Рекс Стаут. Слишком много клиентов
страница №3
...на ответила мнесвирепым взглядом.
- С нее и волоска не упало, - пожаловался Фред, - а жаль. Полюбуйся
на меня.
Из разводов у него по щеке сочилась кровь. Он поднял руку и промокнул
ее носовым платком.
- Ты сказал, чтоб ее не трогать, если сама не начнет. Эта - начала,
да еще как! Потом, когда я взялся за телефон, она кинулась к лифту, а
когда я загородил ей дорогу, бросилась к телефону. Пришлось ее упаковать.
- Ты сообщил ей, кто ты такой?
- Нет. Много чести. Вон там ее сумочка, - он указал на кресло, - я в
нее не заглядывал.
Из узла на полу раздалось требовательное:
- Кто вы?
Я пропустил вопрос мимо ушей, подошел к креслу, взял в руки сумочку и
открыл ее. Среди обычных мелочей я обнаружил четыре полезных документа -
кредитные карточки из трех магазинов и водительские права. Они были
оформлены на имя Джулии Маги, проживающей в Гринвич-Виллидж на улице
Аллейной. Возраст - двадцать девять лет, рост - пять футов пять дюймов,
белая, волосы каштановые, глаза карие.
Я положил документы в сумочку, сумочку - на кресло и подошел к ней.
- Сейчас, мисс Маги, я вас освобожу, - сказал я. - Его звать Фред
Дэркин, а меня Арчи Гудвин. Возможно, вы слышали о частном детективе по
имени Ниро Вульф. Мы на него работаем. Мистер Дэркин тут временно
поселился, потому что мистеру Вульфу желательно поговорить с каждым, кто
является в эту комнату. Я буду рад проводить вас к нему. Я ни о чем не
спрашиваю, потому что мне все равно придется пересказывать ему ваши
ответы, так уж лучше пусть он сам задает вопросы.
- Развяжите меня! - потребовала она.
- Еще минутку. Теперь я знаю, кто вы такая и где вас найти, а это
несколько меняет положение. Если вы схватите свою сумочку и рванете к
лифту, я и не попытаюсь вам помешать, но советую сперва сосчитать до
десяти. У вас в сумочке ключи от входной двери и от лифта. Когда полиция
доберется до этой комнаты, что может случиться, их, конечно, будет
интересовать любое лицо, у которого есть ключи и которое могло быть здесь
поздно вечером в воскресенье. Поэтому вы можете ошибиться, отклонив мое
предложение. Подумайте об этом, пока я буду вас разворачивать.
Я присел на корточки, расстегнул пряжку и выдернул из-под нее ремень,
который возвратил хозяину. Поставить ее на ноги, чтобы распаковать, я не
мог: ноги у нее тоже были укутаны.
- Проще всего, - сказал я, - вам будет выкатиться, а я подержу за
край.
Так она и сделала. В покрывале было десять квадратных футов; я так и
не спросил Фреда, как все это ему удалось. Выкатившись, она одним прыжком
встала на ноги. С раскрасневшимся личиком и взлохмаченная, она выглядела
вполне привлекательно, вероятно красивее, чем была на самом деле. Она
встряхнулась, рывком одернула на себе пальто, подошла к креслу, взяла
сумочку и сказала:
- Я хочу позвонить.
- Не отсюда, - возразил я. - Если уйдете одна, так на углу есть
автомат. Если пойдете со мной, то в кабинете мистера Вульфа есть телефон.
Она казалась скорее разъяренной, чем испуганной, но, не зная
человека, легко и ошибиться.
- Вам известно, кому принадлежит эта комната? - осведомилась она.
- Известно. Она принадлежала Томасу Дж.Йигеру.
- Что вы тут делаете?
- Бросьте. Я не только не стану спрашивать, я не стану и отвечать.
- У вас нет права... - начала она, но сама себя оборвала. - Я
секретарша мистера Йигера. Была секретаршей. Я оставила здесь блокнот,
теперь пришла его забрать, вот и все.
- Тогда вам нечего бояться. Когда к вам обратится полиция, вы им так
и скажете, а уж они извинятся, что вас побеспокоили.
- Если я не пойду с вами, вы сообщите в полицию?
- Я этого не говорил. Решения принимает мистер Вульф. Я всего лишь у
него на посылках.
Она повернулась. Я решил, что она направилась к телефону, но она, не
останавливаясь, проследовала в самый конец комнаты, туда, где была дверь в
ванную, и скрылась за этой дверью. Я подошел к Фреду поглядеть, что у него
со щекой. Он успел продеть ремень в брюки.
- Значит, эта комната принадлежала Йигеру, - заметил он. - Раз уж я
теперь узнал про...
- Не узнал и ничего не знаешь. Я ей соврал, а она купилась. Твое дело
- сидеть здесь и принимать посетителей. Ничего страшного не случилось. Со
щекой у тебя не так плохо, как кажется, в ванной найдешь все, что
потребуется. Покрывало тебе все равно пришлось бы снимать, чтобы лечь
спать. Дай-ка я помогу его сложить.
Мы взялись за противоположные концы. Он спросил, сколько ему еще
здесь торчать, я ответил - пока не скажут, и, вообще, чем, интересно, он
недоволен? Любой мужчина, не чурающийся маленьких радостей жизни, принял
бы за подарок судьбы получить дозволение пожить в эдакой картинной
галерее, а ему еще за это и деньги идут, все двадцать четыре часа в сутки.
Он сообщил, что даже телевизор подхватил заразу: стоило его включить, как
на экране появилась дамочка, которая сидела в ванне и пускала мыльные
пузыри.
Когда он укладывал на кушетку свернутое покрывало, Джулия Маги вышла
из ванной. Она привела в порядок ворот платья, причесалась и накрасилась.
Нет, она была отнюдь не дурнушкой. Она подошла ко мне и сказала:
- Ладно, я принимаю ваше приглашение.
7
Когда попадаешь в прихожую старого каменного особняка на Западной
Тридцать пятой улице, первая дверь налево ведет в комнату, которую мы
называем гостиной, а следующая - в кабинет. Оба помещения
звуконепроницаемы, хотя, может, и не до такой степени, как Йигеров приют
похоти. Я провел Джулию Маги в гостиную, получил "нет" на предложение
снять пальто и прошел в кабинет через смежную дверь, закрыв ее за собой.
Вульф читал в своем любимом кресле. Читает он медленно, а в книге той было
667 страниц и примерно по 600 слов на странице. Подойдя к его столу, я
доложил, что вернулся не один; он дочитал абзац, заложил книгу пальцем и
раздраженно на меня посмотрел.
