Робер Асприн. Миф - 11. Миффия невыполнима
страница №2
...а тонкое и очень верное замечание, малыш, - кивнул Ааз,возвращаясь к изучению карты.
Я тоже склонился над листком. Вообще-то там не было ничего, кроме
нескольких точек, нескольких линий и каких-то надписей. Мне карта казалась
совершенно бестолковой. Ориентируясь по ней, я даже не смог бы вернуться
на то место, где мы появились, не говоря уж о том, чтобы прыгнуть в иное -
предпочтительно родное - измерение.
- Итак, карта меняется. Что это может значить? - спросил я.
На мой вопрос, естественно, никто не удосужился ответить.
- Стараниями Перемещальника мы сейчас находимся здесь. - Танда
показала на точку с надписью "Завихрение Э1". - Отсюда мы можем
отправиться в одно из пяти измерений. Из этих пяти наиболее многообещающим
мне представляется измерение, именуемое Кол-Доб.
- Да, к нему ведет самая прямая линия, - заметил Ааз.
- Вы знакомы с миром Кол-Доба? - спросил я. - Или с другими,
отмеченными на карте? Танда в ответ лишь покачала головой.
- А как ты, Ааз?
- Нет, малыш, не знаком.
Я посмотрел на него, затем перевел взгляд на Танду, Интересно, как
они рассчитывают туда перепрыгнуть? Ведь они оба утверждали: чтобы попасть
в другое измерение, надо его хорошо знать.
- В таком случае получается, что мы здесь застряли капитально.
Означает ли это конец путешествия?
- Нет, - ответил Ааз, вытаскивая из-за пояса И-Скакун.
Затем, быстро просмотрев перечень обозначенных на И-Скакуне измерений
и сверив их с надписями на карте, вздохнул и сунул прибор обратно за пояс.
По этому вздоху я понял, что нам конец. Названия всех пяти измерений,
на которые мы могли прыгнуть с Завихрения номер раз, на И-Скакуне
отсутствовали.
- Проклятие! - воскликнула Танда. - Я с самого начала чувствовала,
что случится нечто подобное. - С этими словами она поднялась с пола и
отряхнула пыль с брюк.
- Не нравится мне это, - глубокомысленно заключил Ааз, встал с пола,
тщательно сложил карту и сунул ее в поясную сумку.
- Ну и что же нам теперь делать? - поинтересовался я.
Танда поманила меня к себе, а когда я приблизился, запечатала мне
рот. Это произошло настолько быстро, что я и опомниться не успел.
- Прости, - улыбнулась она, - но рисковать мы не имеем права.
Я попытался возразить, но вместо слов у меня получилось уже хорошо
знакомое "Вгггххх!".
Мне это начинало изрядно надоедать. Еще одна подобная операция - и
мои губы будут болеть целую неделю.
Мгновение спустя мы - без всякого предупреждения со стороны Танды или
Ааза - оказались в большой палатке. Перемещальник сидел за столом на своем
месте.
Глава третья
Бесплатных поездок не бывает.
Управление городского транспорта
- Десять процентов за ответ на ваш вопрос, - - сурово и решительно
произнес Перемещальник, разглядывая Танду и почесывая, если можно так
выразиться, шею.
Не обращая внимания на то, кем было в данный момент это существо, я
следил, как оно постоянно меняет личину. Какая-то его часть казалась
аморфной, так как находилась в процессе превращения.
Менялись волосы, цвет кожи, удлинились руки. Словом, ничто в его теле
не сохраняло форму более чем на несколько секунд. Его голос, кресло под
ним и глаза тоже менялись. Картина была весьма впечатляющей.
Когда я творил Заклинание личины, я мог менять одежду, размер и форму
тела, но с глазами у меня ничего не получалось. Судя по глазам
Перемещальника, в нем одновременно слились не менее сотни различных
существ. Я хотел спросить, как у него это получается, но, осознав, что мой
рот запечатан, от этой идеи отказался.
- Десять процентов?! - переспросил Ааз, пытаясь из последних сил
держать себя в руках.
- Да. Сверх тех пяти, о которых мы с вами уже достигли соглашения.
Мне показалось, что жилы Ааза вздулись так, что вот-вот вылезут из-
под зеленой чешуи. Танда, судя по ее виду, была готовя в любой момент
залепить пасть и ему.
Мне очень хотелось обвинить Перемещальника в алчности, но, по
счастью, подобной возможности у меня не было.
- Нет, так не пойдет, - покачала головой Танда. - Мы дадим тебе еще
пять процентов и будем добавлять еще по пять, когда нам потребуется твоя
помощь в этом путешествии.
Перемещальник превратился в высоченное создание с вытянутой
физиономией и сотней крошечных зубов в отвратительного вида пасти. Услышав
слова Танды, создание улыбнулось - или изобразило нечто такое, что я
принял за улыбку.
- Согласен, - сказало оно. Ааз выглядел так, будто у него вот-вот
начнется припадок ярости, но усилием воли он сумел сдержаться. Я был
весьма удивлен. У него отхватили большой кусок прибыли, а он ничего при
этом не уничтожил и не разломал. Подобное с ним случалось нечасто. С
деньгами Ааз расставался с великой неохотой, и, если мы найдем золотую
корову, он вряд ли добровольно захочет делиться золотым молочком, подумал
я. Но сейчас у него не оставалось иного выбора, кроме как обещать минимум
десять процентов от стоимости находки. У меня не было сомнений в том, что
в ходе этой нелепой авантюры нам еще не раз придется побывать в этой
палатке.
- И куда же вы теперь направляетесь? - спросило существо.
- На Кол-Доб.
Перемещальник, похоже, испытывал некоторые сомнения, поскольку
процесс трансформации на миг замедлился.
- Ну что ж, будь по-вашему, - произнес он почти печально, и в
следующий миг мы оказались посреди обширного луга, поросшего какими-то
растениями с толстыми стволами и усыпанного оранжевыми цветами. Небо над
нашими головами было окрашено в голубые и розовые тона, а луговину
окружали деревья с темно-зеленой листвой. Далеко на горизонте розовели
горные вершины. Я был готов сотворить Заклинание личины, чтобы защитить
нас всех от любого урагана, но теплый и чуть влажный воздух был совершенно
неподвижен. По правде говоря, это было одно из самых красивых измерений из
тех, где мне удалось побывать. Интересно, какие счастливцы здесь обитают?
Танда быстро повернулась вокруг собственной оси, и я был уверен в том, что
она увидела нечто такое, за что не мог зацепиться мой взгляд.
- Десять процентов, - пробормотал, скрипя зубами, Ааз.
