Бетси Блейд. Ловушка для солнца
страница №6
...иком,добавила: - А вы, оказывается, проказник! И обольститель редкостный!
- Это недостаток, Эмилия? - скрывая улыбку, уточнил он.
- Разумеется, достоинство! - возразила она. - И я, как шоколадка,
пожалуй, растаяла бы прямо сейчас и пала в ваши объятья, если бы...
- Если бы ЧТО? - быстро спросил он.
- Если бы не мой комплекс неполноценности! - засмеявшись, заявила она.
- Я ненавижу проигрывать. А в соперничестве с вашей красавицей-супругой
точно потерплю фиаско. К тому же мое зрение не хуже вашего. Вы заметили
взгляд господина Фроста, а я - Ромины. Она смотрит на нас не менее
внимательно, чем Тимоти. И повод насторожиться, кстати, имеется.
Согласитесь, Витторио, нашу с вами беседу невинной не назовешь! Так ведь?
- Нет! Конечно, не так! - запротестовал он.
- И все же... - Эмилия допила вино и протянула пустой бокал господину
Ардженто. - Пожалуйста, отнесите его, - вежливо и негромко попросила она.
- Вы отсылаете меня под благовидным предлогом? Хорошо. Подчиняюсь.
Просьба женщины для меня - закон.
Он встал, улыбнулся, забрал бокал и отошел.
"Неглупый мужчина. Интересный. Общительный! - одобрительно подумала
Эмилия. - Умеет очаровать женщину. Мне такие всегда нравились и нравятся. С
ним легко, весело, просто. А уж флиртовать и вообще одно удовольствие!.. "
- Не скучаете, дорогая Эмилия?
Около нее на краешек дивана присела Кэролайн Пакстон.
- О, нет!
- Еще бы!.. - Кэролайн усмехнулась. - Устоять и не попасть под чары
Витторио еще никому не удавалось! Вам, я вижу, тоже.
- Кэролайн... ну как вы можете... - Эмилия потупила взгляд. Затем,
чтобы преодолеть смущение, потянулась к портсигару.
- Да что там! - Кэролайн всплеснула кистями рук. - Ничего страшного
здесь нет. В наше время понятия "верность", "преданность", "нравственность",
"мораль" порядком потускнели, - серьезно заявила она и, после паузы,
продолжила: - Чуть ли не на каждом шагу - измена. Разводы - не редкость.
Причем порой конфликт спрятан так глубоко, так тщательно, что только
остается удивляться, когда узнаешь о разрыве внешне вполне благополучных
супружеских пар. И это надо принимать бесстрастно. Как само собой
разумеющееся.
- Но все же натянутость отношений, некоторую неприязнь не так-то просто
завуалировать. И если внимательно наблюдать... - попыталась возразить
Эмилия. - Просто никто не ставит целью пристальное изучение чужих
взаимоотношений. Все заняты собственными проблемами.
- Да-да! Вы правы! - вдруг согласилась Кэролайн. - Вот я, например,
взяла за правило никогда не вмешиваться в чью-либо личную жизнь. Но иногда
поневоле становишься свидетелем и узнаешь какие-то сведения.
- Конечно, так бывает. Я и сама зачастую поражаюсь своей
наблюдательности! - вдохновенно заявила Эмилия. - Вот, например, однажды...
Она подробно изложила историю развода одной хорошо знакомой супружеской
пары.
- Вот и со мной то же! - с любопытством выслушав ее, сказала Кэролайн.
- Имен, естественно, называть не буду. Я - не сплетница. Но волею случая я
пару раз стала свидетельницей, мягко говоря, очень интимных встреч двух
людей. Мужчины и женщины, которых хорошо знаю, - Кэролайн подалась к Эмилии
и доверительно сообщила: - Вообразите... Оба, он и она, имеют семьи. С виду
- благополучные, счастливые семьи! И что удивительно, незадолго до этого она
и Касп... Ах! - она оборвала себя на полуслове и затараторила: - Какое милое
колечко! Наверное, на заказ сделано? Или это подарок? Как и тот роскошный
гарнитур с бриллиантами и изумрудами?
Обе подробно и обстоятельно обсудили все достоинства "прелестного
колечка". Когда восторженные эпитеты стали иссякать, Кэролайн Пакстон
внезапно вернулась к прерванной самой же теме.
- После всего увиденного мои воззрения на незыблемость брачных уз
пошатнулись. Не поверите, но я как будто прозрела в одночасье! Я стала
смотреть на мир и людей другими глазами. И на себя! - Кэролайн энергично
тряхнула своими роскошными белокурыми волосами, бросила куда-то в сторону -
то ли на мужа, то ли на одного из гостей... на кого именно, Эмилия не
заметила!.. быстрый взгляд чуть прищуренных глаз и сказала: - Что-то словно
надломилось внутри. Я почувствовала, что изменилась. А Кен ничего не видит!
Да и не хочет, не пытается увидеть!
- О! - сочувственно протянула Эмилия. - Мне это знакомо. Мой бывший муж
тоже не отличался прозорливостью. А- а!.. Что и говорить! Мужчины - эгоисты.
- Да, эгоисты. Хотя... не все... Некоторые... - Кэролайн замолчала. Ее
взгляд остановился на фигуре Гарольда Фергюссона.
Госпожа Пакстон, задумавшись о чем-то своем, судя по всему, не обращала
внимания на Эмилию, которая, осененная внезапно пришедшей на ум догадкой,
даже привстала. Вспомнив призыв Мудрого Удава - при любых обстоятельствах,
особенно, неожиданных, не терять головы и присутствия духа, вести себя
естественно и раскрепощенно, Эмилия сделал вид, что потянулась за
пепельницей, придвинула ее поближе и ухватилась за портсигар и мундштук -
идеальное средство спасения в безвыходной ситуации. Окончательно справившись
с собой и обрести душевное равновесие Эмилии помогло слово, внезапно
долетевшее до нее из зала.
- ... гелиотроп!
Все еще пребывая в эмоциональном угаре, Эмилия не узнала голос,
произнесший его. Да это было и не важно! Прореагировала Эмилия моментально,
совсем неожиданно для себя.
- А вы знаете, какой потрясающий миф сохранился до наших дней об этом
цветке? - громко спросила она.
Со всех сторон послышались возгласы и просьбы поведать об этом. Кто-то
переспрашивал и уточнял, о чем речь. Кто-то припоминал и приводил сведения,
полученные когда-то давно, случайно. Тем не менее, довольно быстро
разноголосая сумятица прекратилась, восстановилась тишина. Все внимание, к
непередаваемому удовольствию Эмилии, переключилось на нее. Какая женщина не
мечтает оказаться в эпицентре взглядов, устремленных только на нее, на нее
одну! Конечно, Эмилия могла бы наслаждаться своим привилегированным
положением довольно долго. Но, понимая, что терпение слушателей не
беспредельно, с царственным величием смилостивилась и приступила к рассказу.
