Генри Адамс. Воспитание Генри Адамса
страница №24
...оне как бы застыл в новоанглийскомпуританизме XVIII века, его традициях и преданиях. В гостях часто бывали
те, кто занимал видное место в политической истории Америки прошлого века.
Осенью 1858 года Адамс, проучившийся четыре года в Гарвардском
университете, отправился в Берлин изучать гражданское право, хотя ни он,
ни его родители не знали, что такое гражданское право и зачем оно ему. В
Берлине обнаружилось, что он плохо знает немецкий. Пришлось взяться за его
изучение, но оказалось, что он не обладает способностью к языкам. Друзья,
в которых у Генри никогда не было недостатка, увлекли его в пивные,
музыкальные и танцевальные залы.
Оставив помыслы о гражданском праве, Адамс отправился с друзьями в
прогулку по Тюрингии, провел несколько весенних дней в Дрездене и два года
туристом путешествовал по Германии, Бельгии, Голландии, Италии, Франции.
Особенно запомнился ему майский вечер 1860 года в Риме, когда он с
путеводителем в руках сидел на ступенях церкви Санта-Мария ди Арачели, где
за столетие до того Эдварду Гиббону, которого Адамс почитал величайшим
английским историком, пришла мысль написать историю упадка и разрушения
Римской империи.
Этот вечер Адамс считал решающим в своем духовном развитии и не раз
возвращался к нему в автобиографической книге, написанной в старости.
Однако восприятие окружающего Адамсом было совсем иным, чем у Гиббона:
английский историк смотрел на римские развалины, думая о том, что над ними
восторжествовало христианство; американского туриста волновал вопрос о
неизбежном крахе нынешней цивилизации. "Ведь стоило поставить слово
"Америка" на место слова "Рим", и вопрос этот становился личным".
Вернувшись осенью 1860 года в США, Адамс стал секретарем своего
отца-конгрессмена, стремившегося в то напряженное время изыскать
компромисс, позволяющий сохранить единство Союза штатов. Тогда же в
бостонских газетах появляются первые политические статьи Генри Адамса, не
привлекшие, правда, к себе особого внимания.
В канун Гражданской войны, в марте 1861 года, президент Линкольн
назначает отца Генри Адамса послом в Англии. Отец взял с собой сына в
Лондон в качестве секретаря, так же как когда-то его отец, Джон Куинси,
назначенный посланником в России, взял его с собой в Петербург. Генри
отправился с отцом в Англию уже после начала Гражданской войны.
Проведенные в Англии семь лет - самый интересный и, может быть, самый
важный период его жизни.
Еще до отъезда в Англию Генри договорился, что будет посылать
корреспонденции для газеты "Нью-Йорк таймс", которые затем сыграли
определенную роль в поддержке многотрудной миссии его отца. Английское
правительство, объявив формально нейтралитет, на деле признавало мятежных
южан воюющей стороной и оказывало им поддержку. Таково было положение,
когда американский посол с сыном-секретарем высадились на английском
берегу.
В Англии Генри познакомился со многими знаменитостями того времени,
встречался с геологом Чарлзом Лайеллом, беседовал с экономистом Джоном
Стюартом Миллем, писателями Ч.Диккенсом, Р.Браунингом, А.Суинберном.
Как секретарь американского посла, он видел, какой ненавистью пылали
правительственные сферы Англии к борьбе Севера за единство штатов и к
Линкольну, главному поборнику этой идеи. В Лондоне "придумали некое чудище
и придали ему образ Авраама Линкольна", писал Адамс. Ослабление
Соединенных Штатов виделось английским государственным деятелям желанным
итогом Гражданской войны, который позволил бы им сохранить свое
превосходство. Французский император Наполеон III шел еще дальше. Он
предлагал вернуть всю Америку в прежнее, зависимое от Европы положение.
Когда летом 1868 года Генри Адамс наконец вернулся в Америку, то
испытал глубокое разочарование, ибо страна стала иной, а он, "пережиток
восемнадцатого века" (как сам называл себя), всегда на полвека отставал от
современности. Ему пришлось постигать все заново и в атмосфере, враждебной
полученному им в Англии воспитанию. Тем не менее пружины власти в США
предстали перед Адамсом во всей их неприглядности.
Коррупция администрации Гранта и его преемников на посту президента
потрясла Адамса, если вообще что-либо могло потрясти столь рационально и
научно-исторически мыслящего человека, каким был Адамс. Администрация
Гранта губила людей тысячами, а пользу из нее извлекали единицы.
С убийственным сарказмом говорит Адамс о периоде Реконструкции,
последовавшем за Гражданской войной: "Прочтите список конгресса и тех, кто
служил в судебных и исполнительных органах в течение двадцати пяти лет с
1870 по 1895 год, и вы почти не найдете имен людей с незамаранной
репутацией. Период скудный по целям и пустой по результатам". Девять
десятых политической энергии, свидетельствует Адамс, растрачивалось на
пустые попытки подправить, подновить политический механизм всякий раз,
когда он давал сбой.
В 1870 году Адамс становится профессором Гарвардского университета и
редактором журнала "Североамериканское обозрение", в котором он постоянно
печатался. Ему принадлежат биографии Альберта Галлатина, министра финансов
при президенте Джефферсоне (1879), виргинского политического деятеля Джона
Рэндолфа (1882), поэта Джона Кэбота Лоджа (1911), статьи по истории,
политике и экономике. Однако как историк Адамс снискал известность прежде
всего своей 9-томной "Историей Соединенных Штатов во времена правления
Джефферсона и Медисона" (1889-1891), после выхода которой он был избран
президентом Американской исторической ассоциации.
Идеи ранних работ Адамса-историка существенно отличались от его поздних
концепций, выраженных в "Истории" и особенно в "Воспитании". Советский
историк И.П.Дементьев отмечает, что Г.Адамс первоначально выступил
пропагандистом "тевтонской теории" в США. В 1873/74 академическом году он
вел в Гарвардском университете семинар по изучению англосаксонских
институтов, а два года спустя опубликовал работу "Очерки англосаксонского
права", где рассматривал некую общность, якобы имевшуюся у народов
тевтонского происхождения.
