десанта второго поколения, выпускаемая серийно Волгоградским
тракторным заводом.> с четырьмя ведущими колесами, вооруженных
крупнокалиберными пулеметами или противотанковыми ракетными пусковыми
установками. Он искал среди них бронетранспортер с несколькими хлыстовыми
антеннами - командирскую машину, где находится командир взвода или роты...
- Вижу машину с антеннами, - доложил командир "брэдли", находящегося в
четырехстах метрах справа от подполковника. - Расстояние две тысячи метров,
сокращается.
Адвокат, или подполковник, поднял голову и оглядел местность за
невысоким холмом с помощью тепловизионной системы наблюдения. Пора начинать.
- "Совы", это "Шестой", начинаем через десять, повторяю, через десять
секунд. "Четверка-тройка", приготовиться.
- "Четверка-тройка" готова, "Шестой". - Этот "брэдли" первым начнет
битву за военный городок короля Халеда. Его стрелок-наводчик выбрал
зажигательные трассирующие снаряды. Броня БРМД не так прочна, чтобы тратить
на нее бронебойные снаряды, что ждут своего часа в двойном магазине его
автоматической пушки "бушмастер". Он навел перекрестие прицела на вражеский
бронетранспортер, и бортовой компьютер тут же рассчитал расстояние до цели.
- Жри дерьмо и сдохни, - пробормотал наводчик в микрофон внутренней
связи.
- "Сова", это "Шестой". Открыть огонь, открыть огонь.
- Огонь! - скомандовал командир "брэдли" стрелку. Рядовой четвертого
разряда нажал на спусковой крючок своей двадцатипятимиллиметровой пушки и
выпустил короткую очередь. Все три трассирующих снаряда прочертили
светящуюся линию над ночной пустыней и попали точно в цель. Командирский
БРМД превратился в огненный шар, когда взорвался топливный бак - как ни
странно, но на этом бронетранспортере, изготовленном в России, не был
установлен дизельный двигатель. - Цель поражена! - доложил командир,
подтверждая, что стрелок не промахнулся. - Траверс налево, цель - следующий
"бурдум" <"Бурдум" - прозвище БРДМ.>! - Наводка! - отозвался стрелок,
замкнувшись на соседний бронетранспортер противника.
- Огонь! - И через секунду:
- Цель поражена, траверс направо! Следующий "бурдум" на два часа,
полторы тысячи! - Орудийная башня "брэдли" повернулась в другую сторону -
противник начал маневрировать.
- Наводка!
- Огонь! - Не стало и третьего бронетранспортера, всего через десять
секунд после первого.
Не прошло и минуты, как все вражеские бронетранспортеры, вышедшие на
разведгруппу, пылали ослепительным белым пламенем. Затем яркие вспышки
появились слева и справа.
- Вперед, преследуем их, - скомандовал подполковник. Двадцать "брэдли",
занимавших сектор шириной в десять миль, выдвинулись из своих укрытий и
устремились вперед. Их башни поворачивались в поисках вражеских
бронетранспортеров. Начался ожесточенный маневренный бой, он продолжался
десять минут и отбросил противника на три километра назад. Вражеские БРМД,
отступая, пытались отстреливаться, но это им почти не удалось. Они успели
пустить две противотанковые ракеты "сэггер", которые упали с большим
недолетом и взорвались в песке, а пули их крупнокалиберных пулеметов не
могли пробить лобовую броню американских "брэдли". Вражеский защитный
кордон, состоявший из тридцати бронетранспортеров, скоро оказался
уничтоженным, и поле битвы осталось за "совами".
- "Волчья стая", это "Сова-шесть". По-моему, мы покончили со всеми. Их
передового кордона больше не существует. У нас потерь нет, - добавил
подполковник. Черт побери, подумал он, ну и огневая мощь у этих "брэдли".
x x x
- Слышу радиопереговоры, сэр, - доложил оператор систем электронной
разведки, сидящий рядом с Эддингтоном.
