Раймонд Фейст. Королева мрака
страница №10
...ков, которые были в ходу у кочевников истландских степей, джешандийцев.Руководил этими тренировками Кэлис. В каюте у него хранился его собственный
большой лук, но он отлично стрелял и из такого оружия. Тридцати лучшим
стрелкам предстояло стать лучниками . в отряде Кэлиса, но от тренировок не
освобождался никто, даже те, у кого не было никаких шансов попасть в первую
тридцатку. Стрелять без промаха должны были уметь все.
Принцип универсальности вообще лежал в основе всей подготовки. Бывшие
заключенные учились владеть любым оружием, известным капралу Фостеру или де
Лонгвилю, от длинных чеканов до коротких кинжалов. Разумеется, слабые и
сильные стороны бойцов тщательно учитывались и даже заносились в специальный
журнал, но все равно каждый был обязан провести немало часов, обучаясь
владению тем оружием, к которому у него не было склонности или способностей.
Целыми днями Эрик учился действовать мечом, копьем, луком, ножом, молотом
или просто голыми кулаками, и раз от раза от него требовалось
совершенствовать свое мастерство.
Но больше всего Эрик любил занятия, проводимые Шо Пи и Накором. За
прошедшие три месяца он перестал скептически относиться к понятию медитации
и стал ревностным приверженцем "боя руками", как он называл для себя тот
странный изаланский танец, которому обучал их Шо Пи. Какими бы необычными ни
казались на первый взгляд эти движения, они сплетались в отточенный арсенал
приемов и контрприемов, и Эрик получал огромное удовольствие, когда на
тренировке ему удавалось найти неожиданный ответ на действия противника.
Однажды, фехтуя на ножах, он чуть было не проткнул Луи, признанного мастера
клинка. Пристально поглядев на своего бывшего сокамерника, де Савона
пробормотал что-то по-родезански, а потом рассмеялся и сказал:
- Я вижу, танец журавля превращается в когти тигра. - Это были названия
движений, которым научил Эрика Шо Пи, и он впервые применил их совершенно
автоматически, не задумываясь о них.
Он сам чувствовал, что превращается в кого-то другого - вот только в
кого?
- Земля! - крикнул впередсмотрящий.
За последние два дня общее напряжение достигло предела. Плавание
подходило к концу, и внезапно все начали осознавать, что оно им порядком
поднадоело. Эти трехмачтовые военные корабли могли взять на борт достаточный
запас провизии, но за четыре месяца многое испортилось, а остальное просто
приелось. Только неизменные апельсины Накора всегда были свежими.
Капитан вел корабль через коварный рифовый барьер, и Эрик был на мачте,
готовый по команде начать вязать парус. Взглянув вниз, он увидел под
десятифутовым слоем обломки какого-то судна.
- Это "Рэптор", парнишка, - пояснил Марстин, старый матрос, сидящий на
рее рядом. - Корабль старика Тренчарда, нашего прежнего капитана. Бывший
"Королевский Орел". Мы, матросы короля, временно стали пиратами. - Он махнул
рукой в сторону скалистого берега. - Двадцать четыре года назад как раз там
высадились несколько наших, а с ними - молодой Кэлис, принц Крондорский -
Никлас, а не его отец, - и герцог Маркус Крайдский.
- И ты там был? - спросил Ру, сидевший верхом на рее с другой стороны
мачты.
- Ну да. Кое-кто из нас до сих пор жив. Это было мое первое плавание. Я
был тогда юнгой, зато служил на лучшем корабле под командованием лучшего
капитана.
На корабле только и говорили, что о первой экспедиции Кэлиса на южный
континент, и у каждого имелся свой вариант этой истории.
- Куда вы пойдете после того, как высадите нас? - спросил Эрик.
- В Город на Змеиной Реке. "Месть" останется ждать вас, а "Охотник"
подремонтируется и пойдет, чтобы передать сведения, - ответил Марстин. - Во
всяком случае, я так слышал.
Об этом слышал и Эрик. Такие слухи на флоте называются "баковый
вестник", и Эрик хотел уточнить подробности, но дальнейший разговор был
прерван командой брать рифы, и все принялись за работу.
Когда выпала минутка отдышаться и оглядеться по сторонам, Эрик увидел,
что корабль бросил якорь недалеко от песчаной косы, над которой вздымалась
стена огромных скал - футов сто в высоту, не меньше. Судя по многочисленным
бурунам и водоворотам, здесь была уйма подводных камней, и Эрик был поражен
той легкостью, с какой капитан провел корабль в эту относительно безопасную
бухту.
Прозвучала команда "Собраться на палубе!", и все, кто был на мачтах,
торопливо скатились вниз. Де Лонгвиль нетерпеливо расхаживал вдоль
фальшборта.
- Девочки, мы отправляемся, - сказал он, когда все собрались. - У вас
есть десять минут, чтобы сбегать вниз, взять свои шмотки и снова построиться
здесь. Сейчас спустят шлюпки. Мешкать мы не станем, но если кто-то желает
спрятаться в канатной бухте в надежде, что его забудут, пусть выбросит из
головы сию хитроумную мысль.
Эрик не сомневался, что это последнее предупреждение излишне. Любой в
их отряде понимал, что отвертеться от этого задания вряд ли удастся, и на
самом деле не слишком к этому и стремился. Кэлису кое-кто мог и не поверить,
но Накор вбил в головы всем, что дело обстоит именно так, и вся эта банда
головорезов была готова принять вызов.
Со скал была сброшена веревочная лестница, а на вершине утеса их ждали
всадники. Закаленный за четыре месяца тренировками, Эрик без труда взобрался
по лестнице, таща на себе тяжелый вьюк и оружие.
Поднявшись, он оказался на границе радующего глаз оазиса. И перед ним
раскинулось голубое озеро, окруженное финиковыми пальмами. А потом он увидел
пустыню.
- О боги! - воскликнул Эрик. К нему подошел Ру:
- Что такое?
Эрик показал рукой; Ру и другие посмотрели туда.
- Я видел Джал-Пур, - сказал Билли Гудвин. - Так то благодать божья по
сравнению с этим.
Повсюду, куда достигал взор, были только песок и скалы. Везде, кроме
синей в бурунах поверхности океана, господствовал только один цвет -
синевато-серый цвет сланца с рассыпанными по нему темными пятнами скал. Даже
сейчас, в конце дня, раскаленный воздух дрожал, словно белье на веревке, и у
Эрика вдруг пересохло в горле.
Послышался голос Фостера:
- Эй, красавцы! Еще успеете налюбоваться. Становись!
