Дэйв Дункан. Красно-розовый город
страница №7
...ридется заботиться о себе самим.И все-таки зачем это насильственное спаивание? Только ли из доброты или
с какой-то другой целью? Может, трезвые жертвы опасны Минотавру?
_Толпа ревела!_ Она повернулась взглянуть на переход, но пока никого
видно не было. Она посмотрела в Лабиринт и увидела причину восторга:
Минотавр мочился. Нашли чему радоваться...
Рев усилился, и она снова повернулась. Из перехода, подгоняемый
копьями, появился Грэм. Аплодисментами его встречали какими-то вялыми;
судя по всему, зрители не очень жаловали здоровяков. Плохо бегают? К
собственному удивлению, ей стало жалко его. Второй брак действовал на него
не лучшим образом - он начал растить брюшко. Он был массивный и волосатый,
и грудь его была выкрашена черной краской - единственной, которая ему к
лицу. Грэм казался несчастным и немного уродливым. Он врезался в парапет
рядом с Мейзи и сложился пополам, перегнувшись через него. Мгновение ей
казалось, что он перевалится вниз, в Лабиринт, но его просто рвало. Может,
оно и к лучшему - пусть избавится от части алкоголя.
Бедняга Грэм - что за конец многообещающей карьеры в искаженном законе.
Поначалу он отказывался участвовать в добровольной капитуляции, предлагая
бежать в холмы или добраться до побережья и построить лодку. Он
отказывался снимать свой костюм двадцатого века до тех пор, пока Киллер не
пригрозил ему кинжалом, но в конце концов пошел с остальными, захватив с
собой покорную Мейзи, - он прекрасно понимал, что вдвоем им в глуши не
выжить, и что лучше уж цепляться за соломинку, протянутую Киллером, чем
просто идти ко дну.
Странное они представляли собой зрелище, спускаясь по долине в хитонах
и набедренных повязках навстречу плену. Джерри выглядел неплохо, во всяком
случае, лучше остальных, и, возможно, они с Мейзи тоже укладывались в
рамки приличия. Худоба Карло казалась просто болезненной, хотя все тело
его было по-южному смуглое, зато вид Грэма в набедренной повязке мало
отличался в лучшую сторону от нынешнего цветочного убранства. Загар его
ограничивался шеей и локтями, растительность превышала все разумные нормы,
мышцы - дряблые... По счастью, эта странная законсервированность их
организмов защищала их от солнечных ожогов, а то бы они - кроме Карло -
сгорели уже через пару часов. Загар Джерри защищал его вполне надежно,
хотя потел он не меньше остальных.
_Толпа ревела..._ Минотавр двигался. Он обогнул свой хлев и исчез за
ним.
Пошел проведать подарки! Она ощутила противную слабость в коленях, и ее
руки начали сильно дрожать. Если он доберется сюда прежде, чем их сбросят
вниз, он будет поджидать их тепленькими...
Рев толпы снова усилился, и из перехода вывалился, пошатываясь, Карло.
Его грудь была окрашена в белый цвет. Бурные аплодисменты, переходящие в
овацию! Почему, подумала она, может, он кажется им всем лучшим бегуном?
Или потому, что он так худ, что Астерий оставит его напоследок? Он
ухватился за парапет рядом с Джерри и несколько раз встряхнул головой.
В поле зрения снова показался Астерий; он приближался, теперь его
отделяла от жилища стена. Толпа возбудилась сильнее. Наверху, в царской
ложе, кто-то распевал гимн.
Сколько ему еще бежать?
Знает ли он верный путь? Чей у него разум? Человека? Быка? Или чего-то
среднего? Впрочем, даже бык может рано или поздно запомнить дорогу или
бежать по запаху.
Карло рыгнул и осел на помост. Стражники подскочили и снова подняли его
на ноги, прислонив к парапету. "Пшливон!" - пробормотал он и закрыл глаза.
- Держи себя в руках! - настойчиво прошептала она. - Нам сейчас бежать!
Не открывая глаз, он заговорил сквозь зубы, тщательно выговаривая
слова:
- Я не так набрался, как кажется.
Плохо дело. Каждый, кто так считает, обыкновенно куда пьянее.
Минотавр свернул за угол и, судя по всему, двигался перпендикулярно
линии зрения; она не видела его за стеной. По толпе прошло движение, и она
вдруг поняла, почему в амфитеатре нет сидений: зрители перемещались по
кругу, чтобы лучше видеть игроков! Стены Лабиринта достигали в высоту
десяти футов и заострялись сверху, и даже огромного Минотавра было видно
только тогда, когда он двигался на зрителя или от него.
- Ариадна, - спросила Мейзи, безуспешно пытавшаяся разговорить Грэма, -
п-почему нас всех п-пометили разными цветами?
- Не знаю, дорогая, - соврала она. Цвета, несомненно, предназначались
для игры: десять талантов за то, что белый погибнет последним; четыре
таланта за то, что он трахнет синюю раньше, чем зеленую...
Минотавр показался на мгновение, проскочив через брешь в стене, и
понесся дальше в прежнем направлении.
_О Господи!_ Вот как она может помочь... вот зачем их всех опоили! Она
же может вычислить путь в этом чертовом Лабиринте! Без этого они будут
метаться вслепую с шансами на ошибку пятьдесят на пятьдесят на каждом
повороте, в то время как Минотавр наверняка знает каждый камень в этих
стенах. И мужчин напоили сильнее, потому что они с Мейзи всего-навсего
женщины, а значит, слишком глупы, чтобы ожидать от них подвоха. Со своего
места она видела весь Лабиринт. Зверь выскочил из-за стены и повернул
направо, а потом он должен будет повернуть налево, а потом...
Она тряхнула головой, чтобы прояснить мысли. Так не пойдет! Ей ни за
что не запомнить последовательность поворотов, да потом в придачу
вспомнить их в обратном порядке, и она не обратила внимания, не пропустил
ли этот гад несколько поворотов...
Логово чудища открывалось в ее сторону, и окружалось стеной со всех
сторон с проемом с дальней стороны, но круговой обход должен где-то
прерываться. Если зверь повернул от двери налево, значит, поперечная стена
находится справа...
- Фто п-проифходит? - спросил Джерри, покачиваясь с таким видом, будто
его сейчас тоже вырвет.
- Заткнись, я думаю! - огрызнулась она и тут же спохватилась. - Тебя
что, тошнит?
Он с жалким видом кивнул.
- Так проблюйся! Два пальца в рот и пошел!
Она снова занялась изучением Лабиринта; теперь она видела концы рогов
Минотавра и тогда, когда он двигался в поперечном направлении.
Концентрические боксы... хлев в центре и послойно увеличивающиеся
прямоугольные стены вокруг него, каждая всего с одним проемом, и ни один
из проемов, насколько ей видно отсюда, не расположен на одной линии с
предыдущим и последующим. Девять стен? Пересчитай... Десять. Нет! Девять,
точно. Если начинать с места, над которым она стоит, первый проем будет
находиться... справа, поскольку слева, прямо за углом - тупик. Следующий
проем... ты будешь идти в ту сторону, так что не запутайся... Слева? Нет,
снова справа.
