Феликс Крес. Король просторов
страница №10
...об этом не думаю. Хочешьподумать за меня?
Брошенный словно невзначай вопрос несколько смутил хозяина. Он взял
стоявший на столе большой кувшин и разлил вино в два серебряных простой
работы бокала.
Вард действительно не был ни чересчур проницателен, ни хитер. Однако,
будучи человеком предусмотрительным, он уже давно продумал, как поступать
в подобной ситуации (и не только). Не вдаваясь в словесные игры, он
внимательно слушал и наблюдал.
- Зачем ты со мной играешь, господин? - прямо спросил он. - Кто-то
убедил тебя, что так будет лучше? Не верь ему. Давай просто поговорим.
Он заметил, что попал в цель, но даже представить себе не мог,
насколько точно.
"Шернь, этот человек видит меня насквозь, - промелькнуло в голове у его
собеседника. - Нальвер, ты дурак, а я - еще больший дурак, что послушал
тебя сегодня..."
- Я вижу, капитан... прошу прощения, _господин_ Вард, что верно оценил
тебя. Что ж, я только рад. Итак, давай просто поговорим. Я занимаю высокий
пост в Имперском Трибунале, господин. Еще раз прошу меня извинить, но
имени своего я в самом деле предпочитаю не называть... без явной
необходимости. Есть ли она сейчас?
Вард кивнул:
- Ты прав. Нет.
- Крайне сожалею, - продолжал тот, - что судьбе было угодно так
распорядиться твоей жизнью, господин, и жизнью... одной женщины. Хочу
спросить: это из-за нее ты здесь, в Дране?
- Почему ты так считаешь, благородный господин? - Вард, уже примерно
поняв, кто его собеседник, воспользовался титулом, полагавшимся
высокопоставленному уряднику Империи.
- Что ж, например, тебе могло показаться, господин, что у тебя есть
повод для того, чтобы мстить, - последовал откровенный ответ.
- Думаю, что я хотел бы с ней поговорить, - чуть подумав, сказал Вард.
- Когда мы виделись в последний раз, я висел на цепях и не мог стереть ее
плевка со своего лица. Теперь руки у меня свободны, и я всегда могу это
сделать.
Урядник слегка нахмурился и плотно сжал губы.
- Боюсь, что подобная встреча невозможна, - помолчав, сказал он.
Вард показал на двери, через которые тот входил.
- Почему? - спросил он. - Через двери мало что услышишь, даже если они
приоткрыты. Думаю, она могла бы услышать больше и лучше, сидя вместе с
нами за столом.
И эта реплика, хотя и рискованная, поскольку была брошена почти наугад,
попала в цель. Вард с неподдельным удовлетворением смотрел, как его
собеседник явно теряет почву под ногами. Его тактика оказывалась
неожиданно успешной.
- Я не ищу мести, благородный господин, - сказал он. - Я ищу
справедливости. Может быть, для урядника Трибунала это звучит смешно, но
когда-то я в нее верил. Много лет назад меня осудили за поступки, которых
я не совершал. Я хочу знать, почему так произошло. Избавились ли от меня
во имя интересов империи, что я, возможно, и мог бы понять, или же...
кто-то просто злоупотребил своей властью. Ты уверен, господин, что не
имело место именно второе?
Урядник молча смотрел на него.
- Я не привык к подобным разговорам, - наконец сказал он. - Давно уже я
не встречал человека, который говорил бы без обиняков и столь откровенно.
По крайней мере, я хочу в это верить. Спасибо тебе. - Он встал. - Думаю,
нам пора прощаться. Однако у меня к тебе вопрос: примешь ли ты мое
следующее приглашение? Я хотел бы поговорить с тобой в таком месте, где не
будет никаких дверей, ни закрытых, ни открытых... и где мы сможем
пообщаться на равных. Скажем, на берегу моря?
Вечером того же дня в здании Трибунала, за большим столом в богато
обставленном зале, сидели трое - те же, что и несколько дней назад.
Сменилось лишь платье женщины - что не означало, что она была менее
богата.
- Ты дурак, Нальвер, - сказал пожилой мужчина. - До сих пор я считал
тебя чересчур вспыльчивым молодым человеком. Но теперь я вижу, что это не
молодость. Это глупость.
Нальвер покраснел:
- Во имя Шерни, господин... Пост, который ты занимаешь, не дает тебе
права...
- Верховным Судьей Трибунала я стал по воле самого императора, Нальвер.
С тобой, однако, дело обстоит иначе. Меня не интересует, кто рекомендовал
тебя на твой пост, хотя, как ты, наверное, догадываешься, это нетрудно
выяснить. Уверяю тебя, однако, что этой поддержки тебе не хватит, если я
решу, что тебе следует уйти. Если кто-то вредит интересам Трибунала, я
имею право обращаться вплоть до самого Кирлана.
Нальвер посмотрел в сторону, но обладательница богатого платья показала
жестом, что полностью согласна с только что сказанным.
Какое-то время все молчали.
- Итак, - продолжил пожилой, - встреча принесет результаты. Это не
какой-то дурень, ввязавшийся не в свое дело. Мне потребуется твоя помощь,
госпожа, - обратился он к женщине. - В архивах Главного Флота наверняка
есть какие-то документы из Ахелии, восьмилетней давности. Только ты можешь
сделать так, чтобы мне не пришлось ждать их месяцами. Я хочу сопоставить
эти документы с тем, что мы получили от ахелийского Трибунала.
Женщина с легкой улыбкой кивнула.
- Может быть, стоит также отправиться на эти Агары. Нальвер, - сказал
он, осененный внезапной мыслью, - туда поедешь ты. Это вовсе не ссылка, -
предупредил он. - Скорее проверка, способен ли ты хоть на что-нибудь.
Послезавтра я снова смогу встретиться с тем человеком. Если мои подозрения
подтвердятся, я дам тебе все полномочия. Ты должен расследовать дело до
самых корней, Нальвер.
- Не слишком ли широкомасштабные действия на основании столь хрупких
предпосылок? - спросила женщина.
- Сам об этом думаю. Но этот капитан - человек каких мало. Честный до
мозга костей. И далеко не дурак. Не верю, что он в самом деле помогал
пиратам. Однако... - Он надолго задумался. - Заседание закрыто, -
неожиданно сказал он, подняв голову.
Нальвер удивленно посмотрел на него, но встал и слегка поклонился.
Остальные двое продолжали сидеть. Внезапно он понял, в чем дело, и во
второй раз за этот вечер кровь ударила ему в лицо. Он сжал кулаки и
быстрым шагом вышел из комнаты.
- Ты ему не доверяешь, - сказала женщина.
- Скорее... не принимаю всерьез, - ответил мужчина. - Это первая из
причин, по которым я закрыл заседание.
