Лоуренс Уотт-Эванс. С единственным заклинанием
страница №5
... им среди развалин. Лишенные опоры, ворота рухнули под собственнойтяжестью. Или их сорвал ветер.
Юноши проползли на карачках через открытый вход не рискуя подняться во
весь рост на покатом скользком белом камне.
Внутренний двор отсутствовал. Насколько они поняли здесь не было даже
сада.
Сразу за воротами начинался большой длинный зал, еле освещенный
тусклыми солнечными лучами, с трудом пробивающимися сквозь грязные окна,
прорубленные под самым потолком. Три яруса сводчатых галерей тянулись вдоль
стен. Зал заканчивался высоким возвышением, делившим это огромное помещение
на две части.
Замок был наклонен так, что самой нижней точкой зала являлся ближний
левый угол. Полуползком, полускользя, Тобас добрался туда и осторожно встал
на ноги.
Толстый слой пыли и грязи в углу между стеной и полом позволял держать
устойчивое равновесие. Тобас довольно легко шел под галереей, за исключением
тех мест, где были открыты двери. Здесь ему приходилось страховаться руками
и ступать очень осторожно, чтобы случайно не соскользнуть в боковую комнату
или коридор.
Дойдя до первого такого провала, он услышал, что Перен осторожно
двинулся следом.
Стены большого зала были отделаны полированным камнем, до уровня плеч -
белым, выше - черным. В стенах торчали крюки, на которых когда-то висели
гобелены, но сами гобелены истлели и оборвались. Их обрывки Тобас различил в
углу среди мусора.
На стенах и колоннах галереи сохранились ржавые остатки канделябров.
Однако признаков того, что в зале когда-то стояла мебель, юноши не заметили.
Ни столов, ни стульев. Перен отыскал кусок звериной шкуры, но Тобас
подозревал, что этот грязный гнилой клочок был останками какой-то маленькой
зверушки, забравшейся в замок и сдохшей тут.
Слабым утешением служило то, что, чьи бы останки тут еще ни валялись,
они давно уже разложились. В зале пахло только сухой слежавшейся пылью.
Добравшись до конца галереи, Тобас с подозрением осмотрел деревянную
перегородку и возвышение. Из услышанных в детстве историй он знал, что покои
хозяина замка обычно располагались на верхнем этаже и вход туда находился в
дальнем конце Большого Зала, но он понятия не имел, следовал ли этому обычаю
Лорд чародей. В Твердыне Двомор этого обычая не придерживались ввиду
отсутствия Большого Зала как такового. Но здесь он имеется. Значит, придется
лезть на возвышение и попытаться найти вход в хозяйские апартаменты, ведь
именно там, вероятнее всего, можно найти ценности. Золото и серебро не
ржавеют.
Дерево выглядело достаточно крепким. Тобас постучал по перегородке
костяшками пальцев.
- Держится! Может быть, покрашена каким-то защитным составом? - Тобас
подозвал Перена.
За все это время приятели не перекинулись и словом, Казалось, звуки
человеческих голосов были бы чем-то неуместным в этом заброшенном, но
по-прежнему величественном зале. Тобас нарушил молчание:
- Лови меня, если начну падать.
Перен кивнул, и Тобас навалился на перегородку всем своим весом.
Дерево затрещало, сверху посыпалась пыль, перегородка чуть прогнулась,
но выдержала.
- Подожди, пока я не позову, - бросил он Перену. - Я хочу, чтобы ты
смог пройти ко мне, если вдруг что-нибудь сломается.
Перен снова кивнул, и Тобас начал медленно продвигаться вдоль
перегородки, цепляясь за украшавшую ее резьбу.
Попасть на возвышение можно было через выступающую в зал маленькую
площадку, к которой справа и слева вели небольшие лесенки. По ближайшей
Тобас не полез - из-за наклона пройти по ней было невозможно.
Вторая же, наоборот, стала более пологой, и по ней запросто можно было
пройти.
Тобас благополучно добрался до площадки и оказался на широком
возвышении в том самом месте, где когда-то стоял большой стол.
Сам стол валялся вверх ногами возле стены. Рядом, в куче обломков,
что-то блеснуло. Тобас осторожно спустился вниз, а через минуту уже свесился
через ограждающие возвышение резные перила.
- Эй, Перен! Лови!
Перен поймал брошенный предмет и тут же расплылся в широченной улыбке.
Резной кубок и, судя по весу, - золотой.
Тобас еще пошуровал среди обломков, но нашел только пару маленьких
золотых мисочек.
Похоже, ловить тут больше нечего. Юноша двинулся дальше в надежде
отыскать Книгу Заклинаний древнего чародея. Конечно, в этом странном месте,
где не действовала магия, она стала обыкновенной книгой и могла давным-давно
сгнить...
Лорд чародей скорее всего хранил Книгу где-нибудь во внутренних покоях
или в лаборатории. Если Книга осталась в расколовшейся башне, то она
пропала.
Что до внутренних покоев лорда, то с возвышения Тобас рассчитывал
попасть в Малый приемный зал, затем в гостиную, оттуда - в спальню, а из
спальни - в кабинет. Во всяком случае именно так располагались покои в
Двоморе, пока из-за перенаселенности не пришлось все менять.
Правда, этот замок не имел ничего общего с двоморским и вполне мог
расположением покоев не соответствовать традициям. Тобас огляделся.
Стена напротив ворот казалась сложенной из прочного камня, а окна
навели Тобаса на мысль, что скорее всего это задняя стена основного
строения. Значит, Большой зал тянется по всей длине замка. Значит, потайных
дверей в этой стене быть не должно.
А вот в каждом конце возвышения находились две обычные двери:, одна-
вровень с полом, а к другой вели несколько узких ступеней. Тобас открыл
ближайшую дверь, расположенную в нескольких футах от обломков стола.
Быстро осмотрев полутемную комнату, Тобас решил, что это какое-то
служебное помещение. Никаких следов гобеленов или ковров, зато в углу - куча
битой посуды. Скупой свет проникал сквозь единственное узкое окошко. Крутые
ступени уходили куда-то вниз. Скорее всего на кухню. Тобас решил, что сюда
приносили блюда, перед тем как подать на господский стол.
На кухне ему, пожалуй, делать нечего. Тобас пополз к двери со
ступеньками.
Опять служебное помещение. Единственным предметом, найденным Тобасом, в
назначении которого не было ни малейшего сомнения, оказался ночной горшок.
На стенах виднелись ряды ржавых крючков для одежды. Видимо, гардеробная.
Тобас собрался с духом и пополз наверх, к ближайшей двери в
противоположной стене.
