Майкл Муркок. Рунный посох
страница №15
...следил за ними.- Как жаль, что мы не можем помочь гребцам на другой стороне
судна.
- Отчего же, - Хокмун указал на люк в палубе. - Если не
ошибаюсь, он ведет в трюм, и с другого борта должен быть выход.
Привалившись спиной к фальшборту он дернул за крышку. Раз,
другой - люк открылся. Они спустились и в кромешной темноте
двинулись вдоль борта. Звуки битвы раздавались над ними.
Неожиданно д'Аверк остановился и, влекомый любопытством, поддел
крышку сундука своей затупившейся, с множеством зазубрин саблей.
Сундук оказался битком набит драгоценностями.
- Их добыча! - сказал д'Аверк.
- У нас нет на это времени, - предупредил Хокмун.
- Я и не собирался тащить это с собой, - усмехнулся д'Аверк. -
Но меня аж зло берет, как подумаю о том, что все это так и будет
принадлежать Вальону, если он выиграет сражение. Смотри сюда... - Он
указал на большой круглый люк кингстона. - Если я не ошибаюсь, мой
друг, при помощи этой штуковины можно впустить внутрь реку!
Хокмун кивнул.
- Давай. А я пока освобожу рабов.
Оставив д'Аверка заниматься своими делами, он пошел в дальний
конец трюма - к люку - и выдернул крепежные клинья.
С треском люк распахнулся и появились двое сражающихся друг с
другом мужчин. Один из них был пиратом, другой носил форму
атаковавшего "Речного ястреба" судна. Пирата Хокмун убил
стремительным выпадом. Незнакомец с удивлением воззрился на
неожиданного союзника.
- Вы один из тех, что дрался на мостике!
Хокмун кивнул:
- Что это за корабль?
- Судно принадлежит Бьючарду, - ответил человек, вытирая пот со
лба. Он произнес это с таким видом, как будто одно имя все
объясняло.
- А кто такой Бьючард?
Человек в форме рассмеялся.
- Заклятый враг Вальона, если вы это хотите знать. Он видел,
как вы сражались, и был поражен вашим искусством.
- Ничего удивительного, - усмехнулся Хокмун, - сегодня я
дрался, как никогда в жизни... Еще бы, ведь я дрался за свою жизнь!
- Да, в таких случаях все мы становимся превосходными бойцами,
- согласился человек. - Я - Кулард и твой друг, если ты - враг
Вальона.
- Тогда предупреди своих товарищей, - сказал Хокмун. - Мы топим
судно... Взгляни-ка! - он указал в трюм, где д'Аверк открывал
кингстон.
Кулард кивнул и пошел к нижней палубе.
- Увидимся, когда все будет сделано, дружище, - сказал он
напоследок. - Если останемся в живых!
Хокмун последовал за ним, чтобы перерезать путы рабов.
Люди Бьючарда, очевидно, теснили пиратов Вальона. Хокмун
почувствовал, как палуба внезапно качнулась под его ногами, увидел
д'Аверка, поспешно вылезающего из люка.
- Думаю, нам лучше править к берегу, - сказал француз и с
улыбкой ткнул большим пальцем в сторону рабов, прыгающих за борт. -
Последуем примеру наших друзей.
Хокмун кивнул.
- Я предупредил человека Бьючарда о том, что происходит.
Полагаю, Вальон получил сполна. - Он коснулся меча вожака пиратов. -
Постараюсь не потерять этот клинок - лучшего оружия мне еще не
приходилось держать в руках. Такой меч кого хочешь сделает
непобедимым бойцом!
Он поднялся на верхнюю палубу и убедился, что люди Бьючарда в
самом деле побеждают. Они согнали пиратов к борту, однако теперь
быстро покидали судно.
Кулард, как видно, уже сообщил им новости.
Вода подступала к самому люку - кораблю недолго осталось быть
на плаву. Если они спрыгнут с этого борта, то им грозит опасность
быть раздавленными между двух судов. Поэтому лучше было бы перейти
на корабль Бьючарда.
Хокмун предложил это д'Аверку, тот кивнул. Друзья перепрыгнули
через фальшборт и оказались на палубе другого корабля.
Банки у весел пустовали. Хокмун решил, что гребцы Бьючарда -
свободные люди, члены команды. Это, без сомнения, было менее
убыточно, нежели содержание рабов. Подумав так, он на секунду
остановился и услышал голос с борта "Речного ястреба":
- Эй, приятель! Да, вы, с черным камнем во лбу! Уж не
собираетесь ли вы потопить и мой корабль?
Хокмун обернулся и увидел молодого человека приятной внешности,
одетого в черный кожаный костюм со стоячим воротничком и синий
запятнанный кровью плащ, нисподающий до пят. В одной руке человек
сжимал меч, в другой - боевой топор. Мечом он указывал с борта
обреченной шхуны на Хокмуна.
- Мы идем своей дорогой, - ответил Хокмун. - И вреда вашему
судну не причиним...
- Погодите минутку! - человек в черном вспрыгнул на фальшборт
"Речного ястреба" и покачнулся, удерживая равновесие. - Я хочу
отблагодарить вас за то, что вы сделали добрую половину нашей
работы.
Нехотя Хокмун дождался, пока человек вернется на свой корабль.
- Я - Пал Бьючард, владелец этого судна, - сказал он, подходя к
ним. - Много недель мы поджидали удобного момента, чтобы напасть на
"Речной ястреб", и, возможно, так никогда и не дождались бы, не
отвлеки вы на себя внимание большей части команды и не дай нам время
выйти из заводи...
- Ладно, - ответил Хокмун. - Хорошо. Но больше я не желаю
участвовать в распрях между пиратами...
- Сэр, вы оскорбляете меня, - спокойно возразил Бьючард. -
Между прочим, я поклялся очистить реку от лордов-пиратов Старвеля. Я
- их заклятый враг.
Люди Бьючарда вновь собрались на своем корабле и перерубили
абордажные канаты. Потерявший управление "Речной ястреб" закрутился
на стремнине; его корма скрылась под водой. Некоторые пираты
кинулись в воду, но Вальона среди них не было.
- Куда же делся атаман? - спросил д'Аверк, внимательно изучая
тонущее судно.
- Вальон, как крыса, - ответил Бьючард. - Он, несомненно,
ускользнул, как только понял, что сегодняшний день закончится для
него поражением. Вы оказали мне неоценимую помощь, господа, ибо
Вальон - самый опасный из пиратов. Я вам очень признателен.
Д'Аверк, всегда старавшийся любезно прийти на помощь тому, чье
самолюбие, по его мнению, было задето, ответил:
- А мы, в свою очередь, признательны вам, капитан Бьючард, за
то, что вы прибыли в самое время - как раз тогда, когда нам стало
казаться, что дело табак. - Он благодарно улыбнулся.
Бьючард поклонился.
