Роджер Желязны. Принц Хаоса
страница №7
...кие работали, как меха.- Полагаю, дело не выгорело, - шепнул Люк, - и они решили все
утрясти, выставив лучшего против лучшего.
- Похоже, что так, - сказал я.
- Значит, Корал должна быть внутри, как ты думаешь?
- Подожди минуту.
Я быстро запустил щуп в здание, отмечая двух человек внутри. Затем я
кивнул.
- Я бы сказал, она и единственный страж ее.
Жерар и Чайнуэй все еще стояли, словно статуи.
- Может быть, сейчас лучшее время, чтобы умыкнуть Корал, - сказал
Люк, - пока все любуются дракой.
- Вероятно, ты прав, - сообщил я ему. - Дай-ка посмотрим, смогу ли я
стать невидимым. Это может упростить дело.
- О'кей, - сказал он через четверть минуты. - Что бы ты ни делал, до
сих пор - все срабатывало. Игра твоя.
- Это точно, - сказал я. - Скоро буду.
- Как ты ее оттуда вытащишь?
- Придумаю, как только доберусь. Будьте просто наготове.
Я пошел медленно, осторожно, чтобы не потревожить песок. Я сделал
круг, пройдя за спиной Каина. Приблизился к двери в башню, беззвучно,
постоянно прощупывая все вокруг. Жерар и Чайнуэй по-прежнему стояли,
сцепившись и прилагая друг к другу чудовищные усилия.
Я миновал двух стражей, пройдя в смутный интерьер башни. Первый этаж
состоял из одной круглой комнаты с голым земляным полом, да каменными
цоколями под каждой щелью окна. Сквозь дыру в потолке на второй этаж вела
лестница. Корал лежала на одеяле слева от меня; личность, которая якобы
охраняла ее, стояла на цоколе, наблюдая за дракой через ближайшее окно.
Я подошел ближе, опустился на колени, поднял ее левое запястье и
пощупал пульс. Он был сильный и ровный. Тем не менее, я решил не будить
ее. Вместо этого я завернул Корал в одеяло, поднял на руки и выпрямился.
Я почти укрыл ее заклинанием невидимости, когда наблюдатель у окна
повернулся. Должно быть, поднимаясь, я произвел шум.
Мгновение страж пялился на зрелище своей пленницы, парящей в воздухе
под ним. Затем разинул пасть, чтобы заорать, оставляя мне единственный
шанс вырубить его нервную систему зарядом из кольца.
К несчастью, когда он рухнул с цоколя на пол, загремело оружие. Почти
тут же я услышал крик сверху, преследуемый звуками суетливого движения.
Повернувшись я заторопился к дверям. В узком проеме мне пришлось
притормозить и развернуться. Трудно предположить, что подумает внешняя
стража, когда коматозная Корал поплывет по воздуху мимо, но я не хотел
быть пойманным внутри. Выглянув наружу, я увидел, что Жерар и Чайнуэй,
кажется, находятся все в том же положении. И секундой позже, как только я
развернулся боком и сделал первый осторожный шаг, внезапно Жерар сделал
резкое скручивающее движение, за которым немедленно последовал звук,
похожий на треск ломающейся доски.
Жерар опустил руки и встал прямо. Тело Чайнуэя ударилось о землю
возле него, шея была вывернута под неестественным углом. Эрик и Каин
зааплодировали. Два стражника возле дверей ринулись вперед. Позади меня, в
башне, на другом конце комнаты грохотала лестница. Я услышал оттуда крик.
Еще два шага, и я повернул, взяв влево. Внешняя стража рысью мчала к
поверженному бойцу. Полдюжины шагов, и из-за спины - еще больше воплей,
когда мои преследователи вывалились из дверей башни, сопровождаемые
криками со стороны арены смерти.
Я знал, что мне с моей ношей ни от кого не убежать; а вся эта
моторная активность мешала сосредоточиться на оперировании магией.
Так что я упал на колени, опуская Корал на землю перед собой,
повернулся, даже не поднимаясь, и вытянул левый кулак, глубоко погружая
разум в кольцо и взывая к крайним мерам, чтобы остановить парочку
птенцово-драконьих коммандо, которые находились уже в нескольких шагах от
меня - клинки были готовы кромсать и колоть....
А затем их охватило пламя. Я думаю, они завопили, но к тому времени
вокруг уже стоял невероятный гам. Еще два шага, и они упали возле меня,
чернея и дергаясь. Руки мои тряслись от близости сил, вызвавших это; но у
меня даже не было времени для мыслей и потрясения, когда я рывком
повернулся в сторону песчаного ристалища и к тому, что оттуда могло ко мне
припереться.
Один из двух стражей, торопившихся вперед, лег, истекая огнем, на
землю у ног Эрика. Другой - тот, который, по-видимому, напал на Каина, -
схватился за нож в глотке, из его горла рвалось пламя - вниз и вверх, -
пока он медленно оседал, заваливаясь на спину.
Тут же Каин, Эрик и Бенедикт повернулись, чтобы всмотреться в меня.
Жерар, уже облачившийся в синюю рубаху, пристегивал на место пояс с мечом.
Он тоже повернулся, как раз когда Каин сказал:
- И кто вы такой, сэр?
- Мерлин, - отозвался я, - сын Корвина.
Каин явно был сильно удивлен.
- У Корвина есть сын? - спросил он у остальных.
Эрик пожал плечами, а Жерар сказал:
- Не знаю.
Но Бенедикт изучал меня.
- Сходство есть, - сказал он.
- Верно, - согласился Каин. - Ладно, мальчик. Даже если ты сын
Корвина, та женщина, с которой ты хочешь сбежать, принадлежит нам. Мы
только что честно и благородно отыграли ее у этих славных ребят из Хаоса.
При этом он направился ко мне. Мгновением позже к нему присоединился
Эрик. Затем сделал шаг Жерар. Я не хотел причинять им вред, даже если они
всего лишь призраки, так что я взмахнул рукой, и на песке перед ними
пролегла линия. Огонь вырвался из нее.
Они приостановились.
Внезапно слева от меня возникла громоздкая фигура. Это был Далт,
обнаженный меч - в руке. Спустя мгновение здесь же оказался Люк. Затем
Найда. Четверо стояли лицом к лицу с четверыми, разделенные огнем.
- Теперь она наша, - сказал Далт и сделал шаг вперед.
- Ошибаешься, - Эрик, вынимая оружие, пересек границу.
