Том Клэнси. Слово президента
страница №59
...и два формальных нарушения закона, произведя обыскдвух квартир, и еще два, начав прослушивание двух телефонов. Закончив всю
эту работу, Лумис и Селиг прошли в многоэтажное жилое здание на
противоположной стороне улицы. От управляющего они узнали, что в здании
пустует одна квартира, окна которой выходят на лавку Алахада. Без труда они
получили от нее ключи и установили там наблюдательный пост. Два других
агента следили за черным ходом, ведущим в лавку. Затем Сисси Лумис связалась
по сотовому телефону со штаб-квартирой ФБР. Может быть, у них было
недостаточно доказательств, чтобы обратиться к судье или к прокурору, но их
было с избытком, чтобы поговорить с другим агентом ФБР.
x x x
О'Дей заметил, что под подозрением по-прежнему находился еще один
агент. Первым был Раман, а вторым - чернокожий сотрудник Секретной службы,
его жена была мусульманкой и, судя по всему, пыталась обратить мужа в
истинную веру. О'Дей обсудил проблему со своими сослуживцами, а в досье
агента обнаружил записку, где говорилось, что семейная жизнь его движется к
разводу, как и у многих других сотрудников Секретной службы.
Зазвонил телефон.
- Инспектор О'Дей слушает.
- Пэт? Это Сисси.
- Какое впечатление произвело на тебя дело Рамана? - О'Дей участвовал
вместе с ней в трех расследованиях, касавшихся русских шпионов, и знал, что
эта "юная девушка" обладает хваткой бульдога, как только начинает кого-то
подозревать.
- Помнишь запись на его автоответчике - звонок по ошибке, набрали не
правильный номер?
- Ну и что?
- Наш торговец коврами звонил по телефону давно умершего человека, жена
которого страдает аллергией на шерсть, - сообщила Лумис.
Вот оно что!
- Продолжай, Сие. - Она прочитала ему свои записи и передала сведения,
полученные агентами, побывавшими в квартире торговца.
- Похоже, мы напали на след, Пэт. Все слишком уж гладко, словно по
учебнику. Выглядит настолько обыденно, что даже не подумаешь. Но зачем
звонить из телефона-автомата, если только он не обеспокоен, что его телефон
может прослушиваться? Зачем по ошибке звонить умершему человеку? И почему не
правильно набранный номер оказался телефонным номером агента Секретной
службы?
- Ты знаешь, Рамана нет в Вашингтоне.
- Вот и хорошо, пусть остается там, куда его послали, - посоветовала
Лумис. Дело в том, что они не могли пока обвинить Рамана, у них не было
прямых доказательств. В данный момент они всего лишь пытались собрать
достаточное количество косвенных улик, чтобы подтвердить подозрение, павшее
на него. Если Алахада арестовать, ему достаточно всего лишь потребовать себе
адвоката. В чем его обвиняют? Что он позвонил по телефону? Ему не
понадобится даже ничего говорить. Он будет просто молчать, а его адвокат
заявит, что произошла какая-то ошибка. Не исключено, у Алахада уже
приготовлено правдоподобное объяснение; естественно, он будет держать его
наготове, потребует доказательств, а ФБР не сможет их предъявить.
- Но он может заподозрить неладное, разве не так?
- Лучше перестраховаться, чем потом жалеть о случившемся, Пэт.
- Мне придется поговорить с Дэном. Когда вы намерены произвести обыск в
лавке?
- Сегодня вечером.
x x x
Солдаты полка "Черная кавалерия" безумно устали. Несмотря на отличную
подготовку в условиях пустыни, не могли не сказаться две трети суток,
проведенные в самолете; его сухой кондиционированный воздух, кресла, не
приспособленные для столь продолжительных перелетов, личное оружие на полках
над головами - такое количество автоматов вызвало удивление стюардесс, - а
затем страна на расстоянии одиннадцати часовых поясов от прежнего места
дислокации с ее обжигающей жарой...
Первым делом они провели пристрелку орудий. У саудовской армии был
огромный полигон с автоматически появляющимися стальными целями на
расстояниях от трехсот до пяти тысяч ярдов. Пристрелку орудий начали с
наводки через канал ствола, пользуясь настоящими боевыми снарядами вместо
учебных. Стрелки тут же с удовлетворением отметили, что боевые снаряды
намного точнее учебных и летят "прямо через точку" - имелся в виду маленький
кружок на перекрестии визирных нитей оптического прицела. Спустившись с
низких платформ прицепных трейлеров, механики-водители гоняли свои машины,
чтобы убедиться, что все механизмы работают исправно; впрочем, танки и
гусеничные "брэдли" были совсем новенькими, как им обещали во время
перелета, и все действовало отлично. Далее приступили к проверке систем
связи, и все смогли поговорить друг с другом по радио. Следующим этапом была
проверка систем ИССЭ - столь важных систем обмена информацией между
экипажами. Наконец, настал завершающий этап. На тяжелых танках М1М2, которые
хранились на базах в Саудовской Аравии, еще не было последних модификаций
вооружения этих боевых машин - реечных снаряд одержателей, которые
подавались в танки на поддонах. Их заменяли большие корзины из стальной
проволоки, куда помимо снарядов укладывались личные вещи танкистов, среди
которых особое место занимали бутылки с водой. Экипажи, один за другим,
гоняли свои боевые машины по полигону, а стрелки гусеничных "брэдли" даже
выпустили по одному противотанковому снаряду TOW, наводимому в цель с
помощью тончайшей проволоки, разматывающейся позади. Затем все вернулись
обратно и пополнили боезапас взамен израсходованного во время стрельб на
полигоне.
Все шло спокойно и по-деловому. Солдатам "Черной кавалерии", привыкшим
обучать высокому искусству механизированной смерти других, приходилось
напоминать себе, что это не их обычные задачи и что окружающая пустыня вовсе
не их пустыни, хотя все пустыни походят друг на друга. Здесь не было
привычных карликовых кустов с ярко-желтыми цветами и койотов, зато были
верблюды и уличные торговцы. Саудовцы радушно относились к своим гостям и
щедро обеспечивали их пищей и безалкогольными напитками. Тем временем
старшие офицеры корпели над картами, глотая чашку за чашкой горький местный
кофе.