Я продолжал:
- Ее зовут Джулия Маги. Она утверждает, что была секретарем у Йигера;
вероятно, так оно и есть, потому что это легко проверить. Она утверждает,
что явилась туда нынче вечером, чтобы взять оставленный там блокнот; это
ложь, к тому же не очень складная. Никакого блокнота в комнате нет. Когда
она вышла из лифта и увидела Фреда, она на него набросилась и расцарапала
до крови лицо, так что ему пришлось замотать ее в покрывало с постели,
чтобы позвонить по телефону. Я установил ее имя и адрес по документам,
которые были у нее в сумочке, а затем растолковал, что она может либо
сразу уйти, но потом объясняться с полицией, либо пойти со мной, что она и
сделала. Я сделал уступку - пообещал, что она сможет позвонить отсюда по
телефону в нашем присутствии, как только доберемся.
Он откашлялся. Я выждал пару секунд, но, судя по всему, он ничего
больше не собирался добавить, поэтому открыл дверь в гостиную и пригласил
ее в кабинет. Она прошла мимо меня, остановилась, огляделась, увидела на
моем столе телефон, направилась к нему, уселась в мое кресло и набрала
номер. Вульф заменил палец закладкой, положил книгу на стол, откинулся в
кресле и впился в нее взглядом.
- Мне нужно поговорить с мистером Эйкеном, - произнесла она в трубку.
- Это Джулия Маги... Совершенно верно... Спасибо. - И через минуту: -
Мистер Эйкен?.. Да... Да, понимаю, но я должна была вам сообщить, что там
оказался какой-то мужчина, он на меня напал и... Нет, дайте мне досказать.
Пришел другой мужчина и сказал, что они работают на Ниро Вульфа,
детектива... Да. Ниро Вульфа. Второй, его зовут Арчи Гудвин, заявил, что
Ниро Вульфу желательно поговорить с любым, кто является в эту комнату, и
предложил мне пойти с ним, отсюда я сейчас и звоню, из кабинета Ниро
Вульфа... Да... Нет, не думаю, они тут оба, Ниро Вульф и Арчи Гудвин... Не
знаю... Да, конечно, но я не уверена... Подождите, сейчас спрошу.
Она обратилась ко мне:
- Адрес этого дома?
Я сказал, и она снова приникла к трубке:
- Шестьсот восемнадцать. Западная Тридцать пятая улица... Верно...
Да, передам. - Она повесила трубку, развернулась в кресле и сказала
Вульфу: - Мистер Эйкен будет здесь через двадцать минут.
С этими словами она стянула с себя пальто.
- Кто такой мистер Эйкен? - спросил Вульф.
Она посмотрела на него как на ненормального.
- Мистер Бенедикт Эйкен. Президент "Континентальных пластмасс".
Это заставило меня передумать. Я собирался было согнать ее с моего
кресла, предложив пересесть в красное кожаное, но ей бы снова пришлось
пересаживаться, когда придет президент, поэтому я придвинул для нее одно
из желтых, что стояли напротив стола Вульфа, а пальто переложил на
кушетку. Пока она перебиралась, Вульф поднял голову и втянул носом воздух.
Возможно, на основании духов он отчасти составляет себе мнение о женщине.
Он считает, что когда в комнате женщина, то непременно должно пахнуть
духами. Я находился к Джулии Маги ближе, чем он, - духами от нее не пахло.
Он не сводил с нее глаз.
- Вы сказали мистеру Гудвину, что пришли в эту комнату нынче вечером
за оставленным блокнотом. Когда вы его там оставили?
Она не отвела взгляда:
- Я подожду, пока придет мистер Эйкен.
Вульф покачал головой:
- Не выйдет. Я не могу ему помешать сюда приехать, но войдет он
только с моего разрешения. Кое-что мне нужно узнать до его прибытия. Когда
вы оставили этот блокнот?
Она открыла рот - и закрыла, подумала, через минуту произнесла:
- Я не оставляла блокнота. Это было... это не было правдой. Я пошла
туда нынче вечером, потому что об этом попросил меня мистер Эйкен.
- Вот как. Забрать то, что он там оставил?
- Нет. Мне бы хотелось подождать его прихода, но это неважно. Теперь
уже неважно, раз вы знаете, что дом принадлежал мистеру Йигеру. Мистер
Эйкен послал меня поглядеть, не осталось ли там чего-нибудь указывающего
на связь мистера Йигера с этим домом, на то, что это была его комната.
- Ключи вы получили от мистера Эйкена?
- Нет, у меня были свои. Я несколько раз приходила туда писать под
диктовку мистера Йигера. Я была его секретаршей.
Вульф хмыкнул.
- Я этой комнаты не видел, но мистер Гудвин мне ее описал. Вы
полагаете, там подходящая обстановка для служебной диктовки?
- Не я там была хозяйкой, чтобы решать - подходящая или нет. Если его
устраивало, что ж, он был моим боссом.
Вульф посмотрел на меня, я поднял брови. Одна бровь означала - нет,
один к одному. Обе - нет, пять к одному. Он снова занялся ею.
- Бели бы вы нашли нечто, указывающее на то, что комната принадлежала
мистеру Йигеру, как вы поступили бы с этой вещью?
- Я бы ее забрала и унесла.
- Так велел мистер Эйкен?
- Да.
- Зачем?
- На этот вопрос мистер Эйкен сможет ответить лучше.
- Но какие-то соображения у вас должны быть. Вы ведь не думаете, что
с его стороны это только прихоть?
- Конечно, не думаю. Самое очевидное объяснение - он желает оградить
репутацию "Континентальных пластмасс". Хватит и того, что убили
руководящего вице-президента. Мистеру Эйкену не хотелось, чтобы стало
известно, что тот был... устроил... что тот имел подобную комнату.
- Вы не знаете, как мистер Эйкен выяснил про мистера Йигера и его
комнату?
- Знаю. Я сама ему рассказала.
- Когда?
- Около двух месяцев тому назад. Мистер Йигер дважды - нет, трижды -
вызывал меня туда по вечерам для диктовки. Он объяснил, что ему лучше
думается, лучше работается вне служебного кабинета. Я подумала, что с его
стороны очень вульгарно, что ли, приглашать меня туда. Из-за этого мне
было не по себе, и я решила, что должна хранить верность не мистеру
Йигеру, а корпорации. Это она платит мне жалованье. Вот я и сообщила
мистеру Эйкену.
- Что он сказал?
- Поблагодарил, что я ему рассказала.
- А что предпринял?
- Не знаю. Я не знаю, предпринял ли он что-нибудь вообще.
- Он поговорил об этом с мистером Йигером?
- Не знаю.
- Ерунда. Не можете не знать. Если поговорил, мистер Йигер вычислил
бы, что это вы рассказали. Вы не заметили, наконец, перемены в отношении к
себе мистера Йигера?
- Нет.
