Алекс Орлов. Охотники за головами
страница №6
...о пользовалось огромной популярностью, и штурмовать заведение, полноелюдей, было просто невозможно.
Рулетка, блэк-джек, игровые автоматы - все это круглосуточно вращалось,
шелестело и стрекотало. Деловитые крупье уверенно принимали ставки, а
проворные официанты сновали среди клиентов, ухитряясь не переворачивать им
на головы тяжелые подносы.
Висевшие в каждом углу видеокамеры подозрительно косились по сторонам,
а секьюрити в тесных пиджаках, напоминавшие застывшие на позициях танки,
монотонно жевали резинку и внимательно разглядывали присутствующих.
Самюэль Гриффит сидел в рабочем кабинете и время от времени бросал
взгляд на панель, где демонстрировались панорамы самых ответственных мест.
Вход - где можно было узнать полицейского агента или определить
вооруженного гостя.
Туалет - где злоумышленник мог сменить грим, достать разборный автомат
или заложить бомбу.
И наконец - служебный коридор ресторана, откуда, поднявшись по
лестнице, можно было проникнуть на жилой этаж самого Сэма Гриффита.
И хотя эта лестница тщательно охранялась и простреливалась с трех
направлений, Гриффиту случалось испытывать страх, когда отчаянные команды
пытались штурмовать его апартаменты.
Пару раз некоторым из них удавалось пройти этот смертельный участок, но
никогда и никто не мог преодолеть главного препятствия - знаменитого Синего
робота, фехтовальной машины.
Гриффит просмотрел счета и поставил свои подписи на всех, кроме одного
- счета за топливо. Нажав на кнопку, он напрямую связался со своим
бухгалтером:
- Конрад?
- Слушаю, сэр.
- Конрад, что за цифры такие - восемь тысяч тонн? Мы всегда выбирали по
пять, а тут вдруг восемь! Разберись там с поставщиками...
- Я уже разбирался, сэр, но они предоставили документы, подтверждающие,
что мы действительно выбрали восемь тысяч...
- И что это, по-твоему, за шутки? - рассердился Гриффит.
- Должно быть, какой-нибудь жулик, сэр, подделал наши коды и подписи.
Такое, увы, случается...
- Ты предлагаешь оставить все как есть?
- Да, сэр. Если подавать в суд на поставщика, мы лишимся его льгот,
вбухаем в процесс кучу денег, и еще не факт, что выиграем это дело...
- Тогда давай найдем эту сволочь, что нас обворовала! - Сэм очень
разозлился. Он терпеть не мог, когда его надували.
- Опять же, сэр, услуги детективов обойдутся нам не дешевле, - Конрад
говорил ровным голосом, словно надиктовывал секретарше письмо. Гриффит
представил эту невозмутимую физиономию с золотыми очками на носу, и это
разозлило его еще сильнее.
- Ладно, Конрад. Я все понял, - оборвал он подчиненного и отключил
связь.
Никто не хочет работать, никто. Вот так пашешь по десять часов в день,
кормишь этих дармоедов, а в результате, когда тебя обворовывает какой-то
жулик, все говорят: Пускай себе тянет, это же мелочь. Но это не мелочь,
воровство нужно пресекать на корню!...
- На корню надо пресекать! Жестоко пресекать! - произнес Гриффит вслух,
и это его слегка отрезвило. Он взял из ящика сигару, но курить не стал,
вспомнив о запрете врачей.
Никаких сигар, мистер Гриффит. Поменьше пейте и избегайте стрессов... -
так говорил доктор Лифшип, который сам никогда не упускал случая угоститься
сигарой или выпить двойную порцию солодового виски.
Я этим не злоупотребляю, - оправдывался он и смущенно выкладывал на
стол астрономические счета, - в небольших количествах хороший табак даже
полезен...
Гриффит вспомнил, как прочитал в одной книжке о наказаниях, которые в
разное время применялись против воров. Больше всего ему понравилось
отсечение обеих рук. Именно так Гриффит поступал бы с ворами, будь его воля.
Сэм давно уже стал состоятельным человеком и предпочитал не вспоминать,
что когда-то был удачливым вором. За его голову полицейские Нового Востока и
Промышленного Союза давали два миллиона кредитов, в то время как он сумел
украсть почти полмиллиарда.
Когда-то это было одно из самых громких дел. Благодаря сложнейшей
комбинации, Гриффит два месяца был подставным владельцем шахты по добыче
топливного кобальта, а после того, как обман раскрылся, Сэм Гриффит исчез и
потратил половину украденных денег, прячась от разъяренных полицейских.
Он перепробовал много методов и наконец остановился на одном -
полулегальном существовании.
И теперь его домом и крепостью было казино, болтавшееся в нейтральном
космосе где-то между Коникой и сырьевым районом Нового Востока.
Гриффит снял трубку старомодного аппарата и набрал номер своих жилых
апартаментов. Трубку взяла служанка.
- Нэн, позови миссис Гриффит.
- Одну минуту, сэр, - телефонная трубка грохнулась на стол, затем
послышались удаляющиеся шаги. Наконец застучали каблучки жены, и она взяла
трубку:
- Сэм? Это ты?
- Я, дорогая. Как там малыши?
- У Тоби урок рисования, а Карл собирает из букв слова. У него чудесно
получается, дорогой.
- Я рад, Гейл. Что, учитель математики больше не просил прибавки к
жалованью?
- Нет, даже не заикнулся. Как тебе удалось убедить его?
- Ну... Я нашел веские аргументы.
- О, дорогой, ты такой умница! Я ведь ему тоже говорила: Мистер
Лоуренс, мы не можем раздавать деньги по первому требованию, ведь существуют
рыночные цены, а он...
- Ну будет тебе, дорогая. Главное, что проблема решена.
- Ты прав, дорогой. Что ты решил насчет дня рождения Тоби? Устроим
праздник здесь или поедем к Гартнерам?
- Сделаем, как ты хочешь, дорогая.
- О, Сэм, я тебя обожаю!
- Я тебя тоже, дорогая.
- Ну пока, я пошла к Карлу. Целую тебя.
- И я тебя тоже, дорогая.
После разговора с женой настроение у Гриффита улучшилось, и он
расслабленно откинулся в кресле.
Последнее время смысл своей жизни Сэм Гриффит видел только в семье...
Ну и, может быть, в бизнесе.
Зазвонила миниатюрная трубка переговорного устройства. На нее были
настроены все службы казино
- Это Уманду, сэр.
- Слушаю тебя, Дик.
- Насколько старый?
- О, сэр. Настолько старый, что с момента последнего похода сюда он
успел залечить все кости и даже сделал пластическую операцию.
- Неужели капитан Йохан?
- Наверное, он уже майор...
- Да, ты прав. Я сейчас спущусь. Где он сидит?
- На двадцать втором В. Играет по-крупному...