Танда приложила пальчик к губам моего наставника, чтобы тот помолчал.
Я принялся всматриваться в линию деревьев, стараясь разглядеть угрожающую
- , опасность.
Ничего.
Но судя по реакции Танды и тем колебаниям, которые испытывал
Перемещальник, мы попали в место, не отличающееся гостеприимством.
Красивое, но негостеприимное.
- Давай карту, - прошептала она Аазу. - Быстро!
Она знаком велела нам пригнуться, что мы и сделали. Растения и цветы
на лугу были нам по колено, в них не укроешься, а запах у них был точно
такой, как у моего дракона, когда тот мочится под себя. Я считал, что нам
надо как можно быстрее двигаться к опушке леса, где мы сможем дать бой в
случае нападения, но в нашей компании лишь Танда была когда-то
профессиональной убийцей, и лишь она знала, что надо делать. Во всяком
случае, я надеялся, что знала.
Ааз развернул карту и осторожно расстелил ее поверх растений. С
первого взгляда стало ясно, что карта изменилась снова. От Кол-Доба -
измерения, где мы находились в данный момент, - шла лишь одна линия,
ведущая в тот волшебный мир, где обитало золотое жвачное. Линия упиралась
в надпись "Завихрение Э4". Не Э2, как можно было ожидать, или в крайнем
случае Э3, но Э4.
Танда кивнула и знаком велела побыстрее сложить и убрать карту.
После этого мы выпрямились. Едва подняв голову, я заметил какое-то
движение. Собственно, это было вовсе не движение. Просто растения,
покрывающие луг, начали дергаться и раскачиваться, словно кто-то очень
низенький бежал среди них по направлению к нам.
Затем примерно в сотне шагов от нас из травы высунулась голова -
змеиная голова, величиной значительно превосходившая мой череп. У нее были
желтые щели-глаза, а из пасти торчали два здоровенных клыка. Длину гадины
определить было невозможно, так как ее тело скрывала растительность, а
заняться измерениями у меня не было настроения. Мгновение спустя справа от
первой головы возникла вторая. Затем еще одна. И еще. Я сделал пируэт,
словно завзятый танцор, и увидел, что змеи окружают нас со всех сторон.
Если мы не сумеем ничего предпринять - и при этом очень быстро, - у нас
много шансов оказаться главным лакомством на их обеде.
- Прекрасное местечко, - заметил Ааз, а трава тем временем шевелилась
все ближе и ближе к тому месту, где мы стояли. - Уже скоро.
Я попытался внести предложение, но из запечатанного рта вырвались
ставшие уже знакомыми звуки:
- Агггххх, тгггхх, нгггхх.
- Что случилось? - спросила Танда. - Неужели мальчик испугался
малюсенькой змейки?
Я в ответ яростно закивал. Еще одна чудовищная змеиная голова
вынырнула из травы в каких-то пятидесяти шагах от нас. Эта тварь выглядела
не только голодной, но и очень сердитой.
- Хорошо тебя понимаю. Я тоже боюсь.
Едва она успела это произнести, как мы снова оказались под ударами
пылевой бури на Завихрении Э 1.
- Берегись, Скив! - взревел Ааз, когда на нас обрушился удар урагана.
- Не беспокойся, - сказала Танда, прежде чем я успел что-то сделать.
- Ему ничего не угрожает.
В тот же миг мы оказались в палатке Перемещальника, который на сей
раз был почти точной копией кол-добской змеи.
- Ничего себе, - фыркнул Ааз.
- Завихрение Э4, пожалуйста, - сказала Танда, сразу беря быка за
рога.
- Это означает пятнадцать процентов.
- Я помню наш уговор, - бросила Танда, прежде чем Ааз успел вставить
хотя бы слово, и повторила: - Подбросьте нас на Четвертое Завихрение,
пожалуйста.
Смахивающий на змею Перемещальник кивнул, мы оказались в очередном
измерении, и на нас снова обрушилась эта идиотская пылевая буря. Вынужден
признать, что, опять оказавшись в измерении, на котором бушевал ураган, я
испытал чудовищное потрясение. Танда знаком велела нам следовать за ней.
Только добравшись до места, я догадался, где мы находимся. Раньше я этого
./`%$%+(bl не мог, потому что для меня все пылевые бури похожи друг на
друга как две капли воды. Лишь увидев бревенчатую хижину, маячащую в
полутьме, словно корабль в тумане, я догадался, что мерзавец Перемещальник
заслал нас на Завихрение Э1. Итак, мы оказались снова в первом квадрате. В
первом-то первом, но не совсем. Все-таки это было Завихрение Э4, а не
Завихрение Э1.
Окончательно я в этом убедился, когда вошел в бревенчатую хижину.
Помещение теперь было заполнено ветками, и там даже стояла какая-то
обшарпанная мебель. На полу не было никаких следов от моего костра.
- Надеюсь, на сей раз ты их видел? - спросила Танда.
- Кого их? - мрачно буркнул Ааз.
- Мне удалось их как следует рассмотреть. Там, в клубах пыли, -
продолжала Танда.
- Ну и кто же это был?
- Пылевые зайцы. Целая стая. - С этими словами она обхватила себя за
плечи, чтобы унять дрожь.
Мы с Аазом переглянулись в недоумении и дружно пожали плечами. В
который раз мой наставник и я продемонстрировали полное незнание предмета,
который так тревожил Танду.
К тому времени, когда я разжег костер посередине хижины, а Танда
навела защитный экран, мне была возвращена способность говорить. Губы
растрескались и болели, но по крайней мере снова могли двигаться.
- Итак, Завихрение Э4 очень похоже на Завихрение Э1, - сказал я.
- В этом есть смысл, - кивнула Танда. - Не будь они так похожи,
каждое измерение получило бы свое название.
- Значит, если имеются иные, похожие друг на друга измерения, -
продолжал рассуждать я, - они тоже должны быть пронумерованы.
- Скорее всего, - согласилась Танда, - но я о существовании других
близнецов-измерений ничего не слышала.
- Итак, мы отдали этим жуликам еще пять процентов, - произнес Ааз с
явным отвращением. - Нам следовало отправиться на поиски самостоятельно.
Я не имел ни малейшего представления о том, как мы могли это сделать,
но промолчал, поскольку мои познания в области перемещений между
измерениями были крайне ограниченными.
- Сомневаюсь, - покачала головой Танда. - Сейчас мы очень и очень
далеко от Завихрения Э 1. Мне ни разу не приходилось удаляться на такое
число измерений от Базара-на-Деве.
