Фрэнсис Бэкон. Великое восстановление наук. Новый Органон
страница №26
...д его подходомдоминирует интерес естествоиспытателя, физика, хотя сам анализ зачастую
ведется на спекулятивно-метафизическом уровне и философском языке.
Вот его основные установки. Первосущее должно быть столь же реально,
как и то, что из него возникает, А поэтому все рассуждения об абстрактной
материи и противопоставленной ей форме имеют не больше смысла, чем
утверждения, что мир и все существующее образованы из категорий и других
диалектических понятий как из своих начал. Следует приветствовать тех, кто
подчиняет свои мысли природе вещей, а не природу вещей мыслям, кто стремится
рассекать, анатомировать природу, а не абстрагировать ее, кто полагает
материю способной производить из себя всякую вещь, действие и движение, а не
абстрактной и пассивной. И в свете таких установок Бэкон рассматривает и
оценивает учения древнегреческих материалистов.
В трактате "О началах и истоках" Бэкон сплетает аллегорическое
толкование мифа о Купидоне (в древнейшем мифологическом сознании греков
олицетворявшем стихийное созидающее начало в природе) с анализом идей
ионийских философов. Ведь это они первые представили Купидона одетым, или,
иначе говоря, приписали первичной материи, началу всего сущего, определенную
естественную форму: Фалес — воды, Анаксимен — воздуха, Гераклит — огня.
Не обольстили ли они себя при этом представлениями о таком совершенстве
некоторых тел, что они окрасили своим цветом все остальные? Ведь, по
существу, они удовлетворились тем, что нашли среди видимых и осязаемых тел
такое, которое казалось им превосходящим все остальные, и назвали его
"началом всего сущего". Но если природа этого начала есть то, чем она
является нашим чувствам, и все остальные вещи имеют ту же природу, хотя она
и не соответствует их внешнему виду, тогда встает вопрос — правомерно ли
подходить ко всем вещам неодинаково и считать за начало лишь то, что более
значительно, распространено или деятельно. Ведь сам Бэкон принимает другую
аксиому: "Природа проявляет себя преимущественно в самом малом". И еще
возражение. Если в других вещах это начало, хотя бы временно, но утрачивает
свою природу, не значит ли это, что за начало принято нечто преходящее и
смертное, т. е. то, что, в сущности, противоречит самому понятию "начало".
Пионер индуктивной методологии был мастером и спекулятивного анализа. Вместе
с тем его тревожит постоянно возникающий призрак ненавистного перипатетизма.
Поскольку ионийские физиологи не открыли (как полагает Бэкон, даже не думали
о том), какой стимул и причина заставляет это начало изменять свою природу и
вновь обретать ее и каким образом это совершается, в этой проблеме
возникновения всего многообразия из одного начала у них намечается та же
трудность, что и у перипатетиков, с той лишь разницей, что, будучи
актуальным и оформленным в отношении одного рода вещей, их начало
потенциально в отношении всех остальных. Редукция к позициям аристотеликов
равносильна для Бэкона reductio ad absurdum.
Вообще, из всех древних Бэкону более всех импонирует тот, кто считал,
что Купидон это Атом, кто принял за начало одну твердую и неизменную
субстанцию, выводя многообразие всего существующего из различия ее величин,
конфигураций и положений. К разбору взглядов Демокрита он и должен был
приступить, но эта часть трактата "О началах и истоках" осталась
ненаписанной. Все же из введения, отступлений и попутных замечаний трактата,
из эссе "Купидон, или Атом", из других сочинений Бэкона, можно составить
определенное представление о его отношении к Демокриту. Картина
атомистического движения, которую он, видимо, следуя Лукрецию, приписывает
Демокриту, складывается из первоначального движения атомов под воздействием
их тяжести и вторичного, производного от их столкновения между собой. Сам
Бэкон полагает, что нельзя отождествлять силы, движения и свойства атомов и
их макросоединений, и поэтому считает эту картину, которая заимствует
понятия тяжести и толчка из макромира, узкой и недостаточной. Какие свойства
и движения присущи атомам по Бэкону — не вполне ясно. В атомах коренится
причина всех причин (если не говорить о Боге --обычное теологическое
добавление Бэкона). Они --минимальные семена материи, которые обладают
"объемом, местом, сопротивляемостью, стремлением, движением и эманациями и
которые также при разрушении всех естественных тел остаются непоколебимыми и
вечными"[1]. Их сила и движение отличны от сил и движений продуктов
их соединений и комбинаций, и вместе с тем "в теле атома есть элементы всех
тел, а в его движении и силе — начала всех движений и сил"[2].
Бэкон ставит под сомнение правомерность демокритовского противопоставления
атомов и пустоты, решительно отвергает мнение Эпикура о самопроизвольном
отклонении их движения и намекает на способность атомов к дальнодействию.
Впрочем, он даже оправдывает "открытость" этого вопроса — если можно
познать способы действия и движения атомов, то, быть может, не следует
надеяться, что человеческое познание полностью охватит их сущность, так как
нет ничего более "близкого природе", более первичного и всеобъемлющего.
Своеобразная концепция "неисчерпаемости" познания этих неделимых в условиях
чисто умозрительной постановки вопроса была, пожалуй, лучшим решением.
Кажется, именно Бэкону принадлежит заслуга восстановления научной
репутации Демокрита, само имя которого на протяжении многих веков старались
предать забвению. Бэкон ценит Демокрита за то, что он устранил Бога из
физической системы объяснения мира, отделив, таким образом, естественную
философию от теологии; за то, что он приписал строение Вселенной
бесчисленному ряду попыток и опытов самой же природы; за то, что в присущей
материи естественной необходимости он усмотрел причины вещей, исключив
вмешательство целевых, или "конечных", причин. Для него важно, что Демокрит
различает сущность и явление, свойства материальных начал и образованных из
них вещей, существующее "по мнению" и "по истине". У Демокрита его
привлекает все то, что и сам он будет разрабатывать в своей естественной
философии, закладывая оазис материализма и опытной науки нового времени.
А вот и другой аспект предпочтительности школы древних натурфилософов
по сравнению с перипатетиками — антидогматизм. О нем Бэкон упоминает в эссе
"Прометей, или Статус человека". Насколько и Эмпедокл, и Демокрит,
жалующиеся на то, что все покрыто тайной, нам мало что известно, истина
погружена на дно колодца, а правда повсюду удивительным образом перемешана и
перепутана с ложью, достойнее самонадеянной и безапелляционной школы
Аристотеля, более заботящейся о том, чтобы иметь на все словесный ответ, чем
о внутренней истине вещей. В конечном счете правда за сомневающимися и
ищущими истину, а не за шумно превозносящими и не за выхолащивающими ее.