- Он не перестал вызывать вас туда для диктовки?
- Нет.
- Сколько раз вы бывали там за два месяца, после того как рассказали
мистеру Эйкену?
- Дважды.
Вульф закрыл глаза и потер переносицу кончиком пальца. Десять секунд.
Глаза открылись.
- Когда мистер Эйкен попросил вас сходить туда нынче вечером?
- Сегодня во второй половине дня у себя в кабинете. Он спросил, у
меня ли еще ключи, я ответила - да. Он спросил, не рассказывала ли я еще
кому-нибудь об этой комнате, я ответила - нет. Он сказал, что я оказала бы
корпорации большую услугу, если б согласилась туда сходить и убедиться
в... ну, о чем я вам говорила.
- У вас есть хоть малейшие основания полагать, что мистер Эйкен там
побывал?
Она широко раскрыла глаза:
- Нет, конечно.
Он покачал головой:
- Ошибаетесь, мисс Маги. В нерешенном вопросе не существует никаких
"конечно". Я могу, если захочу, предположить, что вы были со мной
совершенно искренни, но я могу и не...
В дверь позвонили. Я встал и вышел - под навесом крыльца стоял
президент фирмы. Фонарь на крыльце расположен сбоку, так что на того, кто
стоит перед дверью, свет падает под углом, и черты лица различить трудно,
но серая фетровая шляпа и покрой серого пальто говорили сами за себя. Я
открыл дверь и произнес:
- Мистер Эйкен? Входите.
Он не спешил.
- Меня ждут?
- Да, сэр. Мисс Маги находится у мистера Вульфа.
Он переступил порог, я принял у него пальто. Когда он снял шляпу, я
его узнал: на той фотографии с банкета Национальной ассоциации
производителей пластмасс, что я видел в кабинете у Лона Коэна, он сидит
рядом с Томасом Дж.Йигером. У него было хорошо вылепленное, ухоженное
лицо, а шевелюра хотя и седая, но без пролысин. Президент до кончиков
ногтей. Его костюм стоил по меньшей мере раз в восемь дороже, чем у
фальшивого Йигера. Когда я ввел его в кабинет, он сделал четыре шага,
остановился и произнес:
- Добрый вечер, мисс Маги.
Затем обратился к Вульфу:
- Добрый вечер, сэр. Я Бенедикт Эйкен.
Она встала. Я было подумал, что из почтительности, но Вульф сказал
Эйкену:
- Я сообщил мисс Маги, что сначала побеседую с вами с глазу на глаз.
Будьте любезны, мадам. Арчи, дверь.
- Минуточку, - голос Эйкена прозвучал не вызывающе, но твердо. - Я и
сам хотел бы поговорить с мисс Маги.
- Не сомневаюсь. - Вульф выставил руку ладонью вперед. - Мастер
Эйкен, то, что мисс Маги сообщила вам по телефону, было правдой, за
исключением одной подробности, а именно, будто на нее напали. Я посадил в
этой комнате своего человека на случай, если кто-нибудь придет. Пришла
мисс Маги, и она...
- Почему вас интересует эта комната?
- Потому что она принадлежала Томасу Дж.Йигеру и он ею пользовался.
Мой человек не нападал на мисс Маги, это она на него набросилась. Объясняя
свое появление там, она сослалась на вас, так что мне хотелось бы услышать
и ваше объяснение, чтобы сопоставить то и другое. Раз вам так хочется, она
может остаться, но с условием, что будет хранить молчание. Если попробует
заговорить, мистер Гудвин ее остановит.
Эйкен окинул меня оценивающим взглядом. Подошел к креслу, обитому
красной кожей, не спеша сел, устроился поудобней, положив локти на ручки,
и посмотрел на Вульфа:
- Почему вы считаете, что комната принадлежала мистеру Томасу
Дж.Йигеру?
- Я не считаю, я знаю.
- Почему вас это интересует? На кого вы работаете?
- На себя. Я ни с кем не связан договоренностью, но располагаю в
отношении убитого фактом, который мало кому известен. По закону я не
обязан сообщать о нем в полицию и изучаю возможность извлечь из этого
выгоду - не путем его сокрытия, но путем использования в собственных
интересах. Как врачи, адвокаты, слесари-сантехники и многие другие, я
получаю доход от нужд, несчастий и бед моих ближних. Никто не заставляет
вас объяснять, почему _в_а_с_ это интересует, но я готов выслушать. Я вас
сюда не вызывал.
Эйкен невесело улыбнулся.
- Мне не приходится жаловаться, - сказал он, - поскольку у вас все
козыри. Я не ждал, что вы мне откроете, кто вас нанял, но чтобы никто - в
это трудно поверить. Как вы выяснили про комнату?
Вульф покачал головой:
- Я не обязан, сэр, перед вами отчитываться. Но меня действительно
никто не нанимал. Если бы я работал на клиента, то так бы и сказал,
понятно, не называя имени.
- И как же вы намерены воспользоваться тем фактом, что вам известно
про комнату?
- Не знаю. События покажут. Мой человек пока что там.
- Когда вы говорите об использовании этого вашего факта в собственных
интересах, вы, конечно, имеете в виду, что вам кто-то заплатит?
- Безусловно.
- Прекрасно, - Эйкен сел поудобнее. - Вы хотите сопоставить мое
объяснение и объяснение мисс Маги. Вам, конечно, известно, что Йигер был
руководящим вице-президентом моей корпорации "Континентальные пластмассы".
Мисс Маги работала у него секретаршей. Как-то пару месяцев тому назад она
пришла ко мне и рассказала о комнате, куда Йигер несколько раз ее вызывал,
чтобы поработать вечером над деловыми бумагами. Она не могла пожаловаться
на его поведение, но решила, что мне следует знать про комнату и про то,
как она выдает характер Йигера и его склонности. Мисс Маги описала
комнату, и я понял, что она поступила совершенно правильно. Проблема была
явно непростая. Я попросил ее хранить молчание и не отказываться, если
пригласят туда снова; мне требовалось время спокойно обдумать проблему.
- Вы с ним говорили?
- Нет. Не знаю, насколько хорошо вы себе представляете сложности
управления огромной корпорацией, но основной вопрос заключался в том, что
лучше - переговорить ли сначала с ним лично или сразу передать дело на
обсуждение моему совету директоров. Я все еще колебался, когда вчера
вечером стало известно, что он мертв, а тело его обнаружили в яме на улице
перед тем самым домом. Меня, естественно, это потрясло - то, что его
убили, это было... скажем, весьма прискорбно, но было бы много хуже,
настоящая катастрофа, если б существование этой комнаты стало достоянием
гласности. Поскольку тело нашли перед домом, то предположили бы, что его
убило лицо, принимавшее участие в том, чем он там занимался;
расследование, газетчики, неизбежный скандал - все это было бы просто
чудовищно. Я собирался созвать чрезвычайное заседание совета, но решил
ограничиться приватной беседой с тремя из моих директоров. Возможно, Йигер
так тщательно скрывал существование этой комнаты, что его связь с ней
останется нераскрытой. Я предложил попросить мисс Маги сходить туда и
забрать все, что могло указывать на личность Йигера; мое предложение
одобрили. Но там оказался ваш человек. - Он повернулся: - Что в точности
произошло, мисс Маги?