Они побежали туда, где стояли де Лонгвиль и остальные "головорезы". Де
Лонгвиль показал на шестерых человек, включая Джерома Хэнди и Джедоу Шати.
- Это наиболее обученная шестерка. Их учили три года. Не сводите с них
глаз, - сказал он Эрику и его товарищам. - Делайте то же, что и они. Если вы
попадете в беду, они вам помогут. Если наделаете ошибок - тоже. А если вы
попытаетесь сбежать, они вас убьют. - Он окликнул Фостера и приказал ему
готовить людей к маршу.
Кавалеристы закончили совещаться о чем-то с Кэлисом и ускакали.
Неподалеку под походным навесом лежали большие тюки. Фостер велел их
распаковать, и Эрик увидел оружие и доспехи.
Кэлис поднял руку.
- Теперь вы - наемники, поэтому одни из вас будут одеты как мусорщики,
а другие - как принцы, и не вздумайте ссориться по этому поводу. Оружие
важнее нарядов. Но то, которое сделано в Королевстве, здесь не годится.
Оставьте его и подберите себе другое...
- И надо было переть эти железки наверх, - шепнул Ру.
- И помните: это - маскарад и ничего больше. Добыча - не наша цель, -
Кэлис сделал знак всем подойти ближе. - Кое-что вам уже известно, а теперь
вы узнаете остальное. В незапамятные времена была создана эта раса, змеелюди
Пантатии. - На сей раз обступившие его люди не перешептывались, а
внимательно слушали. Каждый понимал, что чем больше они узнают, тем больше у
них надежды выжить. - У них есть легенды и знания, восходящие еще к временам
Войн Хаоса, и они убеждены, что им предначертано править этим миром,
уничтожив всех остальных его обитателей. - Кэлис оглядел стоящих вокруг
людей, словно хотел запомнить их лица. - Я думаю, они обладают
соответствующими средствами. Но наша задача - выяснить это наверняка.
Двенадцать лет назад мы уже побывали здесь. - Он кивком указал на стоящих
чуть в стороне ветеранов последней кампании. - Тогда мы думали проще: бросим
все силы на весы войны и перетянем чащу победы. Теперь мы знаем врагов
лучше. - Ветераны согласно закивали. - Что бы они ни замышляли, это не
просто завоевательный поход или грабительский набег. Двадцать лет назад они
подошли к небольшому городу на другом конце этого континента, Ирабеку, и с
тех пор все земли, по которым они проходят, исчезают в огне и смерти. Из
захваченных ими городов до нас не дошло ни слова. Тем, кто сражался с ними
на стенах Хамсы, хорошо известно, как это происходит. Впереди идут отряды
наемников, таких же, какими прикинемся мы, а за ними - солдаты-фанатики. В
основном эти отряды состоят из людей, но есть среди них и змеи, которые
сидят на лошадях высотой в двадцать пять ладоней.
Услышав такое, Эрик даже зажмурился. Самый большой боевой конь,
которого он видел в кавалерии барона Отто, имел девятнадцать ладоней в
холке. Говорили, что в Крондорской тяжелой латной кавалерии попадаются
гиганты высотой в двадцать ладоней, но чтобы двадцать пять? Ведь это больше
восьми с половиной футов! Даже самым крупным шайрам-тяжеловозам, которых
Эрику приходилось видеть, было до этого далеко. - Мы сами не видели этих
существ, - продолжал Кэлис, - но у нас есть достоверные свидетельства. А за
ними идут уже непосредственно жрецы. - Он сделал паузу. - В знак особой
милости змеи вознаграждают своих добровольных слуг, доверяя им высокие посты
в р ядах отборных бойцов. Перед нами стоит довольно простая задача. Мы
должны подобраться к ядру этой армии как можно ближе, разузнать о ней как
можно больше, а потом ускользнуть и добраться до Города на Змеиной Реке.
Главное - доставить сведения принцу Никл асу, чтобы он мог подготовиться к
отражению нашествия.
На мгновение наступила тишина, а потом Бигго спросил:
- И это все - а потом можно и по домам?
Кто-то хихикнул. Эрик обнаружил, что тоже не в силах сдержать смех.
Рядом безуспешно боролся с нервным весельем Ру. Не прошло и минуты, как
хохотали все.
Кэлис подождал пару минут и поднял руки, призывая к тишине.
- Многие не вернутся. Но те, кто вернется, заслужат свободу и милость
своего короля. Если мы одолеем этих проклятых змей, вы получите возможность
жить той жизнью, которая вам по душе. А теперь экипируйтесь. Нам предстоит
длинный и трудный марш через пустыню.
Люди бросились к навесу, как дети к елке на Празднике Зимы, и вскоре
везде слышались дружеские насмешки и шутки.
Эрик нашел линялую, но вполне пригодную синюю куртку, а поверх нее
нацепил чужеземный нагрудник с полустершейся мордой льва. Простой круглый
щит, кинжал на поясе и длинный меч хорошей работы дополнили экипировку.
Потом к его ногам, отброшенный чьей-то нетерпеливой рукой, подкатился
конический шлем с переносьем. Эрик поднял его, и из него выпал кольчужный
ошейник. Эрик примерил шлем, примерил ошейник и, подумав, решил оставить и
то и другое.
Хорошее настроение, вызванное шуткой Бигго, быстро улетучивалось, и
когда груда была разобрана, лица у всех вновь стали мрачными. Кэлис поднял
руку, требуя внимания.
- Теперь вы - Кровавые Орлы Кэлиса. Если кому-то это название окажется
знакомым, вы - люди с Закатных островов. Те, кто служил у меня раньше,
расскажут остальным все, что нужно знать об Орлах, и как отвечать на
расспросы. Мы - самые свирепые воины Королевства, и не боимся ни человека,
ни демона. В прошлый раз, правда, мы получили пинок под зад, но это было
двенадцать лет назад, и я сомневаюсь, что хоть один из тех, кто это помнит
здесь, остался в живых. Сформируйте роты - мы наемники, но не сброд - и
пополните запасы. Каждый понесет по три меха с водой.
К закату Фостер и де Лонгвиль разбили людей на роты. Кэлис посмотрел на
запад и повел людей навстречу багровому солнцу.
Никогда в жизни Эрик не был настолько измучен жарой, жаждой и
невероятной усталостью. Чесалась шея, но не было лишних сил, чтобы
дотянуться и почесаться. Первая ночь показалась относительно легкой. Воздух
быстро остыл, а к рассвету стало просто холодно. Но это был сухой холод, и
начались муки жажды, а пить было можно только с разрешения Фостера и де
Лонгвиля - по глотку в час.
