Клайв Касслер. Дракон
сторінка №18
...Ты способен сделать это, — сказала она уверенно. — Дирк Питт можетвсе.
— Лучше бы люди не говорили так, — вздохнул Питт. Он мотнул головой
направо. — Займи кресло второго пилота и поупражняйся с радио. Мы должны
вызвать кавалерию до того, как самурайские воздушные силы бросятся в погоню.
Мы не сможем убежать от реактивных самолетов.
— Японская армия пока что не принадлежит Суме.
— Ему принадлежит здесь все. Включи радио, я назову тебе частоту.
— Куда мы летим?
— На Ральф Р. Беннет.
— Судно?
— Корабль, — поправил ее Питт. — Поисковый и разведывательный
корабль Военно-Морского флота США. Если нам удастся беспрепятственно
добраться до него, мы вернемся домой свободными!
— Они не осмелятся стрелять в нас с Хидеки Сумой на борту.
Питт глянул на волны, бушующие внизу.
— Ох, как бы мне хотелось, чтобы ты была права.
Сзади них Джиордино тщетно пытался успокоить Тоси, которая шипела и
билась, как взбесившаяся кошка. Она плюнула в него, но чуть-чуть
промахнулась мимо его щеки, попав в ухо. В конце концов он схватил ее сзади
и сжал в тесных объятиях.
— Я знаю, что поначалу произвожу не слишком хорошее впечатление, --
счастливо сказал он. — Но, узнав меня, вы меня полюбите.
— Ты янки, американская свинья! — кричала она.
— Вовсе нет, мои итальянские предки никогда бы не согласились, чтобы
их считали янки.
Стаси, не обращая внимания на Джиордино и вырывающуюся Тоси, крепко
прикручивала Суму к одному из нескольких великолепных кожаных кресел в
роскошном салоне самолета. Глаза Сумы были вытаращены, челюсть отвисла.
— Ну и ну, — сияя от счастья, проговорил Манкузо. — Какая приятная
неожиданность, великий человек собственной персоной соблаговолил проехаться
с нами.
— Вы же мертвы. Вы все считались мертвыми, — бормотал Сума, не веря
своим глазам.
— Это твой дружок Каматори, вот кто мертв, — садистским тоном сообщил
ему Манкузо.
— Как? Как это случилось?
— Питт пришпилил его к стене за яйца.
Имя Питта, казалось, привело Суму в чувство. Он оправился от шока и
сказал:
— Вы совершили гибельную ошибку. Удерживая меня в качестве заложника,
вы развяжете ужасные силы.
— Как вы с нами, так и мы с вами. Теперь наша очередь действовать
подло и низко.
Человеческий голос бессилен точно передать шипение гадюки, но Суме это
почти удалось.
— Вы слишком невежественны и глупы, чтобы понимать, что вы делаете.
Мои люди запустят Проект "Кайтен", как только они узнают, что вы сделали.
— Пусть попробуют, — сказал Уэзерхилл, чуть не мурлыча от радости. --
Примерно через три минуты в вашем центре "Дракон" погаснет свет.
Робот-инспектор электрических сетей Отокодат вскоре обнаружил заряд
взрывчатки, прикрепленный липкой лентой к плоскому жгуту оптических волокон.
Он ловко удалил его и покатил обратно к приборному щиту. Несколько секунд он
рассматривал странный предмет, узнал, что таймер — это таймер, но в его
памяти не было необходимых данных для изучения пластиковых бомб, и он
понятия не имел об их назначении. Он направил сигнал своему начальнику.
— Это Отокодат с пятой силовой станции.
— Да, в чем дело? — ответил робот-контролер.
— Мне нужно связаться со своим начальником, господином Окумой.
— Он еще не вернулся после перерыва на чай. Почему вы вызываете его?
— Я обнаружил странный предмет, прикрепленный к главному
волоконно-оптическому кабелю.
— Что это за предмет?
— Мягкое вещество с цифровым таймерным устройством.
— Это может быть инструмент, забытый инженером по прокладке кабелей во
время монтажа.
— В моей памяти нет необходимых данных для положительной идентификации
этого предмета. Не хотите ли вы, чтобы я привез его в контрольный центр для
изучения?
— Нет, оставайтесь на своем посту. Я пришлю за ним курьера.
— Слушаюсь.
Через несколько минут робот-курьер по имени Накадзина,
запрограммированный ориентироваться во всех проходах и коридорах и проезжать
через двери во все служебные помещения и рабочие участки комплекса, появился
на силовой станции. Как и было приказано, Отокодат, не раздумывая, протянул
заряд Накадзиме.
Накадзима был самодвижущимся роботом шестого поколения, способным
воспринимать отдаваемые голосом команды, но не умеющим их подавать. Он молча
протянул свой суставчатый захват, взял заряд, положил его в контейнер и
покатил в центр контроля для доставки предмета на изучение.
В пятидесяти метрах от двери силовой подстанции, в месте, достаточно
удаленном от людей и важного оборудования, пластиковая бомба с зарядом
взрывчатки "Си-8" сдетонировала, и громоподобный рокот взрыва раскатился по
бетонным коридорам пятого уровня.
Центр "Дракон" был спроектирован и построен с расчетом на самые сильные
землетрясения, и каких-либо заметных разрушений его конструкций не
произошло. Проект "Кайтен" остался нетронутым и готовым к действию.
Единственным результатом срабатывания подложенной Уэзерхиллом бомбы
оказалось полное разрушение курьера Накадзимы.
Глава 57
Охранники-роботы сообщили службе безопасности о странном происшествии в
саду прежде, чем Питт успел поднять свой самолет с поворотными турбинами над
живой изгородью. Поначалу сообщение роботов было сочтено результатом
неверного визуального восприятия, но когда немедленный поиск Сумы оказался
безуспешным, в помещениях службы безопасности поднялась безумная паника.
Из-за своего непомерного самомнения и параноидального пристрастия к
секретности Хидеки Сума не проинструктировал своих старших управляющих, как
им действовать в экстренных случаях в его отсутствие. Запаниковав,
руководители службы безопасности попытались связаться с Каматори, но быстро
обнаружили, что на их телефонные звонки и обращения по громко-говорящей
связи никто не отвечает, а вызовы его персональных роботов-охранников также
остались безответны.
Специальная оперативная группа, усиленная четырьмя вооруженными
роботами, бросилась к апартаментам Каматори. Старший офицер громко постучал,
но, не получив ответа, отступил в сторону, приказав одному из роботов
взломать дверь, оказавшуюся запертой. Толстая непрозрачная стеклянная
преграда была быстро разбита вдребезги.