Марион Диггз был невысоким и крепким мужчиной. Всю жизнь он служил в
механизированных войсках и получал удовлетворение от умения легким движением
пальцев направлять шестидесятитонную стальную громаду и на расстоянии трех
миль доставать свою цель. Теперь он стал старшим командиром, и ему
подчинялась фактически целая бронетанковая дивизия. Правда, треть его танков
находилась в двухстах милях к северу, а еще одна треть на борту транспортных
судов - им придется высаживаться сегодня вечером под угрозой ракетного
обстрела противника.
- Итак, каковы силы противника и его боеготовность? - спросил генерал.
На стол легли спутниковые фотографии, и старший офицер американской
разведки, располагавшейся в военном городке короля Халеда, начал брифинг.
Для этого ему потребовалось тридцать минут, и все это время Диггз слушал его
стоя. Он устал сидеть.
- По сообщениям, поступающим от станции радиоперехвата "След бури",
переговоры, ведущиеся между частями противника, сократились до минимума, -
сообщил офицер с погонами полковника. - Кстати, следует иметь в виду, что
сама станция находится вблизи границы и весьма уязвима.
- Я послал туда роту прикрытия, - заметил офицер саудовской армии. -
Она должна к утру прибыть на место.
- Чем занимается полк "Буйволов"? - спросил Диггз. На стол легла еще
одна карта. Генерал окинул внимательным взглядом расположение войск и пришел
к выводу, что в Кувейте все выглядит неплохо. По крайней мере воинские
части, расположенные там, не выдвинулись вперед. Вдоль песчаного вала на
границе находились только части прикрытия, а три тяжелые бронетанковые
бригады стояли в тылу, готовые двинуться к месту прорыва. Он знал Магрудера.
Более того, Диггз был знаком с командирами всех его батальонов. Если армия
ОИР сначала нападет на Кувейт, "синие", независимо от численного
превосходства противника, зададут ему кровавую баню.
- Намерения противника? - был следующий вопрос американского генерала.
- Неизвестны, сэр. Кое-что тут нам пока непонятно. Из Вашингтона
сообщили, чтобы мы готовились к нападению, но не сказали почему.
- Что за чертовщина?
- Могу сказать лишь одно: это может проясниться сегодня вечером или
завтра утром, сэр, - ответил офицер разведслужбы. - Да, вот еще что. Сюда
прислали нескольких корреспондентов. Они прилетели пару часов назад и
находятся сейчас в отеле Эр-Рияда.
- Просто великолепно!
- Поскольку у нас нет сведений о намерениях противника...
- Цель очевидна, не правда ли? - заметил старший из саудовских
командиров. - Мы можем уступить нашим шиитским друзьям весь простор пустыни.
- Он показал на карту. - Вот здесь находится центр нашей экономики.
- Генерал? - послышался чей-то голос. Диггз повернул голову.
- Да, полковник Эддингтон?
- Следует иметь в виду, что они стремятся к достижению не
экономических, а политических целей. Это нужно помнить, господа, -
подчеркнул полковник из Каролины. - Если армия ОИР направится к прибрежным
нефтяным месторождениям, мы узнаем об этом заранее, и противник утратит
преимущество стратегической внезапности.
- И все-таки они превосходят нас численностью и огневой мощью, Ник. Это
обеспечивает им определенную стратегическую гибкость. Сэр, на этих
фотографиях я вижу большое количество заправочных цистерн, - обратился Диггз
к саудовскому генералу.
- Во время прошлой войны они остановились на кувейтской границе из-за
того, что у них кончилось горючее, - напомнил ему генерал.
Армия Саудовской Аравии - вообще-то она называлась Национальной
гвардией - состояла из пяти тяжелых бригад, оснащенных почти полностью
американским вооружением. Три бригады были развернуты к югу от Кувейта,
причем одна базировалась в Рас-Эль-Хаджи, том единственном месте, где
иракские войска вошли в пределы королевства. Впрочем, этот город находился
на побережье, и никто не ожидал нападения с моря. Американский генерал
вспомнил, что солдаты склонны исходить из опыта предыдущей войны.
Что касается Эддингтона, то ему пришли в голову слова Наполеона: когда
полководцу показали план обороны, на котором войска равномерно размещались
вдоль французской границы, он спросил офицера, готовившего этот план, уж не
является ли задачей войск борьба с контрабандистами. Оборонительная
концепция стала частью доктрины НАТО, согласно которой войска были выдвинуты
вперед для защиты внутренней границы между двумя германскими государствами,
но она так и не подверглась испытанию на практике, а если в мире и был
регион, где можно отступить, отдать противнику территорию и выиграть таким
образом время, лучшего места, чем пустыни Саудовской Аравии, не придумаешь.
Эддингтон не обмолвился об этом ни словом. Он был подчиненным Диггза, а
саудовцы очень ревностно относились к своей территории, как и большинство
народов. Он переглянулся с генералом. Подобно тому как 10-й бронетанковый
полк представлял собой оперативный резерв для кувейтских бригад, так и 11-й
станет таким же резервом для саудовских войск. Это может измениться после
того, как национальные гвардейцы Каролинской бригады получат вооружение в
порту Дахрана, но пока придется ограничиться вот такой дислокацией.
Еще одной проблемой являлся вопрос командования союзными войсками. У
Диггза на погонах была только одна генеральская звезда - Эддингтон знал, что
он отличный военачальник и блестящий тактик, но всего лишь бригадный
генерал. Если бы сюда могли прилететь представители центрального
командования, его положение стало бы более весомым, и он получил бы
возможность давать разумные советы саудовским генералам. Судя по всему,
Магрудер сумел добиться этого, но положение Диггза оставалось щекотливым.
- Ну что ж, по крайней мере у нас есть пара суток. - Американский
генерал повернулся к сотруднику разведки. - Приложите все усилия для того,
чтобы к нам поступала дополнительная информация о противнике. Если в этих
шести дивизиях кто-нибудь рыгнет, я хочу, чтобы мне сразу сообщили об этом.
- На рассвете мы поднимем в воздух наших "хищников", - пообещал
полковник армейской разведки.
Эддингтон вышел из палатки, чтобы закурить сигару. После нескольких
затяжек он понял, что мог бы не утруждать себя - все саудовцы курили.
- Какое у тебя впечатление, Ник? - спросил Диггз, останавливаясь рядом
с ним.
- Неплохо бы выпить пива.
