Владимир Васильев. Горячий старт
страница №2
...ный Король", - охотно пояснил сосед,перехватив взгляд Аурела. - Прозвище. А вообще я - Саша.
- Аурел, - представился Аурел. В принципе, он был не прочь
поболтать, хоть бы и с этим толстяком, даром, что он Великий и
Медленный.
- Ха! - неожиданно обрадовался Король. - Горец? Откуда?
- Из Кишшей, - отозвался Аурел. - А что?
- А я - из Тира! - радостно сообщил Король.
"Надо же, почти земляк", - подумал Аурел.
Они чокнулись и выпили. Бокал отозвался нежным, как голос
бекбонного потока, звоном.
За столиком напротив сидели несколько парней; на спине одного из
них, широкоплечего, с выбритой до состояния биллиардного
шара головой, светились чеканные символы:
[Думаю... ШШШШШ°°°°°°° 37% done]
Аурел усмехнулся.
- Только не вздумай сказать ему: "Приятель, ты висишь", -
посоветовал Король.
- Буду не первым? - улыбнулся Аурел.
- Даже не тысяча двадцать четвертым, - по-свойски хмыкнул
бородач.
- Понятно... Кто сюда сбредается-то? Локалка?
- Ага. Рамон_105.ПВТ. Я - 105.274/11. А ты?
- Слайдер.88.слайдер, - честно сказал Аурел. Король даже
выпрямился, словно услышал команду "смирно" от зверя-сержанта.
- Плавающая нода? Ни хрена себе!
Сказал он это достаточно громко, чтобы услышали сидящие за
ближайшими столиками. На Аурела теперь глядело с десяток лиц, а
по залу уже полз шепоток и все больше завсегдатаев "Кластера"
оборачивались к Аурелу. Тот уже жалел, что открылся Королю,
потому что заранее знал, чем теперь все кончится. Выяснением с
местными хакерами кто круче. А уступать Аурел не любил.
Двое взъерошенных парней в вечной линялой джинсе нарочито
неторопливо приближались.
"К чертям все, - подумал Аурел, залпом допил пиво, опустил бокал
на стойку рядом со второй бутылкой "Бархата" и устало посмотрел
в зал. - Не буду сегодня выпендриваться".
Потом мысли запрыгали, как всегда не к месту.
"Я готов уступить? Привет! Такого еще не случалось... Может
взрослею? О: это свежая идея - взрослость есть умение уступать.
Интересно, чем пытать-то будут?"
И тут Аурел впервые увидел Еп.
~# run console 1
@comment: verification inside
Синие цифры ползали по панорамной стене, отмеряя минуты. Фирму в
понедельник ТП-шники не открывали, вывесив за дверь вежливую
липучку:
"Извините, сегодня не работаем. Ждем вас завтра, во вторник, 12
февраля."
Сема с кислой физиономией очищал банан; перед ним желтела на
столе внушительная гроздь, а в урне под столом было полно
отслоившихся шкурок. Тигр скептически улыбался и вертел в руках
запоротый кем-то диск, пуская тусклые зайчики вдогонку ползающим
по стене часам. Синицын нервно шелестел "Спорт-Экспрессом", но
смысл прочитанного не мог прорваться сквозь частокол мыслей,
большей частью - тревожных. Не любил Син непредвиденных
встрясок. Чен и Бай сосредоточенно глядели в затуманенный бок
бутылки "Кремлевской лимонной"; водки оставалось еще больше
половины.
Их было пятеро в офисе - пятеро компаньонов, готовых отдаться
клиенту согласно заключенной сделке. Шестым в офисе было
Ожидание, поскольку часы показывали уже полвторого, а клиент,
обещавший заявиться в час, еще не пришел.
Син отшвырнул газету в сторону.
- Наливай, что ли...
Чен механически потянулся к бутылке.
- Я больше не буду, - заявил Сема.
- А я тебе больше и не наливаю. Ни каплей больше - столько же,
сколько и в прошлый раз.
Чен был единственным, кто выглядел как обычно. Если он и
нервничал, это было незаметно. Впрочем, Тигр тоже не нервничал,
но скорее всего потому, что не верил в путешествия за барьер. Он
вообще не верил в существование барьера, что, впрочем, не мешало
ему торговать чужими программами.
Около трех дверь распахнулась от мощного пинка - в офис
ввалился взъерошенный крепыш в мятом плаще и неизменных белых
кроссовках. Не тот, что платил и приходил раньше, но явно его
сородич, потому что его глаза тоже были полны кристалликов льда.
- У нас проблемы, - с порога заявил он. Отрывисто, словно ему не
хватало дыхания. - Были. Извиняюсь за опоздание. Пошли.
Чен молча влил в себя содержимое рюмки, навинтил зеленую пробку
на горлышко и встал.
- В чем дело? - попытался прояснить ситуацию Син.
Крепыш отмахнулся.
- Некогда. Одевайтесь, времени мало.
- Куда мы едем? - не унимался Син.
- В наш центр.
По лицу Сина нетрудно было понять: происходящее ему крайне не
нравится. Но он встал и послушно накинул плащ.
Бай зажмурился, активируя подключенный к линзе правого глаза
датчик, и удовлетворенно взглянул на работающий терминал на
своем столе. Шла запись. На всякий случай.
Сема с сожалением поглядел на гроздь бананов. Тигрис вздохнул.
"Блин, как на заклание идем..." - подумал Бай отрешенно.
Перед подъездом ждала серая "тридцатка", слепо глядя на мостовую
тонированным стеклами. Крепыш сел за руль, Син и Сема
пристроились рядом, остальные влезли назад. "Тридцатка" рванула
с места, как шаттл на старте. Попетляв по Песчанке, крепыш
вырулил на Питерское и погнал обтекаемый автомобиль в сторону
Садового кольца. Син невидящим взором скользнул по длинному
зданию аэровокзала.
С проспекта Газизова "тридцатка" юркнула в узенький переулок.
Тигрис еле слышно посмеивался на заднем сиденьи. "Чашка",
полулегальный рынок софта, располагался совсем рядом, и Тигрис
знал здесь каждую выбоину на асфальте. Именно потому, что рынок
был полулегальным.