Офицер осторожно прошел через пустую переднюю комнату, просматриваемую
видеокамерой, и медленно вошел в комнату с трофеями. У него отвисла челюсть
от невероятного зрелища. Моро Каматори висел на стене в вертикальном
положении, его плечи поникли, глаза были широко открыты, а изо рта бежала
струйка крови. Лицо Каматори было перекошено от боли и ярости. Офицер
оцепеневшими глазами смотрел на рукоять сабли, торчавшую из паха Каматори;
клинок проходил насквозь через его тело, приколов его к стене.
Изумленный офицер не мог поверить, что Каматори мертв. Он осторожно
потряс его и попытался заговорить с ним. Через минуту до него наконец дошло,
что опоздавший родиться самурайский воин уже больше никогда ничего не
скажет. И только тут офицер впервые заметил, что пленники убежали и
роботы-телохранители Каматори застыли в неподвижности там, где стояли.
Паника еще больше усилилась известиями об убийстве Каматори и почти
одновременным взрывом на пятом ярусе. Ракеты класса "земля-воздух",
размещенные по периметру острова, поднялись из своих бункеров, были нацелены
и готовы к запуску, но команда на пуск не была отдана из-за неуверенности,
не находится ли Сума на борту самолета.
Но вскоре действия людей Сумы стали управляемыми и целенаправленными.
Видеозаписи роботов-охранников были заново просмотрены, и они ясно показали,
что Суму силой затащили на борт его самолета.
Стареющий главарь "Золотых драконов", Корори есису, и его финансовая
опора, Ичиро Цубои, находились в токийской конторе Цубои, когда до них
дозвонился директор службы безопасности Сумы. Они немедленно приняли на себя
руководство всеми действиями людей Сумы.
Через восемь минут после взрыва Цубои, воспользовавшись своим
значительным влиянием в военных кругах, сумел организовать вылет двух
реактивных истребителей в погоню за ускользающим самолетом с поворотными
турбинами. Он приказал перехватить самолет и попытаться посадить — его
обратно на остров Сосеки. Если это окажется невозможным, они должны будут
уничтожить самолет со всеми, кто находится на его борту. Цубои и Ѓсису
согласились, что, несмотря на их многолетнюю дружбу с Сумой, для Проекта
"Кайтен" и их новой экономической империи будет лучше, если Сума умрет, чем
если станет орудием шантажа со стороны иностранной державы или, что еще
хуже, окажется выставленным на показ публике в качестве обвиняемого перед
американской судебной системой. И, кроме того, была устрашающая уверенность
в том, что Суму заставят выдать детали японской секретной технологии и план
экономического и политического господства американским специалистам по
допросам из разведывательных служб.
Питт взял курс по компасу на то место, где корабль находился в тот
момент, когда он покинул его, отправившись на остров Сосеки. Он выжимал из
двигателей все, что мог, опасно превышая их расчетные нагрузки, пока Лорен
отчаянно пыталась связаться с "Беннетом".
— Кажется, я не могу пробиться к ним.
— Ты на правильной частоте?
— Шестнадцатый диапазон высоких частот?
— Неверная частотная полоса. Переключи на УКВ и используй мое имя в
качестве наших позывных.
Лорен установила переключатель на УКВ и снова набрала частоту. Затем
она заговорила в микрофон, прикрепленный к наушникам у нее на голове.
— Питт вызывает американский корабль "Беннет", — сказала она. — Вы
меня слышите? Вы меня слышите? Пожалуйста, ответьте.
— Говорит "Беннетт". — Ответ прозвучал так громко и ясно, что
барабанные перепонки Лорен под наушниками чуть не лопнули. — Это
действительно вы, мистер Питт? У вас такой голос, как будто со времени нашей
последней встречи вы сменили пол.
Самолет, который вел Питт, был засечен сверхчувствительными системами
обнаружения "Беннетта" в ту же секунду, как он поднялся с земли. Как только
стало ясно, что он взял курс на восток над морем, его отслеживала
тактическая система электронной войны и разведки. Предупрежденный об этом
инциденте в течение нескольких минут, капитан Харпер расхаживал по штабной
каюте, каждые несколько секунд останавливаясь и заглядывая через плечи
операторов, смотрящих на экраны радаров и мониторы компьютеров,
анализирующих и усиливающих сигналы от приближающейся цели, стараясь
распознать ее природу.
— Вы можете различить...?
— Либо самолет с поворотными роторами, либо с поворотными турбинами,
— опередил оператор вопрос капитана. — Он поднялся вертикально, как
вертолет, но приближается к нам слишком быстро для винтокрылой машины.
— Курс?
— Один-два-ноль. Похоже, что он направляется к тому месту, откуда мы
запустили двух "Ибисов".
Харпер бросился к телефону и снял трубку.
— Радиорубку.
— Радиорубка слушает, сэр, — мгновенно послышался ответ.
— Есть какие-нибудь радиосигналы?
— Никаких, сэр. В эфире тихо.
— Позвоните мне в ту же секунду, как что-нибудь услышите. — Харпер
положил трубку. — Курс меняется?
— Цель по-прежнему следует курсом один-два-ноль, слегка к югу от
восточного направления, капитан.
Это должен быть Питт, хотя это и не может быть он. Но кто еще летел бы
именно к этой точке? Совпадение? — гадал Харпер. Будучи не из тех людей,
кто любит сидеть, ничего не предпринимая, он пробурчал приказ своему
помощнику, стоящему рядом.
— Поверните на курс в сторону позиции, из которой мы запустили
"Ибисов". Полный ход, пока я не прикажу вам что-нибудь другое.
Помощник знал, что Харпер предпочитает эффективность соблюдению
протокола, поэтому он молча повернулся и быстро передал приказы на мостик.
— Вас вызывает радиорубка, капитан, — объявил один из матросов.
Харпер схватил трубку.
— Говорит капитан.
— Я принял сигнал от женщины, утверждающей, что она член Конгресса
Лорен Смит. Она также утверждает, что мистер Питт ведет самолет, угнанный с
острова Сосеки, на борту которого находится восемь пассажиров, включая
сенатора Майкла Диаса и господина Хидеки Суму.
Поскольку Харпер находился слишком далеко в низу цепочки, по которой
осуществлялось руководство операцией, чтобы его проинформировали о похищении
Лорен и Диаса, его нельзя было винить в том, что он не сразу поверил этому
сообщению.