Здесь было уже лучше. Комната, в которой он очутился, больше походила
на гостиную, чем на Зал Аудиенций, но, совершенно очевидно, являлась частью
чьих-то апартаментов. Мебель оказалась практически целой. Дождь, ветер и
насекомые, по-видимому, сюда не добирались. Несколько стульев сохранились
вполне прилично, а два маленьких столика и вовсе были, как новенькие.
На полу валялось несколько ценных вещей: золотые подсвечники, шкатулка,
инкрустированная драгоценностями, рассыпавшиеся безделушки. Оставив их пока
лежать, Тобас прошел в следующую дверь.
Эта комната, вне всякого сомнения, была спальней. Полог с матрасом,
конечно, превратился в груду сгнивших тряпок, но сохранил форму. Выдвижные
ящики комода вывалились и опрокинулись, их рассыпавшееся содержимое
указывало на то, что спальня была женской.
Впрочем, это ничего не значило. Замок вполне мог принадлежать
чародейке.
Тобас подобрал кое-какие драгоценности. Если каменья в них настоящие,
то сейчас у него в кармане позвякивают пять-шесть лет безбедной жизни.
Из спальни можно было попасть на галерею, Тобас высунулся и помахал
Перену, просто в знак того, что у него все в порядке.
Еще две двери вели в уборную и туалетную комнату. Не видя здесь больше
ничего достойного внимания, юноша вернулся на возвышение и начал пробираться
к последней лестнице.
Но, не пройдя и половины пути, услышал голос Перена:
- Постой-ка минуточку, Тобас.
- Что случилось?
- Почему это только ты занимаешься исследованиями?
Никакого умного ответа Тобас придумать не смог.
- По-моему, все это вполне безопасно, - настойчиво продолжил Перен.
- Ну, ладно, - неохотно согласился Тобас. - Поднимайся сюда. Там -
покои леди, значит, с этой стороны - покои лорда. По-моему, именно он был
чародеем.
- Увидим, - кивнул Перен, направляясь к лестнице.
Когда приятель подошел, Тобас вспомнил о найденных драгоценностях.
- Смотри, что я здесь нашел. Позже поделим их.
- Хорошо, - согласился Перен.
- А теперь пойдем заглянем к лорду. - Тобас двинулся вперед.
Как он и предполагал, за дверью был Зал Аудиенций, размером едва ли не
с гостиную и спальню женских покоев, вместе взятых. Большой деревянный трон
стоял на своем месте по-видимому, привинченный к полу, вся остальная мебель
сбилась в угол и превратилась в кучу пыли, обломков и лохмотьев. Портьеры за
троном, когда-то скрывавшие вход во внутренние покои, свисали пыльными
нитями. Тобас коснулся их, и они рассыпались в прах.
Молодые люди прошли в гостиную. Здесь время практически не оставило
следов - помещение было хорошо защищено толстыми стенами, целыми окнами и
драпировкой. Столы и стулья, конечно, тоже валялись в нижнем углу, но
поломались лишь несколько. Содержимое перевернутых ящиков рассыпалось и в
основном безнадежно испортилось. Впрочем, кое-где на полу сохранились
остатки. каких-то порошков. Тобас осторожно осмотрел их, а кое-какие даже
понюхал.
Точно определить, что это такое, юноша не мог, но все же ему
показалось, что он узнал некоторые порошки из запасов старого Роггита.
Возможно, Лорд чародей держал кое-какие вещества под рукой, на случай если
придется использовать магию во время аудиенций.
Некоторые пустые ящики были инкрустированы золотом, драгоценностями или
потемневшим от времени серебром.
Тобаса это не заинтересовало, но Перен, карманы которого по-прежнему
были пусты, подобрал несколько наиболее ценных вещиц.
В гостиной оказалось две двери. Одна выходила на самую верхнюю галерею
Большого Зала, другая вела во внутренние покои.
Следующее помещение было не спальней, как предполагал Тобас, а скорее
комнатой охраны или прихожей. Четыре стула, абсолютно целые, если не считать
превратившейся в пыль обивки, лежали в углу, рядом валялось несколько рапир
и мечей. Клинки почернели, но были достаточно крепкими.
А вот дальше шла уже спальня лорда. Под толстым слоем пыли юноши
разглядели совершенно целые тюфяк и полог. Хрупкие, блеклые, невероятно
сухие и ломкие, но целые. Кровать сползла в нижний угол, но не опрокинулась
и не сломалась. Двум гардеробам и огромному комоду повезло меньше. Пол
усеивали щепки, на которых еще сияла позолота.
Из трех имевшихся здесь дверей одна вела в уборную, другая выходила на
галерею, а вот за третьей Тобас наконец-то обнаружил личный кабинет чародея.
Обстановка в кабинете была простой. Никаких гобеленов и инкрустаций.
Обычный стол и стены, когда-то полностью закрытые полками. Часть полок
благополучно уцелела, но их содержимое вместе со всем остальным лежало кучей
в углу.
Тобас тут же бросился перебирать книги, не обращая внимания на клубы
пыли и стоявшего рядом Перена, который, некоторое время понаблюдав за
товарищем, отправился осматривать неизученную часть замка. Все более-менее
ценное он складывал в мешок, наскоро свернутый из уцелевших кусков гобелена.
Мешок довольно скоро прорвался, и Перен начал стаскивать свои находки
на возвышение.
Он провел за этим занятием не менее часа, когда заметил, что становится
темно. Соорудив факел из куска гобелена и ножки стола, он минут пятнадцать
пытался зажечь его. Сделать это оказалось не так-то уж просто. Когда факел
наконец загорелся, Перен вернулся в кабинет чародея.
Тобас, сидя в сгущающейся темноте, пытался разобраться в содержании
очередного тома.
- Тобас, - окликнул напарника Перен. - Глаза испортишь. Стемнело.
- Вижу, - отозвался юный чародей, не поднимая головы. - Можешь сделать
мне такой же факел?
- А ты нашел что-нибудь?
- Поэмы, книги по истории. Даже по кулинарии. Но о магии ничего нет. Я
думал, может быть, вот эта... Оказалось- книга о целебных свойствах трав.
Вещь полезная, но к чародейству никакого отношения не имеет.
- А ты заметил, что во всем замке нет ни каминов, ни очагов?
- М-мм? Нет, не заметил. Наверное, он обогревался с помощью волшебства.
Ты не мог бы посветить?
- А эти книги не могут подождать до утра?
- Что? - Тобас поднял отсутствующий взгляд. Увлекшись книгами, он
несколько оторвался от действительности. - Да, конечно. Между прочим, я тут
кое-что нашел. Посмотри сюда.
Он пробрался в нижний угол и отодвинул кучу рухляди. В стене оказался
провал. Еще одна дверь.
- А что там? - спросил Перен.