Далт был на пару дюймов выше Эрика, и руки у него были длиннее. Он
тут же рванулся вперед. Я ожидал рубящий удар от того большого клинка,
который он носил, но он пошел на атаку уколом. Эрик, использовавший оружие
полегче, шагнул в сторону и зашел Далту под руку. Далт уронил острие
клинка, передвинулся влево и парировал. Оба оружия были приспособлены для
совершенно разных техник: клинок Эрика принадлежал к классу более тяжелых
рапир, клинок Далта - к классу легких широких мечей. Клинок Далта был
одноручный для достаточно крупного и достаточно сильного парня. Мне бы
пришлось орудовать им двумя руками. Затем Далт попытался нанести рубящий
удар вверх, что-то вроде того, о котором японские фехтовальщики упоминают
как о кириаге. Эрик просто отступил назад и опробовал удар, рубящий
запястье, как только клинок противника прошел мимо. Далт вдруг сместил
левую руку к рукояти и выполнил слепой двуручный удар, что-то вроде нанаме
гири. Эрик продолжал кружить, пытаясь снова достать запястье Далта.
Внезапно Далт разжал правую руку и дал ей отлететь назад, когда его
правая нога выполнила громадный шаг полукругом назад, а левая оказалась
впереди, оставив его в левосторонней европейской позиции en garde, из
которой его мощная рука и впечатляющий клинок тут же выпрямились, исполнив
внутренний удар по клинку Эрика, закончившийся выпадом. Эрик парировал, а
его правая нога ушла по диагонали за левую, и он отпрыгнул назад. Когда
защита его смялась, я увидел искры. Он фехтовал in sixte, тем не менее,
уронил острие под последовавшим парирующим ударом, вытянул руку in quarte,
вскинув и себя, и клинок в нечто похожее на останавливающий укол, целясь в
левое плечо, и как только их парирующие удары встретились, вывернул
запястье и располосовал Далту левое предплечье.
Каин зааплодировал, но Далт просто свел руки и развел их, выполнил
мелкий хоп-степ, перейдя в правостороннюю позицию en garde. Острием оружия
Эрик рисовал круги в воздухе и улыбался.
- Премилая у тебя выходит танцулька, - сказал он.
Затем Эрик сделал выпад, его парировали, он отступил, сделал шаг в
сторону, пнул Далта в коленную чашечку, промазал, затем очень вовремя
сбежал, так как Далт попытался нанести ему удар в голову. Тоже
переключившись на Японию, Эрик ввинтился к правому боку более крупного
соперника - маневр, который я видел в упражнении кумачи, - клинок его
приподнялся и опустился, когда взмах клинка Далта прошел мимо. Правое
предплечье Далта было уже влажным, я не замечал этого до тех пор, пока
Эрик не развернул оружие - клинок выставлен вперед и вверх, а гарда
прикрывает суставы пальцев - и не провел кулак в челюсть Далту. Затем он
пнул его под колено, ударил в левое плечо. Далт споткнулся и упал. Эрик
незамедлительно врезал ему по почкам, локтю, бедру - последнее лишь
потому, что опять промазал по колену - наступил на оружие Далта, качнув
собственным клинком, чтобы подвести острие к сердцу противника.
Я так надеялся, - вдруг внезапно осознал, - что Далт надерет Эрику
задницу... не только потому, что Далт был на моей стороне, а Эрик - нет, а
из-за развеселых времен, которые Эрик устроил моему папе. Теперь я
сомневался, что в округе осталось очень много специалистов по надиранию
задниц. И к несчастью, двое из них стояли по другую сторону нарисованной
мною границы. Эрика мог бы заломать Жерар. Бенедикт, Мастер Оружия в
Эмбере, мог положить его любым оружием. А у нас даже с ти`га на нашей
стороне я не видел больших шансов против них троих, с Каином для вящей
убедительности... И если б я вдруг сказал Эрику, что Далт ему единокровный
брат, это ни на миг не замедлило бы удар, даже если б Эрик вдруг решился
поверить.
Так что я принял единственное решение, какое мог принять. Они, помимо
всего прочего, были всего лишь призраками Эмбера. Истинные Жерар и
Бенедикт где-то находились в данный момент, и им никоим образом не
повредит то, что я сделаю с их двойниками здесь. Эрик и Каин вообще давно
умерли; Каин был героем-братоубийцей Войны с Лабиринтом и прообразом
недавнего изваяния, установленного на Гранд Конкурсе, по поводу убийства
будущего памятника будущим королем Кашеры, мстившим за смерть отца. И
Эрик, конечно, геройски пал на склонах Колвира, избежав, таким образом,
смерти от руки моего отца. Кровавая история моей семьи прокатила через мои
мысли, пока я будил спикарт, вновь вызывая волну огня, что уже вывела из
игры двух из моей птенцо-драконьей родни.
Рука у меня болела так, будто бы кто-то врезал по ней бейсбольной
битой. Из спикарта потянулся жгут дыма. Мгновение четверо моих
прямостоящих дядюшек стояли не шевелясь. А пятый продолжал лежать
навзничь.
Затем - медленно - Эрик поднял оружие. И продолжал его поднимать,
пока Бенедикт, Каин и Жерар вытаскивали свое. Он выпрямился, как только
поднял его к лицу. Остальные сделали то же самое. Это выглядело странным
салютом; взгляд Эрика встретился с моим.
- Я знаю тебя, - сказал он.
Затем они все завершили жест и стали блекнуть, блекнуть, превращаться
в дым, унесшийся прочь.
Далт истекал кровью, у меня болела рука, и до меня дошло, что
происходит, как раз в то мгновение, когда Люк с хрипом вздохнул и сказал:
- С этим покончено.
Линия моего огня уже иссякла, но за отметиной, которую она оставила,
там где стояли мои исчезнувшие родственники, воздух принялся мерцать.
- Это Лабиринт, - сказал я Люку, - явился на зов.
Мгновением позже перед нами поплыл Знак Лабиринта.
- Мерлин, - сказал он, - ты слишком много суетишься.
- Да, у меня теперь весьма насыщенная жизнь, - сказал я.
- Воспользуйся моим советом и оставь Дворы.
- О да, это было бы благоразумным.
- Но я не понимаю твоих намерений.
- Что тут понимать?
- Ты увел леди Корал от агентов Логруса.
- Правильно.
- Но потом ты так же попытался увести ее и от моих агентов.
- И это правильно.
- Ты должен сейчас понять, что она обладает неким артефактом, что
способствует равновесию сил.
- Да.
- Поэтому она должна быть во власти одного из нас. И все же ты готов
отказать нам обоим.
- Да.
- Почему?
- О ней-то я и забочусь. У нее есть права и чувства. А для вас она -
фишка в игре.
- Верно. Я распознал суть ее личности, и к несчастью, она годится для
нас обоих.
- Тогда должен отказать вам обоим. Ничего не изменится, никто из вас
ее не получит. И я вывожу ее из игры.
- Мерлин, твоя карта - еще более важна, чем ее, но ты только часть
вселенского расклада, и ты не можешь мне указывать. Ты понимаешь?
- Я понимаю свою ценность для тебя, - сказал я.
- Думаю, нет, - отозвался он.
