Джоди Линн Най. Прикладная мифология
страница №7
...за руку, развернул и поволок в сторону их комнаты.— Очень мило, Дойль! — бросил он. — Это входит в привычку!
— Что входит в привычку? — спросил Кейт и попытался высвободиться, но
длинные пальцы Пэта намертво впились в его бицепс.
— В нашей комнате опять разгром!
— Ты гонишь! — Кейт вырвался и бросился бежать, несмотря на то что
портфель в руке мешал. Он влетел в дверь — и его окатило водой. Портфель
тяжело грохнулся на пол.
— Во-во-водяная бомбочка! — ахнул он.
— Как странно! — заметил Пэт, входя в комнату следом за ним. — А
ведь я тут уже проходил. Причем дважды
Он задрал свой длинный нос и принялся разглядывать сперва притолоку
двери, потом лопнувший резиновый шарик, валяющийся на коврике у двери.
— Почему же он не свалился на меня? Не похоже, чтобы он был чем-то
приклеен...
— Не знаю, — буркнул Кейт, утирая лицо полотенцем. — Может, его
пристроили как-то по-хитрому. А может, его просто подвесили только что.
Кто-то из тех, кто живет в нашей же общаге. Карл, к примеру. И чего это
сегодня все норовят меня искупать?
Он оглядел свою половину комнаты. Все было залито колой, как и в
прошлый раз, но сегодня везде валялись еще обрывки книги, изрезанной на
куски. Часть листков затолкали в слив раковины. Книга оказалась "Полевым
справочником по Малому народцу". Кейт снял с кровати мокрое покрывало и
обнаружил, что у него сперли простыни.
— Тут потрудились на славу! — заметил он.
— А с чего ты взял, что это именно Карл? — фыркнул Пэт. — Думаешь,
он единственный, кто мечтает тебя придушить? Я бы и сам не отказался. Я ведь
хотел лечь спать пораньше!
— Извини, Пэт, — сказал Кейт, но его сосед не слушал. — Сейчас
приберусь. Авось до утра управлюсь...
Он вздохнул и отправился за ведром и шваброй.
Часа через два он выскользнул из комнаты, где мирно похрапывал Пэт,
вышел из общаги и зашагал в сторону библиотеки. Проезжающая мимо патрульная
машина осветила его прожектором и покатила дальше — одинокий
студент-полуночник не вызвал интереса.
Кейт без труда нашел пакет и вытащил его из тайника, стряхнув с него
капли воды и мокрые листья. Когда он возвращался обратно к Пауэр-Холлу,
навстречу ему вывернула из-за угла толпа парней из землячества, судя по
голосам — пьяных в дымину. Встреча с такой компашкой, да еще и нетрезвой,
ничего хорошего одинокому обитателю общаги не сулит Морду, может, и не
набьют, но кучу неприятностей доставят Кейт вовсе не хотел объяснять
охранникам, зачем он вылез на улицу в два часа ночи и что у него в сумке.
Он застыл на месте, лихорадочно прикидывая, где бы затихариться Вдоль
дорожки росли высокие и густые кусты боярышника — дорожка некогда была
одной из аллей местного парка. Можно, конечно, попробовать протиснуться
через голые колючие ветви, но как оттуда потом выбираться?
Однако, к его удивлению, толпа "братишек" миновала его, словно не
заметив. Они прошли так близко, что Кейт мог бы определить марку пива,
которое они хлебали, но ни один из них не задел его. Как только они исчезли,
Кейт встряхнулся и поспешно зашагал в сторону Пауэра. Он решил не думать о
том, чему обязан таким удивительным везением Сердце колотилось как бешеное.
Кейт пробрался в свою комнату, не зажигая света Посветив в сумку
карманным фонариком, он убедился, что все обещанные вещицы на месте.
Фитильки фонариков тускло белели в своих темных клетушках.
— Ага! — торжествующе воскликнул Кейт вполголоса.
— Ложись спать, бога ради! — взвыл Пэт.
Глава 18
Сотрудник отдела новых счетов "Мидвестернского кредитного банка" еще
раз терпеливо объяснил всю систему энергичному рыжеволосому подростку
Сотрудник сидел с таким лицом, словно последние шестьдесят лет только тем и
занимался, что объяснял тупым клиентам систему кредитования.
— Если вам требуется коммерческий текущий счет, вам следует иметь на
счету не менее тысячи долларов, в противном случае с вас ежемесячно
взимается восемь долларов в качестве платы за услуги. Хотите совет, юноша?
Возьмите и откройте обычный личный текущий счет. Банку безразлично, какое
имя и адрес вы напечатали на чеках.
— Отлично, — сказал Кейт. Он вроде бы наконец-то понял. — Это мне и
нужно.
— Вот и хорошо, — сказал служащий, проводя рукой по остаткам
каштановых волос у себя на голове. Он улыбнулся Кейту, отчего лицо его
сделалось похоже на булочку с разрезом посередине.
— Теперь будьте любезны заполнить эти бумаги, и вы получите вашу
временную чековую книжку.
Он схватил три чека, принесенных Кейтом, и утащил их к окошечку
кассира. Через несколько минут он вернулся с роскошным бланком в
желто-голубую полоску.
— Вот ваш номер счета.
Кейт поглядел на бланк, потом на него.
— Вы знаете, я хотел бы, чтобы мой племянник тоже мог пользоваться
этим счетом. Но у него еще нет своего полиса социального страхования. Ему
только двенадцать...
— Это не проблема, — сказал служащий. — Достаточно, чтобы номер
страхового полиса был у одного из вас. У вас он ведь есть, я надеюсь?
Кстати, а нельзя ли узнать, для какой организации вы его открываете? Для
бойскаутов?
— Да нет, для "Юных дарований", — сказал Кейт.
Через три дня на имя Кейта прибыли две коробки из университетской
типографии. Он подхватил их и вприпрыжку помчался с ними в деревню эльфов.
Каменная дверь послушно отворилась перед ним — очевидно, с тех пор, как он
побывал тут в последний раз, хозяева успели "сменить настройки". В деревне
он улыбался и кланялся всем встречным, но не спешил объяснять цель своего
визита, пока не добрался до хижины Холла. Тот жил один на краю участка,
принадлежавшего клану Куррана. Его хижина, как и все прочие, была построена
из обрезков досок и чурбачков, но эти кусочки складывались в замысловатую и
изящную мозаику, в которой использовались как цвет, так и текстура различных
видов древесины. Короче, домик выглядел достойным столяра, сына столяра.
Островерхая крыша была украшена узором в виде круглой черепицы. Здесь не
было нужды защищаться от непогоды, а потому строители могли не тревожиться
особо о функциональности, а целиком и полностью сосредоточиться на красоте.
