Раймонд Фэйст. Долина тьмы
страница №7
...сех, кого мнедоводилось видеть - на нем нет туники, только кожаный жилет. На
обритой голове оставлена одна длинная прядь, завязанная так,
что свисает назад на манер лошадиного хвоста. В свете костра я
хорошо его рассмотрел. Я никогда таких не видел, хотя кое-что
слышал о них.
- Это вабонский горный клан, - сказал Лори. Арута взглянул
на певца. Лори пояснил: - Я рос неподалеку от Тайр-Сога. Нам
доводилось слышать о нападениях всадников из северных горных
кланов. Они отличаются от лесных жителей. Хвост на макушке
означает, что он правитель клана, причем весьма влиятельный.
Гардан заметил:
- Издалека же он явился.
- Да, и это означает, что со времен Войны Врат порядки
поменялись. Мы же знаем, что многие из тех, кого цурани
оттеснили на север, стремились вернуться к своим народам, но
сейчас, похоже, они и родственников с собой привели.
- Исходя из того, что произошло... - сказал Мартин.
- Это союз. Военный союз моррелов. То, чего мы всегда
опасались, - закончил за него Арута. - Поехали, уже почти
светло. Мы все равно не разгадаем эту загадку, если будем
оставаться на месте.
Они оседлали лошадей и вскоре уже выехали на лесную дорогу
-главный путь, соединявший Крондор и Северные земли. Немногие
караваны ее использовали; хотя она и была короче, все же
большинство путешественников предпочитали ехать по прибрежной
дороге - так было безопаснее. Лори заявил, что сейчас они
проезжают мимо Залива Кораблей, примерно в дне пути от
ишапианского аббатства у Сарта. Аббатство располагалось среди
холмов к северо-востоку от города, так что они сразу должны
попасть на дорогу, которая вела от города к аббатству. Если
поторопиться, можно быть в аббатстве уже на закате.
Никаких признаков опасности в лесу не наблюдалось, но
Мартин рассудил, что скорее всего отряд, возглавляемый
моррелом, спешит по их следам. В шумах утреннего леса позади он
различал чуждые звуки, говорившие ему, что нечто нарушает
привычный порядок лесной жизни.
Мартин ехал рядом с Арутой позади Лори.
- Думаю, я мог бы поотстать и посмотреть, не догоняют ли
нас наши приятели.
Джимми бросил взгляд через плечо и между деревьями увидел
людей, одетых в черное.
- Поздно! Они нас нашли! - прокричал он.
Отряд Аруты пустил лошадей вскачь - топот копыт эхом
отдавался среди деревьев. Все низко наклонились, почти прильнув
к шеям лошадей; Джимми все время оглядывался. К радости Джимми,
расстояние между ними и черными всадниками увеличивалось.
Через несколько минут бешеной гонки они оказались у
глубокой расщелины. Поперек нее был переброшен крепкий
деревянный мост. Перебравшись через мост, Арута остановился.
Они развернули лошадей - уже был слышен звук приближающейся
погони.
Арута собирался отдать приказ начать атаку, когда Джимми
соскочил с лошади. Отвязав свой мешок от седла, он подбежал к
мосту и склонился над настилом.
- Что ты делаешь? - закричал Арута.
- Отойдите подальше! - крикнул Джимми.
Топот копыт вдали стал громче. Мартин соскочил с лошади и
снял с плеча лук. Он вложил стрелу и натянул тетиву, как только
из-за поворота показался первый черный всадник. Без колебаний
он спустил тетиву, и стрела полетела прямо в цель, ударив
всадника в доспехах в грудь с той силой, которую развивает
тяжелая стрела, выпущенная из длинного лука. Всадник вылетел из
седла. Второму всаднику удалось обогнуть препятствие, но третий
тоже вылетел из седла - его лошадь споткнулась о лежащее тело.
Арута двинулся вперед, чтобы встретить всадника, уже
въезжавшего на мост.
- Нет! - закричал Джимми. - Назад! - И побежал.
Один из всадников достиг места, где только что возился
Джимми, как вдруг раздалось громкое шипение, завывание и
вылетело большое облако дыма. Лошадь испугалась, завертелась на
узком мосту и попятилась. Она сшибла поручни, забила ногами,
сбросила всадника на камни расщелины и ускакала.
Лошади Аруты и его товарищей были достаточно далеко от
места взрыва и не ударились в панику, хотя Лори пришлось
удерживать за поводья лошадь Джимми, а Гардану - лошадь
Мартина.
Джимми опять побежал к мосту, на этот раз с небольшой
флягой в руках. Он вылил содержимое фляги куда-то в дым, и
внезапно над ближним концом моста взметнулось пламя. Черные
всадники остановились.
Гардан выругался:
- Смотрите, вон тот, застреленный, поднимается!
Сквозь дым и пламя они увидели, как всадник со стрелой в
груди, покачиваясь, встает. Поднялся и другой, которого уложила
стрела Мартина.
Джимми взобрался на свою лошадь.
- Что это было? - спросил Арута.
- Это дымовая шашка - я всегда их беру с собой.
Пересмешники ими пользуются, чтобы прикрыть отход и вызвать
панику. От них немного огня и очень много дыма.
- А во фляге что? - спросил Лори.
- Очищенная нафта. Я знаю одного алхимика в Крондоре,
который продает ее фермерам, когда они выжигают новые участки
под посадки.
- Это очень опасная жидкость, - сказал Гардан. - Ты ее
всегда с собой носишь?
- Нет, - ответил Джимми. - Но я нечасто езжу туда, где
можно столкнуться с парнями, от которых можно избавиться,
только зажарив их. После той забавы в борделе я решил, что не
помешает иметь ее с собой. У меня в мешке еще есть.
- Тогда бросай ее! - закричал Лори. - Мост не весь горит!
Джимми вытащил еще одну флягу и послал лошадь вперед.
Аккуратно прицелившись, он бросил флягу в огонь.
Языки пламени поднялись на десять футов вверх, загорелся
весь деревянный мост. По обеим сторонам расщелины ржали лошади,
порываясь убежать от огня, который взвивался все выше.
Арута глянул через мост на своих преследователей: они
спокойно ждали, когда огонь догорит. Позади них появилась еще
одна фигура - моррел без доспехов с прядью волос на бритом
черепе. Он сел, глядя на Аруту и его товарищей. Лицо его ничего
не выражало, но Аруте показалось, что синие глаза впиваются в
его сердце, он почти физически ощутил ненависть темного
существа. Он в первый раз увидел своего врага - одного из тех,
кто виноват в несчастье с Анитой. Мартин продолжал стрелять в
черных воинов, и моррел, молча махнув рукой, увел их в лес.