- Я вышла из лифта, а он меня уже ждал, - ответила она. - Боюсь, я
потеряла голову. Я решила, что он сыщик, полицейский сыщик, попыталась
вернуться в лифт, он меня схватил, я старалась вырваться, но не смогла. Он
набросил на меня покрывало с постели и крепко связал, потом позвонил, и
немного спустя явился вот этот мужчина, Арчи Гудвин. Он залез ко мне в
сумочку, узнал мое имя и сказал, что они работают на Ниро Вульфа и знают,
что это комната мистера Йигера, а раз уж они все равно знали, я решила
лучше пойти с ним сюда, когда он попросил. Он не давал мне звонить, пока
мы не пришли. Простите, мистер Эйкен, но что я еще могла поделать?
- Ничего. - Эйкен снова обратился к Вульфу: - Вот почему меня это
интересует. Вы не будете отрицать, что это законный интерес?
- Никоим образом. Законный и продиктованный необходимостью. Но также
и безнадежный. Не можете же вы надеяться на то, что связь между мистером
Йигером и этой комнатой так и останется скрытой от широкой публики.
- Я не надеюсь. Я действую. Не хотите рассказать, как вы о ней
узнали?
- Нет.
- Я заплачу, и заплачу хорошо.
- Я не продаю информацию, мистер Эйкен. Я продаю услуги.
- Я их покупаю. Вы говорили, что не связаны договоренностью; теперь
будете связаны. Я вас нанимаю.
- Что я должен сделать?
- Все, что понадобится для защиты репутации и интересов моей
корпорации "Континентальные пластмассы". Я выступаю от ее лица.
Вульф покачал головой:
- Сомневаюсь, что это получится. Я бы не мог поручиться за сохранение
в тайне связи между мистером Йигером и этой комнатой: ход событий может
заставить подчиниться себе. Выход один - подчинить себе ход событий.
- Каким образом?
- Направляя его. С вашей стороны было бы несерьезно платить мне за
неразглашение того, что я узнал об этой комнате, даже в том случае, если б
я оказался ослом и взял деньги. В свое время полиция рано или поздно
обязательно ее обнаружит. Единственный реальный способ защитить репутацию
и интересы вашей корпорации - положить конец полицейскому дознанию, дав
приемлемое объяснение убийству и обойдя при этом проблему комнаты.
Эйкен нахмурился:
- А если это будет невозможно?
- А если нет? Весьма вероятно, что убийца, кто бы он ни был, знал про
эту комнату, ее обстановку и предназначение; но допустим на минутку, что
это был оскорбленный муж, или отец, или брат, или вздыхатель. Личность
убийцы вполне можно было бы установить, не раскрывая кое-каких деталей, в
частности, где именно имел место разврат. Трудно, но осуществимо. Впрочем,
строить догадки бессмысленно, пока не узнаем больше.
- Но если это все-таки окажется невозможным?
Вульф еле заметно пожал плечами:
- В таком случае вы выбросите деньги на ветер. Я достаточно себя
уважаю, чтобы браться за невозможное. Хочу заметить, что не я вас
понуждаю, а обстоятельства. Не я представляю для вас угрозу, а то, что в
моем распоряжении имеется некий факт. Поэтому вы хотите меня нанять, и я
готов пойти вам навстречу, но буду оказывать лишь те услуги, что
совместимы с моим ремеслом и неподкупностью. Я не вправе исключать ни
одной возможности, даже такой, что вы собственноручно убили Йигера.
Эйкен еще раз невесело улыбнулся:
- Я исключаю.
- Естественно. - Вульф обратился ко мне: - Арчи, пишущую машинку. В
трех экземплярах.
Я повернулся вместе с креслом, вытащил машинку, заложил копирку и
вставил листы:
- Готово, сэр.
- Через интервал, поля широкие. Число. От лица моей корпорации
"Континентальные пластмассы" настоящим поручаю Ниро Вульфу расследовать
обстоятельства смерти Томаса Дж.Йигера. Подразумевается, запятая, что
Вульф приложит все усилия для защиты репутации и интересов указанной
корпорации и сохранит в тайне такие факты и информацию, запятая, способные
нанести ущерб доброму имени и престижу корпорации, запятая, если законный
долг гражданина и работающего по лицензии частного сыщика не потребует от
него их раскрытия, точка с запятой, при несоблюдении этого условия он
теряет право на гонорар за оказанные услуги и возмещение необходимых
расходов. Целью настоящего соглашения с Ниро Вульфом является недопущение,
запятая, насколько это возможно, запятая, какого бы то ни было ущерба для
корпорации вследствие особых обстоятельств смерти Йигера. Оставить место
для подписи, ниже - Президент "Континентальных пластмасс".
Я напечатал все под его диктовку, вынул страницу, пробежал глазами,
после чего вручил первый экземпляр Эйкену, второй и третий - Вульфу. Эйкен
дважды перечитал соглашение и поднял глаза на Вульфа:
- Сумма вознаграждения не обозначена.
- Нет, сэр. Сейчас это невозможно. Она будет зависеть от содержания и
объема проделанной мною работы.
- Кто решает, честно ли вы соблюли поставленное условие?
- Здравый смысл и добросовестность, вместе взятые. Если их окажется
недостаточно, что маловероятно, решать будет суд.
Эйкен еще раз проглядел соглашение, положил на столик сбоку, извлек
из кармана ручку и подписал. Подписанный экземпляр я передал Вульфу, а
второй вручил Эйкену. Он его сложил, спрятал в карман и спросил:
- Как и когда вы узнали об этой комнате?
Вульф покачал головой:
- Приступая к трудному заданию, я не начинаю с выбалтывания секретов,
даже если меня просите об этом вы. - Он бросил взгляд на стенные часы,
отодвинулся с креслом и встал: - Первый час ночи. Я, разумеется,
представлю вам отчет, но когда и какого содержания - это решу сам.
- Но это смешно! Вы же работаете на меня.
- Да, сэр. Но единственный показатель моей работы - ее результаты. Не
исключено, что чем меньше вы будете посвящены в ее частности, тем лучше. -
Он взял со стола подписанный экземпляр. - Хотите, чтобы я вам его вернул?
