Брайан Ламли. Дом Дверей

сторінка №3

же проблемы. Время, увы, наш величайший враг.
Есть и технические проблемы: небольшие погрешности в баллистике, в
компьютерных цепях, возможно, даже в базовых чертежах наших машин. Во многом
мы используем метод проб и ошибок. Но время идет, цены растут. Вот если бы
мы могли заручиться вашей помощью, Джилл, если бы вы могли объяснить нам...
— Варре так и не закончил.
Джилл посмотрел на затылок Андерсона, и в этот раз министр, казалось,
почувствовал его взгляд.
— Боюсь, это не по моей специальности, — сказал министр, не
поворачиваясь. — Так или иначе, у нас нет времени. — А потом он обратился
к Варре: — Вы считаете, что дар мистера Джилла сможет помочь вам в вопросах
астрономии?
Варре улыбнулся, и экстрасенс подумал, что будь у француза усы, он
непременно закручивал бы их кончиками пальцев.
— Его способности и разница между тем, чего хотят члены ЕС и
Великобритания, может легко нарушить сложившийся баланс... конечно, если
Джилл добьется каких-то успехов в этой области.
А Джилл, вспомнив детскую сказку, подумал: "Лягушка решила: "Я должна
крикнуть о том, что это я придумала лететь на палочке, зажатой в клювах двух
уток". Но если француз сделает мне конкретное предложение, я не смогу
отказаться. В лучшем случае мне осталось жить года два, и даже сейчас у меня
нет времени на какие-то личные дела. Если бы Замок ее очаровал, то меня бы
тут не было. Почему я должен попусту тратить время, разъезжая между Замком и
Парижем?" Но он отлично понимал, что ничего с этим не сможет поделать. Так
что вслух сказал так:
— Думаю, что вы украли или отъели все, что можно, у американцев,
скопировали все, что могли с их проектов. Правильно? — Прежде чем Вар-ре
смог гневно возразить или как-то выразить свое недовольство, Джилл
продолжал: — Вы допустили две ошибки, господин Варре. Вы правы, ваш проект
разрешил бы многие проблемы. Но выйти из штопора вам обойдется дороже, чем
будет стоить сам проект, если вас это сможет утешить. Американские шатлы до
сих пор успешно работают, но они слишком сложные. Изучив их пусковые
системы, скажу, что американцы ничего лучшего уже не создадут.
— Вы и в самом деле так считаете, Спенсер? — Голос министра прозвучал
слишком колюче. Он как раз притормозил машину у очередного
контрольно-пропускного пункта. Полицейский в форме подошел к ним и отдал
честь.
— Возможно, — ответил Джилл. Экстрасенсу очень не нравилось, когда на
него нажимают.
— Что? — Варре с удивлением переводил взгляд с одного на другого,
пытаясь понять, о чем они говорят. — Вы хотите сказать, что?..
— Не хотим, — коротко ответил Джилл. — Я скажу, что если вы не
станете радикально усовершенствовать все, что вы позаимствовали, тогда вы
никогда не поднимите эту кучу металлолома с земли. Будь то с моей помощью
или без нее! И в любом случае министр прав: мое время очень ограничено. Не
думаю, что смогу уж очень помочь вам.
У Варре аж челюсть отвисла. Он взял себя в руки, поежился и сказал:
— Тогда мне придется уехать с пустыми руками.
— Не совсем, — возразил Джилл. — Вернувшись домой, вы посоветуете
своему начальству отбросить сомнения и спасать свои вложения.
Полицейский тем временем проверил паспорт Андерсона. Потом он дал знак
своему напарнику, и красно-белый шлагбаум начал подниматься. Отсюда до
следующего поста, находящегося в полумиле от Замка, дорога патрулировалась,
и движение на ней было полностью перекрыто. А по озеру скользили патрульные
катера. На противоположном берегу какой-то предприимчивый землевладелец
открыл ресторан. Яркий солнечный свет сверкал на линзах сотен пар биноклей
зевак, издалека наблюдавших за загадочным Замком.
Министр прибавил газа и погнал машину вперед еще до того, как шлагбаум
полностью поднялся. Неожиданно его внимание привлекла странная сцена... На
неограниченной барьером стороне кольца шоссейного разъезда по периметру
стояло множество машин с разочарованными туристами и наблюдателями. Отсюда
они могли добраться до Замка, только вскарабкавшись по откосам Бена Лаверса.
С лучшей точки обзора на полпути к вершине холма открывался отличный вид на
северо-восток, и если не было облачно, они могли шпионить за тем, что
происходило внизу. Дальше их не пустили бы проволочные заграждения. С такого
расстояния и высоты даже в самые могучие бинокли можно будет разобрать лишь
то, что Замок выглядит, словно сказочный... замок.
Так вот, что-то происходило на площадке парковки. Зеленый "Вольво"
вырвался из ряда машин, на огромной скорости вырулило на дорогу, идущую
вдоль озера, и, проскочив мимо "Мерседеса" министра, понесся вперед. Джилл
заметил, что за рулем машины бледная девушка с дико выпученными глазами.
Полицейский едва успел отпрыгнуть в сторону, иначе она сбила бы его. Потом
"Вольво" понесся по дороге, проскочив наперерез машине министра, так что
тому пришлось резко ударить по тормозам.
— Что, черт побери?!. — Министр едва успел перевести дыхание, когда
одновременно произошло еще три события.
Первое: девушка потеряла контроль над своей машиной, которая пронеслась
по самому краю дороги, а потом забуксовала в грязи и завалилась на бок.
Второе: раздалось громкое "бух!" автоматического пистолета, и заднее стекло
метнувшегося вперед "Вольво" разлетелось в куски. И третье: вторая машина --
"Битл VW" — вылетела со стоянки и врезалась в шлагбаум, который начал
опускаться.
Пока Андерсон, Джилл и Варре сидели, застыв, словно каменные изваяния,
Тарнболл уже выскочил из машины опустился на колено и выхватил пистолет.
Водитель "Битла" тоже вылез из своей машины, и, перегнувшись через шлагбаум,
снова выстрелил. Агент подскочил к стрелку и ударил его по правой руке,
отчего тот отлетел от шлагбаума, повалившись на асфальт.
Тем временем Джилл тоже выбрался из "Мерседеса". Он увидел, как
приоткрылась передняя дверца "Вольво". Тонкая рука водительницы попыталась
открыть дверцу пошире. Так как машина лежала на боку, дверца больше
напоминала люк, и ее вес оказался слишком велик для слабой женщины. Что-то
тут произошло, и незнакомая женщина играла важную роль. Сейчас она оказалась
в трудном положении, быть может, далее была ранена. Но уж то, что она
испугана и испытала сильное душевное потрясение, — несомненно.
Джилл поспешил вперед, чтобы помочь ей. Ему хотелось бежать еще
быстрее, но он не мог...