Меня сразу же заинтересовало, насколько он действительно силен в зоне
текущих событий. Казалось очевидным, что с точки зрения энергетических
затрат ему пришлось отпустить всех четырех призраков, чтобы затем
обнародовать здесь самого себя. Осмелюсь ли я воспротивится ему с помощью
открытых каналов на спикарте? Я никогда не пробовал доступа ко всем
источникам в Отражениях, которые спикарт контролирует одновременно. Если я
это сделаю, и если я намерен очень сильно пошевеливаться, смогу ли я
убрать нас всех отсюда прежде, чем отреагирует Лабиринт? Если не смогу,
смогу ли пробиться сквозь то, что он воздвигнет, чтобы остановить нас? А
если у меня это получиться - так или иначе - куда нам следует сделать
ноги?
И наконец, как все эти деяния скажутся на отношении Лабиринта ко мне?
(...если тебя не пожрет что-нибудь большее, приходи как-нибудь к ночи
рассказать мне свою историю.)
Вот ведь дьявол, решил я. Хороший день для раскладки a la carte.
Я открыл все каналы.
Ощущение было такое, как если бы я бежал трусцой в хорошем темпе, а в
шести дюймах передо мной неожиданно возникла кирпичная стена.
Я почувствовал, что размазываюсь по ней и отрубился.
Я лежал на гладком, холодном камне. В голове и в теле бушевали жуткие
энергетические штормы. Я потянулся к их источникам и взял над ними
контроль, приглушая их до чего-то такого, что не угрожало снести мне
макушку. Затем приоткрыл один глаз, еле-еле.
Небо было пронзительно синим. Я увидел пару сапожек, стоящих в
нескольких футах от меня, носками в другую сторону. Я признал в них
сапожки Найды и, слегка повернув голову, увидел, что именно она их и
носит. Еще я увидел, что в нескольких ярдах слева от меня лежит,
раскинувшись, Далт.
Найда тяжело дышала, и мое логрусово зрение показало вокруг ее
дрожащих рук угрожающий бледно-красный свет.
Опершись на левый локоть и вглядевшись, я увидел, что она стоит между
мной и Знаком Лабиринта, который висит в воздухе, наверное в десяти шагах
от меня.
Когда Знак заговорил вновь, это был первый раз, когда я услышал, что
он выражает что-то похожее на изумление:
- Ты защищаешь его от меня?
- Да, - отозвалась она.
- Почему?
- Я делала это так долго, что было б стыдно подводить, когда он на
самом деле нуждается во мне.
- Создание Преисподней, знаешь ли ты, где стоишь? - спросил он.
- Нет, - сказала она.
Я взглянул за них обоих, на превосходно чистое синее небо.
Поверхность, на которой я лежал, была частью скалы, наверное, овальной по
форме, обрывающейся в ничто. Быстрый поворот головы показал, что скала,
кажется, выступала над горным склоном, а несколько темных ниш с тыльной
стороны указывали на возможность существования пещер. А еще я увидел
Корал, лежащую позади меня. Наш каменный выступ насчитывал несколько сот
метров в ширину. За Найдой и Знаком Лабиринта наблюдалось какое-то
копошение. Люк как раз собирал себя в коленопреклоненную позицию.
Я мог бы ответить на вопрос, заданный Найде, не задумываясь ни на
секунду. Но не сейчас, когда она принимала огонь на себя и обеспечивала
смертельно необходимую передышку.
Слева от себя я видел золотисто-розовые завитки в камне, и хотя
никогда не был здесь, я вспомнил описание из отцовского рассказа и понял,
что это, должно быть, первозданный Лабиринт - более глубокий уровень
реальности, который держит Эмбер.
Тогда я перекатился на все четыре и прополз несколько шагов, в
сторону моря, в сторону Лабиринта.
- Ты на другом конце вселенной, ти'га, в месте моей величайшей силы.
Далт застонал и сел, массируя глаза ладонями.
Я мог чувствовать что-то, похожее на вибрацию на самой грани
слышимости, исходящей от Найды, - ее фигура целиком окуталась в красное
жаркое свечение. Я знал - она умрет, ибо она напала на Знак, и понял, что
сам нападу на него, если он убьет ее.
Я услышал стон Корал.
- Моим друзьям ты вреда не причинишь, - сказала Найда.
Мне стало интересно, не прихлопнет ли он меня раньше, чем я смогу
воспользоваться спикартом, и не переправит ли немедленно в свою цитадель.
Был ли у меня шанс убраться на территории Логруса, где Лабиринт слабеет?
- Создание Преисподней, - сказал он ей, - столь обреченный
патетический жест, как твой, граничит с героизмом. Я чувствую к тебе
определенную симпатию. Хотел бы я такого друга. Нет, твоим спутникам я не
причиню вреда. Но я должен задержать здесь Корал и Мерлина, как мощный
противовес, а остальных - по политическим мотивам, пока не уладится спор с
моим соперником.
- Задержать? - сказала она. - Здесь?
- В скале удобные пещеры, - сказал он.
Я осторожно поднялся на ноги, нашаривая на поясе кинжал.
Люк встал и подошел к Корал, опустился возле нее на колени.
- Ты очнулась? - спросил он.
- Что-то вроде, - ответила она.
- Встать можешь?
- Может быть.
- Позволь мне помочь тебе.
Пока Люк помогал ей, поднялся Далт. Я продолжал бочком красться в
сторону ближайшей части узора. Где шляется Дворкин, когда я так в нем
нуждаюсь?
- Можешь войти в пещеру позади тебя и проверить помещения, - сказал
Знак. - Но сначала сними кольцо, Мерлин.
- Нет, сейчас не время распаковывать вещи и устраиваться поудобнее, -
ответил я, полоснув по ладони кинжалом и сделав последний шаг. - Мы здесь
надолго не останемся.
Звук, похожий на тихий удар грома, вырвался из Знака Лабиринта, но
молнии не было, и я думал, что не будет. Когда он сообразит, что я делаю.
- Фокус, которому научил меня отец Люка, - объяснил я. - Давай
поговорим.
- Да, - сказал Знак Лабиринта, - как здравомыслящие создания,
каковыми мы являемся. Не желаете ли подушек?
Поблизости немедленно появились три пуфика.
- Спасибо, - сказал я, выбирая зеленый. - Я бы выпил чая со льдом.
- Сахар класть?
11
Сидя на подушке, с кинжалом под боком, я держал левую руку над
Лабиринтом: сложенная чашечкой ладонь была наполнена кровью. Знак
Лабиринта парил в воздухе передо мной, похоже, сразу забыв о Корал, Найде,
Далте и Люке. Я потягивал из заиндевевшего стакана в правой руке, веточка
свежей мяты лежала среди кубиков льда.