- Это греческий миф. Бог Океан, титан, олицетворение водной стихии,
взял в жены титаниду Тефиду, которая родила ему 3000 сыновей - речных
потоков и 3000 дочерей - океанид. Одна из них, Метида, стала женой самого
Зевса. Но речь пойдет не о ней. Ту, судьба которой нас интересует, звали
Клития. Она влюбилась в Гелиоса - бога солнца. Каждое утро он объезжал землю
с востока на запад в золотой колеснице, запряженной четверкой быстрых
огненных коней, и спускался в Океан. А ночью в золотой лодке возвращался на
восток, чтобы утром снова начать свой путь. Все греки свято чтили Гелиоса.
Ему воздвигли огромную статую, Колосс Родосский, одно из семи чудес света.
Гелиос своей стихийной силой даровал жизнь и наказывал преступников.
Находясь высоко, он видел все дурные дела людей. Его призывали в свидетели и
мстители. Так вот, Клития всеми силами добивалась взаимности. Безуспешно. И
тогда она впала в безумие. Клития не могла оторвать взора от возлюбленного,
поворачивая голову вслед за двигавшимся по небосводу солнцем. Она приросла к
земле и превратилась в гелиотроп.
- Цветок, который постоянно поворачивает венчик вслед за солнцем, -
дополнил, не удержавшись, Кеннет Пакстон.
- Да. Вот такой красивый и печальный миф, - завершила Эмилия и
улыбнулась.
- Отсюда вывод. Следует влюбляться не в тех, кто парит в заоблачных
высях, а в тех, кто твердо стоит на земле, - убежденно заявил Крейг Саразин.
- Чувства нельзя подчинить разуму! - запротестовала Хелен Истмен.
- Уж лучше любить безответно далекого, недосягаемого, великолепного
титана, чем терпеть серую посредственность рядом! - поддержала ее Ирен
Демпси, к которой присоединилась Линда Фергюссон.
В разрез с единым мнением дам неожиданно выступила Кэролайн Пакстон.
- А как же с известной мудростью, что лучше синица в руках, чем журавль
в небе? Хорошо этой божественной дочке Клитии! В цветочек превратилась. А
что ждет нас, обычных женщин?!!
- МОГИЛА!!! - загробным тягучим голосом произнес Крейг Саразин и
захохотал.
После недолгой паузы вслед за ним рассмеялись все.
14
Вскоре мужчины отправились смотреть какой-то чересседельник, недавно
приобретенный Гарольдом, а дамы устроились за чайным столиком. Само собой
разумеется, разговор крутился вокруг мифа, любви, отношений мужчин и женщин.
Но то, куда в итоге он повернул, лишило Эмилию дара речи.
- А что, - отпив из чашечки небольшой глоток, участливо спросила
Кэролайн Пакстон, обращаясь к Линде Фергюссон, - оставила, наконец, Гарольда
в покое эта назойливая женщина, присылающая нелепые письма?
Эмилия обмерла. Рука ее, поднесенная ко рту, застыла. Пальцы, державшие
чашку, онемели. Да неужели о письмах известно абсолютно всем?!! Как же
так?!! Гарольд уверял, что никто, и Линда в том числе, понятия о них не
имеет!!! И вот вам! Пожалуйста! Оказывается, послания - всего лишь невинная
и милая тема во время чаепития!!!
- Письма приходят регулярно, насколько мне известно. Во всяком случае,
до недавнего времени - точно. Подозреваю, что Гарольд, как человек тактичный
и воспитанный, вынужден поддерживать переписку, - бесстрастно сказала Линда.
- Следовало бы с ней давно встретиться и объяснить, что к чему! -
решительно заявила Кэролайн. - Наглость какая! Беспокоить женатого мужчину!
Бесцеремонно вмешиваться в его жизнь! Делать недвусмысленные предложения!
Лишать покоя его жену!
- Да я не обращаю на письма совершенно никакого внимания, - спокойно
возразила Линда. - Меня они не интересуют и не волнуют.
- Но все же можно попросить Аллана, - предложила Ирен Демпси. -
Уверена, он быстренько вычислит, кто она такая, эта "Дж. Л." !
- Она... п- п- подписывается? - от волнения Эмилия стала заикаться.
- Да, - подтвердила Линда. - Я наткнулась на письма случайно. Поначалу,
естественно, удивилась. Но Гарольд мне объяснил, что это какая-то его
давняя- предавняя подружка. Одноклассница, что ли! Разумеется, с тех пор они
навеки связаны незабываемой первой любовью! - пошутила она. - Во всяком
случае, ей-то, наверное, именно так и кажется. Ну а я - случайность,
нечаянная ошибка, помеха незначительная! - Линда рассмеялась.
Вместе с ней засмеялись и остальные дамы. Эмилия тоже старательно
изобразила на лице некое подобие улыбки. В ее голове стучала лишь одна
мысль: "Ничего не понимаю! Я запуталась совсем! О каких письмах идет речь?
Какая "Дж. Л."? Ведь на тех письмах, которые Гарольд передал мне и Тимоти,
подписи нет. Значит, в наличие имеется два комплекта. Но почему же Гарольд
это утаил? Странно... Что-то здесь не так... Надо немедленно посоветоваться
с Тимом. Немедленно!!!"
Выждав удобный момент, Эмилия встала и тихо, почти незаметно удалилась.
Она разыскала господина Фроста в компании других мужчин, внимательно
осматривающих и живо обсуждающих недостатки и достоинства уникального
"чересседельника". Эмилия поймала взгляд Тима и, ничего не говоря, указала
рукой в сад. Она не успела выкурить сигарету даже на четверть, когда Тим
присоединился к ней. Они двинулись по аллее и зашли в беседку, увитую
плющом.
- Что-то случилось, госпожа Змановски?
- Да.
Эмилия несколько раз глубоко затянулась. Было заметно, как подрагивают
кончики ее пальцев от волнения и возбуждения. Тим дотронулся до руки Эмилии,
не занятой сигаретой, и слегка сжал в своей теплой ладони.
- Так что случилось, Эмма? - ласковым успокаивающим тоном негромко
повторил он свой вопрос.
Подняв к его лицу глаза, взгляд которых был потерянным и расстроенным,
Эмилия прерывисто заговорила:
- Тим... я... я ничего не могу... понять... Гарольд... письма... но не
те, другие... " Дж. Л."... И все знают... Есть подпись... но ее нет...
Нет!!!
- Подожди, Эмма, - прервал сумбурное изложение фактов, расстроивших и
впечатливших Эмилию, Тим. - Давай разберемся по порядку. А то мы запутаемся
окончательно. Разве можно понять хоть что-то из твоего набора фраз? Какие-то
письма "не те, другие", "все знают", "есть подпись, но ее нет" и еще
какой-то тайный шифр "Дж. Л.". Давай начнем с того, что ты и другие дамы
остались пить чай.