- Не знаю. Похоже, там нет окон, только толстые каменные стены. Я ждал
тебя, чтобы решить, что с этим Делать.
Перен поднял факел повыше:
- Кажется, это проход, а не комната.
- Если так, то он идет над воротами, внутри стены.
Перен согласно кивнул и поднес факел к чернеющему провалу. Пламя не
колыхнулось.
- Я пойду первым, - сказал альбинос.
- Пожалуйста. Я пойду следом, - согласился Тобас.
ГЛАВА 17
Тобасу казалось, что они идут уже целую вечность, а лишенные окон или
каких-либо украшений голые стены и арочный свод тянулись все дальше и
дальше.
Несмотря на то, что это был самый обычный коридор, или именно поэтому,
юноша не сомневался, что прежде вход сюда был тщательно замаскирован либо
полками, либо драпировкой, либо чем-нибудь еще. Может быть, даже наведенной
галлюцинацией, которая исчезла, когда магия в замке перестала действовать.
Проход оказался довольно узким, и Тобас плотно прижимал к себе локти,
чтобы не вытирать ими стены. Перен благодаря своему изящному телосложению
таких трудностей не испытывал.
Вдруг альбинос резко остановился. Ничего не подозревающий Тобас
врезался в него сзади. Перену пришлось упасть на одно колено, чтобы удержать
факел.
- Что там? - Неожиданно для себя Тобас заговорил шепотом.
- Посмотри сам!
В неверном свете факела Тобас попытался разглядеть, что делается
впереди.
Правая стена коридора уходила вперед еще футов на пятьдесят -
шестьдесят, а левая обрывалась уже через сколько шагов. Что там - комната
или поворот, - понять было невозможно. Но на полу Тобас увидел то, что
заставило остановиться Перена.
Дорогу им преграждал человеческий скелет. Вернее ноги человеческого
скелета, лежащего на пороге таинственного помещения в конце коридора. На
ногах скелета сохранились остатки бархатных башмаков.
На мгновение у юноши перехватило дыхание, но он быстро взял себя в
руки.
- Ну и что? - произнес он так, как будто ему приходилось видеть
человеческие скелеты раз двадцать. - Он мертв. Я хочу посмотреть, что там
дальше. Пошли.
- Но от чего он умер? - прошептал охваченный ужасом Перен.
- Откуда я знаю. - Нервы Тобаса были на пределе, и нерешительность
альбиноса только злила. - Наверное, когда замок рухнул, он упал и ударился
головой.
Перен взглянул на Тобаса, затем на скелет, собрался духом и кивнул.
- Наверное, ты прав. Или это вор, которого чародей застукал на месте
преступления, а замок рухнул прежде, чем успели убрать тело.
Альбинос решительно встал и двинулся вперед. Тобас ничего не ответил,
хотя почувствовал, что в объяснении Перена что-то не так. Лишь дойдя до
угла, он сообразил: падение замка не помешало бы уцелевшим вынести тело.
Наверняка должны были быть уцелевшие, иначе в замке валялись бы горы трупов.
Точнее, к настоящему времени, скелетов. Если бы кто-нибудь знал про этот
труп, его бы обязательно убрали.
Своя версия нравилась ему гораздо больше. Этот человек - мужчина или
женщина - погиб во время крушения, а никто из уцелевших не знал о
существовании потайного хода. А если и знал, то не сообразил искать
пропавшего здесь из-за возникшей неразберихи и паники.
Дойдя до угла, он остановился и смотрел на скелет, пока Перен с факелом
не ушел вперед.
Скелет принадлежал мужчине. Кожаные бриджи и темная куртка, расшитая
золотом, давно истлели. Золотые нити еще висели на бренных останках. Пальцы
на руках скелета были унизаны всевозможными кольцами, от простого золотого
ободка до перстней с каменьями размером с целую фалангу. Широкий кожаный
ремень превратился в несколько черных полосок, скрепленных темной серебряной
пряжкой, а из привязанного к нему сгнившего кошелька вывалились серебряные и
медные монеты. Серебро почернело, а медь позеленела. Золотых монет, к
огромному разочарованию обоих юнцов, не оказалось.
Рядом с кошельком лежал кинжал, ножны которого тоже сгнили. Пока Перен
собирал монеты, Тобас осторожно поднял его.
Лезвие и рукоятка почернели, как уголь, но следов ржавчины видно не
было. Клинок остался по-прежнему острым. Железо или сталь давно затупились
бы и проржавели.
Тобас протер кинжал подолом куртки. Серебро.
А кто может носить серебряный кинжал? Только чародей. Сталь лучше
затачивается и дешевле, но не позволяет творить заклинания.
Позабыв о том, что магия здесь не действует, Тобас достал свой атамэ и
прикоснулся острием одного кинжала к другому. Перен с интересом наблюдал за
его манипуляциями.
Ничего не произошло. Тобас мысленно обозвал себя дураком и убрал свой
кинжал в ножны.
- Думаю, это хозяин замка, - произнес он. Во всяком случае, это точно
чародей.
- Да, - кивнул Перен. - И кольца... Они похожи на волшебные...
Тобас не обратил внимания на кольца, но кивнул в знак согласия. Атамэ -
тщательно сберегаемый секрет Гильдии Чародеев. Перен не мог заметить
особенности кинжала.
Они продолжали рассматривать скелет, и альбинос задумчиво произнес:
- Интересно, почему он так странно лежит?
- Наверное, просто пытался за что-нибудь ухватиться, - предположил
Тобас.
Казалось, скелет пытается до чего-то дотянуться. Его левая рука была
согнута так, словно человек на нее опирался, а правая, с растопыренными
пальцами, вытянута вперед на всю длину.
- Похоже, ты прав. - Перен наклонился, чтобы рассмотреть череп. - Он
убился при падении. Кости проломлены. - Перен указал на лобовые кости,
которые были практически вдавлены внутрь. - Должно быть, он очень сильно
ударился. Мне кажется, он бежал. Посмотри сюда.
В свете факела череп выглядел жутковато. Оранжево-красный, с черными
провалами глазниц. Тобасу расхотелось исследовать останки, и, вместо того
чтобы последовать предложению Перена, он огляделся по сторонам.
Коридор заканчивался комнатой площадью примерно в двадцать квадратных
футов. Пол каменный, никаких следов обстановки. Даже обломков. Напротив
входа на стене висело единственное украшение комнаты - большой темный
гобелен.
Царящий здесь полумрак мешал Тобасу как следует разглядеть изображенную
картину, но что-то в этом гобелене было странное.
- Посвети-ка мне, - велел он Перену.
Перен бросил изучать проломленный череп и отошел от скелета. Оба
искателя приключений уставились на представшую перед ними картину.
