Владимир Богомолов. Момент истины (В августе сорок четвертого)
страница №14
...мысли охватили его."Да, лижет суставы и кусает сердце... Все это ужасно, но ты сейчас
ничего не можешь поделать. И не надо об этом думать! - уговаривал он себя. -
Забудь обо всем! Тебе нужны силы, и ты должен уснуть!.."
За последние двое суток он спал всего несколько часов и теперь
болезненно ощущал это. Но прежде чем уснуть...
- Товарищ капитан, - сказал он помощнику коменданта, - в ногах правды
нет. Кто знает, сколько здесь еще придется пробыть... Прошу, - он указал на
плащ-палатку, - устраивайтесь со мной... Или, если не хотите, садитесь...
Андрей, позаботься о капитане. Застели пень газетой.
Он понимал состояние Блинова и, зная, что того обязательно надо
чем-либо занять, предложил:
- Если не будешь отдыхать, пройди на свое место в засаде и обживи его,
потренируйся. Только осторожно - траву не мни и не наследи!
Разъяснив затем старшине, при каких сообщениях его следует немедленно
разбудить, он по методе Таманцева расслабил мышцы и усилием воли заставил
себя отключиться. Это не без труда удалось, и он уже погружался в сон, но
тут же судорожно приподнялся, услыхав внятный голос старшины:
- Товарищ капитан!.. Товарищ капитан... Первый передает: одна тысяча
семьсот... Первый повторяет для всех: одна тысяча семьсот...
"Первым" по кодовому расписанию был штаб оперативной группы, и это
сообщение означало, что войсковая операция начнется сегодня в семнадцать
ноль-ноль. А какой-нибудь час спустя цепи прочесывания будут здесь, на
поляне, и твоя засада станет ненужной. Впрочем, она, как и остальные восемь
засад, может стать бесполезной и раньше: в тот момент, когда подразделения
окружат лес...
Значит, генералу и Полякову не удалось добиться отсрочки операции на
сутки. Кавказский человек, заместитель Наркома оказался прав. Москвичи почти
всегда оказываются правы - они в курсе обстоятельств, неизвестных на
местах... С каким темпераментом он кричал: "Не будет у вас завтрашнего дня,
не будет!"
"Невесело... Не то слово - хуже не придумаешь!.. Но все, что от тебя
зависело, ты сделал и можешь... ты должен уснуть!.. Расслабься и усни, -
мысленно убеждал себя Алехин. - Тебе хочется спать, ты уже чувствуешь
тяжесть в веках, забудь обо всем, расслабься и спи. Ты должен... ты обязан
уснуть..."
75. ПОМОЩНИК КОМЕНДАНТА
С каждым часом у него все больше портилось настроение, и хотя он
пытался относиться к происходящему спокойно, по-философски, ничего не
получалось - скрытое раздражение постепенно нарастало. Он то ходил, то
присаживался на пенек, накрытый газетой, и никак не мог удержаться: курил
одну за другой папиросы (подаренный отцом еще в июле "Казбек"), которые так
хотелось приберечь, оставить на вечер, хотя бы десяток - для
представительности. Новенькие, прекрасные, каких у него еще никогда не было,
сапоги намокли от травы и затяжелели, он с тоской представлял, как они
задубеют, когда высохнут, и соображал, чем их намазать, чтобы этого
избежать.
Старший из особистов, капитан Алехин, крепко спал, подложив под голову
вещмешок с продуктами. В стороне от него на другой плащ-палатке под
березками по-прежнему похрапывал некий старший лейтенант в грязной, с
огромными заплатами гимнастерке. (Помощник коменданта не разглядывал его
лицо и не подозревал, что это тот самый офицер, который, не поприветствовав
его в городе и будучи остановлен, прикидывался дурачком.) Старшина сидел с
наушниками у рации и от нечего делать читал какую-то порядком замусоленную
книгу со схемами на вклейках - очевидно, по радиотехнике. И наконец,
лейтенант-заика, перетянув, как и Алехин, кобуру на живот, молча и
сосредоточенно вышагивал по лужайке.
Сколько так могло продолжаться?
Чем больше помощник коменданта размышлял над происходящим, тем более
нелепым все это ему представлялось.
Из-за каких-то трех или четырех человек взбулгачили даже не сотни, а
тысячи военнослужащих. Привыкший за войну к совсем иному соотношению сил, он
никак не мог с этим примириться.
Ему вспомнились бои двухлетней давности - летом сорок второго, в районе
Котельниково, под Сталинградом. Его рота - девятнадцать человек! - обороняла
колодец. Обыкновенный колодец. Там, в степи, колодцы - редкость, и за
источники воды шла ожесточенная, смертельная борьба.
Выжженная солнцем трава... Зной... Пыль... Духота... Чтобы заставить
его отойти и захватить колодец, немцы подожгли степь... Огонь, клубы густого
едкого дыма надвигались на боевые позиции роты с трех сторон. И за этой
завесой наступали немцы: пехотный батальон - полного состава! А в роте было
девятнадцать человек, два станкача и пэтээр...
Зажечь степь навстречу и не пытались: дул западный ветер - и дым и
огонь несло на расположение роты. Немцы непрерывно били из минометов и
дивизионных пушек. Град осколков вместе с искрами засыпал окопы. Дым был
такой едкий, что пришлось надеть противогазы... Резина дымилась! Глаза у
бойцов краснели и опухали... Кожа багровела и вздувалась волдырями...
Четверо ослепло... Обмундирование дымилось и загоралось, но люди
держались!.. Держались не час и не два, а более суток!
На рассвете второго дня немцы пустили танки. Три удалось подбить, но
четвертый прорвался к запасному окопу, где помещались тяжелораненые,
ослепшие. Они и подорвали его. Его и себя... Видел ли когда-нибудь этот
Алехин, как умирающие слепые бойцы бросаются с гранатами на рев мотора под
танк?!
В то утро капитан (тогда он был лейтенантом) потерял еще шестерых, но с
остатками роты удерживал колодец. Вместе с ним - дважды раненным - в строю
оставалось всего трое, когда пришел приказ отступить. И только тогда,
взорвав колодец связкой противотанковых гранат, они отошли.
И никто не поучал его, как школьника! И никто не вымогал у него
бдительность!.. А столь памятный бой за развилку шоссейных дорог?.. И
сколько было еще таких боев... Жестоких! Смертельных! Неимоверно тяжелых!
Когда противник превосходил в пять, в десять, в пятнадцать раз!.. Воюют не
числом, а умением! Это правило вся армия исповедует с самого начала войны.