- Да, остались. Но до этого...
Эмилия пересказала Тиму свою беседу с Витторио Ардженто.
- Надо же! Мало кто так хорошо знает своего спутника жизни, - улыбнулся
Тим. - Ведь мы с Роминой, действительно, говорили только о ее брате.
Но доблестный тореадор, безответственно и опрометчиво сделавший выбор
не в пользу представительниц прекрасного пола, Эмилию больше не интересовал.
Поэтому она приступила к изложению подробностей беседы с Кэролайн Пакстон.
Затем подошла очередь основной темы, взбудоражившей и ошеломившей Эмилию.
- Я очень удивилась, Тим, что о письмах известно всем. Всем! Абсолютно
всем!!!
- Очевидно, однажды Линда... скорее всего, к слову, невзначай!.. вот
так же, за чайным столом или в непринужденной обстановке, непритязательной
беседе поделилась с приятельницами забавным случаем из жизни своей семьи, -
предположил Тим.
- Наверное, так и было, - согласилась Эмилия. - Но вот что меня
насторожило. Откуда взялась и кто такая эта "Дж. Л."?
- По-моему, Линда сказала, что "Дж. Л." - одноклассница Гарольда. Его
первая любовь, - усмехнувшись, напомнил Тим. - Что же здесь необычного и
настораживающего?
- А то, что в то время я прекрасно знала Гарольда! Мы дружили. И хоть я
была младше, отлично помню, что одноклассницами он не интересовался. Объект
его первой, юношеской любви для меня тоже не секрет! - горячо и сердито
заявила Эмилия.
- О, догадываюсь!.. - засмеялся Тим. - Вне всяких сомнений, этот объект
- вы, госпожа Змановски.
- Ошибаетесь, господин Фрост! - язвительно возразила она. - Наш
короткий, но блистательный, яркий роман случился несколько позже. Но тут
Гарольд встретил Линду, а я... В общем, мы остались с Гарольдом друзьями.
- Как романтично! - Тим вновь усмехнулся. - Так кто же была "первой
любовью"?
- Не буду больше ничего вам рассказывать! - оскорбленная Эмилия топнула
ногой и отвернулась, вскинув вверх голову. Потом посмотрела на Тима через
плечо и спросила: - Вы, наконец, изучили письма? Сделали подробный анализ?
- Нет, - коротко ответил он.
- Но вы же, пока я собиралась на эту вечеринку, ждали в гостиной с
письмами! Вы же заявили, что займетесь ими! - возмутилась Эмилия. - Вы
обещали, что по письмам воссоздадите портрет! Что за безответственность?!!
Письма какой день без толку валяются на столе! Вы... - она вдруг умолкла и
насторожилась. - Вы слышали? - прошептала Эмилия.
- Да. Кто-то прошел, кажется.
- Тише вы! Этот "кто-то" не "прошел"... Он крался...
- Сейчас выясним!
Тим выскочил из беседки и скрылся в темноте.
15
Эмилия закурила. Она какое-то время ждала возвращения господина Фроста,
потом неторопливо двинулась к дому. Предаваясь глубокомысленным размышлениям
и поэтому не замечая ничего вокруг, Эмилия вскоре... само собой разумеется,
нечаянно!.. столкнулась с каким-то мужчиной, тоже, очевидно, полностью
погруженным в себя и потому рассеянным и невнимательным.
- Ой! Извините, пожалуйста! - одновременно, будто по команде,
воскликнули оба.
- Я немного задумался, отвлекся... - начал он.
- Я тоже! - живо подхватила Эмилия и улыбнулась.
- Кэролайн куда-то запропастилась. Я решил, что она вышла подышать
свежим воздухом. Отправился на поиски. В результате создал аварийную
ситуацию.
- К счастью, пострадавших нет! Не так ли, Кеннет?
- Именно так, Эмилия.
Господин Пакстон, муж Кэролайн, был ее полной противоположностью.
Необычайно худой, он казался, несмотря на некоторую сутулость, даже выше,
чем был на самом деле. Двигался и говорил он неторопливо, размеренно.
Интонации голоса были ровными и немного протяжными, занудными. Но в целом
господин Пакстон выглядел импозантно. А может, так только казалось из-за
очков, которые любому лицу придают умный "профессорский" вид. Впрочем... и
Эмилия это сразу же с одобрением отметила!.. Кеннет Пакстон не лишен был
чувства юмора и в известной мере - обаяния.
- На этой аллее я Кэролайн не заметила. Возможно, она ушла в другую
сторону, - предположила Эмилия.
- Ничего. Думаю, она скоро сама объявится, - ровным тоном возразил
Кеннет.
- А я видела ваши великолепные цветы! - вдохновенно произнесла Эмилия.
- Они роскошны! Жаль, я мало что смыслю в сортах, видах и прочем. Как и ваша
жена.
- Кэролайн? - переспросил Кеннет. - Ну почему же? Конечно, она - не
специалист, но знаний имеет достаточно, чтобы отличить лакфиоль от
дельфиниума, а скабиозу от энотеры! - он весело рассмеялся.
Догадавшись, что таким образом собеседник остроумно и своеобразно
шутит, Эмилия тоже задорно и звонко захохотала. Разумеется, подобные термины
она слышала впервые в жизни и, в отличие от умницы Кэролайн, не обладала не
то что "достаточными" знаниями, а не имела даже смутного представления о
том, что конкретно подразумевается под словами "лакфиоль" и "энотера". Ясно
было только, что это - цветы. Но какие именно? Как они выглядят? А посему,
что говорить дальше, как поддерживать беседу? Эмилия принялась старательно
вспоминать тот скудный набор сведений о цветах, который наверняка имелся. Но
почему-то дальше розы, гвоздики, естественно, табака и какой-то совершенно
неведомой петуньи, неизвестно как затесавшейся и прочно осевшей в закромах
памяти, на ум ничего не приходило. Эмилия сознавала, что имеющийся в ее
персональном арсенале цветочный набор мал до неприличия. С глубокомысленным
видом обсуждать банальнейшую тему о розах и гвоздиках, а тем паче
разворачивать дискуссию со знатоком-коллекционером, было бы глупо, как ни
старайся и сколько усилий не прикладывай. Конечно, оставалась еще эта
злосчастная петунья. В общем-то, название звучит неплохо и, кажется,
встречается не часто. Наверное, предположила Эмилия, цветок редкий,
экзотический. В принципе, можно было бы поговорить о нем. Но, черт возьми,
кроме звучного термина "петунья" знать бы еще хоть что-нибудь! Как выглядит,
какого цвета... и вообще...
Эмилия заметно приуныла. В голову пришла ошеломляющая мысль. А цветок
ли эта самая петунья? Может, и не растение даже? А, например, цапфа вала,
воспринимающего осевую нагрузку!
Господи! А этот набор созвучий труднопроизносимых слов откуда взялся?