Ничем не примечательный шестиэтажный дом с приросшими к фасадной
стене лесами впустил их в запущенный холл. Не то магазин в
прошлом, не то какую-то госконтору. Ремонт поселился здесь
прочно и надолго. Скорее всего, для отвода глаз. Чтоб не
привлекать излишнего внимания. Син подумал, что за обшарпанным
холлом кроются, наверное, достаточно стильные помещения.
Он оказался прав: за первой же дверью открылся сверкающий хромом
и панорамными панелями коридор. Та же дверь со стороны коридора
выглядела куда импозантнее, нежели со стороны холла. Двое
кубических охранников неподвижно сидели на узком диванчике. Сину
сразу стало неуютно.
- Проходите, - сказал крепыш-провожатый. - Последняя дверь
налево.
ТП-шники направились вдоль панелей-панорамок, на которых
мельтешили искрящиеся цветные пятна. Указанная дверь была
полуоткрыта. Син замер на полушаге, потому что у самой двери в
лужице густеющей крови валялся труп с простреленной головой.
Второй, прикрытый накрахмаленной скатертью, содранной с
ближайшего стола, лежал чуть дальше от двери. Рядом скалился
острыми рваными краями битый стеклокерамик; должно быть - ваза,
ранее украшавшая стол, потому что среди искрящихся, острых, как
бритва, осколков совершенно не к месту разметались три увядшие
гвоздики. Алые лепестки походили на кровавые пятна, с той лишь
разницей, что кровь постепенно темнела, а цветы сохраняли
первоначальный насыщенный цвет.
Чен нагнулся и приподнял край скатерти. Открылось лицо убитого -
того самого парня, который приходил в контору позавчера. В
глазах его теперь было еще больше стужи - потому что глаза стали
мертвыми и неподвижными, словно они и впрямь обратились в
ледышки. Чен вернул скатерть на место и взглянул на спутников.
Син был явно на грани срыва. Остальные держались, даже Сема.
- Проходите сюда, - позвал их длинный, как жердь, мужчина в
синем халате. Лицо у него было дряблым и нездорово желтым,
словно он уже много лет не выходил на свежий воздух. Сидел,
небось, в какой-нибудь затхлой лаборатории.
Бай первым зашагал к открывшейся двери, на ходу осматриваясь,
ибо не хотел упустить какую-нибудь мелочь. Запись должна
отразить все. Каждый штрих.
Комната напоминала скорее комнату допроса где-нибудь в логове
службы безопасности - три голые стены, четвертая - зеркальная.
Несомненно, с той стороны она кажется прозрачной. Пять стульев
под лампами дневного света. И слабый запах какой-то медицинской
дряни, не то нашатыря, не то валерьянки.
- Босс сейчас придет, - объявил человек-жердь. - Садитесь,
пожалуйста.
Этот долговязый тип непременно должен был обладать неприятным
скрипучим голосом, но природа наделила его голосом почти женским
- высоким и певучим. Видимо, по ошибке.
- Э-хе-хе, - испустил негромкий вздох Тигрис и присел на крайний
стул.
Син вцепился в спинку соседнего. Его можно было понять - ТП
умудрилось вляпаться в историю, которых всеми силами следовало
избегать.
Чен был по обыкновению невозмутим, Бай слишком увлекся съемкой.
Наверное, давил таким образом неизбежный страх. Тигрис все
прятался за стеной неверия, и это ему вполне удавалось, а что
касается Семы - тот успокоился еще утром, потому что заранее
счел себя мертвым и теперь глядел на происходящее на редкость
отстраненно.
Босс появился минут через десять. Движения его были порывисты,
словно он опаздывал на самолет. Бай немедленно уставился на
него. В поле зрения глаза с активной линзой, в правом верхнем
углу, мигала крошечная красная буква R.
- У нас мало времени, друзья, - вкрадчиво сказал босс, одергивая
дорогой костюм, сидевший на нем нарочито небрежно.
- Что означает здешний разгром? - сорвался Син. - Вы говорили,
что риска никакого, и что же я вижу, едва войдя к вам? Два
трупа! Так дела не делаются!
Тонкие, как волоконные волноводы, брови босса сошлись в одну
линию.
- Успокойтесь, господа! Это наши проблемы, и мы их уже решили.
Вам ничего не грозит, ни теперь, ни в будущем.
Син снова собирался что-то сказать, но властный жест босса
заставил его замолчать.
- У нас мало времени. Я буду краток, и, пожалуйста, не
перебивайте меня. Понятно?
Босс смотрел на Чена. Тот коротко, но с достоинством кивнул.
- Отлично. Как только я изложу задание, копии ваших матриц
отправят за барьер. После того, как задание будет выполнено - и
если оно будет выполнено - вас снова вызовут сюда и наложат
матрицы на ваше сознание. Подчеркиваю, что ущерба здоровью
любого из вас нанесено не будет. Я вынужден быть предельно
кратким.
Вы перенесетесь в мир во многом похожий на ваш, но во многом он
окажется отличен от вашего. Принимайте все как есть, не пытаясь
осмыслить, это только осложнит адаптацию. В двух словах опишу
главные отличия: мир, как и ваш родной, представляет собой геоид,
но гораздо больших размеров. Его окружность по экватору - два
миллиона километров. Да-да, не делайте большие глаза, именно
столько. Одно полушарие занято гигантским материком, второе -
целиком покрыто океаном. Есть острова - цепочка вдоль экватора,
но они вас не интересуют. Действовать будете только на
материке. Крупнейший тамошний город расположен опять же у
экватора, на западном побережье материка. Вас высадят
неподалеку. В распоряжении у вас окажутся четыре превосходных
автомобиля, провизия, оружие, карты, терминалы местных
информационных сетей. Ваша задача - сопроводить человека по
имени Аурел Чогоряну на восточное побережье. Через весь
материк...
- Постойте! - негромко сказал Сема. - Но ведь это миллион
километров! Не проще ли по воздуху? Самолетом. И быстрее, и
удобнее.
Босс понимающе кивнул.
- Вторая странность этого мира: по мере удаления от поверхности
сильно возрастает гравитация. В принципе, согласно физике вашего
мира небесное тело таких размеров должно обладать запредельно
высокой для живых организмов гравитацией. В том мире законы
физики несколько отличаются от привычных вам. В общем,
оторваться от поверхности выше чем метров пять-десять вам все
равно не удастся. Там даже птиц нет. И гор почти нет, а значит
неоткуда падать. В целом материк представляет собой чудовищную,
гладкую, как стол, равнину. Степь без границ. Только кое-где
разбросаны небольшие городки. Вдоль экватора идет вполне
пристойная трасса, от побережья до побережья. Местные зовут ее
"перегон". Девяносто процентов поселений сосредоточены вблизи
этой трассы.
