Сергей Щеглов. Разводящий Апокалипсиса
страница №7
...тился лицом к лицу сревущим столбом синего пламени. Хорошо, что это только запись, подумал
Валентин, поспешно отступая назад. В реальности я уже повалился бы на
колени, как при встрече с Великим Черным.
Только отодвинувшись на безопасное расстояние, Валентин позволил себе
удивиться. Видеозапись, позволяющая чувствовать Силу?! Да из какого века эта
"смотрелка"?
Как правило - из которого, впрочем, до сих пор не было исключений, -
земная техника, попадавшая на Пангу, ощутимо уступала в эффективности
местным талисманам. Любой визомон мог передать то ощущение Силы, которое
только что заставило Валентина шарахнуться в сторону - а вот для тотсканов
двадцать первого века это было непосильной задачей.
Ну что ж, философски рассудил Валентин. Значит, "смотрелка" из более
позднего будущего. То ли она магию напрямую чувствует, то ли создает
виртуального зрителя и пишет все его ощущения. Скорее всего, второе -
ощущение все-таки послабее, чем в жизни. И слава Богу, что послабее!
- Вот так-то лучше, - усмехнулся великий маг, когда один из его людей
отлетел в сторону и сломанной куклой упал на траву. - Еще!
Он развел руки в стороны, словно пытаясь обхватить невидимую сферу.
Между руками заструились тонкие ниточки Силы - но не по прямой, что было бы
обычным делом, а по странно изогнутым в сторону мага траекториям. Валентин
сообразил, что маг выстраивает из силовых нитей параболическую антенну в
рост человека, и цокнул языком. С такой хитрой магией он еще никогда не
сталкивался.
Маг-магистр, видимо, ободренный успехом, выкрикнул второе заклинание.
Вокруг дерева возникло синее светящееся кольцо, сыплющее короткими
электрическими разрядами. Еще двое нападавших с воплями повалились на землю
и забились в корчах. Магистру удалось высвободить одну руку, и он поднял ее
в воздух, собираясь добить оставшихся - но тут антенна, выстроенная великим
магом, засияла в полную силу.
Рука магистра так и осталась поднятой вверх. Синее кольцо погасло и
едва заметным облачком втянулось в сверкающую полусферу, окружавшую великого
мага. Два человека, валявшиеся на земле, поднялись на ноги, двигаясь как в
обратном кино. А сам магистр начал мелко-мелко дрожать, и из груди его по
направлению к антенне заструились сгустки какой-то прозрачной субстанции.
Магистр побелел как снег, откинулся на ствол дерева и медленно сполз на
землю. Он дернулся еще дважды, испустив особенно крупные сгустки, и замер в
нелепой позе, все еще держа левую руку над головой.
- Хвала Емаю, - пробормотал великий маг, скрещивая руки на груди.
Сверкающая полусфера, высосавшая жизнь из магистра, мгновенно погасла. -
Сожгите тело!
Валентин отступил еще на шаг, морщась от жара. Он на себе почувствовал,
как возросла Сила великого мага; и смысл обряда наконец стал ему понятен.
Этот урод научился высасывать Силу у других магов!
Валентин втянул голову в плечи и с опаской посмотрел на великого мага.
Но тот стоял на своем прежнем месте, его подручные замерли в живописных
позах, готовясь развести костер, и Валентин понял, что демонстрация
окончена. Секундой спустя картинка побледнела, и на смену ей пришла
привычная темнота.
- Ты все понял, Фалер? - спросил Альгин Кроче.
- Это и был Эриох? - уточнил Валентин.
- Он не скрывает своего имени, - с ненавистью сказал вампир. -
Гвардейцы величает его Эриохом Спасителем!
- И как давно он занимается этим... спасением? - поинтересовался
Валентин.
- Увиденное вами произошло десять дней назад, - пояснил Рейлис. - К
этому моменту Эриоху уже присягнули восемь лигийских гранд-донов, и армия
его насчитывала четыре тысячи всадников. Он вторгся на территорию Таффунии,
юго-восточной провинции Фарингии, и разбил втрое более многочисленное войско
наместника. Обряд, который мы вам показали, произошел вечером того же дня,
когда разъезды Эриоха выследили спасавшегося бегством мастера Тлори.
- Тлори, - повторил Валентин, вспоминая, где мог слышать это имя.
- Майнер Тлори, - прорычал Альгин Кроче. - Создатель элексира Тлори,
маг-целитель, воскресивший Негона Второго!
Валентин сжал губы. Теперь он понял, почему Эриох получил так много
Силы от обыкновенного - на первый взгляд - магистра. Целитель Тлори был
одним из старейших магов Побережья. Его врачебное искусство позволяло
отдалять смерть сколь угодно долго. Эриох завладел Силой, которую Тлори
собирал веками.
Валентин покачал головой. Тлори имел все основания бежать прочь от
армии Эриоха. Захватить в плен великого целителя - мечта любого полководца;
но убивать?! Пусть даже получив Силу - но потеряв бесчисленные заклинания,
известные одному только Тлори? Даже лесные разбойники трижды подумали бы,
прежде чем совершить такую глупость.
Однако Тлори убит, подумал Валентин, и убит человеком, которого трудно
заподозрить в глупости. Живой Тлори стоил куда больше, чем вся его Сила, -
но только в том случае, если пользоваться его услугами. Если Эриох ведет
обычную войну, смерть Тлори - непростительная ошибка. Ну а если Эриох ведет
войну магическую? Если он решил вытянуть Силу у всех магов, до которых
сумеет добраться?
Валентин хлопнул себя по лбу. Ну конечно же! Ведь это Побережье!
Маг, открывший способ отнимать Силу, больше не имеет выбора. Раз такой
способ существует, его может открыть кто-то другой; либо ты сам начнешь
отбирать Силу, либо рано или поздно кто-то отберет ее у тебя. Любой другой
маг отныне - твой смертельный враг.
Эриох не успокоится, понял Валентин, пока не перебьет всех. Для него
это единственный способ снова почувствовать себя в безопасности.
- С тех пор, - нарушил молчание Рейлис, - мы наблюдаем за каждым
движением Эриоха. По-видимому, Тлори был одной из первых его жертв - с
каждым следующим обрядом Эриох действовал все эффективнее.
Чернота посерела, и Валентин оказался на продуваемой холодным осенним
ветром площади небольшого городка. Восемь свежеоструганных столбов
возвышались над длинным деревянным помостом; заходящее солнце золотило их
верхушки, ярко выделявшиеся на фоне темной тучи, закрывавшей половину неба.
К столбам были привязаны люди, и Валентину не пришлось долго ломать голову
относительно их происхождения.