Ведь кто безмерно прославляет человека и его искусство, кто приходит в
несказанное восхищение от вещей, которыми люди владеют, считая абсолютно
совершенными науки, которые они изучают и преподают, те вряд ли способны на
то, что сделают недовольные уже имеющимся, сохраняющие душевную скромность и
постоянно стремящиеся к новой деятельности и новым открытиям.
Читатель трактата "О началах и истоках", конечно, заметил эту одну из
его особенностей — фигуры строго логического рассуждения здесь вдруг
расцвечиваются игрой вольного, причудливого воображения. Это как раз места,
где Бэкон обращается к мифу о Купидоне. Еще более яркий фейерверк свободной
фантазии пронизывает эссе "О мудрости древних". Так вырисовывается другой
аспект бэконовского отношения к наследию античного прошлого — его
аллегорическая интерпретация мифологии.
Нет, он не считает мифы, по крайней мере в основных инвариантных
сюжетах и образах, созданиями тех, кто их излагал в древности и донес до
нашего времени. Поэты заимствовали их из старинных преданий, из сказаний еще
более древних народов. Но что же собой представляет миф, в чем тайна его
долговечности, как следует его понимать? Бэкон считает, что как
иероглифическое письмо древнее буквенного, так и аллегорическая мысль
появляется раньше отвлеченных логических рассуждений. С ней мы как раз
встречаемся в мифах, притчах, загадках, сравнениях и баснях древних. Здесь
таинства религии, секреты политики, предписания морали, мудрость философии,
житейский опыт как бы нарочно облекаются в поэтические одеяния и задача
состоит в том, чтобы выявить этот их скрытый смысл. Дан образ, нужно найти
его значение. Миф — это иносказание в определенном художественном символе,
требуется определить его рационалистическое содержание. Правомерна ли такая
редукционная задача, такое решение системы культурно-поэтических уравнений?
Своеобразие состояло в том, что для решения непоэтической задачи Бэкон
применяет поэтические средства, так сказать обратную образность, ибо
изобретательность его воображения не в создании самой аллегории, а в
толковании того, что он принимает за аллегорию. "Он относится к мифам
подобно тому, как Эзоп к животным; он их пересоздает и влагает в них истины,
которые они должны воплощать. Он... в этом случае есть аллегорический поэт.
Он столько же истолкователь мифов, как Эзоп зоолог", — заметил Куно
Фишер[3]. Занимаясь дешифровкой квази-зашифрованного текста, наш
мыслитель использует самые широкие и свободные ассоциации своей фантазии.
Эта свобода ограничена лишь в одном — истины, которые он вкладывает в
мифологические сюжеты и образы, это хорошо нам знакомые истины бэконовской
естественной, моральной и политической философии.
Что побудило Бэкона рассматривать миф как аллегорию? Не то ли
обстоятельство, как сказал бы Шеллинг, что дух подлинно мифологической
поэзии уже давно угас и миф невольно стали трактовать как фигуру и
философему, свойственные более поздним поэтическим формам? Аллегорическими
были средневековый эпос и моралите. Аллегоричны образы в поэзии великого
Данте. Как иносказание воспринимался и миф, и Джованни Боккаччо писал
трактат, в котором изображал образы античной мифологии как аллегорию
звездного неба. Трактат был опубликован примерно за сто лет до рождения
Бэкона. Эта традиция истолкования мифов оказалась более живучей, чем могло
бы показаться, судя по первоначальным образцам. Позднее ей отдадут дань
немецкие романтики, а в XIX в. она в виде так называемой
солярно-метеорологнческой теории даже приобретет довольно широкую
популярность. Такие толкователи исторических поэтических древностей зачастую
бывали менее всего историчны.
Было бы соблазнительной задачей перечислять уязвимые стороны
бэконовского подхода — некритическое принятие той или иной редакции мифа,
неоднозначность интерпретации одних и тех же мифологических символов,
очевидные натяжки и бесконтрольный домысел. Между тем бэконовские эссе
значимы сами по себе как самостоятельное видение мифов, как художественное
преломление их в призме другой эпохи, как усмотрение в древнем
мифологическом символе актуального "осмысленного образа". Надо сказать,
такие операции он умел проделывать весьма эффектно. Вместе с тем любопытно,
что в предпоследней книге своего трактата "О достоинстве и приумножении
наук" Бэкон с подобным же ключом подходит уже к библейской мудрости. Целый
ряд сентенций из "Екклезиаста" и "Книги Притчей Соломоновых" он
истолковывает в сугубо светском, даже житейско-прозаическом духе. И так
поступал человек, провозгласивший не только принципиальную невозможность
объяснения естественной философии с помощью Св. Писания, но и недопустимость
объяснения Св. Писания теми же способами, какими мы постигаем писания
человеков!
В произведениях Фрэнсиса Бэкона отчетливо прослеживается его отношение
к трем основным сферам идейного наследия, так или иначе тяготевшим над
европейской мыслью — античной философии, мифологии и христианству.
Отношение Бэкона к античности по-своему продумано. Он знает, что ему нужно в
этом великом складе прошлого, и использует взятое для подкрепления идей
своего мировоззрения. Здесь метод Бэкона не исторический, а ретроспективный,
отбрасывающий в прошлое тень его, бэконовских, установок, понятий, исканий и
умонастроений, деформирующий прошлое и навязывающий ему чужие контуры.
Иное дело — христианство, которое для Бэкона не только — и не столько
— традиция, но прежде всего живая идеологическая действительность. Он
неоднократно подтверждает свою приверженность учению церкви (см., напр., "О
достоинстве и приумножении наук", кн. IX, гл. 1). И тогда вырисовывается
один из основных парадоксов бэконовского мировоззрения, так как отношение
Бэкона к христианству далеко не согласуется с главной тенденцией его
философских взглядов. Концепция двух параллельных книг — Природы и Св.
Писания, которой в общем придерживался Бэкон, понятная исторически, отнюдь
не снимала самого противоречия. Здесь правоверный христианин Фрэнсис Бэкон,
как писал Л. Фейербах, выступает "дуалистическим, исполненным противоречий
существом"[4]. Сам Фейербах следующим образом раскрывает эту
парадоксальность бэконовского мировоззрения. Главная установка Бэкона --
понять природу из нее же самой, построить ее картину не искаженную
привнесениями человеческого духа. Именно этому служат и его критика Идолов
Разума, и его теория опытного, индуктивного познания. Между тем, такая
тенденция находится в противоречии с сущностью и духом христианства, которое
учит, что Бог словом и мыслью творит мир и среди всех его созданий лишь
человек, обладающий душой, подобен Богу. Но если так, то как же
Бэкон-христианин может упрекать Платона и Аристотеля в том, что они
конструируют мир из слов, идей и категорий? Разве в этом они не предтечи
христианства? И почему человек, подобие Бога, не может в своем познании идти
тем же путем, что и его высокий прообраз в своем творчестве?
