Виталий Чечило. Солдаты последней империи
страница №7
... меня точно пристрелили. А ведь были офицеры, умудрявшиесятайком трескать шоколад, пока солдаты не распотрошат их тревожные чемоданы.
А если трое солдат что-нибудь украдут, найти уже невозможно. Пустят по кругу
- кивают друг на друга. Поэтому, я сразу отдавал свою пайку на "общак".
Начштаба в меня графином кидал, я уворачивался, графин об сейф, карта с
оперативной обстановкой тушью стекла.
- А я вам хрен писаря дам!
Наконец, мое терпение иссякло, на горизонте замаячила комендатура. А
если "Кар" - Женя Малыгин - станет комендантом?
- Я что, ротным умирать буду?
- Ну нет должностей!
Должность я себе нашел, а вот рота пропала. Солдаты поняли слабину,
распустились. Жена:
- Или рота, или я.
Начал Женя попивать и кончил, как остальные: спился и попал в ПСО к
Логвинову. Вышел оттуда со справкой "хронический алкоголик" и мог не
напрягаясь дослуживать в одном из испытательных подразделений. Сохранил за
собой все права и льготы, кроме одной - получать спирт.
ВЕРСТАНИЕ В СОЛДАТЫ
В советское время отлов рекрутов производился два раза в год и
назывался почетной обязанностью граждан. Как, впрочем, и сейчас на Украине.
Механизм отлова был предельно прост: кто не мог откупиться, шел служить.
Тогда , при избытке призывного контингента, освобождение от призыва стоило
недорого. Из воинских частей во все концы необъятной Родины в военкоматы
направлялись команды по отбору призывников. Первыми имели право набирать
пограничные войска. Туда брали лучших, чтобы не перебежали к врагу. Потом
набирали во внутренние войска МВД СРСР, чтобы стерегли врагов государства.
Дальше гребли всех подряд. В танковые войска мог попасть солдат под два
метра ростом, а на флот - метр с кепкой.
В состав команды по отбору входили пять человек, как правило,
непричастные (не имеющие личного состава). Кроме того, с собой брали врача.
Польза от него была одна - если кто подцепит триппер, вылечит без огласки.
Команда начинала пьянствовать, как только садилась в поезд, и так - до места
назначения.
Прибыли в Ульяновск. Там не по талонам только куриные ножки. Старшим
группы был подполковник Хабаров, к слову - ни одного дня не носил ботинок,
только сапоги, сам шил форму и полевую сумку:
- Она на моем теле, как портмоне.
И вот этот красавец показал нам пример:
- Найти блядей, чтобы выжить и сэкономить командировочные .
Чем хороши посудомойки: вкусно кормят, и на них жениться не надо. Я
сгоряча снял бабу - работала в военкомате, кормила плохо, но все же... Отец
- начальник плодоовощной базы, но там из съестного - только грибы. Я за
месяц охлял. Да еще по ошибке поселился в номере "Люкс", ключи-то
одинаковые. Там было неплохо, пока не подселили ко мне одного капитана со
значком "отличник связист" на застиранном кителе. Привел я в гостиницу Костю
Васильева - нашего полкового кассира. Он в то время заканчивал финансовое
училище. Упились, как положено. Мы пьем, а капитан отвернулся к стене,
сволочь, и лежит, сославшись на язву. Костя начал примерять его китель:
- Товарищ прапорщик, это мой.
- Нет мой, я тоже хочу побыть капитаном.
Я ему:
- Костя, это же не твой, брось.
Мы тогда пропили пятьдесят рублей - большие деньги по тем временам, а
для нас и последние. Я через два дня уехал, а Костя остался учиться без
копейки. Присылает телеграмму прямо в часть: "Вышли телеграфом 50 рублей, а
то пропаду". Пришлось выслать.
Отбор носил сугубо формальный характер: списки отобранных тасовались
как карты при шулерской игр. Сверяешь списки - половины уже нет - кому-то
отдали. Начинаешь отбирать заново. В конце концов это надоедает, начинаешь
соглашаться со всем. А если упрешься, следует предельно простой ответ :
этого в списках нет, потому что находится под следствием. В конце концов в
РВСН попадали и "энурезы" и "психические". Утешало одно: другим доставались
такие же.
Мы могли поставить под сомнение заключение призывной врачебной
комиссии. Чем Хабаров, старший команды, не преминул воспользоваться. Ходил
по семьям призывников, где отцов нет, проверял "нет ли дурных привычек".
Пошел слух, мол, набирают в космонавты. А кто не хочет иметь сына
космонавтом. Хабарова, естественно, поили счастливые родители, а нам надо
было волочь его в номер, он из экономии жил в гостинице КЭЧ, в десятиместном
номере. А потом мне надо было добираться через весь город к подруге... Во
время одного из таких походов по семьям призывников Хабарова укусила за
плечо девка-малолетка. Он пришел, родителей призывника не оказалось дома,
начал склонять к сожительству дочку-восьмиклассницу. Все было бы хорошо, но
он поленился сходить за конфетами. И надо сказать она его таки капитально
тяпнула - прокусила до кости, плечо опухло, чуть руку не отрезали. Приходит:
- А-а-а! Все нормально было бы.
- Как нормально! Ты ее в первый раз видел.
- Мало кого я в первый раз видел.
...Можно было оставаться в командировке неопределенное время, никто бы
и не хватился. Но пьянство изматывало. Наконец, давали добро на отправку
команды к месту службы. Народ загружали в поезд. Чтобы не перепились и не
разбежались по дороге, отбирали документы и деньги. Документы по прибытии на
полигон возвращали, деньги, как правило, нет. Кроме того, мы уличили врача в
незаконном присвоении денежных средств, выкачанных у семей призывников и
отняли где-то треть заработанной им суммы. Мне досталось шестьсот рублей.
Изумляло количество мятых трешек. Скольких он отмазал - половину Ульяновска.
По прибытии на полигон врач улизнул, пополнение загнали в карантин. Особенно
удивил начальство один, с бельмом.
- Кто же тебя призвал, такого?
Мы, как могли, оправдывались:
- По спискам были другие.
Половину списали в стройбат.
Куда солдата не целуй...
...у него кругом задница. Вина солдата в том, что он есть. То, что он
натворил или не натворил, уже служит отягчающим или, судя по
обстоятельствам, смягчающим вину обстоятельством. Я всегда завидовал тому,
что где-то есть кадрированные части без личного состава срочной службы.