— Они угнали самолет и похитили Суму? И откуда, черт возьми, Питт
откопал парочку политиков на острове Сосеки? — Он помолчал, чтобы удивленно
покачать головой, а затем отдал приказ по телефону. — Скажите тем, кто у
вас на связи, кто бы это ни был, что я требую более конкретной информации.
Радист ответил через полминуты.
— Женщина клянется, что она член Конгресса Лорен Смит от штата
Колорадо, и если вы не обеспечите им наведение на посадку и защиту от
погони, если такая необходимость появится, то она собирается связаться с
Роем Монро и потребовать, чтобы вас назначили командовать буксиром в
Арктике. Я не тот человек, чтобы давать советы капитану, сэр, но если она
дружит с секретарем флота, то она, должно быть, именно та, кем она
представляется.
— Хорошо, теперь я согласен поверить ее словам. — Харпер нехотя
подчинился. — Дайте им указания повернуть на двадцать градусов к югу и
продолжать лететь этим курсом, пока мы не встретимся...
— Вижу два самолета, поднявшиеся с базы ВВС Сензю, — прервал их
разговор оператор радара тактической системы наблюдения. — Конфигурация и
скорость указывают на перехватчики "Мицубиси Равен" японских сил
самообороны. Они ложатся на тот же курс, что и самолет с поворотными
турбинами, и включают радарные установки.
— Черт побери! — выпалил Харпер. — Теперь нам придется иметь дело с
японскими военными. — Он снова повернулся к своему дежурному офицеру.
— Известите тихоокеанское командование о нашей ситуации. Сообщите им,
что я перехожу на боевое положение. Я намерен открыть огонь по
преследователям, если они проявят какие-либо признаки враждебных действий. Я
принимаю ответственность за защиту пассажиров на борту самолета с
поворотными турбинами, исходя из убеждения, что они американские граждане.
Его дежурный помощник колебался,
— Вы не слишком рискуете, сэр?
— Пожалуй, не слишком. — Харпер лукаво улыбался. — Неужели вы
всерьез полагаете, что меня отдадут под трибунал за то, что я собью
вражеский самолет, чтобы спасти жизни двух членов Конгресса?
Аргументы Харпера были неотразимы. Помощник улыбнулся в ответ.
— Нет, сэр, полагаю, что вряд ли.
Питт поднял самолет на четыре тысячи метров и продолжал вести его на
этой высоте. Время прижиматься к воде прошло. Он вышел за пределы радиуса
действия ракетных систем острова и теперь шел прямо на "Ральф Р.Беннетт". Он
расслабился и надел наушники с микрофоном, висевшие на подлокотнике его
кресла.
— Осталось восемьдесят километров, — тихо сказал он. — Корабль
вот-вот появится на горизонте прямо по курсу.
Джиордино сменил Лорен в кресле второго пилота и с удивлением смотрел
на показания топливомера.
— Наземная команда Сумы пожадничала с топливом. Через десять минут мы
будем лететь на парах.
— Им нужно было только частично заправить баки для короткого перелета
с острова Сосеки и обратного пути из Эдо-Сити, — сказал Питт. — Я здорово
гнал самолет и тратил топливо очень щедро.
— Теперь тебе лучше не спешить и расходовать его экономно.
В их наушниках раздался щелчок и послышался громкий голос:
— Говорит капитан Харпер.
— Рад слышать вас, капитан. — Это Дирк Питт. Продолжайте.
— Терпеть не могу сообщать дурные новости, но за вами увязались два
японских комара.
— Этого только не хватало, — пробормотал Питт. — Как скоро они
перехватят нас?
— Наши компьютеры сообщают, что они окажутся у вас на хвосте за
пятнадцать-двадцать километров до нашей встречи.
— Нам крышка, если они атакуют, — сказал Джиордино, постукивая
пальцами по стеклу топливо-мера.
— Ваши дела не так уж плохи, как вы думаете, — медленно проговорил
Харпер. — Наши электронные средства подавления уже глушат их радарные
системы наведения ракет. Им придется зайти почти прямо над вами, чтобы
запустить ракеты визуально.
— Вы можете чем-нибудь пальнуть в них, чтобы сбить их прицел?
— Наше единственное оружие — тридцатимиллиметровый "Морской вулкан".
— Немногим лучше, чем детская пукалка, — жалобно сказал Джиордино.
— Должен вам сообщить, что эта пукалка, как вы ее называете, может
производить сорок две сотни выстрелов в минуту и плеваться на восемь
километров, — ответил Харпер.
— На добрых пять километров меньше, чем нужно, и слишком поздно, --
сказал Питт. — Есть еще какие-нибудь идеи?
— Подождите. — Прошло целых две минуты, прежде чем Харпер снова
заговорил. — Вы можете сесть под прикрытием нашего заградительного огня,
если переведете самолет в пикирование и выведете его из пике на нашу палубу.
Увеличенная скорость во время снижения позволит вам выиграть дополнительные
четыре минуты до перехвата.
— Я не вижу никакого выигрыша, — сказал Джиордино. — Наши
преследователи тоже спикируют.
— Не подходит, — ответил Питт Харперу. — Мы будем как беспомощная
утка, скользя над волнами. Лучше оставаться на высоте, где у меня еще
остается пространство для маневра.
— Они весьма сообразительные парни, — ответил Харпер. — Они
планируют загодя. Мы отследили, что они сближаются на высоте двенадцати
сотен метров, на двадцать восемь сотен метров ниже вас. Мне кажется, они
собираются срезать вас при снижении во время захода на посадку.
— Продолжайте.
— Если вы воспользуетесь тактикой, разработанной нашими компьютерами,
вы увеличите ваши шансы сесть под прикрытием нашего заградительного огня.
Кроме того, и это жизненно важно, как только они окажутся в радиусе
досягаемости нашего "Вулкана", у нас будет свободное поле огня над вами.
— Вы меня убедили, — сказал Питт. — Мы начнем снижение через сорок
секунд. — Он повернулся к Лорен, сидевшей в кресле за дверью кабины.
— Посмотри, чтобы все были хорошо пристегнуты. Нам придется немного
заняться рок-н-роллом.
Лорен быстро обошла салон, проверив, как привязаны Сума и Тоси,
предупредив остальных. Всякие отзвуки веселья, охватившего было спасшихся
членов группы МОГ, быстро угасли, и в салоне воцарилось мрачное настроение.
Только японский промышленник неожиданно приобрел счастливый вид. Сума
улыбался, как статуя Будды.