- Смерть нечестивцам! - закричал кто-то совсем рядом. - В огонь
проклятых магов! Да здравствует Спаситель!
Клич подхватил другой голос, потом еще и еще. Не прошло и минуты, как
вся собравшаяся на площади толпа - человек триста, по оценке Валентина, -
дружно скандировала "В огонь проклятых магов".
Валентин огляделся по сторонам в поисках Эриоха - и разглядел его на
балконе возвышавшегося над площадью мрачного здания. На таком расстоянии
Сила его почти не ощущалась; но Валентин узнал великого мага по высокому
росту, длинным седым волосам, орлиному носу и глубоко посаженным глазам.
Эриох приподнял левую руку, и над площадью воцарилась тишина.
- Есть время для сева и время для жатвы, - заговорил Эриох тихим
голосом, словно размышляя вслух, - время для трудов и время для праздников,
время для площадной брани и время для нежных слов. Дураками зовем мы тех,
кто путает малые времена. Но точно так же есть время для чудес, - Эриох
повысил голос, и его левая рука простерлась по направлению к помосту, - и
время для смирения! Истинно говорю вам, когда разверзлась пучина вод и
поглотила некогда славный Ампер, закончилось время чудес, и настало время
смирения. Магами называли мы этих людей в прошлые времена; отныне же имя им
- нечестивцы. Потому что путая малые времена, мы идем против обычаев
людских; те же, кто творит заклинания во времена смирения, противятся самой
природе! Природа слепа, и кара ее падет на всех нас - как пала она на тысячи
городов Фарингии, не ведавших, что переполнилась чаша терпения. Покарать
нечестивцев самим, не дожидаясь всеобщей погибели - вот единственный долг
человека во времена смирения. Поклонитесь же врагам вашим, потому что их
смерть - ваше спасение!
Валентин ожидал продолжения этой выразительной, хотя и не совсем
вразумительной проповеди. Но Эриох резко опустил руку, и на помост вскочили
люди с горящими факелами. Взвилось пламя, повалил густой дым, раздались
первые, еще человеческие крики боли.
Валентина подняло в воздух и перенесло к балкону, развернув лицом к
лицу с Эриохом. Великий маг отступил в тень и стоял, разведя руки в стороны,
вперед ладонями. Никакой сверкающей антенны за его спиной не было, но
Валентин сумел разглядеть - только потому, что уже видел подобное раньше, -
как едва заметно колеблется воздух около груди Эриоха. Невидимые сгустки
Силы слетались к нему, покидая тела несчастных магов, сжигаемых заживо за
вымышленные преступления.
Валентин пододвинулся ближе, чтобы оценить накопленную Эриохом Силу. И
вздрогнул, как от удара плетью. Недавний столб пламени стал гудящей
вольтовой дугой. Эриох сиял холодным, режущим глаза светом. Валентин знал,
что воспринимает Силу вовсе не зрением, но даже созданный воображением образ
Эриоха заставлял зажмуриться. Такой Силы не могло, не должно было
существовать - но она была прямо перед Валентином, и ему оставалось только
отступить.
Растирая глаза и шмыгая носом, Валентин выдавил жалкий вопрос:
- Это когда ж было-то?
Вообще-то вопрос не имел никакого смысла. Сила, уже собранная Эриохом,
давала ему абсолютную власть над Побережьем. Только Избранные, повелители
могучих талисманов могли бы что-то противопоставить такой Силе - но где они,
эти Избранные?!
Валентин еще раз шмыгнул носом. Недавние амперские события
представились ему в совершенно новом свете. Устранив Габриэля Серого,
Избранные расчистили путь куда более страшной силе!
- Третий день от начала контроля, - сказал Джадд Слейтер.
Валентин открыл глаза и увидел его прозрачную фигуру, заслонившую собой
Эриоха. Надменное лицо великого мага изогнулось как в кривом зеркале, и
Валентин невольно улыбнулся.
- Теперь он стал еще круче, - продолжил Слейтер и подмигнул Валентину
прозрачным глазом. - Слушай, ты ведь землянин? Мне нужна твоя помощь!
Валентин вытаращил глаза от удивления. За все свое десятилетнее
пребывание на Панге он еще ни разу не сталкивался с такой поистине детской
наивностью. Просить о помощи другого пришельца?! Своего потенциального
конкурента, человека, который может отобрать у тебя талисман? Даже землянин,
еще не нашедший своего талисмана, вряд ли отважился бы на такое - ведь
должен же он понимать, что землян много, а талисманов мало!
Пусть даже Слейтер понятия не имеет о положении дел на Побережье. Все
равно - какого черта он называет меня землянином при всем честном народе?!
Он что, совсем идиот?
Валентин набрал в рот побольше воздуха, чтобы пояснить Слейтеру, кто он
такой и куда ему следует обращаться - и только тут заметил, что мир вокруг
вовсе не застыл, а всего лишь замедлился. Видимо, Слейтер подстраховался,
продолжая показ для своих хозяев - а для себя с Валентином выкроил паузу
между кадрами.
Валентин перевел дух. Нет, он не идиот. Но все равно, небольшой ликбез
не помешает.
- Ты из какого века? - коротко спросил Валентин.
- Века? - переспросил Слейтер, удивленно раскрыв глаза.
- Какой год шел на Земле, когда ты попал на Пангу?
- Восемьдесят пятый... Две тысячи восемьдесят пятый, - поправился
Слейтер.
- А на Панге ты сколько?
- Четвертый месяц, - чуть помедлив, ответил Слейтер.
- И все это время провел здесь, на своем "драндулете"?
Задавая этот вопрос, Валентин уже знал, каким будет ответ.
По прозрачному телу Слейтера прошла легкая дрожь.
- Почти, - сказал он тихо.
- Сначала тебя избили до потери сознания, - продолжил за него Валентин,
- потом надели колодку на шею и привели в Эльсан, как простого раба. Но ты
не попал на невольничий рынок - в первую же ночь за тобой пришел покупатель.
Им был кто-то из Незримых, скорее всего - Рейлис.
Слейтер снова содрогнулся всем телом. Должно быть, отделали его на
совесть, подумал Валентин. Проклятая пангийская традиция - считать
пришельцев законной добычей первого же встречного. Ничего удивительного, что
потом из пришельцев получаются настоящие Сыновья Тьмы.
- Откуда ты знаешь? - пробормотал Слейтер, оглядываясь по сторонам.
Валентин вздохнул. Даже находясь внутри кинофильма, который сам же и
показывал, Слейтер все равно боялся. Ничего удивительного, раз он попал сюда
из двадцать первого века - чем цивилизованнее человек, тем большее
впечатление на него производит грубая сила.