- А вторая?
- То, что я хочу сказать, носит неофициальный характер.
- Я так и думала. Ты всегда остаешься самим собой, дорогой мой кузен...
Хорошо, поговорим без свидетелей.
- Лучше госпожи Эрры Алиды у нас никого нет, - подумав, сказал он. -
Двух мнений быть не может - я предпочел бы иметь рядом с собой ее, чем
такого вот Нальвера. Как ты знаешь, в годовом отчете для Кирлана я
предлагаю ввести тайную должность Третьего Представителя. На этом посту я
вижу именно госпожу Алиду и упомянул ее имя в докладе. Но... Елена, ты
знаешь ее лучше... Скажи, почему эта женщина работает на Трибунал?
- Из-за денег, - ответила она. - Это главная причина. Жалованье из
имперской кассы вовсе не такое маленькое. А во-вторых, она получает
по-настоящему крупные доходы от своей профессии, которая якобы служит лишь
прикрытием. Ты когда-нибудь думал о том, что она в той же степени
оказывает услуги нам, что и мы ей?
Он нахмурился.
- Это от Трибунала она получила дом в Старом Районе, - пояснила
женщина. - Трибунал обеспечивает ее безопасность. Трибунал платит за ее
приемы, на которых она, правда, тянет гостей за язык... Скажи, кузен,
какая еще шлюха в Дране столь хорошо живет?
- Значит, золото и прочие блага...
- И власть. У нее ее не так уж мало. К тому же сама она стоит над
законом...
- Не совсем.
- И все же.
Он кивнул:
- Значит, ты подтверждаешь мое мнение. Госпожа Алида ради денег и
власти сделает... если даже не все, то во всяком случае многое. Она крайне
ценна для Трибунала, но если окажется, что восемь лет назад она
злоупотребила своими полномочиями, ведя какую-то собственную игру, то нет
никакой гарантии, что она не сделает этого снова. Она может быть опасна.
Для нас, для Трибунала, а может быть, и для империи.
- О чем ты думаешь?
- О восстании. Оно наверняка разразится в следующем году. Мы не можем
позволить, чтобы наши люди вели какую-то свою игру. Особенно тогда. - Он
замолчал. - К чему все эти сомнения? - наконец спросил он. - Ведь ты сама
хотела, чтобы те, кто следит за капитаном Вардом, докладывали нам?
- Да. Тем не менее... - Женщина покачала головой: - Пожалуй, ты слишком
далеко зашел в своих подозрениях. Возможно, в Ахелии Алида и нарушила
закон...
Он махнул рукой:
- Не считай меня наивным, Елена. Я знаю, в чем заключается работа
шлюхи, которой к тому же можно заказать убийство. Если к ней должны
приходить большие шишки, требуется определенная репутация... Меня не
интересует, сколько мелких интриганов поубивали друг друга с ее помощью.
Как говорится, лес рубят - щепки летят. Работа урядников Трибунала - это
полоса мелких преступлений, совершаемых, чтобы предотвратить крупные.
- О чем в таком случае речь?
- О том, кузина, чтобы этих мелких преступлений не совершалось больше,
чем это необходимо. И никогда - в собственных интересах.
34
Вид ее был столь мрачен, что матросы и солдаты старались не попадаться
ей на глаза, боясь даже громко разговаривать. Впрочем, вид отходящей
"Сейлы" тоже не прибавил им хорошего настроения.
Собственно, пока им ничто не угрожало; в их распоряжении была хорошая
шлюпка, немного еды и пресной воды. Однако решение нужно было принимать
как можно быстрее: грести ли сразу в сторону Гарры (около двадцати миль) и
затем перебираться по суше или по морю в Багбу или же, рассчитывая на
скорое возвращение "Сейлы", ждать.
Она могла лишь догадываться о том, что произошло. Однако предположить,
когда вернется Вантад, было невозможно. Он мог вернуться завтра, а мог и
через три недели. Могло случиться и так, что он не вернулся бы вовсе.
Одной Шерни было известно, куда шел тот фрегат - может быть, и в
Громбелард...
Она взяла себя в руки. Конечно, это невозможно. Однако ее собственная
злость подбрасывала ей именно такие мысли.
Риолата решила ждать. Она верила, что, если рейс затянется, Вантад
что-нибудь придумает.
Однако бессмысленное ожидание казалось просто невыносимым. Уже первый
день, тянувшийся почти бесконечно, дал ей понять, на что она, собственно,
пошла.
Еда и вода почти закончились; правда, немного дождевой воды собралось в
углублениях скалистого грунта, но вкус ее был отвратителен. Настроения
среди ее людей тоже были не из лучших. Моряки отоспались на все времена,
потом бродили вдоль берега, распугивая камнями птиц, но с наступлением
вечера начали недовольно ворчать. Впрочем, и она сама порой впадала в
беспричинную злость.
Может, все-таки надо было идти на Гарру?
Ночь была холодной; те, кто выспался днем, теперь не могли заснуть.
Мучилась и она. В конце концов несколько матросов потащились в "лес". Они
разожгли костер, но он горел недолго: ближе к утру прошел кратковременный
дождь, слишком слабый для того, чтобы успеть набрать свежей воды, однако
достаточно сильный, чтобы промочить одежду и погасить костер. Тогда она
поняла, что значит невезение и каким образом внешне незначительные события
могут вконец испортить жизнь. Она утешала себя мыслью о том, что разжигать
огонь все равно было неразумно: удивительно много кораблей крутилось в
этих обычно избегаемых водах. Кроме того, она не была уверена,
действительно ли два соседних острова, очертания которых можно было
различить днем в хорошую погоду, необитаемы. Сомнительно, правда, чтобы
кто-либо заметил оттуда небольшой огонек, но... ставка была достаточно
высока для того, чтобы оправдать любую предосторожность. Последнее, чего
ей хотелось, - встретиться на этих скалах с морскими шакалами.
И вообще с кем бы то ни было.
Утром она взяла у Носача плащ и отправилась к сокровищнице.
Ни моряки, ни солдаты до сих пор ничего не знали о сокровищах. Однако
она подозревала, что они о чем-то догадываются. Рейс не был обычным
рейсом, остров же, на котором они находились, не изобиловал чем-либо
достойным внимания. Поскольку, однако, он являлся целью их путешествия...
Она была уверена, что, когда ее нет поблизости, они начинают строить
бесчисленные догадки. Часть из них наверняка не была лишена смысла. Какой
же матрос не слышал о пиратских сокровищах?.. Об этих сокровищах. О
ставших уже легендарными сокровищах Бесстрашного Демона.
Она добралась до места, но спускаться в пещеру не стала. Вместо этого
она поднялась на вершину холма, высматривая "Сейлу".
И увидела ее!