Армия, но не особисты. Для них не жалеют ни средств, ни сил. И это при
катастрофическом некомплекте личного состава в частях фронта.
Оторвали от выполнения своих прямых обязанностей тысячи людей, причем
все экстренно, с заклинаниями о бдительности, секретности и особой важности.
И что дальше - для чего это делалось?.. Неужели для того, чтобы вот так
забраться в лес, нажраться до отвала и отрабатывать "взаимодействие щеки с
подушкой", точнее - за неимением подушки - с вещевым мешком. Перекур с
дремотой на четыреста минут!
Помощнику коменданта вспомнился старый язвительный армейский анекдот:
"Чем отличаются особисты от медведя?.. А тем, что медведь спит только зиму,
а особисты - круглый год..."
При всей сдержанности и внешнем спокойствии капитана, буханки белого
хлеба подействовали на него, как красная тряпка на быка. Он с трудом
справился со своим возмущением.
Белый хлеб и другие деликатесные по военному времени продукты, которые
были положены и выдавались строго по норме, кроме летного состава ВВС,
только раненым в госпиталях - он и сам получал и хорошо помнил эти тщательно
вывешенные порции, - особисты потребляли до отвала - кто сколько хотел. Лишь
из одного вещмешка вытащили две большие буханки и резали толстыми ломтями,
хотя находились в полном здоровье и к авиации никакого отношения не имели.
По какому праву?! Он знал точно: особисты довольствуются по тем же
нормам, что и другие офицеры Действующей армии, исключая летный состав.
Впрочем, для них законы не писаны, что хотят, то и делают. И все молчат -
побаиваются.
Но лично он никогда их не боялся и не боится. Чтобы Алехин это понял,
он и говорил ему, не стесняясь, то, что думал, - без обиняков, зная, между
прочим, что подобная манера разговора действует сдерживающе даже на людей от
природы наглых.
Как ни странно, беззлобная реакция Алехина на его колкие высказывания и
простоватая мягкая покладистость настораживали помощника коменданта. В его
представлении особист без какого-либо заднего умысла не мог быть так
приветлив и доброжелателен.
Остальные ему тоже не понравились.
И этот мальчишка-лейтенант, который привязался:
"Товарищ капитан, вы не из Москвы?.. Вы на кого-то похожи!.." Щенок,
пытающийся заставить себя бояться. Жалкая попытка запугать!.. Не на того
напали!
И этот старшина, торопливо и шумно сожравший полбуханки белого хлеба и
целую банку нежнейших консервированных сосисок.
Такую же точно банку ему прислал с оказией в госпиталь отец, и он
роздал по сосиске всей палате. Но его отец был начальник политотдела
гвардейского корпуса, без малого генерал, участник революции, гражданской и
Отечественной войн, прослуживший в Красной Армии четверть века. А какие
заслуги могли быть у этих людей?..
Спавший же без просыпу под березками старший лейтенант за один свой
внешний вид заслуживал строгой гауптвахты. Такую безобразную гимнастерку мог
бы надеть - на земляные работы! - боец саперного батальона, но никак не
строевой офицер. Армейский и не надел бы - не посмел, а особисту
дозволено...
"Да что тебе с ними, детей крестить?" - в который уж раз говорил самому
себе помощник коменданта и старался настроиться на иной лад и думать о
чем-либо другом, более приятном.
День медленно подвигался к вечеру, и ему оставалось только одно:
терпеливо ждать, когда все это кончится.
Было без пяти минут четыре. Через час старик отправится за букетом
цветов; в том, что он выполнит поручение и сделает все самым добросовестным
образом, помощник коменданта не сомневался.
С детства брезгливый, капитан не терпел в людях неопрятности, и этот
старый еврей с вечной каплей под носом, естественно, не мог быть ему
симпатичен. Однако он уважал талант и мастерство в любой деятельности
человека, в любом проявлении, а старик, несомненно, был Мастером. И думал
помощник коменданта о нем с чувством почтения и признательности за отличную
работу. Жалость к этому одинокому, обездоленному войной старику снова
посетила его, когда справа, оттуда, где находилась рация, послышался
негромкий взволнованный голос старшины-радиста.
76. "ПО МЕСТАМ!"
- Товарищ капитан, товарищ капитан... - Старшина-радист тряс Алехина за
плечо. - "Девятка" передает: трое в военной форме пересекли просеку левее
их. Движутся по дороге в нашем направлении... С двумя вещмешками!.. Оружие в
кобурах!..
- Разбуди его! - живо поднимаясь и указывая глазами на Таманцева, велел
Блинову Алехин.
Андрей с силой растолкал Таманцева, тот сел на-плащ-палатке, увидел
перед собой парадно одетого помощника коменданта и даже глазами заморгал -
уж не сон ли это?
- Мамочка моя родная! - хрипловатым спросонок голосом воскликнул он,
оглядывая капитана. - Явление Христа народу!
- Ты что, мозги отоспал?! - негромко, но до враждебного резко одернул
его Алехин.
- Культурное обращение с младшим по званию, нечего сказать! - делая
вид, что обиделся, проговорил Таманцев; от сна у него поправилось
настроение, и ему до чертиков хотелось подурачиться, поблажить. - А если
действительно отоспал?.. Нежности в вас нет, - потягиваясь, с укоризной
заметил он. - Некачественно вы ко мне относитесь!
Алехин, проворно ополоснув лицо водой из фляжки, достал носовой платок.
- Умойся! - приказал он. - Живо! Минут через пятнадцать они могут быть
здесь!
Это подействовало - Таманцев подскочил, будто его подбросили, и сейчас
же спросил:
- Сколько их?
- Трое... В военной форме... Идут со стороны Каменки... С двумя
вещмешками... Оружие в кобурах...
- С вещмешками. - Таманцев не скрывал свою радость. - Я влюблен!..
Малыш, полей мне! В темпе!.. - велел он Блинову и заметил: - Вообще-то, если
есть пятнадцать минут, и пожрать бы не мешало!
- Пойди сюда!
Алехин отвел Таманцева в сторону и тихо сказал:
- Сейчас нет времени, а потом я тебе прочищу мозги! Пора уже
повзрослеть!.. В семнадцать ноль-ноль начнется войсковая операция...
- Значит, все-таки дожали! - Таманцев взглянул на часы и от возмущения
сплюнул. - Вот гадство!.. Уж если не считаются с Эн Фэ и генералом... - он
развел руками, - Москва бьет с носка и слезам не верит!.. Этих-то трех до
прочесывания мы вполне успеем прокачать.