Гимн стих, и толпа протяжно взревела, требуя крови. А вот и Минотавр;
теперь он перемещался уже в трех стенах от своего жилища. Он задержался и
посмотрел в ее сторону, оценивая ситуацию - считая количество блюд на
завтрак, если он, конечно, умеет считать до пяти. Потом он двинулся
дальше, уже быстрее, словно человек, которого тянет вперед собака на
поводке.
Из перехода высыпала группа стражников, вооруженных короткими мечами, и
это вызвало заметное оживление зрителей.
Направо, направо, налево...
Направо...
Ей не запомнить все девять кругов... девять или десять? Могут девять
стен иметь десять проходов? Нет, ее интересуют только девять проемов.
Джерри с омерзением оторвался от парапета; она не обратила на это
внимания. Грэм сполз на настил... Мейзи плакала...
Ей нужны карандаш и бумага...
Воины подняли бронзовую плиту, скрывавшую отверстие в настиле.
Ей нужна записная книжка. У нее с собой ничего, кроме цветов в волосах.
Может, лепестки... Любит - не любит... У нее есть ногти - может, она
сможет нацарапать схему на руке?
Лучше - у нее же на ногтях лак бронзового века! Лак казался совсем
мягким; возможно, это просто воск, ведь его грели перед тем, как нанести
на ногти. Его легко содрать о парапет: царапина - поворот направо, нет
царапины - налево.
Начнем с правого мизинца. Царапина. Безымянный палец - тоже царапина.
Направо, еще раз направо.
Она нашла третью стену, нашла брешь в ней, проследила путь к ней от
предыдущей бреши - идем с внутренней стороны, не забывай - значит, налево.
Пропускаем... Указательный палец, четвертая стена...
Стражники отволокли Грэма к отверстию и швырнули вниз, отгоняя рыдающую
Мейзи остриями мечей, а толпа как с цепи сорвалась: слишком много вина.
Грэм вывалился из-под помоста под Ариадной, вляпавшись точно в блевотину
Джерри. Пятая стена...
Мейзи отчаянно завизжала; ее визг тут же утонул в реве толпы. Она
исчезла в отверстии, и тут же показалась внизу, врезавшись в распростертую
тушу Грэма. Левый палец...
_Она следующая!.._
Она осторожно передвинулась мимо Джерри и Карло подальше от отверстия.
Так, где мы? Левый большой палец...
Джерри отправился следом, не сопротивляясь; она даже не заметила этого,
пока не увидела его внизу - он оттолкнул Грэма, и оба скрылись из вида под
помостом.
Седьмая стена...
Следующим шел Карло. Он задержался на краю проема и помахал толпе,
сорвав бешеные аплодисменты. Воины стояли и ждали, ухмыляясь. Потом он
ухватил одного, впрочем, стражник оказался быстрее, а может, его рефлексы
были заторможены вином. Но толпа взревела еще раз, когда он резко
повернулся и головой вниз нырнул в отверстие. Может, он и в самом деле
трезвее, чем притворялся. Вот змей!
Восьмая стена... и ее время истекло. Стражники не гнали ее мечами -
зачем, если руками куда приятнее. На мгновение она вырвалась - руки
стражников скользили по промасленному и потному телу, - но спустя пару
секунд и она полетела в темноту. Она проскользила по длинному бронзовому
желобу и оказалась в вонючем коридоре. Крышка над головой с грохотом
закрылась.
В уши ударило громкое жужжание... тьфу! Лабиринт явно не чистили с
момента постройки. Пол был покрыт толстым слоем экскрементов, гниющей
плоти и отбросов, и все это кишело насекомыми. Ее желудок сжался, и она
поспешно поднялась на ноги, утопая в этой гадости по щиколотку, стряхивая
особо назойливых мух. Голова кружилась от кошмарной вони. Рядом лежал
череп, который она приметила еще сверху, только вблизи на его поверхности
видны были следы зубов.
Она посмотрела на своих спутников. Джерри и Карло пытались поднять на
ноги Грэма. Мейзи привалилась спиной к стене, закрыв глаза; губы ее
беззвучно шевелились в молитве.
Начинать вправо...
- Сюда! - крикнула она, схватив Мейзи за руку. Джерри с Карло
подняли-таки Грэма, закинув его руки себе на плечи, - они занимали почти
всю ширину прохода и их водило из стороны в сторону. - Бегом, чтоб вас! -
крикнула она, и они чуть ускорились.
Скорость! Им надо спешить! Им надо углубиться в Лабиринт раньше, чем
монстр доберется до предпоследнего прохода, иначе он просто загонит их в
тупик.
- Быстрее!
Мейзи упала. Ариадна рывком подняла ее на ноги и наотмашь ударила по
лицу. Та широко раскрыла глаза, белые на покрытом грязью лице, и они
поспешили за мужчинами. Грэм начал переставлять ноги. Бег по этому месиву
превращался в пытку: ноги вязли, и в грязи то и дело попадались твердые
обломки, скорее всего кости: некоторые хрустели под ногами, некоторые -
округлые и скользкие, некоторые - острые. Они миновали первый поворот, и
слева от них открылся первый проем. Теперь ей предстояло принять решение:
продолжать продвигаться к центру или залечь в тупике и ждать, пока он
проскочит мимо? Исходя из того, что он двигается наружу, а не просто
поджидает их?
Вот они, ворота, проверь мизинец...
- Направо! - скомандовала она.
Трехголовая фигура остановилась, и Джерри отцепился от них, прислонив
Грэма к стене.
- Откуда ты знаешь? - спросил он, глядя на нее мутными глазами. Все же
он приходил в себя - опыт и страх понемногу одолевали винные пары.
- Знаю! - отрезала она. - Верь мне! Я могу принять больше спиртного,
чем любой из вас. А теперь шевелись!
Они двинулись дальше, и теперь Грэм держался лучше, хотя то и дело
падал. Они бежали по бесконечному коридору; правда, несмотря на вонь, в
нем было сыро и прохладно, не то что на раскаленном от солнца помосте. Две
каменные стены тянулись параллельно друг другу, упираясь вдалеке в третью,
высокую, отделявшую Лабиринт от зрительских рядов. Над ней яркими пятнами
виднелись сбегавшиеся посмотреть на их барахтанье зрители.
Они свернули за угол - еще один пустой и бесконечный коридор.
Они слишком шумят... но ведь толпа наверняка заглушает их?
Еще поворот, и на этот раз она остановила всех, хватая за плечи, потом
осторожно заглянула за угол. Пусто.
- Пошли!..