- Нет. Я хочу знать, как вы намерены действовать.
- Я и сам не знаю.
- Знаете. Вам рассказал про эту комнату один из моих директоров?
- Нет.
- Миссис Йигер?
- Нет.
- Так кто же?
Вульф гневно на него посмотрел:
- Черт возьми, сэр, прикажете выбросить это в корзину? Хотите вы или
нет, чтобы работа была исполнена?
- Это не то, чего я хочу, а то, что мне навязали. У вас все козыри. -
Он встал: - Идемте, мисс Маги.
8
Спору нет, вчера я хорошо поработал. В девять утра отправился на
поиски клиента, а к полуночи, всего через пятнадцать часов, мы заимели не
только президента большой корпорации, но саму корпорацию. Чтобы получить
гонорар, выражающийся пятизначным числом, оставалось всего лишь его
заработать. Так что сперва нам...
Что сперва нам? Огромное наше преимущество заключалось в том, что мы
знали - Йигер был убит в той комнате. Помимо нас этого, вероятно, не знал
никто, кроме Пересов и самого убийцы. Нам также было известно, что в
воскресенье вечером к Йигеру должна была прийти женщина - он приказал
подать в полночь икру и фазана. Но пусть она и пришла, из этого вовсе не
следует, что она его и убила; она могла застать его уже мертвым. Если
браться за дело с этой стороны, в первую очередь предстояло составить
полный список всех женщин, у которых имелись ключи. Это заняло бы около
года. Затем нужно было установить, какая из них... Бред.
Из трех подходов к расследованию убийства - орудия, возможности и
мотивы - выбирают тот, что всего вероятней обещает привести к истине.
Возможности я сразу отмел. Они имелись у всякого, у кого были ключи. Далее
- орудия, а именно - револьвер, из которого можно прострелить череп. Его
не нашли, так что здесь сперва требовалось составить полный список лиц,
имевших ключи плюс доступ к револьверу, а уж потом... Орудия я тоже отмел.
Остались мотивы. Не имея личного опыта по части того, что происходит в
приютах похоти, я не мог считаться экспертом в этой области, однако
происходившее там, несомненно, было бы способно пробудить сильные чувства
в любой посетительнице. Скажем, за пару последних лет там перебывали
десять различных женщин. Положим, у каждой из них имеется трое из четверых
- муж, отец, брат и, как выразился Вульф, вздыхатель: получаем кучу
подозреваемых, причем все с основательными мотивами.
Раз орудия, возможности и мотивы отпали, остается одно - действовать
наугад. Поймать кого-нибудь на вранье. Найти две детали, которые должны бы
сочетаться, однако не сочетаются. Отыскать свидетеля или очевидца,
например, жильца этого дома или квартала, кто видел, как через подвальную
дверь дома 156 входили или выходили лица, по всей видимости, совершенно
посторонние. Такой план мог бы дать результаты, если б имелось с пяток:
хороших оперативников и много времени в запасе. Но служба расследования
убийств могла в любую минуту выйти на дом, а выйдя, застать там Фреда
Дэркина, а уж тут от нас полетят пух и перья и мы потеряем клиента, потому
что он не сможет получить то, за что хотел платить деньги. Нет, этот план
не годился. Нам нужен был либо гений, либо везение.
Ну, гений-то, положим, имелся, Ниро Вульф, но он, судя по всему, еще
толком не вник. Спустившись из оранжереи в одиннадцать, он поставил в вазу
у себя на столе ежедневный букет орхидей (на сей раз он выбрал Galanthe
veitchi sandhurstiana), обогнул стол, уселся, бросил взгляд на настольный
календарь и просмотрел утреннюю почту, состоявшую большей частью из
рекламных проспектов и просьб о пожертвованиях. Затем посмотрел на меня.
- Что это за бумажка у меня на календаре? Пятнадцать миллионов
шестьсот восемьдесят две тысячи двести тридцать пять долларов пятьдесят
семь центов.
- Да, сэр. Я узнавал в банке. Это наличный резерв "Континентальных
пластмасс", согласно официальному отчету, датированному тридцать первым
января. Я подумал, может, вам будет интересно. Других дел у меня не было,
а сидеть без дела я не люблю.
- Вздор.
- Да, сэр. Согласен.
- Ты обдумал положение?
- Обдумал. Баланс ни к черту. Вчера у нас временно образовался
избыток клиентов. Целых два. На сегодня имеется один, но и это слишком
много, потому что мы не способны выполнить его поручение. У меня всего
одна идея, да и та бесполезна.
- Какая?
- Джулия Маги - врунья. Вы слышали описание этой комнаты, но не
видели ее своими глазами. Человек, который ее оборудовал, именно Йигер,
приглашал туда свою секретаршу не для диктовки. Спорю на что угодно. Даже
если бы она ничего не соображала в сексе, он и то мог попытать удачи, а
она не тупица. На взгляд сатира, у нее весьма недурные данные и
возможности. Так что врет она, но нам от этого не легче. Однако она
провела там с ним несколько ночей и вполне могла сделать то, что сделала,
- заложить его: то ли потому, что ей надоели тамошние картинки, то ли
потому, что хотела выслужиться перед президентом. Если говорить об
убийстве, то это - очко в ее пользу. Зачем ей было его убивать, когда она
его заложила? Не хотите ее расспросить?
- Нет. - Он набрал полную грудь воздуха и сделал выдох. - Дурака я
свалял, что взялся за это дело. Нам остается только барахтаться в грязи. В
самом крайнем случае, может быть, удастся найти того, по чьей милости мы
попали в эту передрягу, хоть мы и пришли к заключению, что он не знал о
смерти Йигера. Сколько времени у тебя это займет?
- Может - день, может - год.
Он скривился:
- Или можно нанести внезапный удар. Поставить Пересов перед фактом:
мы убеждены, что именно они убили Йигера, так как он растлил их дочь.
Сказать им, что, если полиция разузнает про комнату и про то, как Йигер ее
использовал, они, вероятно, обречены, что, кстати, соответствует истине.
Не могут же они рассчитывать оставаться там вечно. Предложить им много
денег, двадцать, пятьдесят тысяч, неважно, возьмем из своего резерва
наличности, чтобы они уехали куда-нибудь на другой конец света, пусть
только оставят письменное признание, что убили Йигера после того, как дочь
будет признавать, что домогательства увенчались успехом; можно будет даже
намекнуть, что и домогательств-то никаких не было, а дочь все выдумала.
Признание оставить нам, а мы анонимно переправим его в полицию, когда они
будут далеко и в безопасности. Про комнату ни слова. Разумеется, полиция
ее обнаружит, но не будет никаких доказательств, что она имела отношение к
Йигеру. Они догадаются, что она принадлежала ему, но доказать этого не
сумеют и не обнародуют предположения, порочащего видного гражданина.