Конечно, и постановка подобных вопросов и ответы на них были делом
позднейшей критики, надо сказать, в этом отношении к Бэкону довольно
снисходительной. Правда, фанатик и клерикал Жозеф де Местр, почувствовав
истинную равнодействующую этого противоречия бэконовского мировоззрения,
через двести лет обрушится на него с обвинениями в атеизме и материализме.
Для самих же материалистов и атеистов, сделавших Бэкона своим идейным
вождем, подобной проблемы вообще уже не существует. Они возьмут из философии
Бэкона живое и трезвое, связанное с наукой и ее методами, считая остальное
издержками слишком бурного воображения или, наоборот, данью господствующему
мировоззрению. Для них это уже перелистанная страница великой книги
человеческого знания, наследие прошлого, традиция, на которую уже брошена
тень их взглядов и устремлений, выросших в другую эпоху и решающих другие
задачи.
1 Наст. изд., т. II. стр. 335.
2 Там же, стр. 302.
3 Куно Фишер, Реальная философия и ее век. СПб., 1870, стр. 135.
4 Л. Фейербах. История философии. М., 1967, т. 1, стр. 127.
А. Л. Субботин
О МУДРОСТИ ДРЕВНИХ
Сочинение "De Sapienlia Veterum" вышло на латинском языке небольшой
отдельной книгой в 1609 г. В течение жизни Бэкона оно один или два раза
переиздавалось и было переведено на английский и итальянский языки. Это
оригинальное произведение состоит из предисловия, в котором Бэкон делится с
читателем принципами своего отношения к древней мифологии, и 31 эссе, в
которых дастся изложение, а затем толкование античных мифологических сюжетов
и образов в духе бэконовской естественной, политической и моральной
философии. Оно связано с другими философскими произведениями Бэкона не
только идейно. Свои интерпретации мифов о Пане, Персее и Дионисе,
доработанные и расширенные, Бэкон включил как примеры параболической поэзии
в трактат "О достоинстве и приумножении наук". Миниатюра "Метида, или Совет"
по существу вошла в бэконовскос эссе "О совете". "Купидон, или Атом" и
"Уран, или Истоки" непосредственно смыкаются с трактатом "О началах и
истоках", в котором по замыслу автора должно быть развитие тех же образов и
идей.
На русском языке "De Sapientia Veterum" в количестве 27 эссе было
издано почти сто лет назад в переводе И. А. Бибикова (Бакон, Собрание
сочинений, т. II. СПб., 1874) и разделяет недостатки других его переводов
произведений Бэкона. Для настоящего издания Н. А. Федоровым сделан новый
полный перевод с латинского оригинала по изданию "The Works of Francis
Bacon.., coll. and ed. by J. Spedding. R. L. Ellis and D. D. Heath)". Сверку
осуществлял Г. Г. Майоров. Примечания подготовил А. Л. Субботин.
1 Роберт Сесиль, граф Солсбери, -- сын Вильяма Сесиля, лорда Берли,
двоюродный брат Бэкона по материнской линии. — 335.
2 Цицерон, "Письма к Аттику", кн. II, 18. — 234.
3 Вергилий, "Буколики", экл. VI, ст. 31--34. -- 241.
4 Вергилий, "Буколики", экл. II, ст. 63--64. — 243.
5 Овидий, "Лекарства от любви", 344. — 244.
6 Ветх. Зав., Псалм. Давид., 18, ст. 2. — 244.
7 Вергилий, "Энеида", кн. IV, ст. 178--180. — 250.
8 Вергилий, "Энеида", кн. IV, ст. 469-- 470. — 251.
9 Лукреций, "О природе вещей", кн. V, ст. 107--109. — 256.
10 Ветх. Зав., Еккл., гл. 3, ст. 11. — 261.
11 Вергилий, "Энеида", кн. II, ст. 426--428. — 270.
12 Вергилий, "Энеида", кн. VIII, ст. 696--697. — 270.
13 Овидий, "Метаморфозы", кн. X, ст. 667. — 276.
14 Вергилий, "Георгики", кн. II, ст. 490--492. — 284.
15 Ветх. Зав., Еккл., гл. 12, ст. 11. — 288.
16 Вергилий, "Энеида", кн. VI, ст. 851--852. --289.
17 Овидий, "Метаморфозы", кн. 1, ст. 80--81. — 291.
18 Катулл, 5, ст. 1--3. — 295.
19 Пер. А. Л. Субботина. — 295.
20 Ветх. Зав., кн. Премуд. Соломона, гл. 7, ст. 7--10. — 296.
О НАЧАЛАХ И ИСТОКАХ
Время написания Бэконом этого трактата "De principii atque originibus
secundum fabulas Cupidinis et Coeli: sive Parmenidis, et Telesii, et
praecipue Democriti philosophia, tractata in fabula de Cupidine" точно
неизвестно. Издатель и комментатор бэконовских сочинений Р. Л. Эллис считает
его одним из поздних (см. его предисловие к трактату "The Works of Francis
Bacon..., coll. and ed. by J. Spedding, R. L. Ellis and D. D. Heath", vol.
III). Ш. Адан высказывает соображения, что Бэкон работал над ним вскоре
после 1611 г. (См. Ch. Adan, "Philosophie de Franзois Bacon". Paris, 1890).
Трактат остался незаконченным и был издан И. Грутсром (I. Gruter) в 1653 г.
Дошедший до нас текст содержит обсуждение мифа о Купидоне, анализ ионийской
философии и обрывается на рассмотрении философии Б. Телезио.
На русский язык "De principii atque originibus..." переводился дважды;
И. А. Бибиковым (Бакон, Собрание сочинений, т. II. СПб. 1874) и А. Н.
Гутерманом (Фрэнсис Бэкон, "О принципах и началах". М, 1937). Однако лишь
последний перевод безусловно сделан с латинского оригинала, он более точен и
стилистически совершенен. Помещаемый текст в переводе А. Н. Гутермана сверен
Г. Г. Майоровым по изданию "The Works of Francis Bacon.., coll. and ed. by
J. Spedding, R. L. Ellis and D. D. Heath". Примечания подготовил А. Л.
Субботин.
1 В бэконовском оригинале было "Coelo" (небо); исправлено издателями.
— 299.