В кабине Питт быстро проделал серию упражнений для растяжки мышц и
разработки суставов. Он сделал несколько глубоких вдохов и затем
помассировал ладони и пальцы, как будто он был концертирующим пианистом,
собирающимся сразиться со Второй венгерской рапсодией Листа.
— Восемнадцать километров и быстро приближаются, — услышал он голос
Харпера.
Питт сжал руками штурвал и кивнул Джиордино.
— Эл, считывай мне показания измерителей высоты и скорости воздуха.
— С удовольствием, — сказал Джиордино без малейших признаков
беспокойства. Он всецело полагался на Питта.
Питт нажал кнопку передатчика своего радио.
— Выполняю пикирование, — сказал он тоном патологоанатома,
объявляющего о начале вскрытия трупа. Затем он крепко сжал руками штурвал и
передвинул его вперед, гадая, что он скажет, когда встретит дьявола. Самолет
опустил нос вниз, и его двигатели завизжали, когда он устремился к огромному
синему морю, заполнявшему теперь все ветровое стекло кабины.
Глава 58
Цубои положил в сторону телефонную трубку и страдальчески взглянул
через стол на Корори Ѓсису.
— Наш истребитель передал, что самолет Хидеки совершил маневр, чтобы
уйти от погони. У них нет времени заставить его вернуться на остров Сосеки
до его встречи с американским военным кораблем. Командующий полетом
запрашивает наше подтверждение приказа сбить самолет.
Ѓсису отвечал, сначала немного подумав. Мысленно он уже смирился со
смертью Сумы. Он затянулся сигаретой и кивнул.
— Если нет другого выхода, Хидеки должен умереть, чтобы спасти то, что
мы все с таким трудом строили многие годы.
Цубои заглянул в глаза старого дракона и не увидел в них ничего, кроме
суровой решимости. Тогда он заговорил в трубку:
— Приказ на уничтожение подтвержден.
Когда Цубои положил трубку, Ѓсису пожал плечами.
— Хидеки лишь один из длинной череды тех, кто пожертвовал своей жизнью
ради нашей новой империи.
— Это так, но американское правительство не будет счастливо потерять
двух своих законодателей в том же инциденте.
— На президента окажут давление наши лоббисты и друзья в том же
правительстве, чтобы он сказал мало и не сделал ничего, — сказал Ѓсису с
трезвой уверенностью. — Возмущение будет сосредоточено на Хидеки. Мы
останемся в тени, не задетые штормом.
— И очень осторожно возьмем на себя управление его корпорациями.
Ѓсису медленно кивнул.
— Это закон нашего братства.
Цубои посмотрел на старика с еще большим, чем ранее, уважением. Он
понял, как Ѓсису удалось выжить, когда несчетное число других авторитетов
уголовного мира и "золотых драконов" сгинули за эти годы. Он знал, что Ѓсису
умел мастерски манипулировать другими людьми, и, кто бы не становился у него
на пути, как бы ни были сильны его враги, он ни разу не потерпел поражения.
Он был, как теперь, наконец, понял Цубои, самым могущественным человеком в
мире, не занимавшим никакой официальной должности.
— Мировые средства массовой информации подобны жадному дракону,
накидывающемуся на любой скандал, — продолжал Ѓсису. — Но ему быстро
надоедает его вкус, и он переходит к другому скандалу. Американцы быстро
забывают. Смерть двух из их бесчисленных политиков быстро сотрется из их
памяти.
— Хидеки вел себя, как дурак! — резко выпалил Цубои. — Он начал
думать, что он Бог. И, как большинство людей, когда они становятся слишком
могущественными и самовлюбленными, он допустил тяжкие ошибки. Похищение
американских законодателей на их собственной земле было просто идиотским
поступком.
Ѓсису не стал отвечать немедленно, но посмотрел через стол на Цубои.
Затем быстро произнес:
— Ты мне как внук, Ичиро, а Хидеки был как сын, которого у меня
никогда не было. Вина лежит на мне. Если бы я крепче держал его в руках, это
несчастье не случилось бы.
— Ничего не изменилось, — пожал плечами Цубои. — Попытка
американских шпионов сорвать Проект "Кайтен" была предотвращена. Мы столь же
могущественны, как и прежде.
— И все же нам будет очень не хватать Хидеки. Мы обязаны ему многим.
— Я бы ожидал не меньшего, если бы мы поменялись с ним местами.
Я уверен, что ты без колебаний бросился бы на меч, если бы это было
необходимо, — сказал Ѓсису со снисходительной улыбкой.
Цубои был слишком самоуверенным, чтобы даже принимать во внимание
возможность неудачи. Он принадлежал к новому поколению и никогда не имел ни
малейшего намерения отойти в сторону, воткнув нож себе в живот.
— Наша финансовая и промышленная империя будет расширяться и далее,
без Хидеки, — сказал он без сожаления. — Мы должны укрепить свои сердца и
двигаться вперед.
Ѓсису заметил честолюбивое выражение в глазах Цубои. Молодому
финансовому кудеснику не терпелось вступить в права наследника всего
оставленного Сумой.
— Я поручаю тебе, Ичиро, организовать подходящую церемонию в честь
нашего друга, когда мы будем чествовать его дух у Ясукуни, — сказал Ѓсису,
упомянув Суму так, будто он уже несколько дней был мертв.
Цубои отмахнулся от этих слов взмахом руки. Он вскочил на ноги и
наклонился над столом.
— Теперь, Корори, когда Проект "Кайтен" полностью готов к действию, мы
должны улучить момент, чтобы подорвать экономическую независимость Европы и
Америки.
Ѓсису кивнул головой, и седые волосы упали ему на лоб.
— Я согласен, что смерть Хидеки не должна привести к отсрочке наших
планов. Ты должен немедленно вернуться в Вашингтон и продиктовать наши
требования президенту относительно расширения наших финансовых предприятий в
Америке.
— А если он отвергнет наши требования?
— Я многие годы изучал этого человека. Он реалист. Он поймет, что мы
бросаем канат его умирающей стране. Он знает о нашем Проекте "Кайтен" и что
он способен сотворить. Отбрось опасения, Президент Соединенных Штатов пойдет
на сделку, как и Конгресс. Какой у них остался выбор?
— Двадцать две сотни, — бубнил Джиордино, произнося вслух высоту в
метрах и скорость набегающего воздушного потока в узлах. — Скорость
пять-двадцать.
Океан быстро приближался, белые буруны стали больше. Они проносились
через клочья облаков. Скорость почти не ощущалась, только слышался рев
турбин, которые Питт держал включенными на полную мощность. Определить на
глаз высоту над водой было почти невозможно. Питт поручил это дело
Джиордино, который в свою очередь доверился приборам, которые должны были
предупредить его, когда пора выходить из пике.