- Противник требует артиллерийской поддержки, - перевел саудовский
офицер, находившийся тут же в командирском бронетранспортере.
- "Совы", приготовьтесь, по вам сейчас будет нанесен артиллерийский
удар, - предостерег полковник выдвинутую вперед разведгруппу.
- Понял, сэр. "Совы" движутся вперед.
x x x
Это было безопаснее, чем оставаться на месте. "Брэдли" и "хаммеры" по
команде устремились на север и прошли два километра, разыскивая
дополнительный защитный кордон противника. Он должен был находиться где-то
недалеко и вот-вот станет осторожно продвигаться вперед по команде своего
бригадного или дивизионного командира. Предстояло, понял подполковник
Национальной гвардии, сражение между двумя разведгруппами, что-то вроде
разминки перед главным боем, подобно тому как легковесы встречаются перед
решающим боем тяжеловесов. Но в данном случае он должен был подготовить поле
боя для "Волчьей стаи". Подполковник рассчитывал натолкнуться на второй
защитный кордон, состоящий из еще одной роты разведывательных
бронетранспортеров, следом за которыми появится авангард основных сил из
танков и БМП. "Брэдли" были вооружены противотанковыми управляемыми ракетами
"тоу", а против бронетранспортеров - американцы называли их "бимпами" -
использовались автоматические пушки "бушмастер". И хотя противник теперь
знал, где находится разведывательная завеса "синих" - вернее, где она
находилась, - он никак не может предположить, что она устремится вперед.
Это подтвердилось через пару минут, когда разрывы артиллерийских
снарядов вспахали пустыню в километре за спинами устремившихся вперед
"брэдли". Противник опять действовал в точном соответствии с тактикой,
разработанной и принятой в Советской Армии. Это была хорошая тактика, но
американцы разгадали намерения противника. "Совы" прошли еще километр и
остановились, укрывшись за невысокими холмиками и дюнами. И тут же
подполковник снова обнаружил на горизонте бесформенные пятна. Он сообщил об
этом по радио.
x x x
- "Бафорд", это "Волчья стая", мы вступили в огневой контакт с
противником, сэр, - доложил Эддингтон генералу Диггзу. - Только что
уничтожили их разведывательную группу, выдвинутую вперед. Мы уже видим на
горизонте передовые силы противника. Я намерен послать в бой свои "брэдли",
чтобы они обменялись огнем с вражеским авангардом, и тут же прикажу им
отойти назад и вправо, на юго-восток. Противник ведет артиллерийский обстрел
местности между нашей группой и основными силами, прием.
- Понял вас, "Волчья стая". - На экране в своем командном пункте Диггз
видел продвигающиеся вперед "брэдли", которые шли довольно ровным, но
рассредоточенным строем. Затем он заметил движение впереди. Увиденные ранее
пятна начали появляться на дисплеях их систем ИССЭ как незнакомые вражеские
машины.
Генерал чувствовал себя беспомощным на таком расстоянии от своих войск.
Он лучше всех видел общую картину разворачивающейся битвы, чего никогда
раньше не случалось в военной истории. Диггз мог скомандовать взводам, что
делать, куда двигаться, в кого стрелять.., но не мог позволить делать это
себе. Он одобрял намерения Эддингтона, Хэмма и Магрудера, которые
координировали свои планы во времени и пространстве, но теперь он вынужден
был позволить им действовать самостоятельно, вмешиваясь в ход сражения лишь
в том случае, если произойдет что-то неожиданное, коренным образом меняющее
положение. Он, командующий силами союзников, оказался теперь в роли
наблюдателя. Чернокожий генерал недовольно покачал головой. Он знал, что его
ожидает, но не предполагал, сколь трудным это окажется.