- Спасибо. Однако, позвольте заметить, что вам необходима
помощь. Вы оба изранены, ваша одежда... э-э... несколько не в том
состоянии, в каком полагается быть платью таких достойных
джентльменов... Короче, я сочту за честь, если вы любезно
согласитесь погостить на моем корабле, пока мы идем в город, и
погостить в моем доме, когда мы пристанем к берегу.
Хокмун в нерешительности нахмурился. Молодой капитан ему
положительно нравился.
- Сэр, а где вы намерены пристать к берегу?
- В Нарлине, - ответил Бьючард. - В моем родном городе.
- Мы туда и направлялись, пока не повстречали Вальона, -
заметил Хокмун.
- Тогда тем более вы должны отправиться с нами! И если я могу
быть чем-нибудь полезен...
- Благодарю, капитан Бьючард, - сказал Хокмун. - Пожалуй, мы
воспользуемся вашим предложением. И, может быть, по пути вы дадите
нам кое-какие интересующие нас сведения.
- С удовольствием. - Бьючард махнул рукой в сторону юта. -
Прошу вас в мою каюту, господа.
Глава 6. НАРЛИН
В иллюминаторах каюты капитана Бьючарда был виден пенный след,
остающийся в кильватере за кораблем, на всех парусах идущем вниз по
реке.
- Если встретятся пираты, - сказал Бьючард, - то у нас почти не
будет шансов одолеть их. Вот почему мы идем с такой скоростью.
Кок уставил стол изысканными яствами - несколько мясных блюд,
рыба с овощами, фрукты и вино. Хокмун старался не налегать на еду,
но был не в силах отказаться от того, чтобы все-таки не попробовать
хотя бы по кусочку от каждого блюда, он хорошо знал, тем не менее,
что теперь его желудок может не осилить такой роскошный обед.
- Это праздничная трапеза, - весело сообщил Бьючард. - Ибо
долгие месяцы я охотился за Вальоном.
- Очень странный человек, этот Вальон, - заметил Хокмун,
отправляя в рот очередной кусок. - Кто он?
- Пиратов я себе представлял совсем иначе, - вставил д'Аверк.
- Он пират в силу традиций, - сказал Бьючард. - Все его предки
были пиратами - веками грабили речные суда. Долгое время купцы
платили огромную дань лордам Старвеля, а несколько лет тому назад
начали роптать и сопротивляться. Вальон стал мстить им за это. В
ответ несколько единомышленников - и я в том числе - решили
построить военные корабли, чтобы противостоять пиратским набегам. Я
командую одним из этих кораблей... Я - мирный купец, но не оставлю
оружия до тех пор, пока Вальон и его сподвижники не оставят Нарлин в
покое.
- Ну и как ваши дела? - спросил Хокмун.
- Трудно сказать. Вальон и его пэры по-прежнему неуязвимы за
высокими стенами. Старвель - город в городе, город в Нарлине, и до
сего времени мы могли лишь противостоять их пиратским вылазкам. А
помериться силами в настоящем бою пока не удавалось.
- Так вы говорили, что Вальон - пират по происхождению, -
напомнил д'Аверк.
- Да. Его предки пришли в Нарлин много веков назад. Они были
сильными, опытными воинами, мы же до той поры ни с кем не сражались.
Легенда рассказывает, что предок Вальона, Батах Герандиун, знал
волшебство, и это еще более укрепило могущество пиратов. Они
захватили один из районов города, Старвель, возвели вокруг него
стены, и с тех пор обитают там.
- А как Вальон смотрит, на то, что вы нападаете на его суда? -
Хокмун сделал большой глоток вина.
- Он мстит нам, как только возможно, но мы заставили пиратов
бояться нас - они уже с опаской выходят на разбой... Впрочем, еще
многое предстоит сделать. Я обязательно убью Вальона, как только
представится случай - это наверняка внесет разлад в их шайку... но
пока ему всегда удавалось ускользнуть. У этого типа какой-то нюх на
опасность - он исчезает сразу, как только почувствует, что дело
плохо.
- Желаю вам удачи... - ответил Хокмун. - А теперь скажите,
капитан Бьючард, известно ли вам что-нибудь о клинке, который
называют Меч Зари? Нам говорили, что мы найдем его в Нарлине.
- Да, я слышал о нем, - удивленно произнес Бьючард. - Это
связано с легендой, которую я начал рассказывать, - о предке
Вальона, Батахе Герандиуне. Ходят слухи, что вся колдовская сила
Батаха заключена в этом клинке. Батах якобы стал богом - по крайней
мере, пираты обожествили его и теперь поклоняются ему в своем храме,
который так и называется: Храм Батаха Герандиуна... Суеверные люди,
эти пираты. Мне, простому торгашу, зачастую не понятны их дела и
помыслы.
- А где сейчас этот клинок? - спросил д'Аверк.
- Ну, я слышал, что именно ему и поклоняются разбойники в Храме
- для них меч олицетворяет силу и могущество Батаха. Вы хотите
выкрасть этот клинок, господа?
- Я не... - начал Хокмун, но д'Аверк мягко перебил его.
- Да, капитан. У нас на севере есть родственник - очень мудрый
человек, который слышал о клинке и хотел бы исследовать его. Он и
послал нас сюда, чтобы мы попытались раздобыть этот меч...
Бьючард рассмеялся.
- О, вы можете раздобыть его, друзья - ценой крови полумиллиона
фанатиков. Пираты будут защищать Меч Зари до последнего вздоха - для
них во всем мире нет ничего превыше этой святыни.
Хокмун опечалился. Неужели Майган послал их на невыполнимое
дело?..
- Что ж, ладно, - д'Аверк меланхолично пожал плечами. - Тогда
будем надеяться, что вы все-таки одолеете Вальона и его сторонников,
а их имущество пустите с молотка.
Бьючард улыбнулся:
- Много лет пройдет, прежде чем Вальон будет окончательно
разбит. Не думаю, что увижу это собственными глазами. - Он встал
из-за стола. - Прошу извинить, меня ждут дела, я вернусь через
несколько минут.
И он вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
Хокмун нахмурился.
- Ну, д'Аверк, что будем делать? Мы недалеко от места
назначения, но без гроша в кармане и не имея возможности взять то,
что нам нужно. - Он вынул из кошеля кольца Майгана и подбросил их на
ладони. Теперь их было одиннадцать, поскольку он и д'Аверк сняли
свои. - Хоть кольца у нас... Может, стоит переместиться в другое
измерение и искать дорогу в Камарг?
Д'Аверк фыркнул.
- Мы запросто можем оказаться при дворе Короля Хуона. Или, чего
доброго, в лапах какого-нибудь омерзительного чудовища... Нет, я
думаю, надо добраться до Нарлина и покрутиться там несколько дней.
Прощупаем почву, так ли трудно раздобыть пиратский меч. - Он извлек
что-то из своего кошеля. - Я и забыл совсем, что у меня есть эта
милая вещица.