- Принц Мерлин, - стал наводить справки Знак, - скажи мне, каково
твое желание, и мы быстро разрешим этот вопрос. Ты уверен, что я не смогу
подстелить тебе соломку на опасном месте? Твоя способность торговаться не
ослабеет, если ты перестанешь думать об опасностях. Но можно избежать
несчастного случая.
- Не стоит беспокойства, - сказал я, качнув ладонью, наполненной
кровью, - красная капля поползла по запястью. - Но, спасибо за заботу.
Знак Лабиринта задрожал, успокоился.
- Принц Мерлин, ты получил преимущество, - сказал он. - Но я не
думаю, что ты осознаешь весь смысл своей угрозы. Несколько капель твоей
крови на моем физическом узоре могут нарушить функционирование вселенной.
Я кивнул.
- Знаю, - сказал я.
- Очень хорошо, - ответил он. - Огласи свои требования.
- Наша свобода, - сказал я. - Отпусти нас, и останешься нетронутым.
- Ты оставляешь мне невеликий выбор, но то же касается и твоих
друзей.
- Что ты имеешь в виду?
- Ты можешь отослать Далта, куда пожелаешь, - сказал он. - Что до
леди-демона, я отказываюсь от нее с сожалением, так как чувствую, она
могла бы составить хорошую компанию...
Люк взглянул на Найду.
- Что за дела с "созданием Преисподней", "леди-демоном", а? - спросил
он.
- Ну, есть кое-что, чего ты не знаешь обо мне... - ответила она.
- Это длинная история? - спросил он.
- Да.
- Я - твое задание? Или я тебе все-таки нравлюсь?
- Ты не задание, и ты мне действительно нравишься.
- Тогда выслушаем эту историю позже, - сказал Люк.
- Как я сказал, отошли ее, - продолжал Знак. - И Далта. И Люка. Я
буду счастлив отослать всех троих, куда только пожелаешь. Но не приходит
ли тебе в голову, что для тебя и Корал здесь, вероятно, безопаснее, чем
где-либо еще?
- Может, да. Может, нет, - ответил я. - Корал, что ты об этом
думаешь?
- Забери меня отсюда, - сказала она.
- Это решает все, - сказал я Знаку. - Теперь...
- Подожди. Ты хочешь быть честным с друзьями, разве нет?
- Конечно, хочу.
- Тогда позволь указать им на некоторые аспекты, которые они могли не
принять во внимание.
- Валяй.
- Леди, - сказал он, - при Дворах Хаоса хотят твой глаз. Твои чувства
здесь несущественны. Если единственным способом достигнуть этого будет
твое пленение, считай, что это уже свершилось.
Корал тихо рассмеялась.
- А альтернативой тому - быть твоей пленницей? - спросила она.
- Думай о себе как о гостье. Я обеспечу тебе любые удобства. Конечно,
при таком обороте дел - выигрыш мой, не говоря о том, что я выдерну тебя
из расклада Хаоса. Я признаю это. Но ты должна выбрать одного из нас,
иначе второй захватит тебя.
Я смотрел на Корал, которая тихо качала головой.
- Ну, и? - спросил я.
Корал подошла ко мне и положила руку на плечо.
- Забери меня отсюда, - сказала она.
- Ты слышал, - сказала я Знаку. - Все уходят.
- Я молю еще о минуте снисхождения, - сказал он.
- Для чего? - спросил я.
- Убеждения. Выбор между мной и Логрусом - не суть вопрос политики...
но избрание того или иного для особой работы. Мой противник и я
представляем два основных принципа, на основе, которых организована
вселенная. Ты можешь налепить на нас ярлыки существительных и
прилагательных из большинства языков и дюжин наук, но в основном мы
представляем Порядок и Хаос - Аполлонийский и Дионисийский принципы, если
угодно; рассудок и чувства, если предпочитаешь; сумасшествие и здравый ум,
свет и тьма; сигнал и шум. В равной степени это может означать, тем не
менее, что ни один из нас не желает угасания второго. Тепловая смерть или
шаровая молния, классическое или анархическое, каждый из нас следует по
единственной дорожке, и без второго эта дорожка ведет в гибельный тупик.
Нам известно, что игра, в которую мы играем с начала начал, невероятно
тонкая штука - в конечном счете, наверное, судить о ней можно только с
точки зрения эстетики. И вот, впервые за века, я добился значительного
преимущества над моим исконным противником. Сейчас мое положение
достаточно крепко, чтобы материализовать грезу историков всех Отражений -
век высокой цивилизации и культуры, что никогда не будет забыт. Если
равновесие будет нарушено иным образом, нас ожидают времена регресса по
меньшей мере до уровня ледникового периода. Когда я говорю о вас как о
картах в игре, это вовсе не принижает ваших ролей. Ибо сейчас время
великих перемен, когда Талисман и человек, который обречен быть королем,
могут изменить Вселенную. Останетесь со мной, и я гарантирую Золотой век,
о котором говорил, и ваше величие в его бесконечности. Уйдете - и вас
пожрет второй. Последует тьма и беспорядок. Итак, что вы выбираете?
Люк улыбнулся.
- "Я слышу голос Славы", - сказал он. - Сведем это к простому выбору.
Пусть они думают сами.
Корал сжала мне плечо.
- Мы уходим, - сказал я.
- Очень хорошо, - сказал Знак. - Скажите, куда хотите попасть, и я
отошлю вас всех туда.
- Не всех, - внезапно сказал Люк. - Только их.
- Не понял. А с тобой что?
Люк вытащил кинжал и полоснул по ладони. Приблизился и встал возле
меня, также вытянув руку над Лабиринтом.
- Уйди мы вчетвером, прибудут только трое, - сказал он, - чего
доброго. Я лучше останусь и составлю тебе компанию, пока ты отправляешь
моих друзей.
- Как ты узнаешь, что я сделал это должным образом?
- Хороший вопрос, - сказал Люк. - Мерль, у тебя есть с собой колода
Козырей?
- Да.
Я вытащил их и показал ему.
- Моя там пока еще есть?
- В последний раз, когда я смотрел, была.
- Тогда вытащи ее и подготовь. Прежде чем уйдешь, рассчитай свое
следующее движение. Оставайся со мной в контакте, пока переход не
завершится.
- А как же ты, Люк? Ты не можешь сидеть здесь вечно, как кровавая
угроза Порядку. Пат временный. Рано или поздно тебе придется сдать
позицию, и когда ты...
- Остались у тебя в колоде старшие карты?
- Что ты имеешь в виду?
- Ты упоминал как-то о Козырях Рока.
Я покопался в колоде. Они оказались почти что в самом конце.
- Да, - сказал я. - Прекрасно исполнены. Я бы их ни за что сбросил.
- Ты действительно так думаешь?
- Ага. Собери все гуртом, и я выбью для тебя персональную выставку в
Эмбере.
- Ты серьезно? А ты не говоришь это только потому...
Знак Лабиринта проворчал что-то.
