Тэрри Гудкайнд. Третье правило волшебника, или Защитники паствы
страница №5
...овомего защитники.
Они вошли. По тускло освещенному холлу со всех сторон к ним бежали
встревоженные шумом солдаты. Увидев и золотые обручи на предплечьях у Игана
с Уликом, солдаты не побросали оружия, но выражения лиц у них сделались
такими, словно они близки к этому. Угрожающий рык Гратча заставил их
притормозить. А уж при виде Морд-Сит в красных одеждах они и вовсе
остановились.
- Генерал Райбих, - только и произнес Улик. Несколько солдат вышли
вперед.
- Магистр Рал желает видеть генерала Райбиха, - властно повторил Иган.
Где он?
Солдаты молчали, подозрительно глядя на него. Коренастый офицер с
грозным выражением на покрытом оспинами лице протолкался вперед и,
подбоченившись, встал перед Иганом.
- В чем дело?
Шагнув вперед, он угрожающе ткнул в Игана пальцем. Этот шаг оказался
лишним. В мгновение ока Раина обрушила эйджил ему на плечо, и офицер рухнул
на колени. Следующий удар эйджила пришелся в нервное окончание у основания
шеи. По залу разнесся вопль. Солдаты отшатнулись.
- Ты отвечаешь на вопросы, - произнесла Раина ровным тоном Морд-Сит. -
Не задаешь. - Офицер забился в конвульсиях и вновь закричал. Раина
надвинулась на него, скрипя красной кожей. - Я даю тебе еще одну
возможность. Где генерал Райбих?
Дрожащей рукой офицер попытался указать на центральный из трех
коридоров, идущих от холла.
- Дверь... в конце... Раина убрала эйджил.
- Благодарю.
Офицер обмяк, как марионетка, у которой обрезали нитки. Ричард,
сосредоточенный на магии плаща мрисвиза, даже не стал сочувственно
морщиться. В конце концов, Раина его не убила, хотя и причинила ему
неимоверную боль. Это пройдет. Солдаты, вытаращив глаза, смотрели на
корчащегося на полу командира.
- На колени перед Магистром Ралом! - прошипела Раина.
- Магистром Ралом? - раздался чей-то испуганный голос.
Холли показала рукой туда, где стоял Ричард:
- Вот Магистр Рал.
Солдаты, оцепенев, уставились в пустоту. Раина, щелкнув пальцами,
указала на пол. Все рухнули на колени, а Ричард, в сопровождении защитников,
пошел по коридору. Кое-кто из солдат, с мечом в руках, двинулся следом.
В конце коридора Улик распахнул дверь, за которой оказалась большая
комната с высокими потолками, лишенная всяческих украшений. Кое-где сквозь
белую краску на стенах пробивалась прежняя - синяя. Гратчу пришлось
пригнуться, чтобы пройти в проем, а Ричард постарался не обращать внимания
на неприятное ощущение, будто они попали в колодец, с ядовитыми змеями.
В комнате их встретили три ряда д'харианских солдат, вооруженных мечами
и боевыми топорами. Крепкая стена прочных доспехов, решительных лиц и стали.
За солдатами у окна, выходящего на заснеженный двор, стоял длинный стол. В
окно были видны шпили дворца Исповедниц, а за ним, на горе, замок
Волшебника.
Люди, сидящие за столом, неприветливо смотрели на незваных гостей. По
знакам различия у них на предплечьях было ясно, что это офицеры высокого
ранга.
В их глазах читалась уверенность в себе и возмущение тем, что им
помешали.
Человек, сидящий в центре, откинулся на стуле и скрестил на груди руки.
Глубокий шрам начинался у него на левом виске, уходил вниз и исчезал
под пышной рыжей бородой. Человек сердито нахмурился.
Холли холодно глянула на солдат:
- Мы пришли, чтобы увидеть генерала Райбиха. Прочь с дороги, или вас
уберут.
Капитан, командующий отрядом, двинулся к ней.
- Да ты...
Холли ударила его по голове перчаткой с кастетом. Иган шипами обруча
вспорол ему плечо, потом неуловимым для глаза движением схватил его волосы,
перегнул шею капитана через свое колено и сдавил ему горло.
- Если не хочешь умереть, говори. Капитан сжал губы так, что они
побелели.
Солдаты с гневными криками двинулись вперед. Эйджилы Морд-Сит угрожающе
поднялись.
- Пропустите их, - приказал бородач за столом. Солдаты расступились,
оставив узкий проход. Морд-Сит взмахнули эйджилами, и солдаты расступились
шире. Иган отпустил капитана. Опершись об пол здоровой рукой, он встал на
колени и закашлялся, пытаясь восстановить дыхание. В коридоре послышался
звон оружия.
Бородач выпрямился за столом и накрыл ладонью разложенные перед ним
бумаги.
- Что вам нужно? Холли вышла вперед.
- Вы - генерал Райбих?
Бородач кивнул. Холли склонила голову. Это был поклон - вернее, тень
поклона. Ричард ни разу не видел, чтобы Морд-Сит низко склонялись перед
кем-то, даже перед королевой.
- Мы привезли послание от генерала Тримака, командующего Первой
когортой.
Даркен Рал мертв, и его дух навсегда изгнан в нижний мир новым
Магистром Pалом.
- Вот как? - Генерал поднял брови. Холли достала из футляра свиток и
протянула ему. Прежде чем вскрыть свиток, генерал внимательно осмотрел
печать.
Потом он снова откинулся на спинку стула и приступил к чтению. Его
зеленые глаза бегали по строчкам. Наконец он поднял голову.
- И такая грозная компания собралась лишь для того, чтобы доставить мне
письмо?
Холли уперлась кулаками в стол и наклонилось к генералу.
- Мы привезли не только письмо, генерал Райбих. С нами приехал сам
Магистр Рал.
- Неужели? И где же он, этот ваш Магистр Рал? Холли всем своим видом
продемонстрировала, что не желает услышать этот вопрос еще раз.
- Он стоит перед вами.
Райбих оглядел всех по очереди. Его взгляд на мгновение задержался на
гаре. Потом он вновь посмотрел на Холли. Она выпрямилась и указала рукой на
Ричарда.
- Позвольте представить вам Магистра Рала, владыку Д'Хары.
Солдаты зашептались, а генерал Райбих уточнил:
- Кто-то из вас объявил себя Магистром Ралом?
- Не будьте глупцом! - рявкнула Кара и протянула руку к Ричарду. - Вот
Магистр Рал.
Брови генерала угрожающе сошлись на переносице.
- Не знаю, что вы задумали, но моему терпению приходит...
Ричард отбросил за спину капюшон плаща и возник, казалось, из воздуха
перед изумленным генералом и его подчиненными.