Глава восьмая



— Только держите его подальше от меня! — всхлипывая, попросила
Анжела, когда Джилл помог ей выбраться из "Вольво". — Он преследовал меня,
когда я отправилась в Киллин. Я заметила его и попыталась спрятаться среди
других машин, вон там. Но он стал кружить среди машин на своем "Битле". Тут
я увидела, как подняли шлагбаум, и рванула... О, Боже! Боже!
Она была очень потрясена и, очевидно, ранена. К тому же, по мнению
Джилла, речи ее звучали совершенно бессвязно. Растирая правое предплечье,
девушка отошла от машины, двигаясь очень осторожно.
Экстрасенс внимательно посмотрел на молодую женщину и подумал: "Она
очень мила". Незнакомка напоминала Мэрри-Энн — первую возлюбленную Джилла.
Этот роман случился года два назад, и влюбленные тогда строили серьезные
планы. Когда он понял, что время его почти истекло, Джилл оставил Мэри-Энн.
С тех пор у него никого не было.
— Что это за безумец в вас палил? — Он отвел взгляд от женщины и
взглянул на то, что творилось по другую сторону шлагбаума. Тарнболл уже
скрутил стрелка и сидел на нем верхом. В первый момент Джилл решил, что
происходящее как-то связанно с событиями предыдущей ночи, но теперь уже так
не думал.
— Это мой муж, — всхлипывая, объяснила женщина, пока Джилл осторожно
вел ее к машине Андерсона. — По крайней мере, он был им. Но с тех пор...
нет, пора все это заканчивать. Он из ревнивцев... совершенно безумен! Он
преследовал меня три недели. Видимо решил, что никто, кроме него, не сможет
обладать мною. Видно, у него с головой что-то не в порядке. Но я не думала,
что он вытворит что-то вроде этого. — Женщина вздрогнула и снова потерла
свое правое предплечье. — Ох! Кажется, я что-то там себе повредила.
— Садитесь в машину, — предложил ей Джилл. — На заднее сиденье.
Андерсон высунулся из своего окна и равнодушно спросил:
— Спенсер, объясните мне, что вы делаете?
— Ближе к Замку есть пост, где можно оказать ей первую помощь, --
ответил Джилл. — Они все оборудованы одинаково. Кто-то должен посмотреть,
что у нее с рукой.
Тарнболл разоружил Денхольма и передал его патрульным полицейским.
Безумец, казалось, пришел в себя. Взор его был затуманен, плечи опущены, он
дрожал всем телом. Агент бегом вернулся к "Мерседесу" и, наклонившись к
окошку машины, сказал:
— С ним все в порядке. Я только помял его немного. Пусть полицейские
оформляют бумаги. Они хотят расспросить меня и эту девушку.
— Скажите им, что они успеют сделать это чуть позже, когда мы поедем
назад, — сказал Джилл своему приятелю. — Мы возьмем мисс... Кстати, как
вас зовут?
— Денхольм. Анжела Денхольм, — ответила девушка, забившись в дальний
угол заднего сиденья.
— Мы возьмем Анжелу подлечиться в пост возле Замка. Придурок,
стрелявший в нее, — ее муж.
Один из полицейских, направившись к машине, услышал слова Джилла.
Андерсон, опередив протесты представителя закона, представился и все
объяснил полицейскому.
— Мы вернемся часа через два, — заверил он блюстителя порядка. — А
может, и быстрее.
— Хорошо, сэр, — согласился офицер. — Но не забудьте на обратном
пути остановиться, чтобы мы могли перекинуться парой слов с мистером Крутым
и мисс Денхольм. — Он махнул рукой, давая понять, что они могут ехать
дальше.
Джилл и Тарнболл забрались в машину. Андерсон, надавив на газ и
разворачивая машину, взглянул на молодую женщину.
— Надеюсь, случившееся никак не связано с Замком? Это целиком ваше
личное, персональное дело?
Министр инстинктивно попытался связать это происшествие с тем, что
прошлой ночью случилось во дворце Джилла.
— Да, — согласилась Анжела. — Я имела в виду... Это не имеет
никакого отношения к тому, что тут у вас происходит. — Выпрямившись, она
немного пододвинулась к Джиллу, который сидел в середине. Ее пуховая парка
была измазана парфюмерией. — Я собиралась развестись со своим мужем, --
продолжала она, — а он... решил пристрелить меня!
— М-м-м... — только и сказал Андерсон. — Думаю, теперь он не сможет
осуществить свои замыслы.
Пока все это происходило, Жан-Пьер Варре неподвижно сидел на переднем
сиденье. Он молчал и слегка побледнел. Теперь он прокашлялся, прочищая
горло, и робко поинтересовался:
Разве в цивилизованных странах еще происходят подобные вещи?
Голосом таким сухим, что мог принадлежать и Андерсону, ему ответил
Тарнболл:
Что? Разве во Франции люди не пытаются порой убить друг друга? Разве у
вас на родине нет преступлений на почве ревности? Я всегда полагал, что
французы более склонны к подобным вещам.
Варре ничего не сказал, только повернулся и секунду или две внимательно
смотрел на агента. Глядя в глаза французу, Тарнболл мысленно отметил, что,
возможно, тому нет дела до вспышки страстей...