Столкнувшись в результате фрунзенской военной реформы 1924 года с угрозой
милитаризма, товарищ Сталин пошел по классическому пути: ввел всеобщую
воинскую повинность. Теперь его полокводцам было некогда затевать заговоры -
они боролись с неуставными отношениями среди подчиненных. С должности их
снимали уже не за "бонапартизм", а за "упущения в воспитательной работе".
Выдвинутый Брежневым лозунг: "Армия не только школа боевого мастерства, но и
школа воспитания" поставил крест на всякой угрозе организованного
сопротивления режиму со стороны офицеров.
На педагогическом поприще я расходился с понятиями официальной военной
педагогики и психологии. Мне часто бросали упрек досужие замполиты:
- Вы в солдате не видите человека!
На что я обычно отвечал:
- Если я в них буду видеть людей, их потом на убой не погонишь.
Я стал циником, когда в училище прочитал у Герцена о том, что армия,
казарма и ношение формы являются наиболее уродливыми проявлениями
человеческого общежития. Действительно, зайдешь в бабскую "общагу" - там
весело, пьют, гуляют, трахаются. Зайдешь в нашу - трахают уже нас.
Сообщество военных не является коллективом. Это корпорация случайных
людей, объединенных волей начальства и вынужденных сосуществовать в казарме
определенное время под строгим надзором и регламентацией действий и
поведения. Действие - это выполнение команды "Становись!", а поведение - это
когда нельзя плевать на начальство со второго этажа и держать руки в
карманах. Геологам или полярникам далеко до воинского коллектива: они там
вкалывают за большие деньги, сволочи. А здесь, мало того, что солдата не
кормят досыта, так еще заставляют выполнять нудную и ненужную работу. Какая
польза от ружейных приемов в бою? Они служат для отупления. С этой же целью
распределяется и учебное время: нормальные дисциплины - час, строевая - 2
часа, политическая - 3 часа.
Армия является вторым институтом организованного насилия в государстве
после тюрьмы. Уже тогда многие из солдат скрывались в армии от тюрьмы. Все
нормальные старались от нее "закосить".
Умные солдаты тоже попадаются, человек десять-пятнадцать на сто сорок
человек, по пальцам можно пересчитать. Они близки к офицерам, служат
связистами, старшинами, писарями, даже на офицерских и сержантских
должностях, где нужно соображать балдой. Они и выглядят прилично. А если в
третьей команде, какой-нибудь Гуссейн Махмуд-Оглы, чего от него ожидать? Два
метра ростом, когда полы моет, идет и швабру за собой таскает. Прапорщик
мне:
- Посмотрите, как полы моет, падла.
Швабру, конечно, об него переломал. Купается в мойке для посуды. Если
прапорщик приловит - начнет топить, железный закон, или хлорки насыплет. На
месяц хватает условного рефлекса, а дальше? Приезжает новый командир полка
на КП. На посту Толя Дьячков - тракторист. Как его в армию взяли - до сих
пор не пойму. Спросишь:
- Как ты на тракторе ездил?
- Вот так! (руками ворочает - Авт.)
Письма писал на обрывках бумаги. Вот он и говорит командиру части:
- Сейчас пойду, доложу.
Докладывает:
- Приехал какой-то хуй.
Оперативный дежурный быстро нашелся:
- Гони его на хуй!
Коля и закрыл калитку перед изумленным командиром полка. А
радиотелефонов тогда не было. Пришлось ехать 40 километров и оттуда звонить
на НП - ставить всех на место.
Как-то едем мы с командиром полка и начальником гарнизона, видим - над
пустыней летает бумажный змей. Признаться, мои спутники даже испугались.
Бывало всякое, с телеметрической вышки, высотой метров 45 сбрасывали собаку
на парашуте из одеяла. Разбилась только с третьего раза. Но чтобы так...
Подошли ближе - лежат в барханах два "эфиопа", держат за ниточку.
- Что вы делаете?
- Змея запускаем.
- Кто разрешил!? (Мне) - Закрой его на "губу", пока дурь не выйдет.
В военной психологии это и называют "неадекватным поведением". Уйти в
самоволку и вместо того, чтобы кого-нибудь убить, ограбить, изнасиловать
казашку, они змея запускают. Этого было достаточно, чтобы запереть в
психушку на всю жизнь. Виновник происшествия - рядовой Дешпит - служил
прежде в музкоманде. Однажды запустил пороховой движок, тот упал метрах в
десяти от склада подтекавшего на жаре мазута. За складом, на рельсах, стояли
восемь ракет - их пригнали с завода на испытания. Драли нас всех, как
помойных котов; этого дурака заперли на гауптвахту, так он и там отличился:
вместо того, чтобы не спеша тюкать тупым топором по колоде, прибил гвоздем
большой палец вместе с доской и брусом к асфальту (возводили забор). Стоит
бычий рев, нижняя губа трясется. Я выскочил:
- Что ты орешь?
Показывает на ногу. Вытащили - полный сапог крови. Взводного тут же
разоружили, впаяли пять суток, пинками погнали в ту же камеру, откуда он
перед этим выводил. Рядовой Дешпит в конце-концов своего добился: положили
его в психушку до выяснения. Там он бегал за водкой для офицеров, лечившихся
от алкоголизма, пока не получил вожделенную справку.
С солдатом необходимы меры предосторожности, как в шахте. Восток,
действительно, "дело тонкое". Как-то в начале перестройки, в период
обострения национальных потиворечий, в полк привезли какого-то узбекского
авторитета - в сапогах и грязном платке на голове - для морального
воздействия на новобранцев. Он им сказал буквально три слова - весь строй
упал на колени. Старик оказался "ниязи-бобо" - уважаемый человек. За такую
инициативу драли всех подряд: командира, замполита, начальника особого
отдела. Поэтому я в роте запрещал говорить не по-русски. Это сговор, они до
такого могут договориться.
Общепринятое разделение на "холериков" и "сангвиников" меня не
удовлетворяло. В армии в основном "олигофрены" и "дебилы". Научить такого
стрелять стоя из огневого сооружения? На втором году они у меня попадали
даже ночью и в противогазе. Еще три команды: "Стой! Кто идет?", "Стой!
Назад!", "Стой! Обойди слева, справа!". Что им еще знать?