Дверь домика была распахнута.
Молодой эльф сидел дома, погруженный в чтение толстенного тома в
кожаном переплете. Буковки в книге были такие мелкие, что с расстояния трех
футов Кейт не мог разобрать ни слова. На стенке, прямо под незастекленным
окном, висела резная полка. Она была набита книгами, явно позаимствованными
наверху, в библиотеке. Домик был разделен на две комнаты перегородкой с
проходом, который задергивался занавеской, но сейчас она была отодвинута и
взору представала простая кровать с лоскутным одеялом и подушкой, а рядом --
сундук с откинутой крышкой. Окошки были занавешены истертыми до
полупрозрачности красно-голубыми шторами, через которые удивительный свет,
озарявший деревню, пробивался почти беспрепятственно. На верстаке у
перегородки между комнатами были аккуратно разложены инструменты Холла. В
целом домик выглядел типичным жилищем чистоплотного холостяка.
Кейт вежливо постучал по косяку. Холл поднял голову и жестом пригласил
приятеля заходить Молодой человек, пригнувшись, вошел в дверь, поставил
коробки на верстак и открыл их.
А надо сказать, что все жители деревни, кто не был занят каким-то
неотложным делом, увязались следом за Кейтом и теперь толпились у входа в
хижину Холла, гадая, что еще затеял этот неугомонный Большой. И даже
некоторые из старейшин нашли предлог подойти поближе — сохраняя, впрочем,
на лицах выражение полнейшего равнодушия.
Холл закрыл книгу и подвинул коробки поближе. Окинув взглядом их
содержимое, он поднял голову и посмотрел на длинного студента.
— Образ подходящий, но, пожалуй, чересчур смелый, — сказал он,
указывая на шапку фирменного бланка и нарисованный рядом логотип. — А ему
самому ты это уже показывал?
— Нет еще, — виновато признался Кейт, ни на миг не усомнившись в том,
кого имеет в виду его приятель.
Холл встал со своей деревянной скамьи без спинки, которая исполняла у
него в доме обязанности рабочего стула.
— Ну что ж, тогда нам лучше пойти прямо сейчас, пока ему не сказал об
этом кто-нибудь другой.
Кейт поспешно остановил друга:
— Ну нет, зачем же так сразу-то? Можно и потом сходить. Ты лучше
посмотри на остальное, это ведь еще не все!
Да, наверно, использовать ту физиономию с ярлычка было не самой удачной
идеей... Кейт был и сам смущен собственной дерзостью. Но эта рожица,
увиденная в магазинчике госпожи Вурдман, показалась ему почти знаком свыше.
Эта фигурка, подмигивающая из дупла, была так похожа на Мастера Эльфа...
— Нет уж! — твердо сказал Холл. Смущение Кейта его несколько
забавляло, но дело было и впрямь серьезное. Он помахал бланками перед носом
у Кейта. — Если это ему не понравится, использовать их ты не сможешь! Иначе
все наше сотрудничество на этом и закончится, не успев начаться. Так что
тебе придется их переделывать. Нет смысла тянуть время.
И он ухватил Кейта за запястье и потащил за собой. Белокурый эльф
оказался на удивление силен.
— И бланки, бланки захватить не забудь!
Старейшины передавали из рук в руки бланки заказов. Кейт переминался с
ноги на ногу.
— Это же оскорбительно! — возмутился Айлмер, хлопнув ладонью по
бланку. — Так воспользоваться сходством! Надо же иметь хоть какое-то
чувство меры.
— Но это был единственный готовый рисунок, который я сумел раздобыть!
— неловко оправдывался Кейт. — Заказывать логотип специально для нашей
фирмы обошлось бы куда дороже! А у нас и без того туговато со средствами!
Он стоял над старейшинами, размахивая руками и пытаясь привлечь их
внимание, но они и ухом не повели, словно Кейт был деревом, машущим ветвями.
— А ведь как распинался, обещал, что о нас никто не узнает! --
кипятился Курран.
— Да брось ты! — возразил Холл. — Нас и так никто в лицо не знает.
Эльфы помоложе окружили старейшин, заглядывали им через плечо, смеялись
и указывали пальцами. Кейт чувствовал себя круглым идиотом. Его соученики
подошли узнать, в чем дело, и вскоре они тоже заливались смехом.
Присутствующие разделились на две партии: сторонников и противников Кейта.
Эти группы примерно, хотя и не полностью, совпадали с партиями реформаторов
и консерваторов. В группу сторонников входили Холл и все молодые эльфы,
бывшие на стороне Холла. Идея использовать портрет старосты в качестве
логотипа представлялась им на редкость забавной. Противники Кейта,
старейшины и те, кто с самого начала был против его замысла, стояли за то,
чтобы удушить его на месте. Обе партии высказывали свое мнение вслух, и
притом очень громогласно, так что вскоре Кейт оставил попытки обратить на
себя чье-нибудь внимание. Все равно бы его никто не услышал за этим гамом.
Но внезапно кто-то издал пронзительный свист, и в комнате мгновенно
воцарилась гробовая тишина.
Из тоннеля показался Мастер Эльф. Курран, позвал его.
— Этот Большой принес кое-что, на что тебе следует взглянуть!
Мастер направился в их сторону.
— Это просто бланки фирмы и визитные карточки. На некоторых напечатано
мое имя, а некоторые оставлены пустыми, чтобы ими мог воспользоваться кто-то
еще. А вот это — бланки заказа. Короче, ничего особенного, тут и
смотреть-то не на что...
И Кейт потянул коробки с бланками к себе.
— Можно полюбопытствовать? — осведомился наставник и протянул руку.
Кейт побледнел и судорожно сглотнул.
— Да, в общем, нет особой нужды... — неуверенно запротестовал он.
Мастер ловко выхватил коробку у него из рук, открыл ее — и сощурился.
— Хм...
Противники Кейта мстительно заухмылялись. Ага, теперь-то Мастер будет
знать, как защищать этого безответственного дерзкого Громадину! Кейт на миг
поднял глаза от бланков, взглянул на Мастера — и снова опустил взгляд.
Неужто он снова умудрился оттолкнуть от себя своих новых друзей? Ну когда он
наконец научится сперва думать, прежде чем что-то сделать, а?
Мастер Эльф довольно долго молчал, но наконец выдавил одну-единственную
фразу:
— Очень удачный рекламный ход.
Кейт едва не рухнул — такой камень свалился у него с души. Его
сторонники разразились торжествующими воплями. Но Мастер еще не все сказал.
— Ну, и похоже, конечно, — добавил он.
Глава 19
Ллойд Паттерсон стукнул молоточком по столу.
— Тише! Ти-ши-на, черт бы вас побрал!
Шумная болтовня затихла. Ллойд прокашлялся.