- Обойдемся, пиво - это только лишние калории, - заметил генерал.
- Соотношение сил четыре к одному не в нашу пользу, и инициатива за
противником. Я имею в виду, что соотношение сил станет таким после того, как
мои солдаты получат вооружение. Ситуация может стать очень интересной,
Диггз. - Еще одно облако дыма. - У них хреновые позиции. - Несомненно, он
перенял это выражение у своих студентов, подумал генерал. - Между прочим,
как мы назовем эту операцию?
- "Бафорд", операция "Бафорд". Выбери название для своей бригады, Ник.
- Как тебе нравится "Волчья стая"? Это не совсем соответствует
действительности, но "Дегтярник" <"Дегтярники" - шутливое прозвище жителей
штата Северная Каролина. Считается, что у них слишком неторопливые движения
и мысли, словно они увязли в смоле.> никак не подходит к данной ситуации -
события развиваются слишком быстро, генерал.
- Один из уроков, который извлек противник из прошлой войны: не давать
нам времени сосредоточить свои силы.
- Это верно. Ну что ж, отправлюсь к своим ребятам.
- Возьми мою вертушку, - сказал Диггз. - Я пока останусь здесь.
- Слушаюсь, сэр. - Эддингтон отсалютовал, повернулся и направился к
вертолету, затем остановился. - Диггз?
- Да?
- Может быть, мои парни не так хорошо подготовлены, как Хэмм со своими
солдатами, но мы выполним поставленную перед нами задачу, ясно? - Он снова
отсалютовал, бросил в сторону сигару и пошел к "блэкхоуку".
x x x
Ничто не движется так бесшумно, как корабль. Автомобиль на скорости,
скажем, чуть меньше тридцати миль в час производит шум, слышный тихой ночью
за сотни ярдов, а вот от корабля при спокойном, как сейчас, море исходит
высокочастотный шум рассекаемой стальным форштевнем воды, который едва
слышен даже на небольшом расстоянии. Люди на борту чувствуют вибрацию
силовой установки или слышат глубокое дыхание турбинных двигателей, вот и
все, а эти звуки ночью едва разносятся по воде на сотню ярдов. Всего лишь
шуршание волн, рассекаемых форштевнем, и позади каждого корабля пенная
кильватерная струя бурлящей воды призрачно-зеленого цвета, фосфоресцирующей
от выброшенных давлением корпуса крошечных организмов, - своего рода
биологический протест против вторжения в их среду. С борта корабля этот
след, остающийся за кормой, кажется дьявольски ярким. На каждом мостике
освещение погашено, чтобы не мешать ночному зрению. Ходовые огни выключены -
в нарушение правил судоходства в этих водах со множеством узких мест и
напряженным движением. Впередсмотрящие пользуются как простыми биноклями,
так и приборами ночного видения. Конвой только что сделал поворот и вошел в
самое узкое место пролива.
В центре боевой информации каждого корабля люди, склонившись над
картами и всматриваясь в радиолокационные экраны, разговаривали шепотом из
опасения, чтобы их как-нибудь не услышали. Курящие мечтали о том, чтобы им
разрешили курить в местах, требующих полной стерильности, а те, кто
отказались от курения, пытались понять, зачем они это сделали. Помнится,
речь шла о какой-то опасности для здоровья, а что это в сравнении с ракетами
"земля - корабль", размещенными на пусковых установках в каких-нибудь
пятнадцати тысячах ярдов, причем каждая с боеголовкой инфракрасного
наведения, несущей заряд в тонну взрывчатки.
- Поворачиваем налево, новый курс два-восемь-пять, - доложил вахтенный
офицер на "Анцио".
На главном прокладочном экране виднелось больше сорока "целей",
радиолокационных контактов, с векторами, указывающими приблизительные курс и
скорость. Число контактов, входящих в залив и выходящих из него, было
примерно одинаковым. Некоторые были огромными, импульсы радиолокаторов
отражались от супертанкеров, как от островов среднего размера.
- Ну что ж, пока все идет хорошо, - заметил офицер-ракетчик, обращаясь
к капитану Кемперу. - Может быть, они спят.
- Может быть, на свете действительно существует Великая Тыква, Чарли
Браун.
Вращались только параболические антенны навигационных радаров. На
береговых установках ОИР наверняка была включена аппаратура поиска
электромагнитных излучений, но если в Ормузском проливе у них находились
патрульные корабли, американские моряки их еще не обнаружили. На экране
радиолокатора было много целей, не поддающихся объяснению. Может, это
рыбацкие шхуны? Или контрабандисты? Просто яхты, наконец? Определить было
невозможно. Не исключено, что противник не решался высылать свои корабли
слишком далеко за пределы центральной линии, разделяющей пролив. Арабы
ревностно относятся к своим территориальным водам, решил Кемпер.
Экипажи кораблей находились в состоянии полной боевой готовности.
Боевые системы включены, прогреты и готовы к действию. Если кто-то
приблизится к эскадре, нарушителя попытаются сначала опознать визуально. В
случае попытки осветить американские суда радиолокатором наведения, корабль,
находящийся ближе всех к этому радиолокатору, переведет свой радар SPY в
активный режим поиска и постарается увидеть, приближается ли что-то к
конвою. Однако в этом случае возникнет сложная ситуация. Все вражеские
ракеты имели боеголовки независимого инфракрасного наведения, а в проливе
находилось множество судов, и ракета могла найти себе какую-то другую цель.
Вряд ли противник захочет пускать ракеты наугад - в конце концов, улыбнулся
Кемпер, так они могут прикончить несколько тысяч овец на том австралийском
судне. Каким бы сложным ни был этот этап операции для кораблей охранения,
задача, стоящая перед противником, тоже простой не была.
- Смена курса у контакта сорок четыре, - доложил старшина. Этот контакт
представлял собой надводный корабль в водах Объединенной Исламской
Республики на расстоянии семи миль от конвоя, и пеленг на него менялся в
сторону кормы. Кемпер наклонился вперед. На экране компьютера виднелся курс
контакта за последние двадцать минут. Он двигался с минимальной скоростью,
при которой корабль слушается руля, - около пяти узлов. Сейчас он начал
набирать ход и повернул.., в сторону отвлекающей группы, идущей позади
конвоя. Информацию об этом тут же передали на эсминец "О'Баннон", капитан
которого был старшим командиром группы. Расстояние между двумя кораблями
было шестнадцать тысяч ярдов, но быстро сокращалось.