- О-о-о: - протянул Ааз.
- Откуда ты знаешь? - спросил я. - Может быть, я не замечаю каких-то
верстовых столбов, когда мы в один миг переносимся из измерения в
измерение?
- О столбах мне ничего не известно, - рассмеялась Танда.
- Понимаешь, малыш, когда у существа есть способность прыгать из
измерения в измерение, он шестым чувством знает, сколько измерений
осталось между ним и тем местом, с которого он совершал прыжок, - пояснил
Ааз. - Точное число определить невозможно, но порядок ощущается довольно
верно.
- И чем дальше измерение, тем труднее совершить скачок, - добавила
Танда. - А риск промахнуться и заблудиться многократно возрастает.
- Так вот, значит, почему мы с Кол-Доба возвращались через Завихрение
Э1, - догадался я.
- Да. Так было безопаснее.
- Неужели это означает, что каждый новый прыжок по этой карте уводит
нас все дальше и дальше от дома? - спросил я жалобно, поскольку понятия не
имел, что такое возможно.
Мой пост придворного мага, конечно, не лучшая должность во вселенной,
но во дворце я чувствовал себя несравненно лучше, чем в этом далеком
измерении с отвратительным климатом.
- Пока да, - ответила Танда. - Но мы должны следовать указаниям на
карте. Сокровище спрятано основательно, не всякий дурак его найдет.
Мне ее слова тоже почему-то не понравились.
Ааз стянул перчатки и расстелил карту на полу так, чтобы мы могли ее
видеть в свете костра.
Как мы и предполагали, карта снова претерпела изменения.
От Завихрения Э4 теперь отходили шесть линий, каждая из которых
завершалась названием места.
Все шесть линий вели в направлении сокровища, но ни одна из них
строго не указывала на него. Да, Танда оказалась права, карта не скупилась
на новые и новые пакости.
Названия в точках, которыми заканчивались линии, звучали более чем
странно. Все они были комбинацией одних и тех же букв. Если читать слева
направо, то измерения шли в следующем порядке; Ит, Акд, Алее, Ита, Кдал и
Ее.
- Ты знаешь хотя бы одно из этих измерений? - спросил Ааз.
- Нет, - призналась Танда. - А ты?
- Тоже не знаю, - ответил Ааз, - и наше невежество обойдется нам еще
в пять процентов.
- Ничего не поделаешь, - пожала плечами Танда. - Думаю, что нам
следует отправиться в первое из обозначенных измерений.
- Значит, это будет Ит, - пояснил я. Ааз в ответ то ли застонал, то
ли зарычал, а потом поднялся и стал складывать карту.
- Надеюсь, что мы возвращаемся сразу на Завихрение Э1, - сказал я. -
Еще одна встреча со змеями мне почему-то не улыбается.
- Прыжок будет гораздо безопаснее, если мы сделаем промежуточную
остановку на Кол-Добе, - серьезно произнесла Танда. - Полагаю, что лишний
риск нам ни к чему.
- Надеюсь, ты шутишь? - поинтересовался я. При мысли о том, что снова
придется встретиться со змеями, мое сердце упало куда-то в район желудка.
- Не беспокойся, малыш, - улыбнулась она. - Отсюда я смогу
перемахнуть на Завихрение Э1. Так что встреча со змеями отменяется.
Ааз уже был готов к перемещению, и ровно в следующую секунду мы
совершили скачок.
Пыль засыпала меня с ног до головы за те несколько мгновений, которые
потребовались Танде, чтобы убедиться, что мы на Завихрении Э1, и
подготовиться к следующему скачку.
На сей раз Перемещальник встретил нас, приняв форму дивана. Круглые
глаза размещались в торцах валиков, а уши превратились в пару огромных
диванных подушек. Если бы нам захотелось присесть, пришлось бы садиться на
его здоровенный розовый язык. Я подозревал, что, начиная с этого момента,
стану присаживаться на любой диван с долей опаски.
- Нам необходимо попасть в измерение Ит, - сказала Танда.
- Теперь мои - двадцать процентов, - заметило чудовище. Его огромный
язык двигался так, что создавалась полная иллюзия, будто кто-то невидимый
взбивает подушки.
- Знаем, - ответила Танда, и мы в тот же миг оказались посреди
широкой и, по счастью, совершенно пустынной улицы.
Вдоль улицы, по ее обеим сторонам, стояли простые деревянные здания.
Небо на Ите было затянуто серыми, унылыми облаками, а воздух оказался
чистым и довольно прохладным. Я порадовался тому, что в моем арсенале
личин хранились теплые пальто и шапки.
Оглядевшись по сторонам, я еще раз убедился, что во вселенной
попадаются весьма необычные измерения. Улица, теряясь в бесконечности,
уходила в обе стороны, а вдоль нее стояли совершенно одинаковые дома. У
всех домов была довольно странная форма, каждый имел по две двери и по два
окна. Мы видели только фасады; как выглядят дома сбоку или сзади,
рассмотреть было невозможно, потому что улица больше всего походила на
неширокий каньон. Я не понимал, как местные жители ухитряются в этом
единообразии отыскивать свое жилище. Помимо одинаковой высоты и формы, все
дома имели один и тот же цвет, и ни на одном из них не было
опознавательных знаков.
- Интересно, куда подевались все жители? - спросил я.
- Давайте-ка взглянем на карту, - предложил Ааз. - Может быть, там
найдется ответ.
- Не нравится мне этот ландшафт, - заметила Танда. Судя по
напряженному виду, она и здесь ожидала каких-то неприятностей.
Ааз вынул карту и расстелил ее на краю проезжей, если так можно
"k` '(blao, части. Измерение, в котором мы находились, было обозначено
четко, и от него исходила всего лишь одна линия.
Очередной станцией назначения должно было стать Завихрение Э6. Меня
утешало лишь то, что мы благополучно миновали Завихрение Э5, а равно и
Завихрения под номерами 2 и 3. Танда взглянула на карту и покачала
головой. На какой-то момент мне показалось, что Ааз готов скомкать клочок
пергамента и выбросить его прочь, но здравый смысл, судя по всему, взял
верх, и мой наставник, аккуратно сложив листок, сунул его в сумку.
Внезапно окно ближайшего к нам дома распахнулось, и в нем появилось
какое-то создание.
- А у нас гости, - негромко произнес я.
Ааз и Танда безмолвно уставились на второе создание, появившееся
рядом с первым. Я огляделся и увидел, что в каждом окне маячат обитатели
домов. Все они были похожи друг на друга как две капли воды.