- Все - критики, - прокомментировал Люк. - О'кей. Вытащи все Козыри
Рока.
Я сделал это.
- Перетасуй немного. Положи их рубашкой вверх, пожалуйста.
- Порядок.
- Разложи их веером.
Люк наклонился, взял карту.
- О'кей, - сказал он. - Я - в деле. Когда будешь готов, скажи ему,
куда вас доставить. Оставайся в контакте. Эй, Лабиринт, мне тоже хочется
чаю со льдом.
Возле его правой ноги появился заиндевевший бокал. Люк нагнулся и
взял его, отхлебнул.
- Спасибо.
- Люк, - сказала Найда. - Я не понимаю, что происходит. Что случилось
с тобой?
- Ничего особенного, - отозвался он. - Не плачь по мне, леди-демон.
Увидимся позже.
Он посмотрел на меня и вздернул бровь.
- Отошли нас в Джидраш, - сказал я, - в Кашеру... на площадку между
дворцом и церковью.
Я держал Козырь Люка в повлажневшей левой ладони, рядом с гудящим
спикартом. Я почувствовал, что карта похолодела, как только Люк сказал:
- Ты слышал их.
И мир свернулся и развернулся, и было свежее, ветреное утро в
Джидраше. Я посмотрел на Люка через Козырь. Открыл кольцо - канал за
каналом.
- Далт, я могу спокойно оставить тебя здесь, - сказал я. - И тебя
тоже, Найда.
- Нет, - сказал гигант одновременно со словами Найды:
- Подожди минуту.
- Вы оба вышли из расклада, - объяснил я. - Ни одна сторона не
проявит к вам никакого интереса. А я намерен отправить Корал в
какое-нибудь безопасное место. Да и себя тоже.
- Ты в центре событий, - сказала Найда, - и я могу помочь Люку,
помогая тебе. Возьми меня с собой.
- Я тоже так думаю, - сказал Далт. - Я много чем обязан Люку.
- О'кей, - сказал я. - Эй, Люк! Ты все слышал?
- Ага, - сказал он. - Лучше займитесь своими делами... Вот дрянь! Я
пролил ее...
Его Козырь почернел.
Я не стал ждать ангелов-мстителей, языков огня, ударов молний или
разверзшейся земли. Я быстро выдернул нас из-под юрисдикции Лабиринта.
Я растянулся на зеленой траве под раскидистым деревом. Мимо
проплывали клочья тумана. Ниже искрился папин Лабиринт. Юрт, скрестив
ноги, сидел на капоте машины, клинок - на коленях. Когда мы объявились, он
спрыгнул на землю. Корвина в поле зрения не наблюдалось.
- Что происходит? - спросил меня Юрт.
- Я побит, взвинчен и задолбан. Я намерен лежать здесь и смотреть на
туман, пока не улетучится остаток мозгов, - сказал я. - Встречай Корал,
Найду и Далта. Выслушай их историю и расскажи им свою. И, Юрт, милый, не
буди меня до скончания мира, если только не случится что-нибудь из ряда
вон хорошее.
Я выполнил то, что обещал, под затихающую мелодию гитары и далекого
голоса Сары К. Трава была сказочно мягкой. Туман кружился у меня в голове.
Выцветая до черноты.
А потом, а потом... А потом, сэр...
Иду. Я иду, почти плыву по калифорнийским уличным торговым рядам, где
я бывал так часто. Выводки малышей, супружеские пары с детишками, женщины
с пакетами, идущие мимо, слова задавлены звуками из динамиков музыкальных
лавок. Дарили приют кадковые оазисы, ароматы деликатесов парили в воздухе,
зазывали вывески распродаж.
Иду. Мимо аптеки. Мимо обувной лавки. Мимо кондитерской...
Узкий коридор-переулок слева. Никогда не замечал его. Надо бы
свернуть...
Странно, откуда здесь ковер... и свечи в высоких подсвечниках, и бра,
и канделябры над узкими сундуками. На стенах мерцает вла...
Я повернул назад.
Поворачивать было некуда. Улица исчезла. Коридор упирался в стену. На
ней висел небольшой гобелен, изображающий девять фигур, которые смотрели
на меня. Я пожал плечами и вновь повернулся.
- Что-то еще осталось от твоих заклинаний, дядя, - заметил я. -
Займемся ими.
Иду. Теперь в тишине. Вперед. Туда, где мерцают зеркала. И вспомнил:
давным-давно я видел этот коридор, и его изгиб - как я вдруг осознал - был
не совсем обычен для Замка Эмбера. Коридор был там, на кромке
воспоминаний... юный я, идущий этой дорогой, без сопровождения... но я
понимал, что цена этих мемуаров - потеря контроля здесь, во
сне-заклинании. Я неохотно расстался с картинкой из юности и обратил
внимание на небольшое овальное зеркало слева.
Я улыбнулся. Отражение ответило. Я высунул язык, и в ответ мне
отсалютовали тем же.
Я двинулся дальше. Лишь спустя пару шагов я сообразил, что у
отражения - демоническая форма, в то время как у моей персоны ее не было.
Справа кто-то тихо прочистил глотку. Повернувшись, я узрел внутри
оправленного в черное ромба своего брата Мандора.
- Милый мальчик, - объявил он, - король умер. Да будет здравствовать
твоя августейшая персона, как только она соизволит взойти на трон. Самое
лучшее будет, если ты поспешишь вернуться для коронации на Край Мира, с
невесты Талисмана или без.
- Мы влипли в некоторые проблемы, - сказал я.
- Для тебя нет сейчас ничего значимого. Твое присутствие во Дворах -
важнее.
- Нет, важнее мои друзья.
Мимолетная улыбка тронула его губы.
- У тебя будет идеальная позиция для защиты друзей, - сказал он, - и
воздаяния врагам.
- Я вернусь, - сказал я, - скоро. Но не для того, чтобы короноваться.
- Как хочешь, Мерлин. Твое присутствие желательно.
- Я ничего не обещаю, - сказал я.
Мандор хмыкнул, и зеркало опустело.
Я отвернулся. Я пошел дальше.
Еще смех. Слева. Моя мать.
Из красной рамы с резными цветами она смотрела на меня: пристально, с
выражением безграничного веселья.
- Ищи его в Преисподней! - сказала она. - Ищи его в Преисподней!
Я прошел мимо, и смех ее еще долго разносился за моей спиной.
- Пссст!
Справа - высокое, узкое зеркало, обрамленное зеленым.
- Массстер Мерлин, - сказала она. - Я иссскала, но призрачшшный
сссвет не пересссек моего пути.
- Спасибо, Глайт. Пожалуйста, продолжай искать.
- Сссогласссна. Мы должшшны посссидеть вдвоем в теплом месссте
как-нибудь ночью и попить молока и поговорить о ссстарых днях.
- Это было б здорово. Да, мы должны. Если нас не пожрет что-нибудь
большее.