У второго контрольно-пропускного пункта Андерсон попросил одного из
полицейских позвонить на пост первой помощи, чтобы там приготовили все
необходимое. Через минуту машина завернула за очередной поворот дороги,
вьющейся между водой и горами...
— Что это? — спросила Анжела тихим, надорванным голосом.
Наверху, на склоне Бена Лаверса, появился Замок. У его подножия, ярдах
в пятидесяти от фасада, поднималась высокая изгородь, больше всего
напоминающая периметр какого-то форта из голливудских вестернов. Там были
деревянные башенки, навесы и наблюдательные площадки; прожектора и ворота
охраняли полицейские в форме. Позади Замка крутой склон холма перетянули
колючей проволокой. Но выше поднимались деревянные башни с платформами для
наблюдения. Вся округа была прямо-таки нашпигована полицейскими, агентами
секретных служб и людьми в штатском, которые очень напоминали военных. Они и
были военными. Некоторые из них вели наружное наблюдение. Но лишь малая
часть этих людей находилась снаружи. По большей части они находились внутри
сооружений, в различных укрепленных лабораториях над и под землей. Тонкие
металлические мачты тут и там поднимались над стенами ограждения.
— Антенны, — так объяснил Джилл Тарнболлу. Между дорогой, вьющейся
вдоль берега озера и массивной изгородью, протянули подвесную канатную
дорогу с двумя открытыми кабинками, каждая из которых могла нести четырех
людей.
— Хотел бы я знать, — наконец заговорил Джилл, словно отвечая на
вопрос девушки. Собственный голос показался ему слабым, словно он доносился
издалека. И хотя Джилл провел в окрестностях Замка много времени, он
обнаружил, что зачарованно смотрит на склон. "Мерседес" ехал к одной из
величайших загадок, вставших перед человечеством. Производили впечатление
как окружающие строения с многочисленными подсобными пристройками, так и сам
инопланетный Замок — величественное сооружение. Джилл думал о нем как о
чем-то древнем, словно горы, и безликом, словно... словно что? Словно
веревка палача? Словно распределительный щит электрического стула?
"Откуда взялась эта штука?" — снова сам себя спросил Джилл, пока
Андерсон выруливал с дороги. Министр остановил машину на пол пути между
отрогами.
— Я бы хотел отправиться с вами, — сказал Вар-ре, когда все стали
вылезать из машины. — Я первый раз попал сюда.
— Обязательно, — согласился министр. — Но как вы увидите, тут
смотреть особенно нечего.
Тогда заговорил Джилл:
— Мы поедем наверх в первой люльке, ладно? Чем скорее осмотрят руку
девушки, тем будет лучше.
— Хорошо, — согласился Андерсон с досадным вздохом. Он кивнул
Тарнболлу: — Джек, ты поедешь с ними.
Трое, щурясь от порывов холодного ветра, уставились на подвесную
дорогу, головокружительно уходящую вверх вдоль крутого склона между
пилонами. Сооружение выглядело совершенно прагматичной конструкцией. Да и
сам Замок не выглядел достопримечательностью, предназначенной для туристов.
Похоже, это если и случится, то очень-очень не скоро. Агент, экстрасенс и
девушка забрались в неподвижно стоящую люльку и застегнули привязные ремни.
После этого где-то наверху загрохотали цепи, люлька накренилась, качнулась и
поползла наверх.
Где-то на середине склона мимо них проскользнула вторая люлька. В ней
находилось четыре американца, возбужденно беседовавших. У них были
выпученными глаза, очевидно, они чего-то испугались. На лацканах у них
сверкали значки, выдававшие в них членов ОИПЯ.
— ОИПЯ? — Тарнболл насмешливо посмотрел на Джилла. — Звучит
по-дурацки...
Джилл покачал головой.
— Общество Изучения Паранормальных Явлений, — объяснил он. — Но я
согласен, неприятные люди. Телепаты или что-то в таком роде?
— Паронормальные Явления? — Тарнболл не пытался скрыть своего
удивления. — Укротители приведений?
Джилл пожал плечами.
— Очевидно. Кстати, один из них — двоюродный брат американского
вице-президента... или что-то в таком духе. Кто-то из политиков потянул за
веревочку, вот они и очутились здесь. Так или иначе, их внесли в список
допущенных вместе с другими высокопоставленными лицами. Их человек десять,
наверное.
Выбравшись на причальную платформу, Джилл проводил девушку через ворота
за высокую ограду. Тарнболл вошел вместе с ними, но остался у ворот, а
экстрасенс повел свою спутницу к пункту первой помощи — большой палатке,
которая напоминала агенту полевой госпиталь.
Внутри палатки их уже ждал мускулистый, коротко подстриженный доктор.
Он представился и сразу перешел к делу.
— Я физиотерапевт, — улыбнулся он Анжеле, — когда это необходимо.
Болтаюсь здесь уже три месяца. Вы — первый несчастный случай. Все время
жду, пока одна из подвесных люлек сорвется.
Говоря это, он посадил девушку в кресло, взял ее за правую руку и
вытянул горизонтально.
— Дайте-ка я взгляну на ваше плечо, — продолжал он. — Пожалуйста, не
говорите "нет", или я останусь с носом! Не могли бы вы помочь ей снять
парку? — Должно быть, он принял Джилла за мужа пациентки или близкого
знакомого. А Джилл подумал: "Интересно, что делает тут этот клоун?" Медик
продолжал в том же духе: — И блузочку, пожалуйста. Можно расстегнуть только
верхние пуговицы.
Снова Джилл повиновался. Анжела ничего не сказала. Она только
скривилась от боли и побледнела.
Пальцы медика осторожно скользнули под воротник ее блузы, двигаясь по
плечу, ощупывая кости. Встряхнув головой, он нахмурился и сказал:
— Кажется, ничего не сломано. Одна или две косточки могут быть выбиты,
вот и все. Можете вы чуть-чуть наклониться вперед?
Рука Анжелы оставалась вытянутой, в то время как доктор крепко держал
ее за запястье. Когда девушка стала осторожно наклоняться, врач неожиданно
резко дернул за ее запястье, и что-то внутри плеча Анжелы громко щелкнуло.
Девушка вскрикнула, откинулась на спинку стула, а медик, перестав улыбаться
и паясничать, осторожно согнул ее руку и положил Анжеле на колени.
— Надеюсь, теперь все в порядке, — сказал он.
— Ах... ох! — только и смогла произнести Анжела. И прозвучало это еще
более неожиданно, чем боль в ее голосе. Она медленно покрутила плечом, потом
посмотрела на Джилла и улыбнулась. Адепт заметил маленькие слезинки в уголке
ее глаз и почувствовал страшное желание ударить медика по носу. Джилл
отлично понимал, что этот парень скрутит его в два счета... но все равно
хотел ему врезать. Странное чувство, эмоции, которых Джилл никогда раньше не
ощущал...