Еще один вопрос: как далеко успел уйти Минотавр? Продолжает ли он
спешить наружу, или сидит на пути, или затаился в тупике, пропуская их
вперед, чтобы напасть со спины? Они хотели проскользнуть мимо него - а
если он хочет того же? Большинство его жертв хотели только как можно
дольше прятаться и вовсе не стремились в центр Лабиринта, как она и ее
спутники; волшебной дверью в Меру логово Минотавра служило только для них.
Они добежали до ворот, и снова она заставила всех остановиться и одна
прокралась вперед на разведку. Высунуть голову, быстрый взгляд налево...
быстрый взгляд направо... Никого.
Куда дальше? Для того чтобы продолжать движение к центру Лабиринта, им
надо было повернуть направо. Она повела их налево и услышала, как толпа
взвыла от восторга.
Они добежали до поворота, обогнули его и остановились, увидев тупик.
- Ошибка! - выдохнул Джерри. - Обратно!
- Нет! - сказала она и ухитрилась-таки удержать их; они слушали ее,
выпучив глаза, слишком взвинченные или пьяные, чтобы рассуждать здраво.
Грэм открыл глаза, хотя стоять без посторонней помощи не мог. Джерри и
Карло выглядели лучше, но и они не соображали почти ничего.
Она заставила их оставаться на месте и вернулась к повороту, который
они только что миновали. Забыв про брезгливость, она легла прямо в грязь,
вырыла небольшое углубление для головы и выглянула за угол; над грязью
виднелся только один ее глаз. Все ее внутренности сжались, протестуя
против вони и копошения жуков. Поверхность была очень неровная, вдобавок
она надеялась, что зрение у Минотавра не настолько острое, чтобы тот
заметил едва выступающую над ней часть лица.
Теперь ей оставалось только ждать... ждать... ждать...
Она услышала, как шум толпы то усиливается, то вновь ослабевает.
Священные жертвы не шевелились, поэтому зрители реагировали на то, что
делал Минотавр.
Вот он! Он показался из-за дальнего угла и шел в ее сторону; все его
непристойное уродство особенно наглядно проявлялось на ярком солнечном
свету. Боже! Он был огромный, не меньше семи футов роста, может, даже все
восемь, широкий, волосатый, с этой чудовищной рогатой головой...
Он подошел к воротам, из которых они только что вышли, и остановился.
Толпа затаила дыхание. Он шагнул в проем и покрутил головой из стороны в
сторону. Потом сделал шаг назад и уставился огромными бычьими глазами в ее
сторону. Он сделал шаг. _Толпа взревела_.
Гады! Гады проклятые! Астерий слышит подсказки зрителей!
Минотавр остановился, и толпа снова стихла. Монстр повернулся к центру
Лабиринта, задрал лапищи, ухватился за верх стены и подтянулся, переступая
человеческими ступнями по камням. Он выглянул в коридор, который уже
миновал, и покрутил головой, глядя по сторонам. Потом отпустил руки,
плюхнулся назад, разбрызгивая грязь, и снова посмотрел в ее сторону.
_Он знает, что они спрятались там!_
Он понял это по реакции зрителей, возможно, он даже видит ее!
Чудовище повернулось, вернулось к проему и нырнуло в него, скрывшись из
виду. Теперь уже Ариадна прислушивалась к шуму толпы: тихо... еще тише...
снова громче. Значит, Минотавр и за воротами играет в нерешительность,
притворяясь, будто не знает, в какую сторону повернуть.
_Он любит играть со своими жертвами_.
Лежа в ледяной вонючей жиже со впивающимися ей в бок острыми костями,
она ждала. Это несправедливо! Минотавр может смотреть поверх стен; она не
подумала об этом раньше.
Что еще рассказал Киллеру Оракул? Что Минос любит запускать как можно
больше жертв одновременно? Конечно, толпа не пришла бы в такое
возбуждение, если бы подобные спектакли разыгрывались каждые три дня. Что
такого особенного в пяти жертвах, если не считать возможности делать
ставки?
В воротах вновь показалась морда Минотавра, посмотревшего в обе
стороны. Значит, он все еще здесь, играя с ними, и толпе это нравится.
Она дождалась, пока он отвернется, быстро отползла назад и вскочила.
Прижав палец к губам, чтобы остальные молчали, она махнула рукой на угол
тупика.
Грэм все еще не очухался от вина, но Джерри заставил его встать рядом с
собой в угол, образовав из рук и плеч лестницу. Сначала перебралась Мейзи,
за ней последовала Ариадна, чертыхаясь и обдирая руки и грудь о
заостренные колючки наверху стены. Несколько секунд она видела весь
Лабиринт и маленькую квадратную крышу в центре, означавшую спасение - если
Киллер, конечно, говорил правду, - и гроздья зрителей на ярусах
амфитеатра, надрывавших глотки при виде такого поведения жертв. Потом
спрыгнула к Мейзи в третий круг.
Последовала до невозможности долгая пауза; ей не стоило оставлять этих
троих пьяниц без присмотра. Потом над стеной появился Грэм, тяжело рухнул
вниз и тут же встал, привалясь к стене, чтобы Джерри было на что
опираться, вытягивая Карло. Потом все пятеро оказались в третьем круге,
ближе к центру, чем Минотавр.
- Теперь куда? - спросил Джерри, потирая расцарапанную в кровь грудь.
- Еще раз, - ответила она, указав на противоположную стену.
И они перебрались через следующую стену - и толпа возмущенно ревела, -
но одолеть прямую стену оказалось сложнее, чем угол. Грэм сполз на землю,
когда она забралась к нему на плечи, и все обрушились следом за ним,
образовав кучу-малу. Джерри ударил его по лицу так же, как недавно она
ударила Мейзи, и со второй попытки они одолели стену.
Затем следующая. Перелезая, она еще раз бегло осмотрела весь Лабиринт,
и в этот миг вдалеке показалась морда Минотавра и они уставились друг на
друга. Потом она упала вниз, и Минотавр, возможно, тоже, поскольку он
взревел - она уже слышала ночью этот кошмарный, сотрясающий землю рев. Он
заглушил даже вопли толпы.
Он так легко выглядывает поверх стен; что, если он может так же легко
перелезать через них?
Они одолели следующую стену, но теперь они набрались опыта, да и
мужчины явно трезвели. Все пятеро были покрыты липким дерьмом и изодрались
в кровь острыми камнями, но начинали действовать как слаженная
акробатическая труппа. Какая это по счету стена? Почему молчит народ?
Почему народ кричит? Где, черт возьми, эта проклятая скотина? Петляет по
Лабиринту или тоже берет барьеры?
Джерри приходилось хуже всего, поскольку именно он вытягивал Карло, что
означало перегибаться через стену, пока Грэм держал его за ноги. Ариадна
вдруг поняла, что они почти ничего не выиграют, если полезут через
следующую стену - сторона внутреннего круга была совсем короткая.
- Дальше бежим! - скомандовала она.