— Очередное заседание студенческого совета самоуправления считаю
открытым! Венита, сделайте перекличку.
Кейт сидел рядом с Риком, не отрывая глаз от своего стола. Когда Венита
назвала его имя, он нехотя буркнул: "Здесь", в остальное же время молчал как
рыба. Помещение было набито битком — кое-кому из членов совета пришлось
стоять у стен и у двери, оттого что мест на всех не хватило. Однако Рик, как
обычно, восседал, положив ноги на сиденье соседней парты, и выражение его
лица говорило, что тому, кто посмеет потребовать это место себе, не
поздоровится. Однако никто не посмел. Все присутствующие молчаливо сходились
на том, что если правому полузащитнику Маккензи угодно сидеть на двух
партах, то это его право. Рик же озабоченно наблюдал за приунывшим Кейтом.
Его приятель нечасто бывал в подобном настроении.
— Кейт, что с тобой? — осведомился Рик, почесывая бок в том месте,
куда ему впивалась спинка сиденья. — Сегодня же твой день! Ты сможешь
блеснуть! Тебе радоваться надо.
— Знаешь, Рик, наверно, мне следовало тебя предупредить раньше... --
начал было Кейт, но его прервал очередной стук молоточка. Он поерзал,
пытаясь устроиться поудобнее, но ему все равно было неловко, и не только
дурацкое устройство парты, такой же "дыбы", как те, что стояли в секретном
классе, было тому причиной. Кейт предпочел бы не иметь столь ощутимого
напоминания. Пока он пытался выстроить свои аргументы в логическую цепочку,
перед глазами так и стояло суровое лицо Мастера Эльфа...
— Потише, пожалуйста! — громко выкрикнул Ллойд. — Чем скорее мы
заткнемся, тем быстрее закончим!
Венита вручила ему список присутствующих, и он учтиво ее поблагодарил.
Венита жеманно улыбнулась, качнула прической и села.
— Прежде чем мы возьмемся за дело, ради которого все собрались, нет ли
у кого-нибудь каких-то других вопросов, старых или новых?
Члены совета дружно возопили, что других вопросов нет, и принялись с
грохотом двигать парты и стулья, показывая, что их интересует только
основная повестка дня. Ллойд вздохнул и снова постучал по столу.
— Ладно, ладно, намек понят! Хватит орать!
— Валяй, Дойль, врежь им! — шепнул Рик.
Кейт не шелохнулся. Сидевший напротив Карл Муэллер встал и с
самодовольной ухмылкой вышел на середину комнаты. Для человека, на чьей
стороне было никак не больше трети присутствующих, он выглядел весьма
самоуверенным. Рик слегка удивился и вопросительно взглянул на Кейта,
пытаясь понять, нет ли тут какой-то связи.
— Господин председатель, я хотел бы поставить на голосование вопрос о
том, что следует построить в этом году, новый спорткомплекс или новое здание
библиотеки.
— Кто за? — спросил Ллойд, обводя комнату взглядом в поисках поднятых
рук. — Так, Вудс из Альвин-Холла поддерживает предложение... Что ж,
объявляю начало дебатов!
Раздался дружный рев: все собравшиеся желали немедленно выразить свое
мнение.
— К порядку, господа! Следует ли мне напомнить, почему голосование по
этому вопросу было отложено до тех пор, пока не соберется кворум? Это первый
случай, когда администрация университета всерьез интересуется нашим мнением
по вопросу такого масштаба. Три миллиона баксов! Ребята, это ваш шанс
оставить след в истории универа! А теперь попрошу всех, кто не намерен
участвовать в дебатах, заткнуться.
Зал еще немного побухтел, но постепенно угомонился.
— Ну же, Кейт, давай! — понукал Рик. Кейт нехотя встал и поднял руку.
— Дойль из Пауэр-Холла...
Кейт чувствовал, что Рик смотрит ему в спину. Конечно, надо было
посвятить его в свои планы заранее... Но, честно говоря, он попросту
струсил. И вот в результате выставит себя дураком.
— Мы слушаем! — объявил председатель.
— Я связался с Национальным историческим обществом по вопросу здания
Гиллингтонской библиотеки, — начал Кейт. — Так вот, ввиду того, что здание
это достаточно старинное и представляет немалую историческую ценность, они
рассматривают вопрос о том, чтобы объявить его памятником культуры. Если
вопрос решится в положительную сторону, то здание нельзя будет снести даже
для того, чтобы выстроить на его месте новое. Поэтому, — Кейт сделал паузу
и перевел дух — у него аж в боку закололо от волнения, — я вынужден снять
свое предыдущее предложение и сообщить, что не возражаю против того, чтобы в
Мидвестернском университете был построен новый спорткомплекс.
На морде Карла отразилось нескрываемое торжество. Кейт отвел взгляд и
последние слова произносил, глядя в пол.
Когда он умолк, в комнате на миг повисла тишина, а затем все заговорили
разом. Рик вскочил и принялся орать на Кейта, но без особого успеха.
Однако наконец голос куратора пробился сквозь нахлынувшее на него
уныние.
— Ты что, сдурел? Победа была уже у нас в руках, а ты своими руками
все загубил, осел этакий!
Кейт вернулся на место и плюхнулся за свою парту.
— Знаю, Рик, знаю. Но я не мог поступить иначе. Понимаешь,
оказывается, это здание действительно представляет большую ценность. Раньше
я так не думал, но...
— Вот здорово! А предупредить что, нельзя было? — Рик мрачно уселся
на свое место и снова задрал ноги. — Чувствуешь себя полным придурком!
— Я тоже...
Кейт спрятал лицо в ладонях и не поднял головы, даже когда началось
голосование. Но это еще был не конец несчастий. К ужасу Кейта, невзирая на
то, что он пожертвовал своей репутацией, большинство членов совета
единодушно проголосовало за новую библиотеку. Увы, он слишком хорошо
потрудился ради того, чтобы все вышло именно так. Когда был объявлен
результат голосования, раздались радостные крики. Кейту показалось, то почва
уходит у него из-под ног.
Когда все начали расходиться, Карл подошел и сказал поверх головы
Кейта:
— Это было круто, Дойль! Я просто хотел, чтобы ты знал. Как это ни
печально, но ты выиграл.
— Отвали, Карл, — сказал Рик ленивым тоном, однако в глазах его
вспыхнул недобрый огонек. — Это уже не имеет значения. Не знаю, кто
натравил на Гиллингтон Историческое общество, но уверен, что Кейт тут ни при
чем.
Карл возмущенно фыркнул:
— Как это ни при чем? Именно он их и натравил, дружок! Что, Дойль,
будешь еще по приколу выступать против моих предложений только потому, что я
их поддерживаю?