- Выигрывает?
- Одну минуту, сэр... Да, только что выиграл... Видно, ему везет.
- Это неудивительно, Дик, перед смертью приходит особое везение.
Гриффит поднялся из-за стола, бросил взгляд в зеркало и нахмурил брови:
То-то бедняга Йохан обрадуется...
Гриффит вышел из кабинета, и в приемной к нему присоединились два
охранника-гиганта - Картер и Блоу. Они были немногословнее танков и имели
совершенную реакцию. Без этих ребят Гриффит не появлялся в производственной
зоне и оставлял их на ночь возле дверей жилых апартаментов.
Поначалу Сэм их даже боялся, настолько они казались непредсказуемыми,
однако в конце концов он понял, что эти ребята никогда не подведут - такими
их сделали.
Хадли Рейсер, владелец ателье, где собрали бодигардов, был большим
юмористом. На ягодицах этих ребят он оставил татуировки. На одной стороне
было написано Ателье Рейсера, а на другой - Собственность Самюэля Гриффита.
Сэм и его телохранители стали спускаться по лестнице. Почувствовав
движение, потайные сканеры защелкали, засвистели, но, узнав хозяина,
успокоились и снова впали в дежурное оцепенение.
У входа в зал Гриффита ожидал Дик Уманду.
- Он все еще на месте, Дик?
- Да, сэр, увлеченно делает ставки.
- И ему везет?
- Как утопленнику... - улыбнулся Уманду.
- Ну пойдем посмотрим на этого счастливчика.
Они вышли в зал, и Гриффит моментально превратился в курицу-наседку,
которая следит за своими цыплятами.
- Дик, вон там на столе пустые стаканы. Немедленно убрать, а здесь
крупье задирает карты... Смените его - пусть отдохнет... О, Кайл Ливинетт!
Гриффит остановился возле одного из клиентов и лично пожал ему руку.
Ливинетта Сэм не любил, однако тот просаживал в казино огромные деньги, и
таких людей Гриффит всячески привечал.
Гость кивнул хозяину заведения, даже не поняв, кто перед ним стоит.
Ливинетт был захвачен игрой и, едва его оставили в покое, тут же бросил на
стол фишки и объявил:
- Тысячу на красное!
Игровой зал гудел взволнованными голосами и дымил дорогими сигарами.
Кто-то обмывал шампанским удачу, кто-то заливал виски крупный проигрыш, а
Сэма радовали и те и эти, поскольку это они раскручивали гигантское колесо
его бизнеса.
Гриффит понимал натуру подобных ему людей и знал, что вопли разоренного
столь же привлекательны, как и радость победившего.
- Нам сюда, сэр...
- Да, я помню.
Гриффит прошел мимо зала игровых автоматов, где собиралась публика
попроще. Оттуда пахло пивом и сосисками. Этот зал не приносил больших
доходов, и одно время Сэм хотел его прикрыть, однако любовь к простому
народу не позволила Гриффиту сделать этого. Мало того - он пустил пару
пассажирских судов к самым большим перевалочным станциям, чтобы работяги не
тратились даже на дорогу. Денег эти люди приносили мало, зато придавали
заведению особый колорит.
- Вон он, сэр, видите?
- Где? - не понял Гриффит.
- Сэр, вы ищете того бравого молодца, а Йохан выглядит теперь совсем
по-другому...
- Ну так как же он выглядит?
- Тот согбенный старичок с жидкой бородкой - это он и есть.
- Да ну! - не удержался Сэм.
Он никак не смог поверить, что тот неутомимый враг, который проникал в
казино не один раз и угрожал его, Сэма Гриффита, жизни, превратился в сухого
червяка.
- Да, Дик, видно, вы его здорово тогда проучили...
- Конечно, сэр, молотили на совесть. Он, помнится, даже просил, чтобы
его добили, но мы проявили благодушие...
- Ох и картина. Ни за что бы не узнал.
- Честно говоря, я думал, что он и ходить уже не будет, однако парень
оказался необыкновенно живуч.
- Я не исключаю, что на его лечение потратили весь бюджет полицейского
управления. А, ребята? - И улыбающийся Гриффит повернулся к своим
телохранителям. Он никак не мог привыкнуть, что они не понимают ничего,
кроме команд.
Картер и Блоу уставились на хозяина, пытаясь понять, что он от них
хочет. От напряжения их брови шевелились, а на узких лбах появились глубокие
морщины.
- Расслабьтесь, ребята. Я ничего не сказал...
Гриффит напустил на лицо скуку и не спеша прошелся вдоль стола двадцать
два В. Он словно невзначай взглянул на Йохана и, всплеснув руками,
воскликнул:
- Какие люди! Йохан, неужели это ты?
Сидевшие за столом клиенты с интересом уставились на болезненного вида
человека, которого приветствовал сам Самюэль Гриффит.
- Продолжайте, господа, продолжайте. Извините, что помешал, - улыбнулся
гостям хозяин и сделал знак крупье, чтобы тот не останавливал работу.
Крупье кивнул и важным тягучим голосом объявил:
- Де-е-елайте ваши ставки, господа! Принесли дополнительный стул, и
Гриффит подсел к Йохану.
- Ты как будто не рад, дружище? - спросил Сэм, растягивая губы в
змеиной улыбке.
- Почему же не рад? Очень даже рад, - голос полицейского настолько
изменился, что казался Гриффиту незнакомым. - Я очень рад, Сэм. Вот играю у
тебя в гостях, и мне везет.
- Выиграл номер двенадцать! - объявил крупье и сдвинул фишки к Йохану.
- Вот видишь. Даже как-то неловко, - Йохан слабо улыбнулся, и Гриффит
увидел, что зубы и челюсти у него искусственные.
- Что, Сэм, заметил? Это память о знакомстве с твоими ребятами. Вот
этого я помню... - Йохан ткнул пальцем в сторону Дика Уманду, и тот невольно
попятился.
- Делайте ваши ставки, господа! - снова пропел крупье, но Йохан уже не
интересовался игрой.
- Это было три года назад, - заметил Гриффит.
- Да, Сэм, три года, два месяца и четырнадцать дней.
- Откуда такая точность? Ты как будто дни считал до встречи с нами?
- Ты прав, Сэм, считал, - Йохан сильно закашлялся, и его лицо приобрело
сероватый оттенок.
Пока Йохан кашлял, Гриффит смотрел на него и гадал, зачем он сюда
явился - ведь не в рулетку играть. Сэм знал, что перед отправкой в госпиталь
Уманду предупредил полуживого Йохана, чтобы тот, если ему удастся
выкарабкаться, ни в коем случае не появлялся в казино. И вот этот упрямый
полицейский снова здесь. Зачем?
- Ты говоришь, что узнаешь этого парня, - сказал Сэм, имея в виду
Уманду, - может, помнишь, что он тебе говорил?