Однако ее пальцы слишком перепачкались, да и ногти исцарапались все до
одного, так что на ее заметки надежды больше не было, и они повернули не
туда, забежали в тупик, повернулись и побежали обратно.
Бежать теперь, босиком по твердой поверхности, оказалось еще тяжелее -
здесь было меньше жижи и больше костей; они грудами лежали у стен,
оставляя только узкий проход посередине. Судя по всему, как Минотавр, так
и его жертвы предпочитали испражняться дальше от центра Лабиринта - и
правда, они должны уже находиться в центре?
И тут он увидел их. Они только миновали поворот, когда башка Минотавра
вынырнула из-за стены перед ними - не той в которую упирался проход, а
следующей. Он взревел и полез через стену. Мейзи в ужасе застыла, и
остальные с разбегу налетели на нее.
- Не останавливайтесь! - крикнула Ариадна.
- Чертовски верно! - вскричал Карло и подтолкнул застывшую Мейзи. Они
побежали дальше. Они уже сворачивали за угол, когда из-за стены над их
головами показались две огромные волосатые ручищи. Джерри остановился и
подобрал с земли два черепа.
- Бегите дальше! - приказал он. - Посмотрю, смогу ли я задержать его.
Гиллисы и Карло побежали, но Ариадна подобрала здоровую кость - не
иначе большую берцовую - и улыбнулась Джерри:
- Поднимешь меня?
Он уже почти протрезвел. Он повернул к ней измазанное лицо и улыбнулся
в ответ.
- Врежь ему как следует! - сказал он, становясь спиной к стене и
сцепляя руки в замок. Она взобралась ему на плечи как раз вовремя - из-за
стены вынырнула огромная бычья башка, и прямо на нее уставились налитые
кровью глаза. Последовала пауза - чудовище цеплялось руками за стену и
никак не могло схватить ее. Ариадна размахнулась и изо всех сил врезала
костью по черному кожаному носу. Кажется, бычьи носы особо чувствительны,
разве не так?
Этот, во всяком случае, оказался чувствительным: от рева, казалось,
рассыплется стена; голова и руки исчезли. Послышался хруст костей - это
Минотавр упал на спину, - а потом рев толпы заглушил все. Она пошатнулась
и тоже чуть не упала, но Джерри поймал и плавно опустил ее, и она
оказалась в кольце его рук.
- Я поцеловал бы тебя, не будь ты такой омерзительно грязной, - заявил
он.
- Не сомневаюсь, что ты говоришь это всем своим девушкам.
Он рассмеялся, и они побежали по проходу к следующим воротам.
Она не знала, куда сворачивать, но пока колебалась, на них выбежали
слева остальные трое. Поэтому они бросились направо, и еще два поворота
привели их ко входу в жилище Минотавра.
Вход был совсем низкий, темный и подозрительный. Они стояли, и никто,
похоже, не собирался лезть туда первым, а потом они услышали, как толпа
взревела в последний раз - наступал момент истины. Астерий приближался - и
они разом нырнули внутрь проверить, правду ли говорил Киллер...
13
Внутри было темно и гулко, чернота со светлым пятном входа; к тому же
они были так грязны, что в темноте превратились в невидимок. Все же они
сгрудились вместе, грея друг друга, напряженно всматриваясь в светлое
пятно в ожидании рогатого силуэта и прислушиваясь к отдаленному шуму...
шуму бегущей воды?
Потом до Джерри дошло, что проем расположен не в центре стены, а в
углу.
- Получилось! - заорал он, и вдруг его начало трясти. Он испугался, что
его снова вырвет, пробрался к выходу и на улицу и сразу же чуть не ослеп
от солнца, игравшего на поверхности бассейна, и кто-то, поджидавший их
снаружи, испустил приветственный вопль.
Он сделал шаг, другой и бросился в воду.
Всего три дня назад она была тухлой, илистой и вонючей. Теперь она
представлялась ему блаженной наградой, слаще которой не бывает. Он нырял и
плескался и наконец встал по пояс в воде, глядя на то, как четверо
остальных, с ног до головы в ужасной грязи Лабиринта, неуверенно щурясь,
выползают по одному на свет и с шумным плеском бросаются в бассейн следом
за ним. И на противоположном краю стоял Свен, а в ворота вваливались Тиг,
и Маркус, и Жан-Луи...
Отряд спасателей ждал их два дня. Они вычистили здание и ручей, так что
со скалы сбегал поток кристально-чистой воды, и каждый из вновь прибывших
по очереди мог встать под него и всласть прополоскаться, а потом вылезти
на солнце, завернувшись в мягкое полотенце и улыбаясь безумной от счастья
улыбкой.
Потом были поцелуи и объятия. Ариадну представили Клио, маленькой и
застенчивой, и Хельге, огромной и светловолосой. Потом последовали еще
костоломные объятия и сокрушительные тумаки от Свена и Тига. Их ждали
меранские одежды - голубые, красные и серые. И за оградой их ждали повозка
и три палатки, а еще - пикник на траве под синим небом, на легком,
ласковом ветерке.
Джерри сел рядом с Ариадной.
- Вот ты и победила Минотавра второй раз, - сказал он. - Меня послали
тебе на помощь... мне уже надоедает, что пока ты то и дело спасаешь меня.
- Обещаю больше не делать этого, - мягко сказала она и улыбнулась.
И тут начало трясти ее. Он взял ее за руку.
- Все в порядке?
Ариадна отважно кивнула:
- До тех пор, пока ты не поставишь рядом со мной бутылку джина... да,
все в порядке.
- Они не брали с собой ни вина, ни пива, - заверил он ее. - Я спрашивал
у Хельги. Оракул и это предвидел. Только ключевая вода - для всех.
Ариадна, казалось, успокоилась, но его беспокоили ее бледность и дрожь.
Да и поведение Тига и всех остальных его тоже тревожило. Их радость и
приветствия были бурными, но какими-то недостаточно бурными. Разговаривая,
они отводили глаза; им было известно что-то, чего он не знал.
Они отобедали холодными цыплятами и хрустящим хлебом, запивая их
ключевой водой. Когда они покончили с едой, Джерри взял руку Ариадны в
свою, и они обменялись неуверенными улыбками. Ей предстояло принять
решение - дорога в Меру была открыта, и дети не могли последовать туда за
ними, где бы они сейчас ни были. Да, конечно, она поедет в Меру. Он
отведет ее к Оракулу. Что потом? Она откажется остаться там без детей. Он
даже не знал, сможет ли последовать за ней обратно в реальный мир,
разрешено ли вообще такое, как не знал, сможет ли отказаться от Меры.
Несомненно, в мире нет жертвы больше, и несомненно, для того чтобы
принести такую жертву, любовь должна быть не просто сильной.
Три огромных першерона паслись неподалеку, и пикник подходил к концу,
когда громоподобный топот возвестил о возвращении Киллера. Он соскочил с
коня, едва не растоптав остатки еды, и все повторилось: поцелуи и объятия
- и ощущение того, что сейчас что-то произойдет.