Ситуация становилась интересной. Вертолет с "Нормандии" приблизился к
контакту со стороны кормы, держась на малой высоте. Пилоты увидели, как за
кормой неизвестного корабля взбугрилась бело-зеленая кильватерная струя,
значит, он увеличил скорость, беспокоя мириады живых организмов, чудом
сумевших уцелеть в столь грязных водах пролива. Внезапное увеличение
мощности означает...
- Это канонерская лодка, - доложил пилот по каналу связи. - Она только
что увеличила скорость. Повторяю, цель увеличила скорость.
Кемпер поморщился. Теперь перед ним встал выбор. Можно ничего не
предпринимать, и, может быть, ничего не случится. Или ничего не
предпринимать и таким образом позволить канонерской лодке или
катеру-ракетоносцу первым нанести удар по "О'Баннону" и его группе. Или
предпринять что-то, рискуя обнаружить себя перед противником. Но ведь если
вражеский корабль первым нанесет удар, противник все равно узнает об этом,
не так ли? Может быть. А может быть, и нет. За пять секунд поступил сложный
набор данных. Капитан подождал еще пять.
- Цель представляет собой катер-ракетоносец, вижу две пусковые
установки, цель перешла на постоянный курс.
- Он готов нанести удар по "О'Баннону", сэр, - доложил
лейтенант-ракетчик.
- Радиопереговоры, слышу радиопереговоры по УКВ, пеленг ноль-один-пять.
- Открыть огонь, - тут же решил Кемпер.
- Огонь! - скомандовал лейтенант по голосовому каналу.
- Понял, приступаю!
- Боевой центр, это впередсмотрящий, сэр, я только что заметил вспышку,
похожую на пуск ракеты по левому борту, - нет, две ракеты, сэр, - донесся
голос из динамика.
- Включить радар...
- Еще два пуска, сэр.
Проклятье, выругался Кемпер. У вертолета только две противокорабельные
ракеты "пингвин" - значит, противнику удалось первым запустить пару ракет. И
теперь капитан бессилен что-либо предпринять. Отвлекающая группа выполняла
сейчас снова основную функцию - отвлекала на себя огонь противника.
- Два "вампира" <В ВВС США вражеские ракеты принято называть
"вампирами", а вражеские самолеты "бандитами".> в полете... - сообщил пилот.
- Цель уничтожена, - добавил он, имея в виду катер-ракетоносец противника.
Через мгновение это получило подтверждение от впередсмотрящего на верхней
части надстройки. - Повторяю, два "вампира" направлены в сторону
"О'Баннона", - снова доложил пилот.
- Ракеты "силкуормс" - крупные цели, - заметил ракетчик. Они наблюдали
за стремительно развивающейся битвой на радиолокационном экране. На дисплее
навигационного радиолокатора было видно, что "О'Баннон" начал менять курс,
положив руль на левый борт. Это делалось для того, чтобы открыть поле огня
оружию ближней защиты, расположенному на корме. Но при этом появлялась
огромная цель для приближающихся ракет. Эсминец не пускал имеющиеся у него
приманки, чтобы не сбить с курса ракеты противника, которые в этом случае
могли бы устремиться на танкеры, которые он охранял. Инстинктивное решение?
- подумал Кемпер. Или заранее обдуманное? В любом случае командир эсминца
проявил незаурядное мужество. Включился поисковый радиолокатор корабля - это
означало, что он пустил зенитные ракеты, но на экране навигационного радара
их не было видно. Затем огонь открыл по меньшей мере один фрегат.
- Многочисленные вспышки на корме, - доложил впередсмотрящий. - Ух ты,
какой мощный взрыв! А вот еще один! - Затем наступило пять секунд тишины.
- "О'Баннон" докладывает командиру конвоя, - послышался голос, - у нас
все в порядке. Это пока, подумал Кемпер.
x x x
Поднятые утром три "хищника" - по одному на каждый из корпусов,
расположившихся лагерем к юго-востоку от Багдада, - приближались к цели со
скоростью, всего вдвое превышающей скорость танка. Ни один из летательных
аппаратов не достиг запланированной точки. В тридцати милях от места
назначения их камеры инфракрасного наблюдения, смотрящие вниз, обнаружили
светящиеся очертания бронированных машин. Армия Аллаха двинулась в путь.
Информация, получаемая на станции "След бури" от крошечных разведывательных
самолетов по кодированному каналу связи, начала тут же передаваться в
военный городок короля Халеда, а оттуда - на приемные антенны всего мира.
- Неплохо бы иметь в своем распоряжении еще пару суток, - задумчиво
произнес Бен Гудли.
- Какова боеготовность наших частей? - Райан повернулся к начальнику
оперативного управления J-3.
- Десятый полк в полной готовности. Одиннадцатому нужен еще один день.
У бригады Национальной гвардии нет пока никакого вооружения, - ответил
адмирал Джексон.
- Сколько времени до первого боевого контакта? - спросил президент.
- По крайней мере двенадцать часов, может быть, восемнадцать. Все
зависит от того, куда направляется армия ОИР. Джек кивнул.
- Арни, ты проинформировал Кэлли о происходящем?
- Нет, она ничего не знает.
- Тогда займись этим. Я хочу выступить перед нацией.
x x x
Алахаду надоело, наверно, заниматься торговлей без единого покупателя,
подумала Лумис. Он рано встал, подошел к припаркованному поблизости
автомобилю и поехал. Следовать за ним по пустым улицам было просто. Через
несколько минут ей доложили, что он остановился у своего дома и вошел в
квартиру. После этого Лумис и Селиг вышли из дома, в котором находились,
пересекли улицу и подошли к заднему ходу. На двери лавки было два замка, и
молодому агенту понадобилось десять минут, чтобы справиться с ними, что
вызвало у него немалое раздражение. Затем пришлось заняться системой
охранной сигнализации, но с этим справиться было проще. Система сигнализации
была старого образца с торцевым ключом и очень простым кодом. Внутри агенты
ФБР обнаружили еще несколько фотографий, причем на одной был, по-видимому,
сын владельца. Первым делом они проверили картотеку на письменном столе и
обнаружили там карточку на мистера Дж.Слоуна с телефонным номером 536-40-40,
но без адреса.