Риолата удовлетворенно улыбнулась. С северо-запада приближался черный
силуэт. Вантад возвращался!
Радость ее быстро улетучилась. Паруса корабля не были белыми. Она не
могла определить их цвет, но они были темными... наверняка не белыми.
Она напряженно всматривалась вдаль.
Корабль медленно приближался; она знала, что пройдет немало времени,
прежде чем он окажется у берегов острова.
Риолата тряхнула головой. Ради Шерни, почему они должны направляться
именно сюда? В душе обругав себя за безосновательные опасения, она еще раз
посмотрела вниз и хотела спуститься с холма, но что-то приковало ее к
месту. Внезапно появилось знакомое ощущение; она всмотрелась в далекий
корабль и неожиданно тихо, с неподдельной ненавистью проговорила:
- Лерена...
Раладан стоял на юте, глядя на горизонт. Неожиданно он почувствовал на
плече руку Лерены.
- Раладан...
Он посмотрел на нее. Они были почти одного роста; она склонила голову к
его плечу, глядя вдаль.
- Раладан... - повторила она.
- Да, госпожа?
Он проследил за ее взглядом.
- Что там? - спросила она, хмуря брови.
- Остров, островок, - ответил он.
- Островок, - машинально повторила она.
- Да, госпожа. Собственно, лишь торчащая из воды скала - такая
маленькая, что на многих картах она даже не обозначена.
- А на наших?
- Нет.
- Ты ее не отметил?
- Нет, госпожа.
- Почему?
Он не ответил.
- Почему, Раладан? - повторила Лерена.
Она подошла к бушприту.
- Идем туда, - сказала она.
Взгляд Раладана вновь вернулся к черной точке, за которой он до этого
следил.
- Ты слышал?
- Да, госпожа.
Она повернулась, глядя ему в лицо:
- Может быть, _там_?
Он пожал плечами, засунув большие пальцы за пояс.
- Какой ты ужасно молчаливый! - неожиданно разозлилась Лерена. - Обычно
у тебя всегда находится что сказать, и немало!
Лоцман глубоко вздохнул:
- Не знаю, госпожа. Думаю, нет. А молчу я потому, что в последнее время
любое мое высказывание, не совпадающее с твоими мыслями, становится
поводом для того, чтобы обвинить меня в нелояльности или вообще в измене.
Она долго смотрела на него, не говоря ни слова.
- Почему ты считаешь, что сокровищ там нет? Ты знаешь этот остров?
Он снова пожал плечами:
- В том-то и дело, что нет. И мне не вполне понятно, откуда мог бы о
нем знать твой отец. Трудно предположить, что он пристал к незнакомому
берегу, чтобы спрятать там сокровища, не зная даже, удастся ли там
выкопать яму.
Лерена надула губы:
- Ну да: хорошо известный остров - не подходит, поскольку на нем живут
люди. Незнакомый - тоже, поскольку неизвестно, можно ли на нем закопать
сокровища... Какой же тогда это может быть остров, Раладан? Чтобы о нем
знали только мой отец и ты, и больше никто? Много таких?
- Ну что ж... Ты наверняка права, госпожа, - согласился он. - Возможно,
столь долго занимаясь бесплодными поисками, я начинаю теперь искать
неизвестно что...
- Пожалуй, так, Раладан. Но не расстраивайся - ты уже нашел.
Она снова повернулась к морю и показала пальцем на далекую скалу:
- Это там.
Он кивнул:
- Пусть будет так, госпожа. Но позволь теперь спросить мне: откуда
такая уверенность?
- Не знаю... Просто: _это там_.
Он кивнул, скептически улыбаясь. Она подошла и открытой ладонью ударила
его в лоб, отчего его голову отбросило назад.
- Не позволяй себе подобных усмешек, - заявила она, почти оскалившись.
- Иначе прикажу выдать тебе пару палок.
Кровь в гневе ударила ему в лицо. Она не торопясь отступила на полшага,
словно освобождая ему место.
- Ну? - выжидательно бросила она и, высунув язык, медленно провела его
кончиком вдоль верхней губы.
Остров выглядел именно так, как описал его Раладан, - выступающая из
воды группа скал, покрытых тут и там тонким слоем почвы. Держа в руках
помятую, неряшливо вычерченную карту, Лерена смотрела то на нее, то на
остров.
- Здесь! - лихорадочно говорила она. - Смотри, там какая-то
возвышенность, она обозначена на карте... А тут мыс, словно вытянутая
рука... Мы нашли! - Она ударила ладонями о планшир. - Эй! Меч для меня,
восемь человек в шлюпку! Раладан!
Лоцман стоял рядом, молча глядя на нее.
- Хочешь им показать сокровища? - спросил он, кивая в сторону матросов.
- В таком случае наша жизнь немного стоит...
- Об этом не беспокойся, - сказала она. - Они сделают то, что я им
прикажу.
"Ради Шерни, - подумал он, - да ты с ума сошла, девочка..."
Ее вера в собственную власть над командой была столь наивной, что
внушала тревогу.
- Ну так что?! - неожиданно заорала она, словно прочитав его мысли. - Я
должна сказать себе "да, это здесь" и убраться восвояси?
Шлюпка уже покачивалась у борта.
- Идешь? - спросила Лерена сквозь зубы, пристегивая к поясу меч.
Он мрачно кивнул.
Вскоре они были на берегу. Лерена выскочила на песок и сразу же
направилась в глубь острова. Раладан прикусил губу.
- Ждать здесь, - бросил он гребцам.
Никто не возразил.
Он двинулся следом за девушкой.
35
Алида уже хорошо понимала, что совершила ошибку. Очень серьезную
ошибку. Варда следовало убить... Конечно, просто так этого сделать было
нельзя. Баватар был порядочным человеком. Верховный Судья Имперского
Трибунала Гарры и Островов - был порядочным человеком...
Слово "порядочный" было одним из тех слов, которые означают столь
много, что не значат практически ничего. Порядочность была понятием
относительным, точно так же как добро, зло, справедливость... Понятиями
этими можно было пользоваться, но серьезные дела следовало вершить в
отрыве от всяческих догм.
Охваченная внезапным раздражением, Алида отбросила прочь философские
раздумья.
"Стареешь, дорогая", - язвительно подумала она.
Баватар не философствовал. Он был порядочным, и притом в весьма широком
смысле этого слова. Для Верховного Судьи Трибунала подобная связывавшая
руки черта являлась недостатком. Но с этим она ничего не могла поделать.
Во всяком случае не сейчас.
В то же время она могла еще несколько дней назад без труда избавиться
от Варда. Естественно, без официального согласия Баватара. Ее словам о
том, что он хотел ее убить, с легкостью бы поверили, и ее людям пришлось
бы принять меры.