Это был запал для ружей, которыми в незапамятные времена
пользовались в городе Халапандуре.
- Какой от него толк, д'Аверк? - спросил Хокмун.
- Я ведь говорил, что он может нам пригодиться.
- Без ружья?
- Без ружья, - кивнул д'Аверк.
Пока он засовывал его обратно в кошель, вернулся Бьючард.
Капитан улыбался.
- Меньше чем через час, друзья мои, мы бросим якорь в Нарлине,
- сказал он. - Надеюсь, город вам понравится... По крайней мере, те
районы, где нет лордов-пиратов, - добавил он с усмешкой.
Стоя на палубе, Хокмун и д'Аверк наблюдали за медленно
приближающейся гаванью. В чистом небе жарко пылало солнце, и весь
город сверкал в его лучах. Здания были невысокими - почти все не
больше четырех этажей - но богато украшенные лепкой в стиле рококо,
выглядевшей очень старой. Краски казались приглушенными, выцветшими,
но по-прежнему ясными и чистыми. Для построек в основном
использовалась древесина - колонны, резные балконы и фасады были
сделаны из дерева, - но в некоторых сооружениях встречались
покрашенные металлические опоры и даже металлические двери.
Десятки торговых судов - либо отправляющихся в плавание, либо
только что доставивших в Нарлин товары - запрудили гавань. Грузчики,
раздетые до пояса и мокрые от пота, при помощи лебедок переносили
тюки к докам и причалам, стаскивали их по сходням. Повсюду царили
шум и суета, и Бьючард, похоже, был рад вернуться наконец домой.
На причале собралась толпа встречающих; капитан в сопровождении
Хокмуна и д'Аверка спустился по трапу.
Его приветствовали со всех сторон.
- Как дела, капитан?
- Нашли Вальона?
- Много потеряли людей?
Бьючард остановился и добродушно рассмеялся.
- Ладно, жители Нарлина! - прокричал он. - Вижу, что я должен
все вам рассказать, иначе вы не дадите нам пройти. Да, мы потопили
судно Вальона...
Над толпой пронесся вздох и воцарилось молчание. Бьючард влез
на стоящий рядом ящик и поднял руки.
- Мы потопили "Речной ястреб"... Но вряд ли нам удалось бы это
сделать, не будь рядом двух моих друзей.
Д'Аверк с наигранным смущением поглядел на Хокмуна. Удивленные
горожане уставились на них, словно не веря, что капитан говорит об
этих оборванцах, более похожих на беглых рабов.
- Вот ваши герои, а не я, - продолжал Бьючард. - Вдвоем они
сражались против всей команды пиратов, убили Ганака - старшего
помощника Вальона - и дали нам возможность захватить судно. Они же
потопили "Речной ястреб".
Теперь по толпе пронеслась волна ликования.
- Знайте их имена, жители Нарлина! Помните, что они друзья
нашего народа, и ни в чем им не отказывайте. Это Дориан Хокмун,
владелец Черного Камня и Хьюлам д'Аверк! Никогда еще вам не
приходилось видеть таких смельчаков и таких искусных бойцов!
Эти речи заставили Хокмуна смутиться. Он нахмурился и показал
Бьючарду, чтобы тот заканчивал апологию.
- А что сталось с Вальоном? - выкрикнул кто-то из толпы. - Он
мертв?
- Нет, он ускользнул от нас, - с сожалением ответил Бьючард. -
Сбежал, как крыса... Но рано или поздно мы покончим с ним!
- Или он с тобой, Бьючард! - Человек в богатом наряде
протиснулся сквозь толпу. - Ты всего лишь причинил ему кое-какие
убытки!... Годами я платил пошлину людям Вальона, и они разрешали
мне ходить по всей реке. А теперь ты и тебе подобные говорят: "Не
платите!" Ладно, я перестал платить, так что же? Ни днем, ни ночью
мне нет покоя, уснуть не могу от страха, как подумаю о том, на что
способен Вальон... А Вальон мстителен! И он может отомстить не
только тебе! Ты подумал о всех остальных - тех, кто хочет мира, а не
воинской славы? Ты всех нас подвергаешь опасности!
Бьючард рассмеялся.
- Если я не ошибаюсь, ведь именно ты, Верониг, первым стал
жаловаться на пиратов - дескать, тебе не по карману их грабительские
поборы! Ведь именно ты, поддержал нас, когда мы объединились, чтобы
дать отпор Вальону! Ну так вот, Верониг, мы даем ему отпор. Это
трудно, но мы победим, не сомневайся!
Толпа одобрительно загудела, но ликования было меньше.
Некоторые начали расходиться.
- Вальон отомстит, Бьючард, - повторил Верониг. - Дни твои
сочтены. Поговаривают, что лорды-пираты собирают все свои силы, что
до сих пор они просто играли с нами, как кошка с мышкой. Стоит им
захотеть, и Нарлин окажется в руинах!
- Окажется в руинах источник их существования! Это будет глупо
с их стороны! - Бьючард пожал плечами, как бы говоря, что спорить
тут не о чем.
- Не глупее того, что делаешь ты, - проворчал Верониг. - Но
заставь их ненавидеть нас еще сильнее, и ненависть заставит забыть,
что мы их кормим!
Бьючард улыбнулся и покачал головой.
- Тебе пора на покой, Верониг. Превратности купеческой жизни
тебе не по плечу.
Почти все уже разошлись. На лицах горожан, которые только что с
ликованием приветствовали героев, теперь появилось выражение
тревоги.
Бьючард спрыгнул с ящика и обнял своих спутников за плечи.
- Идемте, друзья, нечего слушать брюзгу Веронига. Он не
испортит наш праздник своими причитаниями. Отправимся ко мне домой и
поищем наряды, более подходящие для таких господ, как вы. А утром
пройдемся по лавкам и купим вам новое снаряжение!
Он повел их петляющими улочками Нарлина, изгибающимися под
самым неожиданным углом, узкими, пропитанными миллионом всевозможных
запахов; улочками, запруженными моряками, солдатами, купцами,
портовыми рабочими, старухами, хорошенькими девушками, лоточниками,
всадниками, пробирающимися сквозь толпы пеших... За сапожными
лавками улица пошла в гору, и вскоре Бьючард вывел их на площадь, с
одной стороны которой зданий не было. Там было море.
Бьючард замедлил шаг, засмотревшись на сверкающую в лучах
солнца водную гладь.
Д'Аверк указал в сторону горизонта и спросил:
- Вы торгуете с заморскими жителями?
Сняв свой тяжелый плащ, Бьючард перекинул его через локоть,
расстегнул воротник рубашки и, улыбаясь, потер шею.
- Никто не знает, что там, за морем - может быть, вообще ничего
нет... Нет, мы торгуем только вдоль побережья, миль на двести-триста
в обе стороны. Здесь много богатых городов, не очень сильно
пострадавших в Страшное Тысячелетие.