Признаюсь, я не считаю педагогические воззрения Драгомирова
убедительными. Говорить с этой сволочью о патриотизме... Последователи
Драгомирова к русско-японской войне окончательно разложили русскую армию,
прежде долгое время воспитывавшуюся в николаевской традиции. Лично я
придерживался прусской системы. Командир является отнюдь не воспитателем и
организатором, а дрессировщиком. Войти в душу солдата можно только через его
личное страдание. Тот же инструктаж сводится к одним запретительным
командам: "Это не трожь - морду получишь", " Туда не лезь - убьет", "Солдат
должен бояться своих офицеров больше, чем неприятеля" (Фридрих II). Как и
все принудительно собранные коллективы, армия живет инстинктами. Победить их
можно только строжайшей дисциплиной.
Солдата хорошо любить на картинке или зрителем на параде. А когда
сталкиваешься с ним в быту, начинаешь ненавидеть это тупое грязное животное.
Если отпустить их в баню одних, они совершенно свободно могли и не помыться.
Кормить это стадо надо хорошо, нельзя озлоблять голодом. Попадалась публика,
выросшая на бескормице, мяса досыта наелись только в армии. Приходилось
следить за ними, чтобы стригли ногти, мылись, не брали хлеб с помойки, не
набивали карманы перловкой. Видишь - течет по штанам:
- Что это у тебя?
- Каша.
Откуда ему в чувашской деревне знать, что надо с мухами бороться? Жили
в избе, одна комната, стены закопченные, в сенях корова.
В казарме может стоять любой запах, кроме запаха человеческого тела,
также, как в туалете - запах хлорки, а не человеческих испражнений. А эта
сволочь норовит носок под подушку спрятать или портянки под матрац. О
туалетах я умолчу.
Учебный год в армии начинался 1-го декабря утром и завершался после
обеда. Солдаты по такому случаю видели даже начфиза в спортивном костюме.
Грандиозный спектакль, ненужность которого всем была очевидна. Вылавливали
небритых прапорщиков, загоняли в классы, на спецподготовку. Те перепуганы,
глаза бегают. В пожарной команде прапорщику Яшину солдат по злобе переписал
в конспект статью из "Крокодила". Проверяющий вчитался...
Открываю тетрадь солдата Иванова, читаю. Безграмотно написано: "У
атамана Козолупа на стене висела семизарядная винтовка". На этом фраза
обрывается. Вот и все, что он за два месяца за замполитом законспектировал.
Я взял эту тетрадь. показывал многим специалистам-практикам в области
военной психологии. Спрашивал, откуда такая "военная тематика". Иванову
обещал:
- Ну скажи, ничего тебе не будет.
Он и сам не знал. Был откуда-то из-за Волги (не саратовский ли?).
Кончил плохо: дембельнулся, встретился с папаней и маманей, за столом тяпнул
папаню по балде.
Конспекты за солдат каллиграфическим почерком писал мой писарь. Тетради
прибивали гвоздями, шнуровали и нумеровали страницы. Иначе на письма порвут.
И надо следить в оба, иначе не у себя, так у рядового Шарапова вырвут, а
замполит будет по морде хлестать. Каторгин, тот на газетах писал. Подшивку в
Ленкомнате, только моргни, в туалет сволокут. А проверяющий душит:
- Почему портретами членов Политбюро подтираются?
Вроде сам никогда в роте не был.
Поэтому, лучше было забрать солдат на стрельбище и пересидеть "учебный
год" там. Я предусмотрительно оборудовал свои учебные классы в з км от
площадки. Обычно командуешь старшине:
- Забираешь взвод и идешь в пустыню, километров на десять. До обеда там
прячешься за барханами, и чтобы духу вашего не было.
ГРАНИЦА
В контакт с коммунистической партией Китая я вступил еще в 1976 году. В
училище наш преподаватель марксизма-ленинизма собрал вокруг себя нескольких
курсантов. Тогдашняя трактовка коммунистической идеологии казалась нам
ревизионистской.
Когда все читали Ленина, я начал читать Сталина. Подполковник один
увидел:
- Что Вы читаете? Где Вы взяли?
- В библиотеке, товарищ подполковник.
- Где? В какой библиотеке? Кто выдал? Он же запрещен!
- На абоненте.
Он думал, что после двадцатого съезда произведения Сталина были
запрещены.
Один из корейских товарищей, обучавшихся в училище, с которым мы
поделились своими сомнениями на эту тему, оказался китайцем. Нам стали
доставлять пропагандистскую литературу: цитатники, специальные выпуски газет
на русском языке. Антисоветская литература маоистской направленности - это
вам не журнал "Посев". Учитывая схожесть идеологии, замаскировать ее было
несложно. Книги были украшены портретами классиков марксизма-ленинизма и
имели реквизиты московского "Политиздата". Я давал некоторым почитать -
читали. Политическая безграмотность советских людей не давала им шансов
заметить подлог. Это после событий 1993 года корейцы изготовили для КПРФ
партбилеты с портретом Ким Ир Сена. Правда, грамматических ошибок было море:
какую букву китайцы не выговаривали, ту и не писали. К этому времени в Китае
уже перебили российских эммигрантов, поэтому возлагали надежды на
собственных студентов-филологов.
Эту деятельность мы продолжали и по окончании училища, в войсках. В
карауле слушали "Радио Пекина" или "Голос свободной Азии". На полигоне это
не составляло проблемы: закидываешь антенну на периметр и приемник берет
очень хорошо. Никаких шпионских сведений от нас не требовали, мы вели только
пропаганду. Однако деньги давали. Вскоре после выпуска я купил себе к
свадьбе ковер, а мой сообщник - цветной телевизор. Я тогда на него здорово
наехал:
- Хочешь, чтобы нас всех выявили ? Откуда у лейтенанта такие деньги?
О существовании тайных путей через границу я узнал, когда капитана
Иловайского хотели упрятать в "дурку" на почве его политических убеждений.
Он выехал в Алма-Ату, и вскоре нам передали от него письмо с условленным
знаком. Оказалось, что перейти из Казахстана в Китай очень просто. В 1979 я
году мог сделать это играючи. Правда, что хорошего ожидало меня в тогдашнем
Китае?
Ситуация с переходом границы после 1959 года изменилась прежде всего
потому, что на сопредельной стороне силы общественной безопасности начали
устраивать облавы на базарах. Бесталанных "челноков", независимо от
национальности и гражданства, сгоняли на рытье каналов. При избытке
населения, в Китае рабочей силы не хватало. Пока у крестьянина есть рис и
поле, его никуда не выбьешь. На каналах широко практиковали метод
"реактивных бригад" - переносили землю бегом, после каждых шестисот ходок
давали лишнюю миску риса. Казахам не улыбалось такое "счастье", да и в СССР
после Хрущева жизнь улучшилась.