Тарнболл, Андерсон и Варре ждали их у основания грубой бетонной
лестницы, поднимавшейся к основанию Замка. Когда Джилл и Анжела
присоединились к ним, экстрасенс сказал ей:
— Вы подождете меня здесь, у ворот?
— А разве я не могу подняться наверх? — Чуть выше пяти футов ростом,
она сказала это так, словно сделала одолжение Джиллу. — Это же всего
десяток ступеней...
Когда их взгляды встретились, между ними словно искра проскочила. Они
оба почувствовали это, и Джилл подумал: "Она словно прекрасная кукла! Как
мог кто-то хотеть обидеть ее?"
Он улыбнулся, спрятал свою недоверчивость, встряхнул головой, отчасти
досадуя на самого себя, и сказал:
— Вы не должны были оказаться здесь!
— Но я оказалась здесь не по своей воле, — напомнила она.
— Так или иначе, я рад этому. — Потом он осторожно взял Анжелу под
руку. — Вы можете подняться со мной, если хотите.
Поднявшись по широким ступеням, группа из пяти человек подошел а к
нескольким американцам, собирающимся спускаться вниз. Все они носили значки
ОИПЯ. Один из американцев задержался у подножья стены Замка — голой и
мрачной. Он стоял неподвижно. Взглядом он скользил вверх-вниз по стене,
изучая нижнюю часть фасада, которая ничуть не отличалась от верхней,
украшенной, очевидно, бессмысленными зубцами.
— Ни окон, ни дверей, — бормотал он себе, когда экстрасенс и его
спутница подошли к нему сзади. — Сверхъестественное сооружение!
"Уж точно сверхъестественное!" — мысленно согласился Джилл. Он
поравнялся с застывшим американцем, и Андерсон, идущий следом, ткнулся в
него.
— Что такое? — громко и медленно произнес Джилл. Замок — огромная
машина — неожиданно пробудился. И Джилл знал это. Как никто другой.
Но дело было и в том, что другие — другие люди — знали об этом.
Внизу, в песчаных отвалах под периметром изгороди, кто-то бессвязно
вскрикнул, а потом какой-то человек у подножия лестницы с "воки-токи" в
руке, закричал им:
— Эй? Мистер Андерсон? Мистер Джилл? Зарегистрирована новая вспышка
активности. Все датчики словно с ума сошли!
Не осталось времени, чтобы сделать хоть что-то. Какой-то высокий
мужчина крепкого телосложения, Джилл его не знал, начал подниматься по
лестнице следом за ними, явно направляясь к их группе. Джилл — единственный
из людей, оказавшихся на вершине лестницы, — понимал, что произошло что-то
непредвиденное. Он мог бы попробовать убежать, но тогда непременно
столкнулся бы с незнакомцем. К тому же экстрасенс словно лишился сил. Он
испугался, потому что понял: вот-вот случится что-то ужасное.
— Боже! — только и смог проговорить он тихим голосом.
Все повернулись к нему. Кольцо округлившихся, непонимающих глаз. Нет,
один из окружавших Джилла людей, казалось, тоже чего-то боялся. И этот
человек — американец со значком ОИПЯ — неожиданно закричал:
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Повернувшись, он попытался убежать.
Но Тарнболл успел перехватить его. Агент его остановил и спросил:
— Какого черта?..
Джилл хотел закричать: "Отпустите его! Пусть он идет!" Но из горла его
вырвалось лишь:
— Боже! Боже!
И тут стена Замка замерцала и начала надвигаться, поглощая землю. И
люди, стоявшие на вершине лестницы, оказались внутри...

