Владимир Васильев. Горячий старт
страница №10
...нашел в сетиТири (в сети ведь она примет один из привычных обликов, ничего общего
не имеющего с телом, что приютило ее в Москве).
- Давай, ты тоже заходи, - сказал Энди
Привычное усилие - и Аурел скользнул в сеть.
Как в воду со скалы. Разбежавшись.
Пространство недавно созданного холда пошло медленными ленивыми
волнами, принимая его тело. Зеленоватый сумрак царил вокруг; где
поплотнее, где пожиже и попрозрачнее.
Энди парил в самом центре, растопырив руки и ноги, словно парашютист
в свободном падении, еще не выпустивший из ранца пестрый спасительный
купол. Впрочем, Аурел по-прежнему не знал что такое парашют.
Потом пришла Тири. Очень похожая на себя живую, только с зеркальной,
будто хромированной кожей. Любила она образ ртутной
девочки-терминатора. И крошила в этом образе не в меру ретивых
сетевиков весьма умело и весьма беспощадно.
"Злится, - понял Аурел. - Еще бы не злиться! В мужском теле-то..."
- Ну, что? - вопросил Энди буднично. - Опять травку сотворить?
- Чего ты ее так любишь? - проворчал Аурел.
- Это тебе легко не любить травку-то, - недовольно буркнул Энди. - Ты
ее каждый день видишь.
Аурел устало вздохнул:
- Снаружи я вижу в основном дасфальт. Ну, в лучшем случае - тротуарную
плитку.
- Дасфальт любят только маньяки, - заявил Энди, и неожиданно
разоткровенничался: - Кстати, в Москве улицы покрыты другой массой,
местные ее называют "асфальтом". Без "д".
Умолкнув, Энди плавным пассом устелил условный "низ" холда... нет, не
травкой. Гладким дощатым полом с плотно пригнанными досками. Миг, и
выросли стены из полупрозрачного светлого материала вроде рисовой
бумаги, и легкая сводчатая кровля, непонятно на что опирающаяся.
Впрочем, в виртуальщине ей не нужно было ни на что опираться, кровля
могла парить, не падая, повинуясь одной лишь воле создателя.
Она и не падала.
- О! - оценил Аурел. - Хоть какое-нибудь разнообразие. А то все
лужайки какие-то да газоны...
Энди тем временем успел облачиться в просторное, по его внушительным
габаритам кимоно. Косички из бороды пропали, борода из широкой и
лопатообразной стала узенькой и длинной, почти козлиной. Волосы
почему-то оказались собраны в тугой шар на темени и проткнуты
хромированной спицей. Аурел склонялся к мысли, что подобная прическа
скорее подошла бы женщине. Но потом вспомнил, что Энди - в сущности
беплотен и беспол. Теперь он всего лишь дух информационного мира,
несколько терабайт двоичного кода, записанного неизвестно где и
неизвестно как сохраняющего целостность.
От этой мысли враз стало нестерпимо зябко, словно при осознании
неотвратимой и неизбежной смерти. Каждый человек периодически
вспоминает, что век его небесконечен и что когда-нибудь он обратится
в бессмысленный комок мертвой плоти, ничего уже не чувствующий и не
значащий. И что этот комок кто-то будет резать скальпелем, дабы
установить причину смерти, кто-то будет одевать в последний костюм,
кто-то будет укладывать в тесный продолговатый ящик, кто-то уронит
слезу-другую, а впереди останется только квадратный зев печи
крематория и равнодушное небо, которое вберет в себя все оставшееся
от некогда неповторимой личности, от страданий и надежд, от знаний и
привязанностей.
"Лучше уж так, - подумал Аурел, непроизвольно передернув плечами. -
Лучше потеряться в сети, чем просто исчезнуть, стать чернотой и
ничем. Я этого не испытал, но ей-ей, лучше эта чудовищная эмуляция
жизни, чем ничто."
- А мебель ты не догадался сотворить? - послышался знакомый голос, и
Аурел моментально обо всем забыл.
На дощатом полу стояла она, Тири, его Тири - не ртутная
девочка-терминатор, а живая девчонка, в джинсах, ботиночках от
Монтрея, любимой куртке и неизменных очках-звездочках.
Аурел едва не задохнулся от внезапно нахлынувшего понимания,
понимания насколько он соскучился по ней, по настоящей Тири.
- Мебель... - проворчал Энди. - Слишком уж вы увлекаетесь
частностями, коллеги...
- А чем увлекаешься ты? - спросила Тири с неожиданным интересом.
- Делом, - отрезал Энди оценивающе оглядел собеседников. - Пора бы и
поработать, а?
- Командуй, - Аурел картинно повел плечами. - Я до сих пор не
представляю, что нам предстоит совершить. Что ломать и как
результатами лома распорядиться...
- Нет, Аурел, - Энди отрицательно покачал головой. - Первые шаги к
цели предстоит сделать отнюдь не в сети. В реале.
- В самом деле?
Аурел был само внимание.
- Ну, подумай сам. Как мы можем посредством сети в этом громадном
городе выйти на Камилла? А на твоего двойника в теле Бая? Да мы их
можем годами искать и все равно не обнаружим. Другая статья - реал.
- Постой, - Аурел, похоже, начал понимать. - Действительно... Мой
двойник ведь в теле Бая находится. А тэ-пэшники явно знают, где Бай
жил в Москве!
- Именно! - подтвердил Энди. - Но сначала тебе нужно слегка...
подготовиться.
- Горю желанием, - фыркнул Аурел.
- Тогда раскрывайся.
- Что?
- Раскрывайся. Я кое-что загружу в твое сознание.
- Что именно?
- Не спрашивай. Но это тебе очень пригодится. Не в сети, нет. Там, в
реале...
Почему-то Аурела резанули последние слова - "там, в реале..." Они
были произнесены с такой глухой и неизбывной тоской, что по коже
продрал мороз. Для Энди нет больше никакого "там". Есть только
"здесь", что означает - в сети.
Наверное, это очень тяжело.
- Начинаю, - буркнул Энди и вытянул навстречу Аурелу руки. С пальцев
его сорвались сияющие нити, сотканные из мельчайших буковок и
циферок, и эта световая лавина разом обрушилась в разум Аурела.
Ему показалось, что мнемоюсты раскалились и стали мягкими, как
пластилин.
А потом все кончилось.
Стало пусто и гулко, как в порожнем транспортном контейнере. Сознание
потрескивало, остывая, а к виртуальному потолку холда, завиваясь в
колечки, поднимался виртуальный дымок. От головы Аурела.
- И все-таки... Что это было?
- Скоро узнаешь.
"Черт бы тебя побрал с твоими загадками", - раздраженно подумал Аурел.
Энди не обратил внимания, хотя Аурел очень подозревал, что в сети тот
способен улавливать мысли собеседников.
- Завтра с утра за вами заедет РусТех. Надо постараться и перехватить
ПсевдоБая по пути в контору Камилла.
- А, может, на обратном пути? - предложил Аурел. - Заодно узнаем где
контора Камилла расположена.
Энди фыркнул.