Проходимость границы серьезно затруднялась условиями местности. Прежде
кочевники использовали так называемый джунгарский проход, шириной около 30
км. Им же передвигались беглые и контрабандисты. Иногда в клетке моей
машины, скованный цепью, сидел туземец - казах без документов, подозреваемый
в переходе из Китая. Советско-китайская граница на нашем направлении была
окончательно закрыта только к шестидесятым годам. До 1959г. порядка не было
и в самом Китае. В провинции сохранилась прежняя, едва ли не циньская,
администрация, насквозь пропитанная местными феодально-байскими пережитками.
Численность преимущественно кочевнического населения Синцзян-Уйгурского
автономного района достигала 300 млн.человек. В 1949 г., одновременно с
провозглашением КНР, должна была быть провозглашена Синцзян-Уйгурская
Республика. Однако, самолет с новоиспеченным правительством разбился в Гоби,
точно также, как позднее самолет с Линь Бяо на борту.
Следует понять, что китайская революция в переводах на русский, кроме
разве что мемуаров Владимирова, выглядела иначе, чем на родине. Знаменитый
четырехтомник Мао Цзе Дуна был написан академиком Юдиным. Когда их прочел
Чжоу Ень Лай, немного понимавший по-русски, он был поражен. После прихода
Председателя Мао к власти, крестьянам было объявлено о возвращении
императора, что успокоило народ после сорокалетней республиканской смуты.
Только в 1958 году проституток согнали в профсоюз трудящихся женщин и
закрепили за мужьями официально. Рикша и и проститутка, две основные
профессии в китайских городах, выжили даже при советской оккупации
Манчжурии. В кои-то веки рядовые советские граждане, пехотинцы, смогли
воочию убедиться в превосходстве хозяйственной модели социализма. Нищета в
Маньчжурии и Корее была очевидна даже для них. Дети обоего пола ходили
голыми лет до тринадцати, пока на теле не появлялись вторичные половые
признаки. Да и индустриальная мощь императорской Японии оказалась дутой.
Даже спицы в колесах японских грузовиков были деревянными.
Вторжение советских войск в Маньчжурию вызвало шок у правительства
Манчжоу Ди Го - ведь войну объявили Японии, а не им. Да и Квантунская армия
оказалась отнюдь не императорской. Исходя из опыта боевых действий на Тихом
океане, советское командование прогнозировало упорное сопротивление японцев
и, как следствие, большие потери собственных войск . Товарищу Сталину
предоставилась редкая возможность устроить мясорубку недавним победителям
Германии, почувствовавшим себя уж очень вольготно. Только победители:
20-летние полковники и 30-летние генералы способны на военные перевороты.
Иосиф Виссарионович твердо усвоил уроки Гражданской войны. На Дальний Восток
войска ехали гордо, не редки были случаи даже вооруженных столкновений с
местными органами власти. Но японцы подвели... Когда разоружили Квантунскую
армию, а это почти миллион человек, возникла транспортная проблема. Офицеров
и буржуазный элемент вывозили эшелонами и пароходами в Сибирь, солдат - в
Японию. Войны императора - голь несусветная - сидели на берегу океана в
лохмотьях, ели чумизу, смотрели в сторону восходящего солнца и плакали.
Китайские проститутки их даже на порог не пускали. Хорошо, вскоре свыше
трехсот тысяч войск Манчжоу Ди Го поступили на службу к китайским
коммунистам в качестве наемников. Именно благодаря им была одержана победа
над Чан Кай Ши. До пятидесятых годов НОАК выплачивали жалование серебряными
мексиканскими долларами.
Первые три месяца советской оккупации Харбин пребывал в состоянии
сумасшедшего дома. Старшим японским офицерам сохранили оружие, ночами в
городе стояла пальба - грабили районы, заселенные русскими белоэмигрантами,
теми кто не успел сбежать к гоминьдановцам. Советским офицерам запретили
ездить на рикшах, и они делали это ночами, по повышенному тарифу. Если бы не
запрет, никто бы и не катался - из экономии. В буржуазные районы новые
жильцы вселились вместе с полевыми женами.. Пленных английских и
американских летчиков выпинывали из роскошных бараков советские офицеры.
Ошибкой японцев было то, что они не строили концлагерей, и всю эту публику
попросту некуда было загонять. На Родину спешили вернуть трофеи, о солдатах
особенно не заботились. Все равно, редко кому из победителей удавалось
пересечь Урал с востока на запад. Практически, на каждой станции войска МГБ
нещадно шмонали теплушки и возвращали солдат, в массе своей недавних
заключенных, обратно в стойло. Как рассказывал мне один очевидец:
- Спасся я только благодаря аккордеону. Старшина (МГБ -Ред.) держит нас
двоих за шиворот, и тут на глаза ему попался мешок. Спрашивает: "А это что?
" Отвечаю: "Аккордеон". Его жаба давит, руки заняты, а в зубы не возьмешь -
тяжелый. Наконец решился: "Стой здесь, я сейчас вернусь." Я - в обратную
сторону. Еще в шестидесятые некий начальник тюрьмы показывал досужему
литератору целый сейф солдатских медалей . Из них умельцы на зоне делали
амальгамму для зеркал.
Коммивояжеры свободы
"Тотальность" сталинского террора принято значительно преувеличивать.
Как утверждают некоторые американские криминалисты, жертвы, в данном случае
политических репрессий, сами провоцируют свои несчастья. Наши, например,
интегрировались в систему, которая их и погубила. Тотальный контроль был
эффективен только в важнейших городах и в узкой прослойке "совслужащих".
Они, как "социально чуждые", находились на особом счету, с ними проводили
политзанятия по два часа в неделю. В случае разоблачения, подобный элемент
неминуемо попадал во "вредители" и "враги народа". Работу-то с ним до
разоблачения вели. Иное дело те, кто не интегрировался в систему, или
пребывал в низах общества. Во-первых, они были "социально свои", хотя и
несознательные, поскольку политзанятий с ними не проводилось. Во-вторых,
простор для маневра был несравненно шире. Например, жить в ростовской
Нахичевани, при всех режимах сидеть на базаре и торговать теремками из
спичечных коробок. Рыночные отношения в СССР существовали и в лютейшие
времена плановой экономики.