2 Ветх. Зав., Еккл., гл. 3, ст. 11. — 301.
3 Лукреций, "О природе вещей", кн. I, ст. 687-- 689. — 302.
4 Лукреций, "О природе вещей", кн. I, ст. 778-- 781. — 302.
5 Пятиборец, победитель во всех пяти родах борьбы, т. е. превосходящий
всех других людей. См. Диоген Лаэртский, "О жизни, учениях и изречениях
знаменитых философов", кн. IX, 37. — 304.
6 Ювенал, "Сатиры", X. ст. 48--50. -- 304.
7 Это, очевидно, относится к итальянскому неоплатонику Франческо
Патрицци (Patrizi, 1529--1597), автору "Nova de Universis Philosophia"
(1593). — 305.
8 Перечисляя эти четыре мнения, Бэкон последовательно имеет в виду:
ионийских философов; атомистов; Парменида, Эмпедокла, Телезио и др.; видимо,
Анаксагора. — 308.
9 Ср. Аристотель, "Метафизика", кн. I, гл. 3. — 314.
10 Лукреций, "О природе вещей", кн. III, ст. 519--520. — 316.
11 У Телезио их, по-видимому, шесть; воздух он включает в пар. См. "De
Rerum Natura", I, 20. — 328.
12 Это неточная цитата из Телезио. См. "De Rerum Natura", I, 17. --
331.
13 См. Аристотель, "Метеорология", кн. III, 4. — 333.
14 Это не следует понимать в том смысле, что Телезио признавал
возможность превращения тепла в холод, или наоборот. — 333.
ОПЫТЫ ИЛИ НАСТАВЛЕНИЯ НРАВСТВЕННЫЕ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ
Работа над "Essays or Counsels, Civil and Moral" сопровождала Бэкона
всю жизнь. "Они принадлежат к лучшим плодам, которые божьей милостью могло
принести мое перо", — признается он за год до смерти. "Essays" были очень
популярны и неоднократно переиздавались еще при жизни автора, не говоря уже
о бесчисленных изданиях потом. Поэтому важно среди всех этих публикаций
"Essays" и их переводов на другие языки выделить те, которые Бэкон
подготовил сам или как-то принимал участие в их подготовке. Таких изданий
пять: три английских, итальянское и латинское, выпущенные в разное время
различными лондонскими издателями.
Первое английское издание "Essays" вышло в 1597 г. в одном томике с
"Religious Meditations" и "Places of Persuasion and Dissuasion". Оно
содержало всего 10 опытов: I "О занятиях науками"; II "О беседе"; III "О
манерах и приличиях"; IV "О приближенных и друзьях"; V "О просителях"; VI "О
расходах"; VII "О поддержании здоровья"; VIII "О почестях и славе"; IX "О
партиях"; Х "О переговорах". Композиция этого первого издания довольно
аморфна; как отмечает комментатор бэконовских "Essays" Ф. А.
Коган-Бернштейн, это свободное сочетание наблюдений и рассуждений на разные
темы, расположенные еще совершенно случайно. Через 15 лет, в 1612 г.
появилось второе издание. Томик включал одни только эссе, но число их
возросло до 38; из них 29 были совершенно новые, а остальные исправлены и
дополнены. В этом издании уже прослеживаются узловые темы, вокруг которых
сосредоточиваются размышления автора, и одна из центральных: политическая и
административная. Действительно, в издании 1612 г. появляются такие эссе,
как "О религии", "О знати", "О высокой должности", "Об искусстве
властвовать", "О совете", "О величии королевств", "О правосудии", на которых
лежит очевидная печать и социально-политических воззрений Бэкона и его опыта
крупного государственного чиновника. Последнее подготовленное Бэконом
прижизненное издание "Essays" 1625 г. содержало 58 эссе: было добавлено 20
новых, а многие из старых так или иначе изменены. Круг занимающих его тем
здесь еще более расширяется. Он делится соображениями о наилучшей постройке
дворца, разбивке сада, устройстве придворных спектаклей ("О строениях", "О
садах", "О масках и триумфах"). В этом издании впервые появляются и такие
опыты: "Об истине", "О бедствиях", "О притворстве и лицемерии", "О зависти",
"О путешествиях", "О колониях", "О ростовщичестве", "О гневе", "О
превратностях вещей". А особенно значительному исправлению и расширению
опять-таки подвергаются опыты на социальные и политические темы: "О
религии", "О знати", "Об искусстве властвовать", "О величии королевств", "О
партиях", "О правосудии".
Следует отметить также итальянский перевод "Essays", сделанный с
издания 1612 г. и вышедший в Лондоне в 1618 г. В нем впервые был опубликован
опыт "О смутах и мятежах". Последние годы жизни Бэкон работал над
подготовкой латинского издания. В этом ему помогали ряд лиц, среди которых
называют и Томаса Гоббса. Именно будущему автору "Левиафана" принадлежит
перевод на латинский эссе "Об истинном величии королевств и республик"
(впервые опубликованный в трактате "De Dignitate et Augmentis Scientiarum",
VIII, 3) и, как полагают. "О новшествах" и "О притворстве и лицемерии". Этот
латинский перевод "Essays" под названием "Sermones Fideles, sive Interiora
Rerum" вышел уже после смерти Бэкона в 1638 г. в составе подготовленного В.
Раули тома бэконовских сочинений "Francisci Baconi... Operum Moralium et
Civilium Tomus". Том также содержал: "Historia Regni Henrici Septimi Regis
Angliae", "Tractatus de Sapientia Veterum", "Dialogus de Bello Sacro" и
"Nova Atlantida" — замечательный цикл гуманитарных произведений Фр. Бэкона.
На русский язык "Essays" были переведены в прошлом веке П. А. Бибиковым
под названием "Нравственные и политические очерки" (Бакон, Собрание
сочинений, т. II. СПб., 1874). Перевод П. А. Бибикова содержит 57 эссе --
почему-то выпал опыт "О масках и триумфах". Новый русский перевод "Essays",
выполненный З. Е. Александровой, был опубликован в академической серии
"Литературные памятники" в 1954 г. (не все опыты) и в 1962 г. (все опыты). В
настоящем издании "Essays" даются в переводе З. Е. Александровой
(Посвящения, опыты: II, III, V, VI, IX, XI--XV, XVIII--XX, ХХП--XXV, XXVIII,
ХХIХ, XXXI, XXXIII--XXXVI, XXXVIII, XXXIX, XLI, XLVII, XLVIII, L, LI, LV,
LVI, LVIII) и Е. С. Лагутина (опыты: I, IV, VII, VIII, Х, XVI, XVII, XXI,
XXVI, XXVII, XXX, XXXII, XXXVII, XL, XLII-- XLVI, XLIX, LII-- LIV, LVII).