Серые костюмы, серые волосы, серые лица и пара рук. Само собой
разумеется, что все они были одинакового роста и телосложения. Как я смог
заметить, когда одно из этих существ двигалось, все остальные совершенно
строго воспроизводили его движение.
- Они меня пугают, - сказала Танда, и через миг мы уже оказались в
туче пыли.
- Предупреждать надо, - проворчал Ааз.
- Это Завихрение Э4, - крикнула Танда, пытаясь перекрыть рев урагана.
- Мы совершим следующий скачок до того, как зайцы успеют нас схватить.
Пылевая буря прекратилась, но лишь для того, чтобы мгновение спустя
обрушиться на нас с новой силой.
Я понял, что мы уже прыгнули на Завихрение Э1. Еще один скачок - и мы
оказались в палатке Перемещальника.
- Завихрение Эб, пожалуйста, - сказала Танда хозяину палатки,
который, утратив форму дивана, превратился в существо, явно появившееся на
свет в результате скрещивания кошки и обеденного стола.
- Двадцать пять процентов, - произнес кошко-стол (или столо-кошка,
если последнее вам больше по вкусу).
Ааз заскрипел зубами настолько громко, что скрежет заполнил всю
палатку.
- Вы раздражаете моего друга, постоянно повторяя одно и то же, -
сказал я и тут же понял, что выложил все, что у меня на уме. Танда забыла
запечатать мне рот.
Ааз ожег меня взглядом, я в ответ лишь пожал плечами.
- Уговор дороже денег, - ответил Перемещальник.
Я хотел было сказать ему, что договор с деволом и гроша ломаного не
стоит, но Танда положила ладошку на мой рот и повторила:
- Завихрение Э6, пожалуйста. Мы согласны на комиссионные в двадцать
пять процентов.
Перемещальник кивнул (это означало, что стол слегка помахал одной из
своих ножек), и мы снова оказались под ударами пыльной бури. Буря была не
слабее, чем на двух предыдущих Завихрениях. Но когда мы оказались рядом со
старой бревенчатой хижиной, я заметил, что Завихрение Э6 существенно
отличается от Э1 и Э4. В хижине горел свет. На сей раз кто-то был дома.
Глава четвертая
Никогда не берите к себе в машину автостопщиков!
Д.Адамс
Желтоватый свет в окне хижины послужил своего рода предупреждающим
сигналом. Мы остановились шагах в двадцати от дверей и уставились сквозь
клубы пыли на свет. Что касается меня, я был несколько встревожен. После
двух посещений этого измерения бревенчатая хижина казалась мне
продолжением собственного дома.
Кто посмел поселиться в моей избушке?!
- Ну и что же нам теперь делать? - проорал я Аазу, пытаясь
перекричать рев бури.
- Здесь есть еще что-нибудь? - спросил он у Танды.
Зеленая чешуя на физиономии моего наставника была забита пылью. Ааз
был чистюлей, и после того как ему пришлось отдать часть еще не найденного
сокровища туристическому агенту (не помню, как еще он величал
Перемещальника), пыль, грязь и ветер его настроения явно не улучшали.
- Я знаю только, что здесь водятся пылевые зайцы, - сказала Танда. -
Перемещальник внушил мне лишь общее направление первого скачка. Никаких
других сведений он в мой мозг не вложил.
- Придется постучать, - громко произнес я.
У Танды и Ааза других предложений не оказалось, поэтому я прошел по
сугробам пыли к дверям и постучал. Танда встала слева от меня, Ааз
остановился в пяти шагах и прикрыл лицо руками. Я был готов в случае
необходимости быстро поменять ему личину: зеленая чешуя демона обычно
приводила большинство живых существ в трепет.
Внезапно дверь распахнулась, и я увидел перед собой девушку. На ней
была рубашка с длинными рукавами, черные брюки, а волосы она зачесала
назад. Она улыбнулась, карие глаза радостно блеснули, и все мое существо
наполнилось теплом. По моей прикидке, мы с ней были примерно одного
возраста.
Увидев меня, она улыбнулась еще нежнее.
- Ты, наверное, Скив, - произнесла она. - Проходи. Папа сказал, что
ты рано или поздно появишься.
Я стоял в клубах пыли и с изумлением смотрел на нее. Ее слова
потрясли меня безмерно. Она знала, как меня зовут. Она меня ждала. Она
ждала моего появления, дыша пылью на расстоянии тысячи измерений от моего
дома!
Мне захотелось повернуться и как можно скорее бежать назад в ураган.
И я бы это сделал, если бы ноги не отказались мне повиноваться.
- Входи, - повторила девушка. - Здесь слишком ветрено.
Несмотря на повторное приглашение, я не смог сдвинуться с места. Я,
наверное, так бы и погиб, погребенный пылью, если бы Танда довольно грубо
не толкнула меня в спину. Девушка отступила, давая нам возможность войти в
хижину.
Если бы я не знал, что это та хижина, которую мы видели, прыгая по
измерениям, то никогда бы не догадался. Теперь здесь были деревянные полы,
щели в стенах отсутствовали, в комнате - тепло и уютно. Посреди стоял стол
с четырьмя стульями, в центре стола красовалась ваза с фруктами. У одной
из стен была оборудована небольшая кухня. Там виднелись стойка для
приготовления пищи и несколько шкафов с выдвижными ящиками. В камине горел
огонь, что придавало помещению особое очарование. У дальней стены
располагалась постель, аккуратно прибранная и застеленная красивым синим с
золотом покрывалом. В изголовье поверх покрывала лежала подушка.
При виде Ааза юная дама совсем не удивилась, что испугало меня еще
сильнее. Появление извергов обычно пугает всех людей чуть ли не до
полусмерти - одни боятся их вида, другие - их дурной славы.
Я наконец ухитрился подобрать слова, чтобы задать нужный вопрос:
- Откуда вы меня знаете?
- Неужели она тебя знает, малыш? - изумился Ааз, который стоял
слишком далеко от меня и едва ли мог слышать слова девушки.
Хозяйка хижины рассмеялась, а я испугался еще сильнее. Ее смех был
само совершенство - мягкий, но в то же время звонкий и раскованный. Ее
смех чем-то напоминал легкий ветерок в жаркий летний полдень.
- Строго говоря, я его не знаю, - сказала она, снова рассмеявшись. -
Я не знакома с ним в традиционном значении этого слова, да и в ином
значении тоже, если на то пошло. Хотя должна сказать, что не возражала бы,
если бы вы поняли, что я имею в виду.
Я понятия не имел, что она имеет в виду. У меня возникло желание
спросить, сколько значений имеет слово "знакомство", но решил отложить
вопрос на потом.