"Великий шелковый путь" обязан своим существованием в первую очередь не
владельцам могучих верблюжьих или железнодорожных караванов, а серой массе
рядовых караванщиков, в меру сил вращающей колесо товарооборота. Как это на
первый взгляд ни парадоксально, но именно великие бедствия, обрушивающиеся
на страну, оживляют мелкооптовую торговлю. Предки современных "челноков"
вовсю орудовали на советско-китайской границе и в самое лютое лихолетье.
Война и, явившаяся ее следствием эвакуация, значительно увеличили спрос на
предметы роскоши, к каковым в СССР относились практически все товары
"широкого потребления". Прежде проблема товарного дефицита для жителей
метрополии и, отчасти, провинций, решалась посредством валютных магазинов
"Торгсина". В войну иностранцев, да и отечественных получателей валюты, явно
не стало меньше.
Численность привелигированной прослойки советского общества возросла за
счет обладателей "брони". После эвакуации в Москве осталась едва ли половина
довоенного населения, вторая половина обреталась в Куйбышеве, третья - в
Ташкенте. Возросла и ценность советских денег. Труженики тыла и фронтовики
получали зарплату преимущественно не наличными, а облигациями военного
займа, к слову, отмененными уже в 1946 г. Хождение облигаций в качестве
средства платежа со стороны государства позволило сократить оборот. Таким
образом, военные займы гасили инфляцию. А так как работники Наркоматов
обороны, госбезопасности и иностранных дел, по-прежнему получавшие наличкой,
не могли отказать женам и дочерям в маленьких знаках внимания, возникший
спрос подлежал удовлетворению. Из Туркистана везли контрабандную
мануфактуру: шелк, крепдешин, креп-сатин, креп-жоржет. Ювелирные изделия -
золото, драгоценные камни - тоже находили сбыт. Из Москвы - чемоданы
наличных денег, а также продовольствие, поступавшее в столичные
распределители по ленд-лизу: шоколад, яичный порошок, сухое и сгущеное
молоко... Дураки-американцы поначалу верили, что все это идет солдатам на
фронт, но тем ничего, кроме, разве что, каши в брикетах, не доставалось.
Огромное количество американской помощи было продано советскими тыловыми
органами Чан Кай Ши. На Западе ошибочно считают, что с закрытием так
называемой Бирманской дороги, Чунцинское правительство снабжалось только по
воздуху, через Тибет. Как-то забывают, что автотрасса через Синцзян была все
время открыта, и недоступна международному контролю. Существовала даже
специальная торговая компания Совсин, занятая, по большей части, тем же, что
и Торгсин. Чан Кай Ши как-никак расплачивался за военные поставки валютой.
До 1939 года 30 % военного производства Германии шло в Китай.
Ограничение передвижений в военное время только укрепило позиции касты
перевозчиков. В СССР до войны значительное количество даже городского
населения не имело паспортов. Куда ты уедешь, не отметившись в домовом
комитете? До первого участкового. Дворник доносил о каждом съехавшем или
пропавшем на третий день. Война позволила решить и эту проблему. По стране
металась масса народу со справками и командировочными удостоверениями, чем
не преминула воспользоваться и немецкая разведка. До 1943г. красноармейцы не
имели удостоверения личности. А если запасной полк формировался где-нибудь в
Малой Вишере, ныне оккупированной немцами, как проверить? Облавы в местах
скопления народа: в поездах, на вокзалах, базарах, проводились с
единственной целью - собрать мужиков призывного возраста. Участвовали в них
войска, местную милицию не допускали - она бы всех отпустила за взятки.
Если у военкома в районе был базар, то все соседние за большой бакшиш
обращались к нему за помощью - набрать должное число голов в месяц. Где еще
можно было поймать местного? Все выглядело, как в фильмах про немецкую
оккупацию: стрельба, собаки, крики... "Подозрительных" загоняют в полуторки,
везут на фильтрационный пункт. Смотрели по зубам, если хорошие - годен. Если
начальники не успеют за несколько часов позаботиться и забрать из этого
чистилища - попадаешь в эшелон, охраняемый "маслогрызами", и - конец,
никакая "бронь" тебя не спасет.
Там же, в Ростове, познакомился я с одним тружеником тыла, работал в
Ташкенте на "Мосфильме".
- Что ты там делал?
- Верблюдов водил, снег изображал...
- Как это?
- Насыпали соль и ездили на санях (снимали фильм "Иван Грозный").
За реквизитом выезжали в командировки в Москву. Ездили бригадами по
несколько баб и мужиков. Контрабанду "Мосфильмовцы" везли на себе -
"вприпарку" и в чемоданах. Так как "менты хапали", то посредники забирали
товар где-то в Рязани. Обратно, как я уже упоминал, везли деньги.
Однажды мой знакомый поленился перевязать такой чемоданчик бечевкой.
Случилась облава, в вагон с двух сторон ворвались красноармейцы, чемодан
упал с полки, пачки денег рассыпались по проходу. Красноармейцы не ожидали,
кинулись подбирать. Он рассказывал:
- Я гребу деньги назад в чемодан, а патруль вместе со мной в карманы.
Один засунул руку в чемодан, я его крышкой, еле вырвался. Повезло, что
солдаты трясли, а не "менты", те бы отобрали все, вывезли за пакгаузы и
убили. (Из страха - боялись Абакумова, он держал в руках Наркомат внутренних
дел).
Мой знакомый, кроме "брони" имел еще и белый билет, диагноз -
эпилепсия. Но в 1944г. его все равно выбили взашей. Вернулся из эвакуации в
Москву - там опять комиссия, врач справку из Ташкента порвал и швырнул ему в
морду:
- У нас такие эпилептики служат в штурмовых отрядах.
Услышав о "штурмовых отрядах", знакомый мой загрустил. Когда у него
спросили: "В каких войсках хочешь служить?", он выбрал пехоту. Но до фронта
так и не дошел, застрял в Польше - сказался прежний торговый опыт. На
киностудии наш коммивояжер давал взятки худруку и помрежу, те - выше.