- Ты думаешь, я не знаю где она расположена? На их стандартных
бланках указаны адреса, и сетевые, и реальный. А шаблоны любых бланков
лежат у них на серваке и даже ничем не защищены, потому что Камилл
создает иллюзию и имидж легальной фирмы.
- Понятно, - вздохнул Аурел.
- Вот и ладненько. Выходите и отсыпайтесь. Завтра - ключевой день.
- Пока, - попрощалась Тири и вышла из виртуальности.
Аурел задержался еще на миг - для того, чтобы взглянуть Энди в глаза.
Долго и пристально.
Но Энди, виртуал из виртуалов, мог нарисовать в несуществующих глазах
все, что угодно. И скорее всего - так и делал.
Во взгляде его читалось ободрение со штришками покровительства. Мол,
крепись, пацан, если что - большой дядя рядом.
"Боже мой, - подумал Аурел. - Во что я ввязался? Зачем я научился
ходить в сеть без мнемоюстов? Зачем?"
Все необычное кажется нам то благом, то проклятием, в зависимости от
обстоятельств. И никуда от этого не деться, сколько себя не
обманывай.
С этим неожиданно выкристаллизовавшимся выводом Аурел вывалился в
реал. И послушно пошел отсыпаться.
В постели ему стало смутно и одиноко - ведь с одной стороны Тири
находилась здесь же, рядом, в соседней комнате. И в то же время ее не
было, был незнакомый мужик со внушительными волосатыми кулачищами. От
подобного абсурда хотелось выть.
Но выть Аурел позволял себе только мысленно.
!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
- Нет, - уверенно сказал Бай. - Раньше одиннадцати он не выйдет. Что
я, себя не знаю?
- Смотри, - фыркнул и в Москве не изменивший джинсе РусТех. - Тебе
виднее, конечно, но если упустим сегодня, считай день потеряли.
Тигри угрюмо поднял/подняла взгляд на тщедушное тело, в котором
пребывал ныне Бай.
А тот мечтательно уставился в закругленный свод арки:
- Эх... Возьмем - вернусь в свое тело, как хотите. А то вчера тумбу
передвинуть хотел - не поднял, блин...
- Без аппаратуры не вернешься, - вздохнул Аурел.
- Почему без аппаратуры? - удивился Бай. - Мы ж меня... э-э-э...
пленного на Рязанку повезем, в тот подвальчик, куда прибыли. А там
аппаратуры навалом!
- Да? - живо заинтересовался/заинтересовалась Тигри. - Тогда и я хочу
переселиться! Идет Энди со своей конспирацией куда подальше!
- Тише, тише, - примирительно шевельнул руками Аурел. - Люди сейчас
оборачиваться начнут!
Прохожие, тянувшие через двор к метро, действительно начали коситься
на необычную компанию в арке.
- Интересно, - спросил Бай. - В кого ты собираешься переселяться?
- В женщину, - отрывисто бросила Тигри.
На этот раз - именно бросила, хоть и сказано это было знакомым всем
ТП-шникам баском.
- В какую?
- В любую.
"Так уж и в любую, - с легким сомнением подумал Бай. - Небось, в
старуху не полезешь..."
Стоящий посреди двора у спортплощадки Злыдень вдруг сделал условный
знак: "Внимание!"
Надо понимать, ПсевдоБай вышел из подъезда. ПсевдоБай и ПсевдоАурел.
Два в одном.
Реальность завивалась в причудливые петли.
Бай в облике Семецкого сделал несколько шагов в направлении двора
и когда ПсевдоБай, целеустремленно шагающий к арке в дальнем конце
двора, оказался в поле зрения, негромко позвал:
- Эй, Дима!
ПсевдоБай замедлился, повернул голову. Глаза у него были очумелые,
словно у только что подравшегося кота. Медленно вытащив из ушей
бусинки наушников, ПсевдоБай спросил:
- Что?
- Сюда иди! - махнул рукой "Семецкий".
ПсевдоБай мгновение поколебался и шагнул к арке.
Но первым под арку вошел не ПсевдоБай, а Жмур - высокий, весь в
черном и с футляром от скрипки - делающий вид что просто проходит
через двор. Посреди арки он запнулся, замедлился, а когда ПсевдоБай
оказался точно у него за спиной резко и экономно двинул жертве локтем
под дых. Потом полуобернулся и добавил ладонью по шее.
Упасть ПсевдоБаю не дали - подхватили под локотки. К арке тотчас
подкатил микроавтобус - за рулем сидел Чен, с ним рядом - РусТех.
ПсевдоБая спешно погрузили в салон.
Когда ловко взятый "язык" уже вытянулся на сплошном "диванчике" из
четырех сидений, что раскинулся по всей ширине автобуса в задней
части салона, в арку на свою беду вошла девушка лет двадцати. Сделав
по инерции несколько шагов и, видимо почувствовав неладное, она
остановилась, но было уже поздно.
Стоящий дальше всех от выхода из-под арки на улицу Тигр стремительно
переместился к ней, схватил одной рукой за плащ, второй зажал рот,
силком протянул к автобусу и запихнул внутрь. Над ладонью Тигра,
поросшей редкими рыжими волосками, полнились ужасом огромные черные
глаза.
РусТех мрачно обернулся на переднем сидении и свинцово взглянул на
пленницу:
- Веди себя тихо! - угрюмо предупредил он.
Похоже, РусТех все понял. Сразу же. Поэтому фраза его прозвучала
негромко и практически не содержала угрозы.
Но тем не менее показалась очень веской.
Гости из-за барьера грузились в салон и торопливо рассаживались.
Последним внутрь шмыгнул Злыдень и с хрустом захлопнул дверцу.
- С почином, - буркнул он удовлетворенно.
Микроавтобус тронулся, а на подвешенном к потолку мониторе не
замедлила появиться физиономия Энди Трушина.
- На Рязанке все готово, - бодро сообщил он. - Поддайте-ка скорости,
орлы... и орлицы.
Он тоже все понял. И не стал задавать лишних вопросов по поводу
присутствия в салоне неизвестной никому девушки. По крайней мере -
сейчас не стал.
Езда по Москве совсем не походила на гонку по перегону. Там -
стремительное и безудержное движение, равномерное и мощное, здесь -
пунктир, чередование разгонов и торможений, бесконечная лавировка в
плотном автомобильном строю. Бай еще не успел как следует забыть
Москву и сейчас глядел в окно с легкой ностальгической грустью. А вот
в глазах Жмура и Злыдня, вынужденных придерживаться за поручни, цвело
непонимание и скепсис. Для них рейс сквозь Москву был чем-то
непривычным и совершенно чужеродным.
Чен гнал микроавтобус умело и рационально. Втискивался в бреши
потока, если нужно - подрезал, если нужно - пропускал. На Рязанке
зацепились за зеленую волну и довольно долго проскакивали светофор за
светофором без малейшей задержки. В этот момент даже Жмур со
Злыднем заметно повеселели.
Свернули в давешний дворик; здесь было так же пустынно, только чуть в
стороне от дома, рядом с мусорными баками, бомжеватого вида забулдыги
сгрудились около ржавой бочки, в которой робко полыхал рыжий огонек.
РусТех выскочил первым и деловито сунулся в подъезд. Отсутствовал он
около минуты, потом дверь подъезда распахнулась и РусТех с порога
призывно поманил рукой.