- Что ты думаешь об этом? - спросила Лумис.
- Мне кажется, что это новая карточка, не истрепанная, и я вижу над
первой цифрой "четыре" едва заметную точку, напоминающую ему о том, какую
цифру следует изменить.
- Этот парень - иностранный агент, Донни.
- Думаю, ты права. В этом случае Ареф Раман относится к той же
компании.
Но как это доказать?
x x x
Скрытность перехода конвоя кончилась. Впрочем, может быть, и нет.
Нельзя было сказать что-то определенное. Кемпер попытался оценить
создавшуюся ситуацию. По-видимому, ракетному катеру дали по радио команду
открыть огонь... А может, молодой командир катера решил действовать по
собственной инициативе... Нет, вряд ли. В странах с диктаторским режимом
военным командирам не разрешают, как правило, совершать самостоятельных
действий. Иначе всякий диктатор гарантированно рано или поздно окажется
спиной к стене перед дулами винтовок. Пока счет в матче между США и ОИР был
1:0 в пользу американского военно-морского флота. Обе группы конвоя,
продолжая двигаться на северо-запад, теперь входили в расширяющееся горло
залива, они по-прежнему сохраняли скорость двадцать шесть узлов, несмотря на
окружение транспортных кораблей разных стран, спешащих в обоих направлениях.
Эфир был полон радиопереговорами между кораблями, все еще пытающимися
понять, что только что произошло к северу от Абу-Муса. В море вышли
патрульные катера Омана, которые тоже вели радиопереговоры с кем-то, может
быть, с ОИР, спрашивая, в чем дело.
Такая неразбериха, решил Кемпер, только на пользу. Было темно, а
опознать суда в темноте всегда непросто.
- Когда наступают навигационные сумерки <Навигационные сумерки -
оптическое явление перед восходом и заходом солнца, когда погружение
солнечного диска ниже горизонта меньше 12°, при этом можно различать
предметы и ориентироваться по береговой черте.>?
- Через пять часов, сэр, - ответил вахтенный офицер.
- За это время мы пройдем почти полтораста миль. Продолжаем движение,
как и раньше. Пусть сами разберутся в случившемся, если смогут. - Если
конвою удастся добраться до Бахрейна, не будучи обнаруженным, это станет
своего рода чудом.
x x x
Они положили все на стол инспектора О'Дея. "Все" состояло из трех
страниц заметок и двух фотографий, снятых "поляроидом". Наиболее важной
уликой была распечатка телефонных звонков, повторяющая заметки, нацарапанные
Селигом. Это была также единственная улика, добытая без нарушения закона.
- Не скажу, что это такие уж убедительные доказательства, - заметил
инспектор.
- Но ведь ты сам приказал действовать побыстрее, Пэт, - напомнила ему
Лумис. - Они оба замешаны в грязном деле. Я не могу доказать этого присяжным
заседателям, но этих улик достаточно, чтобы начать всестороннее
расследование, конечно, при условии, что у нас есть такая роскошь, как
время. Впрочем, времени-то у нас, пожалуй, и нет.
- Точно. Ну хорошо. - О'Дей встал из-за стола. - Следует поговорить с
директором.
Нельзя сказать, что у Мюррея было сейчас много свободного времени.
Правда, ФБР не стояло во главе расследования, связанного с применением
биологического оружия, зато его агенты были по горло заняты, собирая
доказательства этого. Вдобавок Федеральному бюро было поручено расследовать
недавнее нападение на детский сад "Гигантские шаги", которое, будучи как
уголовным, так и террористическим актом, велось с участием нескольких
федеральных спецслужб. И вот теперь ФБР получило указание - третье за
последние десять дней - отложить все в сторону и заняться новым
расследованием. О'Дей махнул рукой в сторону секретарей и вошел в кабинет
директора, даже не постучавшись.
- Только собирался справить нужду... - проворчал Мюррей.
- Не думаю, что у тебя будет время на это. Во всяком случае у меня его
нет, - заметил Пэт. - Мне кажется, Дэн, что в Секретной службе все-таки есть
"крот".
- Вот как?
- Вот так, черт побери. Пусть Лумис и Селиг расскажут тебе о том, что
они обнаружили. - - А я смогу сообщить о результатах Андреа Прайс, так чтобы
она меня не застрелила? - спросил директор ФБР.
- Думаю, сможешь.
Глава 58
Свет дня
Пока не было оснований для торжества, но уже второй день число случаев
заболевания лихорадкой Эбола сокращалось. Более того, примерно в трети
случаев, когда в крови пациентов были обнаружены антитела, отсутствовали
симптомы лихорадки. Центр инфекционных болезней в Атланте и военные медики в
Форт-Детрике дважды проверили данные, прежде чем уведомить об этом Белый
дом, одновременно предупредив, что еще слишком рано информировать о том же
общественность, поскольку данные являются предварительными. Судя по всему,
запрет на переезды и впечатление от этого резко сократили контакты между
людьми и дали должные результаты.
Нападение на "Гигантские шаги" тоже продолжали расследовать, этим
занималась сейчас лаборатория ФБР. Там тоже использовались электронные
микроскопы, но для идентификации не вирусов Эбола, а цветочной пыльцы и
других крошечных частиц. Дело осложнялось тем, что все произошло весной,
когда воздух полон цветочной пыльцы.
Было точно установлено, что Мордекай Азир являлся своего рода
призраком, который внезапно появился лишь с одной-единственной целью,
выполнил свою задачу и снова исчез. Однако в его доме остались фотографии, а
ФБР знало, как работать с ними, доложили Райану. Он надеялся, что к концу
дня могут появиться какие-нибудь новости. Однако его надежде не суждено было
сбыться.
- Привет, Дэн. - Президент вернулся в свой кабинет, поскольку
ситуационный центр угнетал мыслью о необходимости посылать в бой
американских солдат.
- Здравствуйте, господин президент. - Директор ФБР вошел в кабинет в
сопровождении инспектора О'Дея и Андреа Прайс.
- Что это вы так радостно улыбаетесь?
И они рассказали ему обо всем.
x x x
Нужно быть отважным человеком, чтобы осмелиться до рассвета разбудить
аятоллу Махмуда Хаджи Дарейи, так что приближенным понадобилось два часа,
дабы набраться храбрости, пока они решились на это. Впрочем, промедление не
помогло бы делу. И вот в четыре утра по тегеранскому времени аятоллу
разбудил звонок телефона, стоящего на столике рядом с кроватью. Через десять
минут аятолла появился в гостиной своих личных апартаментов, готовый
покарать - его темные глубоко посаженные глаза искали виновного.