- Большинство землян, - ответил Валентин, - именно так начинают свою
карьеру на Побережье. Ты уже знаешь это из собственного опыта; я расскажу
тебе о том, чего ты пока не знаешь. О том, что с ними происходит дальше.
- Большинство! - воскликнул Слейтер, явно думая о своем. - Так наших
здесь много?
- Наших? - усмехнулся Валентин. - Вот уж не стал бы называть их
"нашими"; скорее, каждый из них - сам по себе. Сначала вновь прибывших
пришелецев обучают послушанию. Самых упрямых приходится бить целый месяц.
Потом, когда пришелец привыкает повиноваться не раздумывая, его проверяют на
склонность к талисманам. Ты знаешь, что такое талисманы?
- Местная техника, - кивнул Слейтер. - Странно, что она настроена
только на землян...
- Существуют талисманы, - продолжил Валентин, - которыми может
управлять каждый пришелец. Для проверки используют один подобный талисман.
Его кладут на равном расстоянии от испытуемого и другого землянина, чья
склонность к талисману уже известна. После этого землян начинают бить и бьют
до тех пор, пока талисман не сдвинется в сторону одного из них. Видишь ли,
эти чертовы талисманы так устроены, что наилучший контакт с ними достигается
именно в критические моменты. Когда кажется, что вот еще чуть-чуть - и тебе
конец. Чтобы точно определить склонность пришельца, хозяева сравнивают их с
десятками, а то и сотнями конкурентов. Теперь ты понимаешь, что земляне
имеют очень мало оснований помогать друг другу?
- Не может быть, - пробормотал Слейтер. - Меня же не проверяли!
Валентин кивнул:
- Такое тоже бывает. В некоторых случаях пришелец сразу же проявляет
свою склонность. Стоит сделать ему по-настоящему больно, и он притягивает к
себе первый попавшийся талисман. Такие пришельцы ценятся на вес золота,
работать с ними дозволяется только мастерам. Поняв, кто попался к ним в
руки, твои первые хозяева продали тебя Незримым. Тебе повезло - тебя даже не
стали учить послушанию. Иначе ты не решился бы даже заговорить со мной, не
то что приостанавливать фильм.
Слейтер шмыгнул носом.
- Повезло, - с горечью сказал он. - Я всего лишь попал в рабство к
вампиру.
- Повезло, - подтвердил Валентин. - По крайней мере, тебе не отрезали
руки, ноги и язык.
Слейтер содрогнулся.
- Ну ладно, повезло, - согласился он. - А как же ты? Ты тоже чей-то
раб?
Валентин посмотрел на помутневшую фигуру своего собеседника и ничего не
ответил.
Парнишке надоело в плену, подумал он. Но что с того? Пришельцев такого
класса - его даже не проверяли на склонность! - не принято калечить или
заковывать в кандалы. Существуют десятки куда более надежных способов -
вроде заклятья общей судьбы или вызывающего мгновенное привыкание наркотика.
Держу пари, что Слейтер не просто раб вампира, а раб по крови; да и Рейлис с
его гипнозом наверняка не остался в стороне. Освободишь такого пришельца - а
он тебя в первую же ночь прирежет и сбежит обратно к хозяину. Задачка для
моей бывшей конторы, вкупе с Летучей Армией - а уж никак не для
факира-одиночки. Даже если он - Фалер.
- Так ты мне не поможешь? - спросил Слейтер, так и не дождавшись
ответа. В голосе его прозвучало отчаяние.
Надо же, как его допекло, подумал Валентин. И ведь случай-то редкостный
- двадцать первый век, особая склонность к талисманам...
Не надо, сказал себе Валентин. Не надо искать формального повода. Я
больше не агент Управления. Если нельзя спасать, но очень хочется - значит,
нужно спасать. Тем более, если ты - Фалер.
Валентин посмотрел на Слейтера и хитро улыбнулся.
- Все, что я могу для тебя сделать, - сказал он, - это помочь поменять
хозяина. Как насчет рабства у факира Фалера?
В полупрозрачном теле Слейтера зазмеились струйки черного дыма.
- По крайней мере, ты предлагаешь выбор, - сказал он. - Но разве Кроче
меня отпустит?
Вот заодно и проверим, сказал себе Валентин. А вслух произнес,
удивляясь собственной наглости:
- Отпустит. Если я попрошу.
Слейтер широко раскрыл глаза и хотел что-то сказать, но именно в этот
момент его фигура полностью потеряла прозрачность. Окружавшая Валентина
сценка из жизни Эриоха померкла, и он снова повис в воздухе посреди
бескрайней темноты - нос к носу с Рейлисом и Кроче.
Эриох, напомнил себе Валентин. Речь идет об Эриохе.
- Что ты скажешь теперь? - спросил Кроче, заглядывая Валентину в глаза.
Валентин пожал плечами:
- Эриох сошел с ума. Маг, стоящий во главе войска? Маг, выступающий с
проповедями? Ладно бы он просто вытягивал Силу из своих собратьев - так нет,
он создает свою собственную Империю! Похоже, что ты прав, Альгин - наступает
время темных, более того, абсолютно безмозглых сил!
Альгин Кроче покачал головой:
- Нет, Фалер. Эриох вовсе не безумен. Более того, я боюсь, что он
окажется умнее нас всех. Джадд, показывай дальше!
Надо же, опешил Валентин. Вампир, боящийся умного противника? Кажется,
тут и в самом деле наступило Время Темных Сил. И самая темная из этих сил -
уже совсем ничего не понимающий факир Фалер.
Ветер трепал знамена Эриоха, вывешенные на крепостной стене, сложенной
из огромных каменных блоков. Валентин узнал работу Георга, поставившего в
свое время тридцать шесть одинаковых крепостей, по одной на каждую провинцию
своей огромной империи. В окрестностях Эльсана была лишь одна такая крепость
- Эльсгард - и Валентин помрачнел, сообразив, что Эриох со своим жалким
войском взял эту практически неприступную крепость буквально в считанные
дни.
В следующий момент, окинув взглядом окрестности, Валентин понял свою
ошибку. Армию, стоявшую под стенами Эльсгарда, никак нельзя было назвать
жалкой. Напротив, она была столь велика, что крепость едва ли вместила бы
даже ее передовой отряд. До самого горизонта простирался сплошной военный
лагерь - ограждения из копий, шатры, костровища, спешащие во всех
направлениях колонны и отдельные отряды. Валентин покачал головой - не иначе
как Эриох изобрел заклинание военного строительства. Не зря же он
специализировался в ментальной магии!
Валентин снова посмотрел в сторону крепости и присвистнул от удивления.
