Том Клэнси. Слово президента
страница №65
...пком, - ответил министриностранных дел по некотором размышлении. - И мы продолжаем оставаться ее
друзьями, несмотря на временные недоразумения.
- Приятно слышать это, господин министр. У нас есть поговорка о
друзьях, которые познаются в трудные времена. - О'кей, пусть задумаются над
этим. Может быть, сообщения средств массовой информации соответствуют
действительности. Может быть, ваш друг Дарейи и впрямь добьется успеха.
Соблазнительная приманка висела перед китайцами секунд пятнадцать.
- Видите ли, единственным разногласием, постоянно возникающим в
отношениях между нашими странами, является позиция, занятая Америкой по
вопросу, который ваш президент неосторожно назвал "двумя Китаями". Если
удастся урегулировать этот вопрос... - задумчиво произнес министр
иностранных дел.
- Я уже говорил вам, что президент пытался объяснить свою точку зрения
репортерам в крайне сложной ситуации.
- Значит, нам не следует обращать на это внимания?
- Америка по-прежнему считает, что мирное решение этого вопроса,
носящего сугубо местный характер, послужит интересам всех стран. - Это было
подтверждением прежней позиции, занятой Америкой, когда она была мощной,
уверенной в себе державой, и раньше Китай не решался открыто подвергать ее
сомнению.
- Мир всегда предпочтительнее конфликта, - согласился Чанг. - Но вы
ведь не можете бесконечно испытывать наше терпение, правда? Недавние события
только подтверждают необходимость скорейшего решения проблемы, лежащей в
основе этих разногласий.
Наконец-то, отметил Адлер, китайская сторона сделала шаг, направленный
на то, чтобы в скрытой форме выразить свои устремления, - Мне понятно ваше
разочарование, - произнес он, - но все мы знаем, что терпение является самой
ценной из всех добродетелей.
- Однако наступает момент, когда терпение становится потворством. -
Министр иностранных дел протянул руку к чашке с чаем. - Понимание нашей
позиции со стороны Америки будет воспринято нами с исключительной
благодарностью.
- Значит, по вашему мнению, нам следует внести некоторые изменения в
прежнюю позицию Соединенных Штатов? - Интересно, подумал государственный
секретарь, вступит ли Чанг снова в разговор, после того как он слегка
изменил его направление.
- Мы всего лишь считаем, что важно обратить внимание на логику
ситуации. Это значительно упрочило бы дружбу между нашими странами. К тому
же, в конце концов, вопрос Тайваня является второстепенным в отношениях
между такими странами, как наши.
- Понятно, - кивнул Адлер. И ему действительно все стало ясно. Теперь
исчезли последние сомнения. Он поздравил себя с тем, что ему все-таки
удалось заставить китайцев выразить свою точку зрения. Нужно побыстрее
связаться с Вашингтоном, если они там не слишком заняты военными действиями
и смогут уделить внимание другим проблемам.
x x x
Десятый бронетанковый полк пересек границу и снова вернулся на
территорию Саудовской Аравии в половине четвертого утра по местному времени.
Теперь "Буйволы" двигались фронтом шириной в тридцать миль. Еще через час
они перережут линии коммуникаций Армии Аллаха, причем оказавшись здесь
незаметно для противника. Американские войска двигались теперь гораздо
быстрее, почти с тридцатимильной скоростью. Разведывательные группы
Магрудера обнаружили несколько вражеских патрулей и подразделений войск
внутренней безопасности на территории ОИР - это были главным образом
грузовики с солдатами - и сразу же уничтожили их. Теперь, когда американцы
выйдут на следующее шоссе, патрулей будет больше. Прежде всего это будут
группы военной полиции - или как там они называются у противника, -
управляющие движением транспорта. Сейчас в сторону военного городка короля
Халеда из ОИР движется множество автозаправщиков, и первостепенная задача
"Буйволов" состоит в том, чтобы прервать снабжение Армии Аллаха горючим.
x x x
Вторая бригада дивизии "бессмертных" почти час подвергалась
американскому обстрелу, пока наконец не прибыл приказ возобновить движение.
Машины бывшей иранской бронетанковой дивизии устремились вперед.
Генерал-майор, командующий ею, находился теперь в тылу Третьей бригады,
которая обходила фланги противника. Он старался меньше говорить и побольше
слушать, продолжая удивляться отсутствию американской воздушной мощи и
благодаря Аллаха за это. Корпусная артиллерия прибыла и скрытно заняла
позиции, не сделав пока ни единого выстрела, чтобы не дать противнику
обнаружить себя. Генерал знал, что это не может долго продолжаться, но ему
хотелось использовать фактор неожиданности. Американские войска силой не
более бригады занимали позицию рядом с шоссе, а он располагал вдвое большей
огневой мощью. Но даже если ему противостоит целая бригада на фланге, его
поддержит иракская дивизия, так поступил бы и он сам, будь перед ним
открытое пространство. Не прекращая движения, чтобы избежать неожиданного
нападения вертолетов или артиллерийского обстрела, генерал приказал по радио
своим бригадным командирам перейти в наступление. Сам он следовал за
войсками в открытой командирской машине. Теперь, если только войска
противника останутся на тех же позициях, на которых они находились во время
первого сражения, столь успешно закончившегося для американцев, генерал
сумеет продемонстрировать им свою силу...
x x x
Батальон "Лобо" пересек первый этап "Манассас" на двадцать минут позже,
чем было предусмотрено графиком движения. Это вызвало раздражение у
полковника Эддингтона, который считал, что выделил достаточно времени для
такого маневра. Зато этот чертов адвокат, командующий подразделением "сов",
снова двигался впереди, прикрывая правый фланг, в то время как заместитель
командира батальона находился на левом фланге, и требовал огневой поддержки,
хотя сам не сделал ни единого выстрела.
- "Волчья стая-шесть", это "Сова-шесть", прием.
- "Волчья стая-шесть" слушает вас, "Сова".
- Противник наступает, сэр, две бригады по фронту сконцентрированы в
один кулак, сейчас пересекают границу второго этапа "Хайпойнт".
- Они далеко от вас, подполковник?
- В трех тысячах метров. Я приказал своим людям отойти. - Планом были
предусмотрены пути отступления. "Совы" надеялись, что все помнят, где они
находятся. В результате передислокации разведывательные подразделения
окажутся на востоке и смогут прикрыть правый край батальона, находящегося на
восточном фланге.