Ааз фыркнул, а Танда засмеялась.
- Мой отец сказал, что я должна ждать здесь появления симпатичного
молодого человека по имени Скив, - продолжила девица. - Поэтому я и
решила, что вы тот самый Скив и есть, поскольку вы единственное существо,
появившееся за те две недели, что я здесь торчу.
Я смотрел на нее с совершенно идиотским видом. Во всяком случае, мне
так казалось. Я этой девицы определенно не знал и не имел понятия, кем
является ее папенька.
Она улыбнулась мне, а затем повернулась к Танде:
- А вы, наверное, та, с кем Скив путешествовал раньше. Не
беспокойтесь, о пылевых зайчиках мы позаботимся. Ведь вам, очевидно,
известно, что они полностью невидимы для особей мужского пола?
Бросив взгляд на Ааза, она заметно помрачнела:
- А вас, здоровяк, я не знаю, и мне неизвестно, каким боком вы
связаны с этим делом.
Итак, она называла Ааза здоровяком, но при этом знала, что мне
доводилось скакать по измерениям в сопровождении Танды. Мы молчали. Ааз и
Танда были потрясены не менее, чем я. Как сказала Танда, между нами и
домом пролегло множество измерений, и вот, несмотря на это, здесь, в чужом
измерении, в центре пыльного урагана, мы встречаем человека, который,
оказывается, ждал нашего прибытия. И этот человек - девица, которой
известно мое имя.
- Неужели вы проглотили языки? - со смехом спросила она и жестом
пригласила нас за стол. - Держу пари, вы очень проголодались, прыгая по
измерениям.
Я хотел спросить, почему она решила, что я проглотил язык, и откуда
ей стало известно, чем мы занимались, но передумал и задал другой вопрос,
гораздо более важный:
- Вы Перемещальник?
Она снова рассмеялась, ее великолепный, похожий на колокольчик смех
разнесся по всей хижине, смешавшись с потрескиванием дров в очаге.
- Вряд ли меня можно так назвать, - ответила она, - но папенька
сказал, что вам, возможно, уже надоело обещать им все новые и новые
проценты. Какую часть сокровищ вы уже согласились отдать? Тридцать пять
процентов? Сорок?
- Только двадцать пять, - ответил я, и тут до меня дошло, что девица
не только знает, чем мы занимаемся, но ей известно и о том, что ведем
переговоры с Перемещальниками. Интересно, что ей еще известно и каким
образом ей удалось все это узнать?
Ааз сурово на меня посмотрел, я в ответ пожал плечами. Наставник
вечно считает, что я слишком болтлив, и боюсь, что на сей раз мы имели
дело с тем редким случаем, когда он оказался прав.
- О, - произнесла она, глядя на меня с улыбкой, - вы, наверное,
великий мастер ведения переговоров.
- Это вряд ли, - заявила Танда, садясь за стол. Мы с Аазом
последовали ее примеру.
- Итак, вы, кажется, знакомы с нашим другом Скивом, - продолжила
Танда. - Не могли бы назвать свое имя и сообщить, откуда вам стало
известно о нем?
- Меня зовут Гленда, мой папенька продал ему карту, которой вы
руководствуетесь в поисках золотой коровы.
Гленда подошла к кухонному шкафу, открыла дверцу, и мы увидели нечто
похожее на свежеиспеченный каравай.
Танда посмотрела на меня, я пожал плечами. Я рассказал ей и Аазу все,
что случилось, когда я покупал карту. Этой юной особы поблизости не было.
Я был в этом уверен, потому что если бы я ее увидел, то ее образ навсегда
запечатлелся бы в моем сердце. Теперь я пребывал в полном замешательстве.
Почему существо, продавшее мне карту, послало свою дочь на встречу с нами?
Для чего - и зачем?
- Итак, - сказал Ааз мрачно, - карта все-таки была поддельной. И вас
прислали для того, чтобы запустить лапу в наш карман. Не так ли?
- Ах какой же вы циник! - со смехом сказала Гленда и улыбнулась мне.
Я тоже ей улыбнулся.
- Он видит все в черном цвете, - продолжила она, - и из него мог бы
получиться превосходный юрист.
Я хотел было спросить, что значит "юрист", но промолчал,
ограничившись кивком. Она же повернулась к Аазу и, глядя ему в глаза,
решительно произнесла:
- Уверяю вас, что карта, насколько мне и моему отцу известно,
подлинная.
- Что же вы в таком случае здесь делаете? - поинтересовалась Танда.
- Папенька решил, что к этому времени вам уже может понадобиться
помощь, - ответила Гленда. - А когда папа мне рассказывал, как продавал
карту Скиву, я подумала, что Скив, наверное, очень милый мальчик. И, как
видите, оказалась права.
Кажется, я залился краской от пяток до макушки. По счастью,
единственной видимой частью моего тела оставалось лишь лицо.
Ааз фыркнул до неприличия громко, и этот звук повис в хижине, словно
неприятный запах.
- Почему ваш отец решил, что нам может понадобиться помощь? -
спросила Танда.
Гленда вернулась к разделке каравая. Выдержав некоторую паузу, она,
не поворачивая головы, небрежно бросила:
- Да потому, что никто еще не мог продвинуться дальше этого места и
вернуться живым.
- О-о-о, - протянул Ааз, - теперь я, кажется, все понял. Ваш папаша
продает карту снова и снова, а ваша задача возвращать ее в семью.
- Если честно, ему изрядно надоело заниматься ее продажей, - сказала
Гленда. - А вернуть карту в семью вообще не проблема. Папа обычно прыгает
сюда каждую весну и забирает ее у покойников.
Слабое потрескивание дров в очаге да завывание ветра за стенами были
единственными звуками, нарушавшими тишину в хижине. Мне не хотелось думать
о том, что карта, которую я носил с собой почти месяц, была взята у
трупов.
- Почему так происходит? - спросила Танда, и я не обнаружил в ее
голосе прежней злости.
- Вот вы мне об этом и скажете, - улыбнулась Гленда. - Разве не вы
обладаете способностью переноситься из измерения в измерение?
Танда помолчала, задумчиво глядя вдаль, а затем негромко произнесла:
- Потому что мы находимся слишком далеко от всех известных мне мест,
включая то измерение, из которого мы сюда прыгнули.
- Именно, - подтвердила Гленда, ставя перед нами на стол нарезанный
каравай. - Перемещальники проделали это с шестью группами искателей
сокровищ, которым папа продавал карту. То место, где мы находимся (а это -
Завихрение Эб), весьма удалено от всех известных измерений, включая
измерения, отмеченные на карте. Никто, кроме самых опытных прыгунов по
измерениям, не в состоянии отсюда выбраться. До того как я обустроила эту
хижину несколько недель назад, здесь стояла лишь оболочка дома из
полусгнивших бревен.