Когда и каким образом эта самая "цапфа" застряла в голове?
Вот всегда так! Нет бы запомнить что-нибудь нужное, полезное! Так ведь
нет! Белиберда одна бессмысленная и бессвязная заполняет мозг, когда надо и
не надо, по поводу и без повода!
Собеседник, пока Эмилия разберется с "петуньей" и "цапфой", дожидаться
не стал. Он размеренно и негромко продолжал:
- ... так вот, в отличие от них и меня познания Кэролайн скромны. Но
почти все цветы, которые я выращиваю, ей хорошо известны.
- Значит, Кэролайн шутила, а я решила, что она, как и я... Но она была
так убедительна!
- Еще бы! - усмехнулся Кеннет. - Кэролайн - прирожденная актриса. Она и
в школьном театре играла, и в студенческом. Вас удивит, наверное, что одна
из ее лучших ролей - леди Макбет.
- Да что вы?!! - искренне изумилась Эмилия.
Представить пухленькую белокурую госпожу Пакстон в образе роковой
женщины она не могла при всем своем желании.
- Да-да, - подтвердил Кеннет. - А видели бы вы ее в роли Катарины из
"Укрощения строптивой"! Полное преображение. Колоссальный контраст. Кэролайн
и в обычной жизни зачастую играет то одну роль, то другую. Так сказать, по
настроению.
"Чем же еще украсить и разнообразить свою жизнь бедной женщине, имея
мужа-зануду и педанта? Как я ее понимаю!" - с искренним сочувствием подумала
Эмилия.
- А с недавних пор Кэролайн упорно пишет что-то. Куда-то отправляет. И
тщательно скрывает это! - с внезапно появившимися нотками недовольства, даже
раздражения, сообщил Кеннет. - Ее заметили недавно на почте небольшого
поселка... недалеко от нашего города. Я попробовал разузнать, в чем дело, но
Кэролайн так бурно отреагировала, а потом замкнулась!.. В общем, я предпочел
избрать позицию стороннего наблюдателя. Пусть развлекается и фантазирует
вволю!
На взгляд Эмилии, тон Кеннета по-прежнему был не слишком-то добродушным
и благожелательным. Наверное, господин Пакстон относился к категории тех
мужчин, которые считают своим непреложным правилом и обязанностью держать
все и вся под личным контролем. Чью-либо инициативу они считают делом
недопустимым. Кстати, таков Боа-Констриктор, например. И как тут ей, Эмилии,
от души не посочувствовать премилой и симпатичной Кэролайн?!!
- Я, как и Кэролайн, тоже люблю помечтать, - сказала Эмилия.
- Вам простительно. Профессия исследователя мифов предполагает наличие
воображения, фантазии, - спокойно возразил Кеннет.
Ответа - простая ли это констатация факта или снисходительное
великодушие мужчины, прекрасно сознающего собственное превосходство - Эмилия
так и не нашла. Да и не успела.
Неожиданно позади них раздался немного насмешливый женский голос:
- Не помешаю?
Кеннет Пакстон и Эмилия одновременно повернулись. К ним приближалась
Ромина Ардженто. Подойдя, она взглянула на Эмилию и спросила:
- Вас не утомил своей обстоятельной беседой наш правильный практичный
Кен?
- Нисколько! - Эмилия улыбнулась. - Мы беседовали о цветах. Я узнала
много интересного. Хотя, к сожалению, и сейчас вряд ли смогу отличить
энотеру от дельфиниума.
- Для меня тоже загадка, чем отличается какой-нибудь Ганимед от Ариона.
А вы наверняка в этом прекрасно разбираетесь, - галантно произнес Кеннет.
Эмилия, слегка покраснев, смущенно уточнила:
- Вообще-то я не специалист по древне- греческой мифологии. Поэтому
эпитету "прекрасно" вряд ли соответствую. Но, конечно, кто такой Ганимед, а
кто Арион знаю.
- Я тоже! - звонко засмеялась Ромина. - Кажется, это что-то там на
небе! Астрономическое! По-моему, созвездия или звезды.
Ромина сказала это так непринужденно и весело, что Эмилия рассмеялась
вслед за ней. Улыбнулся и Кеннет Пакстон.
- А почему ты такой мрачный, Кен? - вдруг оборвав смех, спросила
Ромина, устремив на господина Пакстона прямой внимательный взгляд.
- Кеннет беспокоится за Кэролайн, - сообщила Эмилия.
- А что такое? - уточнила Ромина.
Он помолчал, затем повел плечом и негромко произнес:
- Ничего особенного. Просто Кэролайн куда-то исчезла.
- Кстати, - быстро вмешалась Эмилия, - вы, Ромина, не встретили ее,
случайно? Вы же, по-моему, пришли с той стороны? - она указала на одну из
аллей.
- Да, - подтвердила Ромина и с мягкой улыбкой продолжила: - Но Кэролайн
я там не видела.
- Если не возражаете, я вас покину, - сказал Кеннет. - Поброжу вокруг
дома.
Эмилия энергично кивнула, а Ромина, взяв его под руку, вдруг заявила:
- Я составлю тебе компанию, Кен. Вы не будете скучать, Эмилия? -
спросила она. - Не обидитесь, что я лишаю вас общества такого мужчины, как
Кен? Мне надо с ним проконсультироваться, - пояснила Ромина и с искренним
раскаянием улыбнулась.
- Да-да. Конечно.
На лице Эмилии появилась ответная обаятельная и широкая улыбка, хотя в
душе запылал пламенный факел.
Кеннет и Ромина неторопливо пошли по аллее, негромко переговариваясь.
- Кен, я прямо не знаю, что делать. С моими лилиями что-то случилось.
Посоветуй, как быть, если...
Эмилия проводила их взглядом, потом достала сигарету, вставила ее в
мундштук и с ожесточением закурила.
" Как сказала одна о- о- очень удивленная жена, застав мужа в объятьях
любовницы: "Оказывается, я не единственная женщина на этой земле!" Нет! Ну
надо быть такой ослицей! - мысленно упрекнула себя Эмилия. - Прямо из-под
носа мужика увели у растяпы эдакой! А Ромина молодец! "Ах- ах! Что-то с
лилиями! Проконсультироваться!" !!! Ловко! Ничего не скажешь! Хотя... -
выплеснув эмоции, Эмилия стала рассуждать более сдержанно и справедливо. -
Никогда бы так бездарно не лопухнулась , - флористика, судя по всему,
произвела- таки свое неизгладимое впечатление, поскольку изменился лексикон
Эмилии, в котором ранее не было такого яркого и емкого слова, как
"лопухнулась", - если бы хоть что-нибудь знала о разных там примулах,
туберозах, рододендронах, камелиях, фуксиях, цикламенах и... Нет! Ну ты
подумай! Закон подлости! Мужчина давно скрылся за горизонтом под руку с
ненавистной, но удачливой соперницей, которая щебечет ему о дурацких
лилиях... кому они не известны?.. а тут, когда не надо, я, как ошалелая,
сама перед собой демонстрирую прямо-таки энциклопедические познания!