- О'кей, прошу очистить мне поле боя, господин адвокат.
- Понял вас, профессор Эддингтон. Отвожу своих людей. "Совы" полетели.
Конец связи, - ответил адвокат в чине подполковника. Через минуту он
приказал своему водителю проверить, с какой максимальной скоростью сможет
тот вести в темноте их бронетранспортер. Такая команда привела в восторг
водителя, который не пропускал ни одной телевизионной передачи о чемпионате
Америки по кольцевым гонкам, предоставив ему возможность продемонстрировать
свои способности.
Спустя четыре минуты Эддингтон получил такой же доклад с левого фланга.
Итак, его бригаде противостояли четыре бригады противника. Пора было
несколько изменить соотношение сил. Артиллерийский батальон "Волчьей стаи"
перенес огонь на новые цели. Командиры танков и бронетранспортеров "брэдли"
принялись искать движущиеся цели на горизонте, и все три бронетанковых
батальона устремились вперед, чтобы встретить противника на марше. Командиры
рот и взводов убедились, что между их подразделениями сохраняются
соответствующие интервалы. Батальонный командир в своем танке занимал место
на левом фланге, а S-3, заместитель по оперативной части, находился на
правом. Как обычно, "брэдли" двигались чуть сзади пятидесяти четырех тяжелых
танков "Эйбрамс" - перед ними стояла задача обнаруживать и уничтожать
пехотинцев и машины поддержки.
Артиллерия вела огонь как обычными снарядами, взрывающимися при ударе о
цель или землю, так и снарядами с электронными дистанционными взрывателями,
причем последние представляли грозную опасность для танков с открытыми
люками и людей, оказавшихся на открытой местности. Были забыты рыцарские
представления о справедливости и благородстве. Поле боя было слишком
растянуто. Ситуация скорее походила на морское сражение среди песчаных
отмелей и подводных скал. Эддингтон находился с батальоном "Белый Клык",
которому была отведена роль подвижного резерва. Скоро стало ясно, что
противник продвигается вперед на обоих флангах, оставив в центре только
группу прикрытия.
- Контакт, - доложил командир одного из взводов по каналу связи своей
роты. - Вижу танки противника на расстоянии пять тысяч метров. - Полковник
посмотрел на свой дисплей ИССЭ, чтобы еще раз убедиться, что впереди нет
своих машин. Отлично. "Совы" успели отойти. Теперь перед его бригадой были
только танки "красных".
x x x
Взошла луна - точнее, ущербная четвертушка, - но она достаточно ярко
осветила местность, и передовые части "бессмертных" заметили на своем
видимом горизонте движение. Танкисты Второй бригады, подогреваемые яростью
из-за обстрела, которому они подверглись в ожидании приказа о наступлении,
были готовы к бою. На некоторых танках были установлены лазерные дальномеры,
которые свидетельствовали, что противник находится на расстоянии, почти
вдвое превышающем дальность огня. Поступил приказ увеличить скорость, чтобы
быстрее сблизиться с противником и выйти из зоны артиллерийского огня,
который скоро должен прекратиться. Стрелки в танковых башнях наводили орудия
на цели, предвкушая, что случится через пару минут или того меньше.
Усилившийся рев двигателей означал увеличение скорости, все приготовились к
стрельбе. Теперь уже можно было пересчитать цели перед собой, и количество
американских танков не произвело на иранских танкистов особого впечатления.
У них огромное преимущество, решили они.
Но если так, то почему американцы продолжают наступление?
x x x
- Открыть огонь на дистанции четыре тысячи метров, - приказал командир
роты своим экипажам. Танки "Эйбрамс" были рассредоточены с интервалом почти
пятьсот метров, двигались двумя эшелонированными рядами и для одного
бронетанкового батальона занимали очень широкий фронт. Все время сближения
командиры танков смотрели из открытых люков, затем нырнули внутрь и включили
системы управления огнем.
- Наводка закончена, - доложил стрелок своему командиру. - Т-80
опознан, дистанция четыре тысячи двести пятьдесят.
- Заряд? - спросил командир.
- Орудие заряжено подкалиберным. Заряжающий, пока не последует другой
команды, подавай только "серебряные пули".
- Понял тебя, стрелок. Только не трать их понапрасну.
- Четыре сто, - выдохнул стрелок. Он подождал еще пятнадцать секунд и
нажал на двойной спусковой крючок, первым в своей роте открыв огонь, и
поразил цель. Огромный шестидесятидвухтонный танк вздрогнул при отдаче, но
продолжил движение.
- Попадание, цель - танк на одиннадцать часов, - произнес командир по
сети внутренней связи.
Заряжающий нажал ногой на педаль, открылась дверца отделения, он достал
оттуда очередную "серебряную пулю", привычным движением сначала вставил, а
потом загнал снаряд, изготовленный главным образом из пластика, в зарядную
камору.
- Готово! - выкрикнул он.
- Цель опознана! - тут же сообщил командиру стрелок.
- Огонь!
- Летит! - Короткая пауза. Трассирующий след вел прямо к цели. -
Попадание!
- Цель поражена! - послышался возглас командира. - Траверс направо,
цель - танк на один час. Заряжающий:
- Готово! Стрелок:
- Цель опознана! Командир:
- Огонь!
- Ле-е-е-тит! - произнес стрелок, нажимая на спусковые крючки и
отправляя к цели свой третий за одиннадцать секунд снаряд.
Это не походит на действительность, подумал командир батальона,
увлеченный стрельбой из своего танка. Происходящее напоминало скорее
набегающую волну. Первым взорвался передовой Т-80, затем последовало
несколько промахов, исправленных через пять секунд, а потом начал взрываться
второй ряд танков противника. Затем они открыли ответный огонь. Дульные
вспышки походили на взрывы зарядов Хоффмана, имитирующих стрельбу на
тренажере в центре подготовки НЦП, где он тренировался совсем недавно, и
оказались такими же безвредными. Вражеские снаряды оставляли трассирующий
след, и командир видел, что весь первый залп противника упал с недолетом.
Несколько Т-80 успели выстрелить во второй раз, но ни одному не удалось
произвести третий выстрел.
- Боже мой, сэр, найдите мне цель! - послышался голос стрелка.
- Выбирай сам.