- Ссс!
Это что, смех?
- Доброй охоты, Глайт.
- Да-а-а. Ссс!
И дальше. Иду.
- Сын Эмбера. Носящий спикарт, - это из затененной ниши слева.
Я притормозил и всмотрелся. Рама была белая, стекло - серое. Внутри
был человек, которого я никогда не встречал. Рубашка на нем была черной с
открытым воротом. Еще он был одет в коричневый кожаный жилет, был темным
блондином, глаза, похоже, были зелеными.
- Да?
- Спикарт был спрятан в Эмбере, - объявил он, - для того, чтобы его
нашел ты. Он придает огромные силы. Но так же отягощен серией заклятий,
которые заставят носящего его действовать определенным образом в
определенных обстоятельствах.
- Я подозревал это, - сказал я. - Для чего он предназначен?
- Прежде носимый Саваллом, Королем Хаоса, он вынудит избранного
наследника принять трон, вести себя должным образом и должным образом
воспринимать рекомендации определенных особ.
- И эти особы?
- Женщина, которая смеялась и кричала: "Ищи его в Преисподней".
Мужчина в черном, который желал твоего возвращения.
- Дара и Мандор. Они наложили на спикарт такие заклятия?
- Именно так. И мужчина оставил кольцо, чтобы нашел его ты.
- Невыносимо отказываться от него сейчас, - сказал я, - когда он
доказал свою пользу. Найдется ли способ снять такие заклятия?
- Конечно. Но тебя это волновать не должно.
- Почему?
- Кольцо, что ты носишь, не то, о котором говорил я.
- Не понимаю.
- Но поймешь. Не бойся.
- Кто вы, сэр?
- Мое имя Делвин, и мы можем не встретиться никогда... если древние
силы не вырвутся на свободу.
Он поднял руку, и я увидел, что он тоже носит спикарт. Он протянул
его мне.
- Коснись своим кольцом моего, - скомандовал он. - Тогда ему можно
будет приказать перенести тебя ко мне.
Я поднял спикарт и поднес его к стеклу. Мгновение казалось, что они
соприкоснулись, затем - вспышка света, и Делвин исчез.
Я позволил руке упасть. Пошел дальше. Повинуясь какому-то импульсу
остановился перед старым комодом и выдвинул ящик.
Всмотрелся. Кажется, толку здесь не было ни на грош. Ящик содержал
макет, миниатюрную часовню моего отца - крошечная цветная плитка,
маленькие горящие свечи, даже Грейсвандир кукольного размера на алтаре.
- Пред тобой лежит ответ, милый друг, - донесся грудной голос,
который я не мог не узнать.
Я поднял взгляд к окаймленному лавандой зеркалу - я не сразу
сообразил, что оно висело над комодом. У леди в зеркале были длинные,
угольно-черные волосы и настолько темные глаза, что я не смог бы сказать,
где кончается зрачок и начинается радужка. Лицо было очень бледно,
отчеркнутое розовыми тенями на веках и яркими губами. Эти глаза...
- Рханда! - сказал я.
- Ты помнишь! Ты помнишь меня!...
- И дни наших игр в танцующие кости, - сказал я. - Выросшая и милая.
Я вспоминал тебя, совсем недавно.
- Мой Мерлин, я почувствовала прикосновение твоего взгляда, когда
спала. Мне так жаль, что нас разлучили, но родители...
- Я понимаю, - сказал я. - Они считали меня демоном или вампиром.
- Да.
Она протянула бледную руку сквозь зеркало, взяла мою ладонь, потянула
к себе. За стеклом она прижала ее к губам. Губы были холодны.
- Они предпочли, чтобы я водила знакомство с сыновьями и дочерьми
людей, не с детьми нашего рода.
Когда она улыбнулась, я разглядел ее клыки. В детстве они были не так
заметны.
- Боги! Ты выглядишь как человек! - сказала Рханда. - Приходи
как-нибудь навестить меня в Дикий Лес.
Импульсивно я наклонился вперед. Наши губы встретились в зазеркалье.
Чем бы она ни была, мы были друзьями.
- Ответ, - повторила Рханда, - лежит пред тобой. Приходи навестить
меня!
Зеркало подернулось красным, и она исчезла. Часовня в ящике осталась
без перемен. Я закрыл ящик и отвернулся.
Иду. Зеркала слева. Зеркала справа. В них только я.
Затем...
- Ну-ну, племянничек. Смущен?
- В общем - да.
- Не думаю, что надо винить себя за это.
Глаза у него были насмешливы и мудры, волосы - рыжи, как у его сестры
Фионы или покойного брата Бранда. Или, как следствие, - у Люка.
- Блейз, - сказал я, - что за чертовщина тут творится?
- У меня хвост Делвиновского послания, - сказал он, вытащив руку из
кармана и протягивая мне. - Вот.
Я потянулся в зеркало и взял. Это был еще один спикарт, подобный
тому, что носил я.
- Это тот, о котором говорил Делвин, - сказал Блейз. - Ты никогда не
должен надевать его.
Несколько мгновений я изучал кольцо.
- И что мне с ним делать? - спросил я.
- Положи в карман. Может, на что и сгодиться.
- Где вы взяли его?
- Подменил - как только Мандор оставил его - на тот, который сейчас
носишь ты.
- Сколько их вообще?
- Девять, - отозвался он.
- Я полагаю, вы знаете о них все.
- Больше, чем многие.
- Это совсем не трудно. Полагаю, вы не знаете, где находится мой
отец?
- Нет. Но знаешь ты. Твоя подружка - леди с кровожадными замашками -
тебе уже говорила.
- Загадками, - добавил я.
- Лучше уж так, чем вообще ничего, - откликнулся он.
Затем Блейз исчез, а я пошел дальше. И чуть спустя все пропало.
Парение. Чернота. Хорошо. Так хорошо...
Сквозь ресницы пробрался лучик света. Я снова запечатал глаза. Но
прокатился гром, и немного спустя свет просочился снова.
Темные линии в бурых, огромных рогатых гребнях, папоротниковые
леса...
Вернулась способность к восприятию яви и показала, что я лежу на
боку, уставившись на трескающуюся землю меж корнями дерева; насколько
хватало глаз, тут и там сыпались пучки травы....
И я продолжал внимательно смотреть, и вдруг - внезапный высверк, как
от вспышки молнии, с почти немедленным раскатом грома. Земля содрогнулась.
Я услышал редкий стук капель по листьям дерева, капоту машины. Я
вглядывался в самую большую трещину, что пересекала долину моего
взгляда...
И я свел воедино то, что знал.
Это было оцепенелое знание пробуждения. Эмоции еще дрыхли. В
отдалении в тихой беседе я различал знакомые голоса. Так же я слышал стук
ножей о фарфор. Желудок мой, конечно же, проснулся, и я был бы рад
присоединиться к друзьям. Но было очень и очень приятно лежать,
завернувшись в плащ, слушая тихий дождь и зная...