Перед рассветом был дан приказ разбить лагерь; поставив палатки, каждая
на шестерых человек, все быстро забрались в них и моментально уснули.
Через несколько часов Эрик внезапно проснулся от того, что начал
задыхаться. Он попытался вдохнуть всей грудью, но только обжег легкие.
Открыв глаза, Эрик увидел потоки горячего воздуха, поднимающиеся от сланцев.
Его товарищам тоже было не до сна. Несколько человек вылезли из-под
раскаленных тентов, надеясь, что жара снаружи каким-то образом будет меньше,
но тут же вернулись назад. Как бы читая их мысли, Фостер крикнул, что
каждого, кто будет пить без приказа, ждет публичная порка.
Вторая ночь была трудной, а день - просто ужасным. В этой жаре они не
отдыхали - только расходовали меньше энергии. Ночь тоже не принесла
облегчения: холодный и очень сухой воздух высасывал влагу из организма с
такой же жадностью, что и дневная жара.
На марше Фостер и де Лонгвиль бдительно следили, чтобы никто не
запнулся и не отстал. Эрик подумал, что они следят еще и за тем, чтобы никто
не бросил оружие - а это могло быть, учитывая, как все устали.
На третий день Эрик отчаялся опять увидеть воду и тень. В довершение ко
всему местность пошла в гору, и подъем, сначала довольно плавный, становился
все круче и круче.
Кэлис, который шел впереди, остановился и жестом поторопил остальных.
Поднявшись к нему, Эрик увидел внизу покрытые зеленью холмы, перемежаемые
небольшими рощицами: они достигли степей. Вдалеке виднелась извилистая
полоса деревьев - туда и показывал Кэлис.
- Змеиная река. Можно допить остатки воды. Эрик поднес к губам
последний мех и обнаружил, что он почти пуст. Поражаясь, как при такой
строгой экономии можно было за это время выпить три меха, он допил остатки.
Кэлис посмотрел на де Лонгвиля:
- Пока все слишком легко.
Эрик бросил взгляд на Ру. Ру покачал головой. По линии был передан
приказ начать движение, и отряд двинулся в направлении далекой реки.
Лошади топтались и фыркали в загонах, а Кэлис беседовал с двумя
барышниками, которые бывали в этой фактории, Шингадзи Лэндинг, и раньше.
Один из ветеранов сказал, что двадцать четыре года назад, когда Кэлис
впервые был в этих местах, факторию сожгли до основания, но с тех пор снова
отстроили, и теперь она процветала. Хотя сам Шингадзи умер пять лет назад,
новые владельцы сохранили название. Так что теперь Кэлис пользовался в
Шингадзи Лэндинг гостеприимством Брека.
Еда, которую им предложили, была простой, но после того, что они ели
последние три дня, казалась великолепной, а больше всего радовало обилие
вина и эля. Эрик думал, что в фактории будут ждать всадники, которых он
видел у побережья, но встречали их совсем другие люди. Те всадники, как
сказали Эрику, были джешандийцами, а эти люди - горожанами, жителями Города
на Змеиной Реке.
С ними пришла рота городской стражи, и Кэлис был знаком с их капитаном.
Они зашли поболтать в таверну, а мнимые наемники остались на улице. Они
искупались в реке, вволю напились, и теперь отдыхали, перед тем как, уже
верхом, пуститься в дальнейший путь.
Эрик с интересом разглядывал лошадей - уж в этом-то он разбирался. На
каждой лошади была полная сбруя - удила, кавалерийское седло с подпругой и
переметными сумами, за задней лукой оставлено место для скатки или свернутой
палатки.
Но кое-что Эрика насторожило. Мимо как раз проходил Фостер.
- Капрал, - позвал Эрик.
Фостер остановился.
- В чем дело?
- Эта лошадь больна.
- Что?
Эрик пролез между жердями и растолкал соседних лошадей. Погонщик что-то
крикнул ему; за время плавания Эрик достаточно выучил язык этой страны,
чтобы понять, чего ему надо: "Убирайся!" Впрочем, Эрик не собирался
пускаться в долгие объяснения; прикинувшись, что не понимает, он просто
помахал погонщику рукой, словно в ответ на приветствие.
Дойдя до лошади, он провел рукой по ее левой передней ноге и поднял ее.
- Треснувшее копыто.
- Будь прокляты эти алчные души! - выругался Фостер.
Погонщик подбежал к ним, крича, чтобы они убирались.
- Вы еще не заплатили! Они не ваши!
Тут Фостер проявил свой легендарный гнев. Схватив погонщика за рубаху,
он поднял его на цыпочки и зарычал:
- Я вырежу тебе потроха! Беги к своему хозяину и передай ему, что если
он не появится здесь, пока у меня окончательно не испортится настроение, я
убью его и всех лживых ублюдков из города, которые попадутся мне под руку! -
Он отбросил погонщика, и тот врезался в лошадь. Лошадь возмущенно
всхрапнула, а погонщик кинулся звать хозяина.
Стражники услышали шум, и загон окружили вооруженные люди.
- Капрал, разумно ли то, что вы делаете? - спросил Эрик.
Фостер только усмехнулся.
Появился барышник, требуя объяснить, почему они оскорбили его
работника.
- Оскорбили? Да я насажу ваши головы на копья! Ты только взгляни на эту
лошадь!
Барышник бросил взгляд на лошадь:
- Что с ней?
Фостер посмотрел на Эрика:
- Что с ней?
Эрик внезапно оказался в центре внимания. Оглядевшись, он увидел Кэлиса
и капитана стражи, выходящих из таверны. Кто-то, очевидно, предупредил их,
что намечается стычка.
- У нее больное копыто. Оно треснуло и гноится, а чтобы выглядело
здоровым, его покрасили, - сказал Эрик.
Барышник разразился потоком ругательств, но Кэлис его перебил.
- Ты не ошибаешься? - спросил он у Эрика.
- Это старый трюк, - покачал головой Эрик и, задрав лошади морду,
осмотрел ей глаза и пасть. - Ее чем-то опоили. Не знаю чем точно, снадобий,
которые убивают боль, немало. Поэтому она не хромает. Но, что бы ей ни дали,
действие этого снадобья уже кончается. Я заметил, как она подергивает ногой.
Кэлис подошел к барышнику.
- Эту сделку устроил тебе наш друг Реджин из клана Льва, не так ли?
Барышник кивнул, пытаясь сделать хорошую мину при плохой игре:
- Да. Мое слово крепко от Города на Змеиной Реке до Вестланда. Я
выясню, кто из моих работников дал себя обмануть, и накажу его - но сам я
никогда не ввожу в заблуждение добрых друзей!