- Тогда "бимп", - пробормотал стрелок. На этот раз снаряд был
фугасно-осколочным, и бронетранспортер взорвался на расстоянии чуть больше
четырех тысяч метров. Как и раньше, бой закончился меньше чем через минуту
Американские танки продолжали движение. Несколько бронетранспортеров
противника выпустили противотанковые ракеты, но теперь они попали под
обстрел танков и "брэдли" и начали взрываться один за другим. В небо
поднялись столбы огня и дыма. Появились бегущие солдаты. Они рассыпались в
стороны, спасаясь от убийственного огня, порой оглядывались отстреливаясь
или в поисках укрытия Стрелки, не видя крупных целей, открыли огонь из
спаренных пулеметов. Теперь "брэдли" поровнялись с танками и взялись за
охоту всерьез.
Передовые американские танки миновали дымящиеся остатки машин дивизии
"бессмертных" меньше чем Через четыре минуты после первого залпа. Их башни
поворачивались из стороны в сторону в поисках новых целей. Командиры открыли
башенные люки и, глядя сверху, сжимали ручки крупнокалиберных пулеметов,
установленных на башнях. Как только замечали, что кто-то открывает огонь,
тут же следовала ответная очередь Это походило на соревнование "кто убьет
больше". Гвардейцы испытывали боевой азарт, прежде незнакомое чувство
божественного могущества: в их власти было даровать жизнь или смерть одним
движением пальца. Они знали, за что воюют, понимали, что их послали сюда,
чтобы отомстить. Боевые машины неумолимо ползли вперед, пожиная жизни. Они
походили на доисторических чудовищ, бесчеловечных и безжалостных.
И вдруг азарт начал угасать. Это перестало быть долгом, перестало быть
местью и перестало быть забавой, которой сначала им казалось происходящее.
Это превратилось в убийство, и один за другим танкисты начали понимать, чего
от них ожидают и кем они могут стать, если не прекратят жестокую охоту.
Война, которую они ведут, не походит на действия летчиков, стреляющих в цели
с сотен и тысяч метров, которые появляются в виде точек на дисплеях систем
наведения, ничуть не похожие на людей. Здесь люди были гораздо ближе
Танкисты различали лица, раны и кровь на беззащитных спинах солдат,
убегающих от них. Их охватило чувство жалости даже по отношению к тем
глупцам, которые в попытке отстреливаться падали, изрешеченные пулями. Им
стала ясна бессмысленность происходящего, и американские солдаты, прибывшие
в эту пустыню переполненными ярости и жажды мщения, почувствовали отвращение
от того, куда завела их эта ярость. Пулеметы смолкли, скорее с общего
согласия, чем по приказу командиров, вражеские солдаты перестали
сопротивляться, и вместе с этим исчезла необходимость убивать Танки и
бронетранспортеры тактической группировки "Лобо" проползли через то, что
осталось от двух бронетанковых бригад противника, продолжая поиски целей,
заслуживающих их профессионального внимания. Прежний азарт вызывал теперь у
них чувство стыда.
x x x
Все кончено. Генерал отошел от своего командирского бронетранспортера,
дав знак экипажу следовать за ним. По его команде солдаты положили оружие на
песок и поднялись на холмик в ожидании американцев. Ожидание оказалось
недолгим. Начинался рассвет. На востоке появились первые оранжевые лучи
солнца, предвещающие начало нового дня, столь отличного от предыдущего.
x x x
Первый конвой проехал совсем рядом с ними - тридцать автозаправщиков с
горючим для Армии Аллаха следовали с приличной скоростью, и, видно, шоферы
приняли направляющиеся к югу бронемашины за собственные войска. Стрелки в
башнях "брэдли" Первой роты Третьего батальона Десятого бронетанкового полка
тут же разубедили их в этом несколькими очередями из своих "бушмастеров",
отчего взорвались пять первых автозаправщиков. Остальные остановились, два
опрокинулись в кювет при поспешной попытке водителей развернуться и спастись
и взорвались сами. Американские стрелки подождали, пока водители в панике не
выскочили из машин, затем уничтожили автозаправщики фугасно-зажигательными
снарядами и продолжили путь на юг, мимо озадаченных шоферов, которые стояли
на обочине, глядя им вслед.
На него натолкнулся один из бронетранспортеров, он подъехал на
пятьдесят ярдов и встал. Генерал, всего двенадцать часов назад командовавший
отборной бронетанковой дивизией, стоял не двигаясь. Он не шелохнулся, и
когда четыре пехотинца, выскочив из заднего люка бронетранспортера, стали
приближаться к нему с автоматами в руках, в то время как из башни на него
угрожающе смотрели дула пушки и пулемета.
- Лечь на землю! - скомандовал капрал.
- Я отдам приказ своим людям. Я говорю по-английски, а они - нет, -
ответил генерал и что-то произнес на фарси. Солдаты тут же легли лицом вниз.
Он продолжал стоять, возможно, надеясь, что его застрелят.
- Подними руки вверх, приятель. - На гражданке капрал служил в полиции.
Стоящий перед ним офицер - капрал еще не знал, какого он ранга, но его
мундир был явно слишком нарядным для рядового - выполнил приказ. Затем
капрал отдал автомат напарнику, достал пистолет, подошел к иранцу и,
приложив дуло пистолета к его голове, привычными движениями обыскал его. -
О'кей, можете опустить руки. Если будете сохранять спокойствие, никто не
пострадает. Скажите это своим людям. В случае необходимости нам придется
применить силу, но мы не собираемся никого убивать, ясно?
- Сейчас скажу.
x x x
Когда рассвело, Эддингтон снова поднялся в кабину вертолета, который
получил во временное пользование, и отправился осматривать поле боя. Скоро
ему стало ясно, что его бригада разгромила две бронетанковые дивизии. Он
приказал разведывательным группам выдвинуться вперед и быть готовыми к
преследованию противника, затем связался по радио с Диггзом и запросил
указания, как поступить с пленными. Прежде чем разобрались с этой проблемой,
из Эр-Рияда прилетел вертолет с телевизионщиками.
x x x
Пока не появился телерепортаж с места разгрома дивизий Армии Аллаха,
начали распространяться слухи, как это обычно бывает в странах, где нет
свободных средств массовой информации. Русскому дипломату позвонили домой
еще до семи утра и разбудили его, но уже через несколько минут он ехал в
своей машине по пустынным улицам Тегерана к условленному месту, чтобы
встретиться с человеком, который, как надеялся дипломат, уже созрел для
вербовки.