- Ты говорил еще с Оракулом? - спросил Джерри и увидел, как на лицо
Киллера скользнула невидимая маска.
- Коротко, - ответил тот.
- Ну?
Киллер огляделся. Все слушали.
- Мы можем собираться и ехать, - предложил он, и из тона его следовало,
что существуют и другие возможности.
- Как далеко они отсюда? - спросил Тиг, чья огромная квадратная борода
и кудри до плеч казались здесь, во Внешнем Мире, непривычно черными, не
синими, какими привык их видеть Джерри.
- В получасе ходьбы, - ответил Киллер. - За следующим поворотом. Их
двенадцать.
- Двенадцать кого? - поинтересовался Джерри, заметив в глазах мужчин
озорной блеск.
- Солдат, - ответил Киллер. - Твоих дружков. Кто-то заметил нас -
пришельцев в святилище - и донес куда следует, так что они идут за новой
порцией пропитания Минотавру. - Его зубы блеснули в озорной улыбке, и Тиг,
Свен, Жан-Луи и Маркус ухмыльнулись в ответ.
Джерри виновато посмотрел на Ариадну.
- Никаких потасовок, я надеюсь? - недовольно спросила она.
- Как это "никаких"? - возмутился Киллер. - Мы черт знает сколько не
разминали кости. Верно?
Верно, подтвердили остальные.
- И потом, их всего только дюжина, - продолжал он, а нас шестеро...
Шестеро?
Джерри вздохнул.
- Шестеро, - подтвердил он.
Киллер хохотнул, повел плечом и пошел к повозке выгружать мечи. Джерри
повернулся к Ариадне.
- У меня нет выбора, - тихо сказал он. - Жезл вручен Киллеру. Они все
равно подерутся, поеду я с ними или нет. Я не могу бросать друзей впятером
против двенадцати, ведь не могу?
Она кивнула и сказала, что нет, не может.
К ним подошел Киллер с охапкой бронзовых мечей в ножнах и задержался,
бросив презрительный взгляд на Карло.
- Мне еще надо разобраться с тобой. Ничего, подождет до окончания этого
дельца... хотя... не хочешь ли прогуляться с нами?
- Минуточку, Киллер, дружище, - решительно вмешался Джерри. - У нас с
Карло перемирие, и мы еще не в Мере.
Киллер уставился на него, отшвырнул мечи и подбоченился, отчего его
зеленая накидка разлетелась зелеными крыльями.
- Я никаких перемирий не заключал, - резко заявил он.
Джерри знал, что ему ни за что нельзя терять выдержки: с Киллером это
всегда приводило к поражению, а все остальные слушали их внимательно.
- Жезл тогда был у меня, - напомнил он.
Киллер нахмурился и чуть заметно, но очень неохотно кивнул. Потом в его
глазах вспыхнул знакомый дьявольский огонек.
- Если я дам тебе обещание не разбираться с этим чудаком Карло,
выполнишь ли ты обещание, данное мне?
Джерри пришлось вернуться мыслями к той ночи в доме - он дал Киллеру
обещание, в случае если Ариадна с детьми благополучно прибудет в Меру, так
что, собственно говоря, оно было теперь недействительно. Он обвел взглядом
круг ничего не понимающих лиц, потом опустил глаза на Карло, небрежно
растянувшегося на траве. Он сам изувечил его лицо - казалось, эти раны
нанесены только что. И исцелить их можно только одним способом.
- Все, что ты пожелаешь, - подтвердил он, и Киллер торжествующе
оскалился.
- Ну что ж, значит, ты прощен, чудак, - бросил он Карло, отвернулся и
пошел дальше.
- Лишний меч найдется? - спросил Карло. Киллер застыл и медленно
обернулся.
- Да. Ты хоть когда-нибудь держал меч в руках?
- Нет, - ответил Карло, поднимаясь на ноги. - А как насчет брони?
- Только щиты. Против бронзы нам броня не нужна, достаточно и нашей
одежды. - Киллер сиял: новый рекрут?
Карло с полминуты смотрел на него.
- Можно попробовать на тебе для уверенности?
Обычно Киллера не так просто ошеломить, но этот вызов лишил на минуту
дара речи и его. Краем глаза он покосился на Джерри:
- Я могу доверять ему?
- Нет.
И тут же Джерри пожалел о своих словах, ибо это только ухудшило
ситуацию. Это правда, меранские одежды надежнее, легче и удобнее, чем
любая броня, изготовленная в бронзовом веке, но от увечий не страхует и
она, а стоять и ждать, не обороняясь, прямого удара мечом от
потенциального противника мог только ненормальный. Киллер медленно
нагнулся, подобрал один из мечей, вытащил его из ножен и протянул рукоятью
вперед Карло. Потом сложил руки под накидкой и расправил плечи.
- Куда угодно, кроме глаз, - сказал он и стал ждать.
Карло сделал два пробных взмаха и поморщился - тяжеловато, пожалуй...
- В голову сойдет? - поинтересовался он как ни в чем не бывало.
Ариадна схватила Джерри за руку, и круг зрителей стянулся туже.
Какого черта?
- Сойдет, - кивнул Киллер.
Карло поменял хватку и взмахнул еще раз.
- Эту штуковину можно держать двумя руками? - спросил он.
- Да, - ответил Киллер; лоб его блестел от пота.
Карло оглянулся.
- Станьте пошире, - сказал он. - Места мало.
Зрители нахмурились, но отступили на пару шагов... и Карло без
предупреждения взмахнул мечом, держа его одной рукой, - тот сверкнул на
солнце, описал стремительную дугу и обрушился на шапку Киллера. Меч
отскочил, Карло пошатнулся, а Киллер, охнув, упал на колени; шапка даже не
съехала набок. Потом Киллер, потирая шею, встал. Карло массировал пальцы и
хмурился.
- Значит, семеро? - спросил Киллер.
Парень пожал плечами.
- Отстань, - буркнул он.
Киллер вспыхнул, а зрители, придя в себя, расхохотались.
Это совсем уже сбило Джерри с толку. Он до сих пор не решил для себя,
кто такой этот Карло и что творится в его голове, даже после трех дней,
проведенных вместе с ним взаперти. И уж во всяком случае, он держал меч в
руках далеко не первый раз в жизни.
- Карло? - окликнул он, и Карло задержался и оглянулся.
- Пожалуйста, - произнес Джерри. - Мы будем рады, если ты пойдешь с
нами.
Парень с минуту удивленно смотрел на него. Потом пожал плечами, глянул
на Киллера и кивнул.
- О'кей, семеро, - ответил он.
Киллер натянуто улыбнулся и протянул руку. Карло, игнорируя ее,
наклонился подобрать меч.
- Не оружие, а черт-те что, - заметил он Джерри. - Я куда лучше
управляюсь с мачете.