- Сколько ж мы бензина сожжем? - протянул Чен задумчиво.
- Тамошние автомобили работают не на бензине, а на гораздо более
эффективном топливе. Одной заправки хватает на десять-пятнадцать
тысяч километров. В принципе, первоначального запаса вам должно
хватить надолго. Но подзаправиться можно будет в любом городке на
перегоне. Если будут проблемы - придется выкручиваться. Уж
потрудитесь.
- Уж потрудимся, - проворчал Тигрис. - За такие бабки-то...
Босс одобрительно кивнул.
- В восточном городе, куда вы доставите нашего человека, вас
встретят и вернут. Собственно все. Детальный хинт вы сможете
найти на терминалах всех четырех автомобилей, поэтому больше
распространяться не буду. Повторяю, мы в цейтноте. Поэтому,
прошу в процедурную...
Зеркальная стена мигнула и растаяла. Бай запоздало крутнулся к
ней, сообразив, что это была всего лишь тонограмма, завеса для
нескольких приборов, живо напомнивших недавние скандальные
репортажи из подпольных психотронных лабораторий.
В общем, все прошло до боли тривиально. На головы им нахлобучили
шлемы с гладкими пятаками мнемоюстов внутри. Потом на миг стало
холодно, словно из уха в ухо прогулялся сквозняк, обдав стылым
ветром каждую извилину в мозгу. Затем шлемы сняли.
- Все, - сказал жердь. - Гуляйте. И молитесь, чтоб вашим
двойникам достало смекалки - получите воспоминания о веселом
отпуске.
Син мрачно встал из гнутого кресла. Шлем на тонкой хромированной
консоли нависал над ним, как скала над тропинкой.
Крепыш проводил их до самого выхода. Трупов в комнате перед
коридором уже не было, а седая старуха в таком же синем халате,
как у человека-жерди, сметала осколки битой вазы в пластмассовый
совок.
На улице Бай выключил запись, потому что снимать переулки рядом
с проспектом Газизова было совершенно незачем.
- Надо водки купить, - сказал Чен. - И контору до понедельника
не открывать.
Против этого не возразил даже Сема.
У метро на проспекте глядели в мир пестрыми витринами ряды
коммерческих палаток - туда и направились.
~# run console 2
@comment: w/o
Жмур проснулся в полдень, как обычно. Небольшая комнатка в
дальнем крыле принимала его уже не в первый раз. Рюкзак
обосновался за стеной, в точно такой же. Ни в одном мотеле Жмур
не чувствовал себя так уютно, как у Злыдня. Наверное, дом его
был пропитан благодатной бодрящей аурой.
Заслоняясь от слепящего солнца, что упрямо лезло из-под плотных
портьер, Жмур выглянул в окно. Голубая клякса бассейна
искрилась, словно подарочный диск. В бассейне плавал Рюкзак,
громко пыхтя и отдуваясь. На бортик накатывались горбатые волны.
Когда Жмур вышел к бассейну, Рюкзак уже угомонился и лениво
прихлебывал пиво из серебристой банки с надписью "Net
Navigator". Рядом плавал овальный поднос с тройкой таких же
банок и креветочным салатом. Рюкзак блаженствовал.
- Эй, Жмурилло! - приветствовал он приятеля. - Лезь в воду,
рулез полнейший!
Жмур нехотя свалился в злыдневское плетеное кресло у бортика.
- Салат утонет, если я полезу, - ответил он, запуская руку в
холодильник. "Навигатора" хватало и там. Собственно, Жмур же его
и закупал вчера в баре на соседней улице. Целый рюкзак. Злыдень,
конечно, из дому выходить отказывался, а Рюкзак не знал города.
Вот Жмуру и приходилось шастать за живительным. Заказывать он не
любил, потому что посыльные вечно доставляли какое-нибудь
отстойное пойло вместо настоящего пива, да и пройтись по Еланцу
было приятнее, чем переть по перегону месяц кряду.
Они с Рюкзаком успели остыть после долгих часов на равнине,
отъелись и окончательно обленились. Впрочем, Злыдень не
протестовал: наоборот, сам отдыхал перед охотой. Спал по
двадцать часов в сутки, а из комнаты своей выходил только в
сортир. Почту он читал не вставая с постели, благо исполинский
экран "Пойя" позволял делать это без ущерба для глаз.
Но Жмур знал: когда придется заняться делом, сон будет забыт.
Они погрузятся киберспейс, окутавшись клубами сигаретного дыма, а
пальцы их прикипят к клавиатурам. Нервы врастут в сеть,
растворяясь в шелесте бекбонного потока, и мир станет
безграничным, слившись в ослепительную точку на острие их
сознаний.
К тому моменту мозги их должны быть чистыми и свежими, как
запасные пеленки у рачительной мамаши.
~# run console 1
@comment: infiltration
Сеть впитала Бая, как губка разлитый на пластике стола чай. Бай
мгновенно увяз, забарахтался; казалось, он застыл, лишенный
веса, посреди огромного ангара, наполненного мерцающими точками.
Точки то и дело вспыхивали, на миг превращаясь в цветные искры,
похожие на россыпи фейерверка. В уши будто нашептывал кто-то, но
слов было не разобрать.
Бай огляделся, и обнаружил, что у него нет тела. Собственно, он
был одной из светящихся точек, что роились в осязаемой пустоте.
Постепенно возникло ощущение движения - соседние искры,
разгораясь, устремились в шепчущий полумрак, Бай помимо воли
скользнул следом. Движение напоминало полет в невесомости, по
крайней мере ту имитацию, что давали игры презент-режима. Справа
темнела похожая на средневековый замок глыба, искры веером
рассыпались перед ближними башнями.
Потом они ворвались в сплошное море огня, на деле состоящее из
все тех же светящихся точек, что неслись теперь с бешеной
скоростью, не сталкиваясь и не мешая друг другу. Как долго это
длилось, Бай не мог сказать, ибо забыл что такое время.
Сеть выплюнула его спустя крохотную вечность. Или спустя
бесконечный миг.
Перед глазами (он снова имел глаза) была бурая земля и несколько
зеленых стебельков. Бай ничком валялся на редкой траве,
пробившейся через плотную слежавшуюся почву. На зубах скрипела
горькая пыль.