Русский разведчик потратил десять лишних минут, петляя, чтобы
проверить, нет ли за ним слежки, но всякий, кто захотел бы следить за ним
этим утром, должен был быть невидимкой. К тому же, подумал он, почти всю
службу безопасности аятоллы наверняка отправили на фронт.
- Да? - спросил русский вместо приветствия. Сейчас не время для обмена
любезностями, решил он.
- Вы были правы. Нашу армию разгромили этой ночью. В три утра меня
вызвали в министерство, чтобы расспросить о намерениях американцев, и там я
узнал все. Мы даже не можем связаться с нашими войсками. Командующий армией
исчез. В Министерстве иностранных дел царит паника.
- Этого следовало ожидать, - кивнул русский. - Могу сообщить вам, что
туркменский лидер...
- Мы знаем... Он позвонил Дарейи вчера вечером и спросил, имеет ли тот
какое-нибудь отношении к эпидемии.
- И что ответил ваш духовный вождь?
- Он сказал, что это клевета, распространяемая неверными, - чего еще
можно ждать от него? - Чиновник сделал паузу. - Его ответ не прозвучал
достаточно убедительно. Как бы то ни было, туркменский лидер отошел в
сторону. Индия предала нас - я узнал и об этом. Китаю еще не известно о
происшедшем.
- Полагать, что китайцы поддержат вас, - все равно что нарушать ваш
запрет на алкоголь. Мое правительство выступит, разумеется, на стороне
Америки. Вы остались совсем одни, - подчеркнул русский. - Мне нужна
информация.
- Какая именно?
- О месте, где находится лаборатория, производящая биологическое
оружие. Эта информация нужна мне сегодня.
- На экспериментальной ферме к северу от аэропорта. Неужели все так
просто? - изумленно подумал русский.
- Вы уверены в этом? - спросил он.
- Оборудование было закуплено в Германии и Франции. В то время я
работал во внешнеторговом отделе. Если хотите убедиться, это очень просто.
Много ли ферм, которые охраняют вооруженные солдаты? - Чиновник беспомощно
пожал плечами.
Русский кивнул.
- Я проверю. Есть и другие проблемы. Скоро Америка объявит войну - я
имею в виду тотальную войну - вашей стране. Моя страна сможет предложить вам
роль посредника в переговорах. Если вы сможете прошептать пару разумных слов
в ухо нужного человека, наш посол готов прийти на помощь, и вы окажете
услугу всему миру.
- Это просто. К полудню мы будем пытаться найти выход из создавшегося
положения.
- Для вашего теперешнего правительства выхода нет. Никакого, -
подчеркнул сотрудник Службы внешней разведки.
Глава 63
Доктрина Района
Войны обычно начинаются в точно рассчитанное время и редко
заканчиваются в заранее определенные сроки. С рассветом Одиннадцатый
бронетанковый полк был хозяином на еще одном поле боя, уничтожив одну из
дивизий Второго корпуса Армии Аллаха. Другая дивизия вела бой со Второй
бронетанковой бригадой саудовской армии, атакующей со стороны восходящего
солнца. Тем временем американский полк снова остановился для заправки
горючим и пополнения боезапаса, прежде чем нанести удар по Третьему корпусу
противника, который до сих пор не принимал активного участия в сражениях.
Но теперь ситуация менялась. К обеим уцелевшим дивизиям было привлечено
полное внимание всех самолетов тактической авиации союзников, находящихся на
этом театре военных действий. Сначала была уничтожена их противовоздушная
оборона. В каждый радиолокатор, стоило ему начать действовать, истребители
F-16 пускали ракеты HARM
через два часа в воздухе обозначилось полное господство авиации союзников.
Истребители ОИР, действующие с аэродромов на своей территории, попытались
оказать поддержку сухопутным войскам, окруженным и оказавшимся в трудном
положении, но ни одному из них не удалось преодолеть заслон из саудовских и
американских истребителей, наводимых на цель радиолокаторами АВАКСов. Они
потеряли более шестидесяти самолетов в бесполезных попытках прорваться к
войскам, которые им приказали защищать. Гораздо легче было нанести удар по
кувейтским бригадам, столь нагло вторгшимся на территорию огромного и
мощного северного соседа. Крохотные ВВС маленькой страны были вынуждены
полагаться лишь на собственные силы в течение почти всего дня, хотя сами бои
не имели никакого стратегического значения: дороги через болота были
перерезаны, дамбы и мосты взорваны, так что потребуется немало времени,
чтобы восстановить прерванные коммуникации. В результате воздушные бои стали
выражением обоюдной ярости, но и здесь кувейтские истребители сумели
достойно проявить себя, сбивая три вражеских истребителя за каждый
потерянный. Для маленькой страны, которая только начала осваивать военное
искусство, об этих боях еще долгие годы будут складываться легенды, причем
рассказы о славных победах с каждым годом будут становиться все цветистее. И
все-таки потери в ходе боев окажутся бессмысленными, а гибель людей
напрасной, потому что ход войны стал уже необратимым.
После того как Третий корпус Армии Аллаха лишился противовоздушной
обороны, внимание союзной авиации было обращено на более серьезные проблемы.
На земле находилось свыше шестисот танков, восемьсот бронетранспортеров,
больше двухсот артиллерийских орудий - как самоходных, так и на механической
тяге, - несколько тысяч грузовиков и тридцать тысяч солдат, которые
оказались далеко на территории иностранного государства и теперь пытались
спастись. "Штурмовые иглы" F-15E барражировали над этой массой людей и
боевой техники на высоте пятнадцати тысяч футов, сбросив скорость до
минимальной, пока операторы их систем вооружения выбирали цели и наносили по
ним удары "умными" бомбами лазерного наведения. Небо было безоблачным,
солнце ярким, а поле боя ровным, и укрыться там было негде. Действовать
здесь оказалось намного легче, чем на бомбардировочном полигоне на базе
Неллис. Спустившись ниже, F-16 тоже взялись за охоту, нанося удары ракетами
"маверик" и сбрасывая обычные бомбы. Еще до полудня генерал-лейтенант,
командир корпуса, поняв, что он является теперь старшим из командного
состава Армии Аллаха, собрал машины поддержки, пытаясь установить хоть
что-то вроде порядка, и приказал отступать. Под бомбовыми ударами с воздуха,
видя, как с востока приближается Пятая бронетанковая бригада саудовской
армии, а в тыл готовятся ударить американские войска, он решил двинуться на
северо-запад, надеясь вернуться на свою территорию в том же месте, где Армия
Аллаха недавно пересекла границу. Его бронетехника попыталась установить
дымовые завесы, что в некоторой степени затруднило действия союзной авиации.