Однако она позволила ему остаться в живых. Где-то в глубине ее души
таилась слабая надежда, что этот человек все же знает кое-что... о
Раладане. А теперь было уже поздно. Мало того что она дала ему выиграть
время, но еще и воспользовалась людьми Трибунала. Правда, подобного от нее
ждали: поступи она иначе, это выглядело бы по крайней мере странно... Но и
что с того? Дела приняли еще худший оборот, поскольку выбранные ею шпионы
докладывали о всех действиях объекта слежки не только ей, но также и
Елене.
Неужели та что-то подозревала?
Кто знает... Достаточно того, что необычно спокойное, загадочное
поведение человека, которому приписывалось желание отомстить, привлекло
внимание Первой Представительницы Судьи. Соответственно, делом
заинтересовался Баватар. Состоялась та удивительная встреча, и Алида,
которая действительно слышала весь разговор, не могла поверить собственным
ушам: человек, которого она считала простодушным дурачком, повел себя
подобно королю интриганов, откровенные слова которого ударили в самую
точку! Заинтригованный Баватар желал беседы с глазу на глаз!
Алида закинула руки за голову.
Она не могла допустить, чтобы подобная встреча произошла. Правда, если
убить Варда теперь, подозрение неминуемо падет на нее, что наверняка
повлечет за собой дальнейшее, намного более дотошное разбирательство. Но,
может быть, лучше уж подозрения, чем уверенность, которой после встречи с
Вардом непременно будет обладать Баватар.
Она не могла позволить, чтобы ее в чем-либо обвинили. Не сейчас.
Капитан должен был не только умереть, но и исчезнуть... Что ж, нет
ничего проще, с улыбкой подумала она; знакомства, которые она приобрела
благодаря своей профессии, уже не в первый раз оказывались весьма
полезными.
Но что дальше?
Она со знанием дела строила планы. Вард исчезнет. Как поступит Баватар?
Баватар решит, что она в этом безусловно замешана. Что он станет делать?
Начнет копаться в документах Главного Флота. Но там скорее всего мало что
найдется, события на далеких Агарах вряд ли удостоились большего, нежели
несколько скупых упоминаний в рапортах; впрочем, что там говорить об этих
военных отчетах... Значит, он пошлет кого-нибудь на Агары. Это уже может
оказаться более опасно, там до сих пор живут люди, которые... Да, нужно
было добраться до человека, который отправится туда.
Ее разозлило то, что именно теперь, когда на нее свалилось столько дел
(и каких дел!), все карты спутал этот вояка! Во имя Шерни, похоже, люди
созданы лишь для того, чтобы совать нос туда, куда вовсе не следует.
Итак, коротко подытожила она, убрать Варда и выяснить, кто от имени
Трибунала поплывет на Агары.
После чего - отправиться с ним в постель. Для начала.
Вард прилично поужинал. Серебро он уже не экономил; будучи слегка
суеверным, он полагал, что если считать каждый грош, непременно накличешь
беду. Так что он наелся и напился досыта.
Выйдя из таверны, он направился в сторону порта.
Он все еще любил корабли. После стольких лет он продолжал в душе
оставаться моряком и солдатом. В конце концов он вынужден был в этом
признаться...
В порту он чувствовал себя как дома, разглядывая стоявший у набережной
фрегат Морской Стражи. На палубу корабля поднимались солдаты, другие
сходили на берег. Правда, их мундиры были темно-желтыми, отчего казались
несколько чужими, но покрой их был тот же, теми же были и обозначения
должностей и званий...
Главный Флот Гарры и Островов.
Нет, он не вернулся бы на службу, даже если бы у него вдруг
действительно появилась такая возможность. Эта страница его жизни была
перевернута. Раз и навсегда.
Но воспоминания остались. И часть из них были по-настоящему добрыми
воспоминаниями. Особенно за последние два года службы, когда он ходил на
собственном корабле, вместе с испытанными друзьями-офицерами. Лишь потом
была та проклятая облава и проклятый пиратский парусник, который лишил его
всего - друзей, корабля, а в конце концов и свободы.
Однако - даже теперь - он не осуждал Раладана.
Да, этот человек своими действиями причинил немало зла. Он убил
нескольких членов его команды. Именно из-за него появилась та женщина. Но
все это он делал ради девушки, которая ни в чем не была виновата и которую
ему поручили опекать.
Вард в это верил. Он даже сам не вполне понимал почему - но верил.
Может быть, ему просто нужно было хоть во что-то верить. Может быть,
для того, чтобы хотя бы в собственных глазах не выглядеть законченным
дурнем.
- Господин!
Вард остановился. К нему подошли трое.
- Мы от известного тебе человека, - сказал высокий незнакомец, похоже
главный из троих. - Позволишь проводить тебя, господин?
- Хватило бы и одного провожатого, - заметил Вард.
Незнакомец оглянулся на своих товарищей.
- Это не стража, господин, - пояснил он, - а эскорт. Кое-кто жаждет
твоей смерти. Мне сказали, что ты сам догадаешься, о ком речь.
Вард нахмурился и после короткого раздумья кивнул:
- Хорошо. Куда?
Ему показали дорогу.
Темными улицами они добрались до старой городской стены. Ворота были
уже закрыты, но заброшенные стены не являлись препятствием ни для кого,
кто хотел бы войти в город или из него выйти. Миновав предместья, они
зашагали по тракту, удаляясь все дальше от Драна.
- Куда мы идем? - спросил Вард.
По левой стороне дороги рос лес; лунный свет отбрасывал на дорогу его
мрачную тень.
- Верховный Судья хотел бы побеседовать с тобой в том месте, где не
будет лишних ушей, - послышался ответ. - Разве он не говорил об этом,
господин?
"Верховный Судья", - подумал Вард.
Человек, представившийся урядником Трибунала, не сообщивший своего
имени, занимал пост Верховного Судьи.
Вард метнулся в лес. Прежде чем он понял, зачем, собственно, это
делает, он был уже далеко от дороги. За спиной слышались звуки погони.
Эти люди слишком много знали. За время службы в Морской Страже Вард
неплохо познакомился с методами работы Трибунала. Там каждый знал лишь
столько, сколько должен был знать. Людям, назначенным в качестве его
провожатых и эскорта, наверняка не могло быть известно содержание того
разговора.
Он остановился, прислушиваясь. "Провожатые" продирались следом за ним.
Треск ветвей слышался сзади и слева.
Вард двинулся дальше, стараясь как можно меньше шуметь. Он шел направо,
если его не подвело чувство направления - вдоль дороги.
Луна светила по левую сторону от него.
Неподалеку послышался крик, после чего стало совсем тихо.
Преследователи отнюдь не были дураками. Теперь они прислушивались.
Он ступал медленно, осторожно...