Опомнилась! Да только поздно! Эх!.. До чего же противны эти замужние дамы!
Все себе хапают! И мужей, и любовников, и всех остальных мужчин тоже! А нам,
одиноким, что делать? Сироткам беззащитным... покинутым... брошенным на
произвол судьбы... " И тут "покинутая сиротка" Эмилия громко, от души,
захохотала.
16
- О! Ты одна? А я думала...
К Эмилии подошла Линда Фергюссон.
- Такой веселый смех! - пояснила она и улыбнулась. - Что тебя
позабавило? Приятные воспоминания?
- Почти угадала, Линда, - откликнулась Эмилия. - Хотя мои
"воспоминания" приятными вряд ли назовешь.
- Поделишься?
- Сказала бы " с удовольствием", но это не будет соответствовать
действительности! - задорно произнесла Эмилия. - Вообрази, Линда, только что
одна предприимчивая особа без зазрения совести увела у меня кавалера!
- Не может быть! - с ироничным сомнением воскликнула та. - И если это
не секрет, о ком идет речь?
- Об одной очень красивой женщине. Догадайся, кто она?
- У нас все женщины - красавицы, - убежденно объявила Линда, хотя в
глазах ее появились озорные огоньки.
- А если объективно? - с шутливой настойчивостью спросила Эмилия.
- Ты требуешь невозможного! - Линда засмеялась, а потом, лукаво
взглянув на приятельницу, добавила: - Подозреваю, что ты намекаешь на
Ромину.
- Точно!
- И кто же тот счастливец, которому повезло удостоиться внимания таких
ослепительных дам, как ты и Ромина?
- Кеннет Пакстон!!! - торжественно объявила Эмилия.
- Бог мой!.. - Линда захохотала. - И дуэль была?
- Естественно! Однако моей жалкой одинокой петунье Кеннет предпочел
роскошные лилии Ромины!
- Не удивительно! - вновь рассмеялась Линда. - Одно дело лилии, а
другое - какая-то петунья!
- Не скажи, - с подчеркнутой обидой возразила Эмилия, испытывая к
цветку, о котором, беседуя с господином Пакстоном, почему-то вспомнила в
первую очередь, особые - теплые и светлые чувства. - Подумаешь, лилии!
Ничего необычного! Другое дело - петунья, - нежным и ласковым тоном
произнесла она. - Да что с тобой разговаривать! Оценить петунью могут только
специалисты!
- Такие, например, как Кен. Но он, увы!.. Может быть, стоило предложить
какой-нибудь другой цветок? - с показным участием спросила Линда. - И тогда
победа была бы в кармане? А Ромина с позором изгнана?
- Наверное, надо было... - грустно согласилась Эмилия, в душе до слез
жалея несчастную петунью. - Но названия других цветов пришли мне в голову
уже после того, как дуэль завершилась. Кеннета я, кажется, потеряла
навсегда! - с показным тяжким вздохом завершила она.
- Ромине тоже ничего не светит! - ободрила ее Линда.
- Ах, да! Кэролайн! Как же я о ней забыла? - встрепенулась Эмилия и
явно повеселела, поскольку тут они с Роминой были в равном положении.
Рассчитывать на нечто большее, чем познавательная беседа о цветах и клумбах,
ни одна, ни другая не могли. - Кстати, они такие разные - Кеннет и Кэролайн!
Это замечательно!
- Почему?
- Потому что это - залог счастливого благополучного брака. Супруги
дополняют друг друга теми качествами, которых лишены сами. Им не бывает
скучно или неинтересно. Уверена, что супруги Пакстон довольны своим браком.
Так ведь, Линда?
Та некоторое время ничего не отвечала, о чем-то размышляя. Эмилия вновь
закурила.
- В общем-то, - вернулась к прерванной беседе Линда, - это так. Хотя,
ты же знаешь, Эмилия, в семье всякое бывает. И не всегда удается жить ладно
да складно, как в сказках да мечтах.
- К сожалению, да.
- Вот и Кен с Кэролайн поэтому не исключение. Я не знаю подробностей,
конечно, но кое-что мне известно. Кэролайн очень ревнива. Возможно, ее
подозрения не имели под собой почвы. Но ходили упорные слухи о том, что Кен
увлекся какой-то женщиной. Подозреваю, что Кэролайн и Кеннет серьезно
поссорились. Хотя никакого публичного скандала не было. Просто Кэролайн,
забрав детей, надолго уезжала. Для меня... да и не только для меня!.. это
показалось странно. Сплетничали, что Кэролайн подала на развод. Но это
ерунда, разумеется! Пустые домыслы! Очевидно, Кену удалось все уладить и
добиться возвращения Кэролайн. Хотя, конечно, отношения между ними
изменились. Стали несколько другими.
- Хуже?
- Нет. Другими. И все. Кэролайн очень изменилась. Знаешь, Эмилия, ведь
она всегда отличалась оптимизмом и сумасшедшей энергией. Кеннет добивался ее
руки почти два года. Недостатка в поклонниках у Кэролайн не было. Тем не
менее, она остановила свой выбор на Кене.
- Настойчивые мужчины, как правило, всегда добиваются успеха.
- Да. Мы с Кэролайн подружились, когда я вышла замуж за Гарольда,
который давно знает Кеннета. Позже них женился Крейг. Но мы с Кэролайн с
радостью приняли Ширли. Потом уже в наш круг вошел Аллан Демпси. Он моложе
всех, поэтому женился не так уж и давно. Лет шесть назад. Ирен, несмотря на
молодость, удалось без труда стать нашей доброй приятельницей. Тогда же,
шесть лет назад, в наш город переехали Ромина и Витторио Ардженто. Витторио
получил наследство от дядюшки. У нас Ромине и Витторио понравилось. Вот они
и остались. Стали полноправными членами нашего дружного коллектива. А чуть
больше трех лет назад сюда переехали Хелен и Каспер Истмен. У Хелен,
кажется, были какие-то проблемы со здоровьем. Ей надо было сменить климат
или что-то еще явилось причиной. Не помню уже. Одним словом, Каспер оставил
службу. Он устроился работать в фирму Гарольда. Гарольд был им очень
доволен. Больше того, они подружились. Как и все мы. И с Хелен тоже. Все
было прекрасно. Но вдруг... В общем, Хелен и Каспер - замечательная
счастливая любящая пара - вдруг решили расстаться. Для нас всех это явилось
полной неожиданностью. Конечно, официальных шагов они не предпринимали. Даже
скрывали от посторонних свои намерения. Но с некоторыми из нас они иногда
делились своими мыслями, тревогами, чувствами. Естественно, ничего
конкретного не говорили. Так, в общих чертах. Но это и не важно совсем!