— Где они? — спросил Питт в микрофон.
— Это Рей Симпсон, Дирк, — донесся голос офицера, который
инструктировал их насчет "Ибисов". — Я буду направлять тебя на посадку.
— Где они? — повторил Питт.
— В тридцати километрах и быстро приближаются.
— Меня это не удивляет, — сказал Питт. — Они могут делать более чем
на тысячу узлов больше, чем этот автобус.
— Пятнадцать сотен, — зачитывал Джиордино. — Скорость пять-двадцать.
— Жаль, что я не удосужился пролистать руководство для пилота, --
пробормотал Питт себе под нос.
— Двенадцать сотен метров. Скорость шесть-пятьдесят. Похоже, неплохо
получается.
— Откуда ты знаешь?
— Я подумал, что уместно сказать так, — пожал плечами Джиордино.
В ту же секунду сигнал тревоги раздался в кабине. Они загнали самолет
за пределы его безопасной расчетной скорости в неизведанные режимы полета.
— Одна тысяча метров. Скорость семь-сорок. Крылышки, не подведите нас
теперь.
Цель оказалась в пределах визуального диапазона, и пилот ведущего
японского истребителя поместил красную точку, появившуюся на экране
телевизионного монитора его системы наведения ракет, на пикирующий самолет с
поворотными турбинами. Оптический компьютер выдал серию управляющих запуском
команд и пустил ракету.
— Ракета "воздух-воздух" в полете, — предупредил их Симпсон зловещим
голосом.
— Предупреди, когда она будет в километре от меня, — быстро приказал
Питт.
— Шестьсот метров, — напомнил Джиордино Питту. — Скорость восемьсот.
Теперь пора.
Питт не стал тратить дыхание на ответ, а потянул штурвал на себя.
Самолет среагировал, словно это был планер, схваченный гигантской рукой.
Постепенно, идеально ровной дугой, он перешел к горизонтальному полету на
опасно низкой высоте, меньше чем в семидесяти метрах над водой.
— Ракета приближается, расстояние три километра, — сказал Симпсон,
его голос был невыразительным и отчужденным.
— Эл, приготовься повернуть турбины на максимальный угол, --
неуверенно сказал Питт.
Почти в ту же секунду, казалось, Симпсон выкрикнул:
— Один километр.
— Давай!
Джиордино молниеносным движением перебросил рычаги установки наклона
двигателей из горизонтального положения в вертикальное.
Самолет, казалось, подпрыгнул, из горизонтального полета отклонившись
почти на девяносто градусов вверх. Его тряхнуло, и всех бросило вперед
неожиданным изменением импульса и направленной вверх тягой двигателей, все
еще включенных на максимальную мощность.
Ракета скользнула ниже, разминувшись с брюхом самолета меньше чем на
два метра. И затем она исчезла, промелькнув прочь и в конце концов упав в
море.
— Прекрасная работа, — похвалил Питта Симпсон. — Вы подходите к зоне
досягаемости нашего "Вулкана". Старайтесь оставаться на малой высоте, чтобы
у нас было свободное поле огня над вами.
— Нам потребуется некоторое время, чтобы перевести снова этот автобус
в горизонтальный полет к вашей палубе, — сказал Питт Симпсону, и
разочарование проявилось в углубившихся морщинах на его лице. — Я потерял
скорость.
Джиордино вернул турбины в горизонтальное положение, пока Питт
удерживал самолет, стараясь перевести его в горизонтальный полет с
минимальной потерей высоты. Он выровнялся и направился прямо к маячившему
впереди кораблю в каких-то двадцати метрах над водой. Питту он казался
неподвижным бумажным корабликом на пластмассовом море, выглядывающим из-за
гребней волн.
— Истребители приближаются, но нет никаких признаков запуска ракет, --
раздался тревожный голос Симпсона. — Они медлят до последней секунды, чтобы
успеть среагировать на твой следующий маневр. Ты бы лучше садился на палубу,
и побыстрее.
— Я иду сейчас на уровне гребней волн, — ответил Питт.
— И они тоже. Один над другим, так что ты не можешь снова прыгать, как
летающее блюдце.
— Должно быть, они читают наши мысли, — спокойно заметил Джиордино.
— Поскольку у вас нет скрамблера для шифрования голоса, они слушают
каждое ваше слово, — предупредил их Симпсон.
— Мог бы и раньше нам об этом сказать.
Питт смотрел через ветровое стекло на "Ральф Р. Беннетт". У него было
такое чувство, что стоит ему протянуть руку, и он коснется огромной антенной
решетки.
— Следующее действие спектакля за вами, "Беннетт". Мы исчерпали наш
набор сюрпризов.
— Ворота в крепость открыты, — неожиданно раздался голос Харпера. --
Поверните на пять градусов к корме и не забудьте нырнуть, когда появится
почта.
— Ракета пущена, — сказал Симпсон.
— Слышу, — ответил Питт, — но мне некуда деваться.
Питт и Джиордино инстинктивно сгруппировались в ожидании удара и
взрыва. Они были так же беспомощны, как возвращающиеся в голубятню голуби,
на которых напал коршун. Внезапно их спасители выплеснули шквал огня,
пронесшийся прямо перед носом их самолета и прогремевший у них над головами
и далее к хвосту.
"Морской вулкан" "Беннетта" проснулся. Семь стволов современной пушки
Гатлинга вращались вокруг общей оси и делали 4200 выстрелов в минуту,
выбрасывая такой плотный поток огня, что траекторию снарядов можно было
увидеть невооруженным глазом. Струя рассекала небо, пока не встретила
подлетающую ракету, взорвавшуюся грибообразным облачком пламени меньше чем в
двухстах метрах за хвостом ускользающего самолета с поворотными двигателями.
Затем она направилась к ведущему истребителю, поймала его и срезала
напрочь одно крыло, как зубы ломтик жареного картофеля. Истребитель "Ворон"
концерна "Мицубиси" несколько раз перевернулся в воздухе и рухнул в воду со
страшным всплеском. Второй истребитель ушел в крутой вираж, едва увернувшись
от потока снарядов, безжалостно приближавшихся к выхлопной струе его
двигателей, и поспешил лечь на обратный курс в направлении Японии. Лишь
тогда "Морской вулкан" замолчал, и его последний снаряд описал дугу в синеве
и упал в море, превратив гребни волн в белую пену.