— Слушай, Карл, — сказал Кейт, подняв голову, — а не пошел бы ты? Я
все равно всегда, всю жизнь буду против того, чего ты добиваешься. Это дело
я проиграл, но это будет твоя единственная победа! Мне не нравится, что ты
относишься ко мне как к психу, и к тому же меня достало, что ты регулярно
устраиваешь бардак в моей комнате! — с вызовом добавил он, вставая на ноги.
Карл все равно нависал над ним, как матерый лось над молодым волчонком.
Однако Кейт воинственно смотрел ему в глаза.
— Эй, в чем дело? — осведомился Рик, расплетая скрещенные ноги в
кроссовках и вставая из-за парты. — Победили-то мы!
Карл для разнообразия изобразил искреннее удивление.
— Ты что, крышей съехал? Не трогал я твою комнату! И вообще я тебе
ничего не сделал. Пока...
— Как это не трогал? Вон, в четверг, второй раз уже... — растерялся
Кейт. — Если не ты, тогда кто же?
Рик, несколько сбитый с толку, смотрел то на одного, то на другого,
явно ничего не понимая.
— Понятия не имею! А будешь наезжать, так я тебе не только комнату
разнесу, понял?
И Карл угрожающе наклонился в его сторону.
— Ладно, ладно! — и Кейт направился к двери, потрясая кулаком. --
Кейт Дойль больше не станет обижать Карла Муэллера. По крайней мере, до
следующего заседания. Я намерен сделать все, чтобы заставить совет изменить
решение.
И вышел. Рик бросился за ним.
— Эй, Дойль, я, кажется, чего-то не понимаю! Мог бы, по крайней мере,
объяснить, что происходит!
— Следующее, что мне надо сделать, — это позаботиться о том, чтобы
Историческое общество не обшарило все здание от чердака до подвала. Спрятать
целую деревню будет не так-то просто. И еще надо добиться, чтобы они
объявили библиотеку памятником прежде, чем декану доложат о решении совета.
А то потом комиссию уже не остановишь. Ну а хорошая новость — это что я
вернусь на семинары Мастера прежде, чем пора будет начинать готовиться к
экзаменам за курс социологии. Возможно, я их даже сдам, судя по тому, как
плохо у меня обстоят дела с практической социологией... Марси! Ау! — Кейт
перегнулся через стол и помахал рукой перед носом у девушки. Она сидела
вытянувшись и смотрела в одну точку. — Алле, Марси, ты меня слышишь?
Девушка вздрогнула.
— А? Что? Ой, извини...
— Ну-ка, расскажи дяде Кейту, о чем ты так задумалась! — пропел Кейт,
мягко похлопывая ее по руке. Она немного потерпела, потом убрала руку. --
Терпеть не могу смотреть, как страдают мои друзья! Если, конечно, это не я
заставил их страдать...
Марси грустно улыбнулась:
— Да нет, Кейт, это не ты. Видишь ли, у меня такое чувство, что я
просто извращенка какая-то.
Кейт вскинул брови:
— Чего-чего? Да нет, не повторяй, я все слышал. А ну-ка, объясни
почему?
— Это началось с того дня, когда тебя выставили с семинара. А может, и
раньше, на самом деле, я просто не знаю. Карл мне сказал что-то обидное... Я
его теперь ненавижу! Он такой эгоцентрик! И тогда на него накинулся Энох. Он
его, наверно, даже ударил бы, если бы Карл не отступил. Карл так удивился! И
я тоже. Он... он все время старается защищать меня в последнее время. В
смысле Энох, а не Карл. И я... — Она запнулась, не зная, как сказать. — И
мне кажется... у меня такое чувство...
— Как будто он тебе нравится? — закончил Кейт. Положение мало-помалу
начинало проясняться. — Так ты поэтому меня вроде как сторонишься в
последнее время?
Марси кивнула с самым несчастным видом.
— Класс какой! — воскликнул Кейт.
— Да, но я чувствую себя так, словно занимаюсь совращением
малолетних...
Кейт выпучил глаза:
— Нет, кто бы говорил! Неужто это автор исследования о социологических
аспектах генетической карликовости? Не ты ли отважно противостояла доктору
Фриленгу, когда тот распространялся о том, что у тебя недостаточно
статистических данных, чтобы делать выводы? А теперь ты сама обращаешься с
эльфами как с детьми только оттого, что они маленького роста! Да-да! — И он
погрозил Марси пальцем. — Эноху, между прочим, сорок шесть лет! Он мне сам
об этом говорил. Так что это ты для него чересчур молода, а не наоборот.
Если кто и совращает малолетних, так это он!
Марси разинула рот. Язык у нее пересох, и она сглотнула.
— Что, правда?
— Честное скаутское! — и Кейт для верности отдал честь. — Научно
установленный факт. Ну что, хочешь, для разнообразия теперь я побуду
почтальоном и разузнаю, как он к тебе относится? Хотя я уже и без того
догадываюсь, судя по тому, что ты мне только что сказала.
Марси залилась краской до самых корней светлых волос.
— Ой, Кейт, ты извини, что я тогда это сказала, про почтальона...
— А ты извини, что я тебе все не рассказал с самого начала.
— Нет, это ты извини. Потому что мне кажется, что тебе я тоже
нравлюсь...
— Нравишься, конечно! — сказал Кейт, вставая и беря ее за руку. На
этот раз Марси не отняла руки. — Нравишься достаточно, чтобы я хотел тебе
счастья. Ну что, мы кончили извиняться? Я могу идти?
— Да! — Марси стиснула его руку и просияла.
— Зорро спешит на выручку! — Кейт на миг застыл в героической позе,
потом устремился к двери. Из коридора донесся торжествующий клич.
— Во псих-то! — заметила из гостиной одна из соседок Марси.
Глава 20
С потайным входом в библиотечной стене что-то было не так. Казалось, ее
поцарапали — или, как минимум, пытались соскрести грязь. "Пескоструйным
аппаратом, что ли, чистили?" — подумал Кейт. Очевидно, на внутреннее
устройство это тоже как-то повлияло. По крайней мере, проход открываться не
желал. Кейт долго торчал у стены, прежде чем его услышали и впустили. Прежде
чем затворить тяжелую дверь, Марм осторожно выглянул из прохода на улицу и
огляделся
— Вчера ночью под дверью кто-то скребся, — объяснил Марм Кейту,
спускаясь вместе с ним по лестнице. — Мы прислушались, но решили, что это
не ты. На худой конец, ты бы зашел с другого входа. Старики сильно
встревожены.
Кейта это известие тоже не порадовало.
— Ты думаешь, кто-то еще знает, что вы тут живете?
Бородатый эльф сплюнул.