Солдаты ахнули. Кое-кто даже упал. Другие опустились на колени и
склонились в глубоком поклоне.
- Я - Магистр Рал, - спокойно произнес Ричард.
Повисла тишина. Потом генерал Райбих, хлопнув ладонью по столу,
разразился хохотом. Откинув голову, он смеялся долго и с удовольствием.
Затем, резко оборвав смех, генерал Райбих встал из-за стола.
- Отличный фокус, молодой человек. Но с тех пор, как я прибыл в
Эйдиндрил, я повидал такого немало. Однажды меня даже развлекали птичками,
вылетающими из штанов. - Взгляд его снова стал суровым. - Я почти вам
поверил, но умение показывать фокусы не делает вас Магистром Ралом.
Возможно, Тримака вы смогли убедить, но никак не меня. Я не кланяюсь уличным
фокусникам.
Ричард застыл, чувствуя на себе взгляды присутствующих, и судорожно
пытался придумать, что делать дальше. Он не рассчитывал нарваться на смех и
не мог сообразить, к какой магии прибегнуть еще. К тому же этот человек был
явно не способен отличить магию от фокуса. Впрочем, когда Ричард заговорил,
голос его звучал уверенно:
- Я Ричард Рал, сын Даркена Рала. Даркен Рал мертв. Теперь я - Магистр
Рал. Если вы хотите сохранить свой пост, склонитесь передо мной и признайте
своим владыкой. Если нет, я заменю вас другим.
Расхохотавшись, генерал Райбих сунул пальцы за ремень.
- Покажи еще что-нибудь, и я, быть может, дам тебе золотую монетку,
прежде чем выгнать отсюда. За наглость тебе тоже полагается плата - правда,
другого рода.
Солдаты угрожающе сомкнули кольцо.
- Магистр Рал не показывает фокусов! - рявкнула Холли.
Опершись на стол, Райбих наклонился к ней:
- Вы одеты весьма убедительно, но я не советую вам изображать Морд-Сит,
юная дама. Если вы попадетесь одной из них в руки, то дорого заплатите за
свой маскарад. Они, знаете ли, очень серьезно относятся к своей профессии.
Холли коснулась эйджилом его ладони. Вскрикнув от боли, генерал
отшатнулся с выражением полной растерянности на лице и выхватил кинжал.
От рева Гратча задрожали стекла. Глаза его загорелись изумрудным
пламенем.
Он обнажил клыки и расправил крылья. Солдаты отступили, выставив перед
собой мечи.
Ричард мысленно застонал. Ситуация быстро становилась неуправляемой.
Rеперь он пожалел, что недостаточно хорошо все продумал, но тогда он был
совершенно уверен, что его способность становиться невидимым произведет
нужное впечатление. Надо было хотя бы разработать план отступления! А сейчас
он не представлял, как им выбраться отсюда живыми. Даже если им это и
удастся, то какой ценой? Это будет кровавая баня. Ричард не хотел этого. Он
решился на эту авантюру для того, чтобы избежать кровопролития, а не
наоборот.
Внезапно вокруг поднялся шум.
Не думая о том, что делает, Ричард выхватил меч. Неповторимый звон
волшебного клинка поплыл в воздухе. Магия меча полилась в Ричарда, наполняя
яростью его существо. Это было похоже на поток расплавленного металла,
прожигающий до костей. Ричарду было хорошо знакомо это чувство, и он
позволил ему целиком захватить себя. Выбора не осталось. В нем бушевал
яростный шторм.
Духи тех, кто использовал эту магию до него, вырвались на свободу
вместе с волной всесокрушающего гнева.
Райбих рассек воздух кинжалом.
- Убить самозванцев!
Внезапно прогремел гром, и стекло разлетелось на миллионы осколков,
блестящих, словно алмазы. Офицеры пригнулись, прикрывая головы, и Ричард с
изумлением сообразил, что окна были выбиты снаружи.
Сквозь стеклянный дождь мелькнули четыре тени. Сгустки света и тьмы
упали на пол. Сквозь магическую ярость меча Ричард почувствовал их.
Мрисвизы.
Приземлившись, они обрели твердые очертания.
Ричард пригнулся, и Гратч перелетел через него. Сражение началось. Один
из офицеров рухнул лицом на стол, заливая кровью бумаги. Улик оттеснил двух
солдат, еще двоих Иган загнал за стол.
Но Ричард, поймав внутри себя островок спокойствия, не обращал внимания
на стоны, крики и блеск стали. Тишина окутала его, когда он коснулся лба
Мечом Истины, молчаливо моля клинок быть справедливым сегодня.
Он видел только мрисвизов, чувствовал только их. Всей душой он желал не
видеть и не слышать ничего больше.
Первый, ближайший, который стоял спиной к Ричарду, возник словно из
воздуха. С яростным криком Ричард дал волю гневу Меча. Клинок свистнул и
нашел свою цель. Магия получила кровь, которой так жаждала. Обезглавленный
мрисвиз рухнул, и его нож покатился по полу.
Ричард развернулся к другому, тому, что был слева, но тут между ними
вклинилась Холли, заслонив своим телом Магистра Рала. Еще в развороте Ричард
ухитрился отбросить ее плечом и, почти одновременно с этим взмахнув мечом,
снес голову второму мрисвизу прежде, чем тело первого успело коснуться пола.
Струя крови ударила в потолок.
Ричард рванулся дальше. Охваченный магической яростью, он стал единым
целым со своим мечом, с его магией и духами, живущими в нем. Он стал тем,
кем называли его в пророчестве, написанном на древнед'харианском, и кем он
называл себя сам: Фуер грисса ост драука - Несущий смерть. Все, что было
меньше этого, означало бы гибель его друзей, но Ричард находился уже за
пределами разума. Он был полностью погружен в магию.
Хотя третий мрисвиз успел изменить цвет, Ричард все же углядел его,
скользящего между солдат, и могучим ударом вогнал клинок ему в грудь.
Предсмертный вой огласил комнату.
От этого звука солдаты замерли, и наступила внезапная тишина.
Ричард с натугой поднял меч и отшвырнул мрисвиза в сторону.
Безжизненное тело соскользнуло с клинка и, пролетев по воздуху, ударилось о
ножку стола.
Ножка подломилась, стол накренился. Бумаги посыпались на пол.
Стиснув зубы, Ричард направил клинок на человека, стоящего там, где
мгновение назад был мрисвиз. Острие коснулось горла мужчины и остановилось.
С лезвия на пол капала кровь. Магия рвалась наружу, в жажде уничтожения
требуя и этой жертвы.
Смертоносный взгляд Искателя встретился со взглядом генерала Райбиха. И
глаза офицера впервые разглядели того, кто стоит перед ним. Магию, плясавшую
в глазах Ричарда, нельзя было спутать ни с чем. Это было все равно что
взглянуть - солнце и не зажмуриться.