Ни один из них прежде не видел ничего подобного. На гобелене была
изображена одна-единственная сцена, но выполненная невероятно точно, до
мельчайших деталей, с безукоризненно выстроенной перспективой. Дорожка,
вьющаяся среди камней к ворогам замка.
Над дорожкой возвышался сам замок. Очень странный и мрачный, из серого
и черного камня, в форме демонической головы. Главный вход - разинутая
зубастая пасть, два окна над ним - глаза. Над воротами сидели горгульи, а
каждый угол по всей высоте здания украшали фигуры дьяволов, стоящих на
плечах друг у друга. Непонятно, на чем держащиеся башни висели под
совершенно невероятным углом. Их верхушки венчали зубчатые пики или
конической формы крыши, напоминавшие раскрытые крылья летучей мыши. С
некоторых взирали нечеловеческие ухмыляющиеся физиономии, вырезанные в
черном камне. Казалось, их глаза устремлены прямо на зрителя. Замок стоял на
вершине горы, склоны которой, резко обрываясь, уходили вниз и даже,
казалось, загибались вовнутрь. От дорожки к замку через глубокий провал вел
канатный мостик с положенными поперек досками.
Пропасть вокруг замка освещалась бьющим откуда-то снизу ало-малиновым
светом.
Тобас внимательно исследовал полотнище. Никаких признаков основы. С
виду гобелен очень напоминал картину или даже вид из окна. Воистину
великолепное произведение искусства!
Перен отвернулся, несколько обеспокоенный:
- Мне не нравится эта штука. Совершенно отвратительное зрелище.
Особенно эти обрывы, пустое небо и дурацкий свет!
Тобас покосился на него и вновь зачарованно уставился на гобелен.
- Но как он прекрасно сделан! Посмотри на детали! Видишь красный
отблеск на клыке вот этой горгульи? И второй отблеск вот тут. Наверное, это
паутина, от которой отражается свет. Никогда не видел ничего подобного! И
кстати, цвета при дневном освещении наверняка не такие мрачные. Ты же
знаешь, свет факелов придает всему красноватый оттенок.
- Мне это не нравится, - повторил Перен, на которого речь Тобаса не
произвела ни малейшего впечатления. Тобас проигнорировал его высказывание и
продолжил:
- Поднеси факел поближе. Видишь, он ни капельки не истлел. Выглядит как
новый. - Тобас нерешительно коснулся пальцем гобелена. На ощупь ткань
оказалась прохладной и гладкой. Совсем непохожей на шерсть, из которой.
ткали обычные гобелены.
Перен нехотя поднес факел ближе.
- Посмотри вот на это, - ткнул пальцем Тобас. - Полотно частично
выткано металлической нитью. Золотой, я думаю. И цвета... Красный, скорее
всего сделан из истолченного драгоценного камня. Похоже на рубин.
- Глупости, - безапелляционно заявил Перен. - Кому придет в голову
делать гобелен из золота и драгоценных камней? А если и так, то зачем
прятать его здесь?
- Должно быть, это какая-то магия. - Тобас задумчиво посмотрел на
демонические физиономии.
Перен невольно отшатнулся:
- Какая магия?
- Понятия не имею. Чародейство, наверное. А может быть, и демонология.
Если это чародейство, то я не знаю, для какой цели. Роггит никогда не
упоминал ни о чем подобном. Возможно, что-то связанное с прорицанием.
Тобас посмотрел наверх. Гобелен висел на петлях, прикрепленных к
металлической перекладине. Тобас взял у Перена факел и поднял его повыше.
Перекладина оказалась позолоченной, что и предохранило ее от ржавчины.
Даже вбитые в стену крюки отсвечивали золотом.
- Давай-ка, - обернулся Тобас к напарнику, - я возьмусь за этот конец,
а ты - за тот. Так мы сможем его снять.
- Зачем? - Перену явно не хотелось прикасаться к странному изделию. -
Пусть остается, где висит.
- Затем, что я хочу его забрать. Даже если я не соображу, для чего
нужен этот гобелен, то смогу отвести его в Этшар и продать какому-нибудь
чародею в обмен на несколько заклинаний. Если хозяин замка считал эту вещь
настолько ценной, чтобы тщательно ее прятать, и, даже умирая, пытался до нее
дотянуться, значит, она действительно очень ценная. Да и смотрится она
соответствующе. В лавке чародея гобелен будет выглядеть достаточно
внушительно. А если кто-то знает, как с ним обращаться, и если эта штука
действительно настолько могущественная, как я полагаю, то тогда я обеспечен
на всю оставшуюся жизнь!
Перену его энтузиазм не передался.
- Не нравится он мне, - упорствовал альбинос. - Он меня пугает.
Тобас вздохнул. Ну как мог человек, бросившийся чуть ли не в пасть
дракона, чтобы спасти товарища, испугаться простой картинки?
- Послушай, Перен. Эта штука не представляет никакой опасности. Тут
чары не действуют. Помоги мне спустить его вниз, и все остальные ценности в
замке - твои. Моя доля - этот гобелен.
- Правда?
- Правда.
- Но эта штука может быть и демонической, ты же сам сказал.
- Может, и так, но демонология здесь тоже не действует. А демонология
времен войны не будет действовать нигде. Боги закрыли все дороги в Ад.
- Но...
- Если бы гобелен был ловушкой, мы давно бы уже об этом узнали. Давай,
помоги мне.
- Ну, хорошо, - согласился Перен после секундного колебания.
Он приставил факел к стене и неохотно взялся за другой конец гобелена.
Крючья, на которых висело полотнище, были вбиты высоко под потолком,
но, поднявшись на цыпочки, Тобас умудрился сбросить свой конец перекладины.
Высокому Перену справиться со своей задачей оказалось гораздо проще.
Ничего ужасного не произошло - гобелен упал на пол, как обыкновенный
ковер, и они скатали его в компактный рулон. Гобелен оказался удивительно
тонким и легким для своего размера. Тобас мог нести его и один.
Перен уже поднял факел и направился к выходу.
- Погоди-ка! - остановил его Тобас. - Как насчет колец? И кинжал его
сделан из добротного серебра!
Перен остановился, посмотрел на скелет и спросил:
- А они заколдованы?
- Кто его знает. Кольца - возможно. А кинжал... Я, по-моему, знаю это
заклинание. Со смертью чародея оно разрушается. Навсегда. Кроме того, эта
местность, лишенная магии, может оказать перманентное воздействие. Я не
уверен, что мои магические способности вернутся ко мне, когда мы уйдем
отсюда.
Он говорил правду, но каким-то образом точно знал что его атамэ снова
станет волшебным, когда он покинет это место. Ведь в атамэ жила частица его
души, и вряд ли сила кинжала могла испариться навсегда так, чтобы он ничего
не почувствовал.