- Конечно, Сэм... Каждое слово, - от приступа кашля на щеках Йохана
появился лихорадочный румянец. Он достал платок и вытер вспотевший лоб.
- И все-таки ты пришел...
- Да, я пришел.
- Я выиграла! Я выиграла! - закричала полная дама в зеленом платье. Она
с такой страстью прижимала к груди фишки, что, казалось, вот-вот начнет их
заглатывать.
- Зачем же ты пришел?
- Неужели непонятно, Сэм? Чтобы повидать тебя...
- Ты говоришь загадками... Ведь ты не мог пронести оружие...
Йохан ничего не сказал и только загадочно улыбнулся. Истолковав это
по-своему, Гриффит вскочил со стула:
- Дик, обыщи его! Кажется, у него пистолет!
Уманду тотчас стал выполнять приказ босса, а тот наблюдал за обыском со
стороны, ощущая спиной успокаивающую мощь Картера и Блоу. Они нависали над
хозяином, как гранитные утесы, и в любую секунду готовы были выхватить
оружие.
- Ничего нет, босс, только записная книжка, немного денег и часы.
- Ладно, забирайте его.
Йохан сам поднялся со стула, а Уманду крепко взял его за локоть и
потащил за собой.
- Все в порядке, господа! - улыбнулся Гриффит слегка напуганным
клиентам. - Все в порядке, продолжайте развлекаться.
- Делайте ваши ставки, господа! - громко сказал крупье.
51
Йохана спустили в отсек складских помещений, где находилась одна из
морозильных камер. Она была оборудована специально для разговоров с
непрошеными гостями.
Это место было ему уже хорошо знакомо, однако Йохан не сопротивлялся.
Он молчал и не говорил ни слова, даже когда Уманду грубо толкал его вперед.
- Поосторожнее с ним, Дик, - елейным голосом выговаривал Сэм Гриффит, -
я не хочу, чтобы ты зашиб его еще по дороге.
- Я понял, босс, - кивал Уманду, и его улыбка становилась все шире.
Увидев привычную процессию, один из складских рабочих кинулся к
холодильной камере и широко распахнул дверь:
- Ну входи, Йохан. Знакомо тебе это теплое местечко? - Гриффит
отстранил Уманду и сам похлопал пленника по плечу. - Ну заходи, не бойся,
примем как родного...
Йохан прошел внутрь и остановился перед свисавшей с потолка цепью,
унизанной острыми крюками. Он потрогал жало одного из крючьев и сказал:
- Я вижу, ты содержишь все в полной готовности. Гости одолевают?
- Теперь не так часто, - дружелюбно ответил Гриффит. Он подошел к
Йохану ближе, и вместе с ним сделали шаг Картер и Блоу.
Уманду зашел справа.
- У тебя есть возможность сказать свое последнее слово, - сообщил Сэм.
- У тебя тоже, - спокойно ответил Йохан. Он твердо смотрел в глаза
Гриффиту, и тому становилось не по себе.
- Дик, все-таки у него что-то осталось. Он подозрительно спокоен...
- Ничего у него не осталось, босс. Он сошел с ума, вот и все... Давайте
его кончать.
- Послушай, Йохан, а может, ты приехал просто поиграть, отдохнуть и
давно уже не держишь зла на старину Сэма. А? Ты скажи - может, я тебе и
поверю. Отпущу, да еще верну все твои фишки, что ты выиграл. Там, наверное,
тысяч на двадцать было?
- На двадцать пять...
- Ну вот видишь, - Гриффит не собирался отпускать Йохана, но ему
хотелось увидеть в глазах этого полуживого человека хоть капельку сомнения,
страха, надежды. Но Йохан продолжал сверлить Сэма тяжелым взглядом, словно
зачитывая ему приговор.
- Скажи что-нибудь, Йохан. Мне как-то совестно убивать человека,
который даже не может объяснить, зачем он пришел? Так не честно, ведь я не
могу убить тебя, пока не удовлетворю собственное любопытство.
- Я пришел отомстить тебе.
52
Так ты мне еще и угрожаешь? - изумился Гриффит.
Да, угрожаю смертью. Страшной смертью.
- Ну перестань, я буду плохо спать, - Гриффит громко рассмеялся, и его
с готовностью поддержал Уманду. Они смеялись целую минуту, а Картер и Блоу
настороженно хмурились, не понимая, что происходит.
Наконец смех прекратился, и Уманду предложил:
- Босс, а давайте убьем его не больно. Все-таки он нас так рассмешил.
- Пожалуй, что так, Дик, - кивнул Сэм, - Надо сказать, что ты добрейший
парень. И они снова рассмеялись.
- Ладно, один заключительный вопрос, Йохан. За эти три года тебя
повысили?
- Нет, - грустно улыбнулся пленник, - Наоборот, меня списали подчистую.
Ведь я действовал без санкции прокурора.
- А почему же прокурор не поддержал тебя?
- Потому что ты его купил... Кстати, два дня назад кто-то поджарил ему
задницу.
- Образно говоря?
- Нет, совершенно натурально. Он сгорел в яме с напалмом, - сказал
Йохан, и его скрутил новый приступ кашля. Когда приступ прошел, бывший
полицейский промокнул платком лоб и сказал: - Ладно, Сэм, у меня уже мало
сил, так что твое время истекло. Хочешь ли ты сказать что-нибудь на
прощание?
- Ты... Ты... - Гриффит почувствовал опасность и стал отступать, а
Картер и Блоу тотчас бросились вперед, прикрывая босса телами.
Лицо Йохана стало чернеть, покрываться струпьями, а затем тело старого
копа разорвала яркая вспышка огненной стихии.
Пол чувствительно содрогнулся, и стоявшая перед Джимом стопка синих
фишек рассыпалась. Мигнул свет, и вслед за этим в зале игровых автоматов три
раза сработал главный выигрыш.
Было слышно, как жетоны посыпались на пол, и бросившиеся к ним люди
устроили потасовку.
Некоторые из клиентов главного зала тоже не удержались и бросились в
эту свалку, чтобы поучаствовать в драке и добыть хоть какой-то удачи.
Охранники пытались навести порядок, но у них это плохо получалось.
Вскоре с верхних этажей к ним на помощь стали спускаться автоматчики. Их
было человек пятьдесят, и Джим подумал, что, наверное, это не последние люди
Гриффита.
Вскоре беспорядки переместились и в зал, где сидела богатая публика.
Пользуясь случаем, гости стали потихоньку тащить друг у друга фишки, а затем
и просто отбирать.
С какой-то дамы сорвали колье, у какого-то джентльмена вырвали запонку.
В воздухе замелькали кулаки, потом стулья. Появились первые раненые, но вид
крови никого не остановил.