Никто не издал ни звука - впрочем, Ричард все равно не услышал бы
никого.
Он видел лишь человека, которого держал на острие своей мести. Ричард с
головой окунулся в бурлящий котел магии, и возвращаться оттуда было
чудовищно тяжело.
Глядя в ястребиные глаза Ричарда, генерал Райбих медленно опустился на
колени. Его голос заполнил звенящую тишину.
- Магистр Рал ведет нас. Магистр Рал наставляет нас. Магистр Рал
защищает нас. В сиянии славы твоей - наша сила. В милосердии твоем - наше
спасение. В мудрости твоей - наше смирение. Вся наша жизнь - служение тебе.
Вся наша жизнь принадлежит тебе.
Это было сказано не для того, чтобы спасти свою жизнь. Это были слова
уважения человека, увидевшего то, чего он увидеть не ожидал.
Ричард сам не единожды повторял эти слова. Каждый день, когда в
Народном Дворце Д'Хары бил колокол, все собирались на площадках для
посвящения и в течение двух часов повторяли эти фразы и кланялись, стоя на
коленях. Сам Ричард впервые произнес эти слова, когда увидел Даркена Рала -
по приказу Денны.
Глядя на коленопреклоненного генерала, Ричард испытал отвращение и в то
же время какой-то частью души - огромное облегчение.
- Магистр Рал, - прошептал Райбих, - вы спасли мне жизнь. Вы спасли
жизнь всем нам. Благодарю вас.
Ричард понял, что, если он сейчас попытается зарубить генерала, клинок
не послушается. Не послушается, потому что Ричард сердцем знал: этот человек
больше не враг ему и не представляет угрозы. Меч, если только Ричард не
сделает его белым, обратившись к той стороне магии, что отражает любовь и
прощение, никогда не поразит невинного. Однако магический гнев, овладевший
Искателем, не поддавался рассудку. Погасить его было нелегко. Наконец
огромным усилием воли справившись с ним, Ричард убрал Меч Истины в ножны.
Вместе с ним ушли и ярость, и магия.
Все закончилось так же быстро, как началось. Теперь схватка казалась
Ричарду едва ли не сном. Мгновенная вспышка, которая уже миновала.
На накренившемся столе лежал мертвый офицер. Пол был усыпан осколками
стекла, бумагой и залит зловонной кровью мрисвизов. Все солдаты в комнате и
в коридоре стояли на коленях. Они тоже видели невероятное.
- Остальные живы? - Ричард охрип от крика ярости и говорил с трудом. -
Ктонибудь еще ранен?
Ответом была тишина. Раны, конечно же, были - серьезные, но не
смертельные. Улик с Иганом так и не обнажили мечей. Тяжело дыша, с
окровавленными кулаками, они возвышались над коленопреклоненными солдатами.
Они были тогда в Народном Дворце, их глаза уже видели это.
Гратч сложил крылья и разулыбался. "По крайней мере хотя бы одно
существо связано со мной только узами дружбы", - подумал Ричард. На полу
валялись четыре мертвых мрисвиза. Одного прикончил Гратч, троих - Ричард. К
счастью, твари не успели больше никого убить. Могло быть и хуже. Намного
хуже. Кара отбросила со лба волосы, а Бердина стряхнула с плеч осколки
стекла. Раина отпустила солдата, которого крепко держала за руку, и он
отошел в сторону - перевести дух.
Ричард поглядел на разодранное Гратчем тело мрисвиза. Рядом,
согнувшись, стояла Холли, обхватив руками живот. Ее светлые волосы резко
выделялись на кроваво-красной одежде Морд-Сит. Эйджил болтался на цепочке,
прикрепленной к запястью.
Поглядев вниз, Ричард вздрогнул. Красная одежда женщины скрывала то,
что он увидел теперь: она стояла в луже крови. Своей крови.
Отшвырнув ногой тело мрисвиза, Ричард подхватил Холли.
- Холли! - Он осторожно опустил Морд-Сит на пол. - О духи! Что
произошло?
Но еще не договорив, он уже понял. Так убивают мрисвизы. Ричард положил
голову Холли к себе на колени; рядом опустились три оставшиеся Морд-Сит.
Сзади припал к полу Гратч.
Взгляд синих глаз остановился на Ричарде.
- Магистр Рал...
- О, Холли, прости! Зачем я только позволил тебе...
- Нет... Послушайте... Я была невнимательна... а он - очень быстр... и
все же... когда он ударил меня....я поймала его магию. На мгновение...
прежде чем вы его убили... она была моей.
Если против Морд-Сит использовали магию, они могли подчинить ее себе,
сделав противника беспомощным. Именно так в свое время Денне удалось взять в
плен Ричарда.
- О, Холли, это я виноват, я промедлил...
- Это был дар.
- Что?
- Его магия... Она как ваша... Дар. Ричард погладил ее по лицу,
заставляя себя смотреть ей в глаза, а не ниже.
- Дар? Спасибо за предупреждение, Холли. Я перед тобой в долгу.
Окровавленной рукой она вцепилась ему в плащ.
- Благодарю вас, Магистр Рал... за мою свободу. - Холли судорожно
вздохнула. - Она была недолгой... но стоила... этой цены. - Холли посмотрела
на своих подруг. - Защищайте его...
Она вздохнула в последний раз, и глаза ее начали стекленеть.
Ричард прижал к себе обмякшее тело; по его лицу катились слезы
бессильной ярости. Как бы он хотел повернуть время вспять! Гратч нежно
накрыл лапой Холли, а Кара положила руку на плечо гару.
- Я не хотел, чтобы кто-то из вас погиб. О духи, я этого не хотел!
Раина взяла его за руку.
- Мы знаем, Магистр Рал. Именно поэтому мы обязаны вас защищать.
Ричард положил Холли на пол и склонился над ней, не желая, чтобы другие
видели ее раны. Он огляделся. Рядом валялся плащ мрисвиза. Но Ричард не стал
поднимать его, а повернулся к ближайшему солдату.
- Дай сюда свой плащ!
Солдат стянул с себя плащ с такой скоростью, будто тот был горячим.
Ричард закрыл Холли глаза и укрыл плащом.
- Ее похоронят, как принято в Д'Харе, Магистр Рал, - произнес стоящий
рядом генерал Райбих., - Ее и Эдвардса. - Он указал на мертвого офицера.
Ричард прикрыл глаза и вознес молитву добрым духам, прося их
позаботиться о душе Холли. Потом он поднялся на ноги.
- После посвящения. Генерал прищурил глаз.
- Магистр Рал?
- Она сражалась за меня. Она погибла, пытаясь меня защитить. Я хочу,
чтобы ее дух увидел то, за что она боролась. Сегодня днем, после посвящения,
Холли и ваш офицер будут погребены со всеми почестями.