Мартин подъехал к брату. Арута смотрел, как моррел уходит
все дальше в чащу.
- Он меня знает, - сказал принц. - Мы пускались на такие
хитрости, а они все время знали, где я.
- Но как? - спросил Джимми. - Столько было разных уловок...
- Черная магия, - ответил Мартин. - Здесь замешаны
магические силы, Джимми.
- Поехали, - сказал Арута. - Они от нас не отвяжутся. Мы
выиграли совсем немного времени.
Лори показывал путь к дороге, ведущей в Сарт. За их спинами
громко потрескивало горящее дерево, но они больше не
оборачивались.
Остаток дня они ехали, почти не останавливаясь.
Преследователей больше не было видно, но Арута знал, что те
где-то близко. Ближе к закату они снова приблизились к морю -
здесь дорога, следуя изгибу берега Залива Кораблей,
поворачивала на восток. В воздухе начал собираться легкий
туман. По словам Лори, сразу после заката они уже должны были
добраться до аббатства.
Мартин нагнал Гардана и Аруту, который задумчиво смотрел
вперед, рассеянно правя лошадью.
- Вспоминаешь прошлое?
Арута взглянул на брата.
- Тогда было проще, Мартин. Я вспоминаю времена, когда
жизнь была проста. Мне не терпится покончить с загадкой терна
серебристого и вернуть Аниту. Я готов на что угодно! - страстно
сказал он. Вздохнув, он тихо добавил: - Я все думаю: что бы на
моем месте стал делать отец?
Мартин посмотрел на Гардана. Капитан сказал:
- То же, что делаешь сейчас ты, Арута. Знавал я милорда
Боуррика мальчиком, знавал его и мужем, и должен сказать тебе,
что никто так не походит на него характером, как ты. Все вы так
или иначе напоминаете его: Мартин - дотошностью, с которой
стремится во всем разобраться, Лиам напоминает мне его таким,
каким он был во дни веселья, пока не потерял госпожу свою
Кэтрин.
-А я?- спросил Арута.
Ответил Мартин:
- Ну а ты, братец, рассуждаешь совсем, как он. Ни у меня,
ни у Лиама так не получается. Я - твой старший брат. Я
подчиняюсь тебе не только потому, что ты носишь титул принца. И
следую за тобой, потому что знаю - кроме отца, только ты
способен сделать правильный выбор.
- Спасибо. Это высокая похвала, - ответил Арута, глядя
куда-то вдаль.
Позади раздался шум - недостаточно, впрочем, близко, чтобы
можно было его распознать. Лори старался ехать как можно
быстрее, но сумерки и туман обманывали его. Солнце уже почти
село, и сквозь густые кроны деревьев проникало совсем немного
света. Впереди он видел только небольшую часть дороги. Раз или
два ему приходилось замедлять ход, чтобы разобраться, где
поворот дороги, а где тупик. К нему подъехал Арута:
- Не дергайся. Лучше продвигаться медленно, чем совсем
остановиться.
Гардан, приотстав, поравнялся с Джимми. Парнишка
вглядывался в заросли, выискивая тех, кто мог прятаться за
стволами деревьев, но ничего, кроме полос серого тумана, не мог
разглядеть.
Вдруг из густого подлеска выскочила лошадь и чуть не
вышибла Джимми из седла. Гардан взмахнул мечом, но, немного
запоздав, промахнулся.
- Сюда! - закричал Арута. Он попытался прорваться мимо
другого всадника, загородившего дорогу, и наскочил на моррела.
Он успел рассмотреть шрамы, избороздившие щеки моррела, - по
три на каждой щеке. Казалось, само время остановилось, пока они
смотрели друг на друга. Наконец-то Арута встретился со своим
врагом лицом к лицу. Теперь борьба, которую он вел, уже не была
схваткой в темноте с невидимым убийцей или магическими силами,
не имеющими телесного воплощения, - перед ним было уязвимое
существо, на которого можно было обратить весь свой гнев. Не
издав ни звука, моррел нацелил на голову Аруты сокрушительный
удар. Принц пригнулся к самой шее лошади и одновременно
взмахнул рапирой. Он почувствовал, какое острие воткнулось в
тело врага. Выпрямившись, Арута увидел, что нанес моррелу
глубокую рану поперек шрамов на щеке. Моррел застонал, и Арута
понял, что у него нет языка. Еще миг - и лошадь унесла его
прочь.
- Постарайтесь вырваться! - крикнул Арута. Он бросился
вперед, остальные - за ним.
Преследование возобновилось. Арута гнал лошадь изо всех
сил. Они неслись по лесной дороге, которая была едва ли шире
простой тропы, сквозь туман и ночной мрак, каким-то образом
избегая роковой ошибки, какой могла бы оказаться потеря дороги.
Но вот Лори крикнул:
- Дорога к аббатству!
Всадники едва успели повернуть. Направляя лошадей по новому
пути, они неслись по хорошо наезженной дороге, проложенной
среди полей, залитых бледным светом восходящей большой луны.
Лошади покрылись пеной и тяжело дышали, а они все подгоняли и
подгоняли их - черные всадники позади не отставали.
Дорога пошла вверх, взбираясь на один из невысоких холмов,
окружавших широкое плато. Дорога стала уже, и путникам пришлось
вытянуться в одну линию. Вперед вырвался Мартин. Путь стал
более извилистым и крутым, и маленький отряд замедлил движение,
но их преследователи тоже теперь ехали медленнее. Арута бил
пятками по бокам лошади, но благородное животное и без того
отдавало все силы.
Вечерний воздух, тяжелый от тумана, был непривычно холодным
для такого времени года. По обеим сторонам дороги, как волны,
плавно поднимаясь и опадая, расстилались пологие холмы. Они
были покрыты травой и кустарником, но деревья здесь не росли -
когда-то это были пастбища.
Аббатство Сарта стояло на высоком каменистом холме, больше
напоминавшем скалу, - по краям отовсюду торчали острые углы
утесов, а верхушка была ровной, как стол.
Гардан заметил:
- На этой дороге я не рискнул бы нападать, ваше высочество,
- полдюжины бабушек с вениками вполне могут оборонять ее... и
очень долго.
Джимми оглянулся, но в сгустившейся темноте не смог
разглядеть погоню.
- Так позови этих бабушек, чтобы они задержали черных
всадников, - крикнул он.
Арута тоже оглянулся: в любой момент преследователи могли
настичь их. Они миновали очередной поворот и внезапно оказались
перед сводчатыми воротами аббатства.
За стеной в лунном свете виднелась какая-то башня.