Кэлис покачал головой:
- Прекрасно. Мы осмотрим всех лошадей, и за каждую, которую забракуем,
ты будешь оштрафован на стоимость здоровой лошади. Это - первая, а значит,
что мы получим еще одну здоровую лошадь бесплатно.
Барышник посмотрел на капитана городской стражи, но тот только
улыбнулся:
- Мугаар, по-моему, это вполне справедливо.
Не найдя поддержки, барышник приложил руку к сердцу.
- Я повинуюсь.
Он ушел, причитая под нос, а Кэлис сказал капитану:
- Хатонис, этого парня зовут Эрик фон Даркмур. Он будет осматривать
лошадей. Я был бы признателен тебе, если бы ты позаботился, чтобы ему не
мешали.
Эрик протянул стражнику руку. Рукопожатие Хатониса было уверенным и
крепким. Чувствовалось, что это сильный и опытный воин.
- Мой отец восстал бы из гроба и прикончил бы того, кто, как этот
обманщик, бросил на наш клан пятно позора, - сказал капитан.
Повернувшись к Эрику, Кэлис спросил:
- Сможешь ли ты к утру осмотреть всех лошадей?
Эрик прикинул: лошадей было больше сотни.
- Если нужно... - пожал он плечами.
- Нужно... - уходя, сказал Кэлис.
Фостер пошел за ним, бросив Эрику:
- Ладно, нечего прохлаждаться. Принимайся за дело!
Эрик покорно вздохнул и, оглядевшись вокруг, попросил нескольких
человек из его роты помочь. Он не был волшебником, чтобы мановением руки
превратить их в таких же, как он, знатоков, но ему нужен был кто-то, кто
отбирал бы новых и уводил уже осмотренных лошадей.
Потом он сделал глубокий вдох и принялся за дело.
ГЛАВА 13
ПОИСКИ
Трактирщик поднял голову.
Трактир был переполнен, и в обычных обстоятельствах еще один посетитель
вряд ли привлек бы внимание трактирщика. Но вошедший не был обычным клиентом
- как и сам трактирщик не был обычным трактирщиком.
На пороге стояла высокая женщина; в ее фигуре угадывалась подвижность.
На ней была глухая накидка из плотной ткани, достаточно дорогая, никто не
принял ее за простолюдинку, но явно не дворянского покроя. Трактирщик ждал,
что следом за ней появится ее кавалер, но она была одна, и трактирщик
окончательно уверился в том, что это необычная женщина. Она огляделась,
словно искала кого-то; потом ее взгляд скрестился со взглядом хозяина.
Женщина откинула капюшон, и стало видно, что она молода - хотя
трактирщик прекрасно знал, насколько бывает обманчива внешность, -
темноволоса и зеленоглаза. Ее лицо с четко очерченным ртом и высокими
скулами нельзя было назвать красивым, но оно притягивало. У нее были опасные
глаза. Большинство мужчин назвали бы ее симпатичной, но большинство мужчин и
не представляли себе, насколько она опасна.
Юный наемник вскочил и загородил ей дорогу. В нем бурлила кровь,
подогретая элем. Он был могуч, почти двухметрового роста, стальные
наплечники делали еще шире его литые плечи, а шрамы на лице говорили, что не
все из его истории были пустой похвальбой.
- Ого! - воскликнул он с пьяным смехом и сдвинул на затылок шлем с
гребнем, чтобы лучше ее видеть. - Что такая красотка делает без меня?
Двое его товарищей громко расхохотались, а шлюха, которая рассчитывала
на прибыльную ночь, бросила на него неприветливый взгляд. Женщина
остановилась и, медленно оглядев наемника с головы до ног, мягко сказала:
- Позвольте.
Мальчик-мужчина ухмыльнулся и собрался что-то сказать, но вдруг лицо
его приняло озадаченное выражение, а ухмылка исчезла.
- Прошу прощения, - тихо вымолвил он и отступил в сторону.
Его друзья изумленно уставились на эту сцену. Один из них вскочил, но
трактирщик быстро достал из-под стойки легкий арбалет и выразительным жестом
положил его перед собой.
- Почему бы, приятель, тебе не сесть и не заняться выпивкой?
- Не дури, Тэйберт! Мы потратили у тебя кучу золота! Не угрожай нам!
- Роко, ты наливаешься на рынке дешевым вином, а потом вламываешься
сюда тискать моих служанок, но я ни разу не видел, чтобы ты им платил!
Проститутка, которая сидела за их столом, встала:
- А если и платит, то не за то, о чем ты думаешь, Тэйберт. Это дешевое
вино превращает сталь в их мечах в солому, и если они что-то могут, так
только бахвалиться.
Защитники общества ответили на это взрывом хохота, и третий воин,
который обнимал девицу, пока она не встала, сказал:
- Арлетта! Я-то думал, что ты нас любишь!
- Покажи свое золото, и я полюблю тебя, дорогуша, - ответила та с
усмешкой, в которой не было ни капли симпатии.
- Почему бы вам, парни, всем троим не двинуть к Кинджики и не заняться
его девочками? Он на четверть цуранец и посмотрит сквозь пальцы на вашу
невежливость, - сказал Тэйберт.
Приятелям юного наемника эта мысль не пришлась по душе, но сам он лишь
вяло кивнул, снова надвинул шлем на лоб и, забрасывая за спину щит, сказал:
- Пошли. Повеселимся в другом месте. - Его товарищи хотели возразить,
но он вдруг рявкнул, рассвирепев: - Пошли, я сказал! - и они решили, что
лучше не спорить.
Когда они ушли, женщина подошла к стойке. Трактирщик ответил на ее
первый вопрос до того, как она успела его задать.
- Я его не видел, - сказал он.
Женщина изумленно вскинула бровь.
- Кого бы вы ни искали, я его не видел.
- А кого, по-вашему, я ищу?
Трактирщик, плотный мужчина с лысинкой и курчавыми бачками, слегка
улыбнулся:
- Есть только один сорт мужчин, которых такая женщина, как вы, может
искать, а такие в последнее время сюда не заглядывали.
- И за какую женщину вы меня принимаете? - спросила она.
- За ту, которая видит то, чего не видят другие.
- Для трактирщика вы слишком наблюдательны, - заметила она.
- Трактирщики почти все таковы, хотя умеют не показывать этого.
Впрочем, с другой стороны, я не совсем трактирщик.
- Как вас зовут?
- Тэйберт.
Женщина понизила голос:
- Я обшарила все захудалые трактиры и грязные пивнушки Ла-Мута в
поисках того, что, как мне известно из авторитетных источников, должно
находиться здесь. Но до сих пор я не встречала ничего, кроме пустых взглядов
и смущенного мычания. - И еще тише она сказала: - Мне нужно попасть в Зал.