- Чудесно, - одобрил я, - вот только две маленькие неувязки.
Во-первых, поскольку дом принадлежал Йигеру, он будет фигурировать в описи
его имущества. Во-вторых, они его не убивали. Но что нам стоит навести
убийство на...
- Это твое личное мнение.
- Но чертовски обоснованное. Признаю, вы поступили галантно,
превратив Марию в обманщицу вместо шлюхи, но еще лучше было бы...
Меня прервал звонок в дверь. Выйдя в прихожую, я увидел на крыльце то
самое, что стоит перед моим мысленным взором, когда я говорю слово
"болванка" применительно к женщине. Не к карге, не к уродине, а просто к
женщине, которая в данном случае оказалась средних лет или постарше, и
которую понадобилось бы полностью разобрать и оснастить заново, прежде чем
пустить на показ. После такой операции осталось бы несколько ненужных
деталей, например, второй подбородок. Прекрасно сшитый костюм и палантин
из платиновой норки не спасали положения. Я открыл дверь и поздоровался.
- Ниро Вульф? - спросила она.
Я кивнул:
- Его дом.
- Я хочу с ним поговорить. Я Эллен Йигер. Миссис Томас Дж.Йигер.
Когда посетитель является с улицы, мне положено оставить его на улице
и пойти доложить Вульфу. Так я и поступаю, но тут нас здорово приперло.
Мало того, что мы оказались в тупике, так я еще и не исключал, что у
Вульфа хватит упрямства попробовать провернуть этот нелепый фокус с
Пересами, если не отвлечь его на что-нибудь другое. Поэтому я пригласил ее
в дом, провел в кабинет и представил их друг другу:
- Мистер Вульф - миссис Йигер. Миссис Томас Дж.Йигер.
Он сердито на меня посмотрел:
- Мне не сообщали, что у меня назначена встреча.
- Нет, сэр, не сообщали.
- Я не стала звонить, - заявила Эллен Йигер. - Дело не терпит.
Она подошла к креслу, обитому красной кожей, по-хозяйски в нем
расположилась, положила сумочку на столик и уставилась на Вульфа своими
проницательными маленькими глазками.
- Я хочу вас нанять для одного дела. - Она взяла сумку и вынула из
нее чековую книжку. - Какой предварительный гонорар вас устроит?
Клиент номер четыре, не считая липового Йигера. Когда я выхожу на
поиск клиентов, я своего добиваюсь. Она тем временем продолжала:
- Моего мужа убили, вам это известно. Я хочу, чтобы вы выяснили, кто
его убил и что именно произошло, а затем уже я буду решать, что делать
дальше. Он был человек больной - на сексуальной почве, я все про это
знала. Долгие годы я об этом молчала, но я не допущу, чтобы это помешало
мне...
Вульф ее оборвал, приказав:
- Замолчите!
Она, пораженная, замолчала.
- Я резок, - объяснил он, - потому что иначе нельзя. Вы не должны
выбалтывать конфиденциальные сведения под впечатлением, что меня наняли.
Вы меня не нанимали и не сможете этого сделать - я уже имею поручение
расследовать убийство вашего мужа.
- Ничего подобного, - заявила она.
- Вот как?
- Да. Вам поручено не допустить расследования, замолчать
обстоятельства и защитить эту корпорацию, "Континентальные пластмассы".
Один из директоров все мне рассказал. Нынче утром было заседание Совета,
Бенедикт Эйкен сообщил о предпринятых им шагах, и они их одобрили. Им
наплевать, изловят убийцу или нет. Они не хотят, чтоб его поймали. У них
на уме одна только корпорация. Я теперь сама стану владелицей пакета
акций, но это неважно. Они не смогут мне запретить рассказать окружному
прокурору об этой комнате, если я так решу.
- О какой комнате?
- Вам прекрасно известно, о какой. В том самом доме на Восемьдесят
второй улице, куда вчера вечером отправилась Джулия Маги, и где вы ее
сцапали и доставили сюда. Бенедикт Эйкен все рассказал Совету директоров,
и один из них передал мне. - Она повернулась ко мне: - Вы Арчи Гудвин? Я
хочу видеть эту комнату. Когда вы меня отвезете? - И снова повернулась к
Вульфу. Дурацкая это привычка - задавать вопрос и не дожидаться ответа,
хотя для спрашивающего это не всегда плохо. Она открыла чековую книжку: -
Какой предварительный гонорар вас устроит?
Она действовала нахрапом, что правда, то правда, но дурой она не была
и слов даром не тратила. Она даже не стала объяснять Вульфу, что, если он
попытается сделать то, ради чего, как она считала, его нанимали, а именно
- прикрыть расследование, она ему все испортит одним звонком в окружную
прокуратуру, так что ему волей-неволей придется быть с ней заодно.
Он откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы на гороподобном животе:
- Мадам, вас неправильно информировали. Арчи, дай бумагу, подписанную
мистером Эйкеном, - пусть прочтет.
Я достал документ из шкафа и передал ей. Она вынула из сумочки очки,
а прочитав, их сняла.
- Все так, как я и говорила, разве нет?
- Нет. Прочтите еще раз. Арчи, пишущую машинку. В трех экземплярах.
Я сел, вытащил машинку, заложил копирку и вставил листы.
- Через интервал, поля широкие. Число. Я, запятая, миссис Томас
Дж.Йигер, запятая, настоящим поручаю Ниро Вульфу расследовать
обстоятельства гибели моего покойного мужа. Настоящее поручение имеет
своей целью обеспечить установление личности и разоблачение убийцы моего
мужа, запятая, и Вульфу надлежит приложить все усилия для достижения этой
цели. Если в ходе расследования его обязательства по настоящему поручению
придут в противоречия с обязательствами по имеющемуся поручению от
"Континентальных пластмасс", запятая, подразумевается, запятая, что он
откажется от поручения "Континентальных пластмасс" и будет
руководствоваться настоящим поручением. Одновременно подразумевается,
запятая, что я не стану чинить препятствий выполнению Вульфом его
обязательств перед "Континентальными пластмассами", запятая,
предварительно не поставив его в известность.
Он обратился к ней:
- Предварительного гонорара не требуется; мистер Эйкен тоже его не
платил. Выставлю я вам счет или нет и на какую сумму, будет зависеть от
обстоятельств. Я не рассчитываю получить солидное вознаграждение от двух
разных клиентов за одни и те же услуги. И я не стану рассчитывать на какое
бы то ни было вознаграждение от вас, если, к примеру, установлю, что вы
сами убили своего мужа.