- Эй! Помогите! - закричал Арута и стукнул кулаком в
ворота. И тут все услышали то, чего ждали, - удары копыт по
каменистой дороге. Вытаскивая оружие, отряд Аруты повернулся,
чтобы встретить тех, кто гнался за ними.
Из-за поворота выскочили черные всадники, и опять
завязалась схватка. Похоже, нападавшими владело некое безумие -
они во что бы то ни стало стремились покончить с Арутой и его
отрядом. Моррел со шрамами на лице едва не опрокинул лошадь
Джимми, пытаясь добраться до Аруты, и только его безразличие к
юному сквайру спасло тому жизнь. Гардан, Лори и Мартин
сдерживали натиск черных воинов, но было похоже, что их сил
надолго не хватит.
Внезапно сгусток света в десять раз ярче, чем дневной,
взорвался у ворот, окружив сражающихся ослепительном сиянием.
Все были вынуждены закрыть слезящиеся глаза руками. Послышались
приглушенные стоны черных воинов и удары падающих на землю тел.
Арута, слегка раздвинув пальцы, видел, как преследователи
мешками валились из седел на землю. Удержались на лошадях
только трое всадников и моррел, тоже закрывший лицо. Махнув
рукой, немой отозвал своих уцелевших воинов, и они ускакали.
Как только черные всадники скрылись из виду, ослепительный свет
потускнел.
Арута, утерев слезы, кинулся в погоню, но Мартин крикнул:
- Стой! Ты что, хочешь, чтоб тебя убили? Ведь мы уже у
цели!
Арута натянул поводья, посылая проклятья своим противникам,
и вернулся к остальным. Мартин, спешившись, подошел к упавшему
черному всаднику и снял с него шлем.
- Это моррел, и он воняет так, словно давно уже мертв, -
сказал Мартин и указал на грудь воина: - Это тот, которого я
убил на мосту. Обломок моей стрелы до сих пор торчит у него из
груди.
Арута огляделся.
- Свет погас. Кто бы ни был наш неизвестный благодетель, он
понял, что мы больше в нем не нуждаемся.
Мартин протянул шлем Аруте. Это был странный шлем: он имел
форму дракона, распростертые крылья которого закрывали голову с
боков. Две узких щели на уровне глаз позволяли его владельцу
смотреть вперед, а четыре маленьких круглых дырочки внизу
давали возможность дышать. Арута вернул шлем Мартину.
- От этого образчика кузнечного искусства ничего хорошего
не жди. Возьми его с собой. А сейчас давайте пройдем в
аббатство.
Ворота медленно распахнулись.
- Ничего себе аббатство! - воскликнул Гардан, въезжая. -
Это, скорее, крепость.
Высокие створки из крепкого дерева были обиты железом.
Направо тянулась каменная стена высотой более десяти футов -
кажется, она огораживала всю площадку на вершине холма. Слева
стена была ниже, открывая вид на отвесный склон; в сотне футов
внизу вилась дорога. Снаружи из-за стены была видна только
высокая башня.
- Если это не старая крепость, значит, я вообще ничего в
военном деле не понимаю, - сказал капитан. - Не хотелось бы мне
брать это аббатство приступом, ваше высочество. Я никогда не
видел более выгодной позиции для обороны. Посмотрите, здесь со
всех сторон от стены до обрыва - не более пяти футов. -Он
вскинул голову, выражая восторг по поводу отличных
оборонительных качеств аббатства.
Арута подстегнул лошадь. Ворота были открыты, и он во главе
своего маленького отряда вступил в Ишапианское аббатство в
Сарте.
Глава десятая. САРТ
Аббатство казалось пустынным. Вид двора не противоречил
тому, что они заметили снаружи. Когда-то здесь была крепость.
Вокруг древней главной башни выросло большое одноэтажное
здание, а позади него, можно было заметить еще две надворных
постройки. Одно выглядело как конюшня. Но нигде не было видно
ни единого человека.
- Добро пожаловать в аббатство Ишапа в Сарте, - раздался
голос.
Арута наполовину вытянул рапиру из ножен, но услышал: - Вам
нечего здесь бояться.
Из-за створки ворот вышел мужчина. Арута убрал оружие. Пока
его товарищи спешивались, Арута разглядывал встретившего их
монаха - невысокого роста, плотного, среднего возраста, но с
юношеской улыбкой. Его каштановые волосы были коротко
подстрижены, а лицо - чисто выбрито. На нем была простая
коричневая ряса, подпоясанная тонким кожаным ремешком. К
ремешку был подвязан кошелек и еще какой-то культовый предмет.
Монах не был вооружен, но Арута подумал, что он ходит как
человек, получивший военное воспитание.
- Я Арута, принц Крондора.
Человека, казалось, это позабавило, хотя он и не улыбнулся.
- Тогда - добро пожаловать в аббатство Ишапа в Сарте, ваше
высочество.
- Вы смеетесь надо мной?
- Ничуть, ваше высочество. Мы, братья ордена Ишапа, почти
не связаны с внешним миром, и мало кто посещает нас, а уж о
членах королевской семьи и говорить не приходится. Пожалуйста,
простите обиду, если ваша честь позволяет, - никакого намерения
обидеть вас не было.
- Может быть, это мне надо просить прощения у... -
спешившись, устало сказал Арута.
- Брат Доминик. Но, пожалуйста, не извиняйтесь. Судя по
обстоятельствам вашего прибытия, вас преследовали.
- Не вас ли мы должны благодарить за тот волшебный свет? -
спросил Мартин.
Монах кивнул.
- Похоже, нам есть о чем поговорить с вами, брат Доминик, -
сказал Арута.
- Всегда есть о чем поговорить. Но вам придется подождать,
пока отец аббат ответит на большинство ваших вопросов. А сейчас
идемте, я покажу вам конюшню.
Нетерпение Аруты не давало ему спокойно стоять на месте.
- Я приехал по делу чрезвычайной важности. Мне необходимо
говорить с вашим аббатом немедленно.
Монах развел руками, показывая, что не в его власти решать
такие вопросы.
- Отец аббат не сможет уделить вам внимания еще часа два -
он молится в часовне с остальными братьями нашего ордена,
почему я и приветствую вас один. Пожалуйста, идемте со мной.
Арута, кажется, хотел возразить, но Мартин положил ему руку
на плечо.
- Да, брат Доминик, я опять вынужден просить у вас
прощения. Конечно, мы ваши гости.