x x x
Время почти пришло. Батальоны Хэмма продвигались вперед, вытянувшись в
линию, каждый занимал сектор шириной всего в десять километров, зато они
находились в десяти километрах один от другого. Все батальонные командиры
выдвинули вперед свои разведгруппы и держали в резерве танковые роты. В
состав каждой из них входили девять танков и тринадцать "брэдли", а также по
две гусеничных минометных установки Ml 13. Впереди, в семи километрах,
находились бригады Второго корпуса Армии Аллаха, понесшие тяжелые потери во
время прорыва фронта к северу от военного городка короля Халеда, и это
заставляло их держаться настороже. Ничто, кроме понесенных кровавых потерь,
не оказывает столь положительного влияния на бдительность войск. Вертолеты
Хэмма и поступающая с "хищников" видеоинформация давали полковнику ясную
картину расположения частей противника. Он знал, где находятся их позиции,
тогда как противник не имел представления о расположении его подразделений -
наверно, не имел, поправил себя Хэмм. Несомненно, командиры Армии Аллаха
старались изо всех сил, не менее его, выяснить это. Наконец полковник дал
команду своим вертолетам совершить еще один облет нейтральной полосы,
отделяющей его от противника, вплоть до самых передовых постов. Подготовка
полностью завершилась, и в тылу, в пятидесяти милях, уже начали взлетать его
ударные "апачи" и разведывательные "киовы", чтобы принять участие в главном
событии дня.
x x x
Все штурмовые "иглы" F-15E находились на севере. Два истребителя,
включая самолет командира эскадрильи, были сбиты в начале дня. Теперь под
прикрытием перехватчиков F-16 они наносили удары "умными" бомбами по мостам
и дамбам, ведущим через дельту двух рек - Тигра и Евфрата. Сверху к западу
от болот были видны горящие танки, а к востоку - скопления танков,
находящихся в боевой готовности, но последние не могли продвинуться дальше.
В течение часа все до единой переправы были уничтожены.
Истребители F-15C находились в небе над городком Халеда, как всегда под
радиолокационным контролем АВАКСов. Одно звено из четырех истребителей
оставалось на большой высоте, за пределами досягаемости подвижных зенитных
установок с ракетами "земля - воздух", прикрывающих наступающие наземные
войска. Их задача заключалась в том, чтобы не допустить сюда истребители.
ОИР, способные помешать развитию событий. Остальные американские истребители
охотились за вертолетами, которые сопровождали бронетанковые дивизии. Сбить
вертолет меньше чести, чем сбить истребитель, но всякая сбитая машина
остается сбитой машиной, тем более что на вертолетах летали нередко
генералы, а главное - вертолеты составляли часть разведывательной завесы
Армии Аллаха.
Внизу, на земле, противник быстро понял это, и в дневное время были
сбиты всего три вертушки. Зато когда стемнело, в воздух поднялись десятки
вертолетов, и половина их была сбита за первые десять минут. Теперь все
резко изменилось. Противник наступал и был вынужден сражаться - ему негде
было укрыться, он не мог рассредоточиться. Это облегчало задачу летчиков,
сидящих за штурвалами "иглов". Но вскоре последовал приказ с АВАКСов
прекратить охоту за вертолетами - к полю боя приближались собственные
вертушки, и "иглы" поставили свое вооружение на предохранители.
x x x
Меньше половины стрелков-наводчиков на его "брэдли" уже пускали боевые
противотанковые ракеты "тоу", и все делали это сотни раз на тренажерах.
Разведывательные "совы" выжидали, пока приблизится авангард бронетанковых
сил противника. Это было рискованно, потому что разведывательные вражеские
бронетранспортеры находились еще ближе. "Брэдли" вступили с ними в бой. На
этот раз схватка была более ожесточенной. Два БРМД сумели прорваться в тыл
американской разведывательной группы и тут же атаковали ее. Один
бронетранспортер противника приблизился к "хаммеру" и успел обстрелять его
из крупнокалиберного пулемета, прежде чем находившийся поблизости "брэдли"
заметил это и уничтожил вражескую машину очередью из автоматической пушки.