ПсевдоБай к этому времени еле-еле успел очухаться, но в себя все
равно еще толком не пришел. Девушку пришлось выключить: на выходе она
попыталась вырваться и закричать.
Не успела - только коротко взвизгнула и обмякла в руках Злыдня.
В подвале капала вода и вообще было сыро и промозгло. Угрюмая
личность со связкой ключей в руках безмолвно таращилась на гостей из
темного тупичка. В помещении с аппаратурой хлопотал парень чем-то
неуловимо напоминающий РусТеха - не внешностью, нет. Не то
экономностью движений, не то уверенным видом. Не то джинсой... Но
все-таки дело было не только в джинсе.
- Сначала перетаскивайте меня, - не терпящим возражений тоном заявила
Тигри. - Это мерзкое туловище у меня уже вот где сидит...
Оглушенную девушку бережно уложили в одно из кресел.
Энди Трушин, перебравшийся с экрана автобусного монитора на экран
монитора местного пробурчал откуда-то из дальнего угла, где были
установлены динамики:
- Эй, кто-нибудь, поправьте камеру, а то я вижу только стену и
малость потолка...
!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (main)]
- Эй, кто-нибудь, поправьте камеру, а то я вижу только стену и
малость потолка...
Аурел был ближе всех; видеоглазок на гибкой хромированной штанге
действительно смотрел отнюдь не в центр комнаты. Наверное, кто-то из
проходящих задел. Выпрямив штангу, Аурел справился:
- Так хорошо?
- Чуть ниже, - попросил Энди. - Во, вот так нормально.
- Так что, Энди? - техник в джинсе, похожий на РусТеха, повернулся
сначала на голос, потом сообразил и шагнул в сторону видеоглазка. -
Переселять ее в девку или как?
- Переселять! - пробасила голосом Тигра Тири. - И без возражений!
- Черт с ней, - согласился Энди. - Если бабе что-нибудь втемяшилось в
голову, проще согласиться, чем уговаривать. Чихать она хотела на
чьи-то планы и на заботу о безопасности.
Тигр, не обращая внимания на эти слова, присел в ближайшее кресло и
опустил на голову выпуклый колпак мнемосчитывателя. В соседнем
кресле, безвольно откинувшись на спинку, уже сидела нежданная жертва
Тири. Опуская колпак ей на голову, Аурел на миг замедлился и
вгляделся в расслабленные черты пленницы.
Она была красива, красива и привлекательна, и даже расслабленность
беспамятства не омрачила этого лица. Аурел подумал, что будет
приятно прикоснуться к нему, если знать, что на какое-то время - это
лицо любимой.
Серебристый колпак с отчетливым щелчком опустился. Перед глазами
остался уводящий в решетчатые недра мнемошлема жгут проводов,
забранных в черную гофрированную кишку.
Джинсовый техник коснулся клавиатуры на пульте.
- Поехали! - сказал он сипло и с размаху клюнул указательным пальцем
клавишу "Enter_".
Никаких видимых эффектов, никаких звуков. Таинство обмена личностями
происходило в полной тишине и неподвижности. Лишь зрители покашливали
и переминались с ноги на ногу.
- Готово, - буркнул техник. - Вынимайте. Теперь вторая фаза, тут
схема чуть посложнее...
Аурел немедленно убрал вверх мнемошлем и бережно взял за плечи
черноглазую Тири.
Уже Тири.
Ее.
Единственную.
Тири все еще пребывала в беспамятстве, но теперь веки ее мелко
подрагивали, а глазные яблоки заметно двигались. Что происходило у
нее в мозгу? Какие картины являлись сознанию? Аурел не знал. Личность
его возлюбленной накладывалась на личность черноглазой незнакомки,
воспоминания растворялись друг в друге, возникали и распадались
тысячи и тысячи нейронных связей...
- Давай в кресло, хорош обниматься, - буркнул техник Аурелу. - Эй,
подержите кто-нибудь девку.
Аурел медленно выпрямился и так же медленно обернулся.
- Еще раз назовешь ее девкой, - отчетливо выговаривая каждое слово
предупредил он, - я тебе все зубы вышибу.
Техник неприязненно фыркнул, ничего не ответив.
Тири охотно подхватил Злыдень. Начавшего приходить в себя Тигра
выгнали из кресла и усадили на табурет в углу. Тигр тряс головой и
озирался, но увидев Чена и Семецкого сразу успокоился, прислонился
спиной и затылком к холодной стене и утомленно прикрыл глаза.
- Так, двойной обмен со сдвигом, - бормотал техник за пультом, только
что язык не высунув от усердия. Пальцы его так и порхали над
клавиатурой. - Наложенное сознание из двойки - в пятерку, наложенное
сознание из тройки - на его место. Два восстановления и одна
очистка... Готово. Эй, расселись?
Аурел послушно опустился в кресло и прежде чем нахлобучить колпак
покосился на соседей - Семецкий/Бай и ПсевдоБай/ПсевдоАурел уже
надвинули колпаки. В результате перемещений в одном теле должен был
психически восстановиться полный Аурел, во втором, в истинном своем
теле, полный Бай, а сознание Семецкого должно было очиститься от
непрошенных гостей.
Энди знал что делал. Вытаскивал из игры Камилла втянутые матрицы
личностей Бая и Аурела. Тем самым Энди, незримый сетевой фантом,
одновременно мог прояснить многие планы Камилла и отследить его
недавние действия. Потому что в объединенных личностях доминанты
играли на стороне Энди. А пассивные матрицы всего лишь обладали
нужной информацией. Доминанта подчинит пассив, а нужная информация
станет достоянием команды Энди.
Как просто.
И как сложно.
Холодная игла пронзила сознание Аурела, картинка перед глазами знакомо
раздвоилась и стала медленно совмещаться.
:TASKMGR REPORT
~#CONDITION: MULTITASK
~#MODE: END TASK 0A
@comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
~#MODE: SET CLOSED N-LINES TO TASK 0F
@comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
~#MODE: SET IMPORT N-LINES TO TASK 03
@comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
~#MODE: SET IMPORT N-LINES TO LOCATED ADRESSES
@comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
~#MODE: CLEAN FREE OBJECTS
@comment: COMPLETED SUCCESSFULLY
Когда гулкий звон в голове умолк, Аурел смог встать, но его тут же
бережно усадили назад, в кресло. Кто-то поводил перед его глазами
двумя пальцами. Аурел поморщился и отвел руку, оказавшуюся рукой
РусТеха, в сторону.
- Сейчас, - сказал он, привычно морщась. - Сейчас...
Он снова открыл глаза и вздрогнул. На него глядела черноглазая
девушка. Ее лицо было так близко, что он различал неравномерности
распределения цвета на радужках. Словно на картинке в давно
устаревшем вакуумном мониторе при паршивом разрешении.
- Как ты, Ури? - спросила она незнакомым голосом. Но от интонаций у
Аурела защемило внутри.
- Нормально, - сказал он, захлебываясь от не замедливших нахлынуть
чувств. - Нормально, Тири.
- Здесь меня зовут Вероника, - зачем-то сообщила она.