С верхних этажей стали прибывать дополнительные силы секьюрити. Они с
ходу врывались в толпу и старались разнять дерущихся.
Свалка разрасталась как снежный ком, и Джим, схватив за руку Грэйс,
вместе с ней залез под стол, где уже пряталась одна пожилая пара.
- Арчибальд Хаим, - протянул руку сухонький муж чина, - интриги, сбор
компромата, организация политических убийств.
- Джим Форш, профессиональные абордаж, арест без гарантии прав
арестованного, - в тон интригану ответил Джим и крепко сжал холодную ладонь.
- Давай, Грэйс, пробирайся сюда и держись за ножку - этот стол могут
сдвинуть, - Джим подтянул девушку ближе, чтобы кто-нибудь снаружи не задел
ее ногой.
Едва он это сказал, как орущая толпа навалилась на их стол, и он
заскрипел. Массивные ножки сдвинулись с места, но все же устояли.
- Арчи, сделай что-нибудь, я больше не могу здесь находиться! -
высказала недовольство спутница мистера Хаима. Судя по комплекции и
количеству бриллиантов, она была его женой.
- Потерпи немного, Аранта, скоро все успокоится и мы выйдем... А вы как
думаете, молодой человек, скоро это кончится?
- Не могу сказать ничего определенного, - пожал плечами Джим, - я здесь
впервые... - и, нагнувшись к уху Грэйс, он прошептал:
- Сейчас самое подходящее время. Я свяжусь с Дилонги.
Джим покрутил настройку на своих часах и вскоре услышал слабый отклик
Ника.
- Слушаю тебя, старик.
- Готовь малыша Готтарда, Ник! Здесь наилучшие условия!
- Понял тебя...
- С кем это вы говорили, молодой человек? - тут же полюбопытствовал
Арчибальд.
- С друзьями, - сухо ответил Джим.
- И что они сказали?
- Сказали, что сейчас подойдут.
- Но тут такое творится...
- Им это не в диковинку.
Арчибальд понятливо кивнул и, улегшись на живот, подполз к краю стола.
Затем осторожно выглянул наружу и сказал:
- Вот так дела! Вы когда-нибудь видели, чтобы Сэм Гриффит выглядел так
плохо?
- Что? - первой отреагировала жена мистера Хаима и, протиснувшись мимо
Джима, ободрала ему каблуком руку. - Какой ужас! Что у него с лицом?
- Где Гриффит? - оттолкнув локтем миссис Хаим, спросил Джим.
- Вот его ведут...
Форш смотрел и ничего не мог понять. Несколько охранников поддерживали
пошатывающегося человека в обгорелых лохмотьях. У него было красное лицо, а
волосы и брови отсутствовали напрочь.
- Дайте же и мне посмотреть! - навалилась на Джима миссис Хаим.
- А почему вы решили, что это Гриффит? - уточнил Джим, борясь с
дородной и довольно сильной дамой. - Да подождите же, мадам, мне это нужно
для дела...
- Все очень просто - такой дурацкой прыгающей походки я ни у кого не
видел... Это может быть только Гриффит. Что же у него взорвалось, интересно
знать?
- А что тут знать? Наверное, как и ты в прошлом году, пытался пить
кальвадос и одновременно курить сигару.
- И что? - спросил Форш.
- Кальвадос вспыхнул от искры, и Арчи сильно обгорел!
Наручные часы Джима тихонько пискнули.
- Это у вас будильник? - спросил любопытный Арчибальд.
- Да... - кивнул Джим и отполз подальше.
- Джим, мы собираемся выходить, - разобрал Форш голос Дилонги. - Ждите
нас возле входа. Если сможете, попытайтесь подстраховать.
- Уже идем, Ник, - ответил Форш и, обращаясь к чете Хаим, сказал: - Нам
уже пора, было очень приятно с вами познакомиться.
Форш осторожно выбрался из-под стола и подал руку Грэйс.
- Вот это да, - сказала она, оглядывая разгромленный зал.
Джим взял ее под локоть, и они пошли к выходу, перешагивая через
обломки столов и стульев.
Большая часть посетителей уже разбежалась, а тем, что остались,
оказывали первую помощь.
53
Яркая полоса. Это было последнее, что Сэм Гриффит запомнил перед тем,
как потерял сознание.
Наверное, я уже умер... - равнодушно подумал он, поскольку ничего не
видел, не слышал и не чувствовал.
Но я рассуждаю, стало быть, я как-то существую... Но как? Наверное,
теперь я дух бесплотный...
Глубоко интимные рассуждения Гриффита были прерваны волной боли. Затем
появились звуки и голоса.
- Вот это да, Глик... Такого я еще не видел... - произнес кто-то
сдавленным голосом. - Меня сейчас вырвет, Глик...
- Ну и пошел вон. Выйди и позови Панцера.
Послышались шаги выбегающего из камеры человека - того, кому сделалось
тошно. Ему на смену пришел другой. Он был спокоен, и его шаги звучали
уверенно и четко.
- Ну? - коротко спросил он Глика.
- Надевай перчатки. Давай всех рассортируем...
- А чего тут сортировать? Вот это Уманду... - сказал Панцер.
- Откуда знаешь?
- По часам определил,
- Они же расплавились...
- Браслет с тыльной части уцелел, а на нем надпись, видишь? Посвети
фонариком...
- Согласен, - сказал Глик. - Тогда эти два урода - Картер и Блоу, а
босс... А вот босса я нигде не вижу...
- Может, его разнесло на куски?
- Может, и так... Эй, Силиндер, ты проблевался?! - крикнул Глик.
- А что? - донесся слабый голос Силиндера.
- Носилки тащи!
- Сейчас...
Спустя какое-то время послышался грохот, и в морозильную камеру вошло
несколько рабочих.
- Куда носилки?
- Одни ставь сюда - для мистера Уманду.
- Вот так загорел парень... - сказал один из рабочих. - Ну-ка, Гэс,
бери его осторожненько - сейчас перевернем прямо на колясочку...
Послышался треск и недовольный голос:
- Я же сказал - осторожно!
- А как я тебе осторожно, если он рассыпается весь?
- Ладно, не ругайтесь, ребята, - сказал Глик. - Кладите по частям - ему
уже все равно... Берем большого, Панцер, раз, два! Взяли! Эй, лысый, чего
стоишь, помогай!
- Как помогать?
- Ну ты же видишь, что они спеклись и мы их поднять не можем! Возьми
топорик и сюда тюкни! - сдавленным от напряжения голосом приказал Глик.
- Куда тюкнуть? - не понял лысый.
- Да тюкай куда-нибудь, я уже держать не могу... - прохрипел Глик
Послышался удар топора, и тела двух великанов наконец расцепились.
- Переваливай! О-оп!
Тело грохнулось на носилки, и все перевели дух.
- Ох, еще один остался, - сказал Глик. - Стоп, а это что такое? Панцер,
ну-ка посвети сюда...