Существенное влияние на концепцию Адамса оказала книга английского
историка Э.Фримена "Сравнительная политика и единство истории" (1873; рус.
пер. 1880), которая дала толчок развитию американской интерпретации
доктрины англосаксонизма. Односторонне применяя методы сравнительного
литературоведения и мифологии, Фримен рассматривал политические институты
вне социально-экономических условий, их породивших, а сходные черты
политического устройства в разных государствах в различные исторические
периоды объяснял расовой общностью. Особыми способностями к созданию
конституционных учреждений обладало, по его мнению, тевтонское племя,
англосаксы, перенесшее в V веке свои политические институты на Британские
острова. Протестанты, колонизировавшие Новую Англию в XVII веке, передали
тевтонское политическое наследство Америке. С наибольшей силой тевтонский
характер проявился не в Германии, считал Фримен, где мешало влияние
романской расы, а в Англии и США.
Обращение американских историков англосаксонской школы к тевтонской
теории и "сравнительной политике" было продиктовано прежде всего
стремлением найти более убедительное обоснование "исключительности"
американских конституционных учреждений, нежели объяснение, выдвинутое
ранее школой Дж.Банкрофта. Историки школы Банкрофта, господствовавшей в
американской историографии до последней трети XIX века, ссылались на волю
божественного провидения, которое помогало утвердить демократию на
американском континенте. "Сравнительная политика давала дополнительные
аргументы для традиционной апологетики буржуазной демократии, относя ее
происхождение в глубь веков" [Дементьев И.П. Идейная борьба в США по
вопросам экспансии (на рубеже XIX-XX вв.). М., МГУ, 1973, с.66].
История как наука находилась в то время в Америке на уровне
занимательного повествования о делах минувших дней. Развлекательное начало
явно преобладало над научным. Адамс не без основания писал, что после
английского историка Э.Гиббона, жившего в XVIII веке, "история потеряла
всякий стыд. Она на сто лет отстала от экспериментальных наук. Несмотря на
все свои потуги, она давала меньше, чем Вальтер Скотт и Александр Дюма".
В обращении к Американской исторической ассоциации "Тенденции в
изучении истории" (1894) Адамс выступил с утверждением, что история должна
основываться на достижениях естественных наук, что смысл и значение
история получает лишь тогда, когда обращается к обобщениям, плодотворным и
поучительным не только для рассматриваемой цепи исторических событий. Все
последующие годы Адамс неустанно пытался приложить опыт физики и других
естественных наук к всеобщей истории и истории Соединенных Штатов.
Обращаясь к художественному изображению американской жизни, писатель
преодолевал узконационалистическую трактовку "американской мечты" как мира
чудес, в котором якобы живет американский демократ. В романе "Демократия"
(1880), напечатанном анонимно из-за содержащихся в нем разоблачений
правящей американской верхушки (авторство Адамса стало известно только
после его смерти), показана коррупция вашингтонских властей, мошенничества
при выборе президента. В книге описаны реальные факты жизни Белого дома и
его окружения.
В образе делового и решительного сенатора Рэтклифа, типичного
американского политического деятеля, современники угадывали сенатора
Джеймса Блейна, замешанного в скандальных сделках с железными дорогами,
из-за чего он не прошел в президенты в 1876 году. Позднее Адамс кратко, но
выразительно обрисовал его в "Воспитании".
Роман "Демократия" открывает литературную традицию низведения с
пьедестала "отца отечества" Джорджа Вашингтона и других деятелей
американской революции, продолженную в наше время в романах Гора Видала.
Непривлекательные личные качества первого президента США противостоят в
романе хрестоматийному облику Вашингтона, издавна принятому в Америке.
Беспринципный сенатор Рэтклиф пытается даже приспособить образ Вашингтона
к политическим нравам своего времени: "Если бы Вашингтон был теперь
президентом, он должен был бы выучиться нашим порядкам или потерять свое
место на следующих выборах".
Вместе с тем американский литературовед демократической направленности
В.Л.Паррингтон довольно скептически характеризовал роман Адамса, "этого
завсегдатая светских салонов, который, будучи вхож в политический мир
Вашингтона, обольщал себя мыслью, что ему известны все хитросплетения
политических интриг" [Паррингтон В.Л. Основные течения американской мысли.
Т.3, М., 1963, с.226]. Однако к этому следовало бы добавить, что
неудавшееся в области романа Адамсу удалось успешно осуществить в сложном
жанре мемуарной философской публицистики - "Воспитании Генри Адамса".
Второй роман Адамса - "Эстер" (1884), - посвященный конфликту между
наукой и религией, представляется еще менее художественно выразительным.
Адамс выпустил его под псевдонимом Фрэнсис Сноу Комптон и ради
эксперимента решил обойтись без какой-либо книготорговой рекламы, чтобы
испытать достоинства самого романа. Результаты были весьма плачевны, в чем
автор с его опытом политической рекламы в жизни США мог, собственно, и не
сомневаться. Книга не раскупалась. Очевидно, роман не был жанром, в
котором Адамс умел раскрыть свое дарование, хотя "Демократия" пользовалась
успехом у современников, а два русских журнала ("Русский вестник" и
"Изящная литература") напечатали в 1883 году перевод этого политического
романа.
С тех пор наследие Генри Адамса не привлекало к себе серьезного
внимания в нашей стране ни переводчиков, ни исследователей. А между тем
Адамс - один из интересных и глубоких критиков этических и социальных
ценностей, лежащих в основе американской общественно-политической системы.
С наибольшей глубиной эта сторона дарования Адамса проявилась в его
центральной книге "Воспитание Генри Адамса". В основе этого обширного
автобиографического повествования лежит идея о том, что развитие
человечества шло от целостности и единства человеческого сознания и бытия
в прошлом (в эпоху средневековья) к множественности и раздробленности
сознания и бытия людей в XX столетии. Два последних значительных
произведения Адамса, "Мон-Сен-Мишель и Шартр" (которое Адамс называл
обычно просто "Шартр") и "Воспитание Генри Адамса", стали наиболее полным
выражением взглядов мыслителя.