Да и заклинания высшего порядка наверняка снова начнут действовать,
стоит им оказаться за пределами "мертвой" зоны.
Тобас представлял себе это лишающее магической силы воздействие
примерно так: допустим, заклинания - это картины, а магия - свет. Если
картины поставить в темной комнате, то они станут похожими на гладкие черные
доски. Но стоит только вынести их на свет, как они вновь заиграют всеми
своими красками.
Во всяком случае, он надеялся, что это так. Что чародейство больше
похоже на краски, чем на огонь, который, если уж погас, то погас, и нужно
разжигать заново.
Перен, еще немного поколебавшись, резко наклонился, схватил кинжал и
засунул себе за пояс. До колец он даже не дотронулся. Тобас посчитал, что
это, пожалуй, мудрое решение.
Юноши вместе двинулись в обратный путь. Тобасу понадобилась помощь
Перена, чтобы вынести гобелен из комнаты и протащить через потайную дверь.
Очутившись в кабинете, Тобас с облегчением положил рулон на кучу истлевших
книг.
- И ты действительно собираешься тащить эту штуку до Этшара? -
поинтересовался Перен, разминая мышцы спины, побаливавшие от непривычной
нагрузки.
Тобас, никогда не увлекавшийся поднятием тяжестей, никак не мог
отдышаться и только молча кивнул. Минуту спустя он проговорил:
- Собираюсь. Дотащу его до Двомора, а там найму фургон или еще
что-нибудь. Думаю, он того стоит. Правда, правда. Но в настоящий момент я
собираюсь поужинать и завалиться в хозяйскую постель. А ты?
Перен довольно ухмыльнулся.
ГЛАВА 18
Весь следующий день молодые люди посвятили тщательному осмотру замка.
Тобас потратил все утро, чтобы протащить свой драгоценный гобелен через
покои Лорда чародея, затем вниз по двум лестницам и по Большому Залу к
воротам. Перен тем временем насобирал по разным уголкам замка приличную кучу
всякого добра. Во второй половине дня они поменялись ролями, и Перен сел
перебирать свою добычу. К заходу солнца чародей облазил все закоулки, а
альбинос сложил в отдельную кучу то, что собирался взять с собой, - примерно
фунтов тридцать золота, серебра и драгоценностей различной формы.
- Знаешь, - заметил Перен, когда они ужинали за столом, поставленном в
одной из нижних комнат, - мы оба разбогатеем, когда вернемся домой. Даже
если этот гобелен годится только на переплавку, из него получится фунтов
десять золота, а может, и больше. Откинь десять процентов кузнецу, и все
равно останется девяносто золотых монет. Говорят, можно прожить на медяк в
день, если не шиковать. Девяносто золотых - это девять тысяч медных. Значит,
примерно четыреста пятьдесят в год. То есть на эти деньги ты сможешь прожить
лет двадцать.
- И все это находится в гобелене, - кивнул Тобас. - Мне не нужно
опасаться, что воры залезут ко мне в карман или обчистят мою комнату в
гостинице. В отличие от тебя!
- Да уж, - засмеялся Перен. - Но у меня тут значительно больше, чем на
десять фунтов!
- С учетом серебра и каменьев, возможно. Но половина из них наверняка
окажется фальшивками!
Перен снова засмеялся:
- Ну и что? Фунты золота, серебра и горсть каменьев! Даже если девять
из десяти - стекляшки, я все равно могу считать себя богачом! И как этот
чародей так разбогател? Знаешь, меня это поражает! Правда, поражает. И
знаешь, Тобас, что я думаю? Замок разворовали еще до нас. Ничего достойного
внимания нигде, кроме двух основных апартаментов, не было. Помещение
дворецкого взломано, и вся посуда исчезла. В оружейной осталось три меча, из
которых два погнуты, а один сломан. В башнях шаром покати, во всяком случае,
в тех пяти, на которые я лазил. В упавшую я не полез.
Тобас кивнул:
- Думаю, слуги утащили все, что попалось под руку, перед тем как уйти
отсюда. Но у них не хватило духу забраться в личные покои хозяев. Чародей
погиб, это мы с тобой выяснили. А слуги, не зная о потайном ходе, наверное,
решили, что он растаял в воздухе, и опасались его внезапного появления. Но
вот чего я никак не могу понять, так это что произошло с леди. Ее
драгоценности на месте, во всяком случае, некоторые. А неужели она со своими
горничными не забрала бы все. И никаких признаков, что она погибла, нет.
Было бы странно, если бы она тоже разбила себе голову при падении, как ты
считаешь?
- Возможно, ее просто не было дома, - пожал плечами Перен.
- Может быть.
Некоторое время они ели молча.
- Тобас, - спросил наконец Перен, - ты уверен, что хочешь вернуться в
Этшар?
- Уверен, - удивленно ответил Тобас. - А что?
- А то, что я туда не вернусь. Я там вырос и натерпелся достаточно. Да,
теперь у меня есть собственные деньги, но мои волосы по-прежнему белые, а
глаза красные, и детишки на улицах по-прежнему будут пугаться меня. Называть
призраком или демоном. Даже если я сменю дерюгу на бархат. Золото здесь
ничего не изменит.
- Ну и что? - недоуменно спросил Тобас. - Конечно, боги сыграли с тобой
злую шутку, но с этим уже ничего не поделаешь. Да и куда еще ты можешь
пойти?
Тобас чувствовал себя несколько неловко. Он никогда не обращал внимания
на необычную внешность Перена и не думал, что сам альбинос придает этому
какое-то значение.
- Точно не знаю, - ответил Перен. - Думаю, пойду дальше. В Айгоа или
какая там, на востоке, страна.
Тобас вспомнил ряды гор, уходящие вдаль. От одной мысли попытаться
перейти их, не говоря уже о том. чтобы перетащить через них объемистый
гобелен, его передернуло.
- Да там наверняка такие же жалкие Малые Королевства, как Двомор. -
Тобас надеялся разубедить Перена. - Ведь Малые Королевства тянутся до
Великой Восточной Пустыни. А Пустыня - до конца Мира. Там нет ничего
интересного. Если ты не хочешь возвращаться в Этшар и предпочитаешь Малые
Королевства, оставайся в Двоморе!
- Я не могу остаться в Двоморе, - покачал головой Перен. - Мы ведь не
убили дракона. Да еще и разбогатели. Они нас просто не примут.
Тобас раздумывал лишь мгновение:
- Ну, не может же каждый убить этого дурацкого Дракона. Мы ходим уже
больше шестиночья. Наверняка какая-нибудь команда нашла его и убила.