Нахлынувшие чувства разом исчезли. Разом. Вместо них осталась
пустота. Только стремительно разросшаяся и заполнившая собою все и
вся пустота, словно звук чужого имени волшебным образом развеял все
очарование момента.
Зато он сразу прикоснулся к мыслям и воспоминаниям похищенной и
плененной Камиллом половинки себя.
Вспомнил, как по приказу Камилла ломал какой-то хиленький сервачок в
на первый взгляд бесполезной почтовой конторе. Вспомнил, как
развешивал программы-сшивки по десяткам адресов, раздробленные
программы, умеющие дремать неделями, но оживающие по евенту-событию,
неотслеживаемые в дреме и неуничтожимые по запуску. Вспомнил, как
подбирал управляющие коды к совершенно диким почтовкам,
перекачивающим бесконечные цепочки однотипных символов и как по
указке Камилла менял цепочку, допустим, семерок на цепочку, допустим,
двоек. Менял по двадцать раз на дню. Как писал коротенкие полубоевые
скрипты, ничем серьезно не вредящие, но могущие довести незадачливого
сетевика-чайника до белого каления.
Вспомнил гнетущую пустоту вечерами, заполненную чипсами и футболом по
телемодулю. Пустоту и тоску по чему-то большему. И еще - отчаяние от
неспособности понять причины этой тоски.
Он тогда и не способен был понять причины. Потому что Камилл выдрал
из личности Аурела ту часть, которая в состоянии что-либо понять.
Осталась часть, охотно подчиняющаяся давлению извне. Приказам
Камилла.
Он вспомнил первые размолвки с Тири, когда не пожелал ей уступать -
из-за того, что частичка его личности, умеющая уступать, уехала за
барьер и осела в Москве.
Он много чего вспомнил и осознал. За какой-то миг. За короткий, как
вспышка, как путь почтового пакета от роутера до роутера, миг.
Но понять - что он делает в этом странном многоуровневом, кишащем
людьми мегаполисе? - все равно не смог.
Как очнулся Бай Аурел попросту не запомнил.
!TASK 0C
[OWNER: Данияр Накупов]
[А работаешь ты кем?] - спросила PANTHERA заинтригованно.
Корвин, в реале Данияр Накупов, остро ощутил заинтересованность
собеседницы. Что-то ему подсказывало - это действительно девушка, а
не удачный виртуал, созданный скучающим сетевиком-мужчиной.
[Сисадмином] - сознался Корвин.
[А что это?]
[Сисадмин? Ну... Это нечто среднее между шаманом и электриком :))) ]
[lol! А серьезно?]
[Да так оно и есть. Слежу за сеткой. Если не работает - шаманю. Если
не помогает - тянусь к выключателю...]
[А территориально ты где?]
[Алма-Ата]
[У... Далеко...]
В этот момент над селектором возник белесый голокуб с бюстом шефа
в объеме.
- Накупов! - грозно вопросил шеф. - Ты болгарские данные снял?
- Докачиваю, шеф! - отрапортовал Корвин бодро. - Девяносто один
процент!
- Что так долго? - шеф поморщился. - Опять, порнуху, что ли, тянешь
параллельно?
- Каналы перегружены! - соврал Корвин. - Особенно между Киевом и
Софией. Хохлы вечно экономят на каналах!
Одновременно Корвин отстучал невидимой PANTHER'е:
[Сорри, тут работа подвалила... Вечером буду]
[Ладно, пока]
- Смотри у меня! - с начальственным прищуром пригрозил шеф. - На твое
место конкурс человек в десять! Мигом вылетишь!
"Угу, - особо не пугаясь подумал Корвин. - Щаз! Из этих десяти
одиннадцать - сугубые чайники. Они тебе наработают..."
Шеф всегда орал и угрожал, но вряд ли бы решился действительно
сменить умелого сисадмина. Рабочая сетка нужна была всем. Особенно
шефу, держащемуся за свое кресло руками, ногами и зубами.
Двумя движениями кисти Корвин вскрыл настройки и перетянул сеттер
приоритетов из позиции {50 / 50} на позицию {75 / 25} в пользу
болгарского траффика. Не останавливать же свой!
Индикатор выполнения приоритетной задачи пополз заметно быстрее.
- Еще минут десять, - заверил Корвин. - И все!
Пакеты докачались почти синхронно. Столбик болгарских данных
затенился полностью и исчез из голокуба, сменившись короткой и
исчерпывающей ремаркой [Done]; столбик массива, который Корвин
перекачивал из Москвы, почему-то некоторое время стоял на отметке
100%. Стоял дольше, чем полагалось, хотя соответствующий глазок на
хабе сигнализировал, что данные все еще перекачиваются. Но в конце
концов и тут возникло долгожданное [Done] и Корвин не придал значения
неожиданной заминке. Охранные скрипты молчали, значит никакой гадости
вместе с данными он не скачал.
Первым делом Корвин распаковал болгарский пакет и сбросил шефу; потом
отвлекся и попутно отследил некоторые странности в пределах холда;
пришлось оживить пару дополнительных охранных скриптов. Как оказалось
не зря: кто-то снова пытался подобрать пароль легального пользователя
местной сетки. Похоже, приклеившись к могучему болгарскому траффику -
попробуй на фоне гигабайтного потока вычленить короткие запросы
подстановки!
Не впервые Корвин отслеживал попытки неведомого болгарина влезть в
его вотчину. Зачем это было нужно гостю из виртуальности - поди
угадай! Как раз вчера Корвин написал коротенький информационный
скриптец.
Заблокировав канал, по которому ломился болгарин и тем самым спугнув
его, Корвин добрался до своего нового скрипта, который незамысловато
обозвал whois, и считал последние накопленные данные.
Болгарин пользовался точкой входа в Пазарджике и звали его Незабор
Бандлов. Если, конечно, это реальное имя...
"Опять ты, - зло выдохнул Корвин. - Ну, погоди..."
Этот болгарин успел достать чуть не всю Алма-Ату, да и из Джезказгана
приятели-сисадмины уже неоднократно жаловались.
Устроить ему козью морду? Возни ведь много...
"Но ведь и времени тоже много," - подумал Корвин, все еще сомневаясь.
Потом решительно пододвинул клавиатуру и открыл кубик новой задачи.
Так он и не заметил, что от скачанных московских картинок отделился
умело приклеенный исполняемый модуль и тихо осел в глубине холда,
ничего не нарушив и ничего не изменив. Ну, почти ничего: только
слегка подправив размер свободного места на холде. Ровно на
собственный объем.
Теперь он стал невидимым и неощутимым. До часа, когда получит команду
на исполнение.
!TASK 08
[OWNER: Shade]
Следы Энди Трушина в сети Шейд обнаружил удивительно легко. Да там и
делов-то было чуть, поскольку адреса почтовых ящиков известны.
Неудивительно, что Энди выгребал почту очень часто - чем еще заняться
неприкаянному узнику сети, лишенному возможности вернуться в реал, в
человеческое тело?
Шейд был осторожен. Трассировать доступ Трушина в онлайне он вообще
не решился. Чутье подсказывало - перед ним истинная сетевая акула.