Рядом вспорхнула какая-то птица. Вард схватился за оружие. Меч с лязгом
выскочил из ножен. Он тут же обругал себя за отсутствие самообладания.
Его услышали. Теперь они быстро продирались в его сторону.
Вард снова побежал. На бегу он зацепился ногой о корень и упал. На
ощупь отыскав меч, он поднялся и, хромая, побежал дальше.
Неожиданно он оказался на краю леса. Перед ним открылась широкая,
поросшая травой поляна. Заметив темный силуэт дома, он сразу же поспешил к
нему. Задыхаясь, он начал колотить в дверь.
Он слышал преследователей. Они были уже близко.
Несколько лет назад он мог бы противостоять троим вооруженным, судя по
всему, лишь ножами, - и у него было бы немало шансов. Но эти несколько лет
не прошли даром. Он знал, что уже не владеет оружием столь уверенно, как
когда-то. Последняя схватка, в которой ему довелось участвовать, имела
место на палубе пиратского корабля. На палубе "Морского Змея".
Дверь открылась. Он ворвался внутрь, и в то же мгновение луна осветила
выбежавшие из леса темные фигуры.
Вард задвинул засов и обернулся.
Перед ним стояла женщина с масляной плошкой в руке. Он посмотрел на ее
лицо - И очутился в собственном прошлом.
Узнала его и она. Плошка упала на пол, разбрызгивая горячее масло.
Тишину нарушил громкий стук в дверь. Вард оперся о нее спиной.
- Открывай! - донеслось снаружи. - Открывай!
- Это судьба. - Голос Варда прозвучал словно странный звук из иного
мира. Капитан говорил спокойно, столь спокойно, как может говорить
человек, который в одно мгновение узнал собственное предназначение, цель и
конечный пункт собственной жизни. Но так оно, в сущности, и было. Он
прибыл в Дран в поисках справедливости... а нашел собственную судьбу. Ему
предстояло погибнуть, стоя между женщиной, которая для многих была
символом преступления, и людьми, которые отождествлялись со
справедливостью...
- Открывай! Открывай, иначе подожжем дом!
Дверь сотряслась от тяжелых ударов.
- Вот она, справедливость, - проговорил Вард.
- Не открывай! - сказала женщина, словно видя в темноте его спину,
вот-вот готовую оторваться от вздрагивающей под ударами двери. - Не
открывай!
Он покачал во мраке головой, после чего внезапно сказал:
- Ради Шерни, скажи мне правду... теперь уже можно: Раладан лгал?
- Я не была пираткой.
- Значит, все-таки стоило... - непонятно прошептал он. - Стоило...
Он отскочил от двери и одним движением отдернул засов. Прежде чем она
успела понять, что происходит, у порога дома вспыхнула драка. Кто-то с
воплем рухнул на землю, мертвенный лунный свет блеснул на лезвии меча, но
рука, державшая меч, попав в могучий захват противника, сломалась в локте
с треском, сопровождавшимся болезненным стоном. Тяжелые удары в живот
свалили его наземь - и тогда из ночи внезапно выстрелило красно-желтое
пламя, охватив убийц.
Осторожно, чтобы не разбудить спящего рядом мужчину, Алида выбралась из
постели и на цыпочках подошла к двери. Еще раз бросив взгляд на спящего,
она вышла из комнаты. Помещение рядом было освещено столь же скупо, как и
спальня; две свечи в изящном канделябре отбрасывали на противоположную
стену ее увеличенную тень. Она повернулась боком, разглядывая очертания
небольших, все еще идеально круглых грудей, после чего, одобрительно
кивнув, уселась в украшенное богатой резьбой кресло, подобрав под себя
ноги, взяла с блюда тонкой работы грушу и откусила. Липкий сок потек по
подбородку, капая на зеленый треугольный плоский камешек, висевший на шее.
Листок Счастья с Черного Побережья, оберегавший от болезней.
И подходивший к цвету ее глаз.
Лохматый песик (подарок от "подруги") лежал в углу, поскуливая во сне.
Алида чуть наморщила нос. Она не слишком любила животных.
Зато она просто обожала сладкое.
Она снова откусила от груши.
Однако сладкий сок плода не мог заглушить горечи нараставшего в ней
раздражения.
Что произошло, ради Шерни? Им не удалось? Впрочем, даже если и так -
что ж, бывает! Такие, как они, по-настоящему знающие свое дело, не
побоялись бы стать перед ней и честно сказать: у нас не получилось
потому-то и потому-то...
Тем временем прошла ночь, прошел день, теперь опять была ночь, а она не
имела понятия о том, что происходит.
Ведь не убил же он их всех! Нет, она не знала такого человека, который
мог бы убить троих профессиональных убийц, возможно лучших в мире, не
каких-то там мелких бандитов, но людей, для которых убивать означало то
же, что для сапожника - шить сапоги.
Значит?
Огрызок распался в ее руке надвое, большой кусок упал между ее бедер.
Она взяла его двумя пальцами и начала чертить на коже какие-то знаки.
Лобок ее был гладко выбрит, по дартанской моде. Она разглядывала влажные
линии, оставленные грушевым соком на теле, пока те не высохли и не
исчезли. Бросив остатки плода на пол, она поднялась и заглянула в спальню.
Нальвер крепко спал. Что ж, хорошо, что хотя бы с этим все прошло гладко.
Она сразу подумала об этом придурке, поскольку получить какие-либо
сведения от парочки кузенов было просто невозможно. Нальвер же, которого
те считали дурачком (каковым он, собственно, и был), показался ей весьма
многообещающим экземпляром. Что ж, она попала в самую точку. Кто мог бы
подумать, что Баватар планирует набег идиотов на Ахелию...
Для нее же лучше. Хотя бы одно уже можно было выбросить из головы.
Но это, это!
Алида хотела крикнуть, но передумала, подумав, что может разбудить
Нальвера. Она вышла из комнаты и сбежала по лестнице вниз. Ей нравилось
ощущать босыми ногами холод ступеней. Особенно тогда, когда было так жарко
и душно, как этой ночью.
- Эй, бравый сторож! - негромко позвала она, перегнувшись через перила.
- Крепко спишь?
Рослый привратник появился почти сразу же, со свечой в руке.
- Всегда на страже, - заверил он, потирая лицо. - Да, госпожа?
- Никто не приходил? - спросила она, хорошо зная, что никто.
- Никто, госпожа.
Она смотрела куда-то поверх его головы, задумчиво морща брови.
- Что тебя беспокоит, госпожа? - спросил он, тоже помрачнев.