Зачем и кому нужно смаковать подробности чужой личной жизни? Мы все, без
исключения, старались держаться деликатно. Как и в случае с Кеном и
Кэролайн. Жаль только, что конфликт между Хелен и Каспером завершился
трагедией. Трагедией, сблизившей, как ни странно, их.
- Иногда так бывает, - согласилась Эмилия.
- Как? - раздался неподалеку негромкий баритон.
- Господин Фрост! Вы нас испугали! Разве можно так неожиданно и громко
кричать басом на всю округу? - упрекнула Тима Эмилия.
- Тимоти не кричал, по-моему, - заступилась за гостя Линда.
- И уж тем более, басом, - быстро добавил Тим и, наклонившись,
поцеловал ее руку. - Я всегда восхищаюсь красивыми и умными женщинами,
способными в своих оценках людей и событий сохранять объективность и
беспристрастность.
- Благодарю, Тимоти, - улыбнулась Линда, слегка зардевшись.
- Ах- ах - ах! - едко воскликнула Эмилия. - Какой изысканный политес!
Сколько елейного масла излито! Патоки и меда! Сплошной рахат- лукум! Щербет!
Пахлава! Изюм! Пастила!
- И это все, госпожа Змановски? - насмешливо спросил Тим.
- Что "все" ?
- Все, что вы знаете о восточных сладостях?
- А вам мало?
- Скажем, не достаточно. Могу добавить к вашему перечню мармелад,
самбук, цукат, чурек, ирис, нугу, кишмиш, курагу, урюк...
- Ну, вы разбирайтесь с Востоком дальше, - засмеявшись, сказала Линда,
- а я пойду к гостям.
Она быстро ушла.
- Где это вы пропадали так долго? - сразу же набросилась на Тима
Эмилия. - Выяснили, кто прятался и подслушивал наш разговор?
- Нет, - коротко ответил Тим.
- Я так и знала! Чего и ждать от такого нерасторопного, неуклюжего и
мешковатого увальня, как вы! Неисправимого вертопраха! Отпетого разгильдяя!
- выпалила она.
- Как и от вас! Способной только бить баклуши, считать ворон, ловить
мух, гонять голубей! - незамедлительно парировал он.
- Бумагомарака! Борзописец! Посредственность!
- Трещотка! Бестолочь! Сорока!
- Варвар! Дикарь! Хам!
- Мокрая курица! Увядшая метла! Усохшая швабра!
- Я?!! Усохшая?!! Увядшая?!! - задохнулась от возмущения Эмилия.
- Да. Но не всегда, - перейдя на более мягкий и миролюбивый тон,
отступил с занятых позиций Тим. - Иногда вы очень и очень привлекательны,
очаровательны и милы.
- Отойдите немедленно! И впредь не приближайтесь ко мне! С этой минуты
я вас знать не желаю!
Эмилия сердилась не столько на него, сколько на саму себя. Ну почему,
почему, почему ей никогда не удается наладить с мужчинами нормальные
отношения? Как любой другой женщине? Может, ей попросту все время попадаются
какие-то неправильные мужчины? Точно! Дело в этом! Мужчины не те! А этот
господин Фрост тем более!
Резко развернувшись, Эмилия высоко вскинула голову и степенно
направилась в дом.
- Мы не договорили, госпожа Змановски! - крикнул ей вслед Тим. - А у
меня есть интереснейшие сведения!
Она, хоть соблазн и был велик, все же не остановилась и не повернула в
его сторону головы. Тим улыбнулся и пошел за ней.
17
Когда они появились в гостиной, все гости Гарольда и Линды были в
сборе. Даже настойчиво разыскиваемая мужем, внезапно исчезнувшая Кэролайн
Пакстон. Она о чем-то оживленно беседовала с Витторио Ардженто. В другом
конце зала весело смеялись и пили вино Гарольд Фергюссон, Крейг Саразин и
Ромина Ардженто. У открытого рояля стояли Алан Демпси, Хелен Истмен и Кеннет
Пакстон. Они перебирали какие-то ноты и бурно спорили. Линда Фергюссон и
Ирен Демпси сидели на диване и, как показалось Эмилии, немного нервно и
возбужденно разговаривали. Недолго понаблюдав поочередно за каждой группой,
Эмилия вдруг негромко пробормотала:
- Странно...
- Что именно? - спросил Тимоти.
Она повернулась к нему, помолчала и повторила:
- Странно...
- И все же, что именно? - господин Фрост, как обычно, проявлял редкую
настойчивость.
Эмилия встряхнула волосами.
- Да так... Ничего особенного. Просто какие-то глупые мысли пришли в
голову.
- В этом нет ничего удивительного, - усмехнулся Тим. - И уж тем паче,
странного. Во всяком случае, для меня. Вы обладаете редким даром захламлять
собственный рассудок всевозможной ерундой. Советую более рационально
использовать кладовую своего мозга.
- А брать пример - с вас! - иронично парировала Эмилия. - Уж вы-то,
разумеется, эталон безупречного размещения на полочках разума только
целесообразных, строго и тщательно выверенных сведений, научных знаний.
- Да, - невозмутимо согласился Тим. - Ведь человеческий мозг - не
спальня, которую можно безответственно и спонтанно заваливать кучей
различного тряпья, равно как и других предметов - от обуви до средств
косметики. Зачем, скажите на милость, самозабвенно загружать собственную
голову абсолютно ненужным балластом? Что же касается научных знаний... Тут и
спорить не о чем. Они необходимы и значительно облегчают жизнь. Дают
понимание происходящего в правильном, неискаженном свете. В доказательство
своих слов предлагаю прямо сейчас провести эксперимент. Согласны, госпожа
Змановски?
Конечно, первым порывом Эмилии было решение отказаться от любого
сотрудничества, взаимодействия, переговоров и прочих других отношений с
господином Фростом, поскольку , естественно, сочла его совершенно прозрачный
намек на обстановку, царящую в ее, Эмилии, спальне, оскорбительной. Подобный
экскурс и вмешательство в ее личную жизнь - недопустимы. И должны
незамедлительно пресекаться. Однако, зная по опыту, что Тимоти не сотрясает
попусту воздух бессмысленными предложениями, да и женское любопытство
нестерпимо одолевало все существо Эмилии, поэтому она, справедливо решив
отложить разбирательство и, соответственно, неотвратимое и самое строгое и
суровое наказание надутого спесивого острослова-индюка господина Фроста,
утвердительно кивнула и коротко спросила:
- В чем суть эксперимента?
- Посмотрите на гостей. Внимательно посмотрите.
- Ну и ?.. - выполнив его просьбу, уточнила она и скептично улыбнулась.
- Ваше мнение, - бесстрастно сказал Тим. - Каково оно?
- О чем? - переспросила Эмилия.
- О гостях, - демонстрируя редкостное терпение, все так же невозмутимо
пояснил он.
- Я не понимаю смысла вашего вопроса! - вспылила Эмилия.