- Ясно. А как вы называете свой континент? Полагаю,
Азиакоммуниста, да?
Бьючард нахмурился.
- Не припомню, чтобы его так называли... впрочем, я не ученый.
Я слышал разные наименования: Яршай, Амарик, Ништай... - Он пожал
плечами. - Я даже не знаю, где находятся другие континенты, если они
вообще существуют...
- Амарик! - воскликнул Хокмун. - А я всегда считал, что здесь
обитают сверхъестественные существа.
- А я думал, что Рунный Посох находится в Азиакоммунисте, -
рассмеялся д'Аверк. - Никогда не доверяй легендам, дружище Хокмун!
Вполне может статься, что Рунного Посоха вообще не существует!
Хокмун кивнул.
- Все может быть.
- Рунный Посох... легенды, - нахмурился Бьючард. - О чем это
вы, господа?
- Э-э, об этом говорил тот ученый, помните - наш родственник, -
поспешно пояснил д'Аверк. - Долго рассказывать. И скучно.
Бьючард пожал плечами.
- Не терплю скуки, друзья, - признался он и повел их дальше.
Некоторое время спустя они вышли за пределы торговых кварталов
города и поднялись на холм, где дома были богаче и не лепились друг
к другу. Над высокими стенами виднелись макушки цветущих в садах
деревьев, искрились фонтаны.
Перед входом в один из таких окруженных стеной домов Бьючард
остановился.
- Добро пожаловать, мои дорогие друзья, - сказал он, постучав в
ворота.
Отворилось решетчатое окошко, и глаза привратника пристально
оглядели их. Затем ворота раскрылись настежь и слуга поклонился
Бьючарду.
- С возвращением, господин. Успешно ли было ваше путешествие?
Сестра ждет вас.
- Весьма успешным, Пер! А, вот и Джелиана пришла приветствовать
нас... Друзья, рекомендую вам: моя сестра!
Глава 7. ПЛАМЯ
Джелиана была красивой молодой девушкой с черными как смоль
волосами, живой и веселой, что совершенно покорило ветреного
Д'Аверка. За обедом этим же вечером он отчаянно флиртовал с ней и
радовался как ребенок, когда она отвечала ему тем же.
Бьючард наблюдал за ними с легкой улыбкой, на сердце же у
Хокмуна скребли кошки: образ Иссольды то и дело вставал перед его
глазами. Иссольды, которая ждет своего мужа за тысячи миль отсюда и,
возможно, за сотни лет. (Хокмун не знал, только ли сквозь
пространство перенесли его волшебные хрустальные кольца, или сквозь
время тоже.)
Бьючард, как видно, заметил поволоку грусти в глазах Хокмуна и
попытался развеселить его смешными историями о менее опасных и даже
в чем-то забавных стычках со старвельскими пиратами.
Хокмун слушал внимательно, смеялся в нужные моменты, но никак
не мог избавиться от тягостных размышлений о судьбе своей
возлюбленной, дочери графа Брасса.
Сумел ли Тарагорм построить машину для путешествий во времени?
Нашел ли Мелиадус другой способ добраться до замка Брасс?
И чем больше темнело за окном, тем труднее становилось Хокмуну
поддерживать светскую беседу. Наконец он встал и вежливо поклонился:
- Извините, капитан Бьючард, - пробормотал он, - но я очень
устал. Рабство, сегодняшнее сражение...
Джелиана Бьючард, и Хьюлам д'Аверк, поглощенные друг другом,
даже не обратили на него внимания.
Капитан Бьючард быстро поднялся и с пониманием сказал:
- Конечно, прошу прощения, господин Хокмун, за то, что я был
столь невнимателен...
Хокмун улыбнулся в ответ.
- Отнюдь, капитан. Ваше гостеприимство выше всяческих похвал.
Однако...
Рука Бьючарда потянулась к звонку, но прежде чем он успел
позвонить слуге, раздался стук в дверь.
- Войдите! - резко сказал Бьючард.
Появился запыхавшийся привратник.
- Капитан Бьючард! На пристани пожар... горит судно!
- Судно? Чье судно?
- Ваше судно, капитан... то, на котором вы сегодня прибыли.
Бьючард поспешил к выходу. Хокмун, д'Аверк и Джелиана
последовали за ним.
- Коляску, Пер, - на ходу приказал хозяин. - Скорее коляску!
Через несколько минут крытый экипаж, запряженный четверкой
лошадей, стоял у подъезда, и Бьючард уже залезал в него, нетерпеливо
подгоняя Хокмуна и д'Аверка. Джелиана тоже высказала желание сесть в
коляску, но брат покачал головой.
- Нет, Джелиана, жди нас здесь. Мы не знаем, что происходит в
гавани.
И кони понесли их во весь опор к порту. Коляска подпрыгивала на
булыжной мостовой.
Узкие улочки были освещены факелами, укрепленными в специальных
подставках на стенах домов. Проносящийся с грохотом и треском экипаж
отбрасывал зловещие черные тени.
Наконец они выехали на набережную, освещенную куда лучше, чем
просто факелами: у причала горела шхуна. Повсюду царила суматоха -
владельцы соседних судов загоняли свои команды на борт, чтобы те
отвели суда подальше - не ровен час, огонь перекинется на другие
корабли.
Бьючард выпрыгнул из коляски, Хокмун и д'Аверк не отставали.
Капитан побежал к пристани, продираясь сквозь толпу зевак, но у
самой воды остановился, понурившись.
- Безнадежно, - прошептал он. - Судно погибло... Как пить дать
работа Вальона!..
Верониг с лицом, лоснящимся от пота и пунцовым в отсвете
пожара, прокричал из толпы:
- Ну, Бьючард, убедился? Вальон мстит! Я предупреждал!
Раздался стук копыт. Они обернулись - к ним приближался всадник
на взмыленном скакуне, одетый в причудливый наряд. В левой руке
наездник держал свиток.
- Бьючард! - кричал он на скаку. - Пал Бьючард, осмелившийся
потопить "Речной ястреб"!
- Ну, я - Бьючард. А ты кто такой?
- Посланник Вальона! - Он бросил свиток к ногам Бьючарда, но
тот даже не пошевелился, чтобы поднять его.
- Что это? - процедил капитан сквозь зубы.
- Это счет, Бьючард. Чек за пятьдесят воинов и сорок рабов, за
судно и всю его оснастку плюс двадцать пять тысяч за утерянные
драгоценности. Вальон тоже может играть в ваши купеческие игрушки!
Бьючард внимательно посмотрел на посланника. Колеблющийся
отсвет бросал на его лицо причудливые тени. Ногой он сбросил свиток
в грязную речную воду.
- Ты, как видно, решил напугать меня этой мелодрамой! - твердо
ответил он. - Что ж, передай своему хозяину Вальону, что я не
испугался и не намерен платить по его счету. Скажи ему так: если он
хочет "играть в купеческие игрушки", то пусть зарубит себе на носу,
что он и его ненасытные предки задолжали Нарлину сумму, много
большую, нежели написанная в этой бумажке, а я буду и впредь гасить
этот долг!