- Я тоже так думаю. Если только они не свернут на развилке влево, а
пойдут по этой дороге... - Одернув гимнастерку, Алехин обернулся в сторону,
где стояли помощник коменданта и Блинов, и, перетягивая повыше нарукавную
повязку, распорядился: - Всем проверить оружие и оправить обмундирование!
Если есть вопросы - давайте!
Помощник коменданта оглядел свой костюм, поправил по примеру Алехина
повязку и подтянул голенища своих новеньких сапог.
- Товарищ капитан, - подходя к нему, сказал Алехин, - вы свои
обязанности помните?
- Да, еще не забыл.
- Напоминаю последовательность проверки: сначала основные документы,
затем - второстепенные, а потом вещевые мешки!.. Если мне придется сочинять
- значит, это необходимость! В любом случае вы должны поддерживать все мои
действия и требования, а я, в свою очередь, ваши! Держитесь спокойно,
уверенно и активно! В случае чего - стрелять только по конечностям! Даже
если вас будут убивать - стрелять только по конечностям! Вопросы ко мне
есть?
- Нет.
Выждав еще малость, пока Таманцев, успевший умыться и утереть лицо
рукавом гимнастерки, достал из вещмешка и надел на поясной ремень кобуру со
вторым наганом, Алехин скомандовал:
- Идемте!
Они направились к поляне, и Блинов уже вошел в кустарник, когда сзади
неожиданно послышался голос старшины:
- Товарищ капитан, Первый передает: всему личному составу немедленно
вернуться в расположение части.
Это означало: всем немедленно покинуть лес. Алехин обернулся к рации и
смотрел, не понимая; другие тоже остановились.
- Они что, чокнулись?! - возмущенно воскликнул Таманцев. - Они
соображают?! Лично я никуда не пойду!
- Даже если прикажу я, а не Первый, не только пойдешь - побежишь! -
заверил Алехин. - Так рванешь - "виллис" обгонишь!.. Выходите на поляну! -
приказал он.
- Я-то, допустим, побегу, - не трогаясь с места, продолжал Таманцев. -
А лично вас такой вариант устраивает?.. Это же чистая перестраховка!.. Они
что, о наших шкурах заботятся?.. А когда мы неделями лазим по лесам, в
одиночку, среди банд?.. Ничем не рисковать - ничего не иметь!.. Да что нам
поделается?.. Выйдут на нас с прочесыванием - мы что, перестрелку устроим?..
Лапы кверху - и вся любовь!.. В крайнем случае кого-нибудь поцарапают: они
ведь тоже знают - стрелять только по конечностям!.. Да засада с живцом в
тысячу раз опасней! А ничем не рисковать - ничего не иметь! - повторил
Таманцев; он быстро обернулся и, убедясь, что помощника коменданта и Блинова
уже нет рядом, возбужденно зашептал: - Паша, мы не должны отсюда уходить! Я
категорически против! Я не мальчик, не стажер, у меня за розыск пять боевых
орденов, и я требую, чтобы с моим мнением считались! Сообщи генералу!
Немедленно! Я тебя прошу, требую категорически! Можешь валить на меня как на
мертвого! Я за все отвечаю! Ты пойми... Ты ситуацию прокачал? Неужели ты не
понимаешь?.. Мы что, этих трех оставим одних на прочесывание?.. А если они -
"Неман"?.. Ты возможные последствия представляешь?! Их же не сумеют взять
теплыми! А момент истины? Не о шкуре - о деле надо думать!
- Все?.. Выходи на поляну! - тоном, не терпящим возражения, скомандовал
Алехин. - Сейчас же!
Что там могло произойти?.. Или до Егорова не дошло сообщение "девятки"
о троих неизвестных, или...
Алехин бегом вернулся к рации и, жестом предложив старшине освободить
одно ухо от наушника, приказал:
- Срочно передайте Первому: вас не понял, прошу повторить.
Старшина, вскинув в знак внимания палец, слушал и записывал то, что ему
в эти секунды передавали. Потом он поднял лицо к Алехину и сказал:
- Первый повторил для всех: "Немедленно вернуться в расположение части.
Выполнять".
"Выполнять!" - это, несомненно, исходило от Егорова. Алехин лихорадочно
пытался угадать, домыслить соображения генерала. Что там могло произойти?..
Неужели это вызвано только опасениями, что во время операции могут иметь
место нежелательные огневые контакты между цепью прочесывания и оперативными
группами?
"Девятку" возглавлял Кандыба - опытный розыскник, он знал в лицо всех
своих, кто находился сейчас в лесу, и никак не мог напутать. Значит, или его
сообщение о троих неизвестных не дошло до Егорова - по какой-либо причине
могли и не принять, - или...
Занимало Алехина еще одно обстоятельство: наблюдение за подходами к
массиву по всему периметру было установлено в 7.10. За утро и первую
половину дня посты слежения сообщили о подростках, вошедших в лес с
лукошками со стороны Каменки, о двух заросших, бородатых
немцах-окруженцах, которые покинули массив, двигаясь в западном
направлении (чтобы избежать возможного шума, Поляков распорядился их не
трогать, пока они не удалятся на несколько километров), и наконец о сержанте
- водителе грузовика: оставив машину на обочине шоссе, он вместе с какой-то
женщиной побывал на опушке.
Однако никаких сведений об этих троих в военной форме с утра не
поступало. Следовательно, они появились в лесу раньше - на рассвете, ночью
или еще вчера, что, впрочем, маловероятно.
Через минуты они могли оказаться и здесь, на поляне, - если только,
миновав просеку, не свернут по тропе влево, - так что времени для каких-либо
выяснений по радио уже не имелось. Проще всего было выполнить приказ о
выходе из леса, но Алехин, уверенный, что получилась какая-то накладка,
решил остаться. Основным доводом для такого решения было убеждение, что
Егорову неизвестно о троих, двигавшихся от просеки к поляне.
- Напоминаю: если услышишь выстрелы или просто шум, выскакиваешь с
автоматом вот здесь... и блокируешь выход с поляны! - велел Алехин старшине.
- Предупреждаю категорически - стрелять только по конечностям!
В следующее мгновение Алехин уже бежал к поляне.
- Последнее распоряжение нас не касается, - сообщил он, появляясь из
кустов перед Таманцевым, Блиновым и стоявшим чуть в стороне помощником
коменданта. - Все мои указания остаются в силе! Встретим их здесь, если,
конечно, они пойдут в нашу сторону. Во время проверки с первой и до
последней минуты требую от всех максимального внимания и осторожности! По
местам!..
77. ОПЕРАТИВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ
ШИФРОТЕЛЕГРАММА
Егорову
"Воздух!!!
Сообщаю: на Ваш No 47841 Ставка ВГК ответила отказом.
Войсковая операция в районе Шиловичского массива должна быть
осуществлена сегодня до наступления сумерек. Последний срок ее начала -
17.00. Это время сообщено нами в Ставку ВГК как самое позднее, и любая
дальнейшая отсрочка будет расцениваться как невыполнение боевого приказа
особой важности со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Довожу до Вашего сведения, что все подразделения войск по охране тыла
других фронтов по завершении операции необходимо немедленно высвободить, и
не позднее 23.00 они должны убыть к местам своей постоянной дислокации.
Считаю своей обязанностью еще раз со всей ответственностью
предупредить, что если дело "Неман" в ближайшие четырнадцать часов не
удастся реализовать поимкой разыскиваемых и захватом рации. Вы и
подполковник Поляков будете отстранены от занимаемых должностей и преданы
суду специального трибунала.
Колыбанов".
ШИФРОТЕЛЕГРАММА
"Срочно!
Лукину
Задержанных вами по недоразумению подполковника Еременко и капитана
Бодрова немедленно освободите.
Как установлено проверкой, бланки командировочных предписаний старого
образца, не содержащие условного секретного знака, в воинской части 06381 не
были своевременно изъяты из обращения по халатности одного из офицеров
штаба.
Поляков".
ЗАПИСКА ПО "ВЧ"
"Срочно!
Егорову
В представленных Вами донесениях до сих пор не подтверждено прибытие 27
офицеров Управления контрразведки Карельского фронта, вылетевших к Вам из
Петрозаводска сегодня в 4 часа утра для участия в розыскных мероприятиях по
делу "Неман".
Проверьте и немедленно доложите.
Колыбанов".
ЗАПИСКА ПО "ВЧ"
"Весьма срочно!
Колыбанову Ha
No....: от 19.08.44 г.
Арест или задержание находящихся под нашим наблюдением Чеслава и
Винцента Комарницких представляются нам пока преждевременными,
нецелесообразными.
Поляков".
ШИФРОТЕЛЕГРАММА
"Чрезвычайно срочно!
Москва, Колыбанову
Проводимые нами в районе Шиловичского лесного массива
оперативно-розыскные мероприятия по состоянию на 16.00 результатов не дали.
В 16.03 автомашины с подразделениями, предназначенными для войсковой
операции, двенадцатью автоколоннами начали движение из выжидательных районов
с расчетом выхода на "карусель" в 16.50.
Во избежание возможных нежелательных огневых контактов между своими
всем находящимся в засадах на территории массива оперативным группам в 16.05
передана команда немедленно покинуть лес.
Егоров".
78. ПРОВЕРКА ДОКУМЕНТОВ
Прошло не десять, а, наверное, больше минут, но на поляне никто не
появлялся. Таманцев и Блинов, обратясь в слух, молча и терпеливо стояли на
своих местах в кустарнике шагах в семи друг от друга.
Солнце было еще над лесом, светило жаром, и душистый воздух, вдосталь
насыщенный пахучими испарениями, заметным маревом струился от продожденной
земли. Ветер несколько стих, в траве неумолчно стрекотали кузнечики;
и снова высоко в поднебесье, точно прощаясь, курлыкали журавли. Но
никаких звуков приближения людей, как ни напрягались, Таманцев и Блинов
уловить не могли.
"Неужто пустышку тянем?.." - с тоской подумал Андрей и в ту же минуту
увидел, как Таманцев предостерегающе вскинул руку; спустя секунды Андрей и
сам различил вдалеке еле слышные, тихие голоса.
Таманцев, взглянув на часы - для рапорта, - расслабленно потряс руками,
что означало: "Сбрось напряжение" - и взялся за кобуру.
Они оба достали оружие: Андрей - "ТТ", а Таманцев - безотказный в
работе наган, который он в такого рода случаях предпочитал всем другим
системам. Кстати, он почти никогда не говорил "достал оружие" или "выхватил
пистолет", а обычно - "обнажил ствол". Кобуру со вторым наганом он перетянул
с левого бедра на живот и расстегнул.
Андрей беззвучно отвел курок своего "ТТ" с предохранительного на боевой
взвод и замер в ожидании.
Негромкие голоса приближались. Ни Таманцев, ни Блинов, спрятанные в
кустах, не могли никого видеть, но Алехин, метрах в девяноста от них,
укрывшись за деревьями, уже рассматривал троих в военной форме, вышедших из
леса по другую сторону поляны, и внимательно считал их шаги.
Выждав, сколько требовалось, он с помощником коменданта появился на
дороге; завидев их, трое, шедшие навстречу, умолкли; пять человек
сближались, с интересом разглядывая друг друга.
Они встретились, как и рассчитал весьма точно Алехин, у гнилого пенька,
прямо напротив кустов, за которыми притаились Блинов и Таманцев,
поздоровались, и помощник коменданта, задержав руку у козырька, предложил:
- Товарищи офицеры, попрошу предъявить документы! Комендантский
патруль.
- Ваш мандат на право проверки, - попросил один из троих, бритоголовый,
с погонами капитана, так спокойно, будто ему заранее было известно, что
здесь, в лесу, у него должны проверить документы и что это малоприятная и
пустая, но неизбежная формальность. - Кто вы такой?
Слева от него, ближе к засаде, стоял высокий, крепкого сложения старший
лейтенант лет тридцати или чуть побольше, а справа - молодой лейтенант, тоже
плотный и широкий в плечах. На всех троих было обычное летнее офицерское
обмундирование (у лейтенанта поновее), пилотки и полевые пехотные погоны без
эмблем. На гимнастерке у капитана над левым карманом виднелась колодка с
орденскими ленточками, а над правым - желтая и красная нашивки за ранения.
Помощник коменданта достал из кармана кителя листок удостоверения,
развернул его и, протягивая левой
рукой бритоголовому капитану, еще раз легко прикоснувшись пальцами к
фуражке, представился:
- Помощник военного коменданта сто тридцать второй
этапно-заградительной комендатуры капитан Аникушин...
"Аникушин?.. Аникушин!.. Это же Валькин брат!" - только теперь
сообразил Андрей и сразу вспомнил, где он прежде видел капитана.