Путешествуя летом 1895 года по западной Франции вместе с Генри Кэботом
Лоджем и его семьей, Адамс восхищался разноцветными витражами Шартрского
собора, готической архитектурой и выразил свои мысли в опубликованной в
1904 году частным образом книге. Хвалебная песнь во славу средневековья,
пропетая Адамсом в "Шартре", вызвала возражения некоторых критиков. Одно
из наиболее решительных прозвучало в выступлении представителя
антиромантической критики Айвора Уинтерса, который обвинил Адамса в том,
что тот с позиций пессимистического детерминизма пытается доказать
неизбежность упадка и разрушения вселенной как единого механизма. С этой
точки зрения все предшествующее лучше настоящего, и Адамс искусно
подбирает исторические факты, подтверждающие это его положение. "Концепция
средневековья у Адамса, воспринятая Т.С.Элиотом и его последователями,
является всего лишь вариантом "золотого века" у романтиков. Тот
тринадцатый век, который им виделся, никогда в действительности не
существовал, а их убежденность, что великие духовные свершения возможны
лишь в условиях подобной Утопии, способны только парализовать творческую
энергию человечества" [Winters Y. The Anatomy of Nonsence. Norfolk
(Conn.), New Directions, 1943, p.64].
Адамс не считал, что XIII век был всецело един, он лишь утверждал, что
XIII век достиг единства символического выражения мира, которое стало
распадаться впоследствии. Вместе с тем Адамс действительно предвосхитил
мысль Элиота, высказанную им в статье "Традиция и индивидуальный талант",
о том, что прошлое всегда присутствует в настоящем, накладывает на него
свой отпечаток.
"Воспитание Генри Адамса" было написано как продолжение "Шартра" в
1903-1906 годах и в начале 1907 года отпечатано частным образом в
количестве 40 экземпляров для рассылки друзьям и знакомым, упоминаемым в
книге, чтобы получить их замечания и поправки. Затем было допечатано еще
60 экземпляров и снова разослано, но мало кто вернул книгу со своими
пометками.
В письмах тех лет Адамс сетует, что друзья не хотят возвращать ему
"Воспитание": "Подчас такие разбойники, как Теодор Рузвельт, даже говорили
мне, чтобы я и не надеялся получить обратно книгу". Через два года в
письме к своему бывшему ученику Г.О.Тейлору 22 ноября 1909 года Адамс
делает весьма характерное замечание: "Все экземпляры книги должны были
вернуться ко мне для исправлений, но по мере того, как проходит время, я
все больше сомневаюсь, надо ли делать эти исправления. Ведь единственная
цель этой книги состояла в том, чтобы воспитать самого себя..." [Adams H.
Letters (1892-1918). Ed. by W.Ch.Ford. Boston, Houghton Mifflin Co., 1938,
vol.2, p.526]
И все же к 1915 году Адамс подготовил новое, переработанное издание
"Воспитания", которое должно было выйти после его смерти. Он написал в
1916 году и новое предисловие, а подписать его согласился Генри Кэбот Лодж
- его друг и ученик. 27 марта 1918 года Адамс умер, а осенью того же года
Массачусетское историческое общество выпустило издание с предисловием
Адамса, подписанным Лоджем. С тех пор "Воспитание Генри Адамса" стало
классикой американской литературы.
Что понимал Адамс под воспитанием? Прочитав книгу, можно сказать, что
воспитание в понимании Генри Адамса - это опыт всей его долгой жизни,
история его сердца и ума. Вместе с тем он говорит, что практическая
ценность воспитания, длившегося семьдесят лет, весьма сомнительна, как все
ценности, о которых люди не перестают спорить.
Продвинувшись в автобиографическом повествовании от 1838-го года своего
рождения - до 1892 года, когда после двадцатилетнего перерыва Адамс
возобновил свой рассказ (пропущенной оказалась история семейной трагедии
Адамса - самоубийство его жены после тринадцати лет супружеской жизни),
писатель вновь обратился к своему пониманию воспитания.
В понятие "воспитание" Адамс вкладывает особый смысл - науку понимать
смысл жизни и политики с трезвых, реалистических позиций. Как будто новый
американский Франклин во всеоружии науки и философии XIX века взялся
продолжить неоконченную автобиографию столетие спустя. При этом Адамс не
без иронии замечает, что пример подобного "воспитания" преподал ему
английский канцлер казначейства Уильям Гладстон.
Правящие круги Англии - премьер-министр Пальмерстон, министр
иностранных дел лорд Расселл, Гладстон - поддерживали мятежных южан во
время Гражданской войны в Америке лишь с одной целью: содействовать
разделению США на два государства, поскольку единый Союз был постоянной
угрозой могуществу Англии. Они жаждали провозгласить Конфедерацию
"нацией", хотя даже сами лидеры Юга не питали на это никаких надежд.
Уроки политического воспитания, преподанные ему Гладстоном, Расселлом и
Пальмерстоном, были горьки, но необходимы. "Все поименованные джентльмены
принадлежали к высшей знати - выше некуда. Если нельзя верить им, правда в
политике - химера, которой незачем придавать значение".
Исследователь творчества Адамса литературовед Роберт Спиллер считал,
что "Генри Адамс поставил центральный вопрос века и бился над ним с
неиссякаемой энергией. Почему человек снова потерпел крушение? Какие новые
условия вновь предопределили тщетность мечты о совершенстве?"
[Литературная история Соединенных Штатов Америки. Т.3, М., "Прогресс",
1979, с.174]
Очевидно, дело не сводилось лишь к разочарованию в плодах американской
демократии как в самой стране, так и во внешней политике. Подобные
разочарования испытали еще писатели-романтики. Для Адамса все обстояло
гораздо сложнее. Ему показалось, что человек вступил в сверхчувственный
мир, что человеческий разум дошел до своих пределов, ибо недавно открытые
рентгеновские лучи или идею расщепления атома он объять не может.
Адамс один из первых заговорил о "кризисе" современного естествознания.
И один из первых оказался в плену идей, порожденных этим кризисом.
Растерявшись перед открытиями естественных наук на рубеже XIX-XX веков, он
попытался осмыслить новое в науке в любимых им понятиях и представлениях
прошлого. Вскормленному на идеях XVIII века Адамсу было нелегко освоиться
с новой действительностью. Свой идеал он видел в "универсуме Фомы
Аквинского" и в сочетании современного естествознания с "простотой и
единством" средневековья.