Бай оторвал щеку от земли и смачно сплюнул.
Его окружала Равнина. Равнина без горизонта. Чудовищная
плоскость, казалось, загибалась к небу, словно он угодил в
необъятную чашу. Даль терялась в мутной дымке, но Бай понял одно
- горизонта здесь НЕТ. Объяснить и тем более описать это Бай не
мог. Просто чувствовал.
Он стоял на проселочной дороге, впрочем, гладкой, как
олимпийский лед. Дорога, неправдоподобно прямая, делила равнину
надвое. В стороне от дороги трава росла погуще, цветными
пятнышками глядели в бездонное небо дикие степные цветы:
окружающую целину, похоже, не вспахивали от начала времен.
И еще: что-то было не так. Мир был странен, но не только из-за
отсутствия горизонта. Что-то изменилось.
Секундой позже Бай понял: он стал ниже. Сантиметров на двадцать.
Именно взгляд с непривычной точки сбил его с толку. Зато исчезла
близорукость: линз на глазах он не чувствовал, но видел лучше,
чем в линзах. Окружающее было резким и непривычно контрастным.
Метрах в трехстах Бай рассмотрел пару автомобилей и человека,
который безучастно бродил вокруг них. Наверное, это был кто-то
из его компаньонов. Кое-как отряхнувшись непослушными руками,
Бай неловко зашагал по бурой ленте дороги. Тело казалось чужим.
Да оно и было чужим: Бай с удивлением глядел на непривычно
короткие руки и ноги, на странную одежду, похожую на комбинезоны
рабочих-докеров, ботинки с рифленой подошвой и квадратными
носками... Размер обуви тоже повеселил Бая: вместо привычных
"лыж" сорок шестого размера на ногах имелось нечто мизерное,
сороковой-сорок первый на глазок.
Впрочем, с каждой секундой Бай привыкал к новому телу. Точнее,
не привыкал, а "вспоминал" его. Психоматрица накладывалась на
мозг респондента поверх моторных связей, выжигая только
личностную память. Если предыдущий обладатель этого тела умел
жонглировать бутылками или ходить по канату, Бай тоже это
сумеет. Надо только заставить тело вспомнить былые навыки.
Уже через минуту шаг Бая стал уверенным и твердым, походка из
вихляющей превратилась в экономно-спортивную, только взгляд на
мир с низкой точки все еще раздражал, словно Бай вынужден был
ходить пригнувшись.
На дороге стояло два потрясных джипа a la "Дэлавер", красный и
бело-серебристый. На красном виднелась надпись по-русски
"Строгино 4Х", на серебристом - "Лендровер Автоклуб". Ну, и
фенечки всякие, нашлепки и эмблемки, без которых настоящий джип
даже представить трудно.
У машин топтался сухощавый парень лет двадцати пяти, похожий на
Ника Пэрримена, только повыше ростом. На нем был такой же гибрид
брюк и куртки, как и на Бае, и такие же грубые ботинки.
- Привет, я - Чен, - сказал он, предвосхищая вопрос. Наверное,
Бай был не первым, с кем он встретился.
- Я - Бай, - ответил Бай, впервые услышав свой новый голос.
Голос как голос... Привыкнуть только нужно.
- Сема в машине валяется, головой о спойлер приложился... -
пояснил Чен, кивнув на красный джип. - Он мало изменился...
Чен тихо засмеялся, совсем как настоящий Чен, из Москвы.
Оставляя в редкой дорожной пыли едва заметные отпечатки рифленых
подошв, Бай подошел к машине и потянул на себя красную дверцу,
украшенную пестрой эмблемой строгинского пляжа. Внутри, на
длинном, как диван, сиденьи возлежал маленький человечек самого
несчастного вида. Он был до смешного похож на истинного Сему,
даже лицом, наметившейся лысиной и рыжей жиденькой щетиной на
впалых щеках.
- Михалыч, ты как? - участливо спросил Бай, с трудом
сдерживаясь, чтоб не засмеяться в голос.
Сема только вздохнул и вяло двинул рукой.
Далекий рык мотора заставил Бая выпрямиться. Но роста не
хватило, чтоб глянуть поверх джипа, и пришлось, чертыхнувшись,
обходить красный капот. Чен (требовалось некоторое усилие, чтоб
думать о незнакомом сухощавом парне как о Чене) тут же возник
рядом.
Поднимая реденькие шлейфики пыли, приближались еще два джипа.
Пару минут - и они затормозили рядом с Баем и Ченом. Из первого,
зеленого двухместного "Гризли" с открытым, как у пикапа,
кузовом, выскочил юркий полный мужчина лет сорока. Шкиперская
бородка не очень вязалась с круглыми очками, но и не казалась
вовсе уж чужеродной. Несмотря на некоторую тучность двигался
мужчина легко и проворно.
- Елы-палы, - сказал он с легким раздражением. - Кто из вас кто?
- Так, - Бай поднял указательный палец. - Ты - Синицын, верно?
- Верно, верно, - проворчал мужчина, поблескивая очками.
- Я - Чен, - представился Чен. - Постарел ты, Андрюха...
- Ага, - кивнул Син. - Это, понятно, Бай. Можешь не уточнять,
слепому видно. Уродец-то наш нашелся?
- В машине. Башкой стукнулся. Вечно ему не везет...
Чен осекся. Потому что из второго приехавшего джипа ("Эфа", чуть
покороче "Дэлавера", но внешне похож) выбрался здоровенный
курчавый негр.
- Мамочки, - Бай даже присел. - Тигрис, ты, что ли?
Негр уныло развел руками.
Бай не выдержал и расхохотался.
- Я сейчас умру! Тигр - негр!
Рядом тихо смеялся Чен, даже Сема в салоне зашевелился и
выглянул в открытое окно.
- Ладно ржать! - прикрикнул Син. - Подумаешь, негр! Скажи
спасибо, что сам не бабой оказался.
Только теперь Бай разглядел на джипе Тигра нашлепки в виде
звериных следов и фирменный лейбл магазина "Тигриная лапа".
Неужели неведомые работодатели учли даже такие мелочи, как
личные пристрастия ТП-шников? Впрочем, размах дела и размер
гонораров вполне такое допускали.