Проявив разумную осторожность, саудовские и американские истребители не
стали снижаться, опасаясь, что войска ОИР начнут отстреливаться, а это на
малой высоте могло оказаться эффективным. Поведение истребителей дало
командиру корпуса надежду, что он сумеет вывести хотя бы две трети своих
войск. По крайней мере ему не приходилось беспокоиться о горючем - теперь в
его распоряжении находились автозаправщики всей Армии Аллаха.
x x x
Сначала Диггз отправился в бригаду Эддингтона. Ему были знакомы
подобные зрелища и запахи. Танки могут гореть удивительно долго, иногда по
несколько дней, из-за находящихся в них топлива и боезапаса, а едкий запах
химических веществ скрывает отвратительный смрад сгоревшей человеческой
плоти. Задача армии всегда заключалась в уничтожении вооруженного
противника, но мертвые вражеские солдаты скоро начинали вызывать жалость,
особенно когда погибли в такой бойне. Однако не так уж и много солдат Армии
Аллаха погибло от пуль и снарядов Каролинской бригады. Большинство сдались в
плен. Их следовало теперь собрать, разоружить, пересчитать и заставить
работать, главным образом копать могилы, чтобы похоронить тела своих
погибших товарищей. Все это было так же старо, как и сами войны, и урок,
преподанный побежденным, всегда оставался одним и тем же: вот почему вы не
должны снова воевать с нами.
- Что дальше? - спросил Эддингтон, сжимая зубами сигару. Победители
прошли через разные, резко меняющиеся настроения. Сначала прибытие в спешке
и замешательстве, страх перед неизвестностью, который они старались скрыть,
решимость во время боя, а в их случае и ярость, подобную которой им не
доводилось испытывать раньше, радость и эйфория победы, затем ужас от
зрелища кровавой бойни и жалость к побежденным. Теперь цикл опять сменился.
Большинство механизированных частей за последние несколько часов подверглись
реорганизации и были готовы снова вступить в бой. Тем временем американская
военная полиция и прибывшие саудовские войска занялись пленными.
- Пока оставайтесь на месте, - ответил Диггз к разочарованию и
облегчению Эддингтона. - Остатки вражеской армии обратились в бегство. Вы не
сможете догнать их, а у нас нет приказа вторгаться в пределы другой страны.
- Они просто напали на нас, как бывало и раньше, - сказал полковник
Национальной гвардии, вспомнив Веллингтона <Артур Уэсли Веллингтон (1769 -
1852), английский полководец, одержал победу при Ватерлоо над Наполеоном.>.
- А мы снова дали им отпор. Все это ужасно.
- Помните Бобби Ли и битву при Чанселлорвилле <Во время Гражданской
войны в Америке в битве при Чанселлорвилле (1863) войска южан под
командованием генерала Роберта Ли нанесли поражение войскам северян.>?
- Да, это верно. И он был прав. Эта пара часов, Диггз, когда мне
пришлось заниматься передислокацией своих батальонов, запрашивать
информацию, действовать на основании полученных данных.... - Полковник
покачал головой. - Я никогда не ожидал, что это будет так трудно.., но
теперь...
- Хорошо, что война так ужасна, иначе мы могли бы привыкнуть к ней. Как
странно, что иногда забываешь об этом. Бедняги, - сказал генерал, глядя, как
несколько десятков военнопленных ведут к грузовикам для отправки в тыл. -
Наведите здесь порядок, полковник. И займитесь своими людьми. Может прийти
приказ о наступлении, хотя я в этом сомневаюсь.
- А где Третий корпус?
- Он далеко не уйдет, Ник. Мы преследуем его и гоним прямо на Десятый
бронетанковый полк.
- Значит, ты все-таки знаком с тактикой Бедфорда Форреста. - Это был
один из самых знаменитых афоризмов генерала Конфедерации Южных штатов. Он
гласил: "преследовать и гнать", не давать противнику ни минуты на отдых,
тревожить непрерывными налетами, все время беспокоить, заставлять совершать
ошибки, загонять на войска, находящиеся в засадах. Впрочем, в данном случае
это уже не имело значения.
- Темой моей докторской диссертации было "Гитлер как мастер
политических махинаций". Мне он тоже не слишком нравился. - Диггз улыбнулся
и отдал честь. - Ты и твои люди отлично справились с поставленной задачей,
Ник. Я рад, что твоя бригада воевала вместе с нашими полками.
- Для нас это большая честь, сэр.
x x x
Это был автомобиль с дипломатическими номерами, но шофер и дипломат,
сидевший рядом, знали, что к ним в Тегеране далеко не всегда проявляют
должное уважение. В стране, ведущей войну, ситуация менялась, и часто можно
было заметить тщательно скрываемые ранее секретные сооружения лишь по тому,
что теперь вокруг них было больше вооруженных солдат, чем обычно. Было бы
гораздо разумнее ничего не менять, но все почему-то поступают именно так.
Автомобиль остановился. Шофер поднес к глазам бинокль, а пассажир достал
фотоаппарат. Действительно, вокруг исследовательской лаборатории на
территории экспериментальной фермы стояли вооруженные солдаты. Разве такое
бывает на фермах, ведущих исследования в сфере сельского хозяйства? Как все
просто, подумал резидент СВР. Автомобиль развернулся и направился обратно в
посольство.
x x x
Теперь им попадались только отставшие. "Черная кавалерия" преследовала
бегущего противника, но охота за ним оказалась вовсе не такой легкой.
Американские танки и бронетранспортеры обладали более высокой скоростью, чем
те, которых они преследовали, но убегать всегда легче, чем догонять.
Преследователям приходилось проявлять осторожность и думать о возможных
засадах, а стремление добить побежденного врага компенсировалось опасностью
погибнуть в самом конце уже выигранной войны. Беспорядок, царящий в рядах
противника, позволил Одиннадцатому полку приблизиться вплотную, и его
подразделения, находящиеся на правом фланге, установили радиосвязь с
саудовскими войсками, которые уничтожали последние батальоны Второго корпуса
и готовились встретиться с Третьим в решающей битве.