Затем он устремился к горящему "хаммеру" и обнаружил там одного уцелевшего
члена экипажа. Им занялись пехотинцы. Тем временем "брэдли" вполз на вершину
песчаной насыпи, и стрелок поднял пусковое устройство "тоу".
Передовая группа вражеских танков открыла огонь, целясь на вспышки
пушек "брэдли". Снова разгорелся короткий ожесточенный бой в темноте. Один
из "брэдли" взорвался, и в нем погибли все члены экипажа. Остальные
бронетранспотреты сумели управляемыми ракетами подбить два десятка вражеских
танков, прежде чем командир приказал им отойти назад. Едва американская
разведгруппа успела отступить, как на эту позицию обрушился огонь из тяжелых
орудий, который вызвал из своего танка командир передовой бригады
противника. На этот раз "совы" оставили на поле боя один "брэдли", два
"хаммера" и нескольких убитых солдат - первые потери американских войск во
время второй войны в Персидском заливе. Подполковник доложил об этом
Эддингтону.
x x x
В Вашингтоне только что закончился ланч. У президента не было аппетита,
но он заставил себя немного поесть и сидел, уставясь в тарелку с лежащим на
ней недоеденным сандвичем и картофельными чипсами, к которым он так и не
притронулся. Сообщение о погибших солдатах почему-то потрясло его куда
больше, чем известие о пострадавших матросах на крейсере "Йорктаун" или
пропавших шести летчиках - без вести пропавшие еще не погибшие, правда? -
пытался он убедить себя. А вот эти солдаты несомненно погибли. Национальные
гвардейцы, говорилось в донесении. Гражданские солдаты, временно призванные
на воинскую службу, которые обычно оказывают помощь населению при стихийных
бедствиях - наводнениях или ураганах...
- Господин президент, если бы вам отдали приказ, вы отправились бы туда
для участия в операции? - спросил генерал Мур, опередив даже Робби Джексона.
- Если бы вам снова было лет двадцать с чем-то, вы были бы лейтенантом
морской пехоты и вам приказали бы отправляться на войну, вы отправились бы
без колебаний, верно?
- Да, пожалуй. Нет, разумеется, поехал бы. Это мой долг - защищать
родину.
- Вот и они поступили точно так же, - сказал ему Микки Мур.
- Такова наша работа, Джек, - негромко произнес Робби. - Нам платят за
это.
- Да. - И Райан был вынужден признаться, что и ему платят за то же
самое.
x x x
Четыре бомбардировщика F-117 "найтхокс" совершили посадку в Эль-Хардже,
прокатились по рулежной дорожке и въехали в ангары. Транспортные самолеты со
сменными экипажами и наземными командами на борту приземлились сразу после
них. Офицеры разведывательной службы из Эр-Рияда встретили вторую группу и
отвели в сторону сменные экипажи, чтобы провести первый инструктаж. Война
разгоралась по-настоящему.
x x x
Генерал-майор, командующий дивизией "бессмертных", сидел в своем
командирском бронетранспортере, пытаясь понять, что происходит. До сих пор
события развивались вполне успешно. Второй корпус решил свою задачу -
прорвав фронт, предоставил возможность главным силам развить успех. Еще час
назад картина наступления представлялась четкой и ясной. Да, на юго-запад
продвигаются саудовские войска, но они на расстоянии почти суточного
перехода. К этому времени он уже войдет в пригороды их столицы, да и к тому
же для них есть другие планы. На рассвете Второй корпус сделает рывок со
своей позиции, где он прикрывает его фланг, и нанесет отвлекающий удар в
сторону нефтяных комплексов. Это поставит саудовцев в тупик, а дивизия
"бессмертных" уж наверняка получит еще одни сутки, чтобы захватить хотя бы
часть саудовского правительства, если не все целиком. Не исключено, что в
плен попадет и королевская семья или же, если она захочет убежать из страны,
королевство лишится своего главы, и тогда война закончится победой его
страны.