Выражение лица Доминика показало, что характер Аруты здесь
ничего не значил. Монах отвел их к дальней надворной постройке
позади бывшей оборонительной башни. В постройке действительно
была устроена конюшня. Единственными обитателями ее в данный
момент были лошадь и толстый ослик, бросивший на вновь
прибывших безразличный взгляд. Расседлывая лошадей, Арута
рассказывал о том, что происходило с ним в последние несколько
недель. Закончив рассказ, он спросил:
- Как же вам удалось обратить в бегство черных всадников?
- Звание мое - хранитель врат, ваше высочество. Я могу
впустить в аббатство любого, но никто, лелеющий дурные
намерения, не сможет войти без моего позволения. Те, кто хотел
отнять твою жизнь, были обращены в бегство моей силой. Они
очень рисковали, нападая на вас под стенами аббатства. И
рисковали напрасно. Но дальнейший разговор об этом и остальных
ваших делах может подождать до появления отца аббата.
- Если все остальные в часовне, - сказал Мартин, - тебе
может понадобиться помощь, когда будешь убирать трупы. У них
есть неприятное свойство оживать.
- Благодарю за предложение, но, думаю, я справлюсь. Магия,
которая уложила их, освободила их тела от злых сил, управлявших
ими. А сейчас вы должны отдохнуть.
Они вышли из конюшни, и монах отвел их ко второму строению,
которое очень напоминало казарму.
- Это место выглядит очень по-военному, брат, - заметил
Гардан.
Войдя в комнату, где в один ряд стояли кровати, монах
сказал:
- В давние времена эта крепость была домом
баронаразбойника. Королевство и Кеш лежали достаточно далеко, и
он решил, что можно быть самому себе законом, насилуя, грабя и
убивая, и не бояться возмездия. Через некоторое время люди
соседних городов, которым его тирания придала отчаянную
храбрость, прогнали его. Земли у подножия холма всегда
обрабатывались, но так велика была ненависть людей к барону,
что поля эти так и остались заброшенными. Когда нищенствующий
монах из ордена Странников обнаружил крепость, он отправил
весточку в свой храм в Кеше. Мы решили, что здесь будет
аббатство, и потомки тех, кто когдато прогнал барона, не
возражали. Ныне же только те из нас, кто служит здесь, знают
историю этих мест. Для всех же прочих жителей городов и
деревень вдоль всего Залива Кораблей это место всегда было
аббатством Ишапа в Сарте.
- Кажется, здесь раньше была казарма, - сказал Арута.
- Да, ваше высочество, - ответил Доминик. - Теперь у нас
здесь лазарет и гостиница для редких гостей. Располагайтесь, а
я должен вернуться к своим обязанностям. Отец аббат скоро
освободится.
Доминик вышел, и Джимми с громким стоном рухнул на кровать.
Мартин увидел печь в углу комнаты и обнаружил, что в ней горит
огонь, а рядом приготовлено все, что необходимо для чая. Он
поставил чайник на огонь. Под тряпицей нашлись фрукты, хлеб,
сыр - и все тут же приступили к еде. Лори, осмотрев лютню,
начал ее настраивать. Гардан уселся напротив принца.
Арута глубоко вздохнул:
- Я не нахожу себе места. А вдруг эти монахи ничего не
знают про терн серебристый? - На мгновение в его взгляде
появилась тревога.
- Кажется, Тулли считал, что они многое знают, - отозвался
Мартин.
Лори отложил лютню:
- Как только я сталкиваюсь с магией или со жрецами, так тут
же жди неприятностей.
- А этот Паг, кажется, очень неплохой парень для чародея, -
сказал Джимми, обращаясь к Лори. - Я хотел с ним еще
поговорить, но... - Он не стал рассказывать, при каких
обстоятельствах они встретились. - На вид он мало чем
выделяется, но, похоже, цурани его боятся, а по дворцу о нем
ходят всякие слухи.
- Хочу спеть одну сагу, - сказал Лори и поведал Джимми о
пленении Пага и его возвышении среди цурани. - Те на Келеване,
кому подвластны тайные силы, сами себе правители, и все, что
они говорят, исполняется без промедления. Поэтому цурани
относятся к Пагу с благоговением. Старые привычки долго
отмирают.
- Значит, чтобы вернуться, ему пришлось от многого
отказаться?
Лори рассмеялся:
- Нельзя сказать, что у него был выбор.
- А что такое Келеван? - не унимался Джимми.
Лори развернул многословное красочное повествование о своих
приключениях в чужом мире. Остальные устроились вокруг них,
попивая чай и отдыхая. Все знали историю Пага и Лори и их роль
в Войне Врат, но всякий раз, когда Лори рассказывал ее,
слушатели заново переживали их приключения, ставшие почти
легендарными.
- Здорово, должно быть, побывать на Келеване, - сказал
Джимми, когда Лори закончил.
- Это невозможно, - ответил Гардан, - и я этому рад.
- Если раньше можно было, почему сейчас нельзя? - спросил
Джимми.
В разговор вступил Мартин:
- Арута, ты вместе с Пагом и Кулганом читал письмо Макроса,
в котором тот объяснял, почему он закрыл Врата.
- Врата непредсказуемы. Они разворачивают между мирами
места, которых просто не может быть. И между разными временами.
И что-то в них не дает узнать, когда они снова появятся. Когда
появились одни, за ними следуют и другие. Но первые - это как
раз те, которыми никто не может управлять. Вот так я понял.
Тебе надо расспросить Кулгана или Пага.
- Спроси лучше Пага, - посоветовал Гардан. - Если спросишь
Кулгана, он тебе прочтет длинную лекцию.
- Значит, Паг и Макрос закрыли первые Врата, чтобы
остановить войну? - спросил Джимми.
- И не только, - ответил Арута.
Джимми огляделся, чувствуя, что все знали что-то такое,
чего ему знать пока не полагалось.
- По словам Пага, - сказал Лори, - в древние времена была
великая злая сила, которую цурани называли просто Враг. Макрос
сказал, что этот Враг вполне мог найти выход в оба мира, если
врата будут открыты. Эти миры будут притягивать его, как магнит
притягивает железо. А существо это обладало невиданной мощью,
оно уничтожало армии и сокрушало даже самых могущественных
волшебников. Так мне Паг говорил.
- Значит, этот Паг - могущественный чародей? - спросил
Джимми с любопытством.
Лори рассмеялся:
- Послушать Кулгана, так Паг - самый сильный чародей из
всех, кто остался после смерти Макроса. Кстати, он приемный
брат герцога, принца и короля.
Глаза Джимми стали круглыми от удивления.
- Верно, -сказал Мартин. -Отец принял Пага в нашу семью.
- Джимми, ты говоришь о чародеях так, словно никогда не
имел с ними дела, - заметил Мартин.