— А как же не знать! Знает, конечно. Понимаешь, хорошенькая Марси
знает, белокурая Тери знает, могучий Ли знает... Много кто знает.
— Да нет, я имею в виду — из чужих. Никто из других студентов об этой
двери ничего не знает. По крайней мере, я им не говорил.
Марм выглядел весьма озабоченным.
— Тогда, возможно, об этом пронюхали через кого-то из нас... В
последнее время тут все время кто-то шастает. Куда чаще, чем во все прошлые
годы, можешь мне поверить. Слушай, мне обязательно делать шкатулки из того
же дерева, что и в прошлый раз, или можно брать, что достану?
— Делай из чего хочешь, Марм, — рассеянно ответил Кейт.
Эльф пожал плечами.
— Мало ли чего я хочу! По одежке протягивай ножки. Запасы свои мы
можем пополнять только тайком, по ночам, помаленьку. Между прочим, если
хочешь знать, старики считают, что ты только впустую переводишь наш труд и
наши драгоценные резервы.
— Ну, я не думаю, что впустую...
— Мы, молодежь, тоже так не думаем, — заверил его Марм. — Но дела в
кланах решаем не мы...
— Ну, значит, придется воспользоваться моим даром убеждения, — угрюмо
сказал Кейт. — Не тревожься, рано или поздно у нас все получится.
Он заметил Холла, идущего вдоль гидропонных грядок, и помахал ему. Эльф
кивнул в ответ и подошел.
— Привет тебе, Кейт Дойль, — сказал Холл. — Что-то ты вроде как с
лица спал. Может, нездоров?
Кейт почувствовал, что не может смотреть в глаза другу, и сказал,
уставясь в пол:
— Они проголосовали. Библиотеку собираются сносить.
Холл сочувственно кивнул:
— Знаю, знаю. На семинаре все было так здорово, а тут такой облом, да?
С твоей стороны очень отважный поступок — прийти сюда и рассказать обо
всем.
Кейт вытаращился на него:
— А ты откуда знаешь? Я нарочно шел, чтобы рассказать...
Мавен достал из кармана сложенную газету.
— Мы же все читаем газеты. Об этом напечатано в "Мидвестернце". Вот,
гляди: "Студент встал на защиту исторического памятника!" Мы все были так
рады, хоть дело и обернулось не в нашу пользу. Но ты старался! Это
переубедило даже некоторых стариканов.
— Перевес голосов получился очень большой, — признался Кейт. — Я
чувствовал себя круглым идиотом. — Он немного поразмыслил. — Надо ж было
такому случиться: раз в жизни я что-то сделал на совесть! Слишком уж на
совесть. Видишь ли, беда в том, что я даже не знаю, когда именно грянет
гром. Историческое общество может и опоздать. Так что я, в общем, пойму вас,
если вы решите, что больше не желаете меня видеть. Он поморщился.
— Авось экзамен по социологии я как-нибудь и сам сдам.
— В этом нет нужды, — усмехнулся Холл. — Тебе по-прежнему рады и
здесь, и в классе. Они наконец-то зашевелились, впервые за сорок лет! И
впервые за всю историю их расшевелил Большой! Они решили воспользоваться
твоей идеей и копить деньги на будущее, раз уж у нас нет горшков с золотом.
А это может не получиться, если у нас не будет нашего расторопного поборника
наших интересов. Надо признаться, это довольно изящное решение: заставить
нас самих трудиться ради нашего спасения.
Кейт принялся смущенно ковырять пол ботинком. Холл хихикнул.
— Есть и вторая причина, и это тоже твоя вина. Они постепенно начали
понимать, сколь многого им не хватало. Помимо нового жилища, мы можем
заработать себе на нормальное сырье, просто на жизнь, и даже на кое-какие
излишества. Ли тоже теперь приносит кое-что. Я лично совершенно не возражаю.
— Еще бы ты возражал! — заметил Кейт. — Кто, как не ты, заварил всю
эту кашу?
— А я что? Я просто заглядываю вперед чуть дальше, чем остальные. Я
всю жизнь прожил здесь, и потому не отягощен воспоминаниями о "старых добрых
временах". Мне, конечно, тоже нелегко представить, как это я буду жить
где-то в другом месте, но я все же могу быть... более объективным, что ли.
Ну ладно, давай ближе к делу, — продолжил Холл, потирая руки. — Твои
двадцать фонариков будут готовы через неделю или около того. Короче, я тебе
сообщу. Пока что мы их заворачиваем в газеты. Представляешь, библиотекари
снимают всю ежедневную прессу на микрофильмы, а сами газеты потом
выбрасывают! Такой перевод добра! Но нам не помешало бы раздобыть немного
бечевки или скотча.
— Легко! Ну ребята, вы молодцы! — Кейт невольно просиял.
— Ты и сам молодец, — улыбнулся Холл. — Я сужу о деле не по
результатам, а по предпринятым усилиям.
— Ты говоришь прямо как Мастер...
Тут Кейт завидел за спиной у Холла, в просвете между двух домов, Эноха.
Черноволосый эльф что-то пилил, провожая каждую отпиленную чурочку мрачным
взглядом.
— Извини, я щас...
— Эй, привет, — сказал он негромко, боясь, как бы Энох не порезался
от неожиданности. — Нельзя ли с тобой поговорить?
Черные глаза поднялись и впились в Кейта.
— Уже говоришь. Можешь продолжать. А я могу и не слушать, — бросил
Энох и снова взялся пилить. На нем был плотницкий комбинезон с кармашками,
из которых торчали разные инструменты. Под козлами лежала куча квадратиков,
в которых Кейт опознал заготовки для эльфийских головоломок. Обрезки были
аккуратно собраны и рассортированы по корзинам. У эльфов ничего не
пропадало.
— Так вот, — сказал Кейт, усевшись на утоптанный земляной пол и
привалившись спиной к одному из домиков. С карниза спустился на ниточке
паучок и завис перед лицом Кейта, словно задумавшись, что это он такое
поймал. Кейт мучительно соображал, как лучше начать разговор. — Это насчет
Марси...
— И чего? — буркнул Энох, не поднимая головы. На миг его лицо и уши
побагровели от гнева.
— Ну, сам-то я познакомился с ней всего несколько месяцев тому назад.
Она мне очень нравится. По-моему, она классная. Умная, хорошенькая, и с ней
приятно общаться. Конечно, довольно скрытная, — Кейт усмехнулся, обводя
глазами деревню, — но в остальном — чего еще можно пожелать парню?
— Я все это знаю не хуже твоего!
— Да я понимаю, что ты знаешь. Я просто хотел тебе сообщить...
— Ладно, можешь не продолжать! — враждебно отозвался Энох. — Ты и
она — прекрасная пара, а мне лучше держаться подальше, так?