- Это же босс! Мистер Гриффит!
- Может, он еще живой? - предположил Панцер.
- Давайте скорее снимем с него второго быка... А то они его, наверное,
задавили...
Тело второго охранника сдвинули в сторону, и глаза Сэма Гриффита
неожиданно открылись.
- Где я? - спросил он слабым голосом.
- Вы дома, сэр. То есть здесь, в морозильной камере... - обрадованно
сообщил Глик.
- Я хочу встать...
- Поднимите его! Только осторожнее! Осторожнее! - Люди засуетились
вокруг Гриффита, толкаясь и наступая друг другу на ноги. Наконец его
поставили в вертикальное положение, и Сэм сделал первый шаг.
- Ох-х... Что здесь было? Где Уманду?
- Уманду здесь, на носилках, сэр! Панцер, посвети фонариком на Уманду!
- крикнул Глик, продолжая придерживать босса.
Луч фонарика выхватил обугленное лицо и проступивший оскал зубов.
- Что это?! - испугался Гриффит и зашатался.
- Извините, сэр, что не предупредил вас, но Дик Уманду погиб... И...
Картер с Блоу тоже.
- Картер с Блоу? - Гриффит уставился на Глика широко раскрытыми
глазами. Его обожженное и лишенное растительности лицо выглядело как маска
из фильма ужасов.
- Пойдемте на воздух, сэр. Здесь ужасно пахнет...
Поддерживаемый с обеих сторон, Сэм Гриффит вышел в коридор. Он все еще
находился в шоке и тупо таращился по сторонам.
Неожиданно он остановился и сказал:
- Йохан!
- Что, сэр?
- Йохан взорвал нас!
Расталкивая толпу рабочих, к Гриффиту пробился Буч Стефан, заместитель
Дика Уманду.
Он тут же отстранил Глика и вместе с охранниками повел Гриффита к
выходу из хранилища.
- Как, вы сказали, его зовут, сэр? - уточнил Буч.
- Йохан...
- Мы найдем его, сэр. Он никуда от нас не денется...
- Поздно, Буч, он сгорел вместе со всеми... Он сгорел вместе со
всеми...
В какой-то момент Сэм Гриффит отключился и только послушно перебирал
ногами. В игровом зале царил полный разгром, но Сэм равнодушно скользил
взглядом по разломанной мебели, окровавленным людям и рассыпанным по полу
фишкам.
Это просто страшный сон, и я обязательно проснусь, - подумал Гриффит.
54
Удачно выведя машину из-под обстрела перехватчиков, майор Крун
попытался отключить опознавательный код, который на все запросы честно
сообщал, что судно принадлежит флоту Нового Востока.
Радар показывал, что справа приближается пара ЕССО. На одном из них был
лейтенант Орестос.
- Сволочь! Какая же сволочь! - ругался Крун, адресуя свой гнев и
лейтенанту Орестосу, и управлению специальных операций. Ведь это они дали
добро на уничтожение его бомбардировщиков.
Майор Крун даже представил, что сказали Орестосу полковник Мартин или
командующий Тайлеран: если возникнет угроза провала, группа бомбардировщиков
должна быть уничтожена.
Да, именно так все и было, и Орестосу дали право убить майора Круна и
всех его ребят - пятьдесят первоклассных пилотов.
А чего же ты ждал, Крун, ведь ты не на флоте - ты с потрохами продан
УСП. Тебе сказали живи - ты живешь. Тебе сказали умирай - так, будь добр,
умри без стонов... - так думал и страдал майор Крун, и на его глазах
выступали слезы бессилия.
Двойка перехватчиков подходила все ближе. Через несколько секунд их
ракеты должны были разнести в тонкую пыль бомбардировщик и его не нашедший
применения смертоносный груз.
- Сэр, это Эрик Буш! - Майор узнал голос одного из своих пилотов, -
Прощайте, сэр!
- Прощай, товарищ! - крикнул в ответ Крун. Пеленгатор выдал тревожный
сигнал - ракеты пошли на цель.
Вот так, Крун, Орестос сошел за своего, а ты сыграл роль простачка...
Полыхнул ярккй огонь, и ракеты одна за другой ударили в обломки уже
горящей машины.
Бомбардировщик баккара перестал существовать, а сквозь облако его
обломков проскочила пара перехватчиков.
Головную машину пилотировал лейтенант Орестос.
- Вершина, ответьте Стрелку...
- Стрелок, слышу вас хорошо.
- Задание выполнено по второму варианту. Совместными действиями с
пограничниками противник уничтожен...
- Вас понял, Стрелок, возвращайтесь домой.
55
Адмирал Леггойн смерил доктора Фонтена не слишком дружелюбным взглядом
и сказал:
- Что ж, проходите, доктор, присаживайтесь. И вы тоже, мисс...
- Это Шарон Йорк, она моя... э... коллега. Она - биолог.
- Да? А я уж думал, что вы на Ганнибале женились от скуки...
- Ну что вы, адмирал, - смутился Фонтен. - Мы просто вместе работали...
- Да уж, наслышан о ваших успехах, - вздохнул Леггойн. - Сто двадцать
восемь погибших, сто тридцать шесть раненых, а опаснейшие магические роботы
- на свободе.
- Так получилось, адмирал, - развел руками Фонтен. - Увы, я ничего не
смог поделать. Куда они, кстати, подевались?
- Хороший вопрос, доктор. Я как раз хотел у вас об этом спросить.
Неужели вы думаете, что вас доставили с Ганнибала на мое судно только
потому, что я соскучился по вас и по мисс Йорк?
- Извольте, адмирал, я готов обсудить эту проблему...
Готов обсудить проблему, сволочь, - подумал Леггойн, - как же он меня
подставил. Как он меня подставил...
Адмирал даже жалел, что бомбардировщики не сумели добраться до
Ганнибала и доктор Фонтен сидел перед ним живой и здоровый. Пребывание в
пустыне пошло ему на пользу, и Фонтен выглядел помолодевшим. Адмирал
догадывался, что тут приложила свою мягкую ручку мисс Йорк.
Леггойн внимательно за ней наблюдал и пришел к выводу, что она только
хотела казаться наивной дурочкой и сексуальной машинкой.
- Есть данные, что магические роботы покинули Ганнибал на небольшом
судне, которое угнали со стоянки в городке геологов, - сказал адмирал и
посмотрел на своих гостей. Сначала на Фонтена, а потом на мисс Йорк.
- И куда они направились? - спросил доктор.
- Точной информации нет. У нас есть только некоторые предположения...
- А как же системы контроля, адмирал? Судно не иголка - ведь Ганнибал
находился под контролем ваших служб, - удивился Фонтен.