До сих пор плата за успехи была велика. Чтобы дать возможность Армии
Аллаха продвинуться так далеко, Второй корпус потерял в боях половину
огневой мощи и личного состава, но победы не даются легко. Да и сейчас
приходится расплачиваться дорогой ценой. Внезапно нарушилась связь с его
заградительным кордоном. Поступило всего одно радиосообщение о контакте с
неизвестными танками, просьба об артиллерийской поддержке - и все. Генерал
знал, что саудовские войска находятся где-то впереди, знал, что это остатки
Четвертой бригады, которую Второй корпус едва не уничтожил - едва, но не
полностью. Он знал, что саудовская бригада отчаянно сражалась к северу от
военного городка короля Хал еда и затем отступила.., ей, видно, приказали
держаться, чтобы дать возможность эвакуировать население... Не исключено,
что она оказалась достаточно мощной и смогла уничтожить его защитный кордон.
Генерал не имел представления, где находится американский бронетанковый
полк.., наверно, дальше к востоку. Он знал, что у американцев есть где-то
еще одна бригада, по-видимому, тоже на востоке. Ему нужны вертолеты, а он
только что потерял еще один, сбитый американским истребителем, причем с
начальником его разведки на борту. Вот тебе и поддержка с воздуха, которую
ему обещали. Единственный истребитель ВВС Объединенной Исламской Республики,
который он видел за весь день, догорал на земле к востоку от городка Халеда.
Но американская авиация, хотя и способна причинить ему неприятности, не в
силах остановить его, а когда он прибудет в Эр-Рияд, то тут же пошлет
маневренные группы на большинство аэродромов Саудовской Аравии, и опасность
воздушных налетов будет снята. Таким образом, путь к успешному завершению
операции, как ему говорило командование корпуса и армии, заключается в
максимально быстром продвижении вперед. И генерал отдал приказ своей
передовой бригаде продолжить наступление в соответствии с графиком, а ее
авангард будет играть роль разведки, выдвинутой перед главными силами. От
нее только что поступил доклад о контакте с противником и перестрелке, но о
потерях - своих и вражеских - не сообщалось, хотя известно, что противник
отступил после непродолжительного боя. Наверно, это и была саудовская
группировка, которая осталась после разгрома Четвертой бригады, пытающаяся
наносить удары и тут же снова отступать. Генерал решил, что догонит и
уничтожит ее после рассвета. Он отдал приказы, сообщил штабу о своих
намерениях и покинул командный пункт. Ему хотелось выдвинуться вперед, чтобы
лично наблюдать за передовыми частями, как и подобает хорошему генералу. Тем
временем из штаба передавались приказы командирам бригад.
x x x
Разведывательные вертушки "киова" сообщили, что заметили элементы
защитного кордона, правда, не так много. По-видимому, их здорово потрепали
во время наступления корпуса на юг, подумал полковник Хэмм. Он отдал приказ
одному из своих батальонов сместиться влево, чтобы избежать контакта,
приказал командиру авиационных эскадрилий выделить ударный "апач" для
ликвидации кордона и выслать его через несколько минут. Второй элемент
защитной группировки можно просто обойти, а вот еще один находился прямо
перед Третьим батальоном, и тут уж ничего не поделаешь. Расположение
вражеских БРМД появилось на экранах системы ИССЭ вместе со многими частями
изрядно потрепанного Второго корпуса противника.
x x x
Значит, это и есть дивизия "бессмертных", подумал Эддингтон. Он увидел
передовые подразделения и главные силы, двигающиеся вплотную за ними.
Авангард противника начал входить в зону дальности действия его танковых
орудий и приближался со скоростью примерно двадцать километров в час. Он
связался по радио с Хэммом.
- Осталось пять минут. Удачи тебе, Эл.