У эвакуированных функцию посредничества в торговых операциях на Великом
Шелковом Пути переняли азовские греки, сосланные в Казахстан при Сталине и
расконвоированные при Хрущеве. В Средней Азии греки заполнили экономическую
нишу бухарских и прочих евреев, ушедших с армией Андерса. Это была еще та
лавочка, в "поляки" мог записаться практически любой из соотечественников, и
в глаза не видевший черты оседлости. Основная их масса осела в Иерусалиме
уже в 1943-44гг. Покинуть СССР с Андерсом не смог только тот, кто не захотел
покидать это золотое дно преждевременно. В пятидесятые Среднюю Азию покинули
курды, заведенные одним из своих вождей, Барзани, в советское рабство. Когда
кочевников загнали в колхозы, несколько тысяч их прорвалось через границу
вместе со скотом и техникой.
Разрыв отношений с Китаем, последовавший в 1963г., был воспринят
греками, как личная трагедия. "Челноки" поставляли в комиссионные магазины
Москвы самые удивительные товары, все ту же мануфактуру: шелк, крепдешин,
креп-сатин, креп-жоржет, мужские сорочки, носовые платки, зонтики от солнца,
размокавшие под дождем (с ними ходила вся столица), и еще более причудливые
и, казалось бы, бессмысленные продукты китайского ремесла: бумажные шары,
раскрывающиеся в цветы, бумажные фонарики, белила (китаянки, в отличие от
наших дам, не румянились, а белились). Причина столь странного выбора
ассортимента крайне проста: в обмен везли старые газеты китайцам на
самокрутки, их курили даже в НОАК. Что еще можно было выменять за мешок
макулатуры (сколько донесешь)?.. Путящие товары и в Китае стоили денег,
макулатуру за них пришлось бы возить год. Газеты пачками скупали в ларьках,
некоторое их количество - с портретами вождей, милиция отнимала в поездах.
Остальные благополучно достигали границы. Коробейники сгружались на ж/д
станции, километрах в пяти от границы. Проводник собирал положенный кому-то
дуган (взятка. - кит.), и все отправлялись кружной дорогой вокруг заставы.
Греки покинули Советскую Среднюю Азию тем же путем. В китайских портах
их ожидали греческие консулы, выдававшие им паспорта подданных Его
Величества Басилевса Константина. Передвижение коммунистическим Китаем не
составляло проблем. В Китае и в девяностые годы у людей нет паспортов.
Билеты на поезд или пароход до сих пор недоступны трудовому земледельческому
или скотоводческому населению, частный транспорт был запрещен, грузовики
принадлежали военному ведомству, родственники жили поблизости, количество
праздничных дней не превышало четырех в год - на праздник Нового Года по
лунному календарю. Так что праздношатающихся в стране не было. А у греков
имелись деньги.
Афганистан до войны
Не знаю, как сейчас, но до самого вторжения отношение афганцев к
"шурави" было вполне дружественным. Советско-афганская граница на
значительном протяжении была установлена по рекам Аму-Дарье и Пянджу.
Ежегодные паводки с гор регулярно разрушали проволочные заграждения вдоль
берега. Вода прокладывала новые русла. Советская сторона восстанавливала их
относительно линии фарватера, проблем с демаркацией не возникало. Похоже,
что афганцы ничего не знали о самом этом понятии. Зачем им демаркация?
Границы противоречат самому духу Востока: купец собрал караван, захотел -
поехал куда ему нужно. Грабить его позволено только разбойнику.
Современные караваны из Индии шли через Пакистан и Афганистан, либо
северным маршрутом, через легендарный Хайберский проход на Термез, либо
южным, через Кветту, Кандагар на Кушку. Посредничали в торговых операциях в
основном пуштуны. Из Индии везли высококачественный хлопок (советский
годился разве что на порох), шерсть, пух, ткани, опий-сырец в
десятикилограммовых головках. Транспортным средством служили седельные
тягачи "Мерседес", "Вольво", вызывавшие тогда неизменное восхищение у наших.
Впереди, на белом "Мерсе", раскатывал караван-баши. На советской стороне
караван стоял с неделю, пока шла проверка груза. Десятикилограммовые головки
опия (его покупали для нужд фармацевтической промышленности) принимали по
весу. Строгость восточных обычаев послужила дополнительной статьей дохода
для наших баб. Не хочу врать о проституции, дело интимное, но таможенницы
нашли способ зарабатывать стриптизом прямо на рабочем месте. В первый день
по прибытии каравана, они одевали мини-юбки, самые отчаянные - без трусов,
либо, в зависимости от вкусов, купальные костюмы, и в таком виде принимали
товар. Афганцы буквально валились с ног. На другой день наши появлялись в
платьях до пят и ходили в них несколько дней подряд. Пока среди караванщиков
не начиналось волнение, и те, наконец, не давали бакшиш начальству, от
которого что-то перепадало и самим таможенницам. Стриптиз возобновлялся.
Когда поток иссякал, дамы вновь появлялись в длинных траурных платьях.
На границе похожие одеяния и платки выдавали "ханум" - женам советских
специалистов, выезжавших на работу в Афганистан. Не столько из уважения к
местным обычаям, сколько из соображений безопасности, чтобы избежать
неприятностей. В той части Востока белая женщина стоила огромных денег, но
даже с самыми свирепыми племенами проблем у специалистов не возникало - вода
нужна всем. Стоило тому же начальнику геологической партии после обеда
напиться и завалиться где-нибудь на буровой, как его тут же относили к
"ханум" и оставляли у дверей. Утром приходили:
- Иди бури.
Пока бурят, местные сидят вокруг в неспешном ожидании чуда.
Космонавты
Присутствие космической индустрии в городе ни в чем не проявлялось,
разве что на въезде стоял фаллический символ - макет ракеты в натуральную
величину, заменявший обычные изображения Ленина в виде финикийского божества
Ваала.
Немецкую ФАУ-2 запускали, поджигая замедлитель обычной спичкой.
Считалось, что советскую баллистическую ракету можно было запустить с
помощью телефонного аппарата ТА-57, проводились даже учения на предмет
аварийного запуска. Автономности, как и неуязвимости ПУ уделялось довольно
много внимания. Меня допускали к составлению боевых графических документов
плана боевой готовности полка, плана охраны и обороны. Сидел и вычерчивал
всю эту чушь офицерской линейкой. Мы с начальником штаба угорали со смеху.
Нужно было рассчитать потери в разных режимах: при применении оружия
массового поражения и без. По боевому расписанию музкоманда числилась
похоронной, завклубом - ее начальником. На них полагалось определенное
количество лопат, веревок и досок. Составлялись и совершенно невероятные
сценарии боевых действий, например, выхода ракетного полка из окружения. Это
в пустыне-то! Перед этим расчеты аварийного пуска должны были приехать к
пусковым установкам, разбить ломами завал, залезть в шахту и запустить
ракету. Называлось - "заживо сгореть".