- Получено сообщение, что американские корабли вошли в Персидский
залив, - доложил начальник разведывательной службы.
- Где и когда? - негромко спросил аятолла.
- Это произошло сразу после полуночи в проливе. Один из наших
патрульных катеров-ракетоносцев обнаружил корабль, похожий на американский
эсминец. Командующий морским районом дал командиру катера приказ атаковать
эсминец ракетами, но после этого с катера ничего не поступало.
- И это все? И ради этого вы меня разбудили?
- В районе были слышны радиопереговоры между судами. Речь шла о
нескольких взрывах. Есть основания полагать, что наш катер подвергся
нападению и был уничтожен, скорее всего с воздуха - но откуда там взялся
самолет?
- Нам нужно ваше разрешение приступить к воздушным операциям по
прочесыванию залива, как только рассветет, - произнес командующий ВВС. - Мы
никогда не предпринимаем таких операций без согласования с вами.
- Разрешаю, - сказал Дарейи. Ну что ж, теперь я все равно проснулся,
напомнил себе священнослужитель. - Что еще?
- Армия Аллаха выступила к границе. Операция проходит в соответствии с
планом. - Ему наверняка понравится эта новость, подумал начальник разведки.
Махмуд Хаджи кивнул. Аятолла надеялся как следует выспаться - потом, в
ближайшие дни, на это нельзя рассчитывать, - но он знал, что, раз
проснувшись, уже не сможет заснуть снова. Он посмотрел на настольные часы -
аятолла не носил часов - и решил, что придется начинать рабочий день.
- Наше наступление окажется для них неожиданным?
- Конечно, до определенной степени, - ответил начальник
разведывательной службы. - Армии отдан строгий приказ хранить полное
радиомолчание. Американские станции перехвата весьма чувствительны, но они
не могут услышать что-то, если слышать нечего. Когда наши войска достигнут
Аль-Бусайя, мы полагаем, их обнаружат, но тогда мы уже будем готовы к
решительному броску, что и произойдет ночью.
Дарейи покачал головой.
- Одну минуту, так что сообщил нам этот патрульный катер?
- В его докладе говорится, что замечен эсминец или фрегат, может быть,
и другие суда, затем связь прервалась. Через два часа мы поднимем самолеты и
начнем поиски.
- Где их транспортные суда?
- Мы не знаем, - признался начальник разведслужбы. Он надеялся, что
аятолла не вспомнит о них.
- Выясните!
Получив приказ, оба генерала ушли. Дарейи взял колокольчик и позвонил,
вызывая слугу. Когда тот вошел, аятолла распорядился принести чай. И тут ему
в голову пришла еще одна мысль. Все уладится, или по крайней мере эта
проблема будет решена, после того как Раман выполнит порученное ему дело.
Дарейи сообщили, что он на месте и получил приказ. Тогда почему до сих пор
этот приказ не выполнен? Аятолла огляделся и с нарастающей яростью уставился
на часы. Звонить слишком рано.
x x x
Кемпер разрешил своей команде немного отдохнуть. Это стало возможным
благодаря тому, что система обнаружения и связи на кораблях "иджис" была
автоматической, так что через два часа после инцидента с канонерской лодкой
- нет, с ракетным катером, поправил себя капитан - члены экипажа получили
возможность посменно находиться на боевых постах. Сменившиеся матросы
освежились, наскоро поели, а многие и размялись в зале на тренажерах. Это
продолжалось час, причем каждый из матросов и офицеров получил пятнадцать
минут отдыха. Однако теперь все снова находились на постах по боевому
расписанию. До наступления навигационных сумерек оставалось два часа. Конвой
находился сейчас в сотне миль от Катара и направлялся на северо-запад,
постепенно склоняясь к западу, после того какой прошмыгнул мимо всех
островов и нефтедобывающих платформ, которые прикрывали его от радаров
противника. Самое трудное осталось позади. Здесь залив уже расширился, можно
было маневрировать и предельно использовать свои мощные сенсорные системы.
На экране радиолокатора "Анцио" появилось звено из четырех истребителей
F-16, они были в двадцати милях к северу от конвоя, опознавательные сигналы
"свой - чужой" отчетливо выделялись на экране. Кемпер предупредил команду
соблюдать здесь предельную осторожность. Было бы лучше, если бы над конвоем
кружил АВАКС, но, как он узнал час назад, все самолеты раннего обнаружения и
предупреждения находились дальше к северу. Сегодня не обойтись без боя.
Система "Иджис" не была сконструирована для этого, да и сам он с
удовольствием обошелся бы без боя, но именно таким было предназначение
военно-морского флота.
Капитан Кемпер приказал отвлекающей группе уходить на юг. Они выполнили
поставленную задачу. После того как рассветет, уже не удастся скрыть, что
представляет собой оперативная группа "Театр" и куда направляется конвой,
подумал он.
x x x
- Вы уверены в этом? - спросил президент Соединенных Штатов. - Господи,
я сотни раз оставался наедине с этим парнем!
- Мы знаем, - заверила его Прайс. - Хорошо знаем. Сэр, в это
действительно трудно поверить. Я знакома с Джеффом...
- Он фанатично влюблен в баскетбол. Он сказал мне, кто выиграет
финальный матч студенческого чемпионата страны и оказался прав. Даже не
ошибся, говоря о разрыве в очках.
- Совершенно верно, сэр. - Андреа и тут была вынуждена согласиться с
патроном. - К сожалению, все это с трудом поддается объяснению.
- Вы собираетесь арестовать его?
- Нет, на такой шаг пойти нельзя, - произнес Мюррей. - Это одна из
ситуаций, когда мы знаем что-то или думаем, что знаем, но не можем доказать.
Впрочем, у Пэта есть мысль на этот счет.
- Тогда давайте выслушаем его, - распорядился Райан. Он чувствовал, что
головная боль вернулась. Короткий период, когда боль оставляла его,
кончился. Райана встревожило подозрение, будто в Секретную службу смог
проникнуть иностранный агент, но теперь им кажется, что у них есть
доказательства - нет, гораздо хуже, поправил он себя, это нельзя назвать
доказательствами, всего лишь новое гребаное подозрение! - что один из людей,
которым доверено находиться рядом с ним и его семьей, является потенциальным
убийцей. Неужели этому не будет конца? Но он все-таки решил выслушать.