Как-то весной, незадолго до войны, одноклассник и приятель Андрея
Валька Аникушин, показав на статного юношу, прогуливавшегося с девушкой по
Тверскому бульвару, похвастал: "Мой брат! Консерваторию кончает! Второй
Шаляпин! Беш-шен-ный талант!.."
Валька имел слабость приврать, и Андрей не очень-то поверил, но все же
ему захотелось получше разглядеть "бешено талантливого" якобы человека, и он
с Валькой пошел следом за Аникушиным-старшим, однако тот, случайно
обернувшись, заметил ребят и, должно быть, заподозрив подвох, так
внушительно показал им за спиной девушки кулак, что приятели сразу отстали.
Потом у себя дома как бы в подтверждение своих слов Валька достал
шкатулку и выложил перед Андреем вырезанные из газет заметки, где такие
знаменитые артисты, как Нежданова и Козловский, высказываясь о наиболее
талантливых певцах, студентах консерватории, самые похвальные слова говорили
об Аникушине-старшем. Нежданова, например, называла его "надеждой русского
вокала" - значение последнего слова Андрей тогда не знал и потому запомнил
это выражение буква в букву.
Андрею вспомнился заводной неугомонный Валька, сгоревший год назад в
танке под Орлом, и в этот миг помощник коменданта нечаянно для себя приобрел
немалую долю симпатий, которые Блинов питал к его младшему брату.
Между тем бритоголовый капитан вынул и предъявил Аникушину свое
удостоверение личности и командировочное предписание. Вслед за ним без
промедления (чувствовалось, что он старший) достали удостоверения личности и
два других офицера; Алехин взял у них и, раскрыв, стал проверять, наморща
лоб и медленно шевеля губами, как это делают, читая по складам, чаще всего
малограмотные люди.
В эту минуту за кустами орешника Таманцев, поймав взгляд Блинова,
дотронулся до погона и поднял вверх два пальца - по количеству звездочек.
Это означало: "Держи лейтенанта". Андрей согласно качнул головой - мол,
понял. Приникнув к вытянутому горизонтально узкому
просвету в листве, он видел с головы до бедер всех троих и мог
"держать" из них любого.
Аникушин, просмотрев документы, взятые им у капитана, передал их
Алехину, тот, в свою очередь, отдал ему удостоверение личности одного из
офицеров, и проверка продолжалась.
- "Вильнюс... Лида... и прилегающие... районы..." - вслух прочел Алехин
и, как бы не понимая, поднял глаза от командировочного предписания. - А в
лесу вы чего, эта... делаете?
- Вы, верно, догадываетесь, что не развлекаемся, - улыбнулся капитан.
- Нет, не догадываемся, - с самым простецким лицом сказал Алехин. - Что
же, значит, делаете?
- Вы можете прочесть... Здесь все указано. - Капитан ткнул пальцем в
командировочное предписание. Алехин снова уставился в бумагу.
- А где находится ва-аша-а ча-асть? - намеренно зевая и прикрывая рот
ладонью, поинтересовался он.
- Должен заметить, товарищ капитан, что лес не самое подходящее место
для подобных разговоров. И я полагаю...
- Отчего же?.. - удивился Алехин. - Бдительность, она, конечно... Но мы
офицеры комендатуры, и нам, значит, положено... А кроме нас, тут, понимаете,
никого нет. - Как бы желая убедиться, что это действительно так, он
огляделся по сторонам. - Кто же еще может услышать?
- А в госпитале вы у кого лежали? - неожиданно спросил Аникушин у
капитана, хотя смотрел в этот момент документы другого офицера.
- То есть как - у кого? - не понял капитан.
- В каком отделении?
- В третьей хирургии. У майора Лозовского... А вы что, знаете этот
госпиталь?
- Немного.
- Он сейчас в Лиде, - сообщил капитан.
Аникушин согласно кивнул головой.
- Откуда вы теперь идете? - продолжал Алехин.,
- Из Каменки, - ответил капитан.
- Куда?
- В настоящий момент... в Шиловичи.
- А дальше?
- В Лиду.
Ответы на последние вопросы не противоречили направлению движения
проверяемых и давались без малейших задержек. Нежелание говорить, где
находится их воинская часть, было объяснимо и объективно не вызывало
подозрений.
Сосредоточенно шевеля губами, Алехин продолжал читать документы.
Командировочное предписание, выданное 11 августа капитану Елатомцеву
("... и с ним два офицера"), было безупречным. В набранной петитом
подстрочной фразе: "(воинское звание, фамилия и инициалы командированного)"
после слова "звание" вместо запятой стояла типографская точка, имелись в
документе и другие особые знаки.
В графе "Пункт командировки" значилось: "Города Вильнюс, Лида и
прилегающие районы"; в графе "Цель командировки" было указано
неопределенно-стереотипное: "Выполнение задания командования". "Срок: с 11
по 20 августа". На обороте предписания имелись отметки вильнюсской и лидской
этапно-заградительных комендатур
Держались все трое спокойно, естественно, без какой-либо напряженности
в лицах. И все основные документы у них - не только командировочное
предписание, но и удостоверения личности - были в совершенном порядке и
полностью соответствовали действительным обстоятельствам.
79. ТАМАНЦЕВ
Паша рассчитал все с точностью до полуметра, и, зная по опыту, как это
трудно, мысленно я ему аплодировал.
Они остановились прямо перед засадой, и я мог разглядеть всех троих -
от бедер и выше.
За плечами у старшего лейтенанта и лейтенанта были вещевые мешки,
набитые, судя по округлым очертаниям, чем-то мягким, впрочем, это еще ни о
чем не говорило: рации обычно тоже обертывают в плащ-палатки и в запасную
пару белья.
У капитана было хорошее лицо - сильное, уверенное, но не наглое. И сам
он был какой-то спокойный, несуетливый, уверенный - мне такие нравятся.
Второй, старший лейтенант, напомнил мне отчасти балаклавского амбала* -
Башку, портового пьянчугу, который, подвыпив, брал глиняные кувшины за ручку
и разбивал их о свою голову, к удовольствию таких же, как и он, придурков.
Башка был, пожалуй, приземистее и выглядел, разумеется, иначе, но в лицах у
них было немало схожего, и этого старшего лейтенанта я для себя тут же
окрестил "амбалом".
----------------------------------------
* Амбал (или амбальный) - портовый грузчик. В более широком смысле -
рослый, физически сильный человек.