Всадник открыл было рот, но отвечать раздумал, сплюнул на
мостовую и умчался во тьму.
- Теперь он убьет тебя, Бьючард! - сказал Верониг почти с
торжеством. - Он убьет тебя. Я надеюсь, Вальон понимает, что не все
такие дурни, как ты!
- А я надеюсь, что не все такие дурни как ты, Верониг, -
презрительно ответил Бьючард. - Если Вальон угрожает мне, значит, я
добился успеха - хотя бы частичного - и вывел его из себя!
Он вернулся к экипажу, галантно пропустил вперед Хокмуна и
д'Аверка, сел сам, захлопнул дверцу и постучал по крыше рукоятью
меча, показывая вознице, что можно трогать.
- А вы уверены, что Вальон так слаб, как вы предполагаете? - с
сомнением спросил Хокмун.
Бьючард мрачно улыбнулся.
- Уверен, что он сильнее, чем я предполагаю - даже сильнее, чем
полагает Верониг. Мне кажется, Вальон так и не пришел в себя от
изумления, - после того, как мы осмелились сегодня напасть на его
судно... О, он еще себя покажет! Но разве стоило говорить об этом
Веронигу? А, друзья?
Хокмун в восхищении посмотрел на Бьючарда.
- Капитан, вы полны отваги.
- Скорее отчаяние переполняет меня, дружище Хокмун.
Хокмун кивнул.
- Я понимаю, что вы хотите сказать.
Всю остальную дорогу они молчали.
Ворота дома были распахнуты, коляска въехала прямо во двор. У
парадной двери их поджидала побледневшая Джелиана.
- С тобой все в порядке, Пал? - спросила она, как только он
вышел из экипажа.
- Конечно, - ответил Бьючард. - Ты не на шутку испугана,
Джелиана. Успокойся, ничего ужасного не произошло.
Она повернулась и пошла в дом - в столовую, где на столе
остывал недоеденный ужин.
- Это не из-за пожара, - сказала она и, дрожа всем телом,
посмотрела на брата, затем на д'Аверка и наконец перевела взгляд на
Хокмуна. Ее глаза были широко раскрыты. - Пока вас не было, сюда
приходил один человек.
- Человек? Кто? - Бьючард обнял ее за плечи.
- Он... он приходил один... - начала она.
- И что же замечательного в посетителе, который приходит один?
Где он сейчас?
- Это был Вальон, Пал. Вальон Старвельский собственной
персоной. Он... - она закрыла лицо руками. - Он потрепал меня по
щеке... он смотрел на меня своими холодными... нечеловеческими
глазами, он... говорил этим ужасным голосом...
- И что же он сказал? - мрачно вставил Хокмун. - Что он сказал,
леди Джелиана?
Ее взгляд заметался между ними и вновь остановился на Хокмуне.
- Что он пока просто играет с Палом. Что он слишком горд, чтобы
тратить на него время и силы, но если завтра утром на городской
площади Пал не объявит во всеуслышанье, что больше не будет
досаждать лордам-пиратам своими... своими глупыми выходками... то
ему, Палу, заплатят по заслугам... Сказал, что этого заявления он
ждет только до полудня...
Бьючард нахмурился.
- Думаю, он пришел сюда, в мой дом, выразить свое презрение.
Поджог судна - это просто показуха, а так же повод, чтобы выманить
меня из дома. И разговор с тобой, Джелиана, должен означать, что он
сможет добраться до самых близких и дорогих мне людей... - Бьючард
помолчал. - Теперь уже не остается сомнений, что Вальон угрожает не
только моей жизни... Я должен был ждать такого подвоха, в глубине
души я и ждал его, но... - Он бросил на Хокмуна усталый взгляд. -
Боюсь, Верониг был прав, и в конце концов, в дураках остался я,
господин Хокмун. Я не могу добраться до Вальона, пока он прячется за
стенами Старвеля, не могу сражаться его же оружием!..
- Я не имею права советовать вам, - тихо проговорил Хокмун. -
Но вы можете распоряжаться мной и д'Аверком... если собираетесь
бороться и дальше.
Бьючард посмотрел прямо в глаза Хокмуну и рассмеялся так, что
плечи его затряслись.
- Вы не советуете мне, Дориан Хокмун, владелец Черного Камня,
но ясно даете понять, что я должен думать о себе, если откажусь от
помощи двух таких искусных фехтовальщиков! Да. Я буду бороться
дальше. А завтра отдохну, наплевав на предупреждение Вальона. Тебя,
Джелиана, будут охранять. Я пошлю за отцом и попрошу его прийти сюда
вместе со своими стражниками, чтобы они охраняли вас обоих. Хокмун,
д'Аверк и я... э-э... мы отправимся за покупками. - Он указал на
изношенные платья своих гостей. - Я обещаю вам новые костюмы и
хорошие ножны для вашего меча, господин Хокмун, - меча, когда-то
принадлежавшего Вальону. Так что завтра у нас много дел. Мы покажем
пиратам и (это более важно) горожанам, что мы не боимся угроз
Вальона.
Д'Аверк спокойно кивнул.
- Думаю, это единственный способ поддержать боевой дух жителей
города. Тогда даже если вы, капитан, умрете, то умрете героем, и
вдохновите на борьбу своих единомышленников.
- Ну, надеюсь, я не умру, - улыбнулся Бьючард. - Ведь я так
люблю жизнь!.. Что ж, посмотрим, друзья. Посмотрим.
Глава 8. СТЕНЫ СТАРВЕЛЯ
Следующий день выдался таким же жарким, как и предыдущий. Пал
Бьючард с друзьями вышел на прогулку.
Двигаясь по улицам Нарлина, они ловили на себе косые взгляды -
было ясно, что многие уже знают об ультиматуме Вальона и ждут, что
предпримет Бьючард.
Бьючард не предпринимал ничего. Сопровождая Хокмуна и д'Аверка
к центру, где, по его словам, находились самые богатые лавки, он
улыбался каждому встречному, поцеловал ручки нескольким дамам,
раскланивался со множеством знакомых.
Центр города лежал неподалеку от стен Старвеля, что вполне
устраивало Бьючарда.
Все эти лавки посетим днем, - сказал он. Но сначала
позавтракаем в таверне, которую я бы рекомендовал вам. Она
расположена вблизи центральной площади, и многие знатные жители
нашего города посещают ее. Пусть все видят, что мы спокойны и
уверены в себе. Будем говорить о разных пустяках, не вспоминая про
угрозу Вальона, даже если кто-нибудь попытается навести нас на эту
тему.
- В опасные игры вы играете, капитан Бьючард, - заметил
д'Аверк.