- Прошу за мной, - с улыбкой ответил трактирщик. Тэйберт провел ее в
маленькую заднюю комнату, а оттуда - в подвал.
- Он соединяется с другими. Под городом целая сеть, - пояснил он,
открывая дверь у подножия лестницы. В дальнем конце узкого помещения,
открывшегося за ней, имелась ниша, занавешенная простым куском ткани,
свисающим с металлического стержня. Женщина направилась к нише, а Тэйберт
сказал: - Вы понимаете, что когда вы окажетесь там, я не смогу помочь вам. В
моих силах только показать вам вход.
Миранда кивнула и, сделав шаг, почувствовала исходящую от
металлического стержня энергию. На мгновение она увидела крошечную кладовку,
заставленную пустыми бочонками, а в следующую секунду, подхваченная потоком
энергии, оказалась уже совсем в ином месте.
Зал был бесконечен. Или во всяком случае, никто из обладающих разумом
никогда не достигал того места, где он кончается. Миранда увидела и другие
входы сюда - прямоугольники света, - а между ними маячило серое ничто.
Странно было, что она вообще могла видеть: здесь не было явного источника
света. Миранда попробовала магически изменить свое зрение - и сразу пожалела
об этом. Мрак, возникший перед глазами, был столь глубок, что мгновенно
вызывал чувство отчаяния. Она вернулась к прежнему способу восприятия и
вновь обрела способность видеть. Ей вспомнились слова трактирщика: "В моих
силах только показать вам вход". Он знал о магическом портале, ведущем в
Зал, но не в его власти было позволить или не позволить кому-то пройти
сквозь него. Только имеющие дар, подобный тому, которым обладала Миранда да
еще кое-какие из обитателей Мидкемии, могли войти в Зал и выжить после этого
перехода.
Она обернулась на вход, через который только что прошла, и попыталась
запомнить его на случай, если придется возвращаться тем же путем. На первый
взгляд он ничем не отличался от остальных, но, присмотревшись, Миранда
заметила руны, парящие в серой пустоте над прямоугольником света. Она
отметила в уме их форму и расположение надписи и мысленно перевела ее -
"Мидкемия". Напротив была лишь бесформенная пустота: входы располагались со
смещением, и ни один не находился напротив другого. Миранда запомнила руны и
над соседними входами: лишние ориентиры не помешают.
После этого, решив, что без подробной информации любое направление
одинаково хорошо, она пошла вдоль стены.
Фигура вдалеке по форме была похожа на человеческую, но с тем же
успехом могла принадлежать представителю любого народа. Остановившись,
Миранда внимательно наблюдала за приближающимся существом. Разумеется, у нее
были средства защитить себя, но она решила, что лучше избегать
неприятностей, если вообще возможно их избежать. В случае чего можно было
нырнуть во вход справа - хотя Миранда не имела ни малейшего представления о
том, что находится по другую ее сторону.
Словно прочитав ее мысли, существо пронзительно закричало и подняло
руку в перчатке, демонстрируя отсутствие в ней оружия. Жест этот ничуть не
успокаивал, поскольку существо было обвешано таким количеством оружия, что
Миранда поразилась, как ему удается сохранять способность к прямохождению.
На голове у существа был шлем с опущенным забралом, а тело покрыто
материалом, на вид таким же прочным, как сталь, но гораздо более гибким и
тусклым в отличие от сверкающих полированных доспехов. За спиной у существа
висел круглый щит, отчего оно сильно смахивало на черепаху. Над одним плечом
торчала рукоять двуручного меча, а из-за другого выглядывало что-то похожее
на ложу арбалета. На правом бедре - короткий меч, на поясе - набор
метательных звезд и ножей, а также свернутый бич. В левой руке у существа
был здоровенный мешок.
Миранда обратилась к нему на языке, принятом в Королевстве:
- Я вижу, что у вас в руке ничего нет... в данный момент.
Существо, осторожно продвигаясь в ее направлении, сказало что-то на
языке, отличном от того, которым оно воспользовалось в первый раз. Миранда
ответила по-кешийски, а медленно идущий ходячий арсенал попробовал
заговорить на еще одном языке.
Наконец Миранда заговорила на диалекте языка Королевства Ролдем, и
существо возликовало:
- Так вы с Мидкемии! Мне показалось, что я узнаю делкианина, но я,
оказывается, просто немного забыл мидкемийцев. - Голос существа звучал как
обычный мужской. - Я пытался сказать вам, что, прежде чем бежать от меня в
эту дверь, надо научиться дышать метаном.
- Я в состоянии защитить себя от смертоносного газа, - ответила
Миранда.
Существо сняло шлем, открыв вполне человеческое лицо, которое выглядело
совсем мальчишеским: веснушчатое, с зелеными глазами, увенчанное шапкой
взмокших и всклокоченных рыжих волос. Лицо дружески заулыбалось: - Редко кто
из вступающих в Зал на это не способен, но вы испытали бы огромное
потрясение. На Тедиссио - так жители этого мира его называют - вы весили бы
в две сотни раз больше обычного веса, и это сильно замедлило бы движение.
- Спасибо, - наконец сказала Миранда.
- Вы первый раз в Зале?
- А почему вы спрашиваете?
- Нам всем известно, что, если только вы не гораздо более
могущественна, чем выглядите - а я первый готов признать, что внешность
почти всегда обманчива, - только те, кто попал сюда в первый раз,
странствуют по Залу без сопровождения.
- Нам?
- Тем из нас, кто живет здесь.
- Вы живете в Зале?
- Ну конечно, вы здесь впервые. - Юноша поставил на пол мешок. - Меня
зовут Болдар Кровавый.
- Интересное имя, - сказала Миранда, которую оно немало позабавило.
- Ну конечно, это не то имя, которое дали мне мои родители, но я -
наемник, и должен выглядеть устрашающе. А разве, - он показал на свою
веснушчатую физиономию, - это лицо внушает страх?
Миранда покачала головой и улыбнулась:
- Пожалуй, действительно нет. А вы можете называть меня Мирандой. Да, я
в Зале впервые.
- Вы сможете вернуться назад, на Мидкемию?
- Если покручусь и пройду через две сотни и еще два десятка входов, то,
думаю, отыщу нужный. Болдар покачал головой:
- Это слишком долгий путь. Недалеко отсюда есть вход, который приведет
вас в город Итли в мире Иль-Джабон. Главное - пройти два квартала до другого
входа так, чтобы к вам не пристали местные жители, а там вы найдете вход,
который ведет обратно в Зал, как раз рядом с дверью, ведущей в... Проклятие,
забыл, какая дверь ведет в Мидкемию, но это одна из них. - Нагнувшись, он
развязал мешок и вытащил пузатую бутылку и пару металлических кубков. -
Позвольте предложить вам бокал вина?