---------------------------------------------------------------
Третий же, лейтенант, был по виду как из-под штампа - типичный
молоденький командир взвода, какой-нибудь Эс Ка*, - я почему-то еще подумал,
что если они агенты, то он скорее всего - радист.
Кто они - это должен был теперь в считанные минуты без ошибки
определить Паша. Я знал, что ему сейчас в сотни раз труднее, чем нам с
Малышом, задача у него несравнимо сложнее, я отлично представлял себе все
его напряжение.
Проверяя и оценивая документы, он должен мысленно прокачать
установочные данные всех троих и признаки их словесных портретов по тысячам
розыскных ориентировок. При этом он обязан все время фиксировать детали и
оттенки их поведения, фиксировать игру вазомоторов и нервные реакции, чтобы
тотчас уловить слабину, беспокойство и в случае чего подать нам условный
сигнал. При этом от него требуется проверить и без ошибки оценить документы,
фактуру, реквизит, все особые и удостоверительные знаки, а также степень
соответствия содержания действительным обстоятельствам.
При этом, чтобы выиграть, растянуть время проверки, он должен с первой
и до последней секунды быть в маске, бутафорить: изображать этакого
простоватого службиста, из деревенских, бдительного, но недалекого тугодума,
попавшего в офицеры только благодаря войне. Сейчас такие в армии не
исключение.
При этом - в данном случае - он должен прокачать всех троих и на левшу,
что тоже отнюдь не просто... При этом, если потребуется, он должен обострить
ситуацию... При этом он должен при каждой возможности качать их на
косвенных**... При этом... Есть еще, пожалуй, десяток "при этом" - того, что
он должен, обязан, и я-то прекрасно знал: в такие минуты от напряжения даже
у самых крепких волкодавов спина становится мокрой... Лопухаться при
проверке документов могут патрули, а розыскник не может, не имеет права
лопухнуться...
Я знаками велел Малышу держать лейтенанта. Собственно, еще неизвестно
было, придется ли кого-нибудь здесь держать, но боевое расписание
обязательно. Оно разграничивает задачи, обязанности и порождает
ответственность - с этой минуты я во всех смыслах отвечал за бритоголового
капитана и амбала, а Малыш - за лейтенанта. Я надеялся на него в пределах
его малого опыта и потому поручил ему самого молодого и, как я определил,
вернее предполагал, наименее опасного.
----------------------------------------
* Эс Ка (СК: "связь кончаю") - обычный сигнал, завершающий войсковую
радиосвязь. Жаргонное обозначение армейского радиста в отличие от оператора
агентурного приемопередатчика.
** Качать на косвенных - в ходе разговора задавать вроде бы безобидные
второстепенные, косвенные вопросы, при помощи которых можно незаметно
выявить несоответствие ответов проверяемого действительным обстоятельствам.
---------------------------------------------------------------
80. АЛЕХИН
Кто они и как оказались в лесу?.. Зачем?.. Морщи лоб и шевели губами...
Удостоверение личности... Фактура обложки... Конфигурация...
Наименование... Шрифт тиснения... Звездочка... Реквизит содержания... Особые
знаки... удостоверительные... Шрифты текста... Серия... номер...
Фотокарточка... Голова... губы... подбородок... соответствуют... Печать
гербовая... Оттиски... совмещаются... Подпись командира части...
натуральна... Гвардии майор... Карпенко... Дата... Чернила... Мастика
штемпельная... Фактура бумаги... плотность...
Предъявитель сего... Чубаров... Николай Петрович... состоит на
действительной военной службе... Недобрый у него взгляд, очень даже
недобрый... Присвоение воинских званий... старший лейтенант... Приказ...
номер... ноль тридцать девять... от двадцать седьмого января... сорок
четвертого года... Печать гербовая... Подпись командира части...
натуральна... Чернила... Мастика... Служебное положение... Штатная
должность... командир стрелковой роты... Назначен... Приказ... Номер... ноль
четыреста двадцать семь... от... пятого ноября сорок третьего года... Печать
гербовая... Подпись командира части... натуральна... Чернила... Мастика...
Скрепка... Награды и особые права... Орден Красная Звезда... Медаль "За
отвагу"... Родился... девятьсот тринадцатого года... Уроженец... Калуги...
Состав семьи... Близких родственников нет... Призван... Иманским
райвоенкоматом... Приморского края... в июне сорок первого... Разрешено
ношение оружия... Личная подпись-натуральна... Печать гербовая... Подпись
командира части... Гвардии майор... Карпенко... Натуральна... Предыдущей...
соответствует... Чернила... Мастика... Ажур!
А ножны с финкой на правом бедре... Левша?.. Не факт...
Командировочное предписание... Точка вместо запятой... Особые знаки...
удостоверительные... Реквизит содержания... Шрифты текста... Петит
подстрочный... Штамп угловой... Печать гербовая... Подпись... натуральна...
Чернила... Мастика... Фактура бумаги... плотность...
Текст... Воинская часть полевая почта 72510... 72510?.. Что-то
знакомое... Дата выдачи... Десятое августа... сорок четвертого года...
Капитан Елатомцев А Пэ и с ним два офицера... Вильнюс, Лида и прилегающие
районы... Цель командировки... Выполнение задания командования... Срок...
десять дней... с одиннадцатого августа... по двадцатое... Основание: приказ
командира вэ-че 72510... Для проезда выданы требования на перевозку за
номерами... Действительно по предъявлении удостоверения личности номер...
Командир части... Полковник Ляпин... На обороте... Отметки комендатур...
Вильнюс... тринадцатое... Лида... пятнадцатое... Вильнюс... тринадцатое...
Лида... пятнадцатое... Интересно, где они были двенадцатого и
четырнадцатого?.. Где они были сегодня ночью?.. Штампы... Чернила...
Мастика... Для прочих отметок... Старший лейтенант Чубаров... Лейтенант
Васин... Печать гербовая... Чернила... Мастика... Ажур!
Хорошо держатся, спокойно... Это не украинский говор, нет!.. А у этих
двух?..
Удостоверение личности... Конфигурация... Фактура обложки...
Наименование... Шрифт... Звездочка... Реквизит содержания... Особые знаки...
удостоверительные... Шрифты текста... Звездочка... Серия... Номер...
Фотокарточка... Голова... нос... губы... подбородок... соответствуют...
Печать гербовая... Оттиски... совмещаются... Подпись командира части...
натуральна... Подполковник... Романов... Дата... Чернила... Мастика...
Фактура бумаги... плотность... Хорошее у него лицо (хоть он и недоволен),
приятное...