- Значит, мы были обречены на голодную смерть? - спросил я.
- Да, со временем вы умерли бы от голода или, не выдержав мучений,
совершили скачок в неизвестном направлении и заблудились, - сказала
Гленда, придвигая стул и садясь рядом со мной. - Папа проследил путь двух
групп, - продолжила она, - обе настигла мучительная смерть от существ, с
которыми встречаться вовсе не следовало.
Перед моим мысленным взором предстали знакомые нам змеи, и я сразу
понял, что она имеет в виду.
Гленда взяла ломоть восхитительно пахнущего хлеба и поднесла ко рту,
не сводя с меня глаз.
- И сколько же будет стоить наше спасение? - поинтересовался Ааз.
Я сердито глянул на своего наставника. Типичный для него вопрос.
Прежде всего он думает о своем кошельке.
Улыбнувшись покрытому зеленой чешуей демону, Гленда вежливо
поинтересовалась:
- Как вас зовут?
- Ааз, - ответил тот и тут же добавил: - Но вы не ответили на мой
вопрос.
- Я хочу отправиться с вами, - сказала Гленда, - а за то, что я
помогу найти вам золотую корову и верну вас на Базар-на-Деве, вы дадите
мне ту же долю сокровищ, что получит каждый из вас. После расчета с
Перемещальником, разумеется.
В ее словах я не видел никакого смысла.
- Но почему ты в таком случае не отправилась на поиски золотой коровы
самостоятельно?
- Если честно, Скив, - произнесла она, глядя мне прямо в глаза, - мой
папа сказал, что, по его мнению, ты, возможно, станешь первым, у кого есть
реальный шанс добраться до коровы.
- Но вы, во-первых, не ответили на его вопрос, - сказал Ааз. - И во-
вторых, почему вы требуете для себя такую большую долю сокровищ?
- Без меня вам отсюда не выбраться, - улыбнулась она. - Это ответ на
ваш вопрос. Что же касается вопроса Скива, то ответ на него тоже весьма
прост. Папа, до того как в первый раз продать карту, несколько раз пытался
пройти дистанцию самостоятельно. Однако ему каждый раз приходилось
возвращаться с полдороги. Впереди вас ждет масса трудностей, и я их знаю.
Поэтому мое участие в вашей экспедиции необходимо. Прежде всего для вас
самих.
- И ваш отец считает, что Скиву это удастся? - спросила Танда. Нотки
сомнения у нее в голосе мне крайне не понравились, поскольку я чувствовал,
как у меня растут крылья.
Гленда протянула руку и возложила ладонь на мою, лежащую на столе. Я
ощутил нечто подобное удару током, а моя физиономия, как мне показалось,
снова стала багровой. Я начал подумывать, как бы мне отодвинуться от нее
вместе со стулом, только, если честно, мне этого совсем не хотелось. Одним
прикосновением руки она могла заставить меня пойти на любой подвиг.
- Мой папа имеет способность проникать в сущность людей и видеть их
скрытую подлинную силу.
С этими словами она погладила мою руку, и я сделал все, чтобы
подавить глубокий вздох.
- Если она думает, что Скив может добраться до золотой коровы,
преодолев все грозящие нам опасности, мне не остается ничего иного, как
верить в Скива, - сказал я, одарив Ааза одной из своих самых широких
улыбок.
За все время нашего знакомства мне еще не доводилось видеть на его
физиономии подобной гримасы отвращения. Его вид доставил мне столь же
великое удовольствие, как и лежащая на моей руке ладонь Гленды.
В крошечной хижине повисла тишина. Тишина эта имела разное
происхождение. Я молчал потому, что желание девушки принять участие в
нашем путешествии мне очень нравилось. Нравилось не меньше, чем ее ладонь,
лежащая на моей руке. Кроме того, имея дело с ней, мне не придется
замаливать старые грехи и просить прощения за прежние ошибки.
Ааз и Танда молчали потому, что им не нравилась идея иметь спутницу,
с которой придется делиться доходами. Эти разнообразные чувства и
порождали молчаливое напряжение. Напряжение усиливалось тем
обстоятельством, что мы совсем не знали Гленду. Но каково бы ни было наше
отношение, выбора у нас, по существу, не оставалось. Танда не могла
доставить нас отсюда ни в одно из знакомых ей измерений. Такие измерения
находились очень далеко, а перепрыгивать с измерения на измерение, чтобы
сократить расстояние, было слишком рискованно. Начав беспорядочные скачки,
мы либо безнадежно заблудимся, либо погибнем от клыков известных нам змей
или от рук однояйцевых близнецов из жуткого города.
Короче, без Гленды нам не обойтись. Кроме того, мне очень хотелось,
чтобы она отправилась с нами. Это позволит мне узнать ее ближе.
- Что ж, вот нас теперь и четверо, - весело заявил я, улыбаясь Гленде
и игнорируя недовольные взгляды своих попутчиков.
- Замечательно, - сказала Гленда, - вы об этом не пожалеете.
Я не сомневался, что лично мне жалеть не придется.
- Итак, мы разделим добычу на четверых, - уточнил Ааз, чтобы
устранить все неясности.
- После того, как рассчитаемся с Перемещальником, - напомнил я.
- Да. После того, как мы отдадим Перемещальнику его двадцать пять
процентов, - глядя на Танду и чуть ли не выплевывая слова, произнес мой
наставник.
- Каждый из нас тем не менее получит более чем достаточно, - сказала
Гленда, раздавая каждому по ломтю свежего хлеба. - Если мы, конечно,
$.!%`%,ao до золотой коровы и заберем богатство.
Я взял здоровенный ломоть хлеба из ее рук и яблочный мармелад из
стоящей на столе вазы. Откусив разок, я сразу понял, что такого вкусного
мармелада я не едал много-много лет. Он просто таял во рту, оставляя
аромат цветущего сада. Если Гленда всегда будет готовить, как сейчас, я до
конца дней останусь на ее стороне.
Пока мы питались (я заметил, что даже Ааз и Танда наслаждаются едой),
Гленда не сводила с меня глаз.
- Доставай карту, чтобы мы могли наметить наш следующий шаг, - сказал
я Аазу и, обращаясь к Гленде, добавил: - Я позволяю ему носить карту.
Ааз едва не подавился куском хлеба, Танда рассмеялась, и царящее в
комнате напряжение слегка спало.