- Спасибо, - ответила Миранда. - Не откажусь.
- Когда я впервые попал в Зал - а это было лет этак сто пятьдесят
назад, - я блуждал по нему, пока чуть не умер с голода. Очень приятный вор
спас мне жизнь в обмен на бесконечные напоминания о том, что теперь я у него
в долгу. Но тогда он избавил меня от многих трудностей. Уметь
ориентироваться в Зале - весьма полезное умение. И я с удовольствием
поделюсь этим умением с вами.
- В обмен на...
- Вы быстро схватываете, - сказал Болдар с улыбкой. - В Зале не
существует бесплатных услуг. Если вам посчастливится, вы сделаете кого-то
своим должником, но вы никогда ничего не получите, не дав что-то взамен.
Здесь вам могут встретиться три типа существ: те, которые будут вас
избегать, те, которые пожелают заключить с вами сделку, и те, которые
постараются вас обмануть. Причем вторые и третьи - это не обязательно одно и
то же.
- Я в состоянии о себе позаботиться, - с вызовом в голосе сказала
Миранда.
- Разумеется, вы не смогли бы попасть сюда, не обладая определенными
способностями. Но не забывайте, что это справедливо и в отношении любого,
кого можно здесь встретить. Иногда, правда, сюда по ошибке, непрошеными
гостями, попадают бедняки, не имеющие силы, дара или способностей. Никто
точно не знает, каким образом, но попадают. Впрочем, они быстро нарываются
на искателей легкой добычи или просто шагают в пустоту.
- А что происходит с тем, кто шагнул в пустоту?
- Если шагнуть правильно, вы попадете в бар большой гостиницы, которая
известна под многими названиями, а принадлежит человеку по имени Джон.
Гостиницу обычно называют просто "Гостиница", а Джона именуют по-разному -
"Джон, Держащий Слово", "Джон Без Обмана", "Добросовестный Джон", "Джон
Этичный" и еще с полдюжины подобных почетных прозвищ. Бар обычно называют "У
Честного Джона". Согласно последнему подсчету, в этот бар ведут тысяча сто
семнадцать входов. Ну а если шагнуть неправильно, тогда... Вообще-то этого
никто не знает, так как никто еще не возвращался оттуда. Это просто пустота.
Миранда почувствовала себя спокойнее. Этот наемник обладал приятными
манерами, и трудно было поверить, что он попытается обмануть ее.
- А вы не проводили бы меня к одному из этих входов?
- Разумеется, но за плату.
- А именно? - спросила Миранда, приподняв бровь.
- В Зале существует множество средств обмена. Обычные: золото и иные
благородные металлы, драгоценные камни, права на владение собственностью,
рабы и договорные обязательства и, конечно же, прежде всего информация.
Необычные: артефакты, личные услуги, манипулирование реальностью, души тех,
кто не был рожден, и все такое прочее.
Миранда кивнула:
- И что вы хотите?
- А что у вас есть?
И начался торг.
Меньше чем за день Болдар дважды доказал свою ценность. Миранде весьма
повезло, что первым она встретила его, а не вереницу рабов, с которыми они
столкнулись несколько часов спустя. Миранда испытывала к рабству личное
отвращение, и оно стало еще сильнее после неудачной попытки хозяина обратить
в собственность и их с Болдаром.
Договориться не получилось, и Болдар зарубил четырех охранников и
работорговца. Миранда смогла бы справиться и одна, но ее поразило, как точно
Болдар уловил момент, когда переговоры зашли в тупик и пришла пора
действовать. С двумя охранниками он разделался еще до того, как Миранда
начала сосредоточиваться на защите, а к тому времени, когда она окружила
себя защитной оболочкой, все было кончено.
Рабам была возвращена свобода - для чего Миранде пришлось
компенсировать Болдару ту прибыль, которую он рассчитывал получить, продав
их. Она долго его уговаривала, ссылалась на то, что в настоящее время он у
нее на службе, и как поступить с рабами, решать ей, а не ему. Болдар счел
такой аргумент сомнительным, но, прикинув сложности, связанные с кормежкой
рабов и присмотром за ними, согласился, что получить премию от Миранды в
конечном счете выгоднее.
Несколько наемников, которые встретились им позже, обошли стороной
Болдара и Миранду, но она ничуть не сомневалась, что не будь с ней Болдара,
все было бы совершенно иначе.
По пути Миранда училась.
- Значит, если знать расположение входов, можно ускорить путешествие по
Залу?
- Конечно, - ответил Болдар. - Их количество и расположение
относительно друг друга зависят от мира, в который они ведут. Вот
Тандероспейс, например, - он указал на светлый прямоугольник, мимо которого
они проходили, - имеет только один вход, да и тот, к несчастью, открывается
в жертвенный зал священного храма - а местное население там сплошь
каннибалы. Они готовы сожрать любого, кто вступит в их святая святых,
поэтому этот мир посещается редко. С другой стороны Мерлин. - Он махнул
рукой в сторону другого прямоугольника, чуть впереди. - Это торговый мир, в
него ведут по крайней мере шесть входов. Торговые пути многих миров
пересекаются там. Ваш мир, Мидкемия, имеет не меньше трех входов - во всяком
случае, мне известны три. Каким из них вы воспользовались?
- Под трактиром в Ла-Муте.
- А, у Тэйберта. Славная жратва, славный эль и дурные женщины. Мне
нравятся такие места. - Миранде показалось, что Болдар улыбнулся под шлемом
- что-то такое проскользнуло в его жестах и в голосе.
- А как узнать об этих входах? Есть карта?
- Да, одна есть, - ответил Болдар. - У Честного Джона. Висит на стене в
общей зале. На ней очерчены известные границы Зала. Когда я в последний раз
видел ее, там было обозначено около тридцати шести с лишним тысяч входов.
Каждый, кто находит новый, ставит об этом в известность Честного Джона - а
есть даже один легендарный псих, чье имя вылетело у меня из памяти, который
исследует границы Зала, и его сообщения доходят до Джона спустя десятилетия.
Он забрался уже так далеко, что превратился в миф.
Миранда задумалась.
- И давно ли все это существует? Я имею в виду Зал. Болдар пожал
плечами:
- Подозреваю, что с начала времен. Люди и иные существа живут здесь
веками. Для этого, разумеется, требуется определенный дар, но жизнь здесь
весьма привлекательна для тех, кто ищет... жизни по большому счету.