- И тебе, Ник, - услышал Эддингтон.
x x x
Это называлось синхронными действиями. Несколько батарей самоходных
орудий "паладин" подняли свои стволы и нацелили их на точки с координатами,
рассчитанными на основании информации, полученной с беспилотных "хищников" и
от электронной разведки. Артиллеристы ввели эти координаты в компьютеры, и
теперь орудия, находясь на значительном расстоянии друг от друга, поведут
огонь по одним и тем же вражеским позициям. Теперь глаза артиллеристов были
прикованы к непрерывно меняющимся цифрам на часах, которые приближались к
22.30.00 по местному времени, 19.30.00 по Гринвичу и 14.30.00 по времени
Вашингтона.
То же самое происходило на гусеничных установках ракетных систем
залпового огня. Там экипажи убедились, что двери кабин плотно закрыты,
замкнули подвеску машин, чтобы стабилизировать их во время перезарядки, а
затем опустили металлические заслонки ветровых стекол - выхлопные газы,
образующиеся при пуске ракет, могут оказаться смертельными.
К югу от военного городка короля Халеда танкисты Каролинской бригады
следили за приближающимися белыми пятнами на экранах тепловизионных систем
наблюдения. Стрелки нажали на кнопки лазерных дальномеров. Передовые заслоны
противника находились сейчас на расстоянии 2 500 метров, а в тысяче метров
за ними следовали главные силы, состоящие из танков и БМП.
К югу от городка полк "Черная кавалерия" двигался со скоростью
пятнадцать километров в час, приближаясь к позициям противника на
возвышенности в четырех тысячах метров к западу.
Нельзя сказать, что подразделения развертывались без ошибок. Рота "Б"
Первого батальона Одиннадцатого полка натолкнулась на скрытую позицию
вражеских БРМД и открыла огонь, не ожидая приказа. В ночной темноте возникли
огненные шары горящих и взрывающихся машин, в результате чего противник
узнал о приближающейся опасности на несколько секунд раньше, но это уже не
могло что-либо изменить, поскольку цифры на часах продолжали меняться с
прежней скоростью - быстро или медленно, в зависимости от терпения
наблюдателей.
Эддингтон рассчитал все до последней секунды. Не решаясь курить в
течение всей ночи из опасения, что огонь сигары заметят на экранах систем
ночного видения, он наконец не выдержал и щелкнул своей зажигалкой "Зиппо" в
тот самый момент, когда цифры "59" сменились на "ОО". Теперь крохотная
вспышка пламени уже не имела значения.
x x x
Первой открыла огонь артиллерия, уже получившая приказ действовать
самостоятельно в соответствии с графиком, разработанным с точностью до
секунды. Наиболее впечатляющим зрелищем были залпы многоствольных ракетных
установок, когда с каждой из них одновременно срывалось по двенадцать ракет,
за которыми волочились длинные языки пламени, превращавшие ночь в день.
Через тридцать секунд, в 23.30.30 по местному времени, в воздухе находились
почти двести ракет М-77. К этому моменту артиллерийские самоходные установки
уже дали первый залп, их перезарядили, дернули за вытяжные шнуры, прогремел
второй залп, и теперь замки открылись, чтобы принять новые снаряды.
Ночь была ясной, на небе ни облачка, так что вспышки выстрелов и
разрывы снарядов и ракет нельзя было не заметить за сотню миль. Высоко в
небе летчики-истребители увидели языки пламени, тянущиеся за ракетами, и
внимательно наблюдали за направлением их полета. Им совсем не хотелось
оказаться рядом с ними.
Первыми приближающиеся с юга ракеты заметили иракские офицеры
наступающей бронетанковой дивизии. Они увидели, что все огненные траектории
снижаются к западу от шоссе, ведущего с севера на юг, из военного городка
короля Халеда в Эль-Артавийю. Многие видели такое же зрелище, еще будучи
лейтенантами и капитанами в прошлой войне, и точно знали, что означают языки
пламени в темном небе. Приближался стальной дождь. Одних парализовало
страхом. Другие выкрикивали команды, приказывая солдатам закрыть люки и
рассредоточить машины.