- Так-то оно так, но метка небольшого судна оказалась очень
неустойчивой, и куда оно пошло, в конечном итоге никто не знает. Однако
подозреваю, что скоро узнаем. Они ведь не могут долго обходиться без...
живых людей?
- В активизированном виде - да. В активизированном виде... -
передразнил Фонтена адмирал и неожиданно сказал:
- Мисс Йорк, вы не могли бы выйти в приемную, мне нужно поговорить с
доктором наедине...
- Но у меня нет секретов от Шарон... - возразил Луи Фонтен.
- Мисс Йорк, выйдите в приемную, - приказал адмирал.
Шарон поднялась со стула и, смущенно улыбнувшись, вышла.
- Зачем вы это сделали, адмирал? У меня нет от Шарон никаких
секретов...
- И очень плохо, - зло прошипел Леггойн. - Очень плохо... Вы крепко
меня подвели, дорогой Луи. Настолько крепко, что, признаюсь, у меня был
соблазн уничтожить вас как запаршивевшую собаку.
Адмирал говорил очень убедительно, и Фонтен поверил.
- Но чем я вам не угодил, адмирал? Я делал все, что мог. Я себя не
жалел, в конце концов... - Доктор привстал со стула, но Леггойн резко
скомандовал:
- Сидеть!
Фонтен сел.
Адмирал шагал по кабинету, заложив руки за спину. В какой-то момент он
остановился возле Фонтена и сказал:
- На Ганнибале мы изучили черный ящик, который фиксировал работу всех
систем комплекса. Мы перечитывали протокол десятки раз, и знаете, что
получается?
- Что? - Доктор Фонтен снова привстал.
- Произошла спланированная диверсия. Вам понятно?
- То есть как? Не может быть. Каким образом?
- Извольте, я наизусть помню выдержку из протокола: 17 часов 37 минут 8
секунд - отключение холодильных агрегатов; 17 часов 37 минут 16 секунд -
выемка сетевого предохранителя. Причем совершенно исправного, Фонтен. Вот и
думайте теперь, кто из вашей команды и на кого работал. С бригадиром Хаско,
которому посчастливилось уцелеть, плотно работают наши люди. Он наверняка
уже много раз пожалел, что выжил. Не хотелось бы, доктор, чтобы и ваша
светлая голова стала нам не нужна...
Внутри у Луи все похолодело. До него наконец дошло, что адмирал говорил
серьезно. Теперь, когда объекты вышли из-под контроля, от него могли
запросто избавиться, поскольку он был всего лишь информированным свидетелем.
- Я сделаю все, что от меня зависит, адмирал... - с чувством произнес
доктор.
- А я в этом и не сомневаюсь, - Леггойн прошел за стол и не спеша стал
распечатывать упаковку с мятным освежителем. Забросив одну таблетку себе в
рот, он предложил Фонтену:
- Пососите конфетку, Луи, и давайте не спеша во всем разберемся.
Фонтен взял леденец, но в рот его так и не положил, зажав в кулаке.
- Итак, Луи, вопрос первый. Вы спите с мисс Йорк? Фонтен хотел было
возмутиться, но, нарвавшись на предупреждающий взгляд адмирала, кивнул.
- Давно?
- Нет. Всего несколько дней, - доктор опустил голову. На такие темы он
не мог говорить свободно.
- Когда это произошло впервые? Случайно, не за день до произошедшего
несчастья?
- Нет, именно в этот день... - совсем тихо признался Фонтен и склонился
еще ниже. Это не укрылось от внимания Леггойна.
- До или после события?
Луи весь напрягся, и его шея приняла пунцовый оттенок.
Ну-ну, давай признавайся, урод! - мысленно подтолкнул Фонтена адмирал,
а вслух сказал:
- Не нужно меня бояться, Луи, я никому ничего не скажу. Если вы
расскажете все как есть, вам самому - станет легче... Уверяю вас... Возьмите
еще леденец.
- Спасибо, не нужно. Я еще тот не съел...
- Ну хорошо. А я возьму еще один - обожаю все мятное.
- Мы... мы наводились под домиком... когда все это происходило... и
там...
- Я понял, Луи, можете не продолжать... А кто был инициатором?
- Что?
- Кому пришла в голову такая блестящая мысль, Луи? Насколько я понимаю,
там была настоящая рубка, ножи, камни, арматура - все шло в дело. Кричали
раненые, падали на песок окровавленные тела... Так это выглядело? - Леггойн.
не моргая, смотрел в лицо Фонтена, стараясь быть спокойным.
- Да, все выглядело именно так, - вздохнул Фонтен. - Простите меня,
адмирал, я не знаю, как все это произошло... Не знаю...
- Значит, она?
Не в силах говорить, доктор Фонтен кивнул.
- А вам не показалось странным, доктор, что мисс Йорк захотела
заниматься любовью в такой момент?
- Показалось. Я даже заметил ей, что сейчас не место. А она сказала,
что все равно мы не можем им ничем помочь...
Фоктен снова вспомнил события того трагического дня, и только теперь до
него стал доходить весь ужас того, что произошло. Но в обществе Шарон он
совершенно не чувствовал тяжести произошедшего, как будто это был какой-то
пустяк.
- Откуда в вашем штате появилась доктор Йорк?
- Ее прислала ваша кадровая служба...
- Хорошо, я проверю, - сказал Леггойн, хотя уже сделал это и не нашел в
архивах ничего вразумительного. Сведения о докторе биологии Шарон Йорк были
не полными.
- Я это проверю, Луи. А теперь у меня к вам еще один вопрос. И этот
вопрос самый главный - именно для этого вас сюда и доставили.
- Задавайте его.
- Как нам избавиться от магических роботов? Можно ли их уничтожить?
Фонтен подумал минуту и сказал:
- В теории, поскольку они не являются конечной формацией, их можно
убить или серьезно ослабить сфокусированным ионным разрядом. Правда,
выполнить это технически не так просто - оружие получится довольно
громоздкое...
- Как танк?
- Да...
- Ну это не так страшно, - возразил адмирал. - Танк - это допустимые
размеры.
- Дело в том, что объекты не позволят беспрепятственно атаковать себя.
Они необычайно подвижны, аморфны и могут легко менять практически все
физические характеристики. К тому же сейчас они вольны взять столько жизней,
сколько им нужно, и насколько при этом усилится их мощь, никто не знает.
- А насколько она может усилиться? Чем мы рискуем при самом
нежелательном исходе? - спросил Леггойн.
Падут миры человеческие и, превратившись в смрадные пустыни, на веки
вечные войдут в царство черного Магриба... - вспомнил Фонтен, однако
адмиралу сказал следующее:
- Боюсь, что могут быть случаи массовых эпидемий или даже
сумасшествия...
- Насколько массовые? Город, материк, планета?
- Не знаю, адмирал. Пока не знаю...