— Сажайте вашу машину, мистер Питт. — Огромное облегчение ясно
слышалось в голосе Харпера. — Ветер с правого борта, скорость семь узлов.
— Спасибо, капитан, — сказал Питт. — И спасибо вашей команде. Это
была отличная стрельба.
— Все дело в том, чтобы знать, как нужно любить вашу электронику.
— Начинаю окончательное приближение.
— Жаль, что у нас нет духового оркестра и подходящей к такому случаю
комиссии для встречи высоких гостей.
— Звезды и полосы, развевающиеся на ветру, вполне сгодятся.
Через четыре минуты Питт посадил самолет с поворотными двигателями на
вертолетной площадке "Беннетта". Лишь после этого он глубоко вздохнул,
утонул в своем кресле и расслабился, пока Джиордино заглушал двигатели.
Впервые за несколько недель он чувствовал себя в безопасном и надежном
месте. В его ближайшем будущем больше не маячили опасности и неожиданности.
Его роль в операциях группы МОГ была завершена. Он думал только о том, как
вернуться домой, а затем, может быть, отправиться понырять в теплых водах
Пуэрто-Рико или Гаити, если удастся, то вместе с Лорен.
Питт рассмеялся бы от абсолютной невозможности в это поверить, если бы
сейчас кто-нибудь вошел в кабину и предсказал, что не пройдет и нескольких
недель, как адмирал Сэндекер будет произносить эвлогию на его поминальной
службе.
Часть IV. ДЫХАНИЕ МАТЕРИ
20 декабря 1993 г.
Вашингтон, округ Колумбия
Глава 59
— Они выбрались оттуда! — ликующе объявил Джордан, резким движением
бросив телефонную трубку в кризисном штабе Агентства национальной
безопасности, расположенном глубоко под Белым домом. — Нам только что
сообщили, что наша группа МОГ покинула остров Сосеки.
Дейл Николс подозрительно посмотрел на Джордана.
— Это точно?
Джордан кивнул с видом полной уверенности.
— Информация надежная. Их атаковали истребители японских сил
самообороны, но они ускользнули от преследования.
Президент подошел к своему креслу.
--{/i} Где они сейчас?
— Благополучно приземлились на борт "Ральфа Р. Беннетта",
разведовательного корабля ВМФ, дежурившего в ста километрах от острова.
— Потери есть?
— Никаких.
— Слава Богу за это.
— Но это еще не все, далеко не все, — сказал Джордан, заведенный, как
часовая пружина. — Они доставили с собой на борт нашего корабля члена
Конгресса Смит, сенатора Диаса и Хидеки Суму.
Президент и все прочие смотрели на него с безмолвным удивлением.
Наконец Николс произнес:
— Как это им удалось?
— Подробности пока очень отрывочны, но коммодор Харпер, капитан
"Беннетта", сказал, что Дирк Питт и Эл Джиордино захватили самолет, который
должен был доставить Смит и Диаса в Эдо-Сити. Они как-то ухитрились схватить
Суму и его секретаршу и взлететь в поднявшейся суматохе.
— Сума, — восхищенно произнес директор ЦРУ Мартин Броган. — Ну, это
нам подарочек прямо с неба.
Удивление и радость в глазах президента сменились задумчивостью.
— Это придает ситуации совершенно новый аспект.
— В этих обстоятельствах, господин президент, — сказал министр
обороны Джесси Симмонс, — я советую отменить ядерный удар по центру
"Дракон".
Президент взглянул на большие часы, ведущие обратный счет времени до
ядерной атаки на стене кризисного штаба. На них было десять минут до
запуска.
— Ради Бога, конечно, да, отзовите приказ.
Симмонс просто кивнул генералу Клейтону Меткалфу, председателю
Объединенного комитета начальников штабов, который тут же схватил телефонную
трубку и начал отдавать распоряжения. Через полминуты Меткалф кивнул.
— Они остановлены на стартовых площадках.
Государственный секретарь Дуглас Оутс просто сиял от радости.
— Еле успели, господин президент. Я был против ядерного удара с самого
начала.
— Центр "Дракон" и Проект "Кайтен" никуда не делись, — напомнил
президент Оутсу. — Они все еще представляют грозную опасность. Кризис
просто перешел из острой стадии к временной передышке.
— Верно, — продолжал настаивать Оутс, — но теперь, когда Сума в
наших руках, мы, можно сказать, держим змею за голову.
— Не могу дождаться, что наши специалисты по допросам сумеют вытянуть
из него, — радостно заметил Броган.
Оутс покачал головой, решительно не соглашаясь с этим.
— Сума — это не мелкая рыбешка в пруду. Он один из богатейших и
влиятельнейших людей в мире. Не следует ожидать, что можно применять к нему
жесткую тактику без самых тяжких последствий.
— Как он с нами, так и мы с ним. — В голосе Джордана звучало
удовлетворение. — Я не вижу причин проявлять милосердие к человеку,
похитившему двух членов Конгресса и собиравшемуся взорвать атомные бомбы на
американской земле.
— Я согласен с тобой, Рой, — сказал Броган, кисло улыбнувшись Оутсу.
— Этот парень настолько растленный, насколько это только возможно. Я готов
поспорить на обед со всеми здесь присутствующими, что японское правительство
промолчит и не предъявит никаких протестов.
Оутс был непоколебим.
— Не в наших национальных интересах действовать, подобно варварам.
— Хорошие парни финишируют последними, — сказал Джесси Симмонс. --
Если бы мы проводили твердую линию, как русские, у нас не было бы заложников
в Ливане.
— Джесси прав, — согласился Николс. — Мы были бы последними
идиотами, если бы отпустили его, чтобы он мог вернуться в Японию и
возобновить свою частную войну против нас.
Броган сказал:
— Премьер-министр Дзансиро и его кабинет не посмеют поднять шум, иначе
вся эта грязная история просочится в мировую печать и обрушится на них как
тонна кирпичей. Нет, ты не прав, Дуг, следующий шаг в устранении этой
страшной угрозы нашему народу должен состоять в том, чтобы выкручивать Суме
руку до тех пор, пока он не выдаст точные места нахождения заминированных
машин.
Президент обвел глазами стол с выражением усталости и терпения.
— Мистер Сума не является другом нашей страны. Он полностью в твоем
распоряжении, Мартин. Заставь его петь, как канарейка. Нам нужно добраться
до этих бомб и обезвредить их чертовски быстро.
— Как скоро сможет флот эвакуировать Суму с "Беннетта"? --повернулся
Броган к Симмонсу.