Кара наклонилась к нему и прошептала:
- Магистр Рал, полностью обряд посвящения проводится только в Д'Харе. В
полевых условиях достаточно того, что сделал генерал Райбих.
Генерал Райбих виновато кивнул. Ричард обежал глазами комнату. Все
взгляды были устремлены на него. Белые стены и потолок окрасились кровью
мрисвизов.
Ричард вновь посмотрел на генерала.
- Мне наплевать, как это делалось в прошлом. Сегодня состоится полное
посвящение, здесь, в Эйдиндриле. Завтра можете возвращаться к своим обычаям,
если хотите. Но сегодня все д'харианцы в городе и вокруг него совершат
полное посвящение.
Генерал потеребил бороду.
- Магистр Рал, в этом районе очень много наших войск. Всех нужно
оповестить и...
- Мне не нужны объяснения, генерал Райбих. Нам предстоит тяжелый и
долгий путь. Если вы не в состоянии выполнить этой задачи, то не ждите, что
я поверю, будто вы справитесь с тем, что от вас может потребоваться в
дальнейшем.
Генерал глянул через плечо на своих офицеров, как бы предупреждая, что
намерен дать слово и таким образом обязать их тоже. Потом он повернулся к
Ричарду и отсалютовал, прижав кулак к сердцу.
- Как солдат на службе Д'Хары, сталь против стали, передаю волю
Магистра Рала. Сегодня днем всем д'харианцам будет оказана великая честь
принять участие в полном посвящении новому Магистру Ралу.
Генерал посмотрел на труп мрисвиза возле стола.
- Мне никогда еще не доводилось слышать, чтобы Магистр Рал сражался
сталью против стали бок о бок со своими солдатами. Казалось, сами духи
направляют вашу руку. - Он прокашлялся. - Если позволите. Магистр Рал, могу
я спросить - что за трудный путь лежит перед нами?
Ричард внимательно посмотрел на рассеченное шрамом лицо генерала.
- Я боевой чародей. Я сражаюсь всем, что есть в моем распоряжении, - и
магией, и сталью.
- А мой вопрос, Магистр Рал?
- Я только что на него ответил, генерал Райбих. Легкая улыбка тронула
губы генерала. Взгляд Ричарда сам собой опустился вниз, на Холли. Плащ не
мог прикрыть все ее раны. У Кэлен нет ни малейшего шанса уцелеть при встрече
с мрисвизом, подумал Ричард, и к горлу его подступила тошнота.
- Она умерла так, как хотела умереть. Магистр Рал, - тихо сказала Кара.
Она умерла, как Морд-Сит.
Ричард попробовал представить себе улыбку Холли, которую видел на
протяжении нескольких часов. И не смог. Перед его мысленным взором стояли
лишь ужасные раны, увиденные всего несколько мгновений назад.
Он сжал кулаки и, справившись с приступом дурноты, поглядел на трех
оставшихся Морд-Сит.
- Клянусь всеми духами, я прослежу, чтобы вы все умерли в постели,
старыми и беззубыми. Так что свыкнитесь с этой мыслью!
Глава 10
Тобиас Броган, теребя усы, краем глаза наблюдал за Лунеттой. Она чуть
заметно кивнула, и хорошее настроение, столь редко свойственное генералу,
сразу пропало. Этот человек говорил правду. В такого рода вещах Лунетта
никогда не ошибалась, и все же Броган понимал, что он лжет. Просто знал.
Броган перевел взгляд на мужчину, стоящего перед ним по другую сторону
длинного стола, за которым могли бы разместиться человек семьдесят, и
обходительно улыбнулся.
- Благодарю вас. Вы нам очень помогли. Мужчина покосился на стоящих у
него по бокам солдат в блестящих доспехах.
- Это все, что вы хотели узнать? Меня притащили сюда, только чтобы
спросить о том, что известно любому? Я мог сразу все рассказать вашим людям,
если бы они меня попросили.
Броган заставил себя сохранять улыбку.
- Примите извинения за доставленное неудобство. Вы хорошо послужили
Создателю и мне. - Улыбка исчезла. - Можете идти.
Увидев выражение его глаз, мужчина торопливо поклонился и устремился к
дверям.
Броган побарабанил пальцами по коробочке на поясе и нетерпеливо
посмотрел на Лунетту.
- Ты уверена?
Ответный взгляд Лунетты был безмятежен.
- Он говорить правду, господин генерал, как и все остальные. - Она
хорошо владела своим гнусным мастерством, и, когда прибегала к нему, в
результате сомневаться не приходилось. Брогана это всегда раздражало.
Он грохнул кулаком по столу.
- Это не быть правдой!
В спокойных глазах Лунетты он почти видел Владетеля.
- Я не сказала, что это быть правдой, господин генерал. Я сказала лишь,
что он верит в то, что это правда.
Тобиас был вне себя. Он догадывался, как на самом деле все обстоит. Он
всю жизнь провел в борьбе со злом и научился распознавать кое-какие его
хитрости.
Он понимал магию. Дичь уже близко, он чувствовал ее запах.
Послеполуденное солнце, пробиваясь сквозь золотистые занавеси, освещало
витые ножки кресла, узорчатый синий ковер - цвет короля - и длинную крышку
стола. После обеда прошло немало времени, были допрошены многие, и все же
Броган ни на шаг не сдвинулся с места в своем расследовании. Бешенство
переполняло его.
Гальтеро, как правило, обладал особым нюхом на свидетелей, способных
дать необходимую информацию, но на этот раз его талант, похоже, оказался
бессилен.
Интересно, подумал Броган, удалось ли Гальтеро что-нибудь выяснить в
Эйдиндриле? Город пребывал в волнении, а Тобиас Броган терпеть не мог, когда
люди ведут себя беспокойно. Конечно, если не он сам и его подчиненные
посеяли эту тревогу. Безусловно, использовать можно все, в том числе и
настроение жителей, но для этого надо знать причину. Гальтеро, должно быть,
уже давно вернулся.
Откинувшись спинку обитого атласом кресла, Броган окликнул стоящего у
дверей солдата в алом плаще:
- Этторе, Гальтеро вернулся?
- Нет, господин генерал.
Этторе был еще почти мальчик, но уже вовсю стремился внести свою лепту
в борьбу со злом. Он подавал большие надежды: хитрый, преданный и не
боящийся быть безжалостным с приспешниками Владетеля. Когда-нибудь он станет
одним из лучших охотников на еретиков. Тобиас расправил затекшую спину.
- Сколько у нас осталось свидетелей?
- Двое, господин генерал. Броган нетерпеливо махнул рукой.
- Введи следующего.
Этторе исчез за дверью, а Тобиас, щурясь против солнца, снова поглядел
на сестру.