Я вернулся к своему микрокосму и его темному каньону...
Землю вновь тряхнуло, на этот раз без исторжения грома и молний. И
продолжало трясти. Это разозлило меня, ибо это волновало моих друзей и
родственников, заставляя их возвышать голоса в чем-то, похожем на тревогу.
К тому же это щекотало мой дремлющий калифорнийский рефлекс, а мне просто
хотелось поваляться и посмаковать свое свежеприобретенное знание.
- Мерлин, ты проснулся?
- Да, - сказал я и резко сел, протирая глаза и пробегая пальцами по
волосам.
Это призрак моего отца стоял на коленях возле меня, тормоша за плечо.
- У нас, кажется, проблемы, - сказал он, - с экстремальными
последствиями.
Юрт, стоявший позади него, пару раз кивнул. Почву еще раз тряхнуло,
ветви и листья посыпались на нас, запрыгали мелкие камешки, поднялась
пыль, взбаламутились клочья тумана. Я услышал, как разбилась тарелка рядом
с плотной бело-красной скатертью, возле которой сидели за едой Люк, Далт,
Корал и Найда.
Я выпутался из плаща и встал на ноги, сообразив, что кто-то снял с
меня сапоги, пока я спал. Я натянул их обратно. Прокатился еще один
толчок, и я прислонился к дереву, чтобы не упасть.
- Это и есть проблема? - сказал я. - Или что-то большее собирается
пожрать нас?
Призрак Корвина подарил мне недоуменный взгляд. Затем:
- Когда я начертил Лабиринт, - сказал он, - у меня не было
возможности узнать, есть ли недостатки у этих краев и не случается ли
здесь что-нибудь этакое. Если эта встряска расколет Лабиринт - это полный
обвал... полный и бесповоротный. Как я понимаю, тот спикарт, что ты
носишь, может черпать энергию из мощных источников. Есть какой-нибудь
способ разрядить его по назначению?
- Не знаю, - сказал я. - Никогда не пробовал.
- Попробуй побыстрее, о'кей? - сказал он.
Но я уже раскрутил разум в зубчатое колесо кольца, трогая каждый
зубец, чтобы оживить их. Затем я сжал самый сочный, крепко надавил на
него, наполняя себя - тело и разум - его энергией. Сработало зажигание,
завелся мотор - за рулем я. Я переключил передачу, вытягивая силовую линию
из спикарта вниз на землю.
Я долго тянулся, разыскивая нужное сочетание и метафору ко всему
подлежащему, что я мог обнаружить....
Перебрался с берега в океан - волны щекотали мне брюхо, грудь -
нащупывая кончиками щупальцев камешки, ленты водорослей... Время от
времени камешки ворочались, скользили, стукались друг о друга,
ускользали... Глазами я не мог видеть дна. Но я видел скалы, обломки
кораблей, в их расположении и движении, увидел их так же ясно, как если бы
дно было полностью освещено.
Ощущая, чувствуя путь, вниз сквозь пласты, единым потоком, как луч
маяка, пробегающий по скалистой поверхности, тестируя напряжения одно за
другим, изостатические поцелуи гор под землей, горообразующие энергии
дрейфа материков, ласкающие плоть минералы в темных сокрытых слоях...
Крак! Скала скользнула в сторону. Мое тело следом...
Я погрузился туда, следуя по оползневому проходу. Я мчался вперед
рысью, разгоняя жар, расщепляя скалу, пробивая новые ходы - наружу,
наружу... Оно пришло этим путем. Я пробился сквозь стену из камня, еще
одну. И еще одну. Я не был уверен, что именно этим способом можно отвести
разрушение, но это был единственный способ, который я знал и мог
опробовать. Идти туда! Проклятье! Туда! Я получил доступ к еще двум
тоннелям, третьему, четвертому...
По почве прошла легкая вибрация. Я открыл еще один канал. Под моей
метафорой скалы и воды стали стабильнее. И почва прекратила вибрировать.
Я вернулся к зоне, где было первое ощущение скольжения, теперь
стабильной, но все еще напряженной. Чувствуй, чувствуй тщательно. Задай
вектор. Следуй ему. Следуй до точки исходного напряжения. Но нет. Эта
точка - всего лишь пересечение векторов. Пересеки их.
Еще раз. Еще больше соединений. Пересеки. Открой доступ к еще
большему количеству каналов. Должна быть описана вся структура напряжения,
целиком, запутанная, как нервная система. Я должен держать ее граф в
памяти.
Еще один слой. Этого не может быть. Похоже, я пересчитываю
бесконечность в своих метрических ответвлениях. Заморозить фрейм,
структуру. Упростить задачу. Игнорировать все за пределами третичной
системы. Не дальше кайнозоя. Пройти до следующего соединения. Те же циклы.
Тот же круговорот. Хорошо. Теперь подключен и карбон. Еще лучше.
Попытаем еще один прыжок. Ничего хорошего. Слишком большая картина,
чтобы удержать в памяти. Сбросим карту третичной системы.
Да.
Таким образом грубо очерчены основные линии. Векторы пересылки едва
намечены... туда, обратно в карбон к плитняку. Давление сжатия меньше, чем
полное усилие растяжения. Почему? Дополнительная точка ввода по второму
вектору, перенаправляющему силы сдвига в этом грабене.
- Мерлин? С тобой все в порядке?
- Оставь меня в покое, - услышал я, как отвечает мой голос.
Затем расшириться, ввести источник, внутрь, осознание, переключающая
сигнатура, надпись...
То, что я вижу перед собой, это Логрус?
Я открыл еще три канала, сфокусировал на найденной области, начал
разогревать ее.
Вот треснули скалы, стали плавиться. Моя новосозданная магма потекла
по линиям разлома. В точке, откуда исходили ускоряющие силы, - щербина.
Обратно.
Я отдернул щупы, закрыл спикарт наглухо.
- Что ты сделал? - спросил меня призрак Корвина.
- Нашел место, где Логрус заваривал подземные встряски, - сказал я, -
и сместил эту зону. Теперь там небольшая каверна. Если она сомкнется, то
давление ослабнет еще больше.
- Так ты стабилизировал давление?
- По крайней мере на данный момент. Я не знаю пределов Логруса, но он
вознамерится провести новый маршрут, чтобы добраться до зоны напряжений.
Затем ему придется тестировать ее. И если еще массу сил отнимает слежка за
Эмбером, то это его сильно попридержит.
- Итак, ты прикупил немного времени, - сказал Корвин. - Правда,
следующим против нас может двинуть Эмбер.
- Может, - сказал я. - Я привел всех сюда, потому что полагал, что
здесь они будут защищены от обеих Сил.
- Надеюсь, расплата стоит мессы.