С глубоким пониманием читал Адамс книгу немецкого естествоиспытателя
Э.Геккеля "Мировые загадки", о значении которой в борьбе материализма с
идеализмом и агностицизмом в те годы писал В.И.Ленин: "Сотни тысяч
экземпляров книги, переведенной тотчас на все языки, выходившей в
специально дешевых изданиях, показали воочию, что книга эта "пошла в
народ", что имеется масса читателей, которых сразу привлек на свою сторону
Э.Геккель. Популярная книжечка сделалась орудием классовой борьбы".
Адамс пытался примирить различные философские мировоззрения. Прямо от
материализма Геккеля он переходит к эмпириокритицизму Эрнста Маха,
который, по его словам, "пошел еще дальше: он вовсе отказался от материи".
Истинный смысл подобной эклектики в философии (одним из выразителей
которой был и Адамс), как известно, рассмотрен и определен В.И.Лениным в
книге "Материализм и эмпириокритицизм".
Еще в 1859 году Адамс прочитал "Происхождение видов" Дарвина. Много лет
спустя в обращении к Американской исторической ассоциации он заявил, что
Дарвин дал мощный толчок к развитию естественных наук и он надеялся, что
историкам это послужит стимулом для создания науки истории. "Но годы
проходили за годами, и мало что делалось в этом направлении" [Adams H. The
Degradation of the Democratic Dogma. N.Y., Smith, 1949, p.126]. История
оставалась во власти эмпирических описаний.
Для позитивизма Адамса вполне логична попытка объяснить историю с
помощью биологии и физики. Он находился как бы между двумя полюсами:
динамо-машина, которую ему довелось увидеть на Чикагской всемирной
выставке в 1893 году, а позднее на Парижской выставке 1903 года, стала
символом множественности и бесконечности энергии XX столетия; с другой
стороны, Мадонна как символ единства в XIII веке, человечность которой
представлялась даже выше единства святой Троицы.
Динамо-машина виделась Адамсу как воплощение целой эпохи. Доживи он до
конца XX века, он избрал бы другой символ, возможно, атомную энергию, но
смысл символа остался бы тот же: множественность.
В начале XX века Г.Адамс был близок к группе Т.Рузвельта, Г.Лоджа,
Дж.Хея, Б.Адамса, определявшей теорию и практику американского
экспансионизма. Генри Кэбот Лодж выступал ведущим оратором экспансионистов
в сенате, требовал строительства сильного флота. Инициатором агрессивной
доктрины "открытых дверей" в Китае стал друг Г.Адамса, государственный
секретарь Джон Хей. Теоретиком, обосновывающим принципы и планы
внешнеполитической экспансии США, был Брукс Адамс, брат Генри. Всех их
связывала тесная дружба и даже родственные отношения (Лодж и Брукс Адамс
были женаты на сестрах друг друга).
В сентябре 1899 года Дж.Хей обратился к великим державам с нотой,
провозглашающей политику "открытых дверей" в Китае. Америка требовала для
себя "равных возможностей" в Китае, чтобы, опираясь на свое финансовое и
экономическое превосходство, занять на китайском рынке монопольное
положение. Политика России, сохранявшей после подавления в 1901 году
"боксерского восстания" в Китае свои войска в Маньчжурии, вызвала
обострение отношений между США и Россией, которую Соединенные Штаты
считали своим главным соперником в Китае. США примкнули к англо-японской
группировке и вместе с ней выступили против России на Дальнем Востоке.
Душой этой политики был госсекретарь Джон Хей.
Как пишет исследователь дальневосточной политики США А.Добров,
заключение англо-японского договора 1902 года, направленного против
России, было встречено в Вашингтоне с одобрением, о чем сообщал русский
посол А.П.Кассини. "Президент Т.Рузвельт и госсекретарь Хей были готовы
присоединиться к этому союзу. Но дружественные отношения, давно
существовавшие между русским и американским народами, а также сильное
изоляционистское крыло в американском конгрессе делали затруднительным
заключение формального союза США с Англией и Японией против России"
[Добров А. Дальневосточная политика США в период русско-японской войны.
М., Госполитиздат, 1952, с.116. См. также кн.: Белявская И.А. Буржуазный
реформизм в США в начале XX в. (1900-1914 гг.). М., "Наука", 1968].
"Воспитание Генри Адамса" завершается смертью летом 1905 года его друга
Дж.Хея, который во время русско-японской войны организовал финансовую и
экономическую помощь Японии. Теодор Рузвельт в своем стремлении помочь
Японии дошел до того, что готов был направить тихоокеанскую эскадру США,
чтобы блокировать Владивостокский флот.
Однако несмотря на антирусскую кампанию американской прессы,
американский народ сохранил традиционные дружеские чувства к русскому
народу. Хей писал одному из своих друзей: "Я получаю письма, проклинающие
меня за то, что я являюсь "орудием Англии против нашего доброго друга -
России" [там же, с.313]. Таков был итог политической деятельности одного
из ближайших друзей Генри Адамса, разделявшего его внешнеполитические
взгляды и действия.
Россия постоянно влекла к себе мысли Адамса, считавшего, что эта страна
и ее будущее чрезвычайно важны для Америки. В письме Г.К.Лоджу 4 августа
1891 года, утверждая, что Россия вся насквозь прогнила и вот-вот
рассыплется, он выражает мысли, столь близкие экспансионистским взглядам
самого Лоджа: "Если этот крах можно было бы задержать лет на двадцать
пять, то мы успели бы американизировать Сибирь и это стало бы единственным
делом, достойным американских капиталовложений" [Adams H. Letters, vol.I,
p.511].
В канун русско-японской войны Адамс заявил в одном из писем из
Вашингтона: "Я боюсь и страшусь, что ныне Россия движется прямо к новой
французской революции. Это может нарушить жизнь всей Европы и Америки.
Серьезные беспорядки в России могут смести весь цивилизованный мир...
Россия полностью сошла с ума" [Ibid., vol.2, p.419].