- В таком случае вы бы его и не получили. Было время, когда мне
хотелось его убить, но давным-давно, когда дети еще были маленькие. - Она
взяла у меня первый экземпляр и надела очки. - Формулировка неверна. Когда
вы установите убийцу, вы сообщите мне, а уж я буду решать.
- Чепуха. Решать будет народ штата Нью-Йорк. В процессе установления
его личности к нашему с вами обоюдному удовлетворению я неизбежно
раздобуду улики, которые не имею права утаивать. Арчи, подай ей ручку.
- Я не стану это подписывать. Я обещала мужу никогда ничего не
подписывать, не показав сначала ему.
Вульф вздернул уголок рта - у него это называется улыбкой. Он
неизменно бывал доволен, когда находил подтверждение своей теории о
неспособности женщин к тому, что он именует последовательностью
умозаключений.
- В таком случае, - спросил он, - не переделать ли так, чтобы я его
подписал? Сформулировав мои обязательства по настоящему поручению?
- Нет. - Она возвратила мне документы, один за подписью Эйкена,
второй - оставшийся неподписанным. - Что толку подписывать? Важно, что
делаешь, а не что подписываешь. Какой предварительный гонорар вас устроит?
Он только что говорил, что никакой. Теперь он сказал:
- Один доллар.
Судя по всему, она приняла ответ как должный. Она открыла сумочку,
положила туда чековую книжку, вытащила кошелек, а из него - долларовую
бумажку и поднялась, чтобы вручить ее Вульфу. Затем она повернулась ко
мне:
- А сейчас я хочу видеть эту комнату.
- Не сейчас, - подчеркнуто возразил Вульф. - Сейчас у меня есть
вопросы. Сядьте.
- Какие вопросы?
- Мне требуются сведения, все, что я смогу получить, и это займет
какое-то время. Сядьте, пожалуйста.
- Какие вопросы?
- Самые разные. Вы сказали, что долгие годы знали о болезни мужа, о
его мании на половой почве, поэтому логично заключить, что вы не пожалели
сил, чтобы разузнать о его попытках ублажить снедавший его недуг. Мне
нужны имена, числа, адреса, события, детали.
- У меня вы их не узнаете. - Она одернула на себе палантин. - Я давно
махнула на все это рукой. Однажды, когда дети были маленькие, я спросила
моего врача, нельзя ли с этим что-нибудь сделать, может, какая операция
поможет, но по тому, что он мне объяснил, я поняла: муж на это не пойдет,
а ничего другого в запасе у меня не было, так что не стоило огород
городить. У одной моей знакомой муж пьяница, так это куда хуже...
В дверь позвонили. Я положил бумаги в ящик, вышел в прихожую, но не
увидел на крыльце еще одного многообещающего клиента. Инспектор Кремер из
отдела по расследованию убийств Западного управления бывал для нас кем
угодно - противником, угрозой, нейтральным лицом, раз или два союзником,
но клиентом - никогда, и весь его вид по ту сторону поляроидного стекла,
разворот плотных плеч и выражение широкого круглого лица весьма
красноречиво говорили, что он пришел отнюдь не внести предварительный
гонорар. Я посадил дверь на цепочку, приоткрыл ее на два дюйма (столько
позволяла цепочка) и произнес в щель:
- Привет. Двери не открываю, потому что мистер Вульф не один. Чем
могу быть полезен?
- Ничем. Я знаю, что он не один - миссис Томас Дж.Йигер сидит у вас
скоро как полчаса. Откройте.
- Устраивайтесь как дома, а я схожу узнаю, - с этими словами я закрыл
дверь, вернулся в кабинет и сказал Вульфу: - Портной. Говорит, его
служащий с полчаса как принес костюм, и желает с вами об этом
побеседовать.
Он поджал губы и хмуро взглянул на меня, на нее и снова на меня.
Всякий раз, как слуга закона появляется на нашем крыльце и требует, чтобы
его впустили, первое поползновение Вульфа - послать меня сообщить, что он
занят и просил не беспокоить, а если речь идет об инспекторе Кремере, то
тем более. Но положение и без того было достаточно щекотливым. Если
фараоны вышли на след к тому дому и застукали там Фреда Дэркина, нам
предстояло бурное плаванье, и спокойней оно не станет, если вынудить
Кремера ворваться к нам в дом с ордером в руках. Нужно было подумать и о
миссис Йигер. Раз Кремер знал, что она пробыла здесь почти полчаса, яснее
ясного, что за ней шел "хвост", и невредно было узнать - с какой целью.
Вульф обратился к ней:
- Инспектор полиции Кремер находится у дверей, он знает, что вы
здесь.
- Он не знает этого, - решительно возразила она. - Откуда он может
знать?
- Спросите его. Но логично предположить, что за вами шли по пятам. Вы
находитесь под наблюдением.
- Они бы не посмели! _Я_? Не верю. Если только они...
Звонок зазвонил снова. Вульф повернулся ко мне и сказал:
- Ладно, Арчи.
9
Когда встречаются эти двое, Вульф и Кремер, я, понятно, отнюдь не
выступаю незаинтересованным наблюдателем. Я не только принадлежу к одной
из сторон и ее поддерживаю - не следует забывать и о той фундаментальной
истине, что фараоны и частные сыщики всегда были и будут врагами. За
спиной у нью-йоркского фараона - сила и волеизъявление восьми миллионов
человек; за спиной у частного сыщика - только право на жизнь, свободу и
поиски счастья, что, конечно, прекрасно, однако само по себе ничему помочь
не может. Я хоть и заинтересованный, но наблюдатель, и одно из преимуществ
моего положения - присутствовать при том, как Кремер входит в кабинет и
впивается в Вульфа своими проницательными серыми глазами, а Вульф, чуть
задрав голову влево, отвечает ему взглядом в упор. Кто нанесет первый удар
и какой он будет - короткий прямой по корпусу, хук или свинг?
На сей раз я обманулся. Первая короткая схватка не состоялась - ей
помешала миссис Йигер. Не успел Кремер переступить порог кабинета, как она
на него набросилась:
- За мной что, по пятам ходят?
Кремер посмотрел на нее с высоты своего роста и вежливо ответил:
- Доброе утро, миссис Йигер. Надеюсь, вам не причинили беспокойства.
Пока убийца разгуливает на воле, мы не хотим рисковать. Для вашей защиты
мы сочли целесообразным...
- Не нужна мне никакая защита, и я ее не желаю! - Когда она
закидывала голову, складка между двумя подбородками становилась не такой
заметной. - Вы выследили меня до этого дома?
- Не я. Один из моих людей. Мы...
- Где он? Я хочу его видеть. Пригласите его сюда. Я заявляю вам и
заявлю ему - я _н_е _п_о_з_в_о_л_ю_, чтобы за мной следили. Для моей
защиты? - Она фыркнула. - Лучше бы защитили моего мужа. Его убивают на
улице, швыряют в яму, а вы даже тела найти не сумели. Дождались, что его
нашел какой-то мальчонка. Где этот ваш человек?