В отличие от господина Фроста, она похвастать выдержкой не могла.
- Хорошо. Объясняю подробнее. Я хотел бы услышать ваше мнение о
взаимоотношениях людей, за которыми мы сейчас наблюдаем, - голос Тима звучал
ровно и спокойно.
- А что я могу нового сказать? Мы с вами и без всяких ваших дурацких
специальных наблюдений прекрасно знаем, каковы эти самые взаимоотношения!
- Тем не менее, я нечто новое для себя узнал.
- Что? - быстро спросила Эмилия.
- Мне не хотелось бы подавлять ваше восприятие и навязывать собственные
выводы. Хотя небольшую подсказку могу дать. Если желаете, конечно.
- Разумеется, желаю!
- Я почти уверен, что двоих из присутствующих... естественно, мужчину и
женщину!.. связывают очень близкие, интимные отношения. Разумеется, речь не
идет о супружеской паре.
- И с чего вы пришли к такому непостижимому заключению? Что за
невообразимые фантазии? - недоверчиво покрутила головой из стороны в сторону
Эмилия.
- Фантазирую я только за письменным столом. У экрана своего компьютера.
Когда сочиняю очередной сценарий. А заключение мое базируется на так
нелюбимых вами и горячо отвергаемых научных знаниях. В частности, из области
так называемого "языка телодвижений".
- Читаете мысли окружающих по их жестам? - в интонациях Эмилии
преобладали прежние скептические нотки.
- Не только жестам. Но и позе, мимике, поведению. Вам, думаю, не надо
объяснять, что такое проксимика?
- От английского proximity - "близость". И что из этого следует?
- Следует из этого то, что каждый человек, как и любое живое существо,
имеет зону, пространство, территорию... называйте, как хотите!.. которую
считает собственной. Да и вообще "воздушный колпак" вокруг человека условно
можно разделить на четыре таких зоны. "Публичная", свыше 3,5 м, и
"социальная", приблизительно от 1 до 3 с половиной метров, зоны нас сейчас
не интересуют. Потому что касаются или большой группы людей, или
посторонних, незнакомых или малознакомых людей. Остаются " личная" и
"интимная" зоны. Первая относится к вечеринкам, дружеским встречам. Вторая -
зона, в которую дозволено вторгаться только самым близким. Например,
родителям, супругам, детям, родственникам, друзьям. А также любовникам.
- Но они, эти ваши зоны, практически идентичны! И там, и там - дружба,
близость - приятельская или родственная! - воскликнула Эмилия. - Как же
можно отличить одну от другой?
- Их отличает расстояние. Для "личной" оно - от 46 см до 1,2 м. А вот
для "интимной" - от 15 до 45 см.
- Да что же вы так долго и нудно забивали мне голову всякой ерундовой
премудростью?!! - набросилась на Тима Эмилия. - Пока вы умничали,
образованность свою демонстрировали, все действующие лица давно успели
перегруппироваться, переместиться!!! Как теперь прикажете измерять эти
проклятые расстояния?!! Да еще с точностью до сантиметра!!!
- Почему "до сантиметра"? - удивился Тим.
- Боже, какой болван!.. - почти беззвучно простонала Эмилия. -
Обстоятельный, заторможенный болван!.. Сам же заявил, что "интимная" зона -
до 45 см, а "личная" - от 46!!! Разница-то всего лишь в сантиметре!
Одном-единственном!..
Тимоти, отпрянув, во все глаза уставился на "страдающую" Эмилию, потом
засмеялся.
- Ну нельзя же понимать приведенные мною данные, цифры, так буквально!
Да и то, что мизансцена поменялась - не беда. На досуге напрягите свою
память, госпожа Змановски, и попытайтесь восстановить всю картину, которая в
вашем подсознании точно запечатлелась. Уверяю вас, для этого необходимо
совсем небольшое усилие. И кстати, помимо расстояния между собеседниками,
припомните их позы. Для людей, которые близки или интересуют друг друга,
свойственно выставлять ногу, если они стоят, или колено, если сидят,
скрестив ноги, навстречу, по направлению друг к другу. Это лишь небольшая
информация, необходимая вам, чтобы сделать обстоятельный конструктивный
анализ ситуации.
- Вы хотите сказать, что те двое, которых вы посчитали любовниками,
необязательно стояли рядом, в одной группе?
Тим загадочно улыбнулся и одобрительно произнес:
- Вы, несмотря на наличие некоторого количества явно отрицательных
качеств, отличаетесь цепким умом и сообразительностью, госпожа Змановски. Вы
мне очень, очень нравитесь.
- Полагаете, что сделали мне этим заявлением комплимент, господин
Фрост? Вы ошибаетесь. Дифирамбам недюжинным умственным качествам любая
женщина все же предпочитает хвалебные эпитеты ее внешним данным. Красоте,
обаянию, стройности, грациозности и прочему! Я, к вашему сведению, не
исключение. Ваши прежние слова в мой адрес нравились мне гораздо больше. В
частности, те перечисления, которые относились к моему телу!
- С удовольствием могу повторить их, - вкрадчивым шепотом,
наклонившись, произнес Тим.
Эмилия отпрянула и подчеркнуто- гневно возразила:
- Не сейчас же!!!
- Польщен, - улыбнувшись, сказал Тим.
- Интересно, чем?
- Тем, что вы не желаете обнародовать, предавать публичной огласке все
те достоинства вашего тела, о которых дозволяется упоминать только мне.
Единственному!
- Глупости! Свои достоинства я никогда не скрываю! Их видно
невооруженным глазом! Любому видно! Поэтому вы, господин Фрост,
обольщаетесь. Вы - далеко не единственный!
- Жестокая злюка вы, госпожа Змановски.
- А вы - коварный хитроумный змей, скрывающийся под личиной праведника!
Такой умный, что сил нет! Наставляет, поучает! Оставьте меня, наконец, в
покое! Что вам все время от меня надо? Дайте всласть повесе... Ой! - вдруг
тихо вскрикнула она, оборвав свою обличительную пафосную речь на полуслове.
- Что такое? - насторожился Тим.
Эмилия молча указала рукой на окно. Тим долго всматривался, потом
негромко уточнил:
- Что там было?
Очевидно, увиденное произвело на Эмилию огромное впечатление. Она,
после длительной паузы, едва слышно прошептала:
- Там... было... лицо... По-моему, женское... или нет...
- Знакомое? - спросил Тим и неожиданно добавил: - Это могла быть Ширли?
- Ширли? - удивилась Эмилия. - Почему ты спросил о ней, Тим? Да и с
какой стати Ширли заглядывать в окно? Она могла бы просто прийти и все.
- Значит, это точно была не Ширли? - настойчиво уточнил он.
- Нет, конечно. Впрочем...
- Подумай, Эмма! Хорошенько подумай!
- Да я и так... Нет! Не знаю! Я ничего не знаю!