— Не совсем, — возразил Кейт. — Она — да, но я тут ни при чем. Не
я, а ты. Я пришел, чтобы спросить тебя, по-дружески, настолько сильно ты ею
интересуешься. По-моему, очень сильно.
— Откуда тебе знать?
— Ну, в данный момент это написано у тебя на лбу, крупными буквами.
Чуть пониже "Дойль, убирайся прочь!" — ехидно заметил Кейт. — Но в
основном из-за того, как ты сцепился с Карлом в тот день, когда меня выперли
с семинара. Она тоже заметила.
— Не твое дело! — И Энох махнул рукой в его сторону.
— Ну, в общем, да, — согласился Кейт, с трудом выдавливая слова
сквозь стиснутые зубы. Челюсти внезапно сомкнулись, да так прочно, как будто
срослись, и расцепить их он не мог никак. Кейт провел языком по зубам,
пытаясь выяснить причину данного феномена. Ничего там нет... Видимо, это
дело рук Эноха. Впрочем, губы-то он Кейту не запечатывал, так что этого
оказалось недостаточно, чтобы заткнуть рот студенту. — Но до тех пор, пока
это только твое дело, ни тебе, ни ей от этого особой пользы нет!
— Убирайся!
С конца чурбачка упал на землю деревянный квадратик, за ним еще один, и
еще, и еще. Кейт, точно завороженный, следил за тем, как они с легким звоном
сыпались на пол. Ровные-преровные, словно по линеечке отпиленные. На лбу
Эноха выступили бисеринки пота. Он смахнул пот тыльной стороной кисти, не
прекращая работать, и над глазом у него осталась полоса опилок.
Кейт прокашлялся, готовясь перекричать визг пилы.
— Не могу! Я еще не договорил! Может быть, тебя утешит тот факт, что
мы с Марси только что потолковали, и она призналась, что больше не хочет
встречаться со мной, потому что думает только о тебе? — выпалил он одним
духом, чтобы Энох не успел его перебить. У Эноха кровь отхлынула от лица,
так что он из красного вдруг сделался белым, и уставился на Кейта, который
изо всех сил старался показать, что он ничего дурного не желает и хочет
только помочь.
— Это правда?
Зубы Кейта внезапно расцепились. Он немного поиграл своими жевательными
мышцами. Должно быть, это какая-то разновидность связывающего заклятия, о
котором как-то раз рассказывал Холл...
"Ни хрена себе! — подумал Кейт. — Не хотел бы я разозлить этого
малыша по-настоящему!"
— Чесслово! Доверься мне. Я исполняю обязанности почтальона.
Посредника, так сказать. "Вестерн-Юниона". Сирано де Бержерака.
— Про Сирано де Бержерака я читал... — задумчиво сказал Энох. В
глазах его потихоньку разгоралась надежда. Он взял очередной чурбак, поднес
было к нему пилу, потом аккуратно положил ее и чурбак на землю и посмотрел
на Кейта.
— А почему она со мной сама не поговорила?
Кейт счел за лучшее не излагать подробности своей беседы с Марси.
— Она такая несовременная, — сказал он вместо этого. — И
застенчивая. Ну, ты же понимаешь.
— Удивительно, что ты взял это на себя, при том что она тебе самому
небезразлична, — сказал Энох, глядя на него с подозрением.
— Небезразлична. И ты это прекрасно знаешь. Я именно потому и взялся с
тобой поговорить, что Марси мне небезразлична. Меня вполне устраивает роль
ее друга. Я решил, что мне этого достаточно. Пожалуй, Идеальной Девушки для
Кейта Дойля я пока не нашел. Ну а если Марси для меня не идеальна, зачем бы
мне стоять на пути у чужого счастья?
Энох кивнул, задумчиво прищурился, созерцая Кейта, потом улыбнулся. От
улыбки лицо его внезапно изменилось: прежде он походил на угрюмого
мальчишку, теперь же сделался взрослым мужчиной с открытым приятным лицом.
Перемена выглядела столь разительной, что Кейт с трудом заставил себя не
пялиться.
— Ну тогда ладно. Наверно, пора мне самому с ней поговорить.
Он стащил комбинезон и повесил его на козлы. Дружелюбно кивнув Кейту,
он скрылся в домике, вскоре вернулся в куртке и нахлобученной на уши шапке и
решительно зашагал в сторону выхода.
— Погоди, Энох! — бросился ему вслед Кейт. — Там же сейчас день.
Тебя увидят!
В глазах черноволосого эльфа горела решимость, снова сделавшая его
похожим на того упрямого мальчишку, который так недоброжелательно
разглядывал его в первый раз на семинаре.
— Ничего, привыкнут, — отозвался Энох.
Через несколько дней Кейт, не отрывая глаз от учебника "Популярная
социология", протянул руку к телефону. Держа трубку большим и указательным
пальцами, он мизинцем набрал номер Марси. К телефону подошла одна из ее
соседок и, перекрикивая грохочущую музыку, снизошла до того, чтобы
пригласить Марси. Голос ее звучал так, словно ее что-то забавляет. Вскоре
подошла Марси, несколько запыхавшаяся.
— Алло?
— Привет. Это Кейт.
— А-а, привет, — сказала она. — Я тут стираю...
— А я занимаюсь. Может, придешь, поможешь? — с надеждой спросил Кейт.
— А то экзамены на носу, и все такое...
— Ой, я не могу. Я все вещи замочила, мне и на улицу-то выйти не в
чем.
— Ну а вечером?
Марси ответила не сразу.
— Нет. Вечером у меня свидание. С Энохом. Слушай, Кейт, я так
счастлива!
— Рад за тебя, куколка! — Он снова вошел в роль благородного героя.
— Держи крепче, не упусти его! А куда вы пойдете-то? На вас же пялиться
будут.
— Ну, — Марси снова замялась, — я об этом тоже подумала. Мы в кино
ходим.
— А что там сейчас идет?
Марси что-то невнятно пробубнила в трубку. Единственное, что удалось
разобрать Кейту, это что сеанс двойной.
— Что-что? — переспросил он, плотнее прижав трубку к уху. — Я не
расслышал.
— Двойной сеанс! — объявила Марси громче необходимого. Потом
последовала длинная пауза Кейт еще раз попросил повторить, а потом ржал до
колик, когда Марси, почти шепотом, сказала:
— "Лабиринт" и "Темный хрусталь"..
— Класс какой! — задыхаясь, просипел Кейт. — Все решат, что ты
встречаешься с одним из актеров... Эй, Марси! Марси! Алло!..
["Лабиринт" и "Темный хрусталь" — довольно известные и популярные
сказочные фильмы с участием фантастических персонажей-кукол. Неудивительно
что Марси обиделась].