- Вообще-то все очень просто, - закончил О'Дей.
- Нет! - тут же возразила Прайс. - Что, если...
- Мы будем держать ситуацию под контролем. Президент не подвергнется
никакой опасности, - заверил присутствующих инспектор.
- Подождите, - вмешался Райан. - Вы утверждаете, что сумеете вывести
этого парня на чистую воду?
- Совершенно верно, сэр.
- И я смогу сделать что-то конструктивное, вместо того чтобы просто
сидеть здесь подобно долбаному королю?
- Совершенно верно, сэр, - повторил Пэт.
- Согласен. Действуйте.
- Господин президент...
- Андреа, но ведь вы будете рядом со мной, правда?
- Да, конечно, но...
- Тогда решено, - подвел итог обсуждению президент. - Но одно условие -
он не должен приближаться к моей семье. Если он даже просто посмотрит на
дверь лифта, вы тут же возьмете его на мушку, Андреа, понимаете?
- Понимаю, господин президент. Доступ только в Западное крыло.
Закончив с этой проблемой, они спустились в ситуационный центр, где
Арни и группа, занимающаяся национальной безопасностью, следили за картой,
появившейся на большом телевизионном экране.
x x x
- О'кей, давайте осветим небо, - скомандовал Кемпер, обращаясь к вахте
в центре боевой информации. В следующее мгновение "Анцио" и четыре других
корабля, оснащенных системой "Иджис", переключили свои радиолокаторы SPY с
режима ожидания на активный режим, и в эфир хлынул мощный поток
электромагнитных импульсов. Теперь не было смысла скрываться. Конвой
находился прямо под воздушной трассой W-15, по которой следовали
коммерческие авиалайнеры, и любой пилот мог посмотреть вниз и увидеть
крошечную группу кораблей на поверхности залива. А увидев это, он скорее
всего поделится своим впечатлением с другими. У фактора неожиданности есть
свои практические пределы.
Через секунду на трех больших радиолокационных экранах появились
многочисленные следы самолетов. Если не считать чикагский аэропорт О'Хара,
подумал Кемпер, здесь, наверно, самый загруженный участок неба.
У звена из четырех истребителей F-16, барражирующих к северо-западу от
конвоя, отчетливо виднелись импульсы опознания "свой - чужой". Вблизи
американских самолетов находились шесть авиалайнеров разных компаний, а ведь
день только начинался. На пусковых установках проводили учения для того,
чтобы проверить, как функционируют компьютеры, но вообще-то система "Иджис"
считалась настолько совершенной, что могла то вести себя тихо и незаметно,
то мгновенно ощетиниться и ответить ракетными залпами. Корабли, оснащенные
такими системами, оказались сейчас именно в том месте, где они могли больше
всего пригодиться.
x x x
Первыми иранскими истребителями были два устаревших "томкэта" F-14,
взлетевших с военного аэродрома в Ширазе. В семидесятые годы шах купил у
американской фирмы "Грумман" около восьмидесяти таких истребителей Прошло
время, но десять из них все еще способны были летать. Когда на них
что-нибудь выходило из строя, их ремонтировали, заменяя дефектные механизмы
снятыми с других истребителей или приобретенными на оживленном международном
черном рынке, где торговали всем, в том числе и деталями боевых самолетов.
Эти два F-14 полетели сначала над сушей, направляясь на юго-восток к
Бендер-Аббасу, затем увеличили скорость и помчались на юг к Абу-Муса,
пролетев к северу от него. Пилоты управляли самолетами, а стрелки-радисты,
сидящие позади них, осматривали в бинокль морскую поверхность. На высоте в
двадцать тысяч футов солнце было уже ясно видно, однако на море все еще
господствовали навигационные сумерки.
С высоты трудно рассмотреть корабли, находящиеся далеко внизу, - это
обстоятельство часто упускают из виду как моряки, так и летчики. В
большинстве случаев на необъятной поверхности моря корабли кажутся слишком
маленькими. Обычно сверху и невооруженным глазом и на спутниковых
фотографиях видна белая кильватерная струя за кормой и у форштевня корабля,
похожая на стрелу с несуразно большим наконечником. Наконечник - это волны,
уходящие в стороны от носа и кормы, а древко стрелы - прямая линия пены от
корабельных винтов. Такие очертания притягивают глаз так же естественно, как
и тело женщины, а в головной части клинообразной формы находится сам
корабль. Или множество кораблей, как в данном случае. Наблюдатели заметили с
истребителей сначала отвлекающую группу, которая шла на расстоянии сорока
миль, а через минуту опознали и основную часть конвоя.
x x x
Перед командирами кораблей стояла сложная проблема - им было необходимо
точно опознать самолеты. Кемпер не решался дать команду на пуск зенитных
ракет "корабль - воздух", опасаясь сбить по ошибке авиалайнер, как это
сделал однажды американский крейсер "Винсеннс". Четыре истребителя F-16 уже
повернули в сторону иранских самолетов, после того как те послали им
короткую радиограмму. На борту "Анцио" не было специалиста, достаточно
хорошо владеющего фарси, поэтому Кемпер не смог разобрать ее содержания.
- Смотрите, парни, - послышался голос командира звена. - Похоже, это
F-14-e, "томкэты". - Он знал, что на вооружении американских ВМС уже нет
таких самолетов.
- "Анцио" вызывает "Старфайтер", открывайте огонь и сбивайте их.
- Понял.
x x x
- Звено, это ведущий, пускайте "слэммеры"! - Было ясно, что летчики на
иранских истребителях напряженно смотрят вниз, вместо того чтобы
оглядываться вокруг. Это разведывательный полет, решил ведущий "Старфайтер".