- Возможно, - пожал плечами Бьючард. - Но я чувствую, что от
сегодняшнего дня многое зависит - даже больше, чем сейчас могу себе
вообразить. Я иду ва-банк, и этот день станет либо днем моего
триумфа, либо днем моего поражения.
Хокмун понимающе кивнул, но ничего не сказал. Он тоже
чувствовал какую-то напряженность в воздухе.
Они зашли в таверну, перекусили и выпили вина, стараясь не
замечать, что находятся в центре внимания, и ловко уклоняясь от
расспросов по поводу того, как они собираются ответить на ультиматум
Вальона.
День перевалил за полдень. Бьючард еще часок посидел, поболтал
со своими друзьями, затем поднялся и, поставив на стол бокал,
произнес:
- Ну, господа, а теперь отправимся к торговым рядам...
На улицах было полно людей, многие пристраивались в хвост
безмятежно прогуливающейся троице; в окнах то и дело мелькали
любопытные лица. Бьючард ухмыльнулся.
- Сегодня мы единственные актеры на сцене, друзья. И надо
хорошо сыграть свою роль.
Наконец Хокмун впервые разглядел стены Старвеля. Они
возвышались над крышами, белые, неприступные, таинственные; ворот
нигде не было видно.
- Отчего же, есть несколько дверей, - ответил на вопрос Хокмуна
Бьючард, - но они редко открываются. Пираты в основном пользуются
обширными подземными каналами и доками, ведущими непосредственно к
реке.
Бьючард свернул на боковую улицу и указал на здание,
находящееся в полуквартале от них.
- Вот мы и пришли, друзья!
Они вошли в лавку, ломящуюся от обилия товаров. Здесь были тюки
с одеждой, кипы плащей, камзолов и бриджей, стойки с мечами и
кинжалами всевозможной формы и длины; на крючках висели искусно
сделанные упряжи и перевязи, прилавки были завалены шлемами,
шляпами, сапогами и всем, что может понадобиться мужчине. Хозяин -
веселый, подтянутый человек средних лет с красным лицом и белыми
волосами - разговаривал с покупателем. Он кивнул Бьючарду, и
посетитель обернулся. Это был юноша; увидев, кто пришел, он открыл
рот в изумлении, пробормотал что-то невнятное и сделал шаг к выходу.
- Как, вам уже не нужен меч? - удивился хозяин. - Послушайте,
милейший, я скину цену на пол-смайгара, и ни гроша больше.
- В другой раз, Пайар, в другой раз... - ответил юноша, едва
заметно поклонился Бьючарду и выскочил из лавки.
- Кто это был? - улыбнулся Хокмун.
- Сын Веронига, если не изменяет память, - ответил Бьючард и
рассмеялся. - Он унаследовал трусость своего отца!
Подошел Пайар.
- Добрый день, капитан Бьючард. Вот уж не ждал, что вы сегодня
загляните сюда. Так вы не сделали того заявления?
- Нет, Пайар, не сделал.
Пайар улыбнулся:
- Я почему-то так и думал, капитан. Однако теперь вы в
серьезном положении. Вальон ведь должен выполнить свою угрозу, а?
- Попытается, Пайар.
- И очень скоро. Он не любит тянуть кота за хвост. Вы уверены,
что стоит - так близко подходить к стенам Старвеля?
- Должен же я показать, что не боюсь Вальона, - ответил
Бьючард. - Кроме того, мне не пристало ради какого-то пирата менять
свои планы. Я обещал друзьям, что они выберут себе одежду у лучшего
купца в Нарлине, а я не привык бросать слова на ветер!
Пайар улыбнулся и сделал приглашающий жест:
- Желаю удачи, капитан... Ну-с, господа, я к вашим услугам.
Хокмун в это время рассматривал пурпурный плащ с золотой
каймой.
- У вас богатая лавка, господин Пайар. Прямо глаза разбегаются.
Пока Бьючард беседовал с хозяином, Хокмун и д'Аверк медленно
обходили прилавки, примеряя там шелковые рубашки, здесь - сапоги.
Прошло два часа, прежде чем они, наконец, выбрали все, что им было
нужно.
- Не желаете ли пройти в примерочную? - сказал Пайар. - У вас
хороший вкус, господа!
Хокмун с д'Аверком скрылись за занавесками. Хокмун выбрал
шелковую рубаху бледно-лилового цвета, камзол из мягкой светлой кожи
с ворсом, алый шарф и тонкие блестящие шелковые бриджи такого же
цвета, как шарф. Шарф он обмотал вокруг шеи, бриджи заправил в
светлые кожаные сапоги, камзол оставил расстегнутым, подпоясался
широким кожаным ремнем и, наконец, набросил на плечи голубой плащ,
застегнув его у горла.
Д'Аверк надел алую рубаху, алые бриджи, камзол из блестящей
черной кожи и сапоги, доходящие ему почти до колен. Сверху он
накинул плотный шелковый плащ вишневого цвета и начал подыскивать
себе подходящую перевязь для меча, когда из лавки внезапно донесся
крик.
Хокмун откинул занавески примерочной.
Магазин был захвачен вооруженными людьми, очевидно - пиратами
Старвеля. Они окружили Бьючарда, который даже не успел достать меч.
Повернувшись, Хокмун выхватил свое оружие из груды одежды,
бросился к вошедшим и столкнулся с падающим Пайаром. Из его горла
хлестала кровь.
Пираты скрутили Бьючарда и волокли его к выходу. Капитана даже
не было видно под навалившимися телами.
Хокмун поразил одного пирата в сердце, и парировал выпад
другого.
- Не лезьте не в свое дело! - прорычал тот. - Нам нужен один
Бьючард.
- Только через наши трупы! - воскликнул д'Аверк, присоединяясь
к Хокмуну.
- Бьючард должен понести наказание за то, что оскорбил нашего
повелителя Вальона, - ответил пират и нанес удар.
Отпрыгнув, д'Аверк сделал почти неуловимое движение мечом, и
рукав пирата окрасился кровью. Противник заревел и метнул кинжал,
который держал в другой руке. Но д'Аверк отбил его лезвием меча и
пронзил пирату горло.
Теперь уже половина пиратов отделилась от толпы и бросилась на
Хокмуна и д'Аверка, тесня их в глубь магазина.
- Они уводят Бьючарда! - в отчаянии проговорил Хокмун. - Мы
должны спасти его!..
Он яростно накинулся на пиратов, прорубая себе дорогу к дверям,
за которыми исчез Бьючард, но тут д'Аверк закричал:
- Еще один отряд - через черный ход!
В тот же момент рукоять меча ударила герцога в основание
черепа, и Хокмун ничком повалился на груду рубашек.
Он очнулся от удушья и перевернулся на спину. Внутри лавки было
темно и царила странная тишина.
Хокмун вскочил, по-прежнему сжимая меч. Первое, что он увидел -
это труп Пайара, лежащий рядом с примерочной.
Второе - тело д'Аверка, распростертое на тюках оранжевой ткани.