Темные пятна, которые он поначалу принял за бойницы, оказались подвешенными
за руки людьми. Они висели через каждые два метра, на длинных веревках,
спущенных с самого верха, и были еще живы. По крайней мере половина из них
извивалась и елозила ногами по стене, пытаясь хоть как-то уменьшить боль в
вывернутых за спину руках. Валентин поморщился - развитое воображение мигом
перенесло его на место этих несчастных, в плечах заломило, к горлу подкатила
тошнота. Спокойно, приказал себе Валентин, это запись, я ничего не могу
сделать. Но уж слишком быстро Эриох наращивает масштабы казней. Здесь же не
меньше тысячи человек!
Грянули трубы, и войско Эриоха, минуту назад в беспорядке
рассредоточенное под стенами, вдруг в одно мгновение построилось в шеренгу
по четыре. И вправду, магия, подумал Валентин, подобные парады по три месяца
репетируют. Тем временем из шеренг выступили отдельные воины, державшие в
руках длинные свертки. Они встали напротив висевших на стене пленников - по
одному на каждого - и принялись что-то делать со своей поклажей.
С места, где находился в качестве зрителя Валентин, было очень трудно
разобрать, что же именно сооружают перед пленниками воины Эриоха. Скорее
всего, это какие-то пыточные машины, подумал Валентин. А с другой стороны, я
уже два раза видел отбирание Силы под пыткой; на этот раз Незримые должны
показать что-то новенькое. Одним словом, неплохо бы посмотреть на эту
процедуру поближе!
В то же мгновение Валентин с головокружительной скоростью подлетел
вплотную к стене. Прямо перед ним высокий солдат, уже установивший на землю
сверкающий металлический треножник, вытаскивал из длинного узкого мешка
толстый прозрачный шланг. Валентин раскрыл глаза - солдаты, вооруженные
шлангами? Двухметровыми шлангами толщиной в руку? Да еще с соединительными
кольцами на обеих концах?
Солдат между тем продел шланг в короткую трубку на вершине трехножника,
бросил один его конец влево от себя и шагнул вправо, чтобы скрепить свой
отрезок с соседним. Секундой спустя он с натугой повернул соединительное
кольцо и выпрямился, выпустив шланг из рук. Тот на мгновение провис между
двумя треножниками, но тут же засветился изнутри, загудел и выпрямился,
образовав идеальное кольцо, опоясавшее всю крепостную стену. Валентин понял,
что все двухметровые отрезки этого странного шланга были соединены
одновременно. А еще Валентин понял, что на этот раз станет свидетелем
совершенно необычного зрелища. В отбирании Силы Эриох обходился без
приспособлений; что же он задумал на этот раз?
Внезапно гудение шланга стихло, и вместе с ним умерли все остальные
звуки. Валентин подумал было, что в смотрелке отключили звук, но тут же
услышал голос. Голос Эриоха. Негромкий и размеренный, он был единственным
звуком, который здесь и сейчас дозволено было слышать смертным.
- Сыновья Тьмы! - произнес Эриох и поднял глаза к людям, развешенным на
крепостной стене. Валентин не видел самого Эриоха, тот стоял, должно быть, с
противоположной стороны крепости - но он почувствовал как само движение
великого мага, так и выражение его колючих глаз, сверкавших из-под
надбровных дуг. Взгляд Эриоха наводил ужас. Страх смерти и даже боль в
вывернутых руках были забыты; тысячи пленников, затаив дыхание, подались
вперед, ожидая своей участи. - Ваши противоестественные жизни прервутся
сегодня раз и навсегда, прервутся во имя спасения нашего мира. Почти все вы
умрете здесь и сейчас, на этой стене, умрете в страданиях и отчаянии. Те из
вас, кто слаб духом или телом, кто готов смириться со своей участью, умрут
прямо сейчас.
Эриох сделал короткую паузу, в течение которой Валентин увидел - а
точнее, как и минутой раньше, ощутил всем своим существом, - как несколько
сотен пришельцев бессильно обвисли на своих веревках. Головы их поникли, из
раскрывшихся ртов вывалились почерневшие языки. Зрелище столь безыскусной
смерти заставило Валентина сжать кулаки. Вы же земляне, подумал он, какого
черта?!
- Оставшимся будет дарован шанс, - сказал Эриох, слегка повысив голос.
Как по команде, сотни еще живых пришельцев подняли головы. - Сила, ведущая
меня, повелевает, что семнадцать из вас должны остаться в живых. Их миссия
не закончится здесь и сейчас, они послужат спасению нашего мира и обретут
величие. Вы сами определите, кто будут эти семнадцать.
Валентин ощутил, как из сотен немых глоток вырвался один и тот же
вопрос.
Как?
Явно не рейтинговым голосованием, подумал Валентин. Назначение
прозрачного кабеля немного прояснилось - с его помощью Эриох обеспечил
какую-то связь между всеми пришельцами. Но какую именно?
- Вам была дарована власть над древним проклятьем Панги, - продолжил
Эриох, еще более повышая голос. - По слабости или по бездуховности, вы
пользовались этим даром лишь по указке ничтожных хозяев, державших вас на
положении рабов. Но сейчас - особое время, время, когда даже раб может стать
господином. Семнадцать из вас получат этот дар. Слушайте меня внимательно,
потому что когда я закончу, у вас уже не будет времени на обдумывание моих
слов. Сейчас всех вас поразит боль. - Ну конечно, подумал Валентин, как же
без этого. - Сначала легкая, которую можно терпеть, закусив губы - а потом
боль все более страшная, которой вы никогда не испытывали. Очень скоро вы
узнаете, сколь сильную боль можно испытать, оставаясь в сознании. Облегчить
эту боль вы сможете только одним способом. Здесь, - Эриох протянул руку, и
все вокруг поняли, куда он показывает, - лежит талисман, причиняющий смерть.
Эриох снова замолчал, а в толстом шланге заметались яркие светящиеся
точки. Через несколько секунд они выстроились земедлили свое броуновское
движение, собравшись в одних местах и почти исчезнув в других. Валентин
подумал, что шланг каким-то образом измеряет напряженность контакта каждого
пришельца с лежащим у ног Эриоха талисманом. У многих землян сразу же
возникла идея опробовать этот контакт - как знать, не удастся ли заодно
пришибить самого Эриоха?
Но пришельцы плохо знали, с кем имеют дело.
- Я советовал вам слушать, - тихо сказал Эриох, - и слушать
внимательно. Сейчас некоторые из вас отвлеклись от обдумывания моих слов.
Что ж, для них боль начнется прямо сейчас.
Валентин ощутил волну дрожи, прошедшей по телу. Пришельцы, у ног
которых шланг сиял особенно ярко, забились в беззвучной агонии. Вряд ли им
удалось дослушать до конца инструкцию по обращению с талисманом.