56
Ботинки из крокодиловой кожи - 1600 кредитов, костюм от Дюара - 4000,
сорочка Кносс - 375, - подсчитывал убытки Сэм Гриффит, лежа в кабинете
своего собственного врача.
Цифры позволяли ему отвлечься от довольно болезненной процедуры -
доктор Бонд отмачивал несколько оставшихся клочков одежды, которые буквально
пригорели к телу Гриффита.
- Ой, как больно! - завопил Сэм, когда доктор Бонд смочил ожог какой-то
вонючей жидкостью.
- Потерпите, сэр, потерпите. Это необходимо...
- Я и так терплю... О! Как больно!
Ну Йохан, ну молодец... Сумел отомстить мне, дураку... А все же Лифшиц
не делал мне так больно. Может, потому, что я платил ему значительно
больше?..
- Буч! - позвал Гриффит, и Буч Стефан моментально появился в кабинете.
- Слушаю, сэр...
- Буч, ты мне как-то рассказывал про человека-бомбу.
- Да, сэр.
- Как, ты говорил, он должен выглядеть?
- Ну бледное лицо, синие губы... Частый кашель...
- О! - снова вскрикнул Гриффит.
- Уже все, - успокоил его доктор Бонд. - Сейчас обработаем раны
сидатином и будете как новенький, сэр.
- Сидатином? Это который по двенадцать восемьсот за унцию? Доктор
Лифшиц берег это лекарство!
- При Лифшице вы не попадали в такие кризисные ситуации, сэр.
- Только ты много не лей. И так заживет...
- Хорошо, сэр. Как скажете...
- Буч, это был Йохан... Которого вы обрабатывали три года назад...
Видимо, он нажрался этой самой.
- Желтой магнезии, - подсказал Буч Стефан.
- Да, желтой магнезии... Он нам здорово отплатил, тебе не кажется?
Ой-ой-ой! Док! Ты же сказал, что все! Я тебя уволю, коновал ты моржовый! Мне
же больно'
- Как вам будет угодно, сэр. - в тоне доктора Бонда прозвучала обида, -
как угодно, но, если вы хотите израсходовать поменьше сидатина, необходима
дополнительная обработка антисептиком...
- Ой, сплошные траты. Пять тысяч за одежду, сто тысяч за Картера и
Блоу, да еще на этот сидатин пойдет тысяч десять. Сплошное разорение... Ну
ты чего не мажешь? - недовольно спросил Бонда Гриффит.
- Вы, пожалуйста, определитесь, сэр, будете вы экономить сидатин или
нет?
- Ладно, мажь сидатином, а то я скончаюсь от болевого шока, - простонал
Гриффит. Потом покосился на Буча и спросил:
- У тебя зеркало есть?
- Маленькое...
- Давай...
- Ой, кажется, я его забыл в каюте.
- Не ври мне и давай сюда зеркало - не бойся, я не наложу на себя руки.
Делать было нечего. Охранник передал боссу зеркальце, и они с доктором
переглянулись.
Несмотря на готовность к самому неприятному, увиденное поразило
Гриффита.
- Неужели это я? - жалобно спросил он.
Ожоги были не сильные, но от удара взрывной волны все лицо Гриффита
сильно опухло, и теперь он был похож на сорокадневного утопленника.
Брови и ресницы сгорели полностью, а вместо волос остался спекшийся
колтун. К тому же плохо видел левый глаз - Сэм это заметил.
Осторожно отложив зеркальце, Гриффит вздохнул и сказал:
- Вот что, док, лей этого лекарства сколько надо, только верни мне мой
первоначальный вид. Я хочу выглядеть нормально, а не как... - в горле Сэма
встал комок. - А не как паленая свинья... - закончил он, - А ты, Буч, можешь
идти. Скажи Гарфингелю. пусть тем из клиентов, кто еще не сбежал, дадут
шампанского, только не Руссовайн, а что-нибудь попроще...
- Да, сэр, - Буч Стефан потоптался на месте, стесняясь забрать свое
зеркальце. Это был подарок мамы, и Буч очень им дорожил. Решив, что придет
за зеркалом позже, он вышел.
- Ну как там? - спросила его заплаканная мисс Гриффит, которую охрана
не пускала в процедурную.
- Всего лишь несколько ожогов, мэм. Только и всего, - через силу
улыбнулся Буч.
- Тогда разрешите мне пройти...
- Прошу прощения, мэм, но мистер Гриффит запретил мне это делать.
57
Еще никогда Малику Исфагану не было так страшно. Страшно настолько, что
временами он терял сознание и бредил наяву.
Он был в пути двое суток, но за все это время ни разу не вспомнил о
жажде, голоде, сне или об удовлетворении других естественных потребностей.
Только сковавший его страх, и больше ничего.
Иногда это ощущение было настолько мучительным, что Малику хотелось
умереть. Но умереть ему не давали. Он чувствовал на себе влияние чьей-то
страшной силы, которая до поры до времени не позволяла пилоту распрощаться с
жизнью.
А начался этот кошмар совершенно неожиданно. Корабль Малика Исфагана
стоял на ночной стоянке. Утром судно должно было отправиться на Селен, где
располагался геологический исследовательский центр. Необходимо было
доставить груз с образцами породы.
Все члены экипажа сидели в небольшой каюте пищеблока, которой дали
громкое название - кают-компания.
Эгон и Буковски играли в карты, Калле и сам Малик смотрели кино с Нэн
Риган в главной роли. И вдруг все услышали удар в дверь.
Они никого не ждали, но предположили, что это бухгалтер геологической
экспедиции Курц. Он был любитель заложить за воротник и частенько набивался
в компанию, чтобы его угостили. Дверь пошел открывать Эгон.
Однако это был не Курц - это была беда.
Малик это понял, когда первым выскочил из каюты, услышав крик Эгона.
Бедняга валялся на полу и, словно рыба, беззвучно разевал рот
Выпученные глаза Эгона смотрели в потолок, а его ноги дымились светящимся
туманом, который поглощали четыре черных силуэта.
Малик не видел картины страшнее, чем эта. Парализованный страхом, он
стоял и смотрел, как эти четверо практически пожирали тело Эгона, пока оно
полностью не обуглилось,
Срочно на взлет! - услышал Малик приказ, но готов был поклясться, что
он прозвучал прямо у него в голове.
- Что там такое, Малик? - крикнул Буковски, выбегая следом.
Едва он взглянул на непрошеных гостей, как и его постигла участь Эгона.
Эти четверо сожрали и его.
Малик стоял ни жив ни мертв и тоже ожидал смерти, но его и Калле
чудовища не тронули, словно знали, что это пилот и штурман.
Затем был взлет и, странное дело, никаких запросов со стороны
технических средств контроля и навигации. Секретные службы будто ослепли.
Время от времени в голове Малика звучала очередная команда, и он ее
тупо выполнял. Он работал, как машина, используя только моторные навыки и
ничего более. Все его мысли остановились, и их заняло только чувство острого
страха.