Монстр, которому стоит только щелкнуть пастью и большая часть
сетевого люда примется недоуменно вертеть головой у терминала. И
хорошо еще, если их файлы, доступ, а то и терминал окажутся целыми и
неповрежденными. Помнил Шейд забавную и одновременно пугающую
историю, когда некий пальцатый бизнесмен умудрился наступить на
любимый мозоль самому U@P, гуру среди гуру. Через полтора часа по
данным сетевой статистики означенный бизнесмен никогда не рождался,
нигде не учился, не имел никаких счетов, страховок и недвижимости,
зато числился в мировом розыске Интерпола, розыске РУБОП и появился в
каталогах практически всех крупных гей-серверов с весьма игривым
объявлением. Единственное, что U@P оставил ему - это мобильник.
Правильно, должны же были игривые пидоры куда-то звонить...
Относительно Энди Трушина Шейд сразу составил мнение: если этот
невольный виртуал и пожиже U@P, то ненамного. Поэтому он долго кружил
вокруг да около и ждал удобного момента.
Дождался. Логи и прочий мусор Энди всегда трудолюбиво уничтожал
лапшерезкой. Так, что никаких следов не оставалось. Но вот однажды он
куда-то, видимо, спешил, и потер логи обычным манером. Первый символ
обнулился, место на физическом диске было объявлено свободным, но
сам-то файл какое-то время еще продолжал лежать все там же, в тех же
секторах и кластерах. До тех пор, пока на это место не писалось
что-либо еще, поверх.
Шейд успел скопировать парочку логов и принялся их трудолюбиво
вылизывать на предмет доступа в различные уголки сети. Вылизывал часа
три; отметил, что более одного раза Энди нелегально лазил на
//sannata.ru (!!) и по абстрактному IP-адресу podval@216.107.107.52
Реальные координаты этого ай-пи удалось вычислить с четвертой попытки
- некоторую переадресацию неведомые хозяева все-таки применяли.
Орехово-Зуевский проезд, дом 8. Рядом с Рязанским проспектом. Еще
показалось интересным вот что: если по всем остальным адресам следы
Энди вели дальше, паутиной охватывая все новые и новые линки, то из
этого podval'а все вело в один-единственный отросток /gate89//, и
дальше след попросту исчезал. Два слеша не перед доменным именем, а
после субдоменного тоже наводили на определенные размышления. Из
означенного гейта тянулся довольно внушительный жгут еще не потертых
доступов с теми же свойствами, из чего Шейд неизбежно заключил, что
это либо шлюз какой-либо приватной сети, либо... либо путь за
упомянутый Камиллом барьер. В иной мир.
На сем Шейд решил изыскания прекратить: береженого сеть бережет. Он
честно сдал Камиллу результаты поисков и был неприятно поражен хищной
улыбкой своего диктатора. А особенно - тем, что Камилл явно не спешил
возвращать Шейда в его собственное, протухающее с каждой минутой
тело.
Откуда Шейду было знать, что в его теле давно уже хозяйничает чужое
сознание?
Информацию, добытую Шейдом, Камилл принял к сведению и исчез.
Почему-то оставив доступ к сети, а не заперев вновь на локальном
холде.
Прождав еще немного, Шейд неожиданно даже для себя вдруг подставил в
адресное поле podval'ный ай-пи плюс субдомен и поглядел, что из этого
получилось.
Получилось, вопреки ожиданиям то, чего Шейд рассчитывал достичь путем
долгих мытарств.
~#gate keeper: start gating procedure y/n ?
Виртуально зажмурившись, Шейд сказал "y" и "enter_"
В следующий момент он оказался в корне //gate89
В корне. То бишь, по другую сторону шлюза. И с изумлением осознал,
что сеть по эту сторону шлюза выглядит как-то НЕ ТАК.
А потом в подвал на Рязанке нагрянули боевики Камилла и
переколошматили всю аппаратуру, о чем Шейд тоже, естественно, знать
не мог. Он с некоторой растерянностью воззрился на неожиданно
вспыхнувшую алую мигалку:
чfatal error, gate access deniedч
Остаться в чужом сетевом пространстве, когда назад в родную сеть не
пускают, тело находится неизвестно где и в чужой власти, а время
отпущенное телу утекает, как песок сквозь пальцы... Мало кто не
запаниковал бы в подобной ситуации. И не все сумели бы панику быстро
унять.
Шейд смог. Потому что чувствовал в себе силу стать своим даже в чужой
сети. А тело... известно как Шейд относился к бренному телу.
!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
К удивлению Бая восприятие после слияния со своей ущербной половинкой
не слишком изменилось. Помнил он в основном себя ушедшего за барьер и
вернувшегося в Москву. Вместо московских воспоминаний зияли сплошные
провалы, заполненные чем-то похожим на клубящийся в оврагах утренний
туман. Впрочем, чему удивляться? Память ушла из сознания полу-Бая
вместе с половинкой Аурела. Вместе с насильственно подсаженной
личностью забарьерного хакера-мнемоника.
Зато как приятно было вернуться в свое, хорошо знакомое и уже почти
забытое тело! Увидеть мир не с высоты подмышек, а с полновесных ста
девяносто пяти сантиметров! Моторика восстановилась мгновенно,
возможно стараниями заторможенной московской половинки. Да и какая, в
сущности, разница чьими стараниями? Главное - восстановилась.
После манипуляций со слияниями потерянных половинок и сменой тел
когорта Энди расползлась по устроенным норам, уговорившись вечером
провести очередное совещание. Выбывших из игры Семецкого и Тигра
вежливо спровадили в контору.
Бай вначале опасался каких-нибудь трудностей с похищенной девчонкой,
но она безропотно последовала за Аурелом. Видать, пребывание в теле
Тигра здорово допекло Тири и она подчинила новую оболочку жестко и
полно. Мысленно Бай попытался представить себя в женском теле и
немедленно содрогнулся.
Нет уж. Даже в теле Семецкого - и то лучше...
До дома его подбросили Чен с РусТехом. Бай бодро выскочил из
микроавтобуса и сделал народу ручкой:
- До вечера!
- До вечера...
Микроавтобус фыркнул и стрелой умчался в тусклый московский день. Бай
неторопливо побрел к арке, где его телесную оболочку и часть личности
совсем недавно нагло спеленали теперешние соратники в поединке с
Камиллом.
Проснулся Бай только к вечеру, чувствуя себя отдохнувшим и куда более
цельным. Исчез шов по центру души. Он снова стал собой, самим собой,
и неожиданно ярко ощутил это.
Решение остаться за барьером почему-то стало казаться едва ли не
глупым. И дело даже не в том, что здесь-то дом, а там - всего лишь
свобода. Какой прок в свободе, если ты лишен дома? Почти никакого.
Глупостью представился факт раскола неповторимой своей личности на
две неравноценные половинки. Надругательство над собственным "Я" -
что может быть чудовищнее и бессмысленнее?
Одновременно вскипала и накапливалась злость на Камилла - того, чьими
заботами Бай с приятелями перенесся в далекий бесконечный мир с
причудливой неравномерной гравитацией. Чьими заботами чужак-хакер,
неплохой в общем-то мужик Энди Трушин, лишился жизни в реале и
оказался наглухо заперт в не знающем границ киберспейсе, общем
виртуальном пространстве множества миров. Того, кто замыслил нечто
недоброе, причем масштабы этого замысла Бай сотоварищи скорее всего
недооценивают.