- Так ты точно была уверена, да, Лунетта? Лунетта затеребила свои
лохмотья.
- Да, господин генерал.
Открылась дверь, и Броган устало вздохнул. Этторе ввел в комнату
худенькую женщину, которая выглядела весьма сердитой. Тобиас улыбнулся ей
самой любезной улыбкой. Опытный хищник никогда заранее не показывает своей
жертве клыков.
Женщина резко вырвала локоть из руки Этторе.
- Что все это значит?! Меня увели из дому вопреки моей воле и целый
день продержали взаперти! Какое вы имеете право?!
Тобиас виновато улыбнулся.
- Должно быть, это какое-то недоразумение. Прошу прощения. Видите ли,
мы всего лишь хотели задать кое-какие вопросы людям, которые, по нашему
мнению, достойны доверия. Понимаете, не все способны отличить истину от лжи.
А вы умная женщина, только и всего, вот и...
Опершись на стол, она наклонилась к нему.
- И по этой причине меня на весь день заперли в какой-то конуре? Так
обращаются Защитники Паствы с людьми, которых считают надежными? Насколько
мне доводилось слышать, Защитники Паствы вообще не утруждают себя вопросами,
а довольствуются слухами, поскольку результат все равно один - свежая
могила.
У Брогана задергалась щека, но все же он сохранял . на лице улыбку.
- Вам сказали неправду, сударыня. Защитников Паствы интересовать лишь
истина. Мы служим Создателю и его воле не меньше, чем женщина с таким
характером, как у вас. Но все же - не будете ли вы любезны ответить на
некоторые вопросы? А потом вас благополучно проводят домой.
- Проводите меня домой немедленно! Это свободный город. Никто из
чужестранцев не имеет права хватать людей и допрашивать их! Я не обязана
отвечать на ваши вопросы!
Улыбка Брогана стала шире; он слегка повел плечами.
- Вы быть совершенно правой, сударыня. У нас нет на это прав, и мы не
собираемся этого отрицать. Мы всего лишь просим помощи у честных людей. Если
бы вы помогли нам разрешить кое-какие вопросы, то заслужили бы нашу
сердечную благодарность и спокойно отправились бы домой.
Бросив на него уничтожающий взгляд, она поправила шаль.
- Если это поможет мне поскорее попасть домой, так и быть. Что вы
хотите узнать?
Броган незаметно взглянул на Лунетту, чтобы убедиться, что та наблюдает
внимательно.
- Видите ли, сударыня, с самой весны Срединные Земли терзает
гражданская война, и мы хотим выяснить, не стоят ли за несчастьями,
постигшими страну, приспешники Владетеля. Не говорил ли кто-нибудь из членов
Совета вещи, порочащие Создателя?
- Они все мертвы.
- Да, я слышал об этом, но Защитники Паствы не полагаются на слухи. Нам
нужны серьезные доказательства, например, показания свидетеля.
- Прошлой ночью я видела их трупы в Зале Совета.
- Вот как? Что ж, это важное доказательство. Наконец-то мы услышали
правду из уст достойного человека. Вот видите, вы уже оказали нам
существенную помощь.
А кто их убил?
- Я не видела, как их убивали.
- Не высказывался ли кто-нибудь из советников против мира,
установленного Создателем?
- Им не нравился мир, который царил в содружестве Срединных Земель.
Если хотите знать мое мнение, это то же самое, о чем говорите вы, хотя они и
выражались другими словами. Они пытались представить черное белым, а белое
черным.
Тобиас напустил на себя заинтересованный вид.
- Те, кто служит Владетелю, часто придерживаются подобной тактики,
пытаясь заставить вас думать, что, совершая зло, вы творите добро. - Он
сделал рукой неопределенный жест. - А была ли какая-нибудь страна, которая,
в частности, хотела нарушить мир в содружестве?
Женщина приосанилась.
- Все, включая и вашу страну, были одинаково готовы отдать Срединные
Земли в рабство Имперскому Ордену.
- В рабство? Я слышал, что Имперский Орден желает лишь объединить
страны, чтобы каждый человек занял положенное ему по праву место в этом мире
и выполнял заповеди Создателя.
- Значит, вам сказали неправду. Они хотят слышать только то, что
соответствует их целям, а их цели - завоевание и господство.
- Я ничего этого не знал. Очень ценные сведения. - Откинувшись на
стуле, Броган положил ногу на ногу и обхватил руками колено. - А когда зрел
этот заговор и мятежники проникли в Совет, где в это время быть
Мать-Исповедница?
Женщина на мгновение заколебалась.
- Отсутствовала по своим делам.
- Я понимаю. Но она вернулась?
- Да.
- А вернувшись, пыталась ли она остановить бунт? Сохранить единство
Срединных Земель? Глаза женщины сузились.
- Конечно, пыталась! И вам прекрасно известно, чего это ей стоило. Не
прикидывайтесь, что вы не знаете.
Быстрый взгляд в сторону показал Брогану, что Лунетта внимательно
смотрит на женщину.
- Да, до меня дошли какие-то слухи. Если вы видели все своими глазами,
то ваши показания очень важны. Вы присутствовали при этом, сударыня?
- Я видела казнь Матери-Исповедницы, если вы это имеете в виду.
Тобиас, поставив локти на стол, сплел пальцы.
- Да, этого я и боялся. Значит, она мертва? Ноздри женщины раздулись.
- К чему вы ведете? Тобиас посмотрел ей в глаза.
- Сударыня, Срединные Земли существовали под властью Исповедниц,
точнее, Матерей-Исповедниц, на протяжении почти трех тысяч лет. Под властью
Эйдиндрила мы жили в мире и процветали. Когда границы рухнули и началась
война с Д'Харой, я испугался за Срединные Земли...
- Тогда почему .вы не поспешили на помощь?
- Я хотел предложить помощь, но король запретил Защитникам Паствы
вмешиваться. Разумеется, я настаивал, но ведь он, в конце концов, был моим
королем. Никобарис страдал под его властью. Как выяснилось потом, он
вынашивал мрачные планы и, как вы сказали, был готов отдать нас в рабство.
Но когда король выдал себя и поплатился за это, я со своими людьми сразу же
пришел через горы в Эйдиндрил, чтобы помочь Срединным Землям, Совету и
Матери-Исповеднице. А придя, обнаружил здесь д'харианские войска, которые,
правда, уже воюют с нами.
Я слышал, что Имперский Орден протянул руку помощи Срединным Землям;
Впрочем, во время похода, да и уже в самом Эйдиндриле я слышал много разных
слухов: что Срединные Земли пали, что Срединные Земли восстали, что
советники мертвы, что они живы и скрываются, что власть в Срединных Землях
захватили кельтонцы, д'харианцы, Имперский Орден. Что Мать-Исповедница
мертва, что она жива. Чему же мне верить? Но если Мать-Исповедница
действительно осталась в живых, мы могли бы ее защитить. Мы - небогатая
страна, но, насколько это в наших силах, мы стремимся помочь Срединным
Землям.