Для дивизионной артиллерии это было невозможно. Почти все
артиллерийские установки передвигались на механической тяге, большинство
артиллеристов находились вне укрытий, грузовики с боезапасом стояли рядом,
чтобы облегчить в ходе стрельбы перезарядку орудий. Солдаты, обслуживающие
их, увидели, как исчезли языки пламени, оценили направление полета ракет и
поняли, что бессильны что-либо предпринять. Оставалось только ждать. Солдаты
бросились на землю, прижимая к головам стальные каски и взывая к Аллаху в
надежде, что эти смертоносные творения пролетят дальше.
Достигнув высшей точки, ракеты начали снижаться. На высоте нескольких
тысяч футов сработали таймеры, пиропатроны сбросили обтекаемые носовые
оболочки и из каждой ракеты вперед устремилось по 644 полфунтовых бомбочки.
Один залп многоствольной ракетной установки доставил к цели 7 728 таких
бомбочек. Эта артиллерия являлась самым дальнобойным оружием противника, и
Эддингтон хотел сразу вывести ее из игры. В соответствии с тактикой,
существующей в армии США, ракетные установки залпового огня являлись главным
козырем командиров армейских частей. Иракские артиллеристы поднимали головы.
Они не видели приближающуюся смерть, однако она была неотвратима.
Издалека казалось, что местность покрылась множеством маленьких
искорок, словно это был фейерверк во время празднования китайского Нового
года, однако для тех, кто находились в месте, куда обрушился этот огненный
шквал, это была смерть в грохоте и пламени разрывов. Свыше семидесяти тысяч
крохотных бомбочек взорвалось на площади примерно в двести акров. Первыми
загорелись и взорвались грузовики с боезапасом. Затем вспыхнули метательные
заряды, но солдаты уже не видели этого - более восьмидесяти процентов их
было убито или ранено первым же залпом. За ним последуют еще два. Пусковые
установки, расположенные за центральными позициями "Волчьей стаи", сдали
назад к своим грузовикам с боезапасом, цилиндры от выпущенных ракет были
сброшены с направляющих, и с помощью подъемного оборудования на пусковые
установки поместили новые ракеты. На все это ушло менее пяти минут.
Самоходные артиллерийские установки "паладин" вели огонь намного
быстрее. Они тоже обстреливали артиллерийские позиции противника, и
выпущенные 155-миллиметровые снаряды попадали в цель с такой же точностью,
как ракеты. Это был самый механизированный из всех видов уничтожения живой
силы. Орудия убивали людей, а люди обслуживали орудия. Артиллеристы не
видели результатов своего огня, а в этом случае у них даже не было
выдвинутых вперед корректировщиков, но они уже знали, что при наводке орудий
с помощью Глобальной спутниковой навигационной системы этого и не
требовалось, а если все пройдет в соответствии с расчетами, они скоро увидят
результаты своей страшной работы.
Как ни странно, но как раз те, кто были ближе всего к наступающему
противнику и находились на расстоянии прямой видимости, открыли огонь
последними. Танкисты ждали команды, которой стали выстрелы, произведенные по
вражеским машинам из танков ротных командиров.