Адамс опасался, что поражение России в русско-японской войне "оставит
нас всех с грудой разбитых черепков". "Ничто уже не сможет спасти Россию.
Она подобна тонущему кораблю и громоздит ошибки на ошибки, пока не погубит
самое себя" [Ibid., p.421-422]. Так воспринималась русская революция
глазами престарелого Адамса, чьи предки в течение полутораста лет жили
перспективой "создания подлинной империи", к построению которой теперь "с
аристократическим блеском" приступил его друг Джон Хей. История, однако,
показала, что некоторые из его современников в Америке, такие писатели,
как Джек Лондон, а затем Джон Рид, лучше понимали тенденции всемирного
исторического развития. Приверженность имперским стремлениям особенно
ощущается в последних главах "Воспитания".
В молодости Адамс читал книгу "Демократия в Америке" французского
социолога и историка Алексиса де Токвилля, путешествовавшего в 1831-1832
годах по США в целях изучения американских тюрем. Второй том своей книги
Токвилль завершил известным сравнением Америки и России: "В настоящее
время существуют на земле два великих народа, которые, начав с различных
точек, приближаются, по-видимому, к одной цели: это русские и
англо-американцы. Оба они выросли незаметно, и, когда взоры людей были
обращены в другую сторону, они вдруг заняли место в первом ряду между
нациями, так что мир почти в одно время узнал об их появлении и об их
величии" [Токвилль А. О демократии в Америке. Пер. В.Н.Линд. М., 1897,
с.340].
Книга Токвилля зародила в Адамсе желание побывать в России.
Индивидуализму, господствующему в Америке, Токвилль противопоставляет
общественное начало, преобладающее в России: "Англо-американец полагается
в достижении своих целей на личный интерес и дает полную волю свободному
проявлению силы и здравого смысла народа; русский видит всю силу общества
в его единении и единоначалии".
Именно англо-американский индивидуализм считает Токвилль носителем
свободы и благоразумия в мире. Напротив, Россия виделась ему как
воплощение тирании общества над индивидуумом. Подобное противопоставление
стало общим местом в рассуждениях иностранцев о России. Отдал ему
определенную дань и Адамс, хотя акценты у него поставлены на ином. В
"Воспитании", как бы перефразируя Токвилля, он писал об американце: "Он
никогда не знал единой церкви, единого образа правления или единого образа
мысли и не видел в них необходимости... Русские развивались в диаметрально
противоположных обстоятельствах. Царская империя являла собой фазу
консервативно-христианской анархии, не в пример более интересную с точки
зрения истории, чем Америка с ее газетами, школами, трестами, сектами,
мошенничествами и конгрессменами". Россия, по мнению Адамса, не имела
ничего общего ни с одной из древних или современных культур. Она была
древнейшим источником европейской цивилизации, но для себя не сохранила
никакой. Таков был подход Адамса к феномену России.
У Адамса существовали личные основания хорошо относиться к русскому
народу. Как он рассказывал в своей "Истории", благожелательность
Александра I к его деду Дж.К.Адамсу, первому посланнику в России, заложила
основу его блестящей дипломатической карьеры, которая в итоге привела его
в Белый дом. У самого Адамса тоже имелись достаточно веские причины
испытывать благодарность к России, чья политика твердого нейтралитета во
время Гражданской войны "уберегла его от многих гнетущих дней и ночей".
Как известно, в 1863 году Россия направила две военные эскадры - в
Нью-Йорк под командованием контр-адмирала С.С.Лесовского и в Сан-Франциско
под командованием контр-адмирала А.А.Попова - как демонстрацию поддержки
борющегося Союза штатов, которому угрожала английская военно-морская мощь.
Ветеран Гражданской войны Роберт Фрай писал в первые годы Советской России
В.И.Ленину о том визите русской эскадры в Нью-Йорк: "Это было такой
неожиданностью для британского флота, занявшего нью-йоркскую гавань для
бомбардировки Нью-Йорка, что он поднял якоря и ушел. Широкие массы Америки
не забыли этого".
В заключительных главах "Воспитания" Адамс развивает идеи о деградации
буржуазно-демократической системы, обосновывает теорию инерции как главной
исторической силы в развитии общества.
Научное понятие расы, ставшее популярным в конце XIX века, Адамс
связывает с понятием инерции, то есть массы (населения страны),
находящейся в движении, которое ничто не может остановить. Приверженец
революции в естествознании видел исторические силы инерции в расе и
женщине как символе плодородия. Таким образом, инерция расы определяется
инерцией пола как выражения материнства и продолжения рода, хотя
американцы всегда подчеркнуто игнорировали аспект пола и в американской
литературе, по словам Адамса, почти не упоминалось женских имен, а в
английской к ним проявляли предельную осторожность, словно речь шла о
новом, пока еще не описанном наукой виде живых существ.
Адамс рассказывает, как однажды на званом обеде он предложил своей
очаровательной соседке неожиданный вопрос. Не может ли она объяснить ему,
почему американская женщина так и не состоялась. Ответ последовал без
промедления: "Потому что не состоялся американский мужчина".
Размышления об инерции пола в американской культуре Адамс резюмирует в
главе "Динамо-машина и Мадонна": "Американское искусство, как и
американский язык и американское воспитание, были полностью очищены от
всего, связанного с интимной жизнью. И в этой победе над половым влечением
общество видело величайшее свое достижение, а Адамс как историк охотно с
ним соглашался". Адамс мог видеть и констатировать ханжескую мораль
буржуазного общества, но бороться с нею было выше его сил. Да и стал ли бы
он бороться, если бы смог представить, что станет с его пуританской
Америкой через каких-нибудь полвека, какое бурное развитие получит здесь
сексуальная революция?
Свою теорию инерции Адамс прилагает и к рассмотрению вопросов,
связанных с Россией, где он побывал летом 1901 года вместе с семейством
Доджей. Главы "Воспитания" (27 и 30), в которых речь идет об этой поездке,
во время которой Адамс посетил Москву и Петербург, содержат, как обычно у
Адамса, не путевые зарисовки и воспоминания, а раздумья о судьбах Америки
и России.
Россия привлекала внимание Адамса и потому, что он стремился приложить
к анализу ее современного состояния свою теорию расы. Как представитель
литературы американского натурализма, Адамс придавал понятиям,
заимствованным из естественных наук, свой историко-социологический смысл.