Плечи женщины чуть опустились.
- Кое-что из того, что вы слышали, - правда. В войне с Д'Харой погибли
все Исповедницы, кроме Матери-Исповедницы. Волшебники тоже погибли. Потом
Даркен Рал умер, и д'харианцы, как и кельтонцы, объединились с Имперским
Орденом. Мать-Исповедница, вернувшись, пыталась отстоять единство Срединных
Земель, но этот продажный Совет казнил ее.
Броган покачал головой.
- Это быть печальным известием. Я надеялся, что это быть ложь. Она
нужна нам. - Он закусил губу. - Вы абсолютно уверены, что ее казнили? Может
быть, вы ошибаетесь? В конце концов, она ведь владеет магией. Она могла
убежать, исчезнуть как дым или что-то в этом роде. Быть может, она еще жива.
Женщина пристально посмотрела на него.
- Мать-Исповедница мертва.
- Но до меня доходили слухи, что ее видели живой... где-то за рекой
Керн.
- Дурацкие слухи, распространяемые глупцами! Она умерла. Я своими
глазами видела, как ей отрубили голову.
Броган, не сводя с женщины глаз, погладил пальцем небольшой шрам в углу
рта.
- Еще мне также говорили, что она скрылась в другом направлении - на
югозапад. Неужели нет никакой надежды, что...
- Это ложь! Повторяю в последний раз - я сама видела, как ее
обезглавили.
Она никуда не скрылась. Мать-Исповедница мертва. И если вы
действительно хотите помочь Срединным Землям, то сделайте все, чтобы они
снова стали едины.
Тобиас изучающе посмотрел в ее рассерженное лицо.
- Да-да, вы совершенно правы. Это очень тревожные новости, но хорошо,
что мы наконец получили надежного свидетеля, способного пролить свет на
истинное положение вещей. Благодарю вас, сударыня, вы оказали нам гораздо
более существенную помощь, чем можете предположить. Я приложу все усилия,
чтобы мои войска были максимально полезны.
- Больше всего пользы будет, если они выгонят Имперский Орден из
Эйдиндрила, а потом вообще из Срединных Земель.
- Вы полагаете, что Имперский Орден настолько плох?
Женщина потрясла перед ним забинтованными руками.
- Они вырвали мне все ногти, чтобы заставить сказать ложь!
- Какая гнусность! Но что за ложь они хотели от вас услышать?
- Что черное - это белое, а белое - черное. Так же поступают и
Защитники Паствы!
Броган улыбнулся, делая вид, что его позабавили эти слова.
- Вы нам очень помогли, сударыня. Ваша преданность Срединным Землям
заслуживает уважения. Но, право, мне очень жаль, что вы так относитесь к
Защитникам Паствы. Может быть, вам тоже не следовало бы прислушиваться ко
всяким слухам. Потому что это всего лишь слухи. Не смею больше вас
задерживать.
Всего доброго.
Окинув его напоследок разъяренным взглядом, женщина вылетела из
комнаты.
При других обстоятельствах ее дерзость стоила бы ей гораздо больше, чем
вырванные ногти, но Брогану не раз приходилось выслеживать опасную дичь, и
он знал, что проявленное им сегодня терпение окупится позже сторицей. А
дичь, которую он выслеживает, стоит того, чтобы стерпеть наглые заявления
этой бабы.
Он получил от нее ценные сведения, хотя она и не подозревала об этом. А
Броган всегда стремился к тому, чтобы дичь не догадывалась, что он взял
след.
Тобиас вопросительно посмотрел на Лунетту.
- Она говорить ложь, господин генерал. Немножко правды, чтобы
замаскировать ее, но она лжет. Похоже, Гальтеро все же не промахнулся.
Тобиас наклонился вперед. Он хотел, чтобы Лунетта произнесла это вслух,
чтобы подтвердила его подозрения своим даром.
- Что быть ложью?
- Две вещи она таит, как сокровища короля. Броган провел языком по
губам.
- Какие?
Лунетта чуть улыбнулась.
- Во-первых, насчет того, что Мать-Исповедница мертва.
Тобиас стукнул кулаком по столу.
- Я так и знал! Когда она это сказала, я понял, что она лжет! - Прикрыв
глаза, он судорожно сглотнул и мысленно вознес благодарность Создателю. - А
вовторых?
- Она лгать, когда говорила, что Мать-Исповедница никуда не скрылась.
Она знать, что Мать-Исповедница жива и улизнула на юго-запад. Все остальное,
что она говорить, - правда.
К Тобиасу вернулось хорошее настроение. Он потер руки. Удача не
покинула его. Он взял след.
- Ты слышишь, что я сказала, господин генерал?
- Что? А, да, я тебя слышу. Она жива и находится на юго-западе. Ты
хорошо потрудилась, Лунетта. Создатель будет доволен тобой, когда я расскажу
ему о твоей помощи.
- Я имею в виду, что все остальное - правда.
- О чем это ты? - нахмурился Броган. Лунетта поправила свои лохмотья.
- Она сказала, что Совет состоял из продажных тварей. Правда. Что
Имперский Орден прислушивается к любой лжи, которая годится для их целей, а
цель их - завоевание и господство. Правда. Что они вырвали ей ногти, чтобы
заставить солгать. Правда. Что Защитники Паствы действуют, основываясь на
слухах, потому что результат все равно один - свежая могила. Правда.
Броган вскочил.
- Защитники Паствы сражаются со злом! Как ты смеешь утверждать
обратное, ты, стреганица! Вздрогнув, Лунетта закусила губу.
- Я не сказала, что это быть истина, господин генерал. Я только
сказала, что она так считает.
Броган поправил перевязь. Он не позволит испортить его триумф глупой
подначкой! - Она неправильно понимает, и ты это отлично знаешь. - Он
погрозил Лунетте пальцем. - Я потратил больше времени, чем ты заслуживаешь,
чтобы вдолбить в твою голову истинную сущность добра и зла, а ты снова за
старое!
Лунетта уставилась в пол.
- Да, господин генерал, вы потратили на меня больше времени, чем я
заслуживаю. Простите меня. Это быть ее слова, не мои.
Броган перестал сверлить ее взглядом и снял с пояса футляр. Поставив
его на край стола, он сел и постарался выбросить из головы дерзкое поведение
сестры, чтобы лучше обдумать дальнейшие шаги.
Тобиас уже собрался приказать подать ужин, но вспомнил, что остался еще
один свидетель. Вообще-то он уже выяснил то, что хотел, и не нуждался больше
в допросах... И все же стоит, пожалуй, довести дело до конца.