Ее отношения со слугами были весьма странными. В присутствии
посторонних она требовала полного подчинения, зато, когда никто не видел,
вела себя с ними полностью на равных. Все слуги были рабами. Бывшими
рабами, поскольку всем им она дала свободу. Ушли лишь двое. Те, кто не
ушел, души в ней не чаяли. Она была прекрасной госпожой, лучшей из всех,
кого только мог представить себе слуга. Может быть, она стала такой под
влиянием матери-армектанки? Отец не позволял дома никаких "чудачеств", как
он называл прекрасные древние армектанские обычаи и традиции, но мать о
них рассказывала. Суровые гаррийцы никогда не сумели бы их понять,
особенно учитывая их армектанское происхождение... Впрочем, она сама
соглашалась далеко не со всеми из них. Однако правило, что раб хорош для
работы в поле, но никогда - в доме, где слуги должны чувствовать, что им
полностью доверяют, нашло у нее полное понимание, и она успешно применяла
его на практике. Она давала почувствовать слугам свою исключительность,
давала им понять, что лишь они могут быть с ней столь близки. Им это
невероятно льстило, они ощущали собственную незаменимость. Алида сама не
знала, где проходят границы подобных доверительных отношений... Но на
самом деле подобной проблемы просто не существовало. Слуги чувствовали эти
границы намного лучше, чем она сама. Она находилась под их опекой.
Пожалуй, никто из знакомых ей высокорожденных не поверил бы, что
возможно поддерживать необходимую дистанцию и отношения хозяина с
подчиненным, соседствующие с самой настоящей дружбой.
И тем не менее...
Конечно, большое значение имел подбор людей. Но в людях она разбиралась
превосходно и подбирала их весьма тщательно.
Она стояла на третьей ступени снизу, но, несмотря на это, ее лицо
находилось на одном уровне с лицом гиганта. Держа свечу так, чтобы не
поджечь ее светлые волосы, он протянул руку и осторожно большим пальцем
снял кусочек груши с уголка ее рта. Она улыбнулась.
- Чем-нибудь могу помочь, госпожа?
Она покачала головой:
- Нет. Но если кто-нибудь придет, зови меня, где бы я ни была. Не ходи,
не ищи. Просто позови. Я жду крайне важного известия.
- Хорошо, госпожа.
Махнув ему рукой, она быстро побежала наверх, поскольку ее босые ноги
все же несколько замерзли на каменных ступенях.
Остаток ночи она не спала. Но лишь поздним утром один из ее людей
принес известие, что возле сгоревшего дома на краю леса (об этом пожаре
она слышала) обнаружили обугленные трупы нескольких человек.
Сгоревший дом? На краю леса...
Она знала и это место, и этот дом. Когда-то там собирались построить
лесопильню. Построили, однако, только дом, после чего от дальнейших работ
отказались - ее никогда не интересовало почему. Какое ей дело до какой-то
лесопильни?
Дом долго стоял пустым, поскольку находился далеко от дороги и был
недостроен. Около года назад она случайно услышала, что кого-то там
видели. Ей было даже интересно, кому понравилось жить вдали от людей, в
заброшенной развалине; раз-другой ей хотелось проверить, но всегда
находились дела поважнее...
Те сгоревшие трупы - могли ли это быть они?
Конечно, да. Она сама настаивала, чтобы они вывели Варда куда-нибудь за
город, выдавая себя за людей Баватара. Повод был прекрасный - Баватар сам
предлагал встретиться где-нибудь в безлюдном месте...
"Этот человек - солдат, - сказала она им. - Он может защищаться.
Возможно также, что за ним следят. Уведите его куда-нибудь подальше, где
никто не заметит борьбы. Легче будет и проверить, один ли он. Ну и
спрятать труп, никто не должен его найти, ясно?"
Она мысленно обругала себя за излишнюю осторожность.
Сколько, собственно, трупов нашли на пожарище? Возможно ли, чтобы в
этом доме у Варда были какие-то друзья? Нет. Но человек, который там жил,
мог ему помочь. Может быть, их было несколько?
Кто там жил, ради Шерни?
У кого это можно было узнать? У лесников? Может быть, у каких-нибудь
лесорубов? Чем быстрее она это выяснит, тем быстрее получит ответ на
вопрос, жив ли капитан. Если жив - дело плохо... У нее не было времени
ждать... Теперь - не было.
36
- Факел, - хрипло сказала Лерена.
Раладан стоял, глядя в небольшое темное отверстие.
- Слышишь? В шлюпке есть факелы. А если нет, то плыви за ними на
"Звезду"! - бросила она. - Я отсюда не уйду, - грозно предупредила Лерена,
едва он открыл рот.
Он направился обратно к шлюпке.
- Быстрее! - яростно крикнула она.
Когда он вернулся с горящим факелом в одной руке и с трутом и кресалом
в другой, она продолжала стоять на том же месте. Вырвав у него факел, она
полезла в темную дыру. Он последовал за ней.
- Осторожно, - предупредила она. - Здесь провал.
Он обогнул ловушку.
Сразу же за тесным входом коридор расширялся, земля уходила вниз, и
вскоре уже можно было выпрямиться во весь рост. Им пришлось пройти
значительно дальше, чем он ожидал, прежде чем Лерена остановилась.
- О Шернь... - проговорила она.
Они находились в просторной пещере. Мерцающий свет факела вырывал из
темноты ее часть, погружая остальное в еще более глубокую тень. Посреди
возвышалась какая-то бесформенная груда, прикрытая парусиной. Раладан
представил себе матросов, в поте лица таскающих тяжелые сундуки, а рядом -
огромного, мрачного человека, угрюмо глядящего на них из-под насупленных
бровей...
Лерена отдала лоцману факел и начала стаскивать парусину, под которой
обнаружилась пирамида ящиков разной величины и формы. Опустившись на
колени, она подняла крышку огромного сундука, стоявшего отдельно у
подножия груды.
Внутри были кольчуги.
Она бросилась к другому, небольшому, стоявшему наверху. Заглянув
внутрь, она погрузила в него руки и тут же вытащила их снова, держа
спутанные ожерелья из жемчуга, переплетенные какими-то цепочками. Вскочив,
она закружилась на месте, торжествующе подняв руки над головой.
- Раладан! - почти запела она. - Раладан!
Из темного угла пещеры появилась Риолата.
- Я первая, - сказала она.
Стоявший позади нее человек сбросил темный плащ, открыв белый
солдатский мундир. Под плащом был спрятан арбалет.
Второй человек появился за спиной Раладана, вырвав у него факел и
преградив путь к выходу.
Лерена все еще стояла с поднятыми руками, с застывшей на лице улыбкой.
- Держи руки подальше от меча, сестра, стой там, где стоишь, - и
спасешь две жизни, - сказала Риолата, бросая лоцману веревку. - Сядь и
свяжи себе ноги, Раладан. Как следует и крепко, я проверю. Нет, морячок, -
усмехнулась она, - этот узел ты развяжешь одним движением... О, теперь
хорошо.