Сила, инерция, раса - важнейшие термины натуралистической философии
истории Адамса. Сила - это природа, человек, солнце и даже математическая
точка, не имеющая измерений. Применив к истории принцип физики, что в
основе всех явлений лежит сила, энергия, Адамс создал свою "динамическую
теорию истории".
Россия представляется Адамсу подвластной закону инерции, некоей
огромной "копилкой энергии, подобной Каспийскому морю", и, чтобы изучить
ее и понять, не было нужды перечитывать Толстого, Тургенева и
Достоевского, чтобы освежить в памяти "язвительнейший анализ человеческой
инерции, когда-либо выраженной словами". Достаточно было прочитать
Горького, считал Адамс.
Раса, полагал Адамс, дала России не только будущее, но и ее прошлое,
которого у Америки по-настоящему не было. Ибо зачем же еще потомку
американских пуритан и наследнику американской революции искать своих
предков в древней Нормандии? Чтобы отыскать их там, и совершил Адамс свое
воображаемое путешествие в средневековье в книге "Шартр".
Читатели Адамса не могут не поражаться остроте его исторического
пророчества относительно России и Америки как двух великих держав
будущего. Однако деловитость Америки вызывала чувство беспокойства у
Адамса: "Непреодолимость русской инерции означала провал идеи
американского лидерства".
Примечательно суждение о будущем России, появившееся, очевидно, под
впечатлением первой русской революции, во время которой создавалось
"Воспитание": "Весьма вероятно, что именно в России внезапно появится
самая блестящая плеяда личностей, ведущих человечество к добру на всех
предопределенных для этого этапах". И далее: "Эта инертная масса
представляла три четверти рода человеческого, не говоря уже обо всем
прочем, и, вполне возможно, именно ее размеренное движение вперед, а не
стремительное, лихорадочно-неустойчивое в своем ускорении движение Америки
было истинным движением к будущему".
В письмах о России Адамс высказывался еще более откровенно: "Россия -
это великая новая стихия, которая за последние полтора века вызвала все
главные перемены в мире" [E.Samuels. Henry Adams. The Major Phase.
Cambridge (Mass.), Belknap Press, 1964, p.142]. Или в другом письме: "В
грядущем будут две великие державы, и Америка достигнет этого первой. Но
когда-нибудь, лет через сто, Россия поглотит даже ее. Но это уже не при
моей жизни" [Ibid., p.200].
Россия, по признанию Адамса, произвела на него столь большое
впечатление, что стала "самым крепким орешком из всех, какие он пытался
раскусить". Следуя традиции европейских историков, Адамс вместе с тем
говорит о "русской загадке", "русском наступлении", "русском вале",
"русском натиске". Здесь уже ощущается предвестие тех трактовок России,
которые получили распространение в Америке после смерти Адамса.
Последним главам "Воспитания" присуща умозрительность, когда бескрайняя
любознательность автора ("ум Адамса никогда не бывает в покое") сочетается
подчас с дилетантизмом в науке. И наряду с этим Адамс одним из первых
обосновал закон ускорения развития науки и техники как общую
закономерность развития человечества. Книга Генри Адамса стала
неотъемлемой частью литературы и культуры США не только благодаря своим
литературным достоинствам. Она выразила сокровенные мысли и стремления
американцев на пороге XX столетия, их веру в способность народа преодолеть
стоящие на пути препятствия, верность идеалам демократии, как ее понимали
лучшие умы Америки.
Вместе с тем книга Адамса учила личной ответственности за происходящее.
В благоденствующей Америке нашего времени это напоминание об
ответственности звучит особенно своевременно. У.Фолкнер, перечисляя
великих американцев, посвятивших жизнь служению народу, истине и
демократии, в своем "Обращении", произнесенном в 1952 году в
Делта-колледже, упомянул имя прадеда Генри Адамса: "Я отказываюсь верить,
что единственными наследниками Буна и Франклина, Джорджа и Букера
Т.Вашингтонов, Линкольна и Джефферсона, Адамса и Джона, Генри, Пола
Баньяна и Джонни Яблочное Зерно, Ли и Крокетта, Хейл и Элен Келлер
являются люди, чьи имена мелькают сегодня на страницах газет среди
сообщений о норковых шубах, нефтяных танкерах и федеральных исках по
поводу коррупции в государственных учреждениях. Я верю, что истинные
наследники наших суровых предков еще в состоянии проявить чувство
ответственности и самоуважения - если, конечно, они вспомнят, что это
такое" [Фолкнер У. Статьи, речи, интервью, письма. М., "Радуга", 1985,
с.39]. Одним из таких предков, преподавших урок ответственности человека
перед страной, народом, был и Генри Адамс.
В многоплановой книге "Воспитание Генри Адамса", проникнутой подчас
скепсисом и горьким разочарованием в реальных плодах "американской мечты",
живут устойчивые общечеловеческие ценности, которые передаются от
поколения к поколению и запечатлены на лучших страницах художественной
литературы Соединенных Штатов.
А.Николюкин
КОММЕНТАРИИ
Русский перевод "Воспитания Генри Адамса" сделан по изданию: Henry
Adams. Education of Henry Adams. N.Y., 1964. При составлении примечаний
были использованы комментарии Эрнеста Сэмюэлса к изданию, опубликованному
"Хьютон Мифлин компани" в 1974 году.
"Воспитание Генри Адамса", которое сам писатель рассматривал в качестве
экспериментального продолжения, имеющего самостоятельное значение, трех
последних философских глав его сочинения "Мон-Сен-Мишель и Шартр" (1904),
при жизни Г.Адамса вышло небольшим тиражом один раз - в виде частного
издания 1907 года. Подготовленное автором - дополненное и исправленное -
издание 1918 года увидело свет в соответствии с пунктом завещания после
кончины автора в том же году. Оно почти сразу стало национальным
бестселлером и получило в 1919 году Пулитцеровскую премию. Отобранное для
перевода издание 1964 года в целом представляет собой воспроизведение
текста, опубликованного в 1918 году, в котором из-за срочного характера
редакторской подготовки авторская правка, выполненная Г.Адамсом на одном
из экземпляров книги 1907 года издания, была учтена лишь частично. Поэтому
перевод был сверен по изданию 1974 года и по полным спискам вариантов и
авторских помет, содержащимся в приложении к данному изданию.