Джерри лежал вместе с пятью остальными на дне повозки; Киллер правил по
дороге навстречу критской милиции. Вся затея казалась совершенно лишенной
смысла и смахивала на пустую браваду, на что и указывал настоятельно Грэм
Гиллис, когда ему тоже предложили принять участие. Он остался с женщинами,
игнорируя шуточки со стороны Киллера, что вполне могло означать большую
отвагу, нежели проявил Джерри.
Повозка въехала в отряд, и его предводитель крикнул, чтобы они
остановились. Киллер вытянул всех кнутом. Повозка рванула вперед, и тут из
нее, как из Троянского коня, высыпали меранцы.
Бой был короткий и относительно бескровный; впрочем, Джерри ожидал, что
так и будет: критяне не дрались ни за веру, ни за семью, ни за землю.
Девять уцелевших разбежались в разные стороны, бросив на поле боя оружие,
щиты и доспехи. Двум оставшимся вручили полотенце, чтобы те разорвали его
на повязки; они понимали друг друга, ибо находились в радиусе действия
жезла. Меранцы собрали трофеи, погрузили в повозку и собрались
возвращаться в лагерь. В общем, решил Джерри, критяне - люди тихие и
спокойные. Погиб только один, убитый Карло.
Джерри вскарабкался на переднюю скамейку рядом с Киллером, который
пошел в бой с серебряным мечом работы старого Венкера, взял в плен
предводителя критян и принял быструю и неизбежную капитуляцию. Повозка
неспешно поднималась на холм.
- Ладно, дружище Ахиллес, - сказал Джерри. - Какого черта ты все это
затеял?
Киллер расплылся в улыбке, нагнулся и вытащил из-под скамейки шлем из
кабаньих клыков, снятый с предводителя.
- Ради твоей коллекции, дружище Джереми.
Джерри принял шлем и торжественно поблагодарил его: мерионский шлем был
бы украшением любой коллекции, и он знал, что сойдет с ума от радости
обладания им, когда у него будет время осознать это. За их спинами Свен и
Тиглат довольно восседали над шестью комплектами трофейных мечей и щитов.
- Что еще? - спросил Джерри. - Или ты хочешь сказать, что просто
потренировался в обращении с этим серебряным мечом?
Или проверял себя после долгого перерыва?
Киллер следил за лошадьми и не отвечал.
- Ты сказал мне не всю правду! - настаивал Джерри.
Киллер положил руку ему на плечо.
- Ты ведь никогда не лжешь друзьям, Джерри?
- Разумеется, нет!
Киллер с улыбкой покосился на него.
- Я не буду настаивать на выполнении твоего обещания, Джерри. Этот
чудак Карло не стоит обещания - ты видел, как он заколол того бедолагу?
Вот ублюдок! Я знаю, ты любишь меня как друг и выказываешь эту любовь, как
можешь. Поэтому можешь забыть про свое обещание, а я буду молиться Эросу
за тебя.
Свен с Тигом обсуждали возможные варианты обмена комплекта из
двенадцати предметов. Жан-Луи и Маркус примеряли шлемы и наколенники.
Киллера не интересовали железки, иначе его дом ломился бы от этого хлама.
Киллер коллекционировал тела. Живые тела.
- Это было обещание, - заявил Джерри. - Но теперь это уже сделка. Я
повторяю: завтра на закате, у тебя дома. А теперь валяй рассказывай все до
конца!
Киллер так и не посмотрел на него прямо, но рука его напряглась.
- Спасибо, - произнес он. - Это будет очень мило.
- Тогда скажи хоть, черт подери, чего ты дрожишь.
- От предвкушения! - фыркнул Киллер, но руку убрал.
Джерри перебрался назад, к Ариадне - та все еще была бледна и дрожала.
Вся остальная компания расселась по бортам, окружив груду сложенных
палаток и оружия, сваленную посередине. Киллер пригласил Маркуса сесть к
нему на скамейку, и они углубились в беседу. Необычным было то, что Киллер
взял с собой Клио и Хельгу; возможно, так повелел Оракул, а может быть,
присутствие женщин хоть немного сдерживало ту грубую мужскую буффонаду,
которой ожидал Джерри. Четверка тяжеловозов, опустив головы, тащила
повозку по дороге - когда едешь в Меру, все дороги хороши.
Прямо напротив Джерри сидела Мейзи, чертовски хорошенькая в сером
меранском наряде, с шапочкой, игриво сдвинутой набок на золотых волосах;
встретившись с ним взглядом, она даже слабо улыбалась. Она больше не
боялась того, что посещение Меры будет угрожать ее душе - во всяком
случае, после встречи с Астерием. Сидевший рядом с ней Гиллис выглядел
совершенно абсурдно в своей старой одежде из Внешнего Мира, но он настоял,
чтобы ему вернули лохмотья, оставшиеся от его синего костюма. Он
непрерывно хмурился.
Сидевший по другую руку от него Карло хранил свою обычную кислую мину;
костлявые руки покоились на коленях. Он не участвовал в изъявлениях
буйного веселья, разряжавших напряжение по окончании боя. Джерри улыбнулся
ему раз и получил в ответ фигуру из сложенных пальцев. Перемирие если и
сохранялось, то сделалось очень и очень хрупким.
- Расскажи мне про этого, рыжего, - тихо попросила Ариадна.
- Про Свена? - переспросил Джерри и рассказал все, что знал: Дания,
приблизительно десятый век. Будучи старшим сыном, Свен ни разу не ходил в
походы с викингами, поэтому пропустил почти все сражения тех лет; его
доставили в Меру, когда ему шел шестой десяток, хотя его борода оставалась
огненно-рыжей и на первый взгляд ему трудно было дать больше тридцати. Он
прославился как воин, отыгравшись за свою даром прошедшую юность, - просто
большой мальчишка в душе, сказал Джерри. Хельга родилась в Норвегии,
кажется, двумя столетиями позже, но вместе эти двое составляли гармоничную
пару.
История Тиглата из Ниневии звучала бы куда интереснее, но с ней
пришлось подождать, ибо он сидел рядом с Джерри.
Повозка миновала поворот, возле которого произошел недавний бой, и
долина сменилась новой, более ровной и зеленой местностью, которой еще
несколько часов назад здесь не было. Солнце уже не так жгло кожу, и Джерри
показалось, что и воздух сменил аромат - теперь его наполняли мягкие,
меранские запахи близкого моря и пышных трав.
Тиг, Свен и другие продолжали избегать его взгляда. Шевелюра Киллера
приобрела знакомый синий оттенок, и борода Тига - тоже. Джерри раскрыл
рот, чтобы объяснить...
И вот она открылась их взглядам.
- Смотри! - сказал он, почувствовав ком в горле. Повозка катила по
зеленому лугу, а справа от них, на холме красовался за круглой стеной
красно-розовый город.