Глава девятая



От первоначального потрясения все повалились с ног. Люди не пострадали
физически, но изменения вокруг оказались столь разительны, что никто не
устоял на ногах. От происходящего смешались чувства, люди боролись с
недоверием, теряя чувство реальности. Они перенеслись или были перенесены
неведомой силой из пункта "А" в пункт "Б", но не могли себе представить ни
расстояния, которое преодолели, ни времени, которое на это потребовалось.
Человеческий разум не приспособлен к подобному обхождению. Ощущение
напоминало своего рода опьянение, но без алкогольного ступора. Мысли,
конечно, путались, так как человеческой логике противостояло Невероятное.
Вот что увидел Джилл, пока, дрожа, с трудом поднимался с четверенек:
Квадрат серых облаков двигался с почти математической четкостью по
куполу неба, сложенного из синих шестиугольников, похожих на ячейки медовых
сот, гигантских, словно сам небосвод. В отдалении возвышались горы,
составленные из множества пирамидальных, вытянутых вверх угловатых
геометрических фигур. Они сгрудились у самого горизонта. Цвет неба из
шестиугольных фрагментов у горизонта сгущался до пурпурного индиго. Там
белыми огоньками сверкали звезды. Бледная десятигранная луна висела над
самым краем зеленой равнины, которая раскинулась во все стороны, насколько
хватало глаз. Вот что увидел Джилл.
Когда же экстрасенс стал анализировать свои ощущения от перемещения во
времени и пространстве, ему показалось, что в момент перехода Замок
обрушился на них, поглотил его и остальных, и только потом Джилл перенесся в
какое-то другое место. Куда-то еще. Между тем мгновением, когда Замок
обрушился на них, и они оказались здесь, была яркая вспышка белого света,
словно где-то рядом испытали ядерное оружие, и в один миг вырос и лопнул во
вспышке света огромный гриб... И все. Джилл доверял своему зрению. Он упал
на четвереньки, но до того, как сверхъестественный ландшафт отпечатался на
его сетчатке. Когда же экстрасенс снова открыл глаза, все вокруг стало
совершенно иным.
Американец, который последним поднялся по ступеням Замка, был уже на
ногах. Он помог подняться Тарнболлу. Мир вокруг стал выглядеть более
нормальным... или, по меньшей мере, люди выглядели нормальными на фоне
совершенно инопланетного ландшафта из правильных геометрических форм.
Успокоившись, Джилл окончательно уверился: перед ним расстилался
инопланетный пейзаж.
Анжела тоже пыталась осознать новый мир. Она тихо повизгивала, крепко
зажмурив глаза, и медленно ползла в сторону Джилла. Экстрасенс шагнул к ней,
сжал в объятиях и попытался успокоить:
— Все в порядке. Теперь все в порядке. — А сам подумал: "Боже, куда
же мы попали?"
— Где это мы? — прошептал кто-то, и Джилл удивился, как громко
прозвучали эти слова. Вопрос задал Андерсон, бледный как призрак. Глаза у
него округлились. Министр, свернувшись кружочком, лежал на... траве?
Джилл помог Анжеле встать на ноги. Ей удалось взять себя в руки не так
быстро. В других обстоятельствах Джилл радовался бы — близость красивой
женщины доставляла ему удовольствие, но в жизни ему скорее удавалась роль
любовника, а не защитника. "Интересно, как она воспринимает меня? — думал
Джилл. — Как сильного мужчину?" Джилл надеялся, что нет. Любой другой из
попавших вместе с ними в эту переделку мог бы справиться с ролью защитника
гораздо лучше.
— Мон Диа — Варре лежал там, где упал. Все повернулись, уставившись
на дрожащую руку француза, который, вытянув палец, куда-то показывал.
За спиной их, может быть, футах в пятидесяти, стоял Замок. Но это был
другой Замок. У этого были двери. В самом деле, на трех хорошо различимых
гранях огромного шестиугольного основания располагались ряды дверей.
— Кто-нибудь ранен? — поинтересовался Тарнболл.
Он был практичным человеком, но его голос не звучал так уверенно, как
обычно. Экстрасенс шагнул, встав между Андерсоном и человеком со значком
ОИПЯ, и помог тому и другому встать на ноги. Варре остался на месте,
тихонько постанывая, он прижался к земле, глаза его округлились от ужаса.
Андерсон снова сполз на землю — совершенно непроизвольное, обычное и
бессмысленное действие. Забавно, но в этом мире не было пыли. А потом
министр снова спросил:
Джилл знал ответ на этот вопрос. Экстрасенс чувствовал, что мир вокруг
больше напоминал огромную невидимую фабрику. Сам же Джилл стал чем-то
мелким, словно микроб, крошечный микрочип в невероятно сложной машине. Почти
не задумываясь, Джилл ответил на вопрос Андерсона: — Мы внутри Замка!
— Боже! Да, похоже, я спятил? — прошептал американец со значком ОИПЯ.
Он посмотрел на странные, вытянутые лица своих спутников, потом испуганно
огляделся. — Что... это?
Что это? Тарнболл и сам бы хотел бы знать. Еще сильнее встревожившись,
он постарался не утратить контроль над собой, стараясь держаться так
естественно, насколько возможно в подобных обстоятельствах.
Американец потряс головой, безнадежно пожал плечами и сказал:
— Это я и высматривал... Нет, избегал... всю свою жизнь. Но,
наконец-то, я нашел это место. Или оно нашло меня!
— Вы несете чепуху, — заметил Тарнболл. Агент отвернулся от
американца и почти насильно поставил Варре на ноги. — А вы, — прорычал он,
— лучше посмотрите в лицо действительности. У нас неприятности... Мы все в
одной лодке.
Но я... У меня клаустрофобия!
Тарнболл грубо усмехнулся.
— Это вы серьезно? Оглядитесь-ка получше. Замок может оказаться всем,
чем угодно, но мы определенно находимся не в замкнутом помещении!
— Оставь его, — махнул Джилл в сторону француза. — Он прав. Мы в
помещении. Его фобия сработала совершенно точно.
— В помещении? — Андерсон сжал руку Джилла. — Что вы имеете в виду,
Спенсер? Говорите, мы внутри Замка... но разве это не Замок, вон там? — он
кивнул головой в сторону загадочного строения.
— Это так, и не совсем так. Скажем... это лишь отчасти правда, --
заметил Джилл.
Андерсон секунду-другую внимательно смотрел на экстрасенса, а потом
нахмурился.
— Черт побери! — фыркнул он и выдернул свою руку из захвата Джилла.
Его лицо стало красным от ярости. — Вы всегда знаете больше, чем говорите,
— обвинил он экстрасенса.
Но Джилл тут же нашелся.
— Не будьте дураком, господин министр, — сказал он, постаравшись,
чтобы его собственный голос звучал твердо. — Где бы вы ни были... чтобы ни
случилось... неужели вы полагаете, что если бы я знал что-то, то бы оказался
здесь добровольно?
— Только посмотрите на это место! — Анжела произнесла эти слова на
одном дыхании, по-прежнему сжимая руку Джилла. Как сильно они все ни
старались избегать смотреть в лицо реальности, но теперь отступать было
некуда. Перед ними лежал целый мир, это уж точно, но это был чужой мир.
Далекие-далекие горы частично теряли свою угловатость. Там туманно
вырисовывались округлые холмы, позади которых поднимались и вовсе
величественные пики, увенчанные белыми шапками и бледно-пурпурные у
основания. Но небо над ними создавало впечатление, что они подкрашены,
словно фантастические декорации. Звезд над горами было немного, но на темном
фоне они сверкали много ярче земных звезд — почти так же ярко, как звезды в
мультфильмах Диснея. Что же касается огромной плоской равнины, то она
поросла "травой" — ровным ковром зелени, уходящим прочь, насколько хватало
глаз, вероятно, до самых гор. А в небе сияла луна, которая теперь стала
совершенным диском, желтым, как земная луна, но безликим.
— Небо из пчелиных сот, — пробормотала Анжела. — По крайней мере,
мне так кажется.
— Мне тоже, — согласился Тарнболл. — Прежде чем упасть, я успел
оглядеться, меня, должно быть, слишком сильно встряхнуло. В первый момент
мне показалось, что я попал в мир компьютерной графики.
"Попал в точку", — сразу понял Джилл. Когда они прибыли сюда, тут еще
продолжался процесс творения, это место еще не обрело целостность. Сейчас
они видели то, что хотел им показать неведомый хозяин: нечто, сносно
отвечающее стандартам их восприятия. Видимо, это место приготовили
специально для них. Но тогда, значит, оно нереально? Не обязательно. Разве
картинка на экране менее реальна оттого, что она — картинка? Определенно,
она покажется вам совершено реальной, если вы окажетесь внутри этой картины!
Мысли неслись вскачь, и Джилл неожиданно испугался. Черт возьми, они
оказались на какой-то большой сцене!
— Спенсер, что-то не в порядке? — поинтересовался Тарнболл.
Что-то не в порядке!.. — Джилл взглянул на агента, огляделся еще раз и
фыркнул. — Тебе что-то не нравится?
— Лицо у тебя слишком озабоченное.
— Ты бы на себя посмотрел! — Джилл решил не говорить ничего, что
могло бы еще больше смутить или усилить беспокойство спутников. Позже он
найдет время все обдумать. Может быть...
— Для начала представимся, — заговорил Андерсон, взяв себя в руки. И
все же его лицо скривилось, когда он неуверенно протянул руку американцу. --
Дэвид Андерсен из МО... точнее из министерства обороны. Возможно, мне
придется отвечать за все это... Кто-то все равно будет в ответе, и, похоже,
я — лучшая кандидатура.
— Милее Клайборн*, [Клайборн в переводе с английского — "рожденный из
глины".] — представился американец. — Президент ОИПЯ — Общества...
— Общества Изучения Паранормальных Явлений, — перебил его Тарнболл.
— Ах... Так вы о нас слышали?
— Естественно, — вмешался в разговор Джилл. — Интересно, вы изучаете
паранормальные явления или сами их устраиваете? Это место, по-вашему,
паранормальное явление? Если вы так считаете, то смею вас заверить, вы
ошибаетесь. Да, Милее, мы столкнулись с чем-то необычным, но смею вас
заверить, абсолютно ничего сверхъестественного во всем этом нет.
— Но...
И тут опять заговорил Тарнболл:
— Я — Джек Тарнболл, а это Спенсер Джилл. Он обладает особыми
талантами. Я должен был присматривать за ним... но, похоже, не слишком
хорошо справился с этим. Молодая дама...
— Анжела Денхольм, — объявила она сама. — Во мне нет ничего
необычного.
Вот с этим-то Джилл и вовсе был не согласен. Варре представился тоже
сам, а потом все повернулись к незнакомцу. Все внимательно посмотрели на
него.
— Меня зовут Баннермен, — объявил он, кивнув всем по очереди. "Словно
ритуал какой-то!" — подумал Джилл. — Джон Баннермен.
Пожимая руку новому знакомому, Анжела решила, что у него невероятно
горячие ладони.
— И чем же вы занимаетесь, мистер Баннермен? — вежливо
поинтересовался Андерсон.
Баннермен пожал плечами.
— Ничем особенным. В данный момент я — турист.