- Успокойся, Эмма. Это совсем не важно. Может быть, кто-то из слуг
заглянул. Или тебе показалось. Какая-то тень, свет фар проезжавшей мимо
машины или что-то еще промелькнуло в окне и создало иллюзию человеческого
образа. Да мало ли! Не стоит обращать внимание, концентрироваться на всяких
пустяках. Даже если это и обязательное качество высококлассного детектива, в
роли которого вы здесь выступаете. Иногда необходимо уметь расслабляться.
Предлагаю выпить чего-нибудь покрепче. Вы не против, госпожа Змановски?
- Я - за, господин Фрост. Но все же мне хотелось бы знать, почему вы
вспомнили и спросили именно о Ширли?
- Госпожа Змановски, я никогда не нарушаю взаимную договоренность.
Поэтому прямо сейчас ни на какие иные вопросы, кроме касающихся спиртных
напитков, отвечать не буду по принципиальным соображениям. Все оставляем на
"потом". К теме "Ширли", равно как и вашему эмоциональному восклицанию
"странно" вернемся позже.
- Чопорный деспот! Не буду я с вами пить! Не буду! Хелен! - громко
позвала Эмилия. - Захватите и для меня коктейль!
С этими словами Эмилия, оставив в одиночестве "чопорного деспота"
господина Фроста, устремилась к Хелен Истмен, которая брала со столика
какой-то напиток.
18
Громкий звук захлопнувшейся дверцы автомобиля и последовавший за этим
рокот мотора разбудили Эмилию. Она недовольно поморщилась и открыла глаза.
Потянувшись, Эмилия раздраженно пробормотала, вставая с постели:
- Как высказался один мудрый покойник: "Вот я и приземлился!"... Стоило
бы добавить: " В такую рань!"...
Она посмотрела под ноги, наклонилась, подцепила рукой пеньюар, лежащий
на ковре у кровати, набросила его на плечи и быстро подошла к окну. Ее
удивило, что Линда куда-то отправилась на автомобиле, что называется, ни
свет ни заря. Эмилия уже собралась вернуться в постель, но, как обычно,
передумала и решила, раз уж так нечаянно вышло, покурить. Она достала
сигарету, вставила ее в мундштук и, неспешно затягиваясь, вновь подошла к
окну. Изумлению Эмилии не было предела, когда на порог дома выскочил
Гарольд, а вскоре он уже выезжал из гаража на своем автомобиле, мгновенно
скрывшись из виду. Очевидно, заключила Эмилия, у четы Фергюссонов имелась
общая привычка - совершать ранние автопробеги, причем, по одиночке. После
недолгого раздумья Эмилия вдруг поняла, что тоже не прочь промчаться с
ветерком по безлюдному шоссе. От своих желаний она никогда не отказывалась,
придерживаясь принципа, что жизнь коротка, судьба обожает преподносить
неприятные сюрпризы, следовательно, необходимо использовать любую
возможность и доставлять себе пусть даже самые незначительные, маленькие
радости, не откладывая исполнение в долгий ящик.
Эмилия умылась и оделась в белоснежные джинсы и такой же белоснежный
свитер. Она завязывала перед зеркалом длинный шифоновый шарф на голове,
когда дверь внезапно распахнулась и в комнату ворвался Тимоти Фрост.
- Не разбудил?.. - с трудом переведя дыхание, выпалил он.
- Доброе утро, господин Фрост, - насмешливо сказала Эмилия. - Не
думала, что вы так дурно воспитаны! Вломились без приглашения в спальню к
даме, да еще и не поприветствовали ее! Фи!.. Я не желаю вас видеть.
Немедленно покиньте мою комнату! - повелительным королевским жестом Эмилия
указала на дверь.
- Эмма, сейчас не время для шуток. Оставим пустые препирательства.
Законное требование быть вежливым по отношению к женщине
проигнорировано! Мало этого, господин Фрост счел его "пустым" и отнес к
категории неуместных "шуток" ! Подобное поведение было делом невиданным!
Хамство следует пресекать на корню! Эмилия гордо расправила плечи и, не
опуская руки, застывшей в указующем жесте, словно была в мгновение ока
изваяна в мраморе, ледяным, не допускающим возражения тоном повторила:
- Попрошу вас покинуть мою спальню! Сию секунду.
Тим шумно выдохнул из груди воздух и , скрывая досаду и нетерпение,
сказал:
- Ну хорошо. Если вы настаиваете... буду галантен, черт побери! - и без
какой-либо паузы продолжил: - Доброе утро, госпожа Змановски. Спрашивать
разрешения войти - глупо. Поэтому...
- ... поэтому вам следовало бы предварительно выйти, - назидательно
промолвила Эмилия. - И в случае моего согласия принять вас, вы...
- Эмма, послушай, сейчас, действительно, не время для всякой ерунды.
Лучше ответь, ты, случайно, не брала письма?
- Какие письма?
- Те, что мне передал Гарольд.
- Нет, не брала. Да и когда бы я это сделала? И потом, зачем они мне? Я
их прочитала. Этого мне достаточно. Ими должен был заниматься ты, чтобы
провести подробный "анализ единиц информации", как мне помнится.
- Да. И вчера письма лежали на столе в гостиной. Я их оставил там,
когда мы отправились на вечеринку. Сегодня, встав специально пораньше, я
решил вплотную их изучить. Кое-что требовалось уточнить как можно скорее.
Потому что у меня появились некоторые предположения. К своему величайшему
удивлению я не обнаружил писем там, где оставил их накануне. Решил, что,
может быть, ты...
- Нет, Тим. Писем я не брала. А ты хорошо искал? И точно ли ты оставил
их в гостиной?
- Я прекрасно помню, что, услышав твои шаги, отодвинул письма на край
стола и пошел тебе навстречу. Тем не менее, я все-таки перерыл и гостиную, и
свою спальню. Писем как не было, так и нет.
- Странно... - протянула Эмилия и , озаренная надеждой, предположила: -
А может быть, их куда-нибудь переложила или убрала горничная?
- Исключено. Вчера вечером ее УЖЕ не было. А сегодня она ЕЩЁ не
приходила. Остается единственная версия.
- Ты полагаешь, что письма... украдены?.. - перейдя на шепот, спросила
Эмилия, широко открытыми глазами глядя на хмурого Тима.
- Да.
- Но кто мог это сделать? И, главное, как? Зачем? И откуда ему стало
известно, где и у кого хранятся письма?
- Твои вопросы закономерны и точны, Эмма. Я задаю себе те же вопросы.
- У тебя есть какие-нибудь предположения, Тим?
- В общем, да. Я почти уверен, что человек, похитивший письма, точно
знал, у кого и где их искать.
- Но каким образом?..
- Местонахождение писем сообщили ему мы с тобой, Эмма.
- МЫ?!! - удивленно воскликнула она. - Но этого не может быть! Во
всяком случае, лично я никому...