Он выпустил ракету AIM-120 на мгновение раньше остальных самолетов его
звена. - Фокс-один, Фокс-один! - И у полуострова Катар разгорелась битва.
x x x
"Томкэты" ОИР были слишком заняты наблюдением за морской поверхностью и
жестоко поплатились за это. Их датчики, предупреждающие об опасности,
сообщали о самых разных импульсах, поступавших отовсюду, так что импульсы
воздушных радаров на американских "виперах" были всего лишь одними из
многих. Ведущий "томкэт" пытался сосчитать корабли под собой и одновременно
говорить по радио, когда пара ракет AMRAAM "воздух - воздух" взорвалась в
двадцати метрах перед старым истребителем. Сидевший на заднем сиденье
наблюдатель успел только поднять голову и увидеть приближающуюся смерть.
x x x
- "Старфайтер" вызывает "Анцио", сбили двоих, парашютов не видим,
повторяю, сбили двоих.
- Понял.
- Как славно начать день таким образом, - удовлетворенно заметил майор
американских ВВС, который только что прилетел со своими напарниками из
Израиля, где шестнадцать месяцев занимался учениями с израильскими ВВС над
пустыней Негев. - Выходим из игры.
x x x
- Мне кажется, это не лучшая идея, - проговорил ван Дамм, глядя на
экран. Радиолокационное изображение с эсминца "Джон Пол Джоунз" передавалось
по спутниковому каналу в Вашингтон, и в ситуационном центре видели картину
боя всего на полсекунды позже того, как события происходили в
действительности.
- Мы не можем допустить, чтобы противник помешал движению этих судов,
сэр, - сказал главе президентской администрации адмирал Джексон. - Нам
нельзя рисковать.
- Но они могут сослаться на то, что мы первыми открыли огонь и...
- Нет, сэр. Их ракетный катер выпустил свои ракеты в наши корабли
первым, еще пять часов назад, - напомнил начальник оперативного управления.
- Но они не признаются в этом.
- Перестань, Арни, - прервал их Райан. - Это я отдал приказ. В действие
вступили правила войны. Что дальше, Робби?
- Все зависит от того, успели ли иранские летчики сообщить о конвое.
Первое столкновение завершилось быстро и успешно. Так обычно случается, -
произнес Джексон, вспоминая воздушные бои, в которых он принимал участие. Во
время учений его не обучали нападать неожиданно и сзади, но разве в
настоящей войне соблюдаются правила справедливой игры?
Самая узкая часть залива шириной чуть больше сотни миль находилась
между полуостровом Катар и иранским городом Басатин. Там у иранцев
размещалась база ВВС, и с разведывательных спутников поступила информация,
что на ее дорожках стоят истребители, готовые к взлету.
x x x
- Привет, Джефф.
- Что Происходит, Андреа? - спросил Раман и добавил:
- Рад, что ты вспомнила обо мне. Я по-прежнему в Питтсбурге.
- Тут у всех голова идет кругом из-за этой лихорадки. Слушай, ты нам
нужен. У тебя есть автомобиль?
- Думаю, сумею взять машину в местном отделении. - Вообще-то служебный
автомобиль у него уже был.
- О'кей, возвращайся в Вашингтон. Не думаю, что там теперь нам
понадобится подготовительная работа. С твоим удостоверением агента Секретной
службы тебя пропустят через все контрольные пункты на шоссе 1-70. Постарайся
приехать поскорее. Тут происходят тревожные события.
- Приеду через пять часов.
- У тебя есть смена одежды?
- Есть, а в чем дело?
- Она тебе понадобится. В Белом доме введена процедура обеззараживания.
Все обязаны пройти ее, прежде чем попасть в Западное крыло. Увидишь, когда
приедешь, - сказала ему глава президентской охраны.
- Ну что ж, если нужно...
x x x
Алахад не занимался ничем. Установленные в его квартире "жучки" -
прослушивающие устройства - позволили определить, что он смотрел телевизор,
переключая каналы с одной станции кабельного телевидения на другую в поисках
фильма, который еще не смотрел, а перед сном прослушал новости на канале
Си-эн-эн. Затем наступила тишина. Свет был выключен и даже инфракрасные
камеры не могли заглянуть в его спальню, окна которой были задернуты
шторами. Агенты, наблюдавшие за Алахадом, пили кофе из пластмассовых
стаканчиков, глядя на темные окна в квартире торговца и с беспокойством
обсуждая, как и все американцы, проблему эпидемии, охватившей страну.
Средства массовой информации посвящали этому вопросу почти все эфирное
время. Больше не о чем было говорить. Спортивные состязания прекратились.
Погода могла бы стать предметом обсуждения, но поскольку мало кто выходил на
улицу, на нее почти не обращали внимания. Все остальное вращалось вокруг
эпидемии лихорадки Эбола. По телевидению выступали научные обозреватели,
которые объясняли, что представляет собой этот вирус и как он
распространяется - вообще-то они говорили о том, как он может
распространяться, потому что ученые все еще не пришли к единой точке зрения
по этому вопросу, - и агенты с наушниками выслушали очередную передачу по
собственному телевизору Алахада. Один защитник окружающей среды утверждал,
что это природа мстит человеку. Люди вторгаются в джунгли, рубят деревья,
убивают животных, разрушают экосистему, и вот теперь экосистема расквиталась
с людьми. Или что-то вроде того.
Юристы анализировали судебное разбирательство поданной Эдом Келти
жалобы, но практически никто не требовал снятия запрета на путешествия.
Демонстрировались кадры с застывшими в аэропортах самолетами, замершими у
терминалов автобусами, стоящими на станциях поездами и широкими лентами
опустевших шоссейных дорог. Велись передачи о людях, проживающих в отелях, о
том, как они справляются с ситуацией. Передавались советы о способах
повторного использования хирургических масок, и специалисты объясняли, что
этот простой метод защиты действует практически безотказно; в большинстве
своем люди верили этому. Однако тут же, словно опровергая сказанное,
демонстрировались кадры, снятые в больницах, и теперь все чаще появлялись
фотографии черных мешков с мертвыми телами. По взаимной договоренности
информация о том, как сжигают тела людей, погибших от лихорадки Эбола,
передавалась без демонстрации самого уничтожения тел в огне. Документальные
кадры и без того были достаточно пугающими. Репортеры и комментаторы начали
поговаривать об отсутствии информации о ходе эпидемии, что вызывало тревогу
у многих, но в то же время проскальзывали намеки об уменьшении числа коек,
занятых больными, в больницах, а это кое-кого успокаивало. Не прекращались
выступления крайне пессимистически настроенных комментаторов, высказывавших
самые мрачные прогнозы, что по-прежнему беспокоило тех, кто были склонны им
верить, однако большинство репортеров подчеркивало, что имеющие...