- Цель - танк, - послышался голос командира одного из танков. - На
десять часов, четыре сто.
- Опознан, - произнес стрелок, когда массивный "Эйбрамс" остановился,
чтобы выстрел был более точным.
- Не стрелять, - внезапно скомандовал командир. - Они выпрыгивают из
танка. Дай им несколько секунд.
- Понял. - Стрелок тоже увидел, как от танка бегут солдаты, да и ствол
орудия на Т-80 повернут в противоположную сторону. Они подождали, пока
танкисты отбежали метров на сто.
- О'кей, действуй.
- Пошла. - Грохот выстрела, танк чуть откатился назад, и снаряд полетел
к цели. Через три секунды башня вражеского танка взлетела вверх от мощного
взрыва. - Ага, попрыгунчик!
- Цель поражена. Прекратить огонь. Водитель, вперед, - приказал
командир. Это был двенадцатый танк, подбитый ими. Экипаж уже подумывал, кто
же займет первое место в их роте. Командир пометил на своем приборе ИССЭ
координаты того места, где три вражеских танкиста покинули свою машину, -
теперь эта информация автоматически поступит в штаб полка и служба
безопасности отыщет их. Набрав скорость, танк объехал подальше трех солдат
противника - каким бы невероятным это ни казалось, но один из них мог
выстрелить или сделать еще какую-нибудь глупость, а у американцев не было ни
времени, ни желания тратить на них боеприпасы. Предстоит еще одно сражение,
если только у врага не хватит ума прекратить бесполезное сопротивление и
сдаться.
x x x
- Есть замечания? - спросил президент Соединенных Штатов.
- Сэр, возникнет прецедент, - заметил Клифф Ратледж.
- Это и является моей целью, - сказал Райан. На экране появились снятые
кадры военных действий, сырые и неотредактированные. На них был виден весь
ужас боя: части тел, разорванных взрывом, высунувшаяся из дымящегося
бронетранспортера рука, какой-то бедняга, который почти успел выскочить из
танка, но все-таки опоздал. По-видимому, человека с портативной видеокамерой
притягивают к себе такие картины. Мертвые остаются мертвыми, и все они
жертвы того или иного, подумал Райан. Эти солдаты еще недавно независимых
стран погибли от рук вооруженных американцев, но их послал на смерть
человек, чьи приказы им пришлось выполнять, который допустил ошибку в своих
расчетах. Он без колебаний поставил на карту жизни этих молодых парней,
использовал их как фишки в азартной игре, как монеты в огромном игровом
автомате, дергая за ручку и наблюдая, что получится. Главы государств не
должны так поступать. Власть означает ответственность. Джек знал, что ему
придется сесть за стол и от руки написать письма семьям всех погибших
американцев, как это сделал в 1991 году Джордж Буш. Письма послужат двум
целям. Может быть, они хоть немного утешат семьи погибших. И уж несомненно
напомнят человеку, пославшему их на войну, что мертвые были когда-то живыми.
Райан попытался представить себе их лица. Наверно, ничем не отличаются от
лиц тех национальных гвардейцев, которые стояли в почетном карауле в
Индианаполисе во время его первой поездки по стране. Да, они походят друг на
друга, но жизнь каждого человека индивидуальна и неповторима, она является
самым ценным достоянием ее владельца, а он принял участие в том, чтобы
лишить владельцев жизни этого ценного достояния. Сознавая всю необходимость
сделанного им, теперь он должен все время, пока находится в этом здании,
помнить, что эти люди были чем-то большим, чем просто лица. И в этом, сказал
себе Райан, заключается разница между ним и тем человеком. Я знаю, в чем
заключается моя ответственность, а он - нет. Он по-прежнему живет в мире
иллюзий и считает, что люди ответственны перед ним, а не наоборот.
- Это политический динамит, господин президент, - сказал ван Дамм.
- Ну и что?
- Возникает юридическая проблема, - заметил Пэт Мартин. - Такое решение
противоречит президентскому декрету, выпущенному президентом Фордом.
- Мне известно об этом, - ответил Райан. - Но кто принимает решение о
президентских декретах?
- Глава исполнительной власти, сэр, - произнес Мартин.
- Составьте мне проект нового декрета.
x x x
- Что это за запах? - потянул носом один из водителей. В мотеле, что
находился в Индиане, шоферы грузовиков вышли на стоянку и принялись за
утренний "танец", перегоняя свои машины с места на место, чтобы сохранить
покрышки. Им смертельно надоело жить здесь, и они с нетерпением ждали, когда
отменят запрет на поездки. Водитель, задавший этот вопрос, только что
перегнал свой "Мак" и поставил его рядом с бетоновозом. Настала весна,
потеплело, и под лучами солнца металлические корпуса грузовиков превращались
в раскаленные печи. Бетоновоз тоже нагрелся, и произошло то, на что никак не
рассчитывали его владельцы.
- У тебя что, утечка горючего? - спросил водитель Холбрука и
наклонился, чтобы посмотреть. - Нет, бак в порядке.
- Может, пролили бензин при заправке, - предположил горец.
- Нет, вряд ли. Площадку только что полили из шланга. Давай-ка
посмотрим. В восемьдесят пятом я видел, как на шоссе 1-40 сгорел грузовик
из-за того, что механик не правильно подсоединил топливопровод. Шофер погиб.
На шоссе было черт знает что. - Он продолжал обход бетоновоза. - У тебя
где-то точно утечка, приятель. Давай проверим топливный насос, - сказал он и
открыл защелки на капоте.
- Эй, послушай, я хочу сказать...
- Не беспокойся, дружище, я знаю, что делать с неисправностями.
Экономлю добрых пять косых в год, потому как сам ухаживаю за грузовиком. -
Капот поднялся, шофер заглянул внутрь, протянул руку, проверил исправность
шлангов и прочность соединений. - О'кей, здесь все в норме. - Он пощупал
топливопровод, ведущий к инжекторам. Там разболталась гайка, но это не имело
значения, и шофер просто подтянул ее. В двигателе не было ничего необычного.
Шофер наклонился и заглянул под бетоновоз. - Ничего не капает. Черт его
разберет, - сделал он вывод и отошел от машины. Может быть, это ветер
приносит такую вонь... Нет, он чувствовал запах жарящегося бекона в
ресторане, куда собирался пойти отсюда. Едкая вонь доносилась откуда-то
рядом.., к тому же дизельное топливо так не пахнет, это что-то другое,
подумал шофер.