- Итак, наши действия? - живо поинтересовался Син. - Как бы
здесь не было классно, я предпочту побыстрее вернуться в Москву.
- Еще бы, - проворчал Чен. - Постареть лет на десять - радость
что ли?
Син отмахнулся. Наверное, он уже привык к новому телу. И
смирился.
- Этот... босс что-то говорил о хинтах на шоферских терминалах,
- вспомнил Бай. - Надо поглядеть.
Он вернулся к красному джипу и сел в водительское кресло. Справа
от рулевой колонки виднелась матовая панель с выдвижной
клавиатурой. Едва палец коснулся сенсора, клавиатура с мягким
шелестом выползла из паза. Одновременно засветилась ниточка
видеотрека над клавиатурной плоскостью.
[Welcome to net!] - поздоровалась сеть.
[Login Bay_13] - привычно отстучали пальцы.
[Please, wait...] - увидел Бай вместо запроса пароля, но
удивиться не успел. Экран мигнул и высветил приглашение
незнакомой оболочки, после чего загрузился хинт-файл. Теперь
осталось только внимательно читать. И - по возможности -
запомнить. Бай не был уверен, вызовется ли хинт вновь после
первого обращения. А своим предчувствиям Бай привык верить.
[Фаза первая: необходимо отыскать в сети следы деятельности
оператора плавающей ноды Слайдер.88.слайдер.
Имя оператора: Аурел Чогоряну.
Адрес последнего гейта: сити, Сумеречная зона, сервер "Бинар
инсерт";
адрес входной линии: не установлен.
В момент засечения оператора указанной ноды хинт дополнится.
Удачи!]
Бай скептически глядел на ровные, едва светящиеся строчки.
- М-да, - процедил Син. - Не много же нам поведали. Что за
кретины состряпали такой дурацкий хинт?
Син, упираясь локтем в опущенное почти до оконного среза
стекло, заглядывал Баю через плечо. Сема, поборов извечную
слабость, сидел справа от терминала, похожий на осоловелого от
пива гуляку. Во всяком случае, к лицу его прикипело такое же
отсутствующее выражение, хотя глаза не отрывались от неяркой
голограммы над видеотреком. Чен и Тигрис устроились на заднем
сиденье и глядели, сблизив головы, в щель между спинками
передних кресел.
- Ну, чего? - Бай рассеянно прогнал хинт по экрану еще разок. -
Придется шарить по регистровым серверам. Много их здесь,
интересно?
- Не сомневайся, - заверил его Син. - Полагаю, больше, чем у
нас. Много у нас плавающих нод в сети? Раз, два и обчелся.
- А кто сказал, что здесь их много? - тихо и скорбно спросил
Сема.
Син пожал плечами, отчего локоть его соскользнул со стекла и
ударил по дверце.
- На адрес взгляни. Двойное расширение. Не хухры-мухры.
- Может, он выделывается, - предположил Бай.
- Тогда имя со вторым расширением не совпадало бы, - тоном гения
сыска пояснил Син.
- Пожалуй, - согласился Бай несколько секунд спустя. Известная
логика в словах Сина присутствовала.
- Вот что, - вмешался практичный Чен. - Чувствую, по сетям
шнырять нам не один день придется. Предлагаю проехаться, найти
тихое местечко... чтоб ручей какой-никакой тек. Палатки в
багажниках есть, я проверял. Припасов тоже хватает. Устроимся,
тогда и начнем. А так чего - торчим в степи, как тараканы в
центре кухни...
Они вылезли из уютного салона под палящее солнце и огляделись.
Четыре машины на пятерых.
- Этот, - Син кивнул на "Эфу" со следами тигриных лап, - ясное
дело, занят.
Тигрис хмыкнул. Глядеть на его лоснящуюся черную физиономию было
все так же дико и непривычно.
- Мне вот этот нравится! - заявил Бай, указывая на короткий,
почти квадратный "Гризли". Двухместный ладный грузовичок сразу
ему приглянулся. Кроме того, в грузовичке стоял самый мощный
терминал. А чаша диала даже выводилась на крышу.
- Понятно, - проворчал Син. - Буду патриотом.
И приблизился к джипу "Строгино 4Х". Красный полироид весело
отблескивал в солнечных лучах.
Сема, конечно же, сесть за руль не пожелал и заявил, что поедет
с Ченом. Чен не возражал. Да и что возразишь Семе?
Моторы дружно вскололи лед степной тишины, а колеса потревожили
дорожную пыль. Бай вел "Гризли" на запад, а еще три джипа, дыша
друг другу в бампер, неслись следом. По бесконечной, как Сеть,
равнине.
~# run console 3
@comment: w/o
Аурел замер, потому что раньше много раз видел ее. Во снах. В
виртуальщине, которую создавал, устав от одиночества.
Она была больше похожа на мальчишку-подростка, чем на девушку.
Рыжая. Короткая стрижка, брюки в обтяжку, серебристая куртка. И
маленькие темные очки со стеклами в форме звездочек.
Аурел сразу понял, что не уступит сегодня никому. Потому что она
это неизбежно увидит.
Двое в джинсе картинно ходили вокруг Аурела, рассматривая его с
показной ленцой.
- Плавающая нода, значит... - заметил один негромко. - Круть
неимоверная. Почему же я тебя не знаю?
Аурел постарался выглядеть невозмутимым.
- Я тебя тоже не знаю. И что?
- Я - Гонза. Слайдер.105.бес. Слыхал?
- Слыхал, - честно ответил Аурел.
- Пошли, - качнул головой Гонза в сторону панели с терминалами.
Аурел молча шагнул в указанном направлении. Сумка его осталась
лежать у стойки, рядом с грибом-табуретом. В баре стало тихо, и
Аурел подумал, что множество зрителей - это даже хорошо. Эффект
погуще.
Гонза уселся в вертящееся кресло и повернулся к шеренге
завсегдатаев, что стояла за спиной Аурела.
- Ну, умник, - сказал он, довольно ухмыляясь, - у меня лежит
файлик на холде. zoom_taba.overkill Слей-ка его. Если, конечно,
сумеешь.
Аурел невозмутимо сел рядом и потянул на себя клавиатуру. Тоже
мне, задание... Для пацана-первоклассника.
Пальцы зажили отдельной жизнью, втискивая в сеть разум Аурела.
Чтоб не подумали чего пришлось даже плоские диски мнемоюстов к
вискам прилепить.