— У нас нет авианосцев в этой части океана, — ответил министр
обороны, — так что придется подождать, когда корабль окажется в пределах
радиуса действия вертолетов от острова Уэйк, ближайшей точки, откуда мы
можем забрать его самолетом.
— Чем скорее Сума окажется в Вашингтоне, тем скорее мы сможем вытянуть
из него эти данные, — заявил Броган.
Президент кивнул.
— Мне также будет интересно узнать, что увидели член Конгресса Смит и
сенатор Диас.
Дон Керн вошел в комнату и тихо зашептал что-то на ухо Джордану,
кивавшему, пока он слушал, и затем посмотревшему на президента.
— Похоже, что наши друзья из НУМА решили для нас еще одну проблему.
Коммодор Харпер сообщил, что самолет с поворотными турбинами, который Питт и
Джиордино захватили для полета с острова Сосеки, был заправлен на борту
"Беннетта". Они в воздухе и летят сейчас к острову Уэйк, пока мы тут
разговариваем.
Внимание президента переключилось на Меткалфа.
— Генерал, я поручаю вам организовать доставку Сумы и наших
законодателей в столицу военным транспортом настолько быстро, насколько это
в человеческих силах.
— Я прикажу Генералу Дьюку Маккею, командующему базой ВВС Андерсон на
Гуаме, выслать на остров Уэйк свой личный реактивный самолет. Он будет ждать
на земле, когда Питт сядет.
Теперь президент посмотрел на Джордана.
— Каков статус центра "Дракон"?
— Сожалею, сэр, — ответил Джордан. — Сообщения коммодора Харпера
были очень кратки. В них не было ни слова от нашей группы МОГ, удалось ли им
выполнить задачу.
— Тогда мы не узнаем ничего, пока они не доберутся до острова Уэйк.
— Ничего, сэр.
Оутс бросил на Джордана неприязненный взгляд.
— Если ваши люди не справились с заданием помешать центру "Дракон"
стать работоспособным, может произойти ужасное несчастье.
Джордан в ответ посмотрел на Оутса не более дружелюбно.
— Если они вернулись целыми и невредимыми, значит, они сделали то, для
чего их посылали.
— Мы не знаем это наверняка.
— Даже если это так, мы заведомо получили передышку, раз архитектор и
строитель Проекта "Кайтен" в наших руках, — сказал Симмонс. — Остальные
участники заговора Сумы будут деморализованы. Они не посмеют предпринять
серьезных агрессивных действий, когда их лидер у нас под колпаком.
— Боюсь, что ваша теория не выдержит испытания практикой, — медленно
произнес Джордан. — Мы невнимательно отнеслись к сообщению Харпера с
"Беннетта".
— Там что-нибудь есть об этом? — спросил президент.
— Та часть, где говорится о том, что самолет ускользнул от нападения
японских истребителей.
Джордан кивнул.
— Они должны были знать, что Сума находится на борту. И все же они
пытались его сбить.
Симмонс постукивал пальцами по своему блокноту, пока говорил.
— Тогда мы должны предполагать, что они... кто бы ни были эти они...
— Старый король японского преступного мира, Корори Ѓсису, и его
дружок, финансист Ичиро Цубои, — объяснил Джордан, перебив Симмонса. — Они
являются криминальными компаньонами Сумы по его промышленной империи.
— Тогда мы должны предполагать, — повторил Симмонс, — что Хидеки
Суму есть кому заменить.
— Похоже, что это так, — сказал Керн, впервые произнеся что-то вслух
за все это время.
— Откуда следует, что Ѓсису и Цубои могут войти в центр и
активизировать системы детонации, — предположил президент.
Выражение оптимизма на лице Брогана начало медленно исчезать.
— После того как Сума оказался в наших руках, трудно сказать, как они
будут реагировать.
— Может быть, мне следует снова отдать приказ о ядерном ударе, — не
то серьезно, не то шутя сказал президент.
Джордан отрицательно покачал головой .
— Не прямо сейчас, господин президент. Есть другой способ добиться
отсрочки для того, чтобы заново оценить ситуацию.
— Что у тебя на уме, Рей?
— Мы позволим японцам перехватить сообщение капитана Харпера, в
котором будет говориться, что самолет, на котором находились Диас, Смит и
Сума, упал в море и разбился, а все пассажиры погибли.
Броган скептически отнесся к этому предложению.
— Вы думаете, они клюнут на это?
— Скорее всего, нет, — сказал Джордан с лукавым видом, — но готов
биться об заклад, что они будут размышлять над этим до тех пор, пока мы не
уничтожим Проект "Кайтен" к чертовой матери.
Глава 60
Как и обещал председатель Объединенного комитета начальников штабов,
персональный пассажирский реактивный самолет ВВС С-20 генерала Маккея стоял
рядом со взлетной полосой, протянувшейся через весь остров Уэйк, когда Питт
опустил свой самолет с поворотными турбинами на размеченную вертолетную
площадку рядом с небольшим зданием аэродрома.
Мэл Пеннер прилетел с Палау и ждал, зажав уши ладонями от рева турбин,
когда колеса самолета опустились на бетон. Площадка была оцеплена и
охранялась почти двадцатью полицейскими. Пеннер подошел к самолету и в
ожидании встал у дверцы. Она распахнулась, и Уэзерхилл первым вышел из
салона.
Пеннер шагнул вперед, и они обменялись рукопожатиями.
— Рад видеть, что ты по-прежнему среди живых.
— Я тоже этому рад, — ответил Уэзерхилл, улыбаясь до ушей. Он
оглянулся вокруг на окруживших самолет военных полицейских ВВС. — Мы не
ожидали встретить здесь целую делегацию по приему почетных гостей.
— Вы были главной темой горячей дискуссии в Белом доме. Вы
действительно прихватили с собой Суму?
Уэзерхилл кивнул.
— А еще Диаса и Смит.
— У вас неплохой улов.
Стаси сошла вниз и тоже удивилась, увидев Пеннера и охрану.
— Что-то подсказывает мне, что мы не собираемся наполнить баки и
продолжать наш полет на Гавайи, — сказала она, крепко обнимая Пеннера.
— Увы, нет. Здесь находится пассажирский самолет ВВС, посланный
доставить Суму и законодателей в Вашингтон. Их будут сопровождать и охранять
военные разведчики. Всем остальным приказано остаться здесь, на острове
Уэйк, для встречи с группой высокопоставленных шишек, посланных Джорданом и
президентом.