- Этторе, давай-ка последнего!
Лунетта отошла к дальней стене, и Броган проводил ее взглядом. Она
хорошо поработала, но потом все испортила своим поведением. Он понимал, что
это в ней говорит зло, недовольное тем, что она делает, его раздражало, что
сестрица не пытается активнее бороться с влиянием зла. Возможно, он сам
допустил ошибку, будучи слишком ласковым с ней в последнее время. Даже
одарил ее "красотулечкой". Может, из-за этого она решила, что ей позволяется
говорить дерзости? Как бы не так!
Тобиас устроился поудобнее, думая об одержанной победе и о главном
призе, ждущем его. Теперь уже не было необходимости вежливо улыбаться.
Броган слегка удивился, когда, подняв голову, увидел, что охранники
ввели в комнату маленькую девочку. Ее не по росту большое потрепанное
пальтишко волочилось по полу. За девочкой шла толстая старуха в наброшенном
на плечи засаленном коричневом одеяле.
Охранники подвели их к столу, и девочка улыбнулась генералу:
- У вас очень милый и теплый дом, благородный господин. Мы с
удовольствием провели здесь время. Можем ли мы предложить вам ответное
гостеприимство?
Старуха тоже улыбнулась.
- Я рад, что дал тебе возможность погреться, и буду признателен, если
ты и твоя... - Он вопросительно поднял бровь.
- Бабушка, - подсказала девочка.
- Да, бабушка. Так вот, я буду признателен, если ты и твоя бабушка
ответите мне на несколько вопросов.
- Ах, несколько вопросов? - протянула старуха. - Вопросы могут быть
опасными, мой господин.
- Опасными? - Тобиас потер лоб. - Я всего лишь ищу истину, сударыня.
Если вы ответите честно, вам не причинят зла. Даю вам слово.
Старуха ухмыльнулась беззубым ртом.
- Я имела в виду опасность для вас, мой господин. - Ее лицо помрачнело,
и она наклонилась к нему вплотную. - Вы можете дорого заплатить за ответы. К
тому же они могут вам не понравиться.
- Это уж моя забота, - отмахнулся Тобиас. Старуха выпрямилась и снова
заулыбалась.
- Как пожелаете, мой господин. - Она почесала переносицу. - Так что вы
хотите узнать?
Тобиас, откинувшись на стуле, внимательно поглядел ей в глаза.
- В последнее время в Срединных Землях неспокойно, и мы хотим выяснить,
не стоят ли за этим приспешники Владетеля, из тени руководящие беспорядками.
Не доводилось ли вам слышать, чтобы кто-либо из членов Совета высказывался
против Создателя?
- Советники редко заходят на рынок, чтобы обсудить проблемы теологии со
старыми дамами, мой господин. К тому же я сильно сомневаюсь, чтобы
кто-нибудь из них оказался настолько глуп, чтобы делать такие заявления
публично, даже если и имел подобные мысли.
- Ну а что вам вообще доводилось слышать?
- Вы желаете узнать о слухах, которые ходят на улице Глашатаев, мой
господин? - изумленно подняла бровь старуха. - Тогда уточните, какого именно
рода сплетни вас интересуют, и я перескажу вам парочку, чтобы удовлетворить
ваше любопытство.
Тобиас побарабанил пальцами по столу.
- Мне не интересуют сплетни, сударыня, только истина.
Старуха кивнула:
- Разумеется, мой господин, и вы ее, безусловно, услышите.
Поразительно, о чем только не болтают люди.
Он с раздражением кашлянул.
- Я уже по горло сыт слухами. Мне нужна правда о том, что сейчас
творится в Эйдиндриле. Например, я слышал даже, что все члены Совета
казнены, как и Мать-Исповедница.
К старухе вернулась улыбка.
- Человек вашего ранга может отправиться непосредственно во дворец и
потребовать встречи с Советом. В этом было бы больше смысла, чем хватать на
улицах людей, которые толком ничего не знают, и пытаться их расспросить.
Правду лучше всего видеть собственными глазами, мой господин.
Броган сжал губы.
- Меня здесь не было в то время, когда, по слухам, казнили
Мать-Исповедницу.
- Ах, так, значит, вас интересует Мать-Исповедница... Почему же вы не
сказали сразу, вместо того чтобы ходить вокруг да около? Я слышала, что ей
отрубили голову, но сама этого не видела. Однако внучка моя там была, верно,
детка?
Девочка кивнула:
- Да, мой господин, была и своими глазами видела. Они отрубили ей
голову, вот так. Броган горестно вздохнул:
- Этого я и боялся. Итак, она умерла?
Девочка покачала головой:
- Этого я не говорила, господин мой. Я сказала, что видела, как ей
отрубили голову.
Она посмотрела ему прямо в глаза и улыбнулась. - Что ты хочешь этим
сказать? - Броган бросил быстрый взгляд на старуху. - Что она имеет в виду?
- То, что сказала, мой господин. Эйдиндрил от века был силен своей
магией, хотя сейчас от нее остались только обломки. А когда дело касается
магии, не всегда можно верить тому, что видишь. Она хоть и мала, но
достаточно сообразительна, чтобы понимать такие вещи. Человек вашей
профессии тоже должен бы это знать.
- Остались одни обломки? Это попахивает злом. Что вам известно о
приспешниках Владетеля?
- Они ужасны, мой господин. Но магия сама по себе не зло. Она просто
существует, как и все остальное.
Броган сжал кулаки.
- Магия - порождение Владетеля. Старуха усмехнулась.
- С тем же успехом можно сказать, что вот этот красивый серебряный
кинжал у вас за поясом - порождение Владетеля. Если им зарезать невинного
человека, это, конечно, большое зло. Но если им, к примеру, воспользоваться
для защиты от безумца-фанатика, независимо о того, какое положение занимает
этот безумец, то тот, кто сделает это, сотворит добро. Кинжал же ни то, ни
другое, потому что им может воспользоваться любой.
Глаза ее заволокло дымкой, а голос упал до шепота.
- Но когда магией пользуются, чтобы покарать недостойного, она
воплощение мести.
- Ну, хорошо - и как, по-вашему, та магия, что существует в городе? Она
используется для добра или зла?
- Для того и для другого, господин мой. В конце концов, здесь ведь
стоит замок Волшебника, здесь - средоточие силы.
Исповедницы правили Эйдиндрилом тысячи лет, как и волшебники. А сила
порождает силу. Результат - столкновение. Прямо из воздуха появляются
мерзкие существа, называемые мрисвизами, и вспарывают животы всем, кто
попадается им на пути.