- Имел. В Крондоре есть несколько таких, кто знает
заклинания, они все очень загадочные ребята. Был среди
пересмешников вор по прозвищу Серый Кот - никто не мог с ним
сравниться в умении притаиться и ждать. Он занимался только
воровством и стащил у одного чародея кое-что, а тому, понятно,
такое дело очень не понравилось.
- И что с ним стало? - спросил Лори.
- Теперь он - серый кот.
Его слушатели немного посидели молча, а когда сообразили -
Гардан, Лори и Мартин расхохотались. Даже Арута улыбнулся.
Разговор продолжался - легкий и беззаботный; маленький
отряд путешественников впервые после того, как покинул Крондор,
почувствовал себя в безопасности.
От главного здания раздался звон колоколов, и в комнату
вошел какой-то монах. Он молча сделал им знак подойти.
Арута спросил:
- Нам надо идти за вами? - Монах кивнул. - Чтобы
повстречаться с аббатом? - И снова монах кивнул.
Арута вскочил со своей кровати, позабыв про усталость. Он
первым вышел из комнаты.
Обстановка кельи аббата как раз подходила лицу,
предающемуся религиозным созерцаниям. Самым удивительным
предметом обстановки в ней были полки - десятки томов теснились
на них. Сам аббат, отец Джон, оказался доброжелательным
человеком изрядных лет аскетичной внешности. Его седые волосы и
борода казались ослепительно белыми по контрасту со смуглой
кожей, которая была изборождена морщинами, словно изделие
красного дерева - тщательной резьбой. За его спиной стояли двое
- брат Доминик и брат Антоний - тощий сутулый мужчина
неопределенного возраста; он все время щурился, разглядывая
принца.
Аббат улыбнулся, и в уголках его глаз собрались морщинки, а
Аруте вдруг вспомнились картинки, изображающие старого Ледяного
Дядюшку, сказочного персонажа, который раздает детям сладости
на празднике середины зимы. Глубоким, молодым голосом аббат
приветствовал прибывших:
- Добро пожаловать в аббатство Ишапа, ваше высочество. Чем
мы можем помочь вам?
Арута коротко пересказал события последних двух недель.
Аббат, слушая рассказ Аруты, перестал улыбаться. Когда
принц закочил, аббат произнес:
- Ваше высочество, мы очень обеспокоены новостью о том, что
во дворце был случай некромантии. Но что касается несчастья,
происшедшего с вашей невестой, - чем мы можем помочь вам?
Арута вдруг понял - ему не хочется говорить, словно страх,
что ему ничем здесь не смогут помочь, наконец взял над ним
верх. Почувствовав затруднение брата, Мартин пришел к нему на
выручку:
- Неудавшийся убийца заявил, что какой-то моррел дал ему
яд, приготовленный при помощи черных сил. Он сказал, что там
был использован сок терна серебристого.
Аббат откинулся на спинку стула:
- Брат Антоний!
- Терн серебристый? Я сейчас же начну искать в архивах. -
Шаркая ногами, он быстро вышел из комнаты аббата.
Арута и остальные посмотрели ему вслед.
- Сколько времени это займет? - спросил Арута.
- Пока неизвестно. У брата Антония есть замечательное
свойство вытаскивать факты, кажется, прямо из воздуха - он
помнит то, что прочел всего один раз десять лет назад. Вот
почему он и занял пост старшего архивариуса, нашего хранителя
знаний. Но поиск может занять несколько дней. - Арута явно не
понимал, о чем говорит аббат, и старик предложил: - Брат
Доминик, почему бы тебе не показать принцу и его друзьям хоть
немногое из того, что есть у нас здесь, в Сарте? - Аббат
поднялся и слегка поклонился Аруте, а брат Доминик уже шел к
двери. - Тогда отведи их в подвал башни. А с вами я скоро
встречусь, ваше высочество, - добавил он, обращаясь к Аруте.
Они вышли вслед за монахом в главный зал.
- Сюда, - показал Доминик и, войдя в дверь, повел их по
лестнице вниз к площадке, от которой расходились четыре
коридора. Они прошли через несколько дверей. Брат Доминик
пояснил на ходу: - Этот холм не такой, как остальные вокруг -
вы, наверное, заметили это по дороге сюда. Он почти целиком
состоит из камня. Когда в Сарте появились первые монахи, под
главной башней они обнаружили туннели и комнаты.
- А зачем они? - спросил Джимми.
Они подошли к какой-то двери, и Доминик, вытащив большую
связку ключей, открыл тяжелый замок. Дверь нехотя отворилась, а
когда они вошли, монах снова запер ее.
- Первый владелец, барон-грабитель, использовал эти
помещения как кладовые - хранил здесь припасы на случай осады и
складывал награбленное. Наверное, он не уделял обороне должного
внимания, раз окрестным селянам удалось выкурить его отсюда.
Здесь хватило бы места, чтобы разместить запасы не на один год.
Мы прибавили к этим пещерам новые, и теперь весь холм, изрытый
переходами и помещениями, напоминает пчелиные соты.
- Куда теперь? - спросил Арута.
Доминик показал, что они должны следовать за ним сквозь
другую дверь, на сей раз незапертую. Они вошли в большую
сводчатую комнату - по ее стенам тянулись полки, середина
комнаты тоже была занята полками и на всех плотно стояли книги.
Доминик подошел и, взяв одну из книг, протянул ее Аруте.
Арута стал разглядывать древний фолиант. На его переплете
поблекшей позолотой блестело название. Осторожно открывая его,
Арута почувствовал слабое сопротивление, словно многие годы
книгу никто не разворачивал. На первой странице были видны
странные буквы незнакомого языка, старательно и четко
выписанные. Поднеся книгу к лицу, Арута понюхал ее. От страниц
исходил слабый, но острый запах.
Арута вернул книгу монаху.
- Все книги здесь обработаны специальным раствором, -
сказал Доминик, - который предохраняет их от разрушения. - Он
передал фолиант Лори.
Певец тоже полистал книгу.
- Я не знаю этого языка, но, думаю, что это кешианский,
хотя шрифт не похож ни на один из известных в Империи.
Доминик улыбнулся:
- Эта книга из южной части Великого Кеша, из места
неподалеку от границы Кешианской Конфедерации. Это дневник
слегка сумасшедшего, но во всех остальных отношениях ничем не
примечательного мелкого дворянина, написанный на языке,
называемом <простонародный делькийский>. Насколько нам
известно, <ученый делькийский> - секретный язык, на котором
разговаривали жрецы какого-то таинственного ордена.
- Для чего все это? - спросил Джимми.
- Мы, кто служит Ишапу в Сарте, собираем книги, фолианты,
рукописи, свитки, пергаменты, даже просто отрывки разных работ.