Глава 21
— У меня такое ощущение, как будто я пришла в гости к парню,
знакомиться с родителями, — призналась Марси Она сидела в мягком кресле
Людмилы Гемперт прямо, как палка, неловко стиснув руки. Однако ей пришлось
разжать их, чтобы принять чашечку кофе и тарелку с бисквитом
— Ну, наверно, я и впрямь считаю себя чем-то вроде родственницы --
Людмила с улыбкой сняла с сервировочного столика вторую тарелку и вручила ее
Кейту. Тот взял тарелку и с удовольствием плюхнулся на мягкий диванчик.
Отковырнул вилочкой большущий кусок бисквита и радостно набил себе рот.
Людмила снисходительно взглянула на него и обратилась к Марси:
— Вам удобно, милочка? Хотите подушечку?
И, не дожидаясь ответа, старушка принесла пару вышитых подушек и
запихнула их Марси под спину.
— Спасибо... — Марси робко улыбнулась и позволила себе откинуться на
спинку кресла.
Кейт пока помалкивал — сидел, лопал бисквит и смотрел, как Людмила
пытается заставить Марси чувствовать себя как дома. Людмила была приятной
хозяйкой: вскоре девушка разговорилась и начала задавать вопросы и отвечать
на них так, будто они со старушкой всю жизнь знакомы. Что касается Кейта, он
себя так чувствовал уже давно. Он уже несколько раз заходил в гости к
Людмиле, рассказать, как поживает "Дуплистое дерево".
Марси явно стеснялась обсуждать свой новый роман, но Людмила обернула
разговор так, что девушка сама ей все рассказала. В ответ старушка поведала
несколько историй о том, каким был Энох в детстве. Кейт просто ушам своим не
верил, пытаясь примерить эти истории к тому молчаливому взрослому парню,
которого он знал теперь.
— Энох всегда был очень чутким и преданным мальчиком, — говорила
Людмила. — Он мне все про себя рассказывает. Да, он часто сюда заходит. Как
он ревновал, когда увидел вас вдвоем! Я даже испугалась, как бы он чего не
натворил. Он был буквально вне себя.
— А когда это было? — спросила Марси.
— Это был дождливый день, — улыбнулась Людмила, — и я как раз
напекла для них всякой всячины, а Энох зашел, чтобы забрать кексы и караваи.
Ему хотелось поговорить со мной — ведь я единственная его знакомая, если не
считать его семьи и народа. О вас поговорить, милочка. Мы пробеседовали так
долго, что он пошел обратно, когда уже стемнело.
— Ах, да! — кивнул Кейт. — Это и был тот мальчишка с хозяйственной
сумкой, которого мы повстречали несколько недель тому назад, когда
возвращались с "Помидоров-убийц". Вчера он нахмурился, и я вспомнил, что
где-то уже видел это выражение лица.
Марси робко улыбнулась:
— Я-то его узнала, но тогда я не поняла, отчего он так сердится. А за
последние несколько дней мы многое обсудили. Мне интересно послушать про то,
как он рос. Он столькому учился...
Марси сняла с шеи ожерелье и показала его Людмиле.
— Видите? Крайние бусины держатся вместе без всякой застежки. Я не
знаю, может, там, внутри, магниты?
— Интересно... — сказал Кейт, глядя на цепочку бус в руках у Людмилы.
Она протянула ему ожерелье, и он немножко поигрался, то сводя бусины вместе,
то снова разнимая их. — Да нет, это не обязательно должны быть магниты. Ты
случайно не знаешь, из чего они сделаны? Да ладно, это так, профессиональное
любопытство, — виновато сказал он, заметив, что Марси смутилась.
— Ну, если хочешь знать, из яблони. А еще ему приходилось
присматривать за своей младшей сестренкой Маурой, пока строилась деревня.
Маура с Холлом были первыми детьми, что родились после того, как эльфы
пришли сюда. И старшие дети должны были успокаивать младенцев, чтобы они не
орали, пока старшие не закрыли проход в эту часть подвала.
— Это я знаю. — Людмила чуть заметно улыбнулась.
— Ага! Ну, припомню же я это Холлу! — воинственно воскликнул Кейт. --
А он-то вечно жалуется, что от меня слишком много шуму!
— И еще он рассказывал, как получилось, что его отец сделался чем-то
вроде деревенского старосты, — продолжала Марси, не обращая внимания на
Кейта. — Его отца все уважают. Старики очень упрямые, а тем не менее его
решениям они все же подчиняются. Энох хочет добиться, чтобы его самого так
же уважали.
— А кто его отец? — спросил Кейт, пытаясь представить себе
Эноха-старшего.
— Кейт, ну как же ты не догадался! Сам ведь рассказывал мне историю
госпожи Гемперт. Энох — сын Мастера.
Кейт хлопнул себя по лбу.
— Ну да, конечно! — простонал он. — Все сходится! У них
действительно очень много общего. В особенности темперамент.
— Но Кейта Энох уважает — за то, что у него хватает храбрости с ним
спорить, и за то, что Кейт не обижается, когда Энох бывает груб.
— Кейт, — лучезарно улыбнулась Людмила, — мне, конечно, очень жаль,
что ты лишился подружки, но я так за них рада!
— Я тоже, — признался Кейт. — Честно-честно!
— И тобою я тоже горжусь, Кейт, — сказала старушка и наклонилась
вперед, чтобы похлопать его по руке. — Ты сделал для моих малышей очень
большое дело. Я очень довольна.
Кейт просиял.
— Мне очень приятно это слышать. Нельзя все-таки терять связи с
реальностью.
— Ну, в моей реальности ты заслуживаешь похвалы.
— Ты такой лапочка! — подтвердила Марси и чмокнула его в щеку. Кейт
зарделся.
— Смотри, — предупредил он, — не вздумай проделать такое при Энохе.
Он обещал, что размажет меня по стенке. Он хуже Карла, честное слово!
— Ну, если вы готовы признаться, что бываете у меня, — сказала
Людмила, провожая их к двери, — передайте моим старым друзьям привет.
— Не то чтобы готовы, — сказал Кейт, наклонившись, чтобы поцеловать
старушку в щеку. — Но я передам.
Под покровом ночи Кейт подогнал свой старенький темно-синий
форд-мустанг к стене Гиллингтонской библиотеки и стоял на страже, пока эльфы
шныряли туда-сюда, таская охапки пакетов из газетной бумаги. Кейт опасался,
что кто-нибудь из случайных прохожих может их услышать, но шаги эльфов
производили меньше шума, чем гонимая ветром палая листва. Конус света от
уличного фонаря был затянут вуалью кружащихся снежинок. Багажник набили
почти под завязку. Наконец Холл подал знак, что все готово, и Кейт поспешно
обошел машину и захлопнул багажник, все время следя, не появится ли
патрульная машина. Последние эльфы скрылись в проходе. Кейт включил фары и
помаленьку поехал вперед. Под шинами похрустывал иней. Навстречу попалась
патрульная машина, но, осветив лобовое стекло и увидев наклейку с названием
колледжа, полицейские покатили дальше. Кейт вздохнул с облегчением.