...ученику приходится возвращаться, минуя Жана Жака, к Бенджамину
Франклину - имеются в виду "Исповедь" Руссо и неоконченная "Автобиография"
Б.Франклина, впервые опубликованная полностью в 1818 году и сразу
получившая мировую известность.
16 февраля 1907 года - день рождения Г.Адамса, когда ему исполнилось 69
лет.
Бостонский Стейт-хаус - так называемый "дом штата", "ратуша" или
"капитолий" штата Массачусетс, принадлежащий законодательным органам
штата. Символ административной власти.
Хэнкок, Джон (1737-1793) - крупный американский судовладелец и торговец
колониального периода, один из организаторов и активистов борьбы за
независимость английских колоний в Северной Америке.
Бикон-хилл - административный центр Бостона, возвышенность, на которой
расположен капитолий штата Массачусетс.
Унитаризм (от лат. unitas - единство) - протестантское движение XVI-XX
веков, приверженцы которого отрицают догмат троицы, а также вероучение о
грехопадении и таинстве. С XIX века международным центром унитаризма стали
Гарвардский университет и церкви Бостона.
Адамс, Джон (1735-1826) - американский политический и государственный
деятель. Был первым посланником США в Великобритании (1785-1788). С
последнего десятилетия XVIII века - один из лидеров партии федералистов,
представлявшей интересы консервативного крыла американской буржуазии. В
1789-1797 годах - вице-президент, в 1797-1801 годах - 2-й президент США.
Его правление отмечено принятием ряда законов против революционной
эмиграции из Европы, а также закона о "подстрекательстве",
предусматривавшего тюремное заключение за критику правительства.
...не каждому дано похищать колокола из Собора Парижской богоматери -
имеется в виду эпизод из романа Ф.Рабле (1494-1553) "Гаргантюа и
Пантагрюэль" (1532-1552).
Клей, Генри (1777-1852) - американский политический деятель, уроженец
Виргинии, переехавший в Кентукки и занимавший умеренную позицию по вопросу
о рабстве, один из инициаторов так называемых "Компромиссов 1820 и 1850
годов".
Полк, Джеймс Нокс (1795-1849) - американский политический и
государственный деятель, 11-й президент США (1845-1849) от Демократической
партии. Активный приверженец политики экспансионизма, приведшей к
Американо-мексиканской войне (1846-1848), в результате которой США
захватили почти половину территории Мексики.
Стейт-стрит - одна из центральных улиц Бостона, символ деловой и
административно-политической власти штата Массачусетс.
Адамс, Джон Куинси (1767-1848) - американский государственный деятель и
дипломат. Первый посланник США в России (1809-1814), содействовал
упрочению русско-американских отношений. В 1817-1824 годах государственный
секретарь. В 1825-1829 годы 6-й президент США. Представитель умеренного
крыла противников рабства.
...панели из красного дерева времен королевы Анны или стулья и диваны
эпохи Людовика XVI - имеются в виду стиль рококо в западноевропейском
интерьере первой половины XVIII века, а также ранний французский ампир
последней четверти XVIII века.
Анна (1665-1714) - королева Великобритании и Ирландии с 1702 года.
Людовик XVI (1754-1793) - король Франции в 1774-1792 годах. Казнен по
приговору Конвента в январе 1793 года.
"Перигрин Пикль" (1751) - роман английского писателя-просветителя
Тобиаса Смоллета (1721-1771).
"Том Джонс" ("История Тома Джонса, найденыша") (1749) - роман Генри
Филдинга (1707-1754) - один из лучших образцов английского реализма эпохи
Просвещения.
Мор, Ханна (1745-1833) - английская писательница, автор мелодрам,
трагедий и религиозно-моралистических трактатов.
Освободительная война - американская революция, или война за
независимость американских колоний против британского господства
(1775-1783).
...в 1790 году, как только создалось правительство США - имеются в виду
первые прямые президентские выборы в Соединенных Штатах, на которых победу
одержал герой войны за независимость, главнокомандующий американской
армией генерал Джордж Вашингтон.
Ромни, Джордж (1734-1802) - английский портретист, популярный в среде
британской знати благодаря своей изысканной стилистике и идеализации
изображаемых лиц.
...Абигайл, знаменитая женщина Новой Англии - Адамс, Абигайл Смит
(1744-1818) - жена Джона Адамса. В прошлом веке в США было опубликовано
несколько биографий, освещающих жизнь этой энергичной, волевой женщины,
которая считалась олицетворением "настоящей американки", - добродетельной
супруги и матери, превосходной хозяйки и одновременно одной из первых
поборниц за женское равноправие.
...после низложения партии федералистов - имеется в виду победа на
президентских выборах 1800 года и период правления (1801-1809) Томаса
Джефферсона (1743-1826) - лидера республиканцев.
Адамс, Чарлз Фрэнсис (1807-1886) - американский государственный
деятель, посол США в Англии, сын президента Джона Куинси Адамса, отец
Генри Адамса.
...при дворе Регента - принц Уэльский, будущий английский король Георг
IV (1762-1830) правил Великобританией как регент (1811-1820) в связи со
слабоумием его престарелого отца Георга III.
Ф-стрит - столица США г.Вашингтон строилась по специальному плану:
прямые улицы и проспекты, расходящиеся от Капитолия, были названы буквами
латинского алфавита, а пересекающие их улицы - цифрами.
Монро, Джеймс (1758-1831) - американский государственный деятель, 5-й
президент США (1817-1825). В период его президентства был декларирован
принцип взаимного невмешательства стран американского и европейского
континентов во внутренние дела друг друга и принято решение о признании
независимых государств Латинской Америки.
...так как в 1833 году ее муж вернулся в конгресс - дата ошибочна: Джон
Куинси Адамс вновь был избран в конгресс в 1831 году.