Сверка с английским текстом осуществлена Г. Г. Майоровым. Примечания
подготовил А. Л. Субботин. При их составлении нельзя было не опираться на
обстоятельные комментарии к "Опытам", выполненные Ф. А. Коган-Бернштелн для
изданий: Фрэнсис Бзкон, "Новая Атлантида. Опыты к наставления нравственные и
политические". М., 1954 и 1962 гг.
1 Т. е. "дьявольским вином" или "вином демонов". Возможно, Бэкон
объединяет сказанное о поэзии Августином и Иеронимом. Августин называл ее
"вином заблуждения", а Иероним — "пищей демонов". — 353.
2 См. Лукреций, "О природе вещей", кн. II, ст. 1--10:
"Сладко, когда на просторах морских разыграются ветры,
С твердой земли наблюдать за бедою, постигшей другого,
Не потому, что для нас будут чьи-либо муки приятны,
Но потому, что себя вне опасности чувствовать сладко,
Сладко смотреть на войска на поле сраженья в жестокой
Битве, когда самому не грозит никакая опасность.
Но ничего нет отраднее, чем занимать безмятежно
Светлые выси, умом мудрецов укрепленные прочно:
Можешь оттуда взирать на людей ты и видеть повсюду,
Как они бродят и путь, заблуждаяся, жизненный ищут",
(пер. Ф. А. Петровского). — 353.
3 Монтень, "Опыты" (Об изобличении во лжи). — 354.
4 "Атрибуты смерти устрашают сильнее самой смерти". Сенека, "Письма",
III, 3. — 354.
5 "Подумай, как долго делал ты одно и то же; не одни лишь храбрецы или
несчастливцы захотят умереть, но и те, кто поразборчивей". Сенека, "Письма",
X, 1. — 355.
6 "Ливия, помни, как жили мы вместе; живи и прощай!". Светоний, "Жизнь
двенадцати Цезарей" (Божественный Август, 99). — 355.
7 "Уже Тиберия покидали телесные, покидали жизненные силы, но все еще
не покидало притворство". Тацит, "Анналы", кн. VI, 50. — 355.
8 "...кажется, я становлюсь богом". Светоний, "Жизнь двенадцати
Цезарей" (Божественный Веспасиан, 23). — 355.
9 "Рази, если так нужно римскому народу". Тацит, "История". кн. I, 41.
— 355.
10 "Приблизься, если мне еще остается что-либо сделать", Дион Кассий,
"Римская история", LXXVI, 17. — 355.
11 "Что почитает за дар природы предел своей жизни". Ювенал, "Сатиры",
X, ст. 358. — 355.
12 "Ныне отпускаешь". Нов. Зав., Лук., гл. 2, ст. 29. — 355.
13 "...Одной только смертью смиряется зависть". Гораций, "Послания",
кн. II, 1. --355.
14 Этот опыт впервые появился в издании 1612 г. и назывался "Of
Religion". Для третьего издания Бэкон его значительно изменяет и расширяет.
Здесь он называется "Of Unity in Religion", а в латинском издании 1638 г. --
"De Unitate Ecclesiae" ("О единстве церкви"). --355.
15 "Вот, он в пустыне", "Вот, он в святилище". Нов. Зав., Матф., гл.
24, ст. 26. — 356.
16 Апостол Павел. Нов. Зав., Посл. Коринф. 1, гл. 14, ст. 23. — 356.
17 Ветх. Зав., Псалм. Давид., 1. ст. 1. --356.
18 Имеется в виду Франсуа Рабле. В одном из эпизодов его романа
Пантагрюэль знакомится с каталогом книг библиотеки св. Виктора, где
фигурирует и это заглавие. См. "Гаргантюа и Пантагрюэль", кн. II, гл. 7. --
356.
19 Ветх. Зав., кн. Царств IV, гл. 9, ст. 18--19. — 357.
20 Названные так по имени Лаодикийской церкви — в делах веры "ни
холодной, ни горячей". См. Нов. Зав., Откр. Иоан., гл. 3, ст. 15. — 357.
21 Нов. Зав., Матф., гл. 12, ст. 30; Марк., гл. 9, ст. 40. — 357.
22 Имеется в виду св. Бернард: "Пусть будет пестрота в этой одежде, но
не будет разрыва". См. S. Bernardi ad Guillelmi abbati Apologia. Paris,
1640, p. 983. — 357.
23 "...отвращаясь негодного пустословия и прекословий лжеименного
знания". Нов. Зав., Посл. Тимоф. 1, гл. 6, ст. 20. — 357.
24 Перефразировка места из толкования пророком Даниилом сна царя
Навуходоносора. См. Ветх. Зав., кн. Даниил., гл. 2, ст. 43. — 358.
25 "Вот к злодеяньям каким побуждалась религия смертных". Лукреций, "О
природе вещей", кн. 1, ст. 101. — 358.
26 Бэкон имеет в виду события Варфоломеевской ночи (24 августа 1572 г.)
и подготовленный иезуитами и католиками взрыв парламента в Лондоне в 1605 г.
— 358.
27 Ветх. Зав., кн. Исайи, гл. 14, ст. 14. — 358.
28 "Ибо гнев человека не творит правды Божией". Нов. Зав., Иаков., гл.
1, ст. 20. — 359.
29 Ветх. Зав., кн. Притч. Соломон., гл. 19, ст. 11. --359.
30 Козимо Медичи (1519--1574) — правитель Флоренции, кстати, был
знаменит и тем, что в борьбе с противниками не гнушался никакими средствами.
— 360.
31 Ветх. Зав., кн. Иова, гл. 2, ст. 10. — 360.
32 Гай Кассий и Марк Брут, организовавшие заговор против Юлия Цезаря,
покончили с собой после разгрома их войска силами цезарианцев в битве при
Филиппах (42 г. до н. э,). Септимий Север, вступив в 193 г. в Рим, наказал
преторианцев, свергнувших императора Публия Гельвия Пертинакса. Генрих
Наваррский в битве при Иври (1590 г.) разбил сторонников католической лиги
Гизов, агент которой убил в 1589 г. короля Генриха III. -- 360.
33 Сенека, "Письма", VII, 4.!![Author ID1: at Tue Jan 4 13:54:00 2000 ]
— 360.
34 Сенека, "Письма", LIII[Author ID1: at Tue Jan 4 13:57:00 2000 ]VI,
12[Author ID1: at Tue Jan 4 13:57:00 2000 ]4. — 361.
35 Тацит, "Анналы", кн. V, 1. — 361.