[call snoop b_bone]
[А ты кто?] - по-обыкновению осведомился гейт-фильтр.
[Sl*.88.**]
[Enter your password:]
Аурел для отвода глаз щелкнул пятеркой клавиш. Не было у него
пароля. В теле голоэкрана высветилось окно состоявшегося доступа
и Аурел скользнул в сеть.
Там было темно, но темнота не мешала видеть. С шелестом
проносились тускло отсвечивающие искры, на миг делая осязаемыми
смутные громады доменных массивов. От бекбона, похожего на
оживленную магистраль, ответвлялись десятки и сотни проспектов и
улочек. Закладывая лихие виражи, искры выскакивали из бекбонного
потока и ныряли в кольчатые нити тоннелей-капилляров. Искры
потусклее ловко обходили ярко и бестолково сияющих новичков, а
те толклись, будто мошкара, у перекрытых капилляров, не в силах
проникнуть дальше.
Аурел был безмолвной черной точкой и двигался без шелеста.
Искрящихся новичков он просто игнорировал, проходя сквозь них,
словно сквозь пустоту. Собственно, он мог бы вонзиться в нужный
капилляр в любом месте, не только в месте сопряжения с бекбонной
струей или у одного из рассекателей. Но... Если его вызвали на
дуэль, надо делать все эффектно. Ведь за спиной стоит и глядит в
мельтешение голографических символов девушка в облегающих
брючках, потрясной серебристой куртке и очках-звездочках. Перед
ней нужно выглядеть не просто крутым, а очень крутым, хотя это
для Аурела несколько ступеней вниз... Только кто об этом знает?
Он ни на миг не задерживался у рассекателей, безошибочно выбирая
нужный капилляр. Вот он, холд-предбанник слайдер-сто пятого...
Темный куб. Пахнет железом и пластиком - несомненно, защита тут
умная, не зря же этот Гонза слайдер второй сотни. Да еще самого
начала второй сотни.
В углу шевельнулась черная тень AVP-сторожа. Шевельнулась, и
замерла. Все правильно: сторож отсек входящий, но не отсек
пожаловавшее ядро. Аурела здесь как-бы не было. Все равно как
дверь, скрипнув, приоткрылась, но в дом никто не сунулся.
Так, порядок. Где у него содержимое холда? Где файловая таблица?
Ага, вот... Тьфу ты, пропадь, какой колпак красивый... Будто
глаз стрекозы. Вон и файло нужное валяется, словно горошина на
столе. zoom_ чего-то там...
Надо же, пароль требует. Симпатичный такой колпачок... Только
Аурел не зря ведь слайдер первой сотни.
Он превратился в маленькое зеркальце и усилием воли крутнул
вязкий поток айнстрима назад, раскачивая его, словно полупустую
бочку, пока та не встала на ребро и не рухнула на выпуклый бок.
Аурела неудержимо повлекло прочь из холда спиной вперед, но он
намертво вцепился в стержень айнстрима и обволок себя
непрошибаемой оболочкой, скользкой, как теплое масло. Снова
шевельнулся сторож, но теперь до смешного неправильно, потому что
Аурел видел все в реверс-отражении, словно видеотрек настроился
на обратную отмотку. Несколько входящих, фиксированных задом
наперед... Сторож все дергается и вышибает их наружу. Точнее,
втаскивает... Но на самом-то деле вышибает. Так, не то... Не
то... Не то...
Вот - хозяин. Уходит... Ага, закончил потрошить какой-то
сервер... Потрошит... Входит на этот сервер... Киляет его
защиту... Вот оно - кладет файло на холд!
Аурел-зеркальце поймал отблеск нужного входного кода, отразил
его, записав для верности в буфер, и разом отпустил айнстрим.
Реальность дрогнула, втягиваясь начальный поток и
синхронизируясь с неприкасаемым временем. А отраженный зайчик
кода все летел и летел к куполу холда. Коснулся его. Заставил
купол засиять... и лопнуть.
Аурел сменил форму, вытянувшись из гладкой поверхности зеркальца
диковинным, отлитым из ртути цветком, и жадной глоткой бутона
обнял яйцо файла, матовое, как пластик между кабинками
общественных терминалов. Гонза будет счастлив, подумал Аурел.
Он вывалился из сети, не утруждаясь выходом из чужого холда. В
голове привычно отдалось эхо и теперь Гонза сможет убедиться,
что у него возник коротенький трек чужого присутствия:
[... Слито 27.657 Gb.
Большое спасибо. C_U_L8r!
With *.* Фриппи иЗвиНиТЕ зА НеРоВНый ПочЕРк!]
Аурел извлек из драйва блестящее колесико диска. Протянул его
Гонзе. И улыбнулся.
Тот недоверчиво взял диск и вогнал в драйв соседнего терминала.
Просмотрел свой файл. Озадаченно обернулся и уставился на
Аурела.
- Не понимаю... Как ты это сделал?
- Ручками, - проворчал Аурел. - Драйвер такой есть - hands.sys
называется. Надеюсь, экзамен закончен?
Гонза не успел ответить. Второй парень в джинсе нервно пощелкал
клавишами.
- Кого-то принесло на хвосте, Гонза, - сообщил он недовольно.
Гонза приподнял бровь.
- Что же ты, парень... Нельзя так. Ай-яй-яй... А еще первая
сотня.
"Засекли мой чертов трек... - понял Аурел. - Тут я бессилен."
Если это полицаи - дело плохо. Но вряд ли это полицаи. Скорее, та
контора наняла кого-то из хакеров. Впрочем, еще неизвестно что
лучше - слуги закона или наемные костоломы больших корпораций.
Голос Аурела остался холодным и презрительным.
- А ты ненароком не полицай, а Гонза? Как же так - после лома
Питерского бриза ребят замели, а ты ушел. Теперь вот, к тебе не
успел влезть, как к хвосту тут же приклеились...
Конечно, это было нагло: придти в чужую локалку и обвинить
кого-нибудь из старожилов в двурушничестве. Но Гонза сам начал.
А Аурел не любил уступать. Особенно сегодня.
Он мельком взглянул на девушку в очках-звездочках. Ее лицо не
выражало ничего - ни осуждения, ни одобрения. Скорее всего, ей
все равно, подумал Аурел. Тогда вперед!