- Каждый раз, - продолжил Эриох, - когда вы дотянитесь до талисмана, вы
будете вольны обратить его против любого человека. Вы можете убить кого-то
из нас, и тогда ваша боль усилится. Если вы попробуете убить себя, ваша боль
тоже усилится. И только если вы убьете кого-нибудь из вам подобных, из
пришельцев, висящих на этой стене, ваша боль ненамного ослабнет. Если она
прекратится совсем, а вы все еще будете живы, это значит, что вы - один из
семнадцати.
Эриох сложил руки на груди и склонил голову, глядя на талисман у своих
ног. А с крепостной стены раздался подобный порыву ветра стон тысячи глоток.
К пришельцам пришла боль.
И почти сразу же они начали умирать.
Валентин стоял, растерянно озираясь по сторонам, и молча смотрел на
самое массовое в истории Панги убийство Сыновей Тьмы. А прямо перед ним -
как, впрочем, и повсюду, - корчились и умирали земляне. Валентин смотрел на
происходящее с удивившим его самого равнодушием, даже с раздражением. Зачем
это все, думал он, стараясь не слышать диких воплей, поминутно раздававшихся
со стены. Ведь и так ясно, что Эриох чрезвычайно опасен - для страны Эбо
опасен, не то что для Побережья! - и что его нужно остановить как можно
скорее. Все, что от меня требуется, так это как можно скорее связаться с
Донованом и положить конец всему этому безобразию. А уж потом подумать об
учреждении Полиции Побережья - что-то слишком много развелось на нем Темных
Властелинов...
Валентин не сразу осознал, что заставило его прервать свои несомненно
правильные мысли и раздраженно махнуть рукой. Постепенно он сфокусировал
взгляд на висевших прямо перед ним людях и наконец понял, что именно сделало
все эти благие намерения несбыточной мечтой.
Прямо перед ним, с выпученными глазами, с искусанными в кровь губами, с
раскрытым в немом крике ртом бился в агонии Юрий Семецкий. Тот самый
весельчак из команды Крайчека, завсегдатай половины эльсанских кабаков,
неунывающий искатель приключений, всегда выходивший сухим из воды.
Глава 10. Псы Негона
И грохот в дверь обезобразит твой рассвет,
И на пороге - офицер, спасенья нет!
Валентин изо всех сил сжал кулаки, сдерживая рвущиеся наружу боевые
заклинания. Это же запись, дурак!
Ему уже ничем не помочь.
Если бы только ему, подумал Валентин, стараясь унять нервную дрожь.
Гражданин Эбо в плену у Эриоха! Да если такое возможно - это что же
получается? Мы больше не контролируем Побережье?
Валентин стиснул зубы, чтобы не застонать. С самого начала было ясно,
что дело серьезное! А я здесь с вампирами кровь распиваю! Что ж теперь
делать-то, а? Связи с домом, ясное дело, больше не будет - хоть на дракона
садись и своим ходом туда двигай! Порталы, держу пари, тоже не работают - а
если и работают, то в белый свет как в копеечку! Резидентура наверняка
разгромлена, все наши взяты Эриохом в плен и ликвидированы...
Господи, понял вдруг Валентин. Да ведь все к тому, что мне придется
выполнять Темное Пророчество! Я же единственный безопасник на всю страну!
Валентин попытался улыбнуться, но дикий крик боли превратил его улыбку
в гримасу ужаса. Тело Семецкого выгнулось дугой и вдруг вспыхнуло ярким
белым пламенем. Это был колдовской, а точнее сказать, талисманный огонь; в
считанные секунды он сжег дотла жалкую одежду Семецкого и верхний слой кожи,
на мгновение опал, сбитый брызнувшей во все стороны кровью, и тут же снова
взметнулся вверх белыми языками, чтобы пожрать оставшееся на костях мясо.
Семецкий больше не кричал, но Валентин видел сквозь белые языки пламени, что
он все еще жив и что самое неприятное - все еще остается в сознании.
Веревка, на которой висел Семецкий, не выдержала жара и оборвалась. Все
еще терзаемый пламенем скелет рухнул вниз с высоты второго этажа, и у
подножия стены запылал с прежней силой маленьким, но ярким костром. Валентин
в ужасе отпрянул назад - невидимый оператор фильма подхватил это движение -
и уже издали увидел крепость, окруженную сотнями точно таких же костров.
Валентин так и стоял с перекошенным ртом, когда мир вокруг застыл и
медленно угас. Спасительная чернота отдалила уже свершившийся кошмар,
заставляя вернуться к реальности. К реальности, весь ужас которой Валентин
только сейчас начал осознавать.
- Разве он безумен? - тихо спросил Альгин Кроче.
Валентин покачал головой. Теперь, когда манера действий Эриоха стала
ему совершенно ясна, Валентин уже не мог считать его обыкновенным
маньяком-садистом. Эриох причинял боль не потому, что это ему нравилось,
нет. Он просто торопился и выбирал самый короткий путь, ведущий к цели. В
считанные минуты он выявил среди тысяч пришельцев те семнадцать, что были
ему нужны. Вот только - зачем нужны?
- Зачем ему эти семнадцать пришельцев? - хрипло спросил Валентин.
- Надо полагать, - ответил Рейлис, - для управления талисманами. Мы
показали вам, как Эриох охотился на магов. С точно таким же рвением его
отряды охотились за пришельцами и за их талисманами.
- Великие предки! - пробормотал Валентин. - Еще и талисманы! Он что,
добивается абсолютной власти?!
- Да, - подтвердил Кроче. - Он добивается всемогущества. Добивается -
но еще не добился!
- Ну, с такими темпами ему немного осталось, - заметил Валентин. Он еще
не отошел от шока, пережитого минуту назад, и поэтому говорил первое, что
придет в голову. - Вот кого вам нужно было убить - вместо бедняги Хеора!
- Совершенно верно, - подхватил Рейлис, заставив Валентина замереть на
полуслове. - Вот только добраться до Эриоха было куда сложнее, чем до Хеора
- в ту пору он безвылазно сидел в своей башне, поручив все контакты с
внещним миром шестерым своим ученикам. Поэтому мы осуществили сложную
комбинацию: поручили вам устранить Хеора и завладеть его горным замком с
несметными сокровищами. - Да уж, усмехнулся Валентин, сокровища там и впрямь
несметные; когда я видел Бранбо в последний раз, он только-только закончил
опись наиболее ценных талисманов. - Узнав об этом, Эриох должен был - как
ближайший сосед погибшего гроссмейстера - лично предъявить свои права на
замок и попытаться захватить его силой. Я передал вам две монеты,
смертельных для любого мага; первая предназначалась Хеору, вторая - Эриоху.