- О'кей, - сказал я. - Самое время подбавить им еще поводов для
беспокойства.
- Таких как?
Я смотрел на него, образного призрака моего отца, стража этого места.
- Я знаю, где находится твой двойник во плоти и крови, - сказал я, -
и я намерен освободить его.
Сверкнула молния. Внезапный порыв ветра вскинул палые листья, раздул
туман.
- Я должен сопровождать тебя, - сказал он.
- Зачем?
- Исключительно из личной заинтересованности.
- Ладно.
Раскатился гром, и клубы тумана были раздернуты свежей атакой ветра.
Затем к нам подошел Юрт.
- По-моему, началось, - сказал он.
- Что? - спросил я.
- Дуэль Сил, - сказал Юрт. - Долгое время Лабиринт был сильнее. Но
когда Люк повредил часть узора, а ты спер невесту Талисмана, он впервые за
века, должно быть, стал слабее Логруса. Так что Логрус пошел в атаку, чуть
задержавшись для поспешной попытки повредить Лабиринт Корвина.
- Если только Логрус не проверяет нас, - сказал я, - а это - не
шторм.
Пока Юрт говорил, пошел легкий дождь.
- Я пришел сюда, поскольку думал, что это - единственное место,
которое не тронет ни один из них во время состязаний, - продолжал он. - Я
допускал, что они не станут тратить энергию атаки или защиты на удар в
этом направлении.
- Это рассуждение еще может оказаться верным, - сказал я.
- Просто хоть раз мне бы хотелось быть на победившей стороне, -
заявил Юрт. - Я не уверен, что меня заботит правота и неправота. Это очень
спорные величины. Мне просто хотелось быть с теми парнями, которые
выигрывают. Ради разнообразия. О чем ты думаешь, Мерль? Что ты собираешься
делать?
- Мы с местным Корвином хотим направиться ко Дворам и освободить
моего отца, - сказал я. - Затем мы решим все, что нужно решить, и после
этого будем жить счастливо. Надеюсь, ты знаешь, как это делается.
Юрт покачал головой.
- Я никогда не мог решить: то ли ты дурак, то ли твоя самоуверенность
на чем-то основана. Но каждый раз, когда я решал, что ты - дурак, это
дорого мне обходилось, - он посмотрел на темное небо, смахнул дождинки со
лба. - Я перегорел, - сказал он, - а ты все еще можешь стать Королем
Хаоса.
- Нет, - сказал я....
- И ты находишь наслаждение в каком-то особом родстве с Силами.
- Если и так, то я того не понимаю.
- Неважно, - сказал он. - Я по-прежнему с тобой.
Я подошел к остальным, крепко обнял Корал.
- Я должен вернуться ко Дворам, - сказал я. - Охраняй Лабиринт. Мы
вернемся.
Небо осветилось тремя ярчайшими вспышками. Ветер сотряс дерево.
Я отвернулся и создал в воздухе дверь. Мы с призраком Корвина шагнули
сквозь нее.
12
Так я и вернулся ко Дворам Хаоса, пройдя насквозь пространственно
искаженный, украшенный скульптурами сад Всевидящих.
- Где мы? - спросил отец-призрак.
- Своего рода музей, - отозвался я, - в доме моего отчима. Я выбрал
его, потому что здесь свет любит шутить и творит множество укромных
уголков, где можно спрятаться.
Корвин изучил окружающие предметы, их расположение на стенах и
потолке.
- Таким был бы ад в тех краях, где устраивают перестрелки, -
прокомментировал он.
- Был бы.
- И ты здесь вырос, да?
- Да.
- И каково это?
- Ох, не знаю. Сравнивать мне не с чем. Иногда я хорошо проводил
время, один, и с друзьями... иногда бывало плохо. Одно слово - детство.
- А это место?..
- Пути Всевидящих. Мне бы хотелось показать тебе их целиком, провести
по всем переходам.
- Когда-нибудь, наверное.
- Да.
Я осмотрелся, надеясь, что появятся Колесо-Призрак или Кегма. Но не
появился ни тот, ни другой.
Наконец мы вышли в коридор, приведший нас в зал гобеленов, откуда и
начинался путь в нужную секцию, - она открывал переход, что вел в галерею
металлических деревьев. Но прежде чем мы успели сделать шаг, я услышал
голоса. Пока говорившие приближались, мы притаились в комнате, где
содержался скелет Бармаглота, раскрашенный в оранжевый, синий и желтый -
Ранние Психоделические цвета. В одном из приближающихся я узнал своего
брата Мандора, второго по голосу идентифицировать не смог, но поймав
мгновение, когда они проходили мимо двери, я увидел, что это был Лорд
Бансес из Иноходных Путей, Высший Жрец Змея, Который Говорит От Имени
Логруса (чтобы процитировать полный титул первый и последний раз). В
дурном романе они остановились бы возле дверей, а я бы подслушал беседу,
раскрывавшую все, что мне нужно знать.
Они сбавили шаг, когда проходили мимо.
- Значит, так и будет? - сказал Бансес.
- Да, - отозвался Мандор. - Скоро.
И они проследовали дальше, а я не смог разобрать больше ни слова. Я
слушал их удаляющиеся шаги, пока они не затихли. Затем я подождал еще
немного. Я мог бы поклясться, что услышал тихий голос, зовущий:
- За мной. За мной.
- Слышал что-нибудь? - прошептал я.
- Ничего.
Так что мы шагнули в переход и повернули направо, двигаясь в
противоположную от Мандора и Бансеса сторону. И тут же я ощутил чье-то
обжигающее прикосновение к левому бедру.
- Думаешь, он где-нибудь рядом? - спросил призрак Корвина. - Пленник
Дары?
- И да, и нет, - сказал я. - Ой!
Возникло ощущение, словно к коже прижали горячий уголь. Скользнув в
ближайшую нишу, - которую пришлось делить с мумифицированной леди в
янтарном гробу, - я засунул руку в карман.
Я понял, что это такое, как только он оказался в моей ладони и тут же
втянул меня в дурацкие философские размышления, мусолить которые в данный
момент у меня не было ни времени, ни желания, и с которыми я давно
поступил достойным, освященным веками образом: я задвинул их подальше на
полку.
Это был спикарт, он лежал теплый у меня на ладони. И между ним и тем,
что я носил на пальце, начали проскакивать небольшие искры.
Последовало безмолвное общение, цепочка изображений, идей, ощущений,
которые должны были, принудив найти Мандора, поместить меня в его ладони
для подготовки к моей коронации в качестве следующего Короля Дворов. Я
понял, почему Блейз запретил мне надевать эту штуку. Без вмешательства
моего собственного спикарта его приказания были бы, вероятно, неодолимы. Я
использовал свой, чтобы закрыть второй наглухо, построить крошечный
изолятор вокруг него.
- У тебя две проклятые штуки! - заметил призрак Корвина.
...