36 Римский наместник в Сирии Г. Лициний Муциан — один из главных
инициаторов военного заговора в пользу Веспасиана. — 361.
37 Тацит, "Анналы", кн. III, 70. — 362.
38 Ветх. Зав., кн. Притч. Соломон., гл. 10, ст. 1. — 364.
39 "Избери лучшее, а привычка сделает его приятным и легким" --
изречение, которое приписывают Пифагору. — 365.
40 Т. е. об Одиссее: "Свою старуху предпочел бессмертию". Цицерон, "Об
ораторе", кн. I, 44. — 366.
41 "Ведь каждый любопытный зложелателен". Плавт, "Господа и рабы", акт
II. сц. 1. -- 368.
42 Нарсес (472--568) — византийский полководец армянского
происхождения; возвысился при императоре Юстиниане и возглавлял его армию в
войне против готов. Агесилай II — спартанский царь (398--361 до н.э.); о
нем см. Плутарх, "Сравнительные жизнеописания" (Агесилай). Тамерлан
(1336--1405) — известный своей жестокостью завоеватель; захватив власть в
Средней Азии, он объявил себя потомком Чингис-Хана, — 368.
43 "Одним скачком" (лат.). — 369.
44 "Сколько терпим" — слова из молитвы о мертвых в католическом
богослужении. — 369.
45 "Зависть праздников не соблюдает". — 370.
46 Нов. Зав., Матф., гл. 13, ст. 25. -- 370.
47 "Каждый из нас для другого являет великий театр". Сенека, "Письма",
1, 7. — 371.
48 Этот опыт "Of Great Place" впервые опубликован в 1612 г. В латинском
издании 1638 г. он называется "De Magistratibus et dignitatibus". — 372.
49 "Когда ты уже не тот, чем был, у тебя нет причин быть привязанным к
жизни". Цицерон, "Письма к близким", VIII, 3. — 373.
50 "Смерть страшна, тяжела тому, кто, хорошо известный всем, сам до
смерти не знал себя". Сенека, "Тиэст", действ. II, ст. 470-- 472. — 373.
51 "И увидел Бог все, что он создал, и вот, хорошо весьма". Ветх. Зав.,
кн. Бытие, гл. 1, ст. 31. — 373.
52 Ветх. Зав., кн. Притч. Соломон., гл. 28, ст. 21. — 375.
53 "Все считали его способным стать императором, пока он им не стал".
Тацит, "История", кн. I, 49. — 375.
54 "Единственный, кто, ставши принцепсом, изменился к лучшему", Тацит,
"История", кн. 1, 50. — 375.
55 Афинский оратор Демосфен (384--344 до н. э.) страдал врожденными
недостатками речи и преодолел их упорными упражнениями. — 375.
56 Бусбек, Ожъе Жислен (1522--1592) — австрийский ученый и дипломат,
был послом в Турции и издал "Legationis Turcicae Epistolae" (1589 г.). Бэкон
неточно передает его рассказ: один ювелир прибил живую птицу над дверью,
распялив ей клюв палкой. Эту неточность Бэкон исправил в латинском издании.
— 377.
57 См. Макиавелли, "Рассуждения о первой декаде Тита Ливия", кн. II,
гл. 2. — 377.
58 Имеется в виду эзоповская басня "Петух и жемчужное зерно". Федр,
"Басни", III, 12. — 377.
59 Нов. Зав., Матф., гл. 5, ст. 45. — 377.
60 Нов. Зав., Марк., гл. 10, ст. 21. — 378.
61 Misanthropi — "человеконенавистники" (лат.). Тимон -- афинский
гражданин, живший во времена Пелопоннесской войны. Язвительно издеваясь над
нравами своих соотечественников, он отказался от всякого общения с ними и в
античных комедиях осмеивался как враг и ненавистник людей. Бэкон,
по-видимому, имеет в виду то место у Плутарха, где рассказывается о
выступлении Тимона в Собрании: "Есть у меня, господа афиняне, участочек
земли подле дома. и там растет смоковница, на которой уже немало из моих
любезных сограждан повесилось. Так вот, я собираюсь это место застроить и
решил всех вас предупредить — на тот случай, если кто желает удавиться;
пусть приходит поскорее, пока дерево еще не срублено". Плутарх,
"Сравнительные жизнеописания" (Антоний, LXX). -- 378.
62 Нов. Зав., Посл. Римлян., гл. 9, ст. 3. — 378.
63 Этот опыт "Of Nobility" впервые был напечатан в 1612 г. В третьем
издании 1625 г. он значительно расширен и исправлен. Во всех предшествующих
русских изданиях он переводился "О дворянстве", что, на наш взгляд,
стушевывает смысл бэконовской социальной характеристики. В последующих
текстах у Бэкона встречается противопоставление "nobility" и "gentry". --
379.
64 Опыт "Of Seditions and Troubles" был впервые напечатан в итальянском
издании 1618 г. и затем в английском 1625 г. В комментарии к нему Ф. А.
Коган-Бернштейн указывает, что в своем анализе классовой структуры
английского общества Бэкон часто исходит из более давних социальных
отношений раннетюдоровского периода. В связи с этим она ставит весьма
существенную задачу — проследить, в какой мере в социально-политических
воззрениях и идеалах Бэкона, запечатленных в "Essays", отразились и сплелись
установки раннетюдоровского, елизаветинского и стюартовского времени. --
380.
65 Вергилий, "Георгики", кн. I, ст. 464--465:
"...О смутах незримых она предваряет
Часто, о кознях и скрытой войне, набухающей тайно". — 380.
66 Вергилий, "Энеида", кн. IV, ст. 178--180:
"Оную Матерь Земля, на богов распаленная гневом,
Младшую, как повествуют, сестру Энкеладу с Кеем
Произвела...". — 380.
67 Бэкон перефразирует место из Тацита: "Отныне, что бы принцепс ни
делал, хорошее или дурное, — все навлекало на него равную ненависть";
"История", кн. I, 7. — 380.
68 У Тацита: "Солдаты были настроены бодро, но предпочитали обсуждать
приказы командиров, а не выполнять их"; "История", кн. II, 39. — 381.
69 Макиавелли, "Рассуждения о первой декаде Тита Ливия" кн. III, гл.
27. — 381.
70 "Первый двигатель" — в аристотелевско-птолемеевской системе мира
первоисточник движения, помещающийся за сферой неподвижных звезд. — 381.
71 У Тацита; "Так открыто, что можно было подумать, будто они забыли о
своих повелителях"; "Анналы", кн. III, 4. -- 381.
72 "Сниму поясы с чресл царей". Ср. Ветх. Зав., кн. Исайи, гл. 14, ст.