Если бы он напал на ваш замок, он был бы сейчас так же мертв, как и Хеор. Но
после амперского чуда все изменилось.
- Ну, замок-то я, невзирая на чудо, захватил, - пробормотал Валентин.
Он представил себе карту Побережья, прикидывая, по пути ли Эриоху было
завернуть в Замок. Получалось вполне по пути - пятьсот километров не круг
для одержимого мага! - Вот только Эриоха я там так и не дождался.
- Амперское чудо смешало все карты, - сказал Кроче, обнажая клыки в
презрительной усмешке. - Не прошло и дня, а Эриох уже покинул свою башню,
чтобы двинуться прямиком на Эльсан. Прочитав открывшиеся мне катрены, я тут
же бросил все силы Незримых на поиски факира Фалера. Можешь не сомневаться,
другие хранители Пророчества тоже поменяли свои планы!
Прямиком на Эльсан, подумал Валентин. Наплевав на колдовской замок,
который может потягаться Силой даже с теперешним Эриохом. Значит, в Эльсане
Эриох рассчитывал найти что-то еще более могущественное?
- Что ж такое могло привлечь Эриоха в Эльсане, - задал Валентин свой
первый серьезный вопрос, - раз он маршировал прямиком сюда, никуда не
сворачивая? Что там написано в его катренах - "Великий вождь, твоя безмерна
Сила, но власть над миром ты не обретешь, не захватив избушку лесника"?
Все-таки пережитый стресс сказывался. Валентин, не подумав, отпустил
шуточку в лучших земных традициях. Он уже заготовил объяснение - из своего
лигийского прошлого, разумеется, где "избушкой лесника" якобы именовали
засадные башни, замаскированные в лесу поодаль от главного замка, - но
Рейлис неожиданно улыбнулся, а Кроче одобрительно зарычал.
- Да! - рявкнул он, тыча в Валентина пальцем. - Эриох - один из
посвященных в Пророчество! Его катрены открыли ему нечто, неизвестное всем
остальным.
- Впрочем, - пожал плечами Рейлис, - совсем нетрудно догадаться, что
было написано в эриоховских катренах. Чего может желать Эриох, которому
подвластна вся магия Панги? Только той силы, над которой у него все еще нет
власти - силы талисманов. Отсюда и семнадцать отборных пришельцев, отсюда и
бесчисленные отряды охотников за талисманами. Я нисколько не сомневаюсь, что
в пророчестве Эриоха написано: "В Эльсане ты найдешь могучий талисман, пусть
Избранный твой будет подготовлен!".
- Одного Избранного Эриох уже пробовал подготовить, - усмехнулся
Валентин.
- Да, - кивнул Рейлис. - Вряд ли Эриох забыл тогдашнее унижение. Его
занятия ментальной магией наверняка вызваны желанием взять реванш. На этот
раз он подготовит Избранных лучше, много лучше.
- Похоже на то, - согласился Валентин. - Предположим, что Эриоху
указано точное местонахождение талисмана. Тогда понятно, отчего он так
спешит - вдруг талисман найдет кто-то другой. Непонятно другое - отчего
Эриох так уверен, что среди его семнадцати пришельцев обязательно окажется
Избранный?
Кроче обнажил клыки и выразительно посмотрел на Рейлиса. Тот пожал
плечами, а потом ответил:
- Ты заметил, какой талисман Эриох использовал для проверки пришельцев?
- Нет, - соврал Валентин. - Я в талисманах не шибко разбираюсь.
- Талисман огненной смерти, - сказал Рейлис с таким видом, будто
сообщал нечто новое. - Он не слишком могуч, но очень требователен к своим
повелителям. Эриох владеет им уже около ста лет, и за все это время не
нашлось ни одного пришельца, способного пусть талисман в ход!
- Быть не может, - не поверил Валентин. - Там, на стене, им управляли
сотни!
- Вот именно, - кивнул Рейлис. - На стене - сотни. И ни один человек за
сто лет перед тем. Что же такое сделал Эриох с пришельцами, раз талисман
стал подвластен каждому?
Только этого еще и не хватало, подумал Валентин. Он давно понял, куда
клонит Рейлис, но до последнего цеплялся за надежду, что обойдется. Не
обошлось.
- Светящаяся труба, - пробормотал Валентин, словно прозревая. - Эриох
создал заклятье, усиливающее склонность к талисманам!
Ну разумеется, создал, подумал Валентин про себя. После того как я
тормознул портал самого Акино, было бы наивно полагать, что талисманы и
магия никак не связаны. Связаны. Точнее, стали связаны, и есть у меня
сильное подозрение, что связь эта возникла аккурат после амперской
катастрофы. Почему возникла - это не к нам, это к исследователям. А вот что
из этой связи получится - и уже получилось, порталы ведь не работают! - это
уже по моей части. Как единственного в Эльсане представителя службы
безопасности Эбо.
- Я тоже склоняюсь к этой мысли, - сказал Рейлис. - Мы должны
действовать так, как если бы у Эриоха уже был Избранный, готовый завладеть
талисманом.
- Мы? - переспросил Валентин, переводя взгляд с Рейлиса на Кроче.
- Да, мы, - ответил магистр Незримых, глядя Валентину прямо в глаза. -
Теперь ты знаешь, кто такой Эриох и что он собирается делать. Мы бессильны
противостоять ему. Ты - наша единственная надежда.
- Насколько я помню, - произнес Валентин, скрещивая руки на груди, -
речь шла о некоем договоре. Так что я должен сделать?
- Я думаю, - криво усмехнулся Рейлис, - вы уже поняли, что.
Он сделал резкое движение, быстро подавшись вперед всем телом и
выбросив правую руку вверх и в сторону. Это движение каким-то странным
образом передалось Валентину - его словно ударило током, в глазах на
мгновение потемнело, а когда все вернулось в норму, Валентин обнаружил, что
держит между большим и указательным пальцами правой руки теплую серебряную
монету.
Интересное совпадение, подумал Валентин. Я надеваю костюм факира, в
поясном кошельке которого мирно полеживает эта монетка, а потом чисто
случайно переношусь прямиком к тем, кто мне ее выдал. Сдается мне, что так
не бывает.
- Эриох, - сказал Валентин, подбрасывая монетку и ловя ее на раскрытую
ладонь. - Вы хотите, чтобы я завершил начатое в Фарингии.
- Да, - кивнул Альгин Кроче. - Мы хотим, чтобы ты убил Эриоха. Пока он
не убил нас всех.
Экий я монстр, криво усмехнулся Валентин. Только и делаю, что убиваю
великих магов за деньги. Но, вообще говоря, от таких предложений не принято
отказываться. Если хочешь остаться в живых.