- Ты же сам видел этого дракона, Тобас, - дернул плечом Перен. - И
охотников. Неужели ты действительно думаешь, что кто-нибудь из них способен
справиться с такой зверюгой?
- Э-э-э... может, ведуны? - предположил Тобас. с надеждой в голосе.
- Может, ведуны, - милостиво согласился Перен. - Я мало что смыслю в
ведовстве.
- Я тоже, - признался Тобас.
- Конечно. Ты ведь у нас специалист по магии огня.
- Совершенно верно, - улыбнулся Тобас. Перен улыбнулся в ответ, но
сразу посерьезнел.
- Нет, Тобас, я не хочу возвращаться в Двомор. Разве ты захотел бы
остаться там? Это ведь довольно убогое местечко. И еще этот дракон!
- А как насчет Экероа?
- Уже лучше, - согласился Перен, - но я действительно не хочу
возвращаться. Во-первых, мы можем опять нарваться на дракона, а во-вторых,
нам придется идти через Двомор. Мне просто смотреть неохота на этот
разваливающийся сарай. Я хочу пойти на восток, через горы.
Тобас не выдержал:
- А я не хочу. Слишком далеко, слишком пустынно и слишком трудно. Я
ведь лентяй по природе, Перен. Именно поэтому я и влип в историю с драконом.
Мне было лень работать. До недавнего времени я только что не голодал. Но
теперь у меня есть гобелен, и мне не нужно идти дальше. И я не пойду.
Кстати, у нас недостаточно еды, чтобы двигать через горы. Черт возьми, я
даже не уверен, что ее хватит на обратный путь! Чем ты будешь питаться?
- Охотиться. У меня есть праща, меч и два хороших ножа.
- Да? - изумился Тобас. - А ты умеешь обращаться с пращой?
Перен кивнул.
- Что ж, тогда ты, наверное, сможешь дойти. Но я охотиться не умею. А
зависеть от тебя в плане еды не хочу. Я возвращаюсь в Этшар. Продам гобелен
какому-нибудь чародею, обменяю на заклинания или выплавлю из него металл. А
потом возьму деньги и спокойно осяду где-нибудь. Заведу свой собственный
дом. Это все, что я хочу - иметь дом. Мне не нужны приключения. Я
возвращаюсь назад.
- А я пойду дальше, - спокойно произнес Перен.
- Ты уверен?
Альбинос кивнул.
- Ладно. Тогда выйдем утром, ты - на восток, я - на запад.
Покончив с этим вопросом, они как-то само собой за- молчали и рано
легли спать. Тобас - в спальне хозяина замка, а Перен - на покрывале в
Большом Зале.
ГЛАВА 19
Тащить гобелен оказалось значительно труднее. Тобас как-то упустил из
виду, сколько спусков и подъемов ему придется преодолеть на пути к Твердыне
Двомор. Кроме того, он сомневался, что выбрал кратчайшую дорогу. Пока их
четверка не распалась, они в поисках дракона передвигались зигзагами. Тобас
надеялся, что доберется до замка дня за четыре, но из-за гобелена за день
проходил вдвое меньше, чем рассчитывал.
Первая ночь застала его практически на границе магически "мертвой"
зоны. Ему пришлось трижды творить "Триндлов Огонь", прежде чем он сумел
развести костер. На второй день он прошел чуть больше и пристально следил за
небом, на которое наползали тучи. Как бы дождь не повредил гобелен! Ночью он
спал на земле, укрыв одеялом свой ценный груз. Да еще и мешок положил на
край рулона, куда одеяло не дотягивалось. Как он и предполагал около
полуночи начался дождь. Постепенно редкие капли превратились в струйки.
Весь третий день, вместо того чтобы идти вперед, юноша провел в поисках
какого-нибудь укрытия. Наконец, ближе к середине дня, он добрался до навеса,
образованного выступом скалы. Тобас заполз под него, и постарался запихнуть
гобелен как можно глубже.
Здесь он провел ночь и весь следующий день, пережидая дождь. Запас
вяленой говядины кончился, у него оставались лишь изюм и кусок очень
черствого бисквита.
Рассвет тринадцатого числа месяца Сбора Урожая был серым и мрачным, но
не дождливым. Тобас решил двигаться дальше. В течение дня небо просветлело,
и юноша бодро шагал вперед в полной уверенности, что уже миновал драконье
гнездо. Он остановился тогда, когда, по его подсчетам, находился примерно в
полумиле севернее или северо-восточнее этого места.
Накануне Тобас прикончил свои скудные припасы и утром проснулся зверски
голодным. Питье проблемы не составляло - все выемки в камнях наполнились
дождевой водой. Но еда...
Тобас отыскал несколько орехов, приготовил их на "Триндловом Огне" и
съел прямо со скорлупой. Может быть, ему спрятать рулон где-нибудь в горах,
а потом вернуться за ним? Нет, пожалуй, это опасно: замок уже недалеко,
вдруг кто-нибудь случайно наткнется на его сокровище.
Он еще не осмеливался развернуть гобелен и посмотреть, не проявились ли
его волшебные свойства. Ему не хотелось испытывать судьбу в одиночестве,
среди гор, на открытом пространстве.
Во второй половине дня Тобас натолкнулся на разрушенный коттедж.
Вышибленная дверь валялась на земле, окна были разбиты, а на покрытой
сланцем крыше виднелись следы огня. Эта крыша несколько озадачила Тобаса. Он
даже подпрыгнул, чтобы получше ее разглядеть. Интересно, чем строителям не
угодил тростник? Впрочем, он здесь навряд ли растет. Слишком каменистая
почва. Почему хозяин решил построить свое жилище в таком бесплодном месте?
Найти объяснение сему феномену он так и не сумел, но зато сразу
догадался, почему дом поврежден и пуст. Обитателей сожрал дракон. Во всяком
случае, пытался. Тяжелая, сланцевая крыша вполне могла защитить их от огня.
И не только их - в доме наверняка должно было уцелеть что-нибудь
съедобное. Оставив гобелен в центральной комнате, Тобас отправился
исследовать содержимое кухонных шкафов.
Они оказались удручающе пустыми. И вообще у шкафов и полок был такой
вид, как будто их аккуратно и не торопясь опустошали. Наверное, хозяева
убрались отсюда на время, а затем вернулись, забрали все, что могли, и ушли
навсегда. Интересно, удалось ли им благополучно добраться до замка?
И кстати, достаточно ли безопасно в самом замке? Глупость какая,
мысленно обругал себя Тобас. Если дракон не сумел разнести этот маленький
коттедж, то что он может сделать с крепостью, вроде Твердыни Двомор?
Он опустился на первый же подвернувшийся стул и уставился на гобелен. В
животе урчало. Тащить дальше тяжеленную штуковину не было сил, а коттедж
казался вполне подходящим убежищем.