25. — 381.
73 Бэкон неточно цитирует Лукана, "Фарсалия", кн. 1, ст. 181--182:
"Хищный отсюда процент, беспощадные сроки уплаты,
И поколеблен кредит, и война стала выгодной многим". — 382.
74 "Только для печали есть граница, а для страха — никакой". Плиний
Младший, "Письма", кн. VIII, 17, 6. — 382.
75 "Материал превзошел мастерство"; Овидий, "Метаморфозы", кн. II, ст.
5. — 383.
76 Имеется в виду богатство Голландии, прибыльные фрахты, составлявшие
значительную статью ее дохода. — 383.
77 "Сулла был неграмотен, а потому не мог диктовать". Светоний, "Жизнь
двенадцати Цезарей" (Божественный Юлий, 77). — 385.
78 "Набирает солдат, а не покупает", Тацит, "История", кн. 1, 5. --
385.
79 "Если буду жив, Римская империя не будет нуждаться в солдатах".
Flavius Vopiscus, "Probus", 20. — 385.
80 "Словом, судя по общему настроению, на последнее злодеяние решились
лишь некоторые, сочувствовали ему многие, готовились и выжидали все". Тацит,
"История", кн. I, 28. — 385.
81 Комментаторы считают, что имелся в виду сборник "Золотая Легенда",
содержавший повествования о житиях и чудесах святых. Составлен он был в XIII
в. доминиканцем Яковом Ворагинским. — 386.
82 Ветх. Зав., Псалм. Давид., 13, ст. 1. — 386.
83 "Кощунство не в том, что отрицают богов толпы, а в том, что богам
приписывают мнение толпы". Диоген Лаэртский, "О жизни, учениях и изречениях
знаменитых философов", кн. X, 123. — 387.
84 Диагор (V в. до н. э.) — греческий лирический поэт, за безбожие был
приговорен к казни, но успел скрыться. Бион (III в. до н. э.) — греческий
философ и сатирик, слыл атеистом, примыкал к киникам, а затем к киренаикам.
Лукиан (II в. н, э.) — знаменитый греческий сатирик, "Вольтер классической
древности", считал все религии обманом и в своих сочинениях высмеивал богов.
— 387.
85 "Нельзя уже теперь сказать, что каков народ, таков и священник, ибо
народ не таков, каковы священники". — 387.
86 "Высшее существо" (лат.). — 388.
87 "Чем бы мы могли гордиться, отцы отечества, ведь числом мы уступаем
испанцам, выносливостью — галлам, хитростью — финикийцам, в искусствах --
грекам, наконец, патриотизмом — жителям этой земли — италам и латинянам,
если не благочестием и совестливостью, равно как и той исключительной
мудростью, благодаря которой именем бессмертных богов, управляющих всем,
призваны мы покорить все народы и нации"!![Author ID1: at Wed Jan 5 19:56:00
2000 ]. Цицерон, "De Haruspicum responsis", 9. — 388.
88 Этот опыт "Of Superstition" впервые появился в 1612 г.; в
итальянском издании 1618 г. был опущен; значительно дополнен для издания
1625 г. — 388.
89 Бэкон цитирует неточно. Плутарх, "О суеверии", 24. — 388.
90 Вселенский собор католической церкви, созванный папой Павлом III,
открылся 13 декабря 1545 г. и продолжался с перерывами и перенесением места
заседаний до 4 декабря 1563 г. Основное внимание уделил борьбе с реформацией
и укреплению позиций папства, в своих решениях установил основные доктрины
католицизма, — 389.
91 Этот опыт "Of Empire" впервые появился в издании 1612 г.; для
третьего издания значительно расширен и исправлен. — 392.
92 Ветх. Зав., кн. Притч. Соломон., гл. 25, ст. 3. — 392.
93 Аполлоний Тианский (1 в. н. э.) --неопифагореец, личность которого
противники христианства противопоставляли Христу. Бэкон цитирует из его
биографии, написанной софистом Филостратом Младшим (III в.). "Vita Appoll.
Tyanii", V, 28. -- 302.
94 "Желания государя бывают большей частью необузданны и
противоречивы"; это цитата не из Тацита, а из Саллюстия, "Югуртинская
война", 113. -- 393.
95 Имеются в виду главные участники итальянских войн первой половины
XVI в. — 393.
96 Имеется в виду их союз в 80-х годах XV в. против растущего
могущества Венеции. — 393.
97 См. Фома Аквинский, "Summa Theologiae", 2[2] quest., XL. --
393.
98 Ливия Друзилла — жена Октавиана Августа; ее обвинение в отравлении
мужа считается необоснованным. Роксалана -- жена Солимана Великолепного,
турецкого султана (1520--1526); чтобы доставить престол своему сыну,
оклеветала старшего сына султана Мустафу, который был удушен. Изабелла
Анжуйская — дочь французского короля Филиппа IV Красивого и жена Эдуарда
II; при поддержке французов и используя крайнюю непопулярность короля в
Англии, сумела свергнуть Эдуарда и засадить его в тюрьму, где он и был убит.
— 394.
99 Сын Солимана и Роксаланы. — 394.
100 Крисп был казнен вследствие интриг своей мачехи. Константин II,
ставший императором в 337 г., был убит в 340 г. во время междоусобной борьбы
с братом Константом. Император Констант убит в результате военного заговора
в 350 г. Наконец, последний сын Константина Великого, Констанций умер в 361
г., когда римские легионы в Галлии провозгласили императором Юлиана,
впоследствии прозванного "Отступником". — 394.
101 Деметрий -- сын македонского царя Филиппа V (а не Филиппа II, как
пишет Бэкон) был казнен в 179 г. до н.э. в результате интриг своего брата
Персея. — 394.
102 Селим -- младший сын султана Баязета II (1481--1512), соперничая за
престол с братом Ахметом, сверг отца, а затем отравил его, Генрих II --
английский король (1154--1189) из династии Плантагенетов; имея обширные
владения во Франции, вел там непрерывные войны, в свою очередь французы
интриговали!![Author ID1: at Wed Jan 5 17:11:00 2000 ] против Генриха его
сыновей: Генриха, Ричарда Львиное сердце и Иоанна Безземельного. — 394.
103 Ансельм Кентерберийский (1033--1109) — знаменитый богослов,
философ и политический деятель. Став примасом Англии, настойчиво добивался
права назначения на высшие церковные должности, что ранее было прерогативой
короля. Томас Бекет (1118--1170) — архиепископ кентерберийский, выступил
против короля Генриха II, который, проводя политику усиления своей власти,
пытался ограничить права церкви и церковных судов ("Кларендонские
постановления"); был убит сторонниками короля. — 394.