- А что вы готовы сделать взамен? - спросил Валентин, уже зная, какую
цену попросит.
- Все, что в наших силах, - просто ответил Кроче, обнажая вампирьи
клыки.
- Мне нужен ваш слуга, Джадд Слейтер, - без колебаний произнес
Валентин. - Такая цена вас устроит?
Рейлис качнул головой и сжал губы. Альгин Кроче захлопнул рот и
уставился на Валентина.
- Джадд? - прорычал он, широко раскрывая глаза. - Его цена - восемь
золотых! Зачем он тебе? Или ты знаешь что-то, чего не знаем мы?
Валентин снисходительно улыбнулся:
- А вы как думали? У факира Фалера есть свои маленькие тайны. Итак, я
назвал цену. По рукам?
- Но сначала, - воскликнул Рейлис, опередив своего уже подавшегося
вперед магистра, - сначала вы должны убить Эриоха!
Валентин рассмеялся ему в лицо:
- Прошу прощения, мой друг. Я слишком хорошо знаю, с кем имею дело. В
этот раз вам придется заплатить вперед.
Рейлис поджал губы и мрачно покосился на Кроче. Вампир молча кивнул и
протянул Валентину правую руку.
- Твое требование справедливо, - сказал он торжественно, словно
провожая Валентина в последний путь. - В конце концов, ты можешь погибнуть,
выполняя свою часть договора. Отныне Джадд Слейтер принадлежит тебе. Но
все-таки, - добавил Кроче, пожимая Валентину руку, - скажи мне, что в нем
такого? Зачем он тебе понадобился?
Валентин пожал плечами и уже готов был произнести длинную и туманную
фразу о неисповедимых путях, которым должен следовать каждый уважающий себя
факир, но тут прямо перед ним возник сам Слейтер, собственной персоной. На
мгновение Валентину показалось, что Слейтер плачет от радости, но первые же
слова пришельца разрушили все волшебное очарование этого момента.
- Псы Негона! - пробормотал, а говоря точнее, проскулил Слейтер, и
сразу же стало ясно, как сильно он напуган. - Их капитан уже у входа и
требуют впустить их сюда!
- Прямо в смотрелку? - заинтересованно переспросил Валентин. В другое
время он и сам почувствовал бы некоторое беспокойство. Псы Негона - особый
отряд тайной полиции, учрежденный еще Негоном Вторым и подчинявшийся
напрямую королю, - заслуженно пользовались репутацией людей, которые не
оставляют свидетелей. Негон использовал их для устранения потенциальных
мятежников, слишком много возомнивших о себе магов и некоторых пришельцев,
имевших несчастье служить людям, которых Негон считал своими врагами. По
боевой мощи отряд Псов мог потягаться даже с Семеркой - особенно с той,
которую Розенблюм играючи истребил пару часов назад. Но в сравнении с
Эриохом Псы, равно как и пославший их Негон выглядели настолько ничтожными,
что Валентина их появление даже развеселило. Этим-то что понадобилось,
подумал он. Тоже по Фалерову душу пришли?
Слейтер отчаянно замотал головой.
- В катер, - простонал он. - Магистр, они знают про катер!
Альгин Кроче издал рев, в котором не было ничего человеческого.
Валентин рефлекторно отскочил от вампира подальше и покачал головой.
Ситуация вмиг перестала быть забавной - Кроче явно собирался оказать
сопротивление.
- Впусти их, Альгин! - взмолился Рейлис, впрочем, также отступивший на
приличное расстояние. - Сейчас не время ссориться с Негоном!
Кроче вновь заревел, брызжа едкой слюной, но на этот раз рев его был не
столь громок.
- Впусти их, - приказал он, качнув головой в сторону Слейтера. - Но не
сюда, а в круглый зал!
Слейтер незамедлительно просочился через невидимую мембрану и исчез.
Валентин вопросительно посмотрел на Кроче.
- Я не знаю, зачем они пришли, - коротко рявкнул тот. - Мы не будем
драться, если только нас к этому не вынудят.
- А как мне отсюда выйти? - полюбопытствовал Валентин. Его попытки
нащупать в окружающей темноте хоть какое-то подобие мембраны успехом не
увенчались.
- Просто шагните назад, - ответил Рейлис.
Валентин отступил назад, ощутил прокатывающийся по коже поролоновый
валик - и тут же почувствовал укол от приставленного к спине кинжала.
- Назад, - услышал он короткий приказ, отданный таким тоном, что ноги
сами совершили требуемое движение.
Внутри, в смотрелке, все было по-прежнему. Кроче и Рейлис не успели
обменяться и парой слов - и теперь с раздражением и страхом смотрели на
новое действующее лицо, появившееся в окружавшей их безмолвной черноте.
- Шаг вперед и три шага влево, - скомандовал незнакомец, и Валентин
беспрекословно повиновался. Шагая вперед, он оживил все еще активное
заклинание ясновидения - и с трудом удержался от возгласа удивления.
В реальном пространстве его и незнакомца разделяли десятки метров!
Смотрелка представляла из себя огромное хранилище для неподвижных тел,
полностью подключенных к исключительно мощной системе виртуальной
реальности. Проход через мембрану на деле означал переключение всех каналов
восприятия на виртуальные; тело человека подхватывалось каким-то
транспортным приспособлением и в доли секунды укладывалось в соответствующий
пенал. При шаге назад вся процедура задействовалась в обратном порядке -
пока человеку казалось, что он проходит мембрану, смотрелка умудрялась
доставить его обратно к выходу и мягко выплюнуть в коридор.
Так что кинжал здесь, в смотрелке - не самое лучше оружие. Придя к
этому вселяющему оптимизм выводу, Валентин сделал три шага влево и
повернулся к незваному гостю лицом.
Следовало отдать должное Негону - он умело подбирал своих Псов. Их
капитан ростом превосходил даже Бахтияра, неоднократного чемпиона Управления
по бою без правил. В руке капитана поблескивала изящная рапира с
регулируемой длиной клинка - редкое по теперешним временам оружие, секрет
изготовления которого был утерян лет сто назад. Одет капитан был во все
серое, голову и лицо его скрывал серый же шлем, свитый то ли из тонких
стальных проволочек, то ли из толстых шерстяных нитей.
- Я рад, что застал вас именно здесь, господа, - произнес капитан,
прикладывая к груди свою левую руку. - Для тех, кто не знает - мое имя Дайен
эль Салфор, и волею короля Эльсана Негона Третьего мне дарована власть над
жизнью и смертью всех его поданных.