Устроившись поудобнее, он размышлял, за какие заклинания продаст
гобелен, когда снаружи донесся шум.
Двигалось что-то очень тяжелое и громоздкое. Тобас резко выпрямился.
Может быть, это драконобойцы? Или вернулись хозяева коттеджа? Он
осторожно выглянул в окно.
Ни то, ни другое. На верхушке ближайшего холма восседал дракон, гордо
озирая окрестности. Тобас быстренько убрался внутрь.
Этого он не ожидал. Чудовище его не заметило, это точно, но теперь он
не сможет покинуть коттедж в ближайшие несколько часов. А если дракон его
заметит, то он вообще не выберется отсюда живым. Обеспокоенный и огорченный,
Тобас направился к стулу и споткнулся о свернутый гобелен.
С трудом удержавшись на ногах, он обернулся и посмотрел на свою добычу.
Вдруг этой штукой можно как-нибудь убить дракона? Если, конечно, в ней
действительно заключена магия?
Что ж, заняться в ближайшее время ему все равно нечем, так что он
развернет рулон и проверит. Тобас оглядел стены коттеджа в поисках
подходящего места.
Домик, конечно, оказался совершенно не приспособленным для развешивания
гобеленов, но после некоторого усилия юноше все же удалось закрепить
перекладину, поместив ее между выступом дымохода и перемычкой между
стропилом и деревянным пандусом, венчающим стену, к которому были прибиты
поперечные балки.
Убедившись, что перекладина держится достаточно крепко, Тобас начал
разворачивать гобелен. Рулон был скатан слишком плотно, поэтому Тобас
вытягивал полотно сверху и отбрасывал назад.
Наконец гобелен свободно повис, сверкая в лучах заходящего солнца.
Юноша отступил на шаг и завороженно уставился на изображенную картину. Она
была просто сверхъестественной! Жутковатое освещение, фантастические скалы,
абсолютная пустота вокруг замка - у автора, безусловно, было богатое
воображение! Не говоря уж о гамом замке с его странной архитектурой и
кошмарными резными украшениями!
Тобас потянулся, чтобы протереть полотно, и с изумлением увидел, что
рука прошла внутрь картины. Красно-багровое облако окутало его с головы до
ног.
"Магический портал", - молнией пронеслось в голове у Тобаса. Он быстро
отдернул руку, но тут же с испугом заметил, что красно-багровый свет
по-прежнему освещает его пальцы.
В лицо откуда-то подуло теплым ветром. Теплым и сухим, совершенно
непохожим на тот, который задувал в двоморских горах. Подняв глаза на замок,
юноша увидел, что стоит перед настоящим мощным трехмерным сооружением.
Сам того не желая, он прошел сквозь портал.
Но куда попал, во имя богов?! Вдруг умерший чародей создал гобелен,
чтобы держать в нем демонов или монстров?
Но, может, еще не поздно убраться отсюда? Он ведь не сделал ни одного
шага, всего лишь просунул руку. Наверняка это все не так страшно. Отогнав
всякие мысли о том, что неплохо бы сходить и посмотреть, что там дальше,
Тобас отступил назад, рассчитывая снова оказаться в заброшенном коттедже.
Не тут-то было! Юноша обернулся. И коттедж, и Двоморские горы бесследно
исчезли. За спиной у него была пустота.
Дорожка, на которой он стоял, шла из ниоткуда и вела только к замку.
Она бежала по узкому, крутому гребню скалы, и по обеим ее сторонам зияли
красно-багровые пропасти.
Тобас лег на живот, подполз к краю и осторожно заглянул вниз, ожидая
увидеть что-нибудь на дне. Долину, например.
Ничего. Вообще ничего, кроме бесконечной пустоты, светящейся жутким
ало-багровым светом. Камни, по которым бежала дорожка, висели в воздухе сами
по себе.
Посмотрев на странный пугающий замок, юноша увидел то же самое: скала,
на которой он стоял, вовсе не являлась вершиной горы. Просто здоровенный
валун диаметром ярдов пятьдесят - шестьдесят, висящий в пустоте. И если бы
все это сооружение хотя бы летело над землей... Внизу не было ни полей, ни
лесов, ни облаков, ни даже звезд. Одна бесконечная пустота. Ничто. Голова
Тобаса закружилась, и он закрыл глаза.
Теплый, сухой, лишенный запаха ветер ерошил его волосы. Юный чародей
попытался собраться с мыслями и вдруг со всей очевидностью понял, что это
место не является частью известного ему Мира. Он отполз от края и медленно
поднялся на ноги.
Совершенно ясно, что идти можно только вперед. Откладывать дальше не
имело смысла, и Тобас пошел к замку, медленно и осторожно передвигая ноги.
Канатный мостик, перекинутый через пропасть, оказался самой тяжелой
частью пути. Но Тобас благополучно миновал его и замер на нижней губе
оскаленной пасти, служившей воротами замка.
Ужас, леденящий душу, мешал юноше сделать следующий шаг. Он осторожно
заглянул внутрь. На стенах по обе стороны прохода, ведущего к массивным
деревянным дверям, горели факелы. Собрав всю свою волю в кулак, Тобас
заставил себя идти вперед.
Двери оказались закрытыми. Юноша потянулся к большим металлическим
кольцам, но тут же отдернул руки. Его трясло, как в лихорадке. Тобас стиснул
зубы и прижал руки к бокам, стараясь унять дрожь.
Через несколько минут, решив, что он уже достаточно успокоился, юноша
потянул за металлические кольца. Заперто. В первый момент Тобас испытал
облегчение, которое, впрочем, тут же сменилось очередным приступом ужаса.
Что бы ни скрывалось внутри этого сооружения, вряд ли оно страшнее
перспективы навсегда остаться снаружи, где нет ни пищи, ни воды. Вообще
ничего нет, кроме нескольких футов голого камня. Он выпустил кольца и изо
всех сил забарабанил кулаками в дверь.
Когда приступ паники закончился, Тобас бессильно уронил руки. Что же
ему теперь делать?
И тут из-за дверей раздался голос. Женский, с очень странным акцентом.
- Дерри? Это ты? Где ты пропадал?
Тобас замер. Чего уж он точно не ожидал услышать, так это обыкновенный
человеческий голос. Да еще чтобы при этом его, Тобаса, приняли за кого-то
другого? Собравшись духом, он ответил:
- Это не Дерри. Это я, Тобас.
- Кто? - чуть не прорыдали из-за дверей.
- Впустите меня, и я все объясню. - Он не собирался упускать
возможность убраться наконец из этой абсолютной пустоты, жуткого освещения и
иссушающего ветра.