Ааз извлек карту и расстелил ее на столе. Гленда, чтобы лучше видеть,
чуть подвинулась и оказалась рядом с Тандой. Для удобства наблюдения я
тоже был вынужден переместиться.
Карта претерпела новые изменения, но никто из нас этому больше не
удивлялся.
Мы находились на Завихрении Э6, о чем ясно говорила надпись на карте.
От нашего, с позволения сказать, измерения в разные стороны вели четыре
линии. Названия измерений, на которые они указывали, мне совсем не
понравились. Ближайшее к нам именовалось "Лихорадка", а следующее за ним -
"Вражда". За Враждой все в том же направлении (справа от нас) находились
"Наглость" и "Гниль".
- Ни об одном из них я даже не слышала, - покачала головой Танда.
- Я тоже, - произнес Ааз.
- Вы и не могли о них слышать, - пояснила Гленда. - Они еще дальше от
Девы, чем это место. - Посмотрев на меня и убедившись, что я превратился в
слух, она указала на Лихорадку и продолжила: - В этом измерении
температура в самых прохладных местах и в холодное время года превышает
пятьдесят градусов по Цельсию, и мы сможем продержаться там не более пяти
минут.
- Как замечательно, что составитель не забыл отметить ее на карте, -
сказал я.
- Ловушка, - заметила Гленда. - Картограммисты-программисты просто
обожают подобные фокусы.
- Картограммисты-программисты? - переспросил я.
- Да. Это целая раса, которая занимается лишь тем, что исследует
измерения и наносит их на карту. Когда они натыкаются на какое-нибудь
сокровище, они изготовляют карту, подобную этой, и затем ее продают.
- Я слышала о них, - сказала Танда, - но никогда ничего у них не
покупала.
- У них даже есть ларьки на Базаре-на-Деве, - вступил в беседу Ааз. -
Но в их услугах я никогда не нуждался.
- А карту на стене палатки Перемещальника тоже они нарисовали? -
спросил я у Гленды. Гленда кивнула:
- Если там изображены измерения, готова спорить на что угодно, что
карту составили картограммисты-программисты. Каждая карта, указывающая
путь к сокровищам, напичкана магией, и в них полным-полно ловушек и
головоломок. Так же как и в нашей карте.
- Хорошо, когда узнаешь об этом заранее, - заметил я, глядя на Ааза.
Мне было ясно, что он и понятия не имел ни о каких ловушках, когда мы
пускались в это безумное предприятие.
Наставник послал мне в ответ суровый взгляд.
- А сюда нам даже и соваться не стоит, - продолжила Гленда, показывая
на измерение по имени Вражда. - По сравнению с тамошней жарой на Лихорадке
просто прохладно.
Ааз молча кивнул.
- Наглость уже не существует. Измерение погибло по неизвестной нам
причине несколько тысяч лет назад.
- Таким образом, для нас остается только Гниль, - сделал я
глубокомысленный вывод. - На что похоже это измерение?
- Я задержалась там всего на несколько мгновений, пока папа выяснял,
что случилось с картой. Это было три покупателя назад, - сказала Гленда. -
]то темное сырое место, где все, как мне кажется, постоянно меняется. Там
даже земля топорщится и колышется прямо под ногами.
- Твои слова означают, - произнесла Танда, - что ты путешествовала со
своим отцом и видела, как путешествуют в поисках сокровища другие. Ты
должна знать путь, по крайней мере на несколько скачков вперед. Почему мы
не можем пропустить хотя бы один шаг? Разве ты не знаешь, куда нас ведет
карта?
Я был вынужден признать, что в словах Танды есть доля истины.
Ликвидация промежуточных этапов могла существенно облегчить наше
положение.
Гленда вздохнула, и даже ее тяжелый вздох прозвучал для меня райской
мелодией.
- Если бы я могла: - сказала она, хотя ее вздох уже сообщил мне все,
что было нужно.
- Это магическая карта, - вмешался Ааз, - и она каждый раз разная. Не
так ли?
- Именно, - подтвердила Гленда. - За исключением этих убогих
Завихрений карта каждый раз и с каждой новой попыткой показывает разные
пути.
- Хм-м: - протянул Ааз, пялясь на древний пергамент. - Жаль, что мы
не можем ампутировать у карты ее магические свойства, оставив лишь один
путь к золотой корове.
Эти слова подсказали мне замечательную идею. Идея казалась настолько
простой, что могла оказаться глупой, поэтому вслух я ничего не сказал. Но
мысль продолжала биться в моей голове, пока остальные довольно тупо, на
мой взгляд, пялились на карту.
А что, если я перекачаю магическую энергию карты также, как, творя
заклинание, перекачивал энергию из природных силовых линий?
Я расслабился и потянулся мыслью к карте, которую Ааз держал в руках.
Момент касания я уловил сразу, а уловив, приступил к откачке энергии.
Вначале ничего не случилось.
Затем пергамент вдруг затрепетал в руке демона, а между мною и картой
возникло энергетическое поле. Поле было холодным, но очень сильным. С
каждым мгновением оно становилось все сильнее и сильнее. Я поспешно открыл
линию, позволив излишку энергии стекать через меня в землю. Принципу
заземления Ааз научил меня еще во время первых уроков.
- Что за!.. - воскликнул Ааз, отбрасывая карту. Но наш путь к золотой
корове, вместо того чтобы упасть на пол, воспарил к потолку.
- Скив! - взвизгнула Танда.
Не обращая внимания на ее истошный вопль, я продолжал сливать энергию
с карты в землю. Наконец поток энергии начал истощаться и истощался до тех
пор, пока не превратился в скромный ручеек. Я прервал мысленный контакт, и
пергамент, колеблясь в воздухе, как сухой лист, опустился на пол.
- Взгляните-ка на карту еще раз, - сказал я. Вся троица вначале
посмотрела на меня, а потом обратила взоры на карту.
- Кто-нибудь может мне сказать, что здесь произошло? - спросила
Гленда.
Ааз мрачно пялился на пергамент.
- Мастер маг Скив только что разрешил массу наших проблем, - со
смехом объявила Танда.
Я смотрел на карту и не верил своим глазам.
Теперь от Завихрения Эб отходила всего одна линия, которая вела к
Гнили. От Гнили она тянулась к Завихрению Э5, а оттуда к измерению по
имени Баасс, и от Баасса к Завихрению Э6 - то есть к нам. От нас линия
продолжалась к измерению, в котором паслась золотая корова. И это
измерение имело название "Коро-Вау".