- Красота какая! - вздохнула Ариадна. - Такой прекрасный, как ты
рассказывал... нет, красивее! Ой, Джерри! - Похоже, ее страхи исчезли;
дрожь и бледность растворились вместе с критским пейзажем.
- Вон, на вершине холма - обитель Оракула, - сказал он, возвысив голос,
как профессиональный экскурсовод. - Видите, Мейзи?
Она изумленно улыбалась.
- Но это же собор, - сказала она. - Тот, с красным шпилем?
Гиллис бросил на Джерри подозрительный взгляд.
- Это что, еще один волшебный фокус? - спросил он.
- Боюсь, да, - рассмеялся Джерри. - Лично я вижу что-то напоминающее
Стоунхендж, стоящие по кругу каменные столбы с кольцом каменных балок
поверху. Наша база в войну располагалась неподалеку от него, и он произвел
на меня огромное впечатление. Насколько мне известно, Киллеру это
представляется античным дорическим храмом. Мейзи видит собор, а вы что?
- Мне это кажется тюрьмой, - фыркнул здоровяк.
- А тебе, Ариадна?
- Ближе к Киллеру, наверное, - нерешительно произнесла она. - Круг
колонн с антаблементом?
Он не очень хорошо представлял себе это.
- Киллеру он кажется прямоугольным в плане. Так что твое описание
напоминает больше мой Стоунхендж, только окультуренный.
Карло сердито отказался сообщить, какой обитель Оракула представляется
ему, но вид он имел сильно встревоженный.
- А вот и ворота, - объявил Джерри, возбужденный, как мальчишка. -
Северные ворота, разумеется...
Ворота были заперты.
Он ни разу не видел этого раньше, и прежде, чем он осознал шок, повозка
остановилась. Мужчины с несчастным видом переглядывались. Даже Хельга...
Только малышка Клио встретилась взглядом с Джерри, но и она казалась такой
же озадаченной и расстроенной, как он. _Что, черт возьми, здесь творится?_
Киллер встал с места, оглянулся на пассажиров, окликнул Джерри по имени
и кинул ему жезл.
Джерри поймал его и тоже встал.
- Будь так добр... - начал он, и тут встал Тиг, огромный Тиг, и положил
покрытую синей шерстью лапищу ему на плечо.
- Мы все дали клятву, Джерри, - пробормотал он своим глубоким басом. -
И мы поклялись держать тебя в стороне от этого. - Лицо его опечалилось.
Джерри пробрал холодный пот.
- В стороне от чего? - переспросил он.
Тиг легонько толкнул, и Джерри плюхнулся на свое место.
Киллер соскочил с повозки и прошелся по траве, выхватив серебряный меч,
ослепительно блеснувший на солнце. Он остановился и в нерешительности
оглянулся. Потом положил меч на траву и скинул одежду.
- Джерри? - шепнула Ариадна. - Я знала, что он любит покрасоваться, но
сейчас-то чего?
Он уже понял, но отвечать не хотел. И кто из них?
Киллер подобрал меч и два раза взмахнул им. Потом подбоченился и
посмотрел на повозку.
- Астерий! - крикнул он.
- Джерри? - снова спросила Ариадна, сжав его руку.
- Подожди и увидишь, - ответил Джерри. Губы его пересохли, сердце
отчаянно колотилось.
- Астерий! - повторил Киллер. - _Я знаю тебя таким, какой ты есть!
Выходи!_
Гиллис поднялся.
Мейзи подняла на него глаза - и отшатнулась. Потом вскочила, обхватила
его руками и заставила сесть на место.
- _Выходи, Астерий!_ - заорал Киллер еще раз.
Гиллис сделал еще одну попытку встать, и плачущая Мейзи едва удержала
его. Ариадна почти так же отчаянно цеплялась за Джерри, с содроганием
глядя на бывшего мужа.
Киллер повторил вызов.
Карло вскочил с места, спрыгнул с повозки, приземлился на полусогнутые
ноги, пригнувшись словно борец.
Мейзи взвизгнула и ударилась в слезы.
Карло откинул голову и взревел. Голова его увеличивалась...
Ариадна еще крепче вцепилась в Джерри и спрятала лицо у него на груди.
Он попытался стряхнуть ее и встать. Тиг прижал его к месту.
- Мы дали клятву, Джерри! - повторил он. - Мы не можем помогать ему.
- Но почему? - взорвался Джерри. От Карло не осталось и следа - теперь
это был Астерий, и он продолжал расти; одежда трещала и рвалась, а из-под
нее лезло нечеловечески мохнатое, нечеловечески тяжелое тело. Бычья голова
нацелилась на Киллера.
- Только так Киллер сможет вернуться, - скорбно произнес Тиг. - Он
находился в доме, когда ты сделал приглашение.
- Но ведь Киллер возвращался! - голос Джерри чуть не срывался. - Я ведь
послал его обратно!
Свен оторвался от созерцания растущего Астерия и повернулся к Джерри.
- Киллер не был в Мере. Его не подпустили даже на такое расстояние.
Клио и Хельга приходили сюда ухаживать за ним.
О нет! Так далеко от сердца магии...
- Сколько времени на это ушло?
- Около года, - ответил Свен. - И все это время Северные ворота были
закрыты.
- Но он сказал, что говорил с Оракулом!
Рыже-красная борода отрицательно качнулась из стороны в сторону.
- Все это время он жил здесь в палатке. Он ни разу не был в городе. Он
мучительно выздоравливал месяцами, Джерри.
Боже! Джерри закрыл лицо руками. Потом оторвался от них, унюхав
знакомый ненавистный запах, увидев огромную тушу Астерия, возвышавшуюся
рядом с повозкой.
- Зато когда он начал поправляться, - добавил Тиг, - ты бы удивился,
увидев, сколько людей хотели навестить его. Их приходилось спускать со
стены в корзинах, сотнями.
- Клио?.. - сказал Джерри, пытаясь представить себе эту дикую для Меры
ситуацию. - И девочки, наверное?
- Клио все понимает, - хмуро улыбнулся Тиг. - Твой друг Жервез много
раз говорил с Оракулом. Они все это и разработали. Здесь лучше биться, чем
в Лабиринте.
- Смотреть, - простонал Джерри, - это все, что мы можем?
Свен кивнул.
- Сразиться должен Киллер, и никто из бойцов не имеет права помочь ему.
Преображение завершилось. Астерий снова задрал морду и заревел - этот
рев уже раздавался в тесной гостиной, в Лабиринте, а теперь эхом отражался
от стен Меры.
Астерий ринулся вперед. Киллер пригнулся, поджидая его, не спуская глаз
с надвигающихся на него острых рогов, потом, отпрянув в сторону, взмахнул
мечом. Оба промахнулись. Астерий остановился, повернулся и снова
громогласно заревел.
- Я не давал никаких чертовых обещаний! - Джерри попытался вывернуться
из-под руки Тига, и снова неудачно.