- У тебя что-то случилось, Кутс? - К ним подошел другой шофер.
- Запах какой-то странный, верно? - Оба подняли головы и начали
принюхиваться, как сурки.
- У кого-то течет бак?
- Вроде незаметно. - Первый шофер посмотрел на Холбрука. - Послушай,
приятель, не хочу обижать тебя, но этот тягач принадлежит мне, и я не хочу,
чтобы с ним что-то случилось, понимаешь? Ты не смог бы перегнать грузовик
вон туда? А я попрошу кого-нибудь посмотреть на твой двигатель, ладно?
- Ну конечно, никаких проблем. - Холбрук поднялся в кабину бетоновоза,
включил двигатель, медленно отъехал, развернулся и поставил машину в дальнем
углу площадки. Водители молча смотрели ему вслед.
- Ты заметил, Кутс, вонь исчезла, правда?
- У него неисправный грузовик.
- Ну и хрен с ним. Пошли, сейчас будут передавать новости.
- Смотрите! - услышали они, как только вошли в ресторан. Телевизор был
настроен на канал Си-эн-эн. На экране виднелась картина, словно созданная
отделом специальных эффектов на киностудии. Ничего подобного не могло
существовать в действительности и все-таки существовало.
- Полковник, что произошло прошлой ночью?
- Видишь ли, Барри, они дважды переходили в наступление. Первый раз мы
занимали позицию вон на том гребне. - Эддингтон дымящейся сигарой показал
назад. - Во второй раз мы продвинулись вперед, они тоже, и встреча произошла
вот здесь .. - Камера сместилась, и на экране появилось изображение двух
танков, ползущих мимо того места, где полковник Национальной гвардии читал
лекцию корреспонденту Си-эн-эн.
- Ты только посмотри на этих кабанов! - воскликнул Кутс. - В них было
бы неплохо прокатиться.
- А еще лучше пострелять из них. - Изображение на телевизионном экране
снова изменилось. Знакомое симпатичное лицо репортера было в пыли, под
глазами виднелись темные мешки усталости.
- Я Том Доннер и веду репортаж из Одиннадцатого бронетанкового полка.
Как мне описать прошлую ночь? Вместе с экипажем я находился вот в этом
"брэдли". Я даже затрудняюсь сказать, сколько танков противника уничтожили
за последние двенадцать часов наш бронетранспортер и остальные машины -
танки и БМП - роты "Браво". Прошлой ночью в пустыне Саудовской Аравии
разыгралась сцена из "Войны миров", а мы были марсианами и одержали полную
победу. - Вооруженные силы ОИР - нам противостояли смешанные иракские и
иранские части - сопротивлялись, или пытались сопротивляться, однако
безуспешно...
- Черт побери, жаль, что туда не послали мою бригаду, - заметил
вошедший полицейский дорожной службы, занимая свое обычное место. Он всегда
заезжал сюда выпить чашку кофе, с которой начинал свою смену, и уже
познакомился со многими водителями.
- Смоуки <Смоуки сокращение от Smoky Bear - дымчатый медведь (англ.), в
США прозвище полицейских из дорожного патруля.>, у тебя разве есть такие
монстры в Национальной гвардии Огайо?
- Да, я служу в бронетанковой бригаде. Этим парням из Каролины вчера
здорово повезло. - Коп покачал головой и увидел в зеркале человека, идущего
со стоянки.
- Войска противника обратились в бегство. Вы только что слышали, что
сказал полковник Эддингтон, командир бригады Национальной гвардии, которая
разгромила две вражеских бронетанковых дивизии...
- Две дивизии! Вот это да! - воскликнул коп, поднося к губам чашку с
кофе.
- ..а бронетанковый полк "Черная кавалерия" уничтожил еще одну. У меня
создалось впечатление, что я смотрю фильм или матч по футболу между
чемпионом НФЛ и дворовой командой.
- Добро пожаловать в высшую лигу, ублюдки, - произнес Кутс, глядя на
телевизионный экран.
- Это ваш бетоновоз? - обернулся полицейский.
- Да, сэр, - ответил Холбрук, направляясь к столику своего Друга.
- Смотри, чтоб он у тебя не взорвался, - пробормотал Кутс, не повернув
головы.
- Какого черта делает здесь бетоновоз из Монтаны? - бросил коп. - Ты
как считаешь? - Он посмотрел на Кутса.
- У него какая-то проблема с горючим, вот мы и попросили его перегнать
свой грузовик. Между прочим, спасибо, - повернулся он к Холбруку. - Надеюсь,
это тебя не затруднило, приятель.
- Ничего, все в порядке. Я уже проверил бак.
- Как вы оказались здесь с бетоновозом из Монтаны? - снова спросил
полицейский.
- Видите ли, мы, так сказать, купили его в Монтане и теперь перегоняем
на восток - там находится наша компания.
- А-а??.
Телевизионный экран снова приковал к себе внимание присутствующих.
- Да, они наступали на юг, и мы нанесли им сокрушительный удар! -
рассказывал кувейтский офицер другому репортеру. Он с благодарностью
похлопал ствол своего танкового орудия, как обычно делают с жеребцом,
выигравшим скачку, - маленький мужчина, который вырос за последние сутки на
целый фут вместе со своей крошечной страной.
- Неизвестно, когда мы можем снова взяться за работу, смоуки? - спросил
Кутс у полицейского. Коп покачал головой.
- Я знаю не больше тебя. Мне приказано снова ехать к перекрестку, где
перекрыто движение.
- Представь себе, смоуки, сколько денег ты теряешь из-за того, что не
можешь штрафовать нас! - засмеялся один из водителей.
- Я не обратил внимания на номерные знаки. Действительно, зачем, черт
побери, гнать бетоновоз из Монтаны? - заметил Кутс, размышляя вслух.
- Наверно, купил по дешевке. - Полицейский допил свой кофе. - На
компьютерной распечатке он не значится как краденый. И вообще, кому придет в
голову красть такого кабана?
- Я тоже такого не слышал. Бам! - выпалил Кутс. На телевизионном экране
"умная" бомба накрывала цель. - По крайней мере безболезненная смерть, -
заметил он.