— Сожалею, что мы не могли послать вам больше данных, — объяснил
Уэзерхилл, — но мы подумали, что лучше не доверять эту информацию
радиоволнам и доложить ее лично.
— Джордан согласился с этим. Вы приняли правильное решение.
Уэзерхилл протянул Пеннеру папку, заполненную аккуратно напечатанными
страницами.
— Вот полный отчет.
Пеннер уставился на отчет непонимающим взглядом.
— Как?
Уэзерхилл жестом показал назад, в салон самолета.
— Сума оборудовал его полностью, как летающий офис, чтобы вести дела
на борту. Мы написали его во время полета с помощью текстового процессора.
Манкузо высунул голову из дверцы.
— Привет, Мэл. Ты захватил бумажные тапочки для вечеринки и
шампанское?
— Рад видеть тебя, Фрэнк. Когда я могу встретиться с вашими
пассажирами?
— Мы их сейчас отправляем. Тебе придется минутку подождать наших
японских гостей, мне их надо сначала отвязать.
— Вы держите их связанными?
— Они временами капризничают.
Лорен и Диас спустились на бетон, щурясь от яркого солнца, и были
представлены Пеннеру, сообщившему им, куда и как они полетят дальше. Затем
Манкузо вывел Тоси и Суму, крепко держа под руки каждого из них.
Пеннер слегка поклонился.
— Добро пожаловать в Соединенные Штаты, мистер Сума, но я не думаю,
что вам понравится пребывание здесь.
Сума бросил на Пеннера презрительный взгляд, который он приберегал для
существ низшего сорта, и вел себя так, будто разведчик-оперативник был
невидимым.
Тоси смотрела на Пеннера с нескрываемой ненавистью.
— Вы должны обращаться с господином Сумой с надлежащим уважением. Он
требует, чтобы его немедленно освободили и вернули в Японию.
— О, его непременно вернут, — с издевкой сказал Пеннер. — После того
как он насладится полностью оплаченным отпуском в столице нашей страны,
любезно предоставленным ему американскими плательщиками.
— Вы нарушаете международное право, — сказал Сума угрожающим тоном.
— И если вы не освободите нас, возмездие будет быстрым, и многие ваши
соотечественники умрут.
Пеннер повернулся к Уэзерхиллу.
— Может он подкрепить свою угрозу?
Уэзерхилл посмотрел на Суму
— Сожалею, но вы можете забыть о центре "Дракон". Его самый лакомый
кусочек мы вырезали.
— Вы добились успеха? — спросил Пеннер. — Рей Джордан и Дон Керн от
нетерпения узнать об этом лезут на стенки.
— Лишь временная мера. У нас едва хватило взрывчатки, чтобы взорвать
жгут волоконно-оптических кабелей. Через несколько дней они исправят это
повреждение.
С самолета сошел доктор Джош Ногами, которого приветствовал Пеннер.
— Большое удовольствие встретиться с вами, док. Мы признательны за
ваши усилия по передаче нам информации. Ваша помощь была неоценимой.
Ногами скромно пожал плечами.
— Жаль, что мне не удалось спасти Джима Хана-муру.
— Вы бы могли выдать себя, если бы попытались это сделать, и тогда вас
тоже могли убить.
— Мистер Питт сделал все, что мог, чтобы этому помешать, и преуспел.
— Ногами огляделся вокруг, но не увидел знакомых лиц. — Похоже, я теперь
агент без задания.
— Когда наш заместитель директора по оперативному планированию, Дон
Керн, узнал, что вы находитесь на борту, он сделал запрос, чтобы вас
временно прикомандировали к нам. Ваш начальник согласился. Если вы не против
поработать несколько дней с кучкой провинциалов, ваше знание расположения
помещений центра "Дракон" было бы нам чрезвычайно полезно.
Ногами кивнул.
— Погода здесь в любой день лучше, чем в дождливом Лондоне.
Прежде чем Пеннер смог ответить, Джиордино выпрыгнул из самолета и
подбежал к взводу военных полицейских ВВС, сопровождающих Суму и Тоси к
ждущему их С-20. Он подбежал к офицеру, командующему этим взводом, и
попросил его на несколько секунд остановить процессию.
Джиордино был выше Тоси лишь на полсантиметра. Он посмотрел ей прямо в
глаза.
— Дорогуша, жди меня.
Она посмотрела на него с удивлением и досадой.
— О чем вы говорите?
— Об ухаживании, любовном преследовании, о ласке, о привязанности, о
предложении. Как только я смогу догнать тебя, я намерен сделать тебя
счастливейшей из всех женщин на свете.
— Вы сумасшедший!
— Это лишь одно из моих многочисленных достоинств, — с обаятельной
улыбкой сказал Джиордино. — Ты обнаружишь множество других в ближайшие
годы.
Как ни удивительно, Тоси была тронута. По какой-то странной причине,
которую она не в силах была понять, она начала находить совсем неяпонский
подход Джиордино привлекательным. Ей пришлось приложить усилия, чтобы
подавить все признаки дружелюбия, которое она начала испытывать к нему.
Джиордино уловил ее неуверенность и обхватил ее нежные плечи своими
здоровенными ручищами, быстро поцеловал ее в губы и улыбнулся.
— Я догоню тебя, как только смогу.
Она все еще продолжала безмолвно смотреть на него через плечо, когда
Пеннер взял ее за локоть и бесцеремонно увел прочь.
Питт сопровождал Лорен к самолету С-20 после того, как Сума, Тоси и
Диас заняли места в салоне. Они молча шли к самолету, чувствуя, как
солнечное тепло и влажный ветерок ласкают кожу.
Лорен остановилась в нескольких метрах от трапа, посмотрев Питту в
глаза.
— Кажется, кто-то из нас двоих вечно приходит и уходит.
Он кивнул.
— Мы всегда заняты каждый своими делами. И наши деловые расписания
никогда не пересекаются.
— Может быть, однажды... — Ее голос тихо умолк.
— Однажды непременно, — понимающе сказал он.
— Ты не собираешься вернуться?
Он пожал плечами.
— Я не знаю. Элу и мне приказано остаться здесь.
— Они не могут снова послать тебя на этот чертов остров. Не сейчас.
— Я ведь морской инженер, ты же помнишь? Я буду последним человеком,
которого они могли бы послать атаковать центр "Дракон" с шестиствольной
базукой.
— Я поговорю с президентом и потребую, чтобы тебя с Элом отправили
домой.
— Не слишком выкладывайся, — легко сказал он. — В это время мы,
вероятно, опять будем лететь на восток.
Она встала на цыпочки и...