- Я знаю, кто вы, - с трудом сдерживая злобу, процедил Альгин Кроче. -
Обычно вы убиваете, не называя имени!
- Сейчас, - капитан сделал выразительную паузу, - я пришел не за этим.
Введите арестованного! - скомандовал он, и в ту же секунду в темноте
возникли еще три человека. Еще два Пса втащили внутрь Джадда Слейтера с
заломленными за спину руками. Одеты эти Псы были точно так же, как и их
капитан, но несколько уступали ему в росте.
Плохо дело, подумал Валентин. Если Слейтер решит, что арест нравится
ему меньше, чем рабство у вампира - или то же самое решат за него охранные
заклинания - возникнет знатный переполох. Псы, похоже, понятия не имеют, что
такое виртуальная реальность.
- Арестованного? - удивленно переспросил Кроче. - На каком основании?
Разве вы не знаете, что Слейтер - мой раб?
- Я искренне надеюсь, - нагло ухмыльнулся Дайен, - что вы шутите,
Альгинус эль Сансан. Ведь если этот человек - ваш раб, то обвинение в
государственной измене и шпионаже падет на вашу голову!
Надо же, опешил Валентин. Псы Негона собираются пощадить Кроче?! Что ж
это получается - им нужен только Слейтер?
- Джадду предъявлено обвинение? - воскликнул Кроче, подаваясь вперед. -
Но в чем же заключается его измена?!
- Призываю всех вас в свидетели, господа, - произнес Дайен, обводя
вокруг себя острием рапиры. - Сейчас этот человек покается в своих
злодеяниях и покажет нам, сколь далеко зашло его предательство и
вероломство. Пусть он повторит то, что делал четыре дня назад в это же самое
время!
Псы, державшие Слейтера, еще сильнее заломили ему руки. Слейтер
вскрикнул от боли и отчаянно закивал головой:
- Я покажу, покажу! Только не ломайте мне пальцы!
Но Псы отпустили его, лишь когда чернота вокруг сменилась мягким желтым
светом, проникавшим в просторный зал сквозь занавешенные полупрозрачной
тканью высокие створчатые окна. На огромной кровати посреди зала лежал,
издавая характерные звуки, толстый бородатый человек, в котором Валентин без
труда опознал нынешнего короля Эльсана Негона Третьего. А на нем, в столь же
популярной на Панге, сколь и на Земле позе наездницы подпрыгивала маленькая
обнаженная женщина. Еще две женщины, также обнаженные, стояли по обе стороны
постели и плавно обмахивали занимавшуюся любовью пару огромными опахалами.
Судя по блестящим телам короля и его партнерши, жара в покоях стояла
поистине королевская.
Валентин увидел, как Рейлис и Кроче опустили головы и закрыли лица
руками, и поспешил последовать их примеру. Созерцание подобного зрелища
могло стоить жизни и куда более знатной особе, нежели чужеземному факиру
Фалеру. Как выяснилось секундой спустя, Дайен эль Салфор придерживался точно
такого же мнения.
Валентин почувствовал сильный удар в голову и пошатнулся, едва
удержавшись на ногах.
- Ты слишком поздно закрыл глаза, незнакомец, - сказал Дайен, хватая
Валентина за горло. Валентин выпучил глаза и судорожно задвигал руками,
изображая полную беспомощность. Как обычно, это помогло - Дайен ослабил
хватку. - За то, что ты успел разглядеть, тебя ожидает смерть. Взять его!
Еще двое Псов, появившихся неведомо откуда, схватили Валентина за руки,
больно заломив их назад. Валентин затряс головой, изображая полное
замешательство и тупую покорность судьбе. Видимо, такое поведение вполне
удовлетворило капитана Дайена, и он снова повернулся в сторону Кроче,
оставив Валентина скрипеть зубами в умелых руках своих палачей.
- Я надеюсь, - с прежней наглой усмешкой произнес Дайен, - что вы
ничего не успели разглядеть. Но вы закрыли глаза руками, а это значит, что
вы поняли. Созерцание лица хотя бы одной королевской наложницы карается
смертью; этот человек разглядывал их сотнями. Как видите, здесь налицо и
шпионаж, и государственная измена. Итак, Альгинус эль Сансан, признаете ли
вы человека, стоящего перед вами, свободным - или же попытаетесь повторить
свою неудачную шутку о рабстве?
- Он свободен, - произнес Кроче. Он повернулся на сто восемьдесят
градусов, чтобы оказаться спиной к королю и его наложницам, и осторожно
приоткрыл глаза. - Я пошутил, господин Дайен.
- Ну что ж, Альгинус, я рад, что мы пришли к доброму согласию, - сказал
Дайен. - Теперь назовите мне имя второго вашего гостя, нагло оскорбившего
честь нашего короля!
- С удовольствием, Дайен, - сказал Альгин Кроче. - Его зовут Фалер.
- Еще одна неудачная шутка? - с угрозой в голосе спросил Дайен.
- Это не шутка, господин, - подал голос молчавший до сих пор Рейлис. -
Человек, которого вы только что арестовали, - действительно факир Фалер,
Распиливший Сук. Я не раз присутствовал на его представлениях, и я знаю, что
говорю.
Ну вот, отрешенно подумал Валентин. А я-то надеялся незаметно улизнуть
по дороге. Судя по внезапно помрачневшему лицу, Дайен прекрасно знал, кто
такой факир Фалер и что от него можно ожидать.
- Он прав? - спросил Дайен, сжимая левую руку в кулак. - Ты
действительно Фалер?
Валентин молча кивнул, изо всех сил изображая покорность. В ту же
секунду тяжелый кулак Дайена врезался ему в правую скулу. Из глаз Валентина
посыпались искры, рот наполнился кровью.
- Спрашиваю тебя еще раз, - с издевательской усмешкой повторил заметно
повеселевший Дайен. - Ты действительно факир Фалер?
Валентин поднял на него исполненный отчаяния взгляд. Терпеть удары и
дальше не имело никакого смысла - подобное смирение считалось на Побережье
признаком слабости. Бить первым и в полную силу - вот за что здесь уважали,
а порой даже и любили. Сейчас единственным способом доказать Дайену, что он
имеет дело с настоящим Фалером, был ответный удар. Вот только Валентин
совершенно не был уверен, что Дайнен воспримет этот удар как аргумент в
споре, а не как повод для драки. И потому отреагировал не вполне адекватно.
- Умри, - пробурчал Валентин. - Надоел.
И плюнул Дайену в лицо соленой смесью слюны и крови.
По-видимому, Дайен искренне считал, что имеет дело с самозванцем. Он
даже не попробовал увернуться. Улыбка капитана Псов стала еще шире - в
предвкушении новых ударов, для которых наконец-то появился пред...