Мы могли теперь залепить скачок с Завихрения Эб, где сейчас
находились, прямо на легендарное Коро-Вау!
Гленда рассмеялась и заключила меня в объятия, которых я не забуду до
конца дней своих. Она прижалась ко мне всем телом, и я затрепетал во
множестве мест, часть которых я называть не стану.
- Папочка был прав, - прошептала она, прижимаясь ко мне еще крепче. -
Ведь недаром он говорил, что в тебе есть нечто особенное.
Ааз фыркнул, но это фырканье ни на йоту не уменьшило моего восторга,
вызванного пребыванием в объятиях Гленды.
Глава пятая
Что за Дикий Запад!
Дж.Уэст
- Что это за название - Коро-Вау? - поинтересовался я, показывая на
карту, после того как Гленда разомкнула свои объятия века.
Никто не ответил.
- Как это тебе удалось? - спросила Гленда. - Никогда не слышала,
чтобы кто-то когда-либо пытался воздействовать на карту силами магии.
В ее огромных карих, необыкновенной красоты глазах я заметил
выражение легкой тревоги. Но потом я понял, что это была вовсе не тревога.
Это было выражение восторга и восхищения мною. Нечасто случается, чтобы
кто-нибудь мною восхищался.
- Честно говоря, не знаю, - ответил я.
- Вот ответ, который меня не удивляет, - заметил Ааз и с отвращением
посмотрел в потолок.
- Я просто пожелал попасть в нужное измерение, - продолжал я,
игнорируя возмущение наставника, - и вдруг ощутил, как энергия урагана
начала переливаться в меня. Предельно сконцентрировавшись, я стал
пропускать энергию через себя прямиком на карту. Вот и все, что я сделал.
Честно.
Танда посмотрела на меня так, словно все поняла, но тем не менее
промолчала.
- Все измерения класса "Завихрение" считаются весьма подходящим
местом для разного рода магических действий, - сказала Гленда. - В силу
этого здесь никто долго не выживает.
- Поэтому, пока мы здесь, - сказал Ааз, пристально глядя на меня, -
будь осторожнее в своих желаниях.
- Ты это о чем? Разве я нам всем не помог? - спросил я, показывая на
карту.
- Полагаю, что помог, - произнесла Танда и тут же спросила: - Гленда,
ты знакома с измерением Коро-Вау, или нам придется возвращаться к
Перемещальнику?
Услыхав слово "Перемещальник", Ааз застонал.
- Я была там несколько раз, - ответила Гленда, - но никогда не
подозревала, что там находится такое сокровище.
- Следовательно, там имеется крупный рогатый скот? - поинтересовался
Ааз.
- Поголовье крупного рогатого скота на Коро-Вау больше, чем можно
представить, - кивнула Гленда.
- Итак, наша следующая задача, - сказал я, с улыбкой глядя на Гленду,
- найти, как говорит пословица, корову в стоге коров.
На лице Гленды мелькнуло изумление, из чего я заключил, что она
совершенно не поняла, что я произнес. А поскольку я понятия не имел, как
выглядит корова, я не стал ей объяснять, что такое стог коров.
- Наш юный друг попытался сказать, - перевела мою речь Танда, - что
если там так много этих жвачных, то как нам отыскать единственное, которое
нас интересует?
- Откуда мне знать, - пожала плечами Гленда. - Ни один из тех, кто
пользовался картой, не запрыгивал так далеко. А мне и в голову не
приходило, что карта ведет на Коро-Вау.
Ааз молчал, и я, решив, что с его стороны мне ничего не грозит,
попытался высказать свои соображения:
- Как мне кажется, корова, дающая золотые удои, должна проживать в
золотом дворце. Разве не так?
Вся троица с недоумением уставилась на меня.
- Более чем вероятно, - после весьма продолжительной паузы сказала
Танда, и в хижине снова воцарилось молчание.
Это молчание красноречиво говорило, что мне следует молча жевать свой
*ca.*, предоставив право на размышление другим.
На стратегическое планирование и разговоры мы потратили почти час,
после чего Гленда по предложению Ааза должна была перебросить нас на Коро-
Вау. Ааз считал - и все с ним согласились, - что место, где мы окажемся,
должно быть малонаселенным, чтобы я в случае необходимости успел сменить
личины участников экспедиции.
Но прежде чем отправиться в путь, Ааз убедился в том, что Танда и
Гленда, если потребуется, смогут вернуться в хижину на Завихрении Э6.
Настроив при помощи Гленды И-Скакун, он и себе обеспечил экстренное
возвращение. Похоже, я оставался единственным, кто не имел запасного
выхода в случае чрезвычайных обстоятельств. В итоге, поразмыслив, я решил
держаться ближе к ним и в первую очередь - к Гленде.
Итак, перескочив с помощью Гленды на Коро-Вау, мы оказались на
большом валуне, расположенном у самого края отвесной скалы. Погода была
сухая и теплая, солнце стояло в зените. Ландшафт немного напоминал
пустыню, но выжженная поверхность, постепенно понижаясь, переходила в
поросшую густой зеленой травой долину.
Под скалой, обегая подножие нашего холма, проходила дорога. Дорога
вела к другому холму, на котором виднелись какие-то деревянные постройки.
Насколько я мог видеть, домов высотой более двух этажей в поселении не
имелось. Все здания, как мне казалось, жались к одной главной улице.
- Этот с позволения сказать город называется Увер-Тка, и он знаменит
изобилием коровников, или по-местному - ковбоев и баров, - сказал Гленда.
- Коровников или ковбоев? - переспросил я. - А что это такое?
Поскольку я не имел представления о том, как выглядит корова, эти
ковбои были для меня вообще сущей загадкой.
- Ковбои - лица мужского пола, которые заботятся о коровах, -
пояснила Гленда. - По каким-то неясным для меня причинам их так называют
во всех измерениях - вне зависимости от языка, господствующего в данном
измерении. Главным условием является наличие в измерении коров или иного
крупного рогатого скота.
Я хотел спросить, как зовут лиц женского пола, ухаживающих за
коровами, но тут же передумал, решив, что их скорее всего называют
ковбойками.
- Должна сказать, - продолжала Гленда, - что в этом измерении все
ковбои - типы весьма странные.
- В каком это смысле? - спросил Ааз, вглядываясь в поселение, имевшее
необычное, на мой взгляд, название Увер-Тка.
- Они относятся к своему скоту почти как к священным животным. Они
никогда не ударят корову, Сильно не толкнут ее и всегда говорят о коровах
с большой душевной теплотой. И они защищают своих коров от всего, что, по
их мнению, таит для животного опасность.
- Да, эт...