Бай был далек от мысли напялить черный плащ и помчаться спасать мир.
Но силы насовать палок в колеса машине чужого замысла вполне ощущал.
Тем паче, что Бай всегда работал не в одиночку, а в команде, которая
могла собраться хоть и достаточно случайно, но зато по доброй воле. А
Камилл строит свои планы и осуществляет их исключительно на угрозах
и принуждении. Как и положено злодеям, к которым невозможно
испытывать жалость или сострадание. Да и вообще, если уж приходилось
бить - Бай бил без оглядки, во всю немалую мощь, стараясь чтобы
добивать было уже просто не нужно. И в реале бил, и в виртуале.
Поэтому наскоро слазив в душ и проглотив чего-то скороготовящегося,
Бай умостился в любимом стареньком кресле, потянулся к клавиатуре,
искоса взглянул на матово отблескивающие мнемоюсты в специальном
ворсистом блюдце и, мысленно пробивая тонкую перепонку между
реальностью и сетью, втек в пределы локального холда.
Тут все было привычно и знакомо. Разблокировав выход в общую сеть,
Бай вырвался на свободу.
Сеть жила. Светящимся трехмерным лабиринтом, существующим лишь в
воображении Бая. Неважно как она выглядела на самом деле; важно как
представлял ее каждый отдельно взятый пользователь-сетевик. Бай
представлял именно как лабиринт.
"Ну, куда? - подумал он. - В контору? Пожалуй..."
И тусклой кометой понесся по зеленоватой глубине. Вдаль. К ближайшему
решетчатому кубу мощного районного сервера.
Пальцы Бая привычно отстучали на клавиатуре адрес конторы Камилла,
логин и пароль.
[Enter_]
Вход.
Холд, что и неудивительно, был устроен на манер домашнего холда Бая.
Многие пользователи, из тех, что еще не успели накопить достаточно
опыта, пользовались единым сетевым пространством, просто входили в
него из разных мест. С домашнего терминала, с работы, из гостей. Бай
давно отказался от этой порочной практики. Дом домом, а работа
работой. Работу можно и потерять. А дом - крепость. Поэтому "на
выезде" Бай просто создавал маленькую копию, филиал домашнего холда.
Разумеется, помещая туда ровно то, без чего обойтись нельзя, плюс то,
что можно было и не таить от любопытного сетевого народа.
Бай с самого начала отчетливо сознавал: его окружают тысячи людей,
куда более умелых, нежели он сам. Даже учитывая способность ходить в
сеть без мнемоюстов. Поэтому всегда допускал возможность взлома
собственной крепости, надеясь все же, что этого никогда не
произойдет.
"Ну-с, - подумал Бай с некоторым оживлением, - глянем, чем я тут
последнее время занимался..."
Конечно, он и так это знал. Памятью своей ущербной местной половинки.
Но у нее прежде недоставало любопытства да и просто желания
представить всю картину целиком, а не отдельными пикселами, как на
экране старых мониторов. Увидеть изображение, а не комбинацию синих,
красных и зеленых точек.
Отпихнув вязкий комок идентификатора доступа и попутно скормив ему
светлую полоску парольной строки, Бай привычно потянулся к логам.
Статистика, она ведь всегда превыше всего.
Довольно быстро он нашел что искал - ссылки на рассылаемые в самые
разные места программки. Прежний Бай никогда не интересовался - что
они из себя представляют? А действительно - что?
Наскоро собрав исполняемый модуль из готовых массивов, Бай натравил
на него декомпилятор и плотно засел за изучение.
Все, что он понял - в определенное время эта программа должна начать
генерить определенный цифровой ряд. Наподобие тех, которые Бай
совсем недавно ломал и менял на различных почтовках.
Недоумения Бай ощутить не успел. Кто-то виртуально отвесил ему
виртуального пинка под виртуальный зад.
Бая подбросило. Не зная что думать - холд взломан или админ Камилла
заинтересовался изысканиями Бая - он заполошно взглянул назад.
В реале пальцы молниеносно отстучали на клавиатуре команду
оттрассировать принятый пинг-сигнал.
В полумраке холда висело нечто объемное, похожее на большую
картофелину с нашлепкой сверху.
Потом картофелина неожиданно выпростала отросток, оказавшийся в итоге
рукой с фонариком.
Энди поднес фонарик к бороде, так, чтобы луч светил вертикально
вверх. Лицо Энди ярко осветилось, но несколько контрастных теней
остались на нем.
Пинг оттрассировался.
А потом Энди скорчил рожу, словно первоклассник, пугающий в темноте
сверстников.
- Улю-улю! - сказал он басом.
Бай обмяк, хотя уже приготовился воззвать к помощи всех доступных
боевых скриптов, подозрительно беспечно отнесшихся к пингу извне.
Скосив глаза вправо, Бай незаметно впитал лог трассера. Ну, кто б
сомневался. Всего одна строка. С локальным адресом рабочего баевского
холда.
Энди, конечно же, сотворил пинг прямо тут, на месте.
- Фу, - выдохнул Бай облегченно. - Ну и напугал ты меня!
Энди погасил фонарик, отчего в пределах холда снова сгустился сумрак,
но зато стали лучше различимы детали - угловатые конструкции закрытых
приложений, мерцание системы где-то далеко внизу, развешенные там и
сям сонные скрипты...
Реальность настигает сетевиков и в виртуальности - каждый тащит за
собой набор стереотипов, от которых взрослому избавиться не суждено.
- Между прочим, - сообщил Энди с легким нажимом, - тебя все уже
заждались.
Бай зачерпнул системного времени и понял, что почти на сорок минут
пересидел над загадочной программкой. Давно пора было спешить на
вечернее совещание.
- Заработался, - повинился Бай. - Прости. Но зато...
Рука Энди непропорционально удлинилась; ладонь с громким шлепком
запечатала Баю рот.
В реале несмотря на нажатия на клавиши в командной строке ничего не
возникло.
- Не здесь, - предупредил Энди. - Выходи из сети.
Бай пожал плечами и изобразил кивок - полноценно кивнуть мешала
ладонь Энди.
Когда он выходил, в пределах холда возник стандартный трек
сетевика-мнемоника, эхо прерванного психического сопряжения с сетью.
У Бая он был довольно коротким и выглядел как
[Bye-Bye. Bye.]
Открыв глаза перед бессмысленно-серым голокубом, Бай шумно выдохнул.
И только потом заметил двоих, стоящих сбоку, у его рабочего стола.
Аурел и Тири. Разумеется, в местных обличьях.
- Собирайся, - сказала Тири бесстрастно.
Бай подумал, что облик черноглазой местной красавицы как-то
естественнее для нее, чем с юности знакомая рожа Тигра.
- Куда?
- Едем.
- Куда?
- Подвал на Рязанке разгромили.
- О как... - Бай вторично выдохнул и сразу встал. - Кто?
- Угадай с трех раз.
"Значит, Камилл, - сразу понял Бай. - Больше ведь некому. Вовремя мы
устроили рокировку телами..."