Лерена уже опустила руки, но продолжала стоять на месте, постепенно,
однако, приходя в себя.
- Что дальше, сестренка? - спросила она. - У меня тут рядом полторы
сотни человек.
Солдаты Риолаты все еще держали оружие наготове, изумленно переводя
взгляд с одной женщины на другую.
Их можно было различить лишь по одежде.
- Полторы сотни? Откуда ты знаешь, сколько их у меня на этом острове?
- А здесь поместится больше двоих?
- О! - усмехнулась Риолата. - А у тебя есть чувство юмора, Лерена!
Она задумчиво покачала головой.
- Раздевайся, - велела она.
Лерена подняла брови.
- Меня что, собираются изнасиловать? - язвительно спросила она.
- Сбрасывай свои тряпки или их с тебя сдерут!
Пиратка бросила на нее презрительный взгляд, затем расстегнула пояс с
мечом, сняла рубашку, сапоги и широкие штаны.
- Свяжи ее, - приказала Риолата, забирая арбалет из рук Носача. - А ты
свяжи ему руки. - Она протянула руку за факелом.
Солдат, держа веревку, склонился над лоцманом. Тот протянул руки,
посмотрел в сторону, после чего проговорил - в первый раз с тех пор, как
они вошли в сокровищницу:
- Давай, Красотка...
Прежде чем успели прозвучать эти слова, он схватил солдата. Лерена
оттолкнула Носача, бросаясь к сестре. Та упала, выронив арбалет - но не
факел... В следующее мгновение Лерена взвыла. Носач вскочил, пытаясь ее
удержать. Риолата кинулась к душившему солдата лоцману, сунула огонь ему
под мышку. Солдат взревел, так как и ему обожгло лицо, но Раладан его
отпустил, и тогда она со всей силы ударила лоцмана головней.
- Свяжи его! - рявкнула она обожженному солдату. Раладан ошеломленно
тряс головой. В волосах у него гасли искры.
Лерена боролась с Носачом, который едва мог ее удержать.
- Ударь ее! - крикнула Риолата. - Хватит возиться!
Солдат оттолкнул Лерену; та ударила его в челюсть, но его удар оказался
сильнее: она открыла рот, хватая воздух, согнулась пополам и медленно
опустилась на колени, вытаращив глаза, потом согнулась еще больше, почти
касаясь лбом земли.
- Очень хорошо.
Риолата воткнула факел в щель в каменной стене, после чего неожиданно
повернулась и, яростно оскалившись, ударила лежащую в бок с такой силой,
что затрещали ребра. Послышался слабый стон, скорее походивший на писк.
- Свяжи ее! - рявкнула Риолата. - Но так, чтобы чувствовала!
Она села у стены, с силой потирая руки и постепенно успокаиваясь.
- А теперь уходите. Мне не нужны посторонние.
Она взяла меч сестры, показав солдатам на арбалет. Те забрали его и
ушли.
В пещере наступила тишина, прерываемая лишь стонами Лерены, звучавшими
отчасти как рыдания, отчасти как прерывистое дыхание. Сломанные ребра и
жесткая веревка, врезавшаяся в обширный ожог на ноге, причиняли
невыносимую боль.
- Раладан, команда что-нибудь заметит, если я вернусь на корабль вместо
нее?
Лоцман вздрогнул и, поморщившись, поднял гудящую голову.
- Одежда у меня уже есть. - Она показала рукой. - Хотя, честно говоря,
не знаю, как это надевается... - Она приподняла острием меча штаны. - Она
что, снимает их, если ей надо помочиться?
Лерена, несмотря на боль, издала некое подобие смешка.
- Ты мне нужен, Раладан, - сказала Риолата. - Я предпочла бы иметь на
корабле кого-то из тех, кого знаю.
Пиратка издевательски фыркнула.
- Нам нужно спешить, Раладан, - невозмутимо продолжала Риолата. - Я
потеряла корабль, а мне пора возвращаться в Дорону. Она у меня в руках. Ты
знаешь кто. Ридарета. Она умрет, если я в ближайшее время не появлюсь.
Лоцман потерял самообладание.
- Лжешь, - сказал он.
- Пожалуй, нет. После последнего разговора с ней, - она показала на
сестру, - я подумала, что хватит с меня сюрпризов. Впрочем, я многое могу
простить, Раладан, но женщина, которую я называла матерью, обманывала меня
всегда, не заботясь о том, что я думаю и чувствую, присвоив себе право
выбирать, что мне следует знать, а что нет. Перед тем как выйти в море, я
отправила к ней людей. Надежных людей, Раладан.
- Лжешь, - повторил он.
- Хочешь проверить?
Лерена со стоном перевернулась на бок, уставившись на лоцмана.
- Раладан?.. - простонала она.
- Он уже сдался, - заявила Лерена. - Ты не знала? Ради Шерни,
сестренка, твой лоцман безнадежно влюблен в нашу сестру-мать... Нужно быть
слепым, чтобы этого не видеть. Он сделает все, что в человеческих силах,
чтобы спасти в первую очередь ее жизнь, и лишь потом - эти сокровища,
которые он считает ее собственностью. Ты рассказывала мне о том разговоре
в таверне... Действительно, сокровища нашего отца должны были пойти ко дну
вместе с кораблем, ибо так хотела она. Но это должен был быть _твой_
корабль, Лерена. Если бы ты забрала все это, он отправил бы твою посудину
ко дну на первых же скалах!
Лерена кусала губы, не отрывая взгляда от лоцмана.
- Раладан? Это... правда?
Лоцман угрюмо кивнул:
- Да. - Он посмотрел на Риолату. - Я согласен, госпожа.
- Нет, - с беспомощной яростью проговорила Лерена. - Раладан... ты
любишь Ридарету?
Он взглянул ей прямо в глаза:
- Не так, как это себе представляет твоя сестра. Однако ради нее я
сделаю все что угодно.
Девушка словно внезапно перестала чувствовать боль. Приподнявшись
настолько, насколько позволяли путы, она сказала:
- Слишком многим госпожам ты хочешь служить, Раладан... И это тебя
погубит. Клянусь.
Риолата привстала, уперлась ногами в грудь сестры и сильно толкнула.
Лерена упала назад, ударившись головой о камень. Она даже не застонала.
Острие меча коснулось пут Раладана... но тут же отдернулось, не
разрезав их. Риолата наклонила голову и, задумчиво нахмурив брови, потерла
ладонью щеку.
- Команда надежная? - спросила Риолата. - Сейчас я тебя освобожу, -
пообещала она.
Он странно посмотрел на нее:
- Команда? Хуже некуда.
- Значит, сокровища...
- Это безумие.
Она кивнула:
- Значит, пусть пока остаются там, где были.