В нашем ордене есть поговорка: <В Сарте служат богу знаний>, и
она недалека от истины. Как только кто-либо из нашего ордена
находит хоть какой-нибудь письменный документ, его или его
копию немедленно пересылают сюда. В этой комнате, как и в любой
другой в подвалах аббатства, тоже полки. Все забиты книгами от
пола до потолка; кроме того, мы все время роем новые помещения.
От вершины холма до самого нижнего уровня располагается более
тысячи комнат, подобных этой. В каждой - несколько сотен томов.
Самые большие комнаты хранят по несколько тысяч. Согласно
последним подсчетам, у нас приблизительно полмиллиона разных
книг и манускриптов.
Арута был изумлен. Его собственная библиотека,
унаследованная вместе с крондорским троном, насчитывала менее
тысячи книг.
- Как давно вы собираете их?
- Более трех веков. Многие в нашем ордене только
путешествуют, покупая каждый клочок рукописей, который им по
карману, или платят за переписку копий. Некоторые из книг очень
древние, некоторые - на никому не известных языках, а три - из
другого мира, мы приобрели их у цурани в Ламуте. Есть и тайные
работы, книги предсказаний и руководства по колдовству,
спрятанные от глаз всех, кроме самых высокопоставленных жрецов
нашего ордена. - Он огляделся. - И при всем том есть многое,
чего нам не постичь.
- Как же вы со всем этим управляетесь? - спросил Гардан.
- Работа некоторых наших братьев, - ответил Доминик,-
заключается только в том, чтобы составлять каталоги этих книг;
все трудятся под началом брата Антония. Каталоги постоянно
обновляются, учитывая новые поступления. В здании наверху и в
комнате глубоко под нами стоят только книги каталогов и ничего
больше. Если вам нужны труды по какой-либо теме, вы найдете их
в каталогах. Он укажет вам номер комнаты, в котором находится
нужный вам труд (сейчас мы с вами в семнадцатой комнате), номер
полки и номер места на полке. Когда есть возможность, мы
стараемся внести книгу в указатель по именам авторов, а также в
указатель названий. Работа идет медленно и займет еще целый
век, не меньше.
Арута был просто ошеломлен таким размахом.
- Но зачем хранить все эти работы?
- Во-первых, ради самого знания, - ответил Доминик. - Есть
и еще одна причина, объяснение которой вы узнаете от аббата.
Идемте, присоединимся к нему.
Джимми выходил последним и успел бросить взгляд назад, на
книги в комнате. Он ушел, ощущая, что едва прикоснулся к мирам
и идеям, которые ранее ему и представиться не могли, и пожалел,
что никогда не сумеет до конца понять большинство из того, что
располагается в подвалах аббатства. Впервые Джимми ощутил свой
мир маленьким, вокруг которого лежал гораздо больший, который
еще предстояло открыть.
Арута и его друзья ожидали аббата в большой келье.
Светильники бросали на стены мигающие отсветы. Открылась дверь
и вошел аббат, сопровождаемый двумя монахами. Первым был брат
Доминик, второго Арута не знал. Это был пожилой человек -
высокий, до сих пор сохранивший прямую осанку, благодаря
которой напоминал скорее солдата, чем монаха - это впечатление
усугублялось боевым молотом, который висел у него на поясе. Его
черные с проседью волосы отросли до плеч, но, как и борода,
были аккуратно подстрижены.
- Пришло время для откровенного разговора, проговорил
аббат.
- Я ценю это, - невесело сказал Арута.
Неизвестный монах широко улыбнулся:
- У тебя дар твоего отца к прямым речам, Арута.
Арута еще раз посмотрел на монаха, удивляясь его словам. И
вдруг узнал его. Прошло более десяти лет с тех пор, как он в
последний раз видел этого человека.
- Дуланик!
- Нет, Арута, больше не Дуланик. Теперь я просто брат Мика
- защитник веры, а это значит, что я теперь проламываю головы
за Ишапа точно так же, как делал это за твоего кузена Эрланда.
- И он похлопал ладонью по молоту.
- Мы думали, ты погиб. - Герцог Дуланик, бывший
рыцарь-маршал Крондора, исчез, когда Гай де Бас-Тайра в
последний год Войны Врат стал вице-королем Крондора.
Человек, которого называли Мика, удивился:
- Я думал, обо мне все знают. Гай оказался на крондорском
троне, Эрланд лежал при смерти, и я боялся, что может
разразиться гражданская война. Я удалился от дел, чтобы не
оказаться перед выбором встретиться с твоим отцом в бою или
предать его - и то и другое было немыслимо. Но я не делал
секрета из своего ухода.
- Лорд-адмирал Барри погиб и мы решили, что вы оба пали от
руки Гая, - ответил Арута. - Никто не знал, что сталось с вами.
- Это странно. Барри умер от болезни сердца, а я сказал де
Бас-Тайре о своем намерении принять святой обет. Его человек,
Редберн, стоял рядом с ним, когда я говорил ему о своей
отставке.
- Тогда все понятно, - заметил Мартин. - Джоко Редберн
утонул у берега Кеша, а Гая изгнали из Королевства, так что
рассказать нам правду было некому.
- Брат Мика явился к нам, когда ему было нелегко, -
заговорил аббат. - Ишап призвал его к служению. Мы подвергли
его испытаниям и нашли, что он годится для нас, и теперь его
жизнь дворянина - дело прошлое. Но я пригласил его сюда, потому
что он - мудрый советник и человек, не чуждый военных наук; он
поможет нам понять, что за силы пришли в движение в мире.
- Что ж, хорошо. Но какие же дела могут быть у нас, помимо
того чтобы найти лечение для Аниты?
- Понять, что послужило причиной ее ранения, ведь стрела
предназначалась тебе, - ответил Мика.
Арута выглядел ошеломленным.
- Конечно. Простите мою недальновидность. Я приветствую
все, что способно прояснить безумие, в которое за последний
месяц превратилась моя жизнь.
- Брат Доминик показал тебе некоторые наши работы, - сказал
аббат. - Не знаю, упомянул он или нет, что у нас в собрании
насчитывается немало предсказаний и других книг пророков.