- Ты останешься здесь, или я намотаю этот жезл тебе на шею! - произнес
Тиг тоном, не позволяющим сомневаться в том, что он так и поступит.
Астерий снова ринулся в атаку. На этот раз Киллер тоже бежал ему
навстречу - он прыгнул, взмахнул мечом, и чудище упало ничком. Прежде чем
Киллер успел восстановить равновесие, оно вскочило, неожиданно
стремительно развернулось и протянуло к нему свои огромные гориллоподобные
руки. Сверкнул меч Киллера, и они отпрянули друг от друга; из раны на боку
Минотавра хлестала кровь. Зрители взорвались радостными воплями, но Киллер
не спускал глаз с врага.
Астерий пятился, выгадывая момент для новой атаки, и Киллер так же
медленно наступал на него. Даже вытянув меч, Киллер находился в
досягаемости огромных рук, и если чудовище схватит его...
Карло... но почему Карло? Джерри ожидал, что это будет Гиллис.
Астерий сделал выпад, отдернув руку, прежде чем Киллер взмахнул мечом,
нацелился рогами на человеческую плоть. Киллер двигался быстро, очень
быстро, но ему недоставало рефлексов чудища.
Или демона. Демон при свете дня находится не в лучшей форме, но все
равно остается демоном.
Они снова кружили. Минотавр искал уязвимое место в обороне Киллера,
Киллер - в обороне Минотавра. Еще выпад, еще пируэт. Теперь наступал
Минотавр, выставив рога, а Киллер отходил.
Астерий бросился вперед; меч сверкнул и отскочил от массивной головы, а
огромные руки мгновенно вытянулись вперед. Киллер отпрыгнул, оступился,
ударил снова. Нет, массивный череп мечом не пробить; он служил и щитом, и
оружием. Руки - уязвимее, но и опаснее: стоит им только схватить
человека... Тактики боя с Минотавром не существовало - Киллер
импровизировал на ходу. Снова и снова бросок, отступление... он вытер лоб
свободной рукой. У монстра из раны в боку ручьем лилась кровь, да и
несколько порезов на голове тоже не облегчали ему жизнь, но в поединке на
выносливость смертная плоть Киллера сдастся первой.
Джерри бессильно корчился; остальные за его спиной тоже, стиснув зубы,
бормотали проклятия. Поминались имена богов: Тора, Геракла, Марса, Иисуса,
Мединет Абу...
- Что будет, если он проиграет? - спросил Джерри. - Этот гад примется
за нас?
Даже под синей бородой видно было, как побледнело лицо Тиглата.
- Нет. Ему нужен только Киллер. Пока мы в повозке, мы в безопасности.
Легче от этого не стало.
Минотавр снова взревел и бросился, стремительно размахивая рогами
вправо, влево, вправо, и Киллер отчаянно защищался, колотя мечом по голове
чудовища, пытаясь попасть в глаз, борясь за пространство, но отступая по
залитой кровью траве. Рог поддел меч и отбил его в сторону. Руки
протянулись к Киллеру, он отпрянул, потерял равновесие, и тут же Минотавр
поддел его рогами.
Массивная голова с торжествующим ревом мотнулась вверх. Киллер,
вращаясь в воздухе, полетел в одну сторону, а меч - в другую.
14
Киллер упал на траву и остался лежать неподвижно - мертвый или без
сознания. Астерий секунду смотрел на него, потом повернулся полюбоваться
на реакцию зрителей в повозке. Он снова заревел, передразнивая их яростные
крики. Потом, тяжело дыша, снова отвернулся от них и не спеша направился к
своей жертве.
- Что, если мы нападем все вместе, - молил Джерри. - Разом?
- _Нет!_ - загремел Свен. - Таков уговор. Оракул запретил нам, и мы
обещали.
Ариадна вдруг вспомнила опыт бесконечных споров с адвокатом.
- Что сказал вам Оракул? - спросила она. - Только точно!
- Он сказал, - ответил маленький Жан-Луи, - "Астерию нужен не столько
Говард, сколько Киллер. Он согласился-на то, что Киллер может взять меч, и
что тем, кто находится в повозке, не причинят вреда; его легионы тоже не
будут вмешиваться. Я согласился, что ни один воин не будет помогать
Ахиллесу".
Минотавр до сих пор стоял к ним спиной, глядя на свою поверженную
жертву и поводя головой из стороны в сторону.
- Конечно! - воскликнула Ариадна. Выхватив жезл из руки Джерри, она
соскочила с повозки и ринулась к Минотавру, не обращая внимания на
возмущенные крики за спиной.
Она понимала, что со стороны это выглядит абсурдом: хрупкий карлик,
бегущий на битву с великаном. Она не знала, что будет делать, не знала,
почему поступает так. Она не любила Киллера - этого порочного маленького
хулигана, но не собиралась позволять проклятому чудищу убить мальчишку.
Киллер пошевелился. Минотавр склонился над его головой, так что, открыв
глаза, Киллер, должно быть, увидел его морду, ибо попытался встать - и
Астерий поставил ногу на его лицо и толкнул его обратно.
_Он любит играть со своими жертвами_.
Ариадна все так же бесшумно бежала по траве.
Потом Астерий испустил негромкий рокочущий звук - возможно, это
означало смех, - сложил руки за спиной и наклонился, скосив голову набок.
На мгновение ей показалось, что он просто заглядывает лежащему в глаза, но
потом она увидела рог, нацеленный точно в сердце юноше... а Астерий
склонялся все ниже.
Киллер вытянул руку, схватился за рог, и рокот повторился. Кровь из
изрезанного лба чудовища капала на жертву. Киллер напряг все свои силы, но
рог все опускался. Тогда Киллер изогнулся, упершись в морду Минотавра
ногами... и тот снова зарокотал, только ускорив движение. Должно быть, он
весил раза в три больше своей жертвы - куда уж Киллеру удержать такую
махину. Рог все опускался, вот он прикоснулся к груди...
Минотавр до сих пор не заметил Ариадны, а она все бежала. Может, ей
удастся сунуть этот жезл в его чудовищную глотку: Джерри говорил, что жезл
обжигает демона.
Астерий сложился почти вдвое, стоя к ней спиной. Он не слышал ее
приближения, иначе поторопился бы разделаться с одной жертвой, прежде чем
взяться за другую.
А потом - то ли услышал, то ли увидел ее. Он оторвался от Киллера,
взревел, задрал морду - слишком поздно! Не замедляя бега, Ариадна
замахнулась жезлом словно клюшкой для гольфа и изо всех сил ударила
Минотавра снизу вверх между широко расставленными ногами; дым повалил из
его промежности, когда волшебный жезл с размаху коснулся демонической
плоти.
С оглушительным ревом Астерий рухнул прямо на Киллера. Ариадна упала на
них, но тут же была отброшена корчившимся чудовищем.
Она встала на четвереньки, потом на ноги и остановилась, ...