Поднявшись, она взяла факел и вышла из пещеры. Солдаты ждали. Она
посмотрела в сторону леса, где скрывались остальные ее люди.
- Они все еще там? - спросила она Носача.
- Да, госпожа.
- Нужно от них избавиться, они слишком много знают. Сумеете сами
довезти меня на шлюпке до Гарры?
Они переглянулись:
- Наверное, да, госпожа.
- Наверное?
- Наверняка, госпожа.
- Значит, убейте их. Справитесь?
- Да, госпожа. У них только ножи.
- Приступайте.
Вернувшись в пещеру, она взяла меч и освободила лоцмана.
- Нужно избавиться от тех двоих, - сказала она.
- Солдат?
Она кивнула.
- У тебя здесь больше никого нет, госпожа?
Она поколебалась:
- Что ж, возьми себя в руки... Были. Только что.
Он все понял.
Она наклонилась, подняла кусок веревки в три локтя и протянула его
лоцману.
- Сейчас приведу одного, - сказала она. - Задуши его. Потом займешься
вторым.
Он кивнул, наматывая концы веревки на руки. Риолата вышла из пещеры и
подождала, пока солдаты не вернутся.
- Все? - спросила она.
- Да, госпожа.
- Последи за окрестностями. Мне показалось, что я кого-то там видела. -
Она показала рукой на скалы неподалеку. - А ты со мной, - кивнула она
Носачу.
Раладан прикончил десятника столь ловко, что она посмотрела на него с
уважением.
- Не радуйся, госпожа, - холодно сказал он. - Если сегодня ты солгала,
тебя ждет то же самое.
Они смерили друг друга взглядом.
- А если не солгала - тоже? - презрительно заметила она. - Ты слишком
мелок, Раладан... С кем ты хочешь помериться силой? Кем ты себя считаешь?
Я скажу тебе, кто ты: просто дурачок, стремящийся в никуда. Ты мог бы
столько иметь... Но нет, ты предпочитаешь одноглазую сумасшедшую,
существования которой никто не замечает, так же как никто не заметит и ее
исчезновения...
Он схватил ее обеими руками за горло. Она даже не пошевелилась.
- Ну... - прохрипела она, - давай...
Он освободил захват и медленно опустил руки. Потирая шею, она медленно,
демонстративно собирала слюну. Он уклонился от ее плевка.
- Я не могу тебя убить... - сказал он.
Она криво усмехнулась.
Повалив ее на землю лицом вниз, он молниеносно связал ей руки остатками
веревки, после чего подобрал рубашку Лерены и запихал ее скомканный край
глубоко в рот лежащей.
- Кто тебе сказал, что ты неприкасаемая? - спросил он. Расстегнув пояс,
он хлестнул им по спине извивающейся девушки. - Кто тебе это сказал?
Встав, он пнул ее ногой так, что она перевернулась на спину.
- Я буду ждать возле шлюпки, - сказал он. - Освобождайся быстрее, иначе
я могу передумать. После того, что я сегодня услышал и увидел, мне
начинает казаться, что такую суку, как ты, лучше отсюда не выпускать.
Лучше уж искать Ридарету вслепую. Если она вообще у тебя... - добавил он
уже из коридора.
Лежащая возле груды ящиков Лерена почти задыхалась от неудержимых
приступов смеха.
Риолата подползла к брошенному мечу, освободила руки и вырвала кляп,
после чего, почти рыча от ярости, набросилась на Лерену и захлестнула на
ее шее кусок веревки.
Раздался пронзительный хриплый визг. Риолата затянула узел и встала.
Лерена извивалась на земле, ударяясь головой о камни. Глаза ее вылезли из
орбит, лицо все больше синело. Она выгнулась дугой, мышцы связанных рук и
ног сотрясали судороги. Риолата, не спуская с нее глаз, собрала брошенную
одежду, взяла медленно догорающий факел, повернулась и двинулась по
каменному коридору к выходу.
37
Алида схватилась за голову:
- Нет, нет, нет!
Лохматый щенок с воинственным лаем выскочил из-под стола. Она дала ему
такого пинка, что он с визгом отлетел далеко к стене.
- Нет! - еще раз вскрикнула она. - Этого не может быть!
Мужчина испуганно попятился:
- Так мне сказали... госпожа.
Алида села, сжав кулаки.
Нет, этого просто не могло быть. Во имя Шерни, молодая женщина без
одного глаза... Ведь не единственная же она на свете... Нет, не может
быть, чтобы она столь долго жила прямо у нее под боком, почти на
расстоянии вытянутой руки...
Прикусив губу, Алида посмотрела на своего шпиона.
- Что еще? - бросила она. - Что тебе еще известно?
- Ничего... Это все, госпожа. Несколько раз ее видели в лесу охотники,
и только...
Легким движением головы она показала ему, что он свободен.
- Стой, - тут же сказала она. - Забери это.
Песик лежал судорожно вздрагивая, с морды текла кровь. Мужчина
осторожно взял его на руки и вышел.
Алида вскочила, обошла кругом стол и снова села.
"Возьми себя в руки, дорогая", - подумала она.
Если это была она, пиратка Раладана, - тогда все понятно. Вард не бежал
куда глаза глядят. Кто-то у него был здесь, рядом... Невероятно... Но чем
могла помочь одна девушка? Правда, пиратка. А может быть, там был еще и
_он_? Раладан...
- Нет и _нет_! - рявкнула Алида.
Однако все сходилось.
У всех этих людей были с ней счеты. Присутствие здесь девушки, а
наверняка и Раладана объясняло, откуда Вард мог узнать, где ее искать. О
Шернь, все сходилось - и даже чересчур хорошо!
Жив ли Вард?
Алида внезапно почувствовала себя окруженной со всех сторон. С одной
стороны, ей угрожал этот островитянин (о, как же она недооценила эту
опасность!) и его друзья. С другой же - Трибунал. Хуже всего было то, что
именно сейчас, занимаясь столь важными и столь деликатными делами, она
должна была быть свободна от всяческих подозрений. Ставка была чересчур
высока! А тут еще и новые хлопоты: всплыла история с покупкой
должностей...
"Успокойся, дорогая, - по своему обычаю обругала она себя. - Все не так
уж плохо... Ведь ты ждешь известия, которое многое объяснит".
Словно по ее зову, появился слуга со свитком пергамента.
- От кого? - по привычке спросила она.
- Не знаю, госпожа.
- Ты задержал посыльного?
- Нет, госпожа. Он сразу же ушел.
Она уже знала от кого.
Письмо не было запечатано. Оно содержало лишь несколько слов: "Будь
спокойна. Н."
Алида медленно подняла взгляд, позволив себе улыбнуться.
- Так что же? - спросила госпожа Елена.
Баватар сидел с мрачным и грозн...