Гонза даже присел от неожиданности. Глазки его забегали и Аурел
с удивлением понял, что совесть того и впрямь нечиста. Угадал,
попал в яблочко, стоя спиной к мишени и не раскрывая глаз. Такое
иногда случается.
- Эй, парень! - послышалось из-за стойки. Аурел обернулся на
голос. Говорил бармен Митрич.
- Тебя точно отпасли. Сматывайся.
В баре по-прежнему висела тишина, только призрачные ленты
табачного дыма бесшумно перетекали от светильника к светильнику.
Понятно, что Аурела отследили не за слитый у Гонзы файл. Никто
не знал сомнительных подвигов чужака, но если на того устроена
охота, да еще не полицаями, а хакерами - значит причина
достаточно весома. Но никто не стал бы и вмешиваться.
Аурел на миг прикрыл глаза. Ведь не хотел сегодня лезть в
сеть... Как чувствовал. И не полез бы. Если бы не она.
С грохотом отворилась дверь и в "Потерянный кластер" ввалились
двое мордоворотов, рыща взглядами по затененному пространству
зала. Один остался перекрывать выход, второй очень быстро
скользнул к стойке, пытаясь отсечь всех, кто находился в баре,
от запасного выхода. Но Аурел ждать не стал: кошкой перемахнув
через стойку, он с размаху влип в плотный занавес, отделявший
хозяйство Митрича от зала. Занавес пах табаком и мускусом.
"Пок! Пок! Пок!" Две бутылки на полке разлетелись
стеклянно-пивными брызгами, а на темном полотне занавеса
открылась светящаяся точка, впуская в зал лучик света от лампы в
подсобке. Лампа там горела очень яркая и лучик отчетливо
виднелся в зыбких разводах сигаретного дыма. Выстрелы были едва
слышными и казались какими-то ненастоящими. Не сразу и поймешь,
что это не что иное, как выстрелы. Аурел, тихо ругаясь,
выпутался из проклятой шторы и пулей пронзил подсобку. Налево
уходил узкий коридорчик, не то на кухню, не то на склад. Ведомый
смутным чувством, Аурел проскочил мимо, свернул в следующий и
уперся в запертую дверь. Лихорадочно шаря по гладкому пластику в
поисках запора, он вслушивался, боясь близкого грохота шагов.
Хотя, мордовороты, скорее всего, передвигались бесшумно.
Наконец он нашарил щеколду, похожую на затвор пружинного ружья.
Рывок, еще рывок... Содрав кожу с костяшек пальцев, Аурел
толкнул дверь и упал в полутьму ночи. Слева от него кто-то
низколобый и квадратный вскидывал руку, словно в замедленном
кино, но тут взревел совсем рядом за углом двигатель мотоцикла и
некто, рванув двухколесного друга с места, сбил третьего громилу
с ног. Выстрел ушел в звездное небо, но чудовищная гравитация не
пустила пулю к звездам: перехватив ни в чем не повинный кусочек
свинца она швырнула его назад, к земле, и пуля, взломав
неподатливое тело дасфальта, исчезла в рваной воронке метров
полутора в поперечнике и метров двух в глубину. Мотоциклист, с
треском вломился в декоративную оградку и исчез, заслоненный
стеной бара.
Аурел рванулся в осязаемо-плотный сумрак. Совсем рядом, на одной
из соседних улиц его тоже ждал двухколесный друг, а в том, что
придется во все лопатки удирать из сити, сомневаться не
приходилось. Не выдержал, влез в сеть до срока - и вот расплата.
Однако, быстро же его отследили! Все из-за проклятого
эхотрека... Но против природы не попрешь.
Улицы были пустынны. Несколько поворотов, и Аурел оказался в
знакомом дворике. Вон его верный мотоцикл, потрепанный, но
безотказный "Сигейт-Барракуда", сгусток железной мощи,
укрощенная скорость, втиснутая в четыре цилиндра. Ладони
сомкнулись на шершавых рукоятках, тихо заурчал двигатель.
Накинув на голову шлем, Аурел тронул мотоцикл с места и молнией
вынесся со двора. Теперь ему бы только вырваться на трассу,
ведущую к перегону... а в степи его не достанет никто, кроме
ветра. С ветром же Аурел дружил.
Огни сити сливались в ломаные цветные полосы. Аурел не выбирал
улиц: просто несся, стараясь править к востоку. Справа вонзались
в небо восьмиэтажные иглы высотников сумеречной зоны. Кажется,
его не преследовали. Освобожденная мощь "Барракуды" давала
верный шанс на спасение. Аурел не любил терять верные шансы.
Напротив, он очень любил их использовать.
В городе его засечь не успели. Странно. Словно кто-то из хакеров
влез на пару минут в массивы полицейских серверов и славно там
пошалил. Полицаи, конечно, быстро вышибли смельчака и навели
порядок, но за пару минут Аурел успел проскочить сити насквозь и
вырулить на гладь перегона. Желтый язык света выхватывал из тьмы
укатанную плоть равнины, а огни города отступили в ночь. С
наступлением сумерек перегон быстро пустел, потому что люди не
любили ночные поездки. Да и днем на перегоне тоже не слишком
тесно.
Он оторвался. Интересно, надолго ли? Впереди на многие мили и
километры только прожаренная солнцем степь. Позади - мегаполис,
средоточие жизни и изменчивой информации, муравейник, не
засыпающий ни на миг. Одноэтажные коттеджи, вечный сумрак в
прокуренных барах и закусочных. Кстати, а еды нет совсем. С
водой проще, ручьи у перегона встречаются. Словно назло засосало
под ложечкой - без малейшего промедления, едва только Аурел
сообразил, что пустился в путь без припасов.
Это плохо.
В тот же миг свет фар коснулся одинокой фигуры, стоящей на
обочине. Коротко вспыхнула отраженным огнем серебристая куртка.
Аурел инстинктивно вильнул в сторону, соображая что за псих мог
торчать в степи ночью, но тут же ударил по тормозам, убеждая
себя, что ему почудилось. Обернулся.
Человек бегом поравнялся с замершей "Барракудой" и Аурел
убедился, что ему вовсе не почудилось, потому что сразу
перехватил взгляд из-под очков-звездочек.
Это была она, девушка из бара, подружка кого-то из хакеров. Или
сама - хакер. Встречаются ведь хакеры и среди девчонок? Редко,
правда.
- На!