104 См. Ф. Бэкон, "The History of the Reign of King Henry the Seventh".
— 395.
105 "Воротная вена" (лат.). — 395.
106 Янычары (тур. "новые войска") — привилегированное войско в
Османской империи; из янычар формировались отборные военные отряды, они
исполняли в стране функции полиции и жандармерии, составляли свиту
губернаторов и личную гвардию султана. В XVI--XVIII вв., превратившись в
самостоятельную феодальную силу, янычары начинают противопоставлять себя
центральной власти, бунтуют, даже свергают султанов. Просуществовав около
пяти столетий, были распущены в 1826 г. Преторианская гвардия -- возникла из
преторских когорт, личной стражи полководца в Римской республике. Во времена
империи превратилась в одну из решающих военно-политических сил в стране:
преторианцы устраивали государственные перевороты, провозглашали, свергали и
убивали императоров. В 312 г. при императоре Константине I преторианская
гвардия была упразднена. — 395.
107 "Помни, что ты человек"; "помни, что ты Бог или наместник его". --
395.
108 Ветх. Зав., кн. Исайи, гл. 9, ст. 6. — 396.
109 Ветх. Зав., кн. Притч. Соломон., гл. 20, ст. 18. — 396.
110 См. Ветх. Зав., кн. Царств III, гл. 12, ст. 6--14. --306.
111 Ср. нижеследующий текст с эссе "Метида, или Совет" в книге "О
мудрости древних". --396.
112 После этих слов в бэконовской рукописи имеется следующее
добавление: "Ибо средство это превращает Метиду-супругу в Метиду-любовницу;
иначе говоря, заменяет совет, с которым государь торжественно сочетался,
советом лиц, которые обязаны своим положением прежде всего лести и ласке".
— 397.
113 "Кругом в дырах, повсюду протекаю я". Теренций, "Евнух", деист. 1,
сц. 2, ст. 106. — 397.
114 Мортон, Джон (Morton, 1420--1500) — архиепископ кентерберийский,
кардинал и лорд-канцлер Англии (1487--1500). Фокс, Ричард (Fox, 1448--1528)
— епископ Винчестерский, лорд-хранитель печати при Генрихе VII и Генрихе
VIII. Эти лица пользовались особой монаршей милостью, так как, по сообщению
историков, не хранили тайны чужих исповедей. — 397.
115 "Найдет ли веру на земле?" Нов. Зав., Лук., гл. 18, ст. 8. — 398.
116 "Главное достоинство государя — знать своих людей". Марциал,
Эпиграммы, кн. VIII, 15. — 398.
117 "Вообще", "в целом" (лат.). — 398.
118 "Лучшие советники--мертвые". Диоген Лаэртский, "О жизни, учениях и
изречениях знаменитых философов", кн. VII, 1. — 398.
119 Весь текст, начиная с этой фразы и до конца опыта, добавлен Бэконом
в издании 1625 г. — 398.
120 "Утро вечера мудренее" (лат.). — 390.
121 Комиссия, оформлявшая в 1603 г. объединение Англии и Шотландии
после вступления на английский престол шотландского короля Якова Стюарта. --
309.
122 "Заняться текущими делами" (лат.). — 399.
123 "Как угодно тебе"!![Author ID1: at Wed Jan 5 17:43:00 2000 ]
(лат.). — 399.
124 Федр, "Басни", кн. V, 8. — 400.
125 "Отправь обоих нагишом к людям, которые их не знают, и тогда
увидишь"; это изречение приписывают философу Аристиппу (V в. до н. э.). --
401.
126 По мнению некоторых комментаторов, здесь имеется в виду сэр Фрэнсис
Уолсингем (1530--1590). — 401.
127 Ветх. Зав., кн. Неем., гл. 2, ст. 1--2. — 401.
128 См. Тацит, "Анналы", кн. XI, 29--30. -- 401.
129 Предполагают, что здесь Бэкон мог иметь в виду своего двоюродного
брата Роберта Сесиля и сэра Томаса Бодлея. — 402.
130 "Я-то не имею иных интересов, кроме безопасности императора".
Тацит, "Анналы", кн. XIV, 57. — 402.
131 Собор св. Павла в Лондоне в XVI--XVII вв. был излюбленным местом
праздношатающейся публики. — 403.
132 "Глупый верит всякому слову, благоразумный же внимателен к путям
своим". Ветх. Зав., кн. Притч. Соломон., гл. 14, ст. 15. — 403.
133 "Влюбленный в самого себя и не знающий соперников". Цицерон,
"Письма к брату Квинту", III, 6[Author ID1: at Wed Jan 5 19:41:00 2000 ]8.
— 404.
134 Ветх. Зав., кн. Иерем., гл. 6, ст. 16. — 405.
135 Нов. Зав., Посл. Тимоф. II, гл. 3, ст. 5. — 407.
136 "Из пустяка делаешь великое дело". Теренций, "Самоистязатель", III,
5, 8. — 407.
137 "Отвечаешь, одну бровь задирая на лоб, а другую опуская до самого
подбородка; но свирепость тебе не идет". Цицерон, "Против Пизона", VI. --
408.
138 "Пустозвон, который легковесностью слов разрушает весомость вещей".
Это высказывание, которое Бэкон приписывает Авлу Геллию, имеется у
Квинтилиана, "Наставления оратору", X, 1. — 408.
139 Аристотель, "Политика", кн. 1, 1. — 408.
140 "Большой город, большое одиночество". — 409.
141 "Причастные заботам" (лат.). — 410.
142 Плутарх, "Сравнительные жизнеописания" (Помпей, XIV). — 410.
143 "Я не скрыл этого от тебя из дружбы". Тацит, "Анналы", кн. IV, 40.
— 411.
144 Коммин, "Memoirs", V, 5. — 411.
145 Плутарх, "Сравнительные жизнеописания" (Фемистокл, XXIX). — 412.
146 Нов. Зав., Посл. Иаков., гл. 1, ст. 24. — 413.
147 Второе издание 1612 г. содержало опыт "Of Greatnes of Kingdomes",
который затем был Бэконом значительно изменен и расширен. В издании 1625 г.
он фигурирует под названием "Of the True Greatness of Kingdoms and Estates".
Однако до этого опыт был переведен на латинский язык (Томасом Гоббсом) и
опубликован в 1623 г. в составе трактата "De Dignitate et Augmentis
Scientiarum", VIII, 3 под названием "Exemplum Tractatus summarii de
Proferendis Finibus Imperii". Поэтому все пояснения к тексту этого опыта
читатель может найти в наших примечани