Преимуществом советских РВСН считалось наличие неуязвимого командного
пункта - космической станции "Союз". Американцы подобного КП не имели. По
мнению высшего военного, партийного и государственного руководства, подобные
ухищрения, в конечном итоге, могли привести к победе ядерной войны. Для
осуществления хоть какого-то руководства со стороны космического КП,
пусковые установки были оснащены приемными антеннами. Покрытые слоем
теплоизоляционного материала, они также должны были выдерживать ядерный
взрыв в непосредственной близости от объекта.
Как-то кому-то пришло в голову провести в нашем полку эксперимент на
выживание. Девять дураков - три смены - на глубине 80 метров несли
учебно-боевое дежурство, сколько выдержат. Купились на космический паек. Ну,
просидели эти "глубинные космонавты" месяц, поднялись на поверхность. В их
честь играл военный оркестр. Командир поблагодарил их за службу:
- А теперь, мудаки, побриться, постричься и...
Начальник штаба пояснил:
- Вы через три дня в графике боевого дежурства.
Они потом долго с восхищением вспоминали, как жрали космический паек.
Прапорщик Неженко, на складе у которого он хранился, спер коробку. Мы
попробовали: хлеб плитками по двенадцать грамм, чтобы сразу помещался в рот.
Полусырой, чтобы не было крошек. Горький мясной фарш, напичканный вместо
соли кальцием. В невесомости человек очень быстро теряет кальций, космонавты
буквально мочатся кальцием. Если продолжительность полета больше месяца,
потери кальция так велики, что по возвращеии они не могут стоять на ногах -
кости изгибаются дугой. Первые дни после полета их держат в бассейне с
поплавками на шее и интенсивно пичкают кальцием. Когда я все это увидел и
попробовал, приобрел стойкое отвращение к ремеслу космонавта.
С некоторыми космонавтами, например с Климуком, я говорил по-душам. Это
глубоко несчастные люди, их губили командировочные - 25руб. за сутки
пребывания на орбите, не считая зарплаты и разных надбавок. Невесомость -
это как алкоголь или наркотик - кислородное голодание и, связанная с ним
замедленная или неадекватная реакция. Нет силы тяжести, кровь циркулирует
только за счет сокращений сердца, пульс замедляется. Идеальная форма тела в
космосе - амеба. Самое страшное, что нет понятий "верх" и "низ". Человек
теряет ориентацию и впадает в состояние прострации. "Мы уже никуда не
смотрели, в иллюминаторы не выглядывали. По ночам бабы снятся. Просыпаешься,
а "низ" в другом месте".
Благо, на борту всегда было что выпить. Наши люди в этом отношении
жалостливы, были бы деньги, механики в кабину занесут. Коньяк проносили в
целлофановых кульках. Жидкость при перегрузках не сжимается, в чем Жюль Верн
был совершенно прав. Главное было успеть выпить за время пребывания вне
пределов видимости с ЦУПа. Американцы, зная это, хорошо представляли себе,
что такое русские на орбитальной станции. Пили, да еще как! Со скандалом.
Некоторые по 2-3 суток не выходили на связь. Да и немудрено от такой жизни.
Коты, например, в невесомости сходят с ума сразу, так как не за что
зацепиться, и они не могут перевернуться лапами вниз. Кидаются, рвут кабели,
будучи не в силах понять, что хвост им не нужен, и мыши парят посреди
клетки.
Душ - два насоса: один с избыточным давлением, другой - с разрежением.
Капли по тебе стекают, теоретически - моют. Если пролил чай, капли вьются
вокруг (маслянистая жидкость неопределенного цвета с запахом армянского
коньяка).
Но и в таких условиях желание брало свое. Еще одна загадка космоса:
Савицкую драли всем экипажем, только кончить в невесомости никак не
получается. Старожилы космодрома рассказывали, как буквально пинками
забивали в космический корабль Терешкову, и как та при этом визжала. Во
время старта, при ускорении она, якобы, вообще находилась без сознания. Не
знаю, как воздействуют полеты на женскую сексуальность, но для мужской
потенции они явно противопоказаны.
Была в Ленинске одна женщина легких нравов, заведующая космической
гостиницей. Путалась со всеми космонавтами. Тем до полета запрещали иметь
дело с женщинами, но они как-то умудрялись. Изо всех ей понравился разве что
Титов Герман Иванович. Тот сумел отодрать ее как до, так и после полета. Из
чего заведующая сделала вполне практический вывод: нечего мужикам в космос
соваться.
На полигоне космическое имущество было предметом постоянных преступных
посягательств. Перед самым франко-советским полетом военные строители влезли
по вентиляционной трубе в камеру космонавтов и срезали со скафандров
эмблемы, вышитые знаменитой белгородской мастерицей. Скоро лететь, а на
рукавах зияющие дыры... Виновных бы так и не нашли, если бы они нагло не
наклеили изображения Персея на обложки своих дембельских альбомов.
Разоблачили уже при шмоне.
Читка приказа
Приказ 242, в просторечии "ни шагу назад", до сих пор полностью не
опубликован, что и не удивительно - и сейчас у кого из командиров полка есть
ксерокс? Машинки были рассчитаны не на баб с длинными ногтями, а на мягкое
прикосновение. Ноготок не давал ударить по клавишам.
В армии есть две формы читки приказа. Одна, по пятницам, - "разбор
полетов", подведение итогов за неделю. Читают злобно и долго, так, чтобы
присутствующие опоздали на мотовоз, или заканчивают за 10 минут до
отправления, чтобы все сдавали физподготовку (до мотовоза бежать с
километр). При такой читке очень важны актерские способности командира,
чтобы он мог расставить акценты. Например, рассказать, как (кто?) поехал
продавать машину, и его в Тигровой балке (Таджикистан) выловили
пограничники. Другой скрывался неделю, а потом предъявил справку от
гинеколога. Но смеяться было нельзя - это же не цирк, а служебное заседание,
нужно было осуждать. Смеялись потом - животы надрывали.
Вторая - каждый день на плацу, по понедельникам с оркестром. По средам
- химдень. Представьте: начштаба читает приказы, а у всех хрюкальники в
противогазах. По чину только командир, начштаба и замполит без противогазов.
Последний вообще брезговал формой одежды для строя - ходил в ботинках. Даже
комполка не мог его заставить обуть сапоги. Начполитотдела тоже в ботинках.