Банкер-хилл - возвышенность близ Чарлстауна (ныне - район Бостона), где
17 июня 1775 года произошло сражение между ополчением колонистов и
воинскими частями английской регулярной армии под командованием генерала
Гейджа. Английские войска, имевшие почти двукратное численное
превосходство при поддержке артиллерии из Бостона и с английской эскадры,
после многочисленных атак с большими потерями преодолели сопротивление
американцев, занимавших высоту, и принудили их отступить. Это сражение
показало возможность успешного сопротивления повстанцев регулярным войскам
и содействовало подъему морального духа американской армии.
Доктор Паркмен - по-видимому, имеется в виду врач Джордж. Паркмен (годы
жизни неизвестны), подаривший Гарвардскому университету земельный участок
для строительства медицинского факультета, дядя американского историка
Фрэнсиса Паркмена (1823-1893).
Дегранд, Питер Пол Фрэнсис (умер в 1855 году) - банкир из Филадельфии.
Стюарт, Джилберт (1755-1828) - американский портретист, автор
знаменитого портрета Джорджа Вашингтона и портретов обоих президентов из
семьи Адамсов.
...проповедником аскетического интеллектуального типа, каких школа
Бакминстера и Чаннинга унаследовала от старого конгрегационалистского
клира - Бакминстер, Джозеф Стивенс (1784-1812), Чаннинг, Уильям Эллери
(1780-1842) - новоанглийские священники, проповедовавшие унитарианские
взгляды и выступавшие против ортодоксального кальвинизма.
Конгрегационалисты - члены протестантских общин, признающие догматы
кальвинизма, но выступающие за автономность каждой общины, наделенной
правом выбирать руководителей и пастора, принимать и исключать членов, не
имея стоящей над ней церковной власти. Г.Адамс считает, что американские
унитаристы в отличие от европейских, полемизируя с кальвинизмом,
унаследовали тем не менее их отношение к церковному красноречию,
нравственный аскетизм, а также отдельные формы местной обрядности
богослужения.
Эверет, Эдуард (1794-1865) - американский государственный деятель,
дипломат, оратор, теолог и ученый. В 1835-1839 годах - губернатор
Массачусетса, ректор Гарвардского университета (1846-1849),
государственный секретарь США (1852-1854).
...тень грядущей Гражданской войны - имеется в виду война между Севером
и Югом США (1861-1865) за отмену института рабства и сохранение
государственного единства.
...истории Флоренции - сравнение подразумевает долгую и жестокую борьбу
между флорентийскими гвельфами и гибеллинами в XIII-XIV веках, а также
бесконечные кровавые войны и интриги, затевавшиеся династией Медичи во
время их трехсотлетнего правления Флоренцией.
Хартфордская конвенция - объединение наиболее консервативных
федералистов в период войны с Великобританией (1812-1814), выступавших
против политики администрации президента Медисона и требовавших отделения
северо-восточных штатов (Новой Англии) от федерации.
Фротингем, Натаниэль Лэнгдон (1793-1870) - бостонский священник и
религиозный писатель-унитарист.
Адамс, Джон Куинси-младший (1833-1894), Адамс, Чарлз Фрэнсис-младший
(1835-1915) - братья Генри Адамса.
Джэксон, Эндрю (1767-1845) - американский военный и государственный
деятель, 7-й президент США (1829-1837). Политическая группировка, которая
объединила сторонников Джэксона, положила начало Демократической партии
США, опиравшейся на союз мелких и крупных землевладельцев. При Джэксоне
утвердилась практика раздачи официальных должностей сторонникам партии,
одержавшей победу на президентских выборах.
Уэбстер, Дэниел (1782-1852) - американский политический деятель,
сенатор от штата Массачусетс. Обладал исключительным красноречием, один из
основателей в 1834 году партии вигов.
Сьюард, Уильям Генри (1801-1872) - сенатор от штата Нью-Йорк, гибкий
политик, сторонник сохранения целостности США. Несмотря на свои
аболиционистские убеждения, голосовал на президентских выборах 1848 и 1852
годов за кандидатов, выдвинутых вигами. В начале 60-х годов стал лидером
новой партии - Республиканской. Госсекретарь в кабинете Линкольна.
Год 1848-й во многом повторял год 1776-й - обострение противоречий
внутри американского общества в середине XIX века Г.Адамс сравнивает с
ситуацией, сложившейся в первые годы войны за независимость.
...противники рабства, собравшись в Буффало на съезд, учредили новую
партию - имеется в виду массовая радикально-демократическая партия в США
40-50-х годов (оформилась в 1848 году), получившая название Партии
фрисойлеров. Фрисойлеры выступали за бесплатную раздачу земли из
общественного фонда переселенцам и запрещение продажи земли
капиталистическим компаниям, против распространения рабства на новые
территории. После создания в 1854 году Республиканской партии фрисойлеры
вошли в состав ее левого радикально-демократического крыла.
Ван Бюрен, Мартин (1782-1862) - американский государственный деятель
голландского происхождения, один из лидеров Партии фрисойлеров, 8-й
президент США (1837-1841).
Полфри, Джон Горэм (1796-1881) - американский богослов и историк,
главный редактор журнала "Норт Америкэн ревью".
Уокер, Джеймс (1794-1874) - священник унитарианской церкви, профессор
теологического факультета Гарварда, в 1853-1860 годы - его ректор.
Эмерсон, Ралф Уолдо (1803-1882) - американский
философ-трансценденталист, публицист и поэт-романтик.
Паркер, Теодор (1810-1860) - основатель Бостонского общества
конгрегационалистов - религиозной организации, противостоявшей
американскому унитаризму и выдвигавшей требования социально-политических
преобразований.
Брукфарм - экспериментальное поселение (1841-1847), созданное
неподалеку от Уэст-Роксбери (Массачусетс) и основанное на принципах общей
собственности и коллективного труда.
Философия Конкорда - философско-литературное течение, известное под
названием "трансцендентализм". Его название восходит к имени клуба -
"Трансцендентальный клуб", - основанного в 1836 году Р.У.Эмерсоном,
Г.Торо, Д.Рипли, Т.Паркером и др. Миру стяжательства и суеты
трансценденталисты противопоставили самоусовершенствование, духовную
свободу личности, достигаемые через пантеистическое чувство природы и
ос...