Лицо его друга покрывала корка запекшейся крови.
Хокмун подошел к нему, сунул руку под камзол и облегченно
вздохнул: сердце билось. Очевидно, пираты просто оглушили их обоих -
чтобы было кому рассказать жителям Нарлина, что ожидает наглецов,
смеющих, подобно Палу Бьючарду, оскорблять лорда Вальона.
Пошатываясь, Хокмун пошел в заднюю комнату и обнаружил там
кувшин с водой. Он приложил кувшин к губам д'Аверка, затем оторвал
кусок ткани и обтер его лицо. Кровь шла из широкого, но неглубокого
пореза на виске.
Д'Аверк заворочался, поднял веки и посмотрел прямо в глаза
Хокмуну.
- Бьючард, - сказал он. - Мы должны освободить его.
Хокмун кивнул.
- Да, но сейчас он уже в Старвеле.
- Кроме нас об этом никто не знает, - сказал д'Аверк, с трудом
принимая сидячее положение. - Если мы освободим его и расскажем
всему городу эту историю, представляешь, как поднимется боевой дух
горожан?
- Ладно, - ответил Хокмун. - Мы нанесем визит в Старвель - и
молись, чтобы Бьючард был еще жив. - Он вложил меч в ножны. - Надо
как-то перелезть через стену, д'Аверк. Понадобится снаряжение.
- В этой лавке мы найдем все необходимое, - сказал д'Аверк. -
Пошли, только тихо. Уже темнеет.
Хокмун коснулся Черного Камня во лбу. Его мысли вновь
обратились к Иссольде, графу Брассу, Оладану и Богенталю. Как
сложится их судьба?.. Всем существом он пытался забыть о Бьючарде,
наставлениях Майгана, о мифическом Мече Зари и не менее мифическом
Рунном Посохе. Украсть бы какое-нибудь судно в порту и отправиться в
плавание по морю, отыскать тех, кого он любит. Но...
Хокмун вздохнул и расправил плечи. Но они не могут бросить
Бьючарда на произвол судьбы. Они или спасут его, или погибнут.
Он подумал о стенах Старвеля, которые возвышались совсем рядом.
Такие гладкие и, без сомнения, бдительно охраняющиеся. Очевидно,
никто не пытался забраться на них. Однако никто и не говорил, что
это невозможно. Как бы то ни было, они должны попробовать.
Глава 9. ХРАМ БАТАХА ГЕРАНДИУМА
Заткнув за пояса свыше двух десятков кинжалов, Хокмун и Д'Аверк
начали подъем на стену Старвеля.
Хокмун лез первым. Он выискивал в стене достаточно глубокую
трещину, вставлял в нее клинок и подтягивался, думая лишь о том,
чтобы кинжал выдержал его вес, и чтобы сверху их не услышали.
Они медленно взбирались все выше, проверяя, надежно ли
закреплен каждый кинжал.
Вдруг Хокмун почувствовал, как клинок под его ногой поддается,
схватился за тот, который он секунду назад укрепил над головой, и
понял, что и этот сейчас вылетит. Земля была в сотне футов под его
ногами. В отчаянии Хокмун выхватил из-за пояса еще один кинжал,
лихорадочно нашел трещину в камне, и вставил клинок. Лезвие держало,
а "упор", на котором покоилась его нога, выпал - до них донесся
тихий звон далеко внизу. Теперь Хокмун висел на одном кинжале, не в
силах двинуться ни вниз, ни вверх, пока д'Аверк не вогнал другой
клинок для его ноги. Хокмун облегчено вздохнул. Осталось пройти
совсем немного - несколько футов. Но что ждет их на гребне стены?
Что ждет их за стеною?
Возможно, все усилия напрасны, а Бьючард уже мертв? На сомнения
времени не было.
Добравшись до края стены, Хокмун стал двигаться с еще большей
осторожностью. Над ним послышались шаги: стража. Хокмун замер. Еще
один кинжал - и он наверху. Поглядев вниз, он увидел освещенное
лунным светом, невозмутимое лицо д'Аверка. Наконец шаги стихли в
отдалении, и Хокмун вставил кинжал в стену.
Когда он уже забрался на верх, шаги послышались вновь -
торопливые, будто стражник бежит. Хокмун поднял голову, и нос к носу
столкнулся с изумленным пиратом.
В ту же секунду Хокмун, поставив все на карту, забросил свое
тело на гребень стены, и пока охранник доставал меч, уцепился за его
ноги и что есть сил дернул.
Пират замахал руками, пытаясь сохранить равновесие, и рухнул
вниз, не издав ни единого звука.
Тяжело дыша, Хокмун встал на колени и помог залезть д'Аверку.
По стене к ним спешили еще два стражника.
Хокмун выпрямился, вынул свой меч из ножен и приготовился к
встрече.
Клинки скрестились. Схватка была короткой, поскольку Хокмун и
д'Аверк находились в отчаянном положении и не могли терять ни
секунды. Они почти одновременно поразили пиратов: те упали,
дернулись в агонии, и замерли без движения.
Друзья осмотрелись. Судя по всему, другие охранники их пока не
заметили. Хокмун указал на ступени, ведущие вниз, д'Аверк кивнул, и
они стали спускаться - быстро и по возможности бесшумно, от всей
души надеясь, что никому не придет в голову подниматься по лестнице
именно в эту минуту.
Внизу было темно и тихо, словно вымерло все. Далеко, в самом
центре Старвеля, мигал маяк, однако город буквально потонул во
мраке; лишь сквозь ставни и дверные щели кое-где пробивался тусклый
свет.
Подойдя ближе к жилым кварталам, они услышали голоса,
доносящиеся из домов: крики, громкий хохот. Одна из дверей
распахнулась, открыв на мгновение переполненное пьяными людьми
помещение; на улицу, спотыкаясь на каждом шагу, выбрался пират,
невнятно ругаясь, и упал ничком на мостовую. Дверь за ним
захлопнулась. Пират не шелохнулся.
Здания Старвеля были беднее и проще домов по ту сторону стены -
ни богатой отделки, ни лепных украшений, как в Нарлине, и не знай
Хокмун правды, он решил бы, что Старвель - город нищих. Но Бьючард
рассказал ему, что пираты все свои богатства прячут на кораблях, в
подвалах и в таинственном Храме Батаха Герандиуна, где, по слухам,
находится Меч Зари.
Друзья крались по улицам, держа оружие наготове. Они даже не
знали, жив ли Бьючард, и уж тем более не подозревали, где его
искать, в какую темницу его заточили... Но что-то влекло их к маяку
в центре города.
И когда они подобрались уже совсем близко к источнику света,
ночную тишину внезапно прорезала оглушительная барабанная дробь,
эхом перекатываясь по пустым темным переулкам. Затем они услышали
звуки шагов и цоканье копыт.
- Что это? - прошептал д'Аверк. Он глянул за угол и тут же
отдернул голову.