Обычно начштаба читает сначала "расстрельные" приказы: за неуставные
отношения посадили того или другого, прочие страшилки. Потом - кому
заступать на б/д. Наконец, командиру надоедает монотонный бубнеж, он
начинает придираться:
- Командиры подразделений, ко мне!
Замполит кидается обнюхивать. А так как дух стоит тяжелый (с
наветренной стороны и подойти боязно), то здоровается с каждым за руку.
Таким образом вынюхивает парочку жертв.
- На "пофком"!
Правда, к таким, как Филимонов или "Бек" подходить было опасно, у них
пахло от костей. Филимонов сам себе налить не мог. Утром здоровается с таким
же трясуном, как сам, - по полчаса ловят руки друг у друга. Их "пофкомом" не
пронять, у каждого по сто взысканий, по несколько раз побывали в капитанах.
Они бы туда и не пошли. А кроме них технику никто не знал. Устрани их
сегодня, а завтра ракета не полетит. Самый бурый командир полка, который
.... не рисковал с ними связываться. Они могли подорвать боеготовность,
знали тысячи способов саботажа, за которые командиру могли снять голову .
Если допекут, ляжет такой Малыгин в санчасть и не сдаст ключи от склада
какого-нибудь КЭС, КЭЧ, МТО. (Меня поражала толщина их медицинских книжек.
Чем толще, тем выше пенсия.) А к регламенту необходимых материалов не
завезут. Кому командир объяснит, почему склад другому не передали? Поэтому
пусть лучше Малыгин ходит на службу, сидит в курилке, курит ядовитые
сигареты "Памир". А то вернется из госпиталя, а командира нет. Глядишь, и
сам Малыгин заседает в комиссии по приемке.
Текст приказа по части печатают в трех экземплярах - одна закладка в
пишущую машинку. Первый хранился в строевой части, второй - в секретке,
третий находился в руках начштаба. С него и списывали на слух. Стоят,
записывают. Командир:
- Не спешите записывать, оно все поменяется.
Опытные и не записывают. Писарь потом разносит книгу приказов по части,
отдельные фразы из нее, касающиеся того или иного, командиры читают и
расписываются. А на слух каждый пытается услышать то, что ему выгодно.
Начинается неразбериха.
- Я так понял ...
В отличие от немецких ландскнехтов, на разводе в первую шеренгу
выпихивали совсем не тех, кто получал двойное жалованье. В основном, ставили
лейтенантов, тех, у кого головные уборы поновее. Не дай Бог, станешь сзади,
среди престарелых капитанов и майоров, которые еще ходят на развод, -
наживешь себе смертельных врагов. Шипят, как змеи и локтями выпихивают.
Зачем это делается? Когда раздается команда:
- К торжественному маршу, первая рота прямо, остальные на пра-во!.. -
"престарелые" выходят из строя, бредут в курилку, и никакая власть в мире не
заставит их пройти мимо трибуны.
Не ходить на развод было огромной привилегией. Звание ефрейтор,
появившееся в войсках после Тридцатилетней войны, было напрямую связано с
позволением ходить "в тридцати шагах за строем". Были и отпетые, не ходившие
на развод из принципа: Обутвали одну ногу в ботинок, другую в два носка и
тапок, сидели в курилке и смеялись.
За интернациональным долгом
Как-то мне посчастливилось увидеть карту Индии в равноугольной проекции
Гаусса - огромная страна! Обычная в мелкомасштабных картах произвольная
проекция скрадывает северную часть страны. Привычная нам с советских времен
картина мира, была предложена министру просвещения Победоносцеву еще в конце
девятнадцатого века. С воцарением Александра ІІІ в России в кои-то веки
начала насаждаться русская идея: при дворе стали говорить по-русски, армию
переодели в мужичьи армяки, всех недовольных, как водится, отставили от
службы. Русская идея внедрялась во все сферы жизни, в т.ч. в картографию.
"Земля отчич и дедич" и на карте должна была выглядеть впечатляюще. Вместо
равноплощадной проекции ввели равноугольную Гаусса-Менделеева, растягивавшую
северные широты и делавшую просторы России необъятными. "Народность" вскоре
дорого обошлась Империи. "Необъятные просторы" ввели в соблазн даже
Бесноватого. Недаром карты Лиги Наций выпускал советский разведчик Шандор
Радо. Только с победой демократии зрители программ теле-новостей наконец
узрели, как велик Китай - за счет обычно скрадываемой на советских картах
северо-восточной части.
По роду службы и из прирожденного любопытства меня интересовали
иностранные топографические карты сопредельных территорий. В Китае до победы
коммунистов в ходу были английские (географическая сетка, в отличие от наших
не прямоугольная, а ромбическая). В германских картах удивляла их
черно-белая расцветка, рассчитанная на дальтоников. Правда, в пустыне все
эти ухищрения мало что значат.
Когда в феврале 1979г. китайские войска вторглись во Вьетнам (в ответ
на вьетнамское вторжение в Кампучию), я вывесил в роте схему боевых
действий. Карту провинции Лангшон размером в полстены мне нарисовал писарь,
а стрелы я каллиграфически вычертил с помощью офицерской линейки, за что был
немилосердно отодран начальником штаба:
- Новый полководец Цицерон выискался!
Он всерьез полагал, что сей римский адвокатишка занимает достойное
место в ряду античных военоначальников между Александром Македонским и
Квинтом Горацием Флакком.
Вообще, в ракетных войсках стрелы на карте вызывали неадекватную
реакцию. Нанесение ракетно-ядерного удара обходилось без них, изображалось
не на карте, а на листе ватмана ракетами в виде столбика и сетевым графиком
пуска. Издали все это напоминало горящий забор, т.к. свои ракеты были
изображены красным, а неприятельские - синим. По бокам были нарисованы
небольшие ядерные грибки, что, если наблюдать со стороны, вызывало отвратное
впечатление, что-то в духе картин Малевича.
Кувелин (по прозвищу "Гнус") написал заявление с просьбой послать его
добровольцем во Вьетнам. Власенков вызвал и вкатил "интернационалисту"
строгий выговор:
- Комиссию хочешь накликать.
И, обращаясь к нам:
- Это он от безделья и чрезмерного употребления спирта.
Отношения СССР с союзниками, как и всякий брак по любви (империя зла -
полюбишь и козла), не отличались постоянством. В 1962 году военкоматы
получили стр...