- Желаю удачи, парни. - Коп направился к выходу. Он сел в свой
"шевроле" с форсированным двигателем и направился к шоссе, но передумал и
решил посмотреть на бетоновоз. Пожалуй, стоит проверить номерные знаки через
компьютер. А вдруг он и впрямь краденый? И тут полицейский тоже почувствовал
запах. Он сразу понял, что это не дизельное топливо... Скорее аммиак? Или
аммиачная селитра? Этот запах всегда напоминал ему о мороженом - однажды
летом ему довелось работать на фабрике, где его делали, и.., о запахе
метательных зарядов в своей бронетанковой бригаде Национальной гвардии.
Решив удовлетворить любопытство, он вернулся в ресторан. - Извините меня,
джентльмены, это ваш бетоновоз в дальнем углу площадки?
- Да, а в чем дело? - спросил Браун. - У нас что-то не в порядке?
Его выдали дрожащие руки. Полицейский заподозрил неладное.
- Вы не могли бы пройти со мной, джентльмены? - предложил он.
- Одну минуту, в чем мы провинились?
- Ни в чем. Просто я хочу проверить, откуда доносится этот запах. Есть
возражения?
- Мы собирались нанять механика, чтобы он проверил подачу горючего.
- Если не возражаете, мы проверим это прямо сейчас. - Он сделал жест в
сторону двери. - Прошу вас.
Полицейский вышел следом за двумя приятелями и, сев за руль машины,
поехал за ними. По пути к бетоновозу водители оживленно разговаривали. Здесь
что-то не так, подумал полицейский и, следуя профессиональному инстинкту,
вызвал в качестве подкрепления патрульную машину, а также связался с
участком и попросил проверить номерные знаки. Закончив с этим, он вышел из
машины и снова посмотрел на бетоновоз.
- Включите двигатель, пожалуйста.
- Да, конечно. - Браун забрался в кабину и включил двигатель, который
изрядно шумел.
- Позвольте взглянуть на ваши документы, - сказал коп.
- Да в чем же, наконец, нас обвиняют?
- Ни в чем, сэр. Просто хочу проверить документы. Пит Холбрук достал
бумажник, и в этот момент на стоянку въехал второй полицейский автомобиль.
Браун тоже заметил его, посмотрел на Холбрука, державшего бумажник, и на
полицейского, рука которого лежала на расстегнутой кобуре. Коп стоял в
обычной позиции готового ко всему полицейского, но Браун подумал о другом.
Оба горца не были вооружены. Они оставили револьверы в комнате, им и в
голову не пришло брать их с собой, спускаясь на завтрак. Взяв водительское
удостоверение Холбрука, полицейский вернулся к машине и достал микрофон...
- Номера подлинные, грузовик не значится в угоне, - сообщила ему
женщина из полицейского участка.
- Спасибо. - Полицейский бросил микрофон обратно в машину и направился
к Питеру Холбруку, держа в руке его удостоверение...
Браун видел, что коп снова подошел к его другу, видел вторую
полицейскую машину, видел, как коп только что говорил по радиотелефону...
Полицейский с удивлением услышал рев двигателя и поднял голову.
Бетоновоз рванулся с места. Он крикнул, приказывая водителю остановиться.
Вторая полицейская машина тут же заблокировала выезд, и лишь тогда бетоновоз
остановился. Теперь все ясно. Здесь явно пахнет жареным.
- Выйти из кабины! - скомандовал он, теперь уже сжимая пистолет в руке.
Второй полицейский, еще не понимая, что происходит, подошел к Холбруку.
Браун спустился из кабины, коп тут же схватил его за воротник и бросил на
дверцу грузовика. - Что это с тобой? - с недоумением спросил он. Потребуется
несколько часов, чтобы найти ответ, и это будут интересные часы для
остальных шоферов, чьи грузовики находились на стоянке.
x x x
Ему ничего не оставалось, кроме как закричать, и он неожиданно для себя
так и поступил. Видеокадры на экране телевизора невозможно опровергнуть.
Люди с уважением относятся к глобальной телевизионной сети, и скрыть
происшедшее не удастся. Свои спутниковые антенны имеют многие богатые
иранцы, и не только очень богатые, но и те, кто живут совсем рядом. Как ему
теперь поступить? Приказать выключить телевизоры?
- Почему они не атакуют?! - гневно выкрикнул Дарейи.
- Командующий армией и командиры всех корпусов не выходят на связь. Мы
поддерживаем контакт только с двумя командирами дивизий. Одна бригада
доложила, что отступает на север и ее преследует противник.
- Что еще?
- Наша армия разгромлена, - ответил начальник разведслужбы.
- Но как?
- Разве это имеет значение?
Они отступали на север. Полк "буйволов" двигался на юг. Третий корпус
Армии Аллаха не знал, что у него впереди. Встреча произошла в середине дня.
Первый батальон Мастермана пока записал на свой счет около сотни
автозаправщиков и других грузовых машин - больше, чем другие батальоны.
Вопрос теперь был в том, насколько упорно станет сопротивляться противник.
По информации, поступающей с воздуха, Мастерман точно знал, где находятся
вражеские войска, их количество, расположение и в каком направлении они
движутся. Ситуация сейчас была намного проще, чем во время прошлой войны, в
которой ему тоже довелось участвовать.
Рота "А" была выдвинута вперед в качестве авангарда, прикрывающего
остальные силы, а роты "Б" и "В" двигались в трех километрах за ней.
Отдельную танковую роту Мастерман держал в резерве. Несмотря на то что в
предыдущих боях дивизии Армии Аллаха понесли значительный урон от
американской артиллерии, на этот раз он решил пока не пользоваться своей.
Ему не хотелось, чтобы противник узнал о приближении бронетанковых частей.
Когда до столкновения оставалось минут десять, Мастерман перевел роту "А" на
правый фланг. В отличие от предыдущей и единственной в его службе битвы на
этот раз Дьюк Мастерман не примет непосредственного участия в бою. Он будет
руководить своими танками по радио.
Рота "А" вступила в бой на предельном расстоянии, открыв огонь из
башенных орудий и пустив противотанковые ракеты "тоу". Первые беспорядочные
ряды бронетехники противника были тут же уничтожены. По оценке командира
роты, ему противостоял примерно вражеский бронетанковый батальон,
двигавшийся с левого фланга. Эта дивизия войск ОИР была укомплектована
иракцами и при первых же выстрелах повернула в противоположную сторону, даже
не заподозрив, что е...