Команде Энди сели на хвост. Сразу стало зябко и неуютно, но лишь
самую малость. Адреналин и азарт делали свое дело. Хотелось драки. В
реале, в виртуале - безразлично. В реале даже лучше.
Ведь разрядка нужна всем.
!TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (completed)]
По дороге на Рязанку они снова глядели в разные стороны.
В груди было пусто, и в душе было пусто. Аурел, оглушенный
случившимся, плохо воспринимал действительность.
Не этого Аурел ожидал. Совсем не этого.
Когда они с Тири вернулись в Новокосино, Аурел еще в прихожей
попытался обнять ее за плечи.
Тири вывернулась. Резко и сердито. И поглядела на него так же. А
потом ушла в спальню, с силой захлопнув за собой дверь.
Сначала Аурел растерялся и принялся вспоминать - не мог ли обидеть ее
каким-нибудь неосторожным словом, с первого взгляда незначительным.
Или поступком.
Ничего не вспоминалось.
Тогда он разулся, тихонько толкнул дверь в спальню и вошел. Тири в
одежде ничком лежала на застеленной пледом кровати. Аурел прилег
рядом и обнял ее за плечи, ожидая чего угодно, но Тири лишь слабо
дернула плечом.
- Что случилось, малыш? - спросил Аурел заботливо. - Я тебя обидел?
Она не ответила.
Аурел попытался погладить ее по длинным волосам, совсем непохожим на
привычную короткую стрижку, но Тири оттолкнула его руку.
- Сколько раз ты поцеловал меня... ее пока мы ехали?
Аурел растерялся еще больше.
- Не помню...
- Да ты все время Еп целовал!
Отчего-то вспомнилось, что всю дорогу Тири отворачивалась и прятала
лицо, поэтому целовать ее приходилось в основном в щеку или шею.
- Ее? - переспросил Аурел недоуменно. - Я целовал тебя.
И вдруг Тири расслабилась. Даже улыбнулась. Стащила джемпер, тряхнув
буйной непривычной копной каштановых волос. Аурел моментально сгреб
Тири в объятия, с закрытыми глазами нашел мягкие податливые губы, а
секундой позже рука сама поползла под тоненькую блузку.
Еще секундой позже он оказался на полу, между окном и кроватью. И
окончательно перестал что-либо понимать.
- Тири, - прошептал он, глядя на нее снизу вверх. - Что случилось?
Скажи мне, любимая, что происходит?
- Любимая? - странно изменившимся голосом переспросила она. - Кого ты
любишь, Ури, меня или эту черноглазую?
Аурел опешил. Подобное просто не могло придти ему в голову.
- Но... - промямлил он, мысленно ругая себя последними словами,
потому что нужно было говорить убедительно и по-доброму, но ни в коем
случае не мямлить и не запинаться. - Но ведь сейчас ты и она - одно и
то же. Ты - Тири, которую я люблю, просто... просто, немного иная...
- Я - это я, - отрезала Тири. - А ты с порога норовишь трахнуть эту
длинноволосую суку. От тебя разило похотью еще в такси.
Аурел отжался от пола и сел, привалившись спиной к неожиданно теплой
стене - должно быть, внутри крылись отопительные элементы.
В голове царил совершеннейший сумбур. Реальность поплыла, как плохо
детализированный пейзажный образ.
Тири снова улеглась - лицом к противоположной стене.
- Уходи, - сказала она зло. - И не смей к ней прикасаться.
- А к тебе? - с надеждой переспросил Аурел.
- Меня здесь нет.
Он посидел у стены еще пару минут, потом медленно поднялся и уныло
побрел к двери, все время ожидая, что Тири его остановит.
Тири не остановила.
Остаток дня он проторчал на кухне в компании постепенно пустеющей
бутылки водки. Мыслей не было. Только глухое недоумение и обида,
мнящаяся незаслуженной, терзали душу и естество. А когда стемнело -
позвонил РусТех. Уже снизу, от подъезда. Трубку сняла Тири; Аурел
машинально ловил полуразборчивые фразы, еле доносящиеся на кухню.
Что-то случилось и нужно было немедленно ехать в ночь, по враз вдруг
ставшим второстепенными и никчемными делам.
В микроавтобусе Тири села поодаль и все время глядела в окно.
Присоседиться к ней Аурел не решился. Сам не зная - почему?
Ехали к Баю.
Открыла седая худощавая женщина, придерживая за ошейник большую
рыже-седую собаку. Собака печально глядела на гостей, словно
извинялась: и надо бы полаять, изобразить бдительность и охрану, но
неохота. Лучше тихонько улечься где-нибудь на теплое, погреть старые
косточки...
Женщина молча махнула рукой в направлении одной из комнат.
По-прежнему не глядя друг на дружку, Аурел и Тири вошли.
Бай шарился в сети; мнемоюсты, конечно же, валялись рядом с
терминалом, в специальном блюдечке. Слепо уставившись в никуда, в
мельтешение бессмысленных цветных пятен в голокубе, Бай быстро
шелестел клавишами.
"Вот, значит, как мы выглядим со стороны..." - подумал Аурел
отстраненно.
Удивительно, но он никогда не разглядывал Тири, пока та шастала по
виртуальщине. И никогда не позволял себе заглядывать в ее голокуб.
Аурел уже наладился вытащить Бая дежурным троекнопием, но тот вдруг
встрепенулся, быстро прошелестел еще разок по клавиатуре, потом
часто-часто заморгал и вывалился из сети. Стоящих у стола соратников
он заметил лишь спустя долгие пять секунд.
- Собирайся, - велела Баю Тири.
Голос ее звучал властно и непререкаемо.
- Куда?
- Едем.
- Куда?
- Подвал на Рязанке разгромили.
- О как! - Бай встал. - Кто?
- Угадай с трех раз.
Больше вопросов Бай не задавал. Быстро переоделся и качнул головой в
сторону выхода.
Рыже-седая собака провела их долгим сочувствующим взглядом.
Лишь когда приблизились к месту, которое местные называли
Карачаровской эстакадой, Аурел мало-помалу выпал из мрака
размышлений. Потому что в груди постепенно зародилось недоброе
предчувствие. Охватила тревога. Небеспричинная, поскольку Камилл явно
начал военные действия.
Аурел неожиданно отчетливо осознал: это предчувствие близкой драки.
Волею случая настроение у него для драки было - лучше не представишь.
РусТех свернул во дворы и затормозил перед входом в подвал.
Перед подъездом Аурел все же не удержался и покосился на Тири. Она,
понурив голову, неотрывно глядела в пол.
Бай с РусТехом синхронно отворили дверцы, вышли и огляделись.
Двор был темный и пустой. Тусклые лампочки у подъездов тьму скорее не
разгоняли, а лишь делали похожей на непрозрачный белесый туман.
Компания подростков где-то у соседнего дома ломающимися голосами
горланила песню под дешевую батареечную "расческу" с ритм-автоматом.
Жмур, Злыдень и Чен, видимо, еще не подоспели.
Аурел тоже вышел из автобуса.
- Ну, что? Пошли внутрь? - прошептал он Баю.
Бай продолжал озираться.