Предъявитель сего... Елатомцев... Алексей Павлович... состоит на
действительной военной службе... Присвоение воинских званий... старший
лейтенант... Приказ... номер ноль двадцать четыре... от девятого февраля
сорок третьего года... капитан... Приказ... номер ноль семь... от
одиннадцатого января сорок четвертого года... Печать гербовая... Подпись
командира части... натуральна... Чернила... Мастика... Служебное
положение... Штатная должность... командир стрелковой роты... Приказ...
номер ноль двести шестнадцать... от тридцатого ноября сорок второго года...
Назначен... начальник штаба батальона... Приказ... Номер ноль двести
пятьдесят один... от двадцать седьмого декабря... сорок третьего года...
Печать гербовая... Подпись командира части... натуральна... Чернила...
Мастика... Скрепка... Награды и особые права... Орден Красного Знамени...
Орден Отечественной войны первой степени... Медаль "За оборону Москвы"...
Родился... девятьсот восьмого года... Уроженец станицы Лабинской... Состав
семьи... Жена Елатомцева Надежда Ивановна... Майкоп... Призван Майкопским
военкоматом... в марте сорокового года... Кадровый... Разрешено ношение
оружия... Личная подпись... натуральна... Печать гербовая... Подпись
командира части... Подполковник Романов... натуральна... Предыдущим...
соответствует... Чернила... Мастика... Ажур!
Справка госпиталя... В удостоверении - случайно или умышленно?..
Конфигурация... Реквизит содержания... Шрифты текста... Петит подстрочный...
Особые знаки... удостоверительные... Форма номер шестнадцать... с
наклоном... Штамп угловой... Эвакогоспиталь 2215... Это Лида!.. Капитан
Елатомцев... Алексей Павлович... находился на излечении... с тридцатого
апреля... по четвертое августа... 2215 до конца июля был в Вязьме...
Достоверно?.. Вполне... Только "Неман" выходил в эфир еще в июле, а он до
четвертого августа лежал в госпитале... Вот так!.. по поводу... проникающее
осколочное ранение правой половины грудной клетки... травматический
пневмоторакс... 2215 - торакальный*... соответствует... Срок пребывания...
диагнозу... соответствует... Чернила... Мастика... Фактура бумаги...
плотность... Ранение связано с пребыванием на фронте... Получено при защите
СССР... Врачебной комиссией признан по статье... расписания болезней приказа
НКО СССР... годным к строевой службе без ограничений... Начальник
госпиталя... Подполковник медслужбы... Кудинов... Подпись... натуральна...
Печать гербовая... Чернила... Мастика... Типография "Красное знамя",
Москва... Сущевская, 21. Заказ 2345... соответствует... Ажур!
Это южнорусский говор!..
Елатомцев Алексей... Качай его, качай!.. Если они агенты, то он
наверняка старший... Он опытнее, и больше шансов, что уже проходил по
розыску...
Рост... выше среднего... Телосложение... среднее... плотное... Лицо...
овальное, чистое... Лоб... средний... прямой... Брови... дуговые... Hoc -
средний... прямой... Глаза голубые... Волосы светлые... Уши... овальные... с
выпуклым противокозелком... Шея - мускулистая... средняя... Плечи прямые...
чуть вислые... Все прямое, все среднее... Невесело!..
Особенности... Говорит с южнорусским акцентом... И, пожалуй...
кривоватые ноги... Южнорусский говор!.. Быстрее!..
Коновалов?.. У Коновалова утиный нос... Головатенко?.. Татуировка на
кисти левой руки... Яковлев Иван?.. Короткая верхняя губа... Мазанов?..
Пойман!.. Степаков?..
----------------------------------------
* Торакальный - госпиталь грудной хирургии.
---------------------------------------------------------------
Высокий, худой, с выступающим кадыком... Шимко?.. Брюнет!.. Федулов?..
Брови извилистые, широкие, заметно косит... Елисеев?.. Иваницкий?..
Сердюк?.. Нетребин?.. Гуляев?.. Орлов Василий?.. Терентьев?.. Лисецкий?..
Поминов?..
Удостоверение личности... Конфигурация... Фактура обложки...
Наименование... Шрифт... Звездочка... Реквизит содержания... Филиппенко?..
Прямые брови и карие глаза... Особые знаки... удостоверительные... Шрифты
текста... Звездочка... Серия... номер... Фотокарточка... Голова... лоб...
переносица... подбородок... соответствуют... Совсем молодой... Печать
гербовая... Оттиски... совмещаются... Начальник Ташкентского
Краснознаменного пехотного училища... Генерал-майор... Антипин... Подпись...
натуральна... Дата... Чернила... Мастика... Фактура бумаги... плотность...
Предъявитель сего... Васин... Васин?! Тот постарше... Михаил
Сергеевич... состоит на действительной военной службе... Бразуль?..
Ромбовидное лицо и картавость... Присвоение воинских званий... Лейтенант...
Приказ САВО... Номер... сто девять... от семнадцатого июля... сорок
четвертого года... Свежеиспеченный... И обмундирование поновее... Печать
гербовая... Фомин?.. Ниже ростом, плечи приподнятые... Подпись...
натуральна... Начальник училища... Генерал-майор... Чернила... Мастика...
Барыльников?.. Скошенный лоб и оттопыренные уши... Служебное положение... Не
назначался... Скрепка... Награды и особые права... Родился... двадцать
третьего года... А тот Васин?.. девятьсот одиннадцатого... Уроженец
Москвы... А тот?.. Вологодский... Состав семьи... Мать Васина Зинаида
Петровна... В эвакуации... Казань... Призван Сокольническим
райвоенкоматом... в сентябре сорок первого... Разрешено ношение оружия...
Калмыков?.. Сутуловатый, с двумя оспинами вправо от носа... Личная
подпись... натуральна... Печать гербовая... Подпись командира части...
Начальник училища... Генерал-майор... натуральна... Предыдущей...
соответствует... Чернила... Мастика...
Хорошо они держатся... Или это свои, или у них много раз проверяли
документы и они уверены в полной надежности... Вэ-че 72510... 72510?..
Быстрее!..
Южнорусский говор... Чугунов?.. Серые глаза, подбородок узкий...
Алтунин?.. Пойман!.. Степанюк?.. Выше ростом, плечи горизонтальные...
Попов?.. Нос большой, с горбинкой... Федулов?.. Был!.. Базилевский?..