Глава десятая



Джилл и Тарнболл оглядели Баннермена более внимательно. Узнав, что он
турист, они оба почувствовали интерес к нему. Не корыстный интерес. Но
сейчас было не место и не время. Каждый из похищенных ("Втянутых?
Украденных?" — Джилл долго перебирал синонимы...) сейчас приходил в себя
после потрясения и стремился высказать свое мнение. Все они бормотали, как
один: возбужденно, срывая голоса, в основном бессвязно. Все вели себя так,
за исключением Варре, который неожиданно вскочил на ноги и то ли побежал, то
ли быстро зашагал в сторону второго Замка.
Это... дом! — быстро забормотал он. — Дом Дверей. Он примет нас, и мы
наконец сможем выбраться отсюда!
Остановите его! — закричал Джилл, чувствуя, как страх электрическим
разрядом пробежался по коже. — Эта опасно!
Он чувствовал это инстинктивно, и не мог ошибиться.
Тарнболл рванулся следом за французом.
— Зачем останавливать его? — крикнул он уже на бегу. И до того, как
Джилл смог ответить, агент поймал и повалил француза, используя прием регби.
Они упали в нескольких футах от мерцающих стен.
Джилл и остальные подошли следом. С трудом восстанавливая дыхание,
экстрасенс пробормотал:
— Если это был путь внутрь... или наружу... все это может сработать
снова.
— Путь наружу? — Андерсон непонимающе посмотрел на него. — То есть
путь назад? Вы это имели в виду?
— Я и сам не знаю, что я имел в виду, — ответил Джилл. — Вспомните,
оригинальный Замок закрыт со стороны нашего мира. Если Варре пройдет через
одну из этих дверей, он может попасть в ловушку.
— Разве это не путь наружу? — спросил Андерсон, внимательно глядя на
экстрасенса. — Это не путь назад... домой, вы имеете в виду?
— Я и сам не знаю, что имею в виду, — ответил Джилл. --
Посмотрите-ка, Замок, войдя в который мы оказались здесь, закрыт от нашего
мира. Если бы Варре прошел через одну из этих дверей, может быть, оказался
бы в какой-то месте, отрезанном от нас.
— Значит, ему нужно быть поосторожнее? — сделал вывод Тарнболл,
удерживая отбивающегося француза.
— И нам тоже, — ответил Джилл. — Но что, если он найдет путь
домой... к нам домой... а мы останемся здесь?
— Тогда мы последуем за ним, — сказал американец, пожав плечами.
— Если, конечно, сумеем, — продолжал Джилл. — Если дверью, через
которую он пройдет, можно будет воспользоваться снова.
— Конечно, такое может случиться! — снова разозлился Андерсон. Он
испугался и рассердился одновременно.
— Мы не знаем этого наверняка, — повернулся к нему Джилл. — Мы ведь
ничего не знаем! Ни об этом месте, ни об этом... Замке. Пусть он станет
Домом Дверей. Мне очень понравилось название, которое дал ему Варре...
Предположим, Варре использовал бы дверь и мы все толпой бросились бы за ним.
Разве мы можем быть уверены, что попадем домой? Почему не куда-то... еще? --
А почему мы не попадем домой? — удивился Тарнболл, его голос походил на
щелчок кнута. И Джилл понял, насколько напряжены нервы агента.
— Может быть, конечно, и домой, — ответил экстрасенс. — Все может
быть, Джек. Но если все двери ведут в одно и то же место, почему их так
много?
Варре прислушивался к доводам Джилла. Теперь он перестал бороться с
агентом и сказал:
— Вы, люди, не понимаете. Sacre bleu! Вы не понимаете!
— Что мы не понимаем, мистер Варре? — мягко переспросила Анжела,
пытаясь вразумить его.
— Мы внутри Замка — это первое, — ответил он вроде бы совершенно
разумно. — Все это... — Тут он взмахнул руками, показав на темнеющее небо,
отдаленные горы, обширные зеленые равнины и загадочный маленький Замок,
расположенный внутри первого Замка. — Не спрашивайте меня, как это
получилось, но это именно так. Я чувствую, как он нависает надо мной, давит
на меня. — Речь француза постепенно становилась все быстрее и быстрее. — Я
хочу наружу!
Он снова начал отчаянно сопротивляться, бороться, пытаясь выбраться
из-под Тарнболла, высвободить руки.
— Вы слышали, что я говорил? — снова обратился к нему Джилл. — Одна
из этих дверей, возможно, только возможно, приведет нас домой. А может быть,
и нет. Но дверей-то очень много. Предположим, одна из них ведет туда, куда
нам надо, но какая? Сможем ли мы сделать правильный выбор? Что случится,
если мы ошибемся? Куда ведут остальные двери?
— Куда бы они ни вели, там будет лучше, чем здесь, — задыхаясь,
ответил Варре, продолжая сопротивляться.
— Разве это так? — проворчал Джилл. Он уже потерял терпение, споря с
маленьким французом. Но, с другой стороны, существовал шанс, что француз
прав. Наконец, приняв какое-то решение, экстрасенс кивнул Тарнболлу: --
Ладно, Джек, отпустите его.
— Подождите! — бросился вперед Андерсон. — Разве мы не можем все
обсудить, прежде чем кто-то из нас совершит необратимый поступок? Мы что,
крысы, попавшие в западню?
В этот момент Джилл подумал: "Интересно, мы мыши или люди?" Он знал:
правда в том, что они все очень сильно испуганы. Но ведь Андерсон один из
руководителей страны или, по крайней мере, был им всего час назад. А любая
форма руководства лучше, чем анархия. Разве нет?
— На что вы намекаете? — поинтересовался Баннермен. Необычный звук
голоса заставил всех обернуться в его сторону. А все дело в том, что сказал
он эти слова спокойно, без паники. В самом деле, Баннермен пока вел себя
спокойнее всех остальных. Возможно, случившееся просто ошеломило его, к тому
же он раньше не знал никого из присутствующих.
Может быть, все это окончательно выбило его из колеи. — Я хочу
спросить: что тут обсуждать? — продолжал он. — Зачем что-то обсуждать?
Над головой зажглось еще больше звезд. Луна теперь сверкала еще ярче, и
горы у ночного горизонта из многогранников еще больше потемнели. Тень,
протянувшаяся от Дома Дверей, накрыла людей.
— Но ведь куда-то мы попали, — заговорил Ми-лес Клайборн. Он дрожал,
чувствуя незаметно подступающее уныние. — Я тоже хочу убраться отсюда, а
большее всего хочу знать, куда я попал!
— Согласна, — присоединилась к нему Анжела Денхольм, высказав свое
мнение очень тихим голосом. — Мы попытаемся осмыслить все, что произошло с
нами и все, что увидели здесь, перед тем как отправимся куда-то еще.
Варре перестал сопротивляться. Истощив свои силы, он безвольно замер в
захвате агента.
— Ладно, — сдался он. — Давайте сделаем так, как вы предлагаете.
Я... Я немного запаниковал. Но поверьте мне, вы даже не подозреваете, на что
это похоже. Я чувствую себя так, словно... похоронен заживо.
Тарнболл немного расслабился и отпустил француза. Но, распахнув пальто,
показал тому свой пистолет.
— Варре, я хочу верить, что все мы благополучно вернемся домой, --
сказал он. — Но Джилл говорит, что ваша попытка спастись в одиночестве
может лишить остальных этого шанса. Так что не пытайтесь что-либо
предпринять, или я могу попортить вам шкуру.
— Вы... вы угрожаете мне! — задохнулся Варре. Он был ошеломлен.
Да! — уверил его Тарнболл. — Вы — всего лишь один человек, и вы — в
меньшинстве.
Одна мысль все время крутилась у него в голове: "Выходит так, что мой
пистолет перевесит голоса всех остальных".
— Жан-Пьер, смею вас уверить, что Джилл и Тарнболл в сложившейся
ситуации действуют совершенно верно, — угрюмо объявил Андерсон. — Как бы
холодно и цинично их слова ни звучали... Джилл, кажется... — Тут министр
сделал паузу и мгновение задумчиво разглядывал экстрасенса. — Предлагает
очень разумное решение. Если ваша фобия станет источником неприятностей,
поставит нас всех в опасное положение, вы можете остаться в одиночестве.
Джилл кивнул.
— Вы едва не допустили ошибку. Мы же попробовали сделать все, что в
наших силах, чтобы не оставить вас в одиночестве, — сказал он.
Анжела выпустила руку экстрасенса и сделала шаг в сторону. Она оставила
его впервые с тех пор, как они очутились здесь.
— Вы и в самом деле столь хладнокровны? — В ее взгляде читалось
разочарование.
Джилл отвел взгляд, ничего не сказав. Он не был хладнокровным, но не
хотел, чтобы с французом что-то случилось. Но Варре об этом знать
необязательно.
— Значит, мы договорились все обсудить, — продолжал Андерсон. --
Итак, с чего начнем?
Клайборн пожал плечами.