- Ну а вы? - спросила Миранда. - Учитывая, сколько вы содрали с меня,
вы могли бы прекрасно жить в большинстве из известных миров.
Болдар снова пожал плечами:
- Я занимаюсь этим скорее для остроты ощущений, чем ради наживы. Должен
признаться, что мне все быстро надоедает. Есть миры, где я мог бы стать
полновластным правителем, но они меня не привлекают. Честно говоря, лучше
всего я чувствую себя в ситуациях, которые способны свести с ума нормального
человека. Война, убийства, интриги - вот моя стихия, и в этом здесь мало кто
может сравниться со мной. Я говорю это не затем, чтобы набить себе цену, а
просто чтобы вы поняли: когда привыкаешь жить в Зале, другой жизни уже не
существует.
Миранда кивнула: это место являлось в буквальном смысле суммой всех
известных и неизвестных миров, и она не уставала поражаться тому, как это
вообще может быть.
- Как мне ни приятно ваше общество, Миранда, и как бы я ни был доволен
обещанным вознаграждением, но я утомился; хотя время здесь не имеет
значения, усталость и голод реальны во всех измерениях - по крайней мере
иных я еще не встречал. И вы до сих пор не сказали мне, куда мы
направляемся, - сказал Болдар.
- Честно говоря, я и сама не знаю, куда направляюсь. Я кое-кого ищу, -
ответила Миранда.
- Позволено ли мне будет спросить кого?
- Некоего практикующего мага по имени Пут из Стардока.
Болдар пожал плечами:
- Никогда не слышал о нем. Ну что ж, если здесь есть место, где можно
удовлетворить мои и ваши текущие потребности, так это Гостиница.
Миранда была в этом не так уж уверена, сама удивляясь своему нежеланию
признать очевидное. Если Пут проходил через Зал, то в Гостинице об этом,
конечно, известно. Но она опасалась, что другие тоже могут им
интересоваться, и думала, что скорее всего он постарается скрыть свое
местонахождение. Но в любом случае лучше было посетить Гостиницу, чем
бесцельно шляться по бесконечности.
- А мы далеко оттуда?
- Да нет, не очень, - ответил Болдар. - Правда, два входа мы уже
миновали, но здесь неподалеку есть еще один.
Они прошли еще два прямоугольника, и перед следующим Болдар
остановился:
- Видите этот знак?
Миранда кивнула.
- Халлиали. Прекрасное место для тех, кто любит горы. Один из входов к
Честному Джону находится как раз напротив. С непривычки это довольно трудно,
но вы просто шагайте и будьте готовы встретить ступеньку примерно футом ниже
края пустоты. - С этими словами он шагнул в серое и исчез.
Миранда сделала глубокий вдох, зажмурилась и шагнула за ним, подумав:
"Ступенька вверх или ступенька вниз?"
Ступенька вела вниз, а Миранда приготовилась к подъему и поэтому едва
не упала. Сильные руки подхватили ее, и, открыв глаза, она с трудом
сохранила спокойствие, увидев перед собой почти трехметровое существо, с ног
до головы покрытое белоснежным мехом с редкими черными пятнышками. На
косматой голове можно было различить только два огромных синих глаза и рот.
Существо что-то жалобно прохрюкало, и Болдар пояснил:
- Если у вас есть оружие, его надо сдать. Сам он тем временем ловко
освобождался от своего арсенала, включая и те несколько безобидных на вид
предметов, что прятал на теле. У Миранды было только два кинжала, один в
поясе, а другой - у лодыжки. Она быстро сняла их, а Болдар объяснял:
- Честный Джон давным-давно понял, что его заведение будет процветать,
только если станет нейтральной территорией для всех. Квад гарантирует, что
любой нарушитель порядка не останется в баре дольше, чем нужно времени,
чтобы его выставить.
- Квад?
- Это наш большой мохнатый друг, - ответил Болдар. - Он коропабанин;
коропабане сильнее любого известного на сегодняшний день существа,
практически неуязвимы для любой магии, и самому быстрому яду потребуется
неделя, чтобы его убить. Квады - идеальные телохранители, если вы уговорите
их покинуть родной мир.
Они вошли, и Миранда остановилась, пораженная. Бар был огромен, не
менее двухсот ярдов в ширину и вдвое длиннее. Вдоль всей правой стены
тянулась единственная стойка, за которой металась, обслуживая клиентов,
дюжина барменов. Две галереи, одна над другой, шли вдоль остальных трех
стен, и там, за столиками, сидели посетители этого грандиозного заведения,
наблюдая за тем, что делается внизу.
Здесь играли во все игры, основанные на случайности, которые только
можно себе представить, и существа самого невероятного облика непринужденно
двигались сквозь толпу, здороваясь со старыми знакомыми. Гуманоиды
преобладали, но попадались и существа, смахивающие на насекомых или собак, а
при виде нескольких ящероподобных посетителей бара Миранда почувствовала
себя неуютно.
- Добро пожаловать к Честному Джону, - сказал Болдар.
- А где сам Джон? - спросила Миранда.
- А вот, - Болдар показал на ближний конец стойки. Там стоял человек,
одетый в странный костюм из блестящей ткани. Брюки без отворотов, начищенные
до блеска узкие и непривычно вытянутые черные туфли. Под распахнутой длинной
курткой - белоснежная сорочка с жемчужными запонками и стоячим остроконечным
воротничком. Ярко-желтый галстук и широкополая белая шляпа с лентой из
переливающегося красного шелка. Джон был занят беседой с каким-то существом,
похожим на человека, но с дополнительной парой глаз на лбу.
Подходя к нему, Болдар приветливо помахал рукой. Джон сказал что-то
четырехглазому человеку, и тот, кивнув, отошел.
Широко улыбаясь, Джон воскликнул:
- Болдар! Сколько мы не виделись? Год?
- Ну, не совсем, Джон, не совсем. Но около того.
- А как вы определяете время в Зале? - спросила Миранда.
Джон взглянул на Болдара, и тот пояснил:
- Мой нынешний наниматель, Миранда.
Джон театральным жестом сорвал с головы шляпу, повел ею перед грудью и,
слегка согнувшись в поклоне, почти нежно взял руку Миранды, сделав вид, что
целует, хотя его губы не прикоснулись к коже.
Миранда испытала неловкость и отдернула руку.
- Милости прошу в мое скромное заведение.
Глаза Миранды расширились.
- На каком языке вы - мы...