На исходе вторых суток они сожрали Калле.
Малик ничего не видел, но он слышал треск сжигаемого тела. Контроль за
пилотом в этот момент был ослаблен, и Малик впервые попытался разобраться,
что с ним произошло.
На экране навигационного компьютера светилось изображение планеты Шейб,
и, судя по всему, это был конечный пункт путешествия монстров. Несколько
мгновений Малик боролся с желанием, пусть даже ценой жизни, повернуться и
посмотреть на этих страшных созданий, но когда он это сделал, то не поверил
своим глазам.
Это напоминало кадры из фильма ужасов. Тела, состоящие из частей живой
и иссушенной плоти. Они были мертвы, но они двигались. Они не издавали ни
звука, но Малик чувствовал их жуткие вибрации.
На этих ходячих трупах были надеты старинные металлические доспехи,
украшенные драгоценными металлами и камнями.
Они стояли в ряд и честно делили дым, которым курилось горевшее тело
Калле
Должно быть, я попал в преисподнюю. - ужаснулся Малик.
Ты почти угадал, - прогремел совсем рядом чей-то голос. Затем пилот
снова провалился в полусознание и, работая как автомат, повел судно к
планете Шейб.
Он прожил дольше всех из своего экипажа. Когда судно уже заходило на
посадку, мумии не выдержали страшного голода, терзавшего их иссушенную
плоть, и стали пожирать пилота.
58
Корабль-разведчик Фоке шел на предельно низкой высоте, почти касаясь
брюхом верхушек деревьев. Сильные порывы ветра норовили перевернуть судно на
бок, что означало бы немедленное крушение, однако надежная автоматика
выравнивала корабль, и Фоке продолжал выполнять задание.
Полторы сотни различных датчиков исследовали окружающую местность во
всех известных спектрах, но пока ничего, что напоминало бы малый
транспортный корабль типа ТС-26, найдено не было.
Фоке добрался до гор, развернулся и пошел в обратную сторону, просеивая
следующую полосу местности.
В пятистах километрах к востоку работало другое судно, на севере, за
горами, еще одно, а вообще на Шейб были брошены силы целого
разведывательного управления одного из космических флотов.
Компьютер методично сверял все детали местности с тем, что имелось в
его базе данных. Как только возникало несовпадение, на подозрительное место
направлялись десятки видеокамер.
Увеличенная картинка подавалась на дежурные экраны, и тогда капитан
корабля должен был принять решение - двигаться дальше или наконец объявлять
о находке.
Напуганные шумом двигателей, с деревьев взлетали стаи птиц. Иногда
внизу можно было разглядеть бегущего зверя или ползущего по болоту
гигантского червя. Он, словно драга, засасывал торф, землю, мох и, медленно
продвигаясь вперед, оставлял за собой траншею, заполненную илистой массой.
Так и ходили черви по бескрайним болотам, нарезая свои борозды,
вперед-назад, вперед-назад.
Капитан Фокса невольно сравнил свою теперешнюю работу с жизнью червя.
Та же самая монотонность и тот же самый результат. Команда Фокса трудилась
уже двое суток, и однообразный ландшафт и унылая природа Шейба начинали всем
надоедать.
Впереди показалась река - она была чертой, ограничивающей район
ответственности Фокса. Автопилот положил судно на левый поворот, и корабль
пошел над руслом.
Он пронесся над вереницей барж, плывущих куда-то по своим делам, - в
этой части река была достаточно глубока и судоходна.
Фоке лег на правый поворот и стал заходить на следующую полосу.
Экран судового компьютера запестрел дежурными таблицами; электронный
пилот знал, что нужно делать, однако, на всякий случай, отчитывался перед
капитаном, сообщая, что и зачем он выполняет:
Погрешность захода два градуса четыре минуты.
Корректировка.
Погрешность в пределах нормы.
- Молодец какой, - похвалил автопилота лейтенант Кнут Чиллер - капитан
Фокса. - Считаешь ты быстро и управляешь судном лучше меня, а вот пивка
капитану принести можешь? Нет. То-то же.
- А привести бабу? - подал голос штурман Рекс Халид. Он сонно вертел в
руках карандашную точилку, и голос капитана слегка его взбодрил.
- Отставить разговаривать с компьютером, Халид... Это разрешается
только капитану корабля. Тебе ясно?
- Так точно, сэр.
- А за то, что ты подслушивал, иди к холодильному шкафу и принеси мне
две банки пива.
- Лучше три, сэр, - заметил Халид, поднимаясь со своего места.
- Три мне не выпить.
- Я помогу вам, сэр.
- Ладно, - махнул рукой капитан. - Неси три, но это еще не означает,
что ты что-то получишь.
- Конечно, сэр, - расплылся в улыбке штурман. Уж он-то знал, что одну
баночку выпросить сумеет.
Едва Халид ушел, запищал зуммер, и на экране появился остов большого
грузовика. Компьютер показал его в трех разных ракурсах, но капитан уже в
который раз дал команду: Следовать далее.
Кнут Чиллер откинулся на спинку. В этот момент на экране появился
очередной подозрительный участок.
Повинуясь призыву зуммера, Чиллер лениво покосился на экран и сразу
подпрыгнул на месте - сомнений быть не могло, это было то самое судно.
Чиллер тотчас связался с управлением разведки флота, и ему поступило
указание: сбросить маяк и немедленно покинуть атмосферу.
Пневматическая пушка отстрелила радиобуй, и Фоке стал быстро набирать
высоту. Он еще не покинул плотных слоев атмосферы, когда с орбиты Шейба уже
начал спускаться десантный транспорт.
59
Похожий на морскую черепаху, десантный корабль прошел над лесом,
выискивая подходящее для посадки место. Это было нелегко. Деревья стояли
слишком часто, а единственный свободный участок был занят найденным судном.
Черепаха зависла чуть в стороне и спустила на тросе большую капсулу.
Обламывая ветки, капсула скользнула между деревьев и шлепнулась в
мягкую торфяную почву, увязнув почти наполовину.
С шипением распахнулись двери, и на землю ступили коммандос. В глухой
тяжелой броне, увешанные датчиками и снаряжением, они выглядели как боевые
машины.
Солдаты застыли, напряженно вглядываясь в струящийся между деревьями
туман. Чуть дальше, там, где деревья стояли реже, виднелся серый корпус
брошенного корабля. Однако был ли он брошен на самом деле или внутри кто-то
еще скрывался, предстояло выяснить команде разведчиков.
Командир сделал шаг, но семеро его солдат остались недвижимы,
внимательно исследуя окружающее пространство.
Нервы коммандос были напряжены до предела. Они видели сохранившуюся
видеозапись действия магических роботов и понимали, что жизнь от смерти
мож...