— Баннермен, видимо, хотел спросить, нужно ли вообще что-то обсуждать.
Если это явление паранормального свойства... Я не стану употреблять слово
"сверхъестественного"... в нем нет никакого рационального начала. Наше
общество уже изучило дюжину подобных случаев, и никогда не было ничего
отдаленно...
— Извините, но вы тратите время попусту, — перебил его Джилл. — Ведь
вы хотите, чтобы мы поверили в духов, так, Милее? Но пока никто еще не
сказал вам, что не верит в них... Однако нам надо поговорить совсем о
другом. Замок схватил нас и перенес сюда. Или, скорее, он расширился, и мы
оказались внутри него. Варре совершенно точно определил, что мы внутри
какого-то помещения. Мы затерялись в утробе огромной машины. Так что давайте
больше не будем говорить о духах... Ладно? Клайборн слегка выпятил челюсть.
— Кто же вы такой, черт побери? Какой-то эксперт?
— Да, — встрял в спор Тарнболл. Потом он повернулся к Джиллу. --
Значит, мы внутри огромной машины... Замок засосал нас. Но почему? Каким
образом? Что нас ждет?
— Я тоже хотел бы знать, — сказал Джилл, покачав головой. — Но я не
знаю. С ответами на вопросы нужно подождать. Мы — здесь.
— Внутри машины... — Андерсон покачал головой, а потом усмехнулся. --
Однако я не могу принять такое объяснение.
— Звучит фантастически, — согласился Баннермен. — Разве такое может
быть? Ведь выходит, что эта машина изнутри больше, чем снаружи?
— Может, это нам только кажется, — осторожно ответил Джилл. — Быть
может, всему виной инопланетная технология. Быть может, когда мы рассмотрим
все поближе, это покажется нам еще более удивительным.
Тарнболл остановился и выдернул из земли травинку. Он обнюхал ее,
пожевал кончик и сплюнул.
— Трава, — пожал он плечами. — Я так думаю. На вкус и на ощупь
обыкновенная трава. Но сама равнина плоская. Словно бильярдный стол. Если
это инопланетный мир, то откуда трава? Откуда луна, звезды, горы?
— Они сделаны, чтобы мы чувствовали себя, как дома, — отважилась
высказать свое предположение Анжела.
— Сестра! — возвышенным голосом заговорил Клайборн. — Я вовсе не
чувствую себя дома!
— Но ведь тут довольно терпимо, — упорствовала Анжела. — Тут не так
уж плохо, как могло бы быть... Ведь так?
— Она права, — согласился Джилл. — Человеческое существо, сильное в
одном, хрупко в другом. Может быть, это место без соответствующих переделок
могло бы испугать нас до смерти. Оно не слишком-то похоже на наш мир, но не
так уж и отличается, чтобы мы почувствовали себя плохо.
Снова Андерсон усмехнулся:
— Так вы считаете, что все это создали специально для нас?
Джилл хотел было ответить министру насмешкой, но Анжела сама постояла
за себя:
— Луна, звезды, горы, — задумчиво произнесла она. — Вероятно, тут
есть и солнце. Оно должно быть, но, скорее всего, зашло. А этот полумрак
скоро сменится ночью.
— Но ведь когда Замок захватил нас, до заката было еще далеко! --
нервно проговорил Клайборн. — Объясните-ка мне это, мистер разумник! Вы
правы: Замок — гость из другого мира... точнее, не из другого мира. Это...
словно иное измерение соприкоснулось с нашим. Замок стал его фокусом... и
нас всосало внутрь его!
Джилл повернулся к американцу. Андерсон взял Джилла за руку. Экстрасенс
почувствовал нервную дрожь министра.
— Джилл, девушка права. Вон солнце, и оно сейчас садится. Но разве вы
не понимаете, почему я столь скептически настроен? И все это происходит
внутри машины? Просто невозможно вообразить, что мы затерялись в недрах
какого-то механизма.
— Я думаю по-другому, — объявил Джилл. — Мне отлично знакомо это
чувство.
— Однако... темнеет, — пробормотал Тарнболл. — Солнце в самом деле
садится. Должно быть, оно где-то там.
— Необязательно, — возразил Джилл. — Может быть, просто выключили
свет... и включили луну и звезды.
— Тот же, кто... — Клайборн запнулся. Его голос дрожал, когда он
повернулся на негнущихся ногах спиной к Дому Дверей. — Кто-то минуту назад
повесил номера на всех дверях, правильно?
Все разом посмотрели на Дом Дверей.
В основании двух сторон шестиугольника, которые сейчас были видны
людям, имелось по четыре двери, шести футов шириной и девяти высотой. Двери
делили каменные простенки в два фута шириной. Они были утоплены в глубь
дверных проемов. Казалось, двери сделаны из твердого дерева, возможно, дуба,
с тяжелыми косяками и панелями. Ни один из людей раньше не заметил номеров,
но теперь они сверкали призрачным желтым светом: номера от одного до восьми.
Числа увеличивались против часовой стрелки.
— Ого! — задохнулся Клайборн, инстинктивно отступив. — Это знаки
Зла, печати самого Сатаны!
— Я хочу, чтобы вы перестали нести всю эту чепуху, — пробормотал
Тарнболл, чувствуя, как что-то подталкивает его. Его инстинкты готовы были
отреагировать на любое физическое действо, но тут не было ничего
материального. Только... Дом Дверей... Вокруг лежало лишь Неведомое и
Непознанное. Конечно, Тарнболл по-настоящему не боялся, однако чувствовал
себя не в своей тарелке. А может, то и другое.
— У дверей нет ручек, — продолжал Варре. — Так или иначе, я не
открыл бы ни одну из них.
Однако он ошибся: вместо ручек у дверей были металлические кольца,
подвешенные на высоте семи с половиной футов. Номера располагались точно в
центре каждого кольца.
— Становится все темнее, и все ярче сверкают эти номера, — заметил
Андерсон. — Может, это какой-то сорт люминесцентной краски? — Он
внимательно посмотрел на Клайборна. — Вы никогда не смотрели на ваши
наручные часы в темноте?.. Призраки!
Последнее его слово прозвучало как насмешка.
— Эти номера должны что-то означать, — сказала Анжела. Она снова
подошла поближе к Джиллу. — Может быть, они скажут нам что-то... или, по
крайней мере, подскажут что-то. Может быть, нам стоит попробовать дверь под
номером один?
Никто не стал спорить. Они прошли вдоль стены к первой двери.
— Нет никаких ручек, — повторил Варре, когда они остановились перед
дверью, над которой мерцал номер один.
— Может, стоит... постучать? — подсказал Баннермен.
Стало уже почти совсем темно.
Тарнболл осмотрел своих спутников, достал пистолет, чтобы остальные
чувствовали себя в безопасности. Все замерли. И тогда агент взялся за кольцо
и осторожно потянул, а потом отпустил. Эффект был такой, словно кто-то
ударил в огромную звонкую дверь собора. Но это только в первое мгновение. В
следующую секунду дверь неожиданно бесшумно распахнулась внутрь!
За дверью клубилась тьма. Огромные валы тумана обжигали сырыми
холодными прикосновениями. Где-то за дверью завывал ветер. Людям на
мгновение показалось, что перед ними открылась надгробная плита древней
могилы. Дверь скрылась в парах зловонного газа. Люди почувствовали
прикосновение чего-то сырого, туман стал наползать на них... а потом он
отступил, словно не решаясь пересечь порог двери.
— Это туман? — удивилась Анжела, восстановив дыхание. — Высокогорный
туман?
Андерсон вышел вперед.
— Шотландский туман?
Откуда-то из клубящегося тумана за открытой дверью... откуда-то с
расстояния в сотни ярдов или тысячи миль... это невозможно было понять...
донесся скорбный, ясно различимый вой потерявшегося пса. Люди замерли, глядя
друг на друга широко раскрытыми, полными удивления и даже надежды глазами.
На мгновение. А потом...
Фигура резко выступила из тумана. Всхлипывая и покачиваясь, незнакомец
шагнул к Андерсону, стоявшему чуть впереди остальных. Министр закричал,
словно женщина. Тарнболл тоже закричал и прицелился в незнакомца. Джилл
толкнул плечом агента как раз в тот миг, когда он потянул за курок. Пуля, не
причинив никому вреда, улетела в темноту, и эхо выстрела громом вернулось к
ним, постепенно затухая.
Еще мгновение, и дверь сама собой захлопнулась... Словно кто-то,
разозлившись, захлопнул ее... Перед людьми осталась оборванная,
окровавленная, дрожащая фигура. Незнакомец рухнул на окровавленные колени,
рыдая, упал на странную траву. Это оказался мужчина с огненно-желтыми
глазами, которые пылали во тьме.
— Слава Богу! — бормотал незнакомец, протянув руки к людям. --
Слава... Богу!
А потом он лишился чувств...