Несмотря на всю свою смертоносную силу, системы управления огнем на
танках "Эйбрамс" были наиболее простыми из всех, которыми пользовались
солдаты, и обходиться с ними на практике было даже легче, чем на тренажерах,
которые стоили миллионы долларов. Каждому стрелку выделялся огневой сектор,
а первые выстрелы командиров рот были сделаны фугасными противотанковыми
снарядами, ФПС, разрывы которых можно было отчетливо различить. Затем
остальные танки открывали огонь по вражеским машинам слева и справа от этих
разрывов. Тепловизионная система наблюдения реагировала на инфракрасное
излучение, исходящее от танков противника. Их температура в ночное время
была выше температуры окружающей среды, и потому они выделялись на экранах
так же отчетливо, как горящие электрические лампочки. Каждому
стрелку-наводчику был выделен участок, по которому вести огонь. Он выбирал
приближавшийся танк и, наведя перекрестие прицела на цель, нажимал кнопку
лазерного дальномера. Лазерный луч, пробегая расстояние до цели и
возвращаясь обратно, сообщал бортовому компьютеру длину этого расстояния,
скорость и направление движения. В то же время отдатчиков в компьютер
поступали сведения о наружной температуре, температуре снаряда, плотности
атмосферы, направлении и скорости ветра, состоянии ствола орудия (нагретые
стволы чуть прогибаются) и о том, сколько всего снарядов выпущено из орудия
до данного момента. Компьютер обрабатывал всю эту информацию, а затем в поле
прицела появлялся белый прямоугольник, свидетельствующий о том, что орудие
наведено на цель. Теперь от стрелка требовалось всего лишь потянуть
указательным пальцем за двойной спусковой крючок. Танк содрогался, ствол
откатывался назад, дульная вспышка на мгновение ослепила танкистов, и
подкалиберный снаряд с двойным ведущим пояском устремился к цели со
скоростью больше мили в секунду. Снаряды внешне напоминали излишне толстые
короткие стрелы длиной меньше человеческой руки, диаметром два дюйма и с
коротким хвостовым оперением, которое сгорало за время непродолжительного
полета от трения воздуха. За снарядами оставался трассирующий след, который
позволял командирам танков следить за траекторией полета своих "серебряных
пуль" до самой цели.
Этими целями были изготовленные в России устаревшие танки Т-80,
модификация предыдущих моделей. Они были гораздо меньше американских,
главным образом из-за недостаточно мощных двигателей, ввиду чего
конструкторам пришлось пойти на ряд компромиссов. Один топливный бак
находился у них в передней части танка, и топливопровод шел от него вдоль
основания башни. Пушечные снаряды размещались в пазах, углубленных в корпусе
заднего топливного бака, так что танковый боезапас находился в окружении
дизельного топлива. Наконец, для экономии места внутри башни заряжающего
заменили автоматической системой, которая не только действовала медленнее
человека, но и при ней в башне на лотке постоянно находился боевой снаряд
для подачи внутрь зарядной каморы. Вообще-то недостатки такой конструкции не
могли оказать особенного влияния на ход боя, зато делали его более
эффектным.
Второму танку "серебряная пуля" попала в основание башни. Снаряд рассек
топливопровод и, пробив броню, послал смертоносные стальные осколки,
разлетающиеся со скоростью больше тысячи метров в секунду, в тесное
пространство башни, не оставив в живых членов экипажа; тут же взорвался
пушечный снаряд, лежащий на лотке перед автоматом заряжания, и от него
сдетонировали в своих укладках остальные снаряды. Все члены экипажа были уже
мертвы, когда произошел взрыв боезапаса и вспыхнуло топливо. От мощного
взрыва танковая башня взлетела на пятьдесят футов - в армии это называлось
"катастрофическим подрывом". В течение трех секунд точно так же взорвались
еще пятнадцать вражеских танков. Прошло десять секунд, и авангард
бронетанковой дивизии "бессмертных" перестал существовать; единственный
способ, которым он смог сообщить главным силам о появлении противника, был
дым от пылающих танков, застлавший поле боя.
Американские танки не медля перенесли огонь на главные силы противника
- три бронетанковых батальона, выстроившиеся в линию на расстоянии чуть
больше трех тысяч метров от них. В общей сложности более ста пятидесяти
танков двигались навстречу батальону из пятидесяти четырех "Эйбрамсов".
Почти все командиры иранских танков продолжали стоять в б...