Некоторые из них так же надежны, как детские капризы, то есть
на них совсем нельзя полагаться. Но некоторые, совсем немногие,
- откровения тех, кого Ишап снабдил даром видения будущего. В
некоторых томах, которым мы более всего доверяем, есть
упоминание о небесном знамении. Мы опасаемся, что в нашем мире
появилась какая-то сила. Что это за сила и как с ней сражаться,
нам до сих пор не известно. Ясно одно - это недобрая сила, и
она должна быть уничтожена, иначе она уничтожит нас. Это
неизбежно. - Указав вверх, аббат прибавил: - Башня над нами
переделана так, чтобы при помощи хитрых приспособлений,
построенных для нас самыми искусными ремесленниками Королевства
и Кеша, можно было наблюдать звезды, луны и планеты. Мы можем
проследить движение всех небесных тел. Мы говорили вам о
знамении. Теперь вы можете его увидеть. Идемте.
Он повел их вверх по длинной лестнице. Они оказались на
крыше, среди непонятных предметов загадочных очертаний. Арута
огляделся:
- Хорошо, отец, если вы понимаете в этих вещах, потому что
мне их назначение недоступно.
- По мне, - ответил ему аббат, - звезды и планеты имеют как
физические, так и спиритуальные качества. Мы знаем, что другие
миры вращаются по орбитам вокруг других звезд. Мы знаем, что
это так, раз среди нас есть человек, - он указал на Лори, -
который побывал в чужом мире. - Когда Лори удивленно посмотрел
на него, аббат добавил: - Мы не столь отрезаны от всего
остального мира, чтобы не слышать о таких замечательных
событиях, как те, что произошли на Келеване, Лори из Тайр-Сога.
- Возвращаясь к прежней теме, аббат продолжал: - Но это только
физическая сторона мира. Те же, кто наблюдает за звездами, за
их расположением, взаимным сочетанием и передвижением, в силах
постичь и скрытые от глаз секреты. Какова бы ни была причина
такого явления, мы знаем - временами с небес к нам нисходит
послание, и мы, те, кто посвятил жизнь собиранию знаний, не
можем отказаться принять их во внимание - мы приветствуем любой
источник знаний, включая даже те, которые другие полагают
сомнительными. Загадки этих инструментов, так же как навык
чтения по звездам - дело лишь времени, которое требуется для
совершенствования знаний и умений. Каждый разумный человек
может научиться этому. Эти приспособления, - сказал он, махнув
рукой, - весьма просты в обращении - вам достаточно будет
посмотреть, как мы это делаем. - Арута заглянул в странный шар,
весь состоящий из металлических решетчатых пластин. - Этот
прибор используется для того, чтобы отмечать движение звезд и
видимых планет.
- Вы хотите сказать, что есть еще и невидимые? - не
подумав, спросил Джимми.
- Верно, - ответил аббат, не обижаясь на то, что его
перебили. - Или, по крайней мере, такие, которых мы не можем
видеть, хотя, будь мы к ним поближе, и их мы могли бы
разглядеть. Неотъемлемой частью искусства чтения по звездам
является умение знать, когда наступает исполнение предсказаний,
которые по большей части являются весьма туманными. Есть
знаменитое пророчество, сделанное безумным монахом Фердинандом
де ла Родесом. Его вспоминали по трем разным случаям, и никто
не решил, к какому из них относится его пророчество.
Арута разглядывал небосвод через одно из приспособлений,
вполуха слушая аббата. Сквозь отверстие он видел сияние звезд в
небе, расчерченном тонкой сеткой линий с пометками на них,
которые, как он решил, были каким-то образом нанесены на стекло
прибора. В центре располагалось созвездие из пяти звезд,
красноватых по цвету. Одна звезда была в центре, а линии
соединяли все пять звезд в подобие яркой красной буквы
- Что это? - спросил Арута. Он уступил свое место Мартину,
и бывший охотник тоже посмотрел в прибор.
- Эти пять звезд называются <Кровавые Камни>, - ответил
аббат.
- Я знаю их, но никогда раньше не видел их в таком
сочетании, - сказал Мартин.
- И не увидите еще одиннадцать тысяч лет, хотя это только
наше предположение, и нам придется подождать, чтобы проверить
его истинность. - Казалось, аббата нисколько не беспокоило, что
ждать придется так долго, - главным для него было желание
выяснить истину. - Сейчас вы видите их в сочетании, которое
называется <Огненный Крест> или <Крест Пламени>. Есть старое
пророчество, касающееся его.
- Что это за пророчество, и какое оно имеет ко мне
отношение? - спросил Арута.
- Это очень древнее пророчество, возможно, сделанное еще во
времена Войн Хаоса. Оно гласит: <Когда Крест Пламени осветит
ночь, а Владыка Запада погибнет, тогда и вернется Сила>. В
оригинале оно звучит очень поэтично, но при переводе мелодия
теряется. Насколько мы его понимаем, кто-то ищет твоей смерти,
чтобы привести это пророчество в исполнение или хотя бы убедить
других, что пророчество близко к исполнению. Это пророчество -
одно из немногих, доставшихся нам от пантатианских змеелюдей.
Мало что мы знаем о них. Известно только, что редкие их
появления всегда предвещают беды, потому что они - приспешники
чистого зла и трудятся во имя цели, известной им одним. Мы
знаем также, что Владыка Запада еще называется Сокрушителем
Тьмы.
- Получается, что кто-то ищет смерти Аруты, потому что,
останься Арута в живых, он погубит его самого? - спросил
Мартин.
- Или хотя бы потому, что они так считают, - ответил аббат.
- Но кто это или что это? - спросил Арута. Что кто-то
желает моей смерти, в этом для меня нет ничего нового. Что еще
вы можете мне сказать?
- Боюсь, немного.
- Теперь мы хотя бы знаем, почему на тебя напали ночные
ястребы, - сказал Лори.
- Религиозные фанатики, - заметил Джимми, покачав головой.
Он посмотрел на аббата и прибавил: - Извините, отец.
Аббат пропустил его замечание мимо ушей.
- Важно понять, что они не оставят своих попыток и впредь.
Вам не удастся покончить с ними до тех пор, пока не покончите с
тем, кто отдал приказ убить вас.
- Так, - сказал Мартин. - Еще нам известно, что Братство
Темной Тропы как-то связано с этим делом.
- На севере, - произнес брат Мика. Все вопросительно
посмотрели на него. - Ответы на твои вопросы лежат на севере,
Арута. Взгляни, - и в его голосе послышались командные нотки. -
На севере лежат Высокие Пределы - преграда обитателям Северных
земель. На западе, над Эльвандаром - Великие Северные горы, на
востоке - Северные стражи, Высокая твердыня и Спящие горы. А в
центре располагается самая большая преграда - Зубы Мира,
тринадцать сотен миль почти непроходимых утесов. Кто знает, что
лежит за ними? Кто, кроме отступников и беглецов, отваживался
отправиться туда и вернуться назад, чтобы рассказать нам о
Северных землях? Наши предки много веков назад создали
пограничные владения баронов, чтобы закрыть проходы у Высокого
замка, Северного форта и Железного перевала. Силы герцога
Вабонского блокируют последний из оставшихся главных проходов к
западу от Ступеней Гремящего Ада. А из тех гоблинов или темных
братьев, кто рисковал перебраться через Гремящий Ад, никого не
осталось в живых - кочевники служат нам не хуже наших
стражников. Коротко говоря, мы ничего не знаем о Северных
землях. Но именно там живут моррелы и именно там ты можешь
найти ответ.