Глава одиннадцатая



Анжела опустилась на колени и стала баюкать на руках избитого
незнакомца, появившегося из двери под номером один.
— Думаю, с ним все в порядке, — наконец сказала она, не поднимая
головы. — Он только сильно истощен.
— И окровавлен, — заметил Тарнболл.
— И порезан до полусмерти, — прибавил Клайборн.
Агент посмотрел на Джилл.
— Я едва не застрелил его.
— Это потому, что ты обычно сначала нажимаешь на крючок, а потом
думаешь, — ответил Джилл. — А в таком месте, как это, ты должен сдерживать
раздражение.
Андерсон до сих пор не пришел себя. В лунном свете его лицо сверкало от
холодного пота.
— Что это за место такое, Джилл? — спросил он. — Туман, собачий вой,
а потом этот парень...
— Определенно не Шотландия, — задумчиво протянул Джилл. — В
Шотландии есть неприятные местечки, но такого не сыщешь.
— Надеюсь, это очередная шутка в британском духе? — Казалось, Варре
окончательно запутался. Приступ клаустрофобии отчасти прошел. Видимо, ночное
освещение его не так пугало, в темноте замкнутое пространство казалось
больше. — Как вы вообще можете шутить в такой ситуации?
Вмешался Тарнболл:
— Посмотрите, Спенсер, все это напоминает большой лифт. Мы сейчас
находимся в

Сторінки

Подякувати Помилка?

Дочати пiзнiше / подiлитися