Машину он оставил на обычном месте, у общежития. В местные магазинчики
он собирался доставить заказы утром, до начала занятий, а те, что
предназначены для заказчиков из соседних городков, он развезет после обеда,
перед семинаром по социологии в подвале библиотеки. Компания "Дуплистое
дерево" наконец-то начинала набирать обороты...
Когда машина Кейта скрылась в конце аллеи, из кустов выбралась одинокая
фигура. Этот человек явно наблюдал за ходом операции с самого начала, и
теперь он попытался ухватиться за кусок стены, чтобы помешать ему закрыться.
Но, несмотря на все его усилия, кусок каменной кладки встал на место, да так
прочно, словно отродясь не двигался Человек прислушался, убедился, что никто
не идет, и с размаху толкнул кладку плечом. Камень не шелохнулся. Он
попробовал еще раз, и снова безрезультатно. Наблюдатель сердито хмыкнул,
достал из кармана острое долото и принялся ковырять стенку. Однако
непослушное острие вывернулось из канавки и проехалось по камню, оставив на
нем длинную царапину. Человек оглянулся через плечо и снова стал ковырять и
скрести своим долотом, пытаясь отворить потайную дверь эльфов.
В воскресном выпуске мидвестернской газеты в колонке "Хотите верьте,
хотите — нет" появилась заметка о том, что некая девочка встретила одного
из эльфов Сайта-Клауса. "Он мне улыбнулся, — рассказывала девочка. — Я
себя хорошо вела весь год, и Санта об этом знает". Обозреватель, похоже,
отнесся к рассказу девочки не особенно серьезно, зато Катра сразу поняла, о
чем речь. Она доложила об этом старейшинам, и те попросили Эноха быть
осмотрительнее, когда ходит на свидания с Марси.
— Насчет остальных статеек мы пока не знаем, на чем они основаны, --
сказала Катра, — но с этой все ясно. Будь осторожнее!
Энох согласился, хотя и не особенно охотно.
— Усы, что ли, отрастить... — мрачно сказал он.
Глава 22
Когда Кейт появился на пороге магазинчика, госпожа Вурдман тут же его
признала.
— А-а, "Дуплистое дерево"! — сказала она. — Здравствуйте,
здравствуйте.
Она смерила взглядом охапку пакетов у него в руках, и ее тонкие черные
брови поползли на лоб.
— Сюда, пожалуйста. Диана, — окликнула она, — я в кабинете! Принимай
посетителей сама!
— Хорошо, госпожа Вурдман, — отозвался девичий голос из-за переднего
ряда полок. Кейт взглянул туда, но никого не увидел. Должно быть, девушка
сидит или стоит на коленях. А может, она тоже эльф? Кейт усмехнулся про
себя, следуя за хозяйкой магазина. Фарфоровые фигурки радостно улыбались
ему.
— Ну, хорошо, — сказала госпожа Вурдман, показав, куда можно сгрузить
товар. — Давайте посмотрим, что вы привезли.
И она принялась разворачивать газетную бумагу и кидать ее себе под
ноги.
Развернув пакеты, она собрала все фонарики и стала их разглядывать по
очереди.
— Вот эти три будут мои, — объявила она и отложила их в сторону. Кейт
сначала не мог понять, как она их различает. Приглядевшись, он, однако,
заметил, что, если эльфам требовался кусок дерева шире пяти дюймов, они
брали две-три плашечки и искусно соединяли их.
В результате все вещицы были отчасти похожи на паркет. Кейт не понимал,
зачем эльфы это делают, но получалось довольно красиво. И фонарики, которые
госпожа Вурдман отобрала для себя, были действительно самые славные.
— Мне нравится, как эта тонкая резьба сочетается с различной
структурой дерева. Вот это настоящая художественная работа! Я позабочусь о
том, чтобы эти вещицы не попали в руки случайным людям. Когда увижу, как они
пойдут, сделаю новый заказ. Ух ты! — воскликнула она, хватая пару мелких
вещиц. — А вот и мои формочки для печенья!
По пути к выходу Кейт услыхал стук расставляемых по металлическим
полкам вещиц и заглянул за угол, посмотреть, кто ими занимается. Хрупкая
девушка, сидящая на полу, подняла голову и откинула назад тонкие пряди
белокурых волос, остриженных по плечи.
На аристотелевский Идеал Красоты она явно не тянула, но тем не менее
была симпатична. Яркие сине-зеленые глаза и четко очерченные скулы делали ее
треугольное личико милым и привлекательным. Кейт уставился на нее, как
придурок, не находя слов. Наконец ему удалось выдавить:
— Привет...
Уголки ее губ чуть приподнялись:
— Привет.
Тряпка, которой она стирала пыль, мягко плюхнулась на пол.
— Ты здесь недавно? — Просто удивительно, как трудно подбирать слова!
— Да нет, что ты, — сказала девушка. — Я тут весь семестр работаю.
Вроде я тебя где-то видела.
Кейт понял, что ничего путного сказать все равно не удастся, и выхватил
из бумажника визитку.
— Ага, — сказала девушка, прочитав ее. — Деревянные сувениры. Кейт
Дойль. Госпожа Вурдман про вас говорила.
Девушка улыбнулась и протянула карточку назад. Улыбка у нее
замечательная. И как приятно звучит в ее устах его имя! Некоторое время они
смотрели друг на друга, ожидая, кто первый заговорит. Наконец Кейт сглотнул.
— Ну ладно. До скорого...
И побрел к двери.
— Меня зовут Диана! — сообщила девушка ему в спину. Кейт оглянулся,
но продолжал при этом идти вперед. В результате с грохотом налетел на дверь.
Он отшатнулся и в недоумении уставился на препятствие. Колокольчик негодующе
затрезвонил, Диана расхохоталась.
— Рад был познакомиться! — сказал Кейт, стараясь взять себя в руки и
отворяя дверь. — Совершенно не понимаю, что эта дверь тут делает!
Диана, все еще улыбаясь, сделала ему ручкой и снова принялась стирать
пыль с полок. Кейт на этот раз удачно выбрался на улицу. В душе его царил
праздник.
До самого вечера он перемещался вприпрыжку. И даже обнаружив, что
машина его отчаянно нуждается в техобслуживании, лишь смиренно вздохнул и
сказал: "Ну что ж поделаешь..." Стремительное ухудшение погоды не произвело
на него ровно никакого впечатления. Откуда...