- Я вижу, вы здесь впервые. Полагаю, я должен лично принять столь
очаровательную гостью, - сказал Джон. Он показал им на стол рядом со стойкой
и отодвинул стул. Миранда непонимающе прищурилась, но тут сообразила, что он
ждет, чтобы она села. Это было ей странно, но, зная, что в разных мирах
существуют разные обычаи, Миранда постаралась не показать виду, что смущена.
- Одно из небольших заклинаний, - говорил тем временем Джон, отвечая на
столь сбивчиво высказанный вопрос Миранды. - Это не только полезно, это
необходимо. Только, боюсь, оно не вполне совершенно, поскольку порой здесь
бывают посетители, чья личная система понятий настолько отлична от
общепринятой, что общение возможно лишь на самом простейшем уровне - если
вообще возможно, а мы тем не менее обязаны понимать такого случайного
дурака.
- Что мы сейчас и делаем, - с усмешкой вставил Болдар.
Джон отмахнулся.
- Что же касается вашего первого вопроса, то измерение времени -
достаточно простая вещь. Вне Зала время течет везде одинаково, по крайней
мере в известной мне вселенной. Если хотите точности, то здесь мы измеряем
его в единицах, принятых в моем родном мире. Конечно, это своего рода
тщеславие, но я хозяин этого заведения и имею право устанавливать свои
правила. Могу ли я полюбопытствовать, из какого мира прибыли вы?
- С Мидкемии.
- А, ну тогда наша система очень близка к той, которой пользуетесь вы,
только разное количество часов в году; этой разницы достаточно, чтобы у
летописцев и философов болела голова, но в масштабе обычной
продолжительности жизни дата вашего рождения по двум календарям разойдется
всего на несколько дней.
- Впервые услышав о Зале, я решила, что это магический портал, через
который можно попасть в другие миры. Но я совершенно не понимаю... - сказала
Миранда.
Джон кивнул:
- Понимают немногие. Но люди, а вы, насколько я понимаю, человек, как и
другие разумные существа, легко приспосабливаются. Встречая что-то полезное,
они это используют. Вот и мы, кому посчастливилось попасть в Зал, тоже
приспособились. Существует немало причин, чтобы здесь оставаться, и выгоды,
которые получает тот, кто нашел сюда дорогу, слишком велики, чтобы ими
поступиться. Поэтому большинство из нас становятся жителями Зала, забывая о
прежних связях или, в лучшем случае, постыдно пренебрегая ими.
- Выгоды?
Джон и Болдар переглянулись.
- Чтобы не утомлять вас излишне, моя дорогая, не лучше ли вам
рассказать мне, что вы уже узнали о Зале? - предложил Джон.
- За время моих странствий я несколько раз слышала о Зале Миров. Мне
пришлось потратить немало времени на поиски входа. Я думаю, что Зал - это
средство для путешествия сквозь пространство к самым далеким мирам, -
сказала Миранда.
- И сквозь время, - заметил Болдар.
- Время? - удивилась Миранда.
- Чтобы достигнуть далеких миров с помощью обычных средств, не хватит
человеческой жизни; Зал сокращает это время до нескольких дней, а иногда и
до нескольких часов.
- Самое главное, - сказал Джон, - это то, что Зал существует независимо
от объективной реальности, как мы определяем ее из своего родного мира. Он
связывает миры, которые могут находиться в разных вселенных, в разном
пространстве-времени, за неимением лучшего термина. Для нас это непостижимо.
Но суть в том, что Зал способен связать миры разного времени. Мой родной
мир, не очень заметный шарик, вращающийся вокруг ничем не примечательного
солнца, мог умереть задолго до того, как появился ваш мир, Миранда. Откуда
нам знать? Если мы перемещаемся сквозь объективное пространство, почему бы
нам не двигаться и сквозь объективное время? - Джон помолчал. - Ив силу
этого здесь, в Зале, у нас есть все. Ну, если не все, то настолько к этому
близко, насколько способен пожелать смертный. В Зале идет торговля чудесами
и обыденными вещами, любыми товарами любого вида, любыми услугами и
обязательствами. Вообразите себе любую, только не в принципе невозможную
вещь - и вы здесь найдете ее или по крайней мере найдете кого-то, кто
доставит вас к предмету вашей мечты.
- А еще какие выгоды?
- Ну, например, в Зале вы не стареете.
- Бессмертие?
- Или нечто настолько близкое, что разницы практически нет, - сказал
Джон. - Возможно, тот, кто может попасть в Зал, уже обладает этим даром, но
не исключено, что мы избегаем ледяной хватки Смерти, только пока живем в
Зале, а такой выигрыш во времени - не пустяк, и мало кто добровольно
откажется от него. - Он указал на верхнюю галерею. - Среди моих постояльцев
большинство просто боятся снова покинуть Зал и снимают у меня помещения,
чтобы вести дела. Другие находят здесь единственное надежное убежище от
грозящих им бед, а многие часть времени проводят в других мирах, а часть
времени - здесь. Но никто из живущих в Зале не покинет его, осознав,
насколько выгодна такая жизнь.
- А как же Черный Маркое?
Казалось, упоминание этого имени не обрадовало ни Джона, ни Болдара.
- Маркое - особый случай, - ответил Джон, чуть помедлив. - Быть может,
он представляет некую высшую силу или сам является таковой; во всяком
случае, он выходит за рамки того, что мы в Зале называем "смертным
существом". Только немногие знают, что в многочисленных рассказах о нем
правда, а что - легенда. А вы? Что вы о нем знаете?
- Только то, что слышала на Мидкемии.
- Это не родной его мир, - сказал Джон. - В этом я почти уверен. Но
почему мы о нем говорим?
- Только потому, что, по вашим же словам, он - особый случай. Но ведь
могут быть и другие.
- Наверное.
- Например, Пуг из Стардока?
И вновь Джон явно почувствовал себя неуютно, хотя Болдар при упоминании
Пуга и глазом не моргнул.
- Если вы ищете Пуга, боюсь, я не могу вас обнадежить.
- Почему?
- Он был здесь несколько месяцев назад, очевидно, направляясь в
какой-то странный мир, название которого я не могу припомнить. Говорил, что
собирается заняться исследованиями, но, боюсь, это просто уловка.
- Почему вы так думаете?
- Да потому, что он нанял кое-кого из приятелей Болдара, чтобы те
пресекли любое излишнее любопытство к его персоне.
- Кто? - спросил Болдар, оглядываясь вокруг.
- Уильям-Хватун, Рыжий Джеремия и Эланд Алый, которого еще называют
Серым Убийцей.
Болдар покачал головой.
- Эти трое способны причинить нам серьезные неприятности. - Он
наклонился к Миранде. - С Джеремией я бы, пожалуй, справился; его репутация
держится...