Тобас всей кожей ощутил колебания стоящей за дверью женщины. И хотя
молчание длилось не более пяти - десяти секунд, ему они показались
вечностью. Наконец женщина отозвалась:
- Ладно. Кажется, ты вполне безобиден.
Раздался звук отодвигающегося засова. Упала цепь, Щелкнул замок, и
тяжелые двери распахнулись, открыв взору юноши большой, освещенный факелами
зал. Еще одни такие же массивные двойные двери футов десяти высотой были
распахнуты настежь. За ними шел коридор футов тридцати длиной, с боковыми
проходами. А дальше виднелись очередные двери. Закрытые. Никакой мебели в
коридоре Тобас не разглядел, лишь на стенах висели великолепные
металлические крюки с горящими факелами, а из каждого угла на него пялились
демонические физиономии, вырезанные из камня. Посередине коридора стояла
миловидная смуглокожая молодая женщина, одетая в элегантное розовое платье.
Высокая и стройная. Длинные черные волосы волнами спадали ей на плечи и
грудь. Она настороженно смотрела на Тобаса.
- Привет! - Тобас изо всех сил старался выглядеть как можно безобиднее.
- Я Тобас из Тельвена, чародей. В некотором роде.
- Меня зовут Каранисса с Гор. Я колдунья. Тебя Дерри, то есть Деритон,
прислал?
- Нет. Э-э-э... Если вы позволите мне на минуточку войти, я попытаюсь
вам все объяснить.
Каранисса медлила с ответом, все еще сомневаясь, но тут в желудке у
Тобаса громко заурчало, и он добавил:
- И не могли бы вы дать мне что-нибудь поесть?
Это окончательно разрядило обстановку. Женщина, назвавшаяся колдуньей,
улыбнулась и кивнула:
- Иди сюда.
Она провела его по боковому коридору через маленькую дверь, и Тобас
наконец-то оказался в более-менее человеческом помещении. Милая комната. Без
окон, пол устлан шкурами, старинные знамена на стенах. Здесь стояло
несколько деревянных стульев. Каранисса уселась, указав Тобасу место
напротив себя, и громко хлопнула в ладоши.
Воздух заколебался, и Тобас неуютно заерзал на стуле.
- Принеси нам еды и что-нибудь выпить, - приказала Каранисса, хотя
никого третьего в комнате не было. - У тебя есть какие-нибудь пожелания? -
спросила она юношу.
- Нет. Я так голоден, что съем все что угодно.
- Ну, тогда немного острого сыра, свежий хлеб и лучшее красное вино,
которое осталось. Да, и яблоки. Воздух снова заколебался, затем утих.
- Ну, рассказывай. - Теперь все внимание Караниссы было обращено на
Тобаса.
- А... - замялся юноша. - Я, собственно, не знаю, с чего начать...
- Начни с: того, как ты сюда попал.
- Сквозь гобелен. Я только хотел его протереть, но, должно быть, шагнул
вперед и не смог уже отсюда выйти.
- Это я и без тебя знаю! С тех пор как Дерри оставил меня здесь и ушел
что-то там проверить, я сама не могу отсюда выйти.
Настроение у Тобаса упало. Не значит ли это, что он тоже обречен
остаться здесь навсегда?
А может, и нет. Этот таинственный Дерри, или Деритон, вышел же..
- Если вы не возражаете, я хотел бы узнать, а кто такой Деритон?
- Ты не знаешь? - От изумления глаза колдуньи раскрылись так широко,
что Тобас испугался. - Ты никогда не слышал о чародее Деритоне? Маге
Деритоне?
- Боюсь, что нет, - признался Тобас.
- Но это же его замок. Деритон сам его сотворил. И гобелен, через
который ты прошел. Он висит в потайной комнате нашего другого замка, который
летает над горами центрального Этшара, насколько мне известно. Хотя с тех
пор прошло уже некоторое количество времени.
Пока она говорила, Тобасу пришла в голову странная мысль. Сначала он
гнал ее от себя, но когда женщина замолчала, был уже практически уверен в
правильности своей догадки. Ведь сначала он предположил, что Деритон и эта
колдунья были искателями приключений которые каким-то образом попали на
гобелен, точнее в гобелен. Но никакой искатель приключений не смог бы так
естественно и непринужденно говорить о волшебном летающем замке, как о своей
собственности. Да еще упоминая такие детали и подробности. И, что самое
интересное, летающий замок лежит в ущелье уже не одно столетие.
- Простите, леди Каранисса, а как долго вы здесь находитесь?
- Я не знаю! - раздраженно ответила женщина. - Целую вечность,
по-моему. К тому же здесь нет ни дня, ни ночи. Так что я просто не знаю. А в
чем дело?
- Вы сказали, что, когда пришли сюда, замок Деритона еще летал.
- Ну конечно же! - Тобас вновь удивил ее. - Ты хочешь сказать, он
больше не летает?
- Нет, не летает. Уже очень давно. И боюсь, что Деритон погиб при
крушении. Во всяком случае, я так полагаю. Мы с моим напарником нашли возле
гобелена труп. Должно быть, его.
- Дерри мертв? - Она в ужасе уставилась на него, открыв рот.
- Думаю, да. Впрочем, я не уверен, что это он.
- А как он выглядит, этот мертвец? Нет, не отвечай. Ты сказал, что
замок давно не летает. А как давно? Месяцы? Годы?
- Как минимум годы.
- Боги! Сколько же я здесь сижу? Какое сегодня число?
- Так, дайте подумать... четырнадцатое месяца Сбора Урожая. Или
пятнадцатое.
- Какой год, идиот несчастный! - заорала Каранисса.
- Пять тысяч двести двадцать первый по этшарскому летосчислению.
Она ошарашенно поглядела на него, затем неожиданно вскочила и принялась
трясти юношу за плечи.
- Это что, шутка? Ты меня разыгрываешь? Это Дерри затеял?
- Ну что вы, конечно, нет! - изумленно ответил Тобас, застигнутый
врасплох этим странным нападением.
- Было двадцать седьмое число месяца Цветной Листвы четыре тысячи
семьсот шестьдесят второго года эры Человеческой Речи, когда мы с Деритоном
решили провести здесь вечер вдвоем! И ты хочешь сказать мне, что я прождала
этого проклятого чародея четыреста пятьдесят девять лет?! - Последние слова
она прокричала Тобасу прямо в лицо.
Тобас молча смотрел на нее, не в состоянии произнести ни слова.
Колдунья плюхнулась на стул и уставилась в пол, медленно переводя дыхание.
- Деритон из Хельде! - наконец провозгласила она, потрясая кулаком. -
Если бы ты не умер, я задушила бы тебя собственными руками за то, что ты
втянул меня в эту историю!
ГЛАВА 20
Они си...