- Он всего лишь исполнял приказ, - в голосе Кремера появились резкие
нотки. - Он шел за вами до этого дома, а вам, может, и _в _с_а_м_о_м
д_е_л_е_ требуется защита. Защищать приходится не только от актов насилия,
но и от других вещей, например, от ошибок. Может, ошибкой был ваш приход
сюда. Если же вы пришли рассказать Ниро Вульфу то, чего не рассказали нам
- про вашего мужа, что связано или могло быть связано с его смертью, - вы
сделали самую настоящую ошибку. Вот почему я хочу знать, что вы сказали
ему, а он вам. Дословно. Вы провели здесь почти полчаса.
На какой-то миг я подумал, что она сейчас расколется, да она и хотела
расколоться. Я полагаю, ей пришло в голову, что самый простой и быстрый
способ увидеть ту комнату на Восемьдесят второй улице - это рассказать о
ней Кремеру, и она вполне могла на это пойти, если б не услышала за спиной
голос Вульфа:
- Если пожелаете, мадам, я верну предварительный гонорар.
- Ой, - сказала она, не поворачиваясь, и объяснила Кремеру: - Я
наняла его, чтобы он кое-что сделал.
- Что именно?
- Выяснил, кто убил моего мужа. Его тело и то не вы нашли, а теперь
ходите за мной по пятам, будто вам больше нечем заняться, и городите чушь
про какую-то защиту, хотя защищать меня не от кого и не от чего. Если б
мне понадобилось что-то кому-то рассказать, я бы рассказала ему, а не вам.
- Она пошла прямо на Кремера. - Дайте пройти: я намерена поговорить с этим
человеком.
- Вы совершаете ошибку, миссис Йигер. Я хочу знать, о чем вы
рассказали Вульфу.
- У него и спрашивайте. - Видя, что Кремер стоит как вкопанный, она
его обошла и направилась в прихожую. Я проводил ее до дверей. Когда я
взялся за ручку, она подошла вплотную и, вытянув шею, прошептала мне на
ухо: - Когда покажете эту комнату?
- Как только подвернется возможность, - шепнул я в ответ. Я бы с
удовольствием постоял в прихожей и посмотрел, как она примется за поиски
"хвоста", но, если Кремер спросит Вульфа: "Когда вы заняли комнату на
Восемьдесят второй?", - я хотел бы при этом присутствовать; я закрыл дверь
и вернулся в кабинет.
Но Кремер ничего не спрашивал. Он сидел в красном кожаном кресле, и
Вульф говорил ему:
- ...А это спорно. Я не обязан отчитываться перед вами за то, что
принял предварительный гонорар, если вы не выдвинете против меня
обвинения, что я мешаю вам исполнять ваши служебные обязанности, и сумеете
это обосновать.
- Если б не мог обосновать, - ответил Кремер, - я бы к вам не пришел.
Меня привело сюда не одно сообщение, что миссис Йигер у вас. Хватило бы и
того доказательства, что вы встряли в расследование убийства, но это не
все. Я предлагаю вам сотрудничество с нами, поставив прямой вопрос: что вы
узнали о Йигере такого, что могло бы помочь в установлении личности
убийцы?
Итак, он знал про комнату, и мы приперты к стене. Я подошел к своему
столу и уселся. Предстояли неприятности; для Вульфа лучше всего, вероятно,
было выложить все начистоту и поставить крест на клиентах.
Он не сделал ни того, ни другого. Он гнул свою линию. Покачав
головой, он возразил:
- Вы же не тупица. Представим на минуту - мне конфиденциально
сообщили, что определенное лицо задолжало Йигеру большую сумму, и Йигер
торопит с уплатой долга. Возможно, это и помогло бы установить убийцу, но
я не обязан передавать вам эти сведения, если мне не докажут, что они и _в
с_а_м_о_м _д_е_л_е_ помогут. Вопрос ваш достаточно прямой, но он
неуместен, и вы это знаете.
- Значит, вы признаете, что располагаете информацией?
- Ничего я не признаю. Если у меня и вправду есть информация,
ответственность за решение, имею ли я право ее утаить, лежит на мне - как
и риск.
- Какой там в задницу риск! Кому другому, а только не вам, везунчику
чертову, толковать о риске. Попробую задать другой вопрос, поконкретней и,
может, не такой уж неуместный. Почему Гудвин звонил Лону Коэну в "Газетт"
в пять вечера в понедельник и просил данные по Йигеру за два часа до того,
как нашли тело Йигера?
Я постарался и глазом не моргнуть; судя по всему, мне это удалось, а
то бы Кремер прочитал у меня на лице облегчение - глаз у него наметанный,
а опыт большой. Но про себя я смеялся. Они не обнаружили комнату - просто
настучал какой-то подонок из "Газетт", и они решили на этом сыграть.
Вульф проворчал:
- Действительно конкретный вопрос.
- Верно. А теперь и ответьте конкретно. На моей памяти вы частенько
влезали в расследование убийств, нас этим не удивишь, но, клянусь небом,
чтобы еще и опередить находку тела - такое с вами впервые. Откуда вы
знали, что он уже мертв?
- Я не знал. Не знал и мистер Гудвин. - Вульф выставил руку ладонью
вперед. - Мистер Кремер, я не за всякую работу берусь, но уж если берусь,
то чтобы заработать, и тут, бывает, приходится сознательно идти на риск.
Сейчас я рискую. Действительно, некто - назовем его Икс - произнес в этой
комнате в понедельник нечто такое, что заставило мистера Гудвина позвонить
мистеру Коэну и попросить данные о Томасе Дж.Йигере. Но, во-первых,
сказанное Иксом никоим образом не указывало на то, что он знал о смерти
Йигера, и мы считаем, что он о ней и не знал. Во-вторых, сказанное им
никоим образом не подразумевало, что Йигеру грозит опасность, что кто-то
намерен его убить. В-третьих, все сказанное Иксом - неправда. Мы выяснили,
что каждое его слово - ложь с начала и до конца. А поскольку наши выводы о
том, что он не знал о смерти Йигера и по этой причине не мог быть убийцей,
имеют под собой твердое основание, я имею право не разглашать его лживые
заявления, по крайней мере сейчас. Мне нечего вам сообщить.
- Кто этот Икс?
- Не знаю.
- Так я и поверил. Это миссис Йигер?
- Нет. Я не назвал бы вам его имени, даже если б и знал, но я не
знаю.
Кремер подался вперед:
- Значит, сознательно идете на риск? Имеете право? Черта с два.
Слишком часто на моей памяти...
Зазвонил телефон, я развернулс...