Мрачное знамение, если это, конечно, знамение. Есть и другая магия,
которая стремится уничтожить зло и защитить невинных. Да что там, каждая
ночь полна магии, принесенной на крыльях снов. Глядя на Брогана в упор, она
продолжала:
- Ребенок, которого притягивает огонь, может легко сгореть. Ему надо
посоветовать быть осторожным и убежать, пока огонь не опалил ему руки.
Броган грозно наклонился к ней.
- А что вам самой известно о магии, сударыня?
- Расплывчатый вопрос, господин мой. Не могли бы вы уточнить?
Броган помолчал, пытаясь разобраться в том, что она наговорила, и вдруг
сообразил, что старуха увела. разговор в сторону от интересующей его темы.
Он опять надел на лицо вежливую улыбку.
- Ну, например. Ваша внучка говорит, что видела, как обезглавили
Мать-Исповедницу, но это не значит, что она мертва. Вы сказали, что с
помощью магии такое возможно. Я заинтригован. Мне известно, что магия служит
порой для обмана, но мне представлялось, что это не более чем несложные
фокусы. Не могли бы вы объяснить, как можно оживить мертвеца?
- Оживить мертвеца? Только Владетель обладает такой силой.
Броган перегнулся через стол.
- Вы хотите сказать, что сам Владетель вернул ее к жизни?
Старуха снова усмехнулась.
- Нет, мой господин. Вы слишком сильно хотите получить то, к чему
стремитесь. От этого вы невнимательны и слышите лишь то, что хотите
услышать.
Вы спросили, как можно оживить мертвеца. Владетель на это способен. По
крайней мере я так полагаю. Поскольку он правит миром мертвых, вполне
естественно считать...
- Она жива или нет?! Старуха моргнула.
- Откуда мне это знать, господин мой? Броган скрипнул зубами.
- Вы только что говорили: если люди видели, как ей отрубили голову, это
не означает, что она мертва.
- О, мы снова вернулись к этому? Ну, с помощью магии можно добиться
такого эффекта, но я же не говорю, что так было на самом деле. Я сказала
лишь, что это возможно. Потом вы начали спрашивать об оживлении мертвецов. А
ведь это совсем разные вещи, мой господин.
- Что значит - разные? Каким образом можно осуществить такой большой
обман? Старуха поправила на плечах одеяло.
- Чары кажущейся смерти, мой господин. Броган взглянул Лунетту. Она не
сводила глаз со старухи и непрерывно чесала руки.
- Чары кажущейся смерти, вот как. А поточнее?
- Ну, я никогда не видела, как это делается, так что точно сказать не
могу - но могу рассказать вам, что мне говорили об этом, если вас интересуют
сведения из вторых рук.
- Рассказывайте, - выдавил сквозь стиснутые зубы Броган.
- Видеть смерть или принимать ее - это происходит на уровне духа. Когда
мы видим тело, которое покинула душа - или дух, если угодно, - то говорим,
что человек умер. Чары кажущейся смерти заставляют людей поверить, что они
видели тело, из которого отлетела душа, но не только. Заклинание заставляет
их верить в это на уровне их собственного духа.
Старуха покачала головой, будто считала подобную вещь поразительной и
возмутительной одновременно.
- Однако это очень опасно. Духи должны хранить душу человека, пока
плетется волшебный кокон. И если что-то пойдет не так, она останется
беспомощной в Подземном мире. Очень неприятная смерть. Но если все пройдет
гладко и духи вернут то, что сохранили, тогда заклинание сработает и человек
останется жив, хотя все, кто видел его смерть, будут считать его мертвым.
Однако, хотя говорят, что такое возможно, я никогда не слышала, чтобы
кто-то воспользовался чарами кажущейся смерти. Вполне может быть, что это
всего лишь досужие домыслы.
Броган молча сидел, сопоставляя ее слова с тем, что уже слышал раньше,
пытаясь собрать полученные сведения воедино. Должно быть, Мать-Исповедница
все же прибегла к этому фокусу, чтобы избежать справедливого возмездия, но
вряд ли она могла сделать это одна, без сообщников.
- Кто может наложить чары кажущейся смерти? Старуха ответила не сразу.
Ее выцветшие голубые глаза загорелись опасным блеском.
- Только волшебник, мой господин. Только волшебник, обладающий огромным
могуществом и безграничными познаниями.
Ответный взгляд Брогана был тверд и столь же опасен.
- А в Эйдиндриле есть волшебники? Старуха медленно улыбнулась. Глаза ее
засияли. Порывшись в кармане, она бросила на стол монету, которая, немного
покрутившись, замерла прямо перед генералом. Броган взял серебряный кружок и
внимательно осмотрел.
- Я задал вопрос, старуха. И хочу получить ответ.
- Он у вас в руках, мой господин.
- Я никогда не видел таких монет. Что на ней изображено? Похоже на
огромный дворец.
- О, так и есть, мой господин, - прошипела старуха. - Это место
спасения и рока, волшебников и магии. Это - Дворец Пророков.
- Ни разу не слышал. Что еще за Дворец Пророков?
Старуха улыбнулась ему, словно родственнику.
- Спросите у вашей колдуньи, господин мой. И она повернулась, собираясь
уйти. Броган вскочил на ноги.
- Никто не разрешал тебе уходить, ты, старая беззубая жаба!
- Это из-за печенки, мой господин, - бросила она через плечо.
Броган оперся кулаками на стол.
- Что?!
- Люблю сырую печенку, мой господин. Наверное, от этого у меня со
временем и выпали зубы.
В этот минуту появился Гальтеро. Он обогнул старуху и девочку, идущих к
двери, и отсалютовал.
- Господин генерал, разрешите доложить...
- Подожди!
- Но...
Жестом велев Гальтеро замолчать, Броган повернулся к Лунетте.
- Каждое слово правда, господин генерал. Она как водомерка, касается
только поверхности. Но все, что она сказала, быть правдой. Она знает гораздо
больше, чем говорит, но то, что говорит, - правда.
Броган нетерпеливо махнул Этторе. Юноша, подлетев к столу, замер по
стойке "смирно".
- Господин генерал? Глаза Брогана сузились.
- Похоже, нам попалась еретичка. Не хочешь ли ты доказать делом, что
заслуживаешь право носить алый плащ, который сейчас на тебе?
- Очень, господин генерал!
- Прежде чем она выйдет из здания, перехвати ее и отведи в камеру. Она
подозревается в ереси.
- А как быть с девочкой, господин генерал?
- Ты что, не слышал, Этторе? Девчонка - родственница еретички. К тому
же нам совершенно не нужно, чтобы она бегала по улицам с воплями, что ее
бабушку забрали Защитники Паствы. Ту, повариху, стали бы искать, а этих
бродяжек никто не хватится. Теперь они наши.
- Слушаюсь, господин генерал. Я немедленно этим займусь.
- Я сам ее допрошу. И девчонку тоже. - Броган предосте...