- Или ничего не найти, - сказал Арута. - Ты можешь
беспокоиться насчет пророчеств и знамений, меня же беспокоит
только ответ на загадку терна серебристого. Пока Анита снова не
будет здорова, я ничем больше не стану заниматься. - Казалось,
аббат встревожился. Арута продолжал: - Я не сомневаюсь, что
есть такое пророчество и что какой-то безумец, владеющий черным
колдовством, ищет моей смерти. Но что это несет большую
опасность Королевству - это еще как сказать. Мне в это не
верится.
Аббат собирался ответить, но Джимми вдруг спросил:
- Что это?
Все обернулись и посмотрели, куда он указывал. Низко над
горизонтом появилось голубое свечение, которое становилось все
ярче, словно к ним приближалась какая-то звезда.
- Похоже на падающую звезду, -сказал Мартин.
И тут они увидели, что это вовсе не звезда. Едва различимый
на таком далеком расстоянии звук сопровождал приближение света.
Свет разгорался ярче, и звук становился громче, приобретая
зловещие оттеняй. По небу к ним стремился голубой сполох
пламени. Со звуком, напоминавшим шипение воды на раскаленном
железе, он резко устремился к башне.
- Уходите с крыши скорее! - закричал брат Доминик.
Глава одиннадцатая. СХВАТКА
Они медлили. За предупреждением Доминика последовал крик
Мики, и все заторопились по лестнице вниз. На полпути к первому
этажу Доминик, оступившись, покачнулся.
- Что-то приближается.
Добравшись до первого этажа, монахи и их гости подбежали к
двери и выглянули. В небе над ними с невероятной скоростью
кружились светящиеся предметы. Они собирались над башней
сначала с одной стороны, потом с другой, и ночь наполнилась
угрожающими протяжными звуками. Предметы все быстрее и быстрее
мелькали в воздухе, сливаясь в полосы голубого, зеленого,
желтого, красного цвета - злобные вспышки сияния, разрывавшие
ночную тьму.
- Что это? - спросил Джимми.
- Какие-то волшебные предметы, - ответил аббат. - Я
чувствую, как они обыскивают места, над которыми пролетают.
Движение предметов изменилось - вместо того чтобы пролетать
над башней, они начали поворачивать в сторону. Люди заметили,
что предметы замедлили свой полет. Курс движения менялся - и
вот летающие объекты высоко в небе над аббатством начали
выписывать круги. Теперь стало возможным разглядеть их форму.
Это оказались большие шары, внутри которых пульсировал яркий
свет и были видны силуэты каких-то странных, тревожащих душу
очертаний. Они кружились все медленнее, а потом стали по
спирали спускаться к аббатству. Составив круг, двенадцать шаров
безмолвно зависли над двором. Затем, с низким гудением, которое
больно отдавалось в ушах, каждая пара противоположных друг
другу шаров соединилась лучом энергии, по периметру пробежал
еще один луч, соединяя шары в двенадцатиугольник.
- Что же это такое? - вслух удивился Гардан.
- Это - Двенадцать Глаз, - в благоговейном ужасе произнес
аббат. - Древнее и зловещее порождение легенд. Говорят, никто
из живущих не имеет силы сотворить их. Это и средство, чтобы
видеть, и оружие.
И вот шары начали медленно вращаться. Набирая скорость, они
выписывали замысловатый рисунок - линии свивались, и глазу было
невозможно за ними уследить. Все быстрее и быстрее вращались
они, пока не слились в сплошной диск. Из центра его ударил сноп
света и уперся в невидимый барьер над крышей аббатства.
Доминик вскрикнул от боли, и Мартину пришлось подхватить
его. Монах прижал руки к вискам и прошептал:
- Такое мощное... Не могу поверить... - Он открыл глаза, из
которых текли слезы, и сказал: - Барьеры пока держат.
- Дух отца Доминика - основа магической защиты аббатства, -
объяснил отец Джон. - И ему сейчас приходится нелегко.
Злобные лучи снова ударили вниз и, отбитые невидимым
барьером, раскатились, как разноцветный дождик, над головами.
Лучи обтекали магический барьер, и над аббатством стал виден
защитный купол. И снова он выдержал натиск. Но вот - еще удар и
еще, и Арута, а вместе с ним и остальные заметили, что с каждым
ударом барьер опускается все ниже. Доминик вскрикивал от боли.
И вот с яростью бури ударил сноп белого света и пробил барьер,
обдав землю злым шипением и резким запахом.
Брат Доминик, напрягшись в руках Мартина, застонал.
- Оно входит, - прошептал он и потерял сознание.
Мартин опустил монаха на пол, а отец Джон распорядился:
- Мне надо идти в ризницу. Брат Мика, ты должен сдержать
эту силу.
- Что бы это ни было, оно уничтожило магическую защиту,
сильнее которой только защита нашего главного храма. Теперь я
должен встретиться с этой силой. Ишап вооружил и защитил меня,
- произнес старый монах ритуальную фразу, снимая с пояса боевой
молот.
Стены аббатства потряс рев невероятной силы, словно подали
голос сразу тысячи взбешенных львов. Он начался с
пронзительного визга, от которого сводило скулы, и понижаясь,
достиг такой мощи, что, казалось, вгрызался в камни двора. Во
все стороны били сполохи света - наугад, наудачу, и там, куда
они попадали, все рушилось. Казалось, камни крошились, все, что
могло гореть - загоралось, а вода, на которую попадали лучи,
мгновенно испарялась.
Мика вышел из здания, стараясь встать так, чтобы оказаться
под вращающимся диском. Когда вспыхнул новый луч света, ослепив
тех, кто наблюдал за ним из укрытия, брат Мика поднял над
головой молот, словно предчувствуя следующий удар. Когда сияние
немного померкло, они увидели, что Мика стоит, выпрямившись,
подняв молот над головой, а лучи потрескивающей энергии
каскадом льются вокруг него и все цвета радуги танцуют в адском
водопаде. Земля у его ног дымилась и горела, но сам он был
невредим. Когда поток энергии прервался, Мика опустил молот,
замахнулся и бросил его. Быстро, почти н...