Решительнее всех оказался РусТех. Он сунул руку в карман, а когда
вынул, Аурел зафиксировал мимолетный приглушенный отблеск на узком
лезвии ножа. Пригнув голову, РусТех потянул свободной рукой дверь
подъезда на себя. Скрип показался громким и отрывистым, как
автоматная очередь.
По одному они скользнули в подъезд и спустились по ступенькам.
РусТех, Бай, Аурел и замыкающей - Тири. Дверь в подвал была не заперта
- кто-то, кажется Бай, споткнулся о валяющийся на нижней ступеньке
замок. Да и висела дверь как-то косо и сиротливо, словно ее мимоходом
сшибли с одной петли.
В зале было светло. Поэтому картина полного разгрома открылась им во
всем своем первобытном великолепии.
Экраны на стене трудолюбиво пробили. Каждый. В нескольких местах.
Сероватые потеки жидких кристаллов казались пролитой на изуродованную
панель кровью. Кресла с мнемоаппаратурой с корнями поотдирали от пола
и расшвыряли по углам. С потолка на растянутой гофрированной оболочке
гибкого стержня-поводка свисал смятый шарик видеодатчика. Оборванные
провода, осколки пластика и стеклита, перевернутые столы, погнутые
металлические каркасы, казалось, даже утратившие недавний
празднично-хромовый блеск...
У стены, под влажными подвальными трубами скорчился угрюмый ключник -
никто так ни разу и не услышал его голоса. Аурелу подумалось, будто
умер ключник тоже молча, не проронив ни звука, только с тоской
смотрел как его убивают и как собственная кровь орошает промасленную
робу и загаженный пол. В другом углу, под экранами, нелепо
извернувшись, застыл на полу похожий на РусТеха техник в джинсе.
Кажется, у него была сломана шея и левая рука.
Мужчины растерянно переминались с ноги на ногу, взирая на этот
погром, только Тири протиснулась вперед и метнулась сначала к
технику, потом к ключнику. Напрасно - по ее виду Аурел сразу понял,
что оба мертвы.
Каким чудом Аурел ощутил, что по лестнице спускается еще кто-то -
бог весть. Спускались совершенно бесшумно.
"Наверное, Чен, Жмур и Злыдень", - успел подумать Аурел и едва не
захлебнулся невероятно острым и близким чувством опасности.
Он начал оборачиваться, когда несчастную висящую на одной петле дверь
окончательно внесли в подвал могучим тычком ноги. Быстрые тени
врывались в дверной проем; Аурел едва успел заслониться от нескольких
молниеносных ударов в корпус и голову.
А вот удивиться он не успел. Тело работало само, подчиняясь внезапно
сошедшему на дух спокойствию и размеренности. Темп времени словно бы
замедлился; отбивать удары стало гораздо легче. Аурел успевал и
обороняться, и замечать все, что происходит вокруг. Как РусТех,
теснимый двумя нападавшими, жмется к стене и старательно ловит момент
для удара ножом. Как Бай, похожий на разгневанного демона из "Мортал
страйка", уходит от свирепого выпада, ловит оппонента за волосы на
макушке и три раза подряд прикладывает коленом в лицо. Как Тири,
схватив первый попавшийся изогнутый металлический стержень наотмашь
хлещет ближнего из тех, кто насел на РусТеха. Как в дверной проем
врываются еще двое, причем с пистолетами в руках. Как наверху, у
входа в подъезд кто-то с хеканьем и придыханием кого-то бьет.
Разгромленная старт-финишная база забарьерников утонула в едва ли не
реально ощутимой ненависти. Аурелу никогда не хотелось убить врага
так остро, как сейчас. При этом ярости он не испытывал, просто
сознавал, что пощада и милосердие в данный момент уместны не более,
чем контактная мина в детской песочнице.
Убить Аурел успел только одного, вздернув чужой подбородок и хлестким
ударом смяв гортань и адамово яблоко. Костяшки пальцев правой руки
враз потеплели.
После этого заговорили пистолеты. К счастью - не те, что были в руках
нападавших. Гром, эхо - и в подвал плечом к плечу ворвались Жмур и
Злыдень. Злыдень сжимал в кулаке здоровенный шипастый кастет, а Жмур
палил сразу из двух пистолетов, как старый добрый отчаянный Бандерас
в своем звездном фильме.
И все закончилось.
Нападающих было девятеро, считая и тех, с которыми очень вовремя
подоспевшие Жмур, Злыдень и Чен расправились наверху, у входа в
подъезд и на подвальной лестнице. Если бы Жмур не начал стрелять -
стрелять бы начали боевики Камилла. Но боевики замешкались, а Жмур, к
счастью, мешкать не стал.
- Все целы? - зло спросил Жмур, оглядываясь. - Давайте, делаем ноги,
сейчас полисы набегут...
- Здесь их называют ментами, - хмуро поправил Бай и тоже огляделся.
РусТех, кривясь, держался за бок. Из-под ладони сочилось красненькое
- похоже, его пырнули собственным же ножом. Тири сосредоточенно
рассматривала руку - не иначе сломала ноготь.
- Быстро, быстро! - торопил Жмур.
В микроавтобус они погрузились слаженно, без суеты, но и не мешкая.
И только теперь Аурел позволил себе удивиться. Удивиться своим новым
умениям, умениям друзей и общему хладнокровию. Объяснение переменам
могло быть только одно - ведь Энди Трушин недавно загружал им что-то
посредством мнемодоступа. Прямо в мозг. Что, если не пригодившееся
только что умение холодно ненавидеть и готовность убить врага?
Особого расстройства по поводу новых навыков Аурел не ощутил. И
раскаяния тоже не ощутил. С волками так и нужно, по-волчьи. Без
жалости и излишних сантиментов. Иначе по-волчьи обойдутся с тобой...
особенно если с некоторых пор ты тоже стал волком.
- Аптечка есть? - хмуро спросил РусТех Чена.
- В бардачке, - невозмутимо отозвался тот. - Помогите ему кто-нибудь,
я ж рулю.
Помочь вызвалась Тири.
Вдалеке уже натужно завывали сирены местных полисов, именуемых
ментами. Но микроавтобус успел кануть в ночь и затеряться на широкой
трассе.
Хвостов за собой они не отследили.
!TASK 01
[OWNER: Zlyden&Zhmur]
Машина подъехала к самому подъезду. Не успели Жмур и Злыдень выйти -
с лавочки под раскидистыми тополями врассыпную порскнули давешние
горе-борцы за свободную от жидов-торгашей Россию. Те самые, которым
вчера пришлось накидать по шеям за излишнюю социальную активность и
перекосы в отношении к некоторым этническим группам.
Злыдень не смог сдержать улыбки:
- Ты глянь, как ховаются!
Жмур вяло кивнул: мол, да, мол, уважают теперь, когда по мордам
схлопотали. Любой бы, мол, зауважал.
Они поднялись к себе на второй этаж. Пристроив на пустом стеллаже
скрипичный футляр, Жмур хмуро покосился на обесточенный терминал в
углу. Злыдень невольно перехватил его взгляд и понял, что приятель
хочет сообщить нечто, кажущееся ему важным и неотложным.
- Секунд, - пробормотал Злыдень, швырнул кастет на изрядно
потоптанный диван и сбегал к холодильнику за пивом.
В родном мире все пр...