Рыбников?.. Демкин?.. Махов?.. Якубин?.. Козырев?.. Проценко?..
Дроздовский?..
Определенно кривоватые ноги... Качай!.. Когда и как они попали в лес?..
Неужели их просмотрели на опушке?.. Или они приехали еще до рассвета?..
Скорее второе... Но тогда... Не факт!.. Что же они делают в лесу?..
Южнорусский говор и слегка кривые ноги!.. Думай!.. Думай быстрее и не
молчи!..
81. ОПЕРАТИВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ
ШИФРОТЕЛЕГРАММА
"Весьма срочно.
Колыбанову На No..... от 19.08.44 г.
Подготовка мероприятий, проведение которых намечено параллельно с
войсковой операцией в Шиловичском лесу, осуществляется самым активным
образом и может быть завершена:
а) по варианту "Западня" к 17.30;
б) по варианту "Большой слон" к 21.00;
в) по варианту "Прибалтийское танго" не ранее 0.30 20 августа.
Егоров".
ЗАПИСКА ПО "ВЧ"
"Весьма срочно!
Егорову
Спецсообщение
Сегодня, 19 августа, в 11.35 двое неизвестных в офицерской авиационной
форме, проникшие на гродненский военный аэродром, захватили подготовленный к
учебно-тренировочным полетам истребитель спарку УТИ "ЛА-5". При этом ими был
убит техник-лейтенант Алиев, пытавшийся предотвратить захват.
Несмотря на меры, предпринятые тремя шоферами 904-го БАО, выгнавшими
свои бензозаправщики на летное поле, и стрельбу по самолету из пистолетов и
карабинов, неизвестным удалось поднять машину в воздух и взять курс на
северо-запад. Открытый с опозданием зенитно-пулеметный огонь результата не
дал.
Согласно команде, переданной по радио, звено истребителей, находившееся
в воздухе восточнее Сувалок, перехватило угнанный самолет и пулеметными
трассами сбоку предложило ему изменить курс для возвращения на аэродром.
Ввиду отказа подчиниться открытым после этого огнем на поражение спарка была
подбита, загорелась и, потеряв высоту, врезалась в лес западнее Кросна, в
12- 14 км от линии фронта.
В район падения самолета направлены поисковые группы, в составе которых
офицеры контрразведки и авиационные специалисты.
Дежурный по аэродрому капитан Рудаков и комендант старший лейтенант
Мякишев командованием от занимаемых должностей отстранены. Со всем личным
составом частей, дислоцированных на гродненском аэродроме и других
аэродромах 1-й и 4-й воздушных армий, проводятся беседы о необходимости
постоянной ужесточенной бдительности. Охрана аэродромов по периметру
увеличена вдвое, выход на летное поле строжайше контролируется, на местах
стоянки самолетов и ко всем капонирам выставлены усиленные наряды,
вооруженные автоматами и ручными пулеметами для круглосуточного охранения.
Нами и параллельно командованием проводится тщательное расследование.
Выяснилось, что неизвестные, захватившие самолет, проникли на аэродром еще
вчера вечером, предъявив на КПП форменные офицерские удостоверения личности
и направление из отдела кадров 1-и воздушной армии, оказавшееся, как
установлено произведенной проверкой, поддельным.
Как явствует из показаний сержанта Павлова, проверявшего на КПП
документы у неизвестных, они по некоторым признакам словесного портрета
имеют сходство с проходящими по чрезвычайному розыску агентами, причем один
из них, говорящий с заметным украинским акцентом, предъявлял удостоверение
личности на фамилию Панченко или Пащенко. Таким образом, есть основания
полагать, что лица, захватившие самолет, являются разыскиваемыми по делу
"Неман" агентами, которые после выполнения задания абвера попытались
вернуться в Германию.
Подробное сообщение о захвате и угоне спарки УТИ будет вам направлено в
порядке, установленном для донесений о ЧП, незамедлительно.
Красноглядов".
82. ПРОВЕРКА
- А еще какие-нибудь документы у вас есть? - спросил Алехин.
- А этих что, недостаточно? - удивился старший, с погонами капитана.
- В городе бы достаточно, а тут... не совсем... Маловато!.. Туг,
знаете, по лесам банд полно и дезертиры ходют...
- Вы что же, нас считаете дезертирами или даже бандитами? - с заметной
обидой и в то же время улыбаясь при мысли о столь нелепом предположении,
осведомился капитан.
- Никак нет... - засмущался Алехин. - Просто, знаете, как говорится,
семь раз проверь, а потом поверь!.. Бдительностью дело не испортишь!
- Понятно! - сказал капитан. - Извините, но вы нас проверяете, а кто вы
сами, я, например, не знаю.
- Мы тоже из комендатуры, - говоря о себе во множественном числе и
простодушно улыбаясь, сообщил Алехин. - Дежурный помощник... А также
секретарь парторганизации, - со значением добавил он и сделался серьезным. -
Вот, пожалуйста...
При этом он достал из нагрудного кармана гимнастерки свое комендантское
удостоверение, которым ему разрешалась проверка всех военнослужащих, а также
гражданских лиц в полосе фронта, и вручил его капитану. Тот, развернув
листок, рассматривал внимательно с полминуты, затем, возвратив, вынул из
кармана брюк потертый кожаный бумажник и, раскрыв его, осведомился:
- Что вас интересует?.. Расчетная книжка... вещевая...
продовольственный аттестат... партийный билет... наградные удостоверения.
- Давайте... - не отвечая по существу, сказал Алехин и, как бы
оправдываясь за свой вынужденный интерес к документам проверяемых, пояснил:
- Закон порядка требует... Служба есть служба!
Он взял вынутые капитаном из бумажника документы и, наморша лоб,
принялся их читать, сразу передав часть Аникушину.
Он намеренно отрекомендовался секретарем парторганизации, чтобы иметь
большие основания в случае предъявления посмотреть партийные билеты и как бы
невзначай мотивировать свою активность, поскольку Аникушин после
ознакомления с основными документами проверяемых, несмотря на
договоренность, вел себя пассивнее, чем ему надлежало, и Алехину уже
пришлось действовать за него.
Впрочем, сейчас помощник коменданта добросовестно и скоро просмотрел
переданные ему документы и возвратил их Алехину. Тот, в свою очередь,
протянул ему расчетную книжку капитана, которую Аникушин взял уже без
желания, так, по необходимости; проверка продолжалась.
Обнаружив под партийным билетом сложенный вдвое затасканный конверт,
Алехин развернул его и, увидев, что эт...