- Они приближаются, - сказал он. - Назад!
Появился мерцающий свет факелов и на мостовую упали зловещие
тени. Отступив в темноту, друзья разглядывали проходящую мимо
процессию.
Возглавлял шествие сам Вальон, восседающий на черном скакуне.
Его лицо было холодным и безжалостным, глаза смотрели прямо перед
собой. Он направлялся к центру города - туда, где горел сигнальный
огонь. Позади него шли барабанщики, отбивая медленный монотонный
ритм, дальше - группа вооруженных всадников в богатых нарядах,
видимо, повелители Старвеля. Их лица и позы были такими же
застывшими, как у Вальона. Но внимание двух друзей привлек тот, кто
двигался за лордами-пиратами... Бьючард.
Его руки и ноги были привязаны к каркасу из согнутой китовой
кости, установленному на влекомой шестеркой лошадей телеге. Лошадей
вели под уздцы пираты в ливреях. Бьючард был бледен, и его нагое
тело блестело от пота. Врезающиеся в лодыжки и запястья веревки,
очевидно, причиняли ему ужасную боль, но он крепко сжимал зубы и
молчал. Странные символы, нанесенные краской, покрывали торс и щеки
капитана. Напрягая каждый мускул, он пытался разорвать путы, но
тщетно.
Д'Аверк шагнул было из-за угла, однако Хокмун удержал его.
- Нет, - прошептал он. - Пойдем следом. Быть может, нам
представится более удобный момент...
Они подождали, пока процессия скроется за поворотом, и
незаметно пристроились ей в хвост. Процессия медленно вышла на
обширную площадь, освещенную гигантским маяком. Этот сигнальный
огонь был укреплен над входом в высокое ассимметричное здание,
которое казалось и не зданием вовсе, а естественным образованием из
стеклообразной вулканической породы. Глядя на него, мороз пробегал
по коже.
- Это, несомненно, и есть Храм Батаха Герандиуна, - прошептал
Хокмун. - Интересно, зачем Бьючарда сюда привели?
- Давай выясним, - проговорил д'Аверк. Процессия неторопливо
исчезала в Храме.
Они метнулись через площадь и спрятались в тени у самой двери.
Дверь была приоткрыта и, очевидно, никто ее не охранял. Скорее
всего, пираты были уверены, что посторонний и близко не подойдет к
Храму.
Убедившись, что за ними никто не наблюдает, Хокмун прокрался к
двери и, скользнув внутрь, очутился в темном коридоре. Из-за угла
лился красноватый свет и доносились звуки песнопений. Хокмун начал
медленно продвигаться по коридору, д'Аверк следовал за ним по пятам.
Не доходя до поворота, Хокмун замер. В нос ударил странный,
отвратительный запах, казавшийся одновременно знакомым и незнакомым.
Хокмун содрогнулся и сделал шаг назад. Лицо д'Аверка исказилось, он
сглотнул, борясь с тошнотой.
- Фу ты... Это что такое?
Хокмун покачал головой.
- Что-то очень знакомое... Возможно, запах крови. Хотя нет, не
совсем...
Д'Аверк взглянул на Хокмуна широко раскрытыми глазами. Было
видно, что он колеблется - не пойти ли назад, но потом француз
расправил плечи и покрепче ухватил свой меч. Он снял шарф, который
был повязан вокруг шеи, обмотал им лицо, оставив только щелки для
глаз, а свободный конец залихватским жестом, напомнившим Хокмуну
прежнего д'Аверка, перекинул через плечо. Хокмун усмехнулся и
последовал его примеру.
Они осторожно двинулись вперед и повернули за угол.
Свечение делалось все ярче, его цвет напоминал цвет крови. Оно
исходило из двери в дальнем конце коридора, и, казалось,
пульсировало в ритме пения, которое становилось все громче и громче,
и в котором явственно проступали зловещие нотки. Зловоние тоже
усиливалось.
Один раз зал, из которого струился пульсирующий свет, пересекла
какая-то темная фигура. Хокмун и д'Аверк застыли, но их по-прежнему
никто не замечал. Силуэт исчез, и они вновь пошли вперед.
Тяжелый смрад затруднял дыхание; звуки песнопений терзали слух;
розовое свечение почти ослепило их. Казалось, разом отказали все
чувства. В происходящем было что-то неестественное; что-то,
заставляющее дрожать каждый нерв. Но они шли дальше и дальше, и
оказались футах в двух от двери, увидели, что делается за нею. И
содрогнулись.
Зал выглядел почти круглым, если бы не его высота: кое-где
потолок был низким - всего несколько футов от пола, а кое-где таким
высоким, что совершенно исчезал в розовой дымке. Зал повторял
очертания самого строения, казавшегося не рукотворным, а скорее
природным сооружением, с неправильными и неупорядоченными, как
представлялось Хокмуну, формами. Стены из стеклообразного материала
отражали розовое сияние, а весь зал был залит ярким кроваво-красным
светом.
Свет исходил из точки высоко под крышей. Хокмун поднял голову.
Он сразу понял, что это, сразу узнал эту вещь, которая довлела
над залом. Именно за ней и послал Хокмуна умирающий Майган.
- Меч Зари... - прошептал д'Аверк. - Но не может же эта гнусная
штука играть такую роль в наших судьбах!
Хокмун нахмурился и пожал плечами.
- Мы ведь пришли не за ней. Нам нужен вон кто... - кивнул он.
Под мечом были полукругом расставлены двенадцать каркасов из
китовой кости. И на каждом был распят нагой человек, мужчина или
женщина. Некоторые уже умерли, большинство остальных находилось при
смерти.
Д'Аверк в ужасе отвернулся, но потом заставил себя смотреть.
- Клянусь Рунным Посохом! - с трудом пробормотал он. - Это...
это варварство!
Из перерезанных вен медленно струилась кровь.
Несчастные умирали от потери крови.
Лица живых были искажены страданием, и чем больше ее вытекало,
тем слабее становились их потуги освободиться. Кровь лилась в яму,
высеченную под ними в скале обсидиана.
И в этой яме сновали какие-то твари, то всплывая, чтобы
налакаться свежей крови, то вновь погружаясь. Темные тени,
шевелящиеся в кровавом бассейне...
Как глубока эта яма? Сколько тысяч невинных людей было
принесено в жертву, чтобы заполнить ее до краев? Какими странными
свойствами она обладает, если кровь в ней не свертывается?
Вокруг ямы теснились лорды-пираты Старвеля, распевая и
раскачиваясь, их лица были обращены к Мечу Зари. Под Мечом находился
прикованный к каркасу Бьючард.
Вальон держал нож, и не оставалось никаких сомнений в том, что
он собирается делать. Бьючард с отвращением посмотрел на пирата
сверху вниз и что-то сказал, но Хокмун не расслышал. Блестело лезвие
ножа, уже запятнанное кровью, пение становилось все громче, и сквозь
него д...