У нее был низкий, как у Аманды Лир, голос и сильные руки:
протянутую сумку (его, Аурела, сумку) Аурел едва удержал. Внутри
что-то звякнуло; не иначе вторая бутылка "Осеннего бархата", так
и не откупоренная Аурелом в "Потерянном кластере". А увесистость
сумке придавали, не иначе, консервы. По крайней мере, очень
хотелось так думать.
Девушка, смешно склонив голову, натянула шлем-колокол, который
держала во второй руке, и уселась позади Аурела, положив ладони
ему на обтянутые джинсой плечи.
- Трогай!
Аурел машинально пристроил сумку в захват над баком и дал газ.
"Барракуда" радостно сожрала первые метры перегона и помчалась в
ночь, унося прочь от сити двух седоков с той же легкостью, с
какой до сих пор уносила одного.
~# run console 2
@comment: sliderfinding
Лощинин позвонил Злыдню утром в среду. Мелодичное пение бластера
сдернуло Жмура с постели. Злыдень долго не подходил к терминалу,
но вызовы не прекращались и он, чертыхаясь вполголоса нашарил
пульт.
- Спишь, Злыдище? - бодро спросил Лощинин.
Злыдень тотчас подобрался.
- Легли поздно, Володя... Сам знаешь - хакер существо
сумеречное.
- О моем заказе не забыл? - осведомился Лощинин, хмыкнув.
- Нет. Не забыл.
Злыдень отвечал с достоинством. Чувствовалось, что к Лощинину он
относится с уважением, но не как к высшему существу. Жмур,
затаив дыхание, вслушивался, потому что дверь плохо пропускала
звуки. Впрочем, когда Злыдень ночью резался в свежий "Винг
коммандер" завывания бластера прорывались в спальню Жмура вполне
успешно...
- И прекрасненько. Просыпайся, да буди своих обормотов. Работать
пора. Поволынили малость, и хватит...
- Добро. Значит, ты не против, чтоб Жмур с Рюкзаком тоже
включились?
- Не против. Заплачу, не обижу. Если нужно - можешь вызвать кого
нибудь еще.
- Справимся.
- И ладно. Через час познакомлю вас с силовым крылом; наводить
их будете вы. Ну и подробности обговорим. До сессии...
Лощинин отключился. Злыдень тут же полез в холодильник,
похрустел колечком банки и, после пятисекундной паузы, без
сомнения употребленной на добрый глоток, зычно заорал на весь
дом:
- Подъем, Жмурилло! Работа начинается!
Рюкзак сразу все понял и полез в бассейн просыпаться. Жмур вяло
смочил бороду в ванной комнате и решил, что пиво с утра - это
прогрессивно, в связи с чем надо ползти либо в берлогу к Злыдню,
либо к бассейну. Выбрал он бассейн, потому что на дворе светило
солнце, воздух был свеж, а не затхл, как в берлоге, да и желание
окунуться могло возникнуть. Повалившись в кресло рядом с
холодильником, Жмур основательно и со вкусом предался прогрессу.
Через час они засели за терминалы. Злыдень сконнектился с
Лощининским сервером; все трое вклинились в мультиюзерную
конференцию. Видеотреки извергли сложные, разбитые на небольшие
кубики независимые голограммы. Лощинин сидел у себя в кабинете,
Малик, как обычно на складе; проныра-Заявлин, подключился из
милой комнаты, где буквально во всем чувствовалось женское
присутствие; ребята из силового крыла куда-то ехали, во всяком
случае пять непрошибаемо-вежливых физиономий взирали на
собеседников с трех автотерминалов.
- Где твое подкрепление, Миша? - негромко и ласково спросил
Лощинин. Чувствовалось, что Заявлин у него уже в печенках сидит.
И на свободу не собирается.
Заявлин развел руками - на нем был пестрый халат с широченными
рукавами, возможно, что и женский.
- Сам не пойму, Володенька. - Заявлин был само радушие и
трудовое рвение одновременно. - Они прибыли, я уточнял. Должны
были выйти на связь, но не вышли. Впрочем, хинт у них такой,
чтоб сразу бросились искать нашего героя с неровным почерком...
Может, они ищут?
Предположение было сомнительным, и это явно читалось по лицу
Лощинина. Малик широко улыбался, но молчал.
- Ладно, - проворчал Лощинин. - Хрен с ними. - И обратился к
Злыдню.
- Дело такое: мы вытащили несколько человек из-за барьера.
Помнишь, Камилл рассказывал? В общем, он не врал. Барьер
действительно проницаем. И героя нашего Камилл знает. Короче, он
порекомендовал вызвать оттуда умелых ребят... и я вызвал. Искать
Фриппи будете независимо, но с момента обнаружения начнете
работать в сцепке. Вы трое, - Лощинин кивнул на секторы Злыдня,
Жмура и Рюкзака, - в стационаре. Забарьерная команда -
мобильная, будет носиться по перегону, потому что Фриппи рванет
туда, если мы не успеем его локализовать и взять за вихры. А мне
что-то подсказывает: можем не успеть. Силовое крыло - полностью
ваше, Злыдень. Только назовите адрес. Если Фриппи возьмут,
будете потрошить его станцию на предмет... э-э-э... ну, ты
знаешь на предмет чего.
- Думаешь, мы не справимся? - ревниво спросил Злыдень. - Зачем
нам эти чужаки?
Лощинин враз стал жестким, как умелая защита перед закрытыми
файлами.
- Справитесь. Но предстоит много работы на выезде, а ты - старая
кабинетная крыса и на выезде работать не умеешь.
- Это правда, - вздохнул Злыдень. - Не умею. Да и не люблю.
- Потому и не умеешь, - проворчал, оттаивая, Лощинин.
- А что Энди? - вкрадчиво поинтересовался Злыдень с самым
невинным видом и Жмур внутренне обрадовался, потому что даже
присутствие Энди где-то на дальнем срезе капилляра прибавило бы
сил и уверенности. И - что немаловажно - везения.
- Да нет его... - поморщился Лощинин. - Шабад с Горовенкой его в
Волосово утащили... психи. Три дня как. И терминал, стервец, с
собой не взял. Ты ведь знаешь, Шабад клаву из принципа не берет
- говорит, в воде человек должен быть абсолютно свободен от
прозы внешнего мира.
- А Горовенко? - спросил Злыдень, приподняв бровь. - Тоже не
берет?
- А Горовенко, мон шер, к моменту отъезда на таких бровях был,
что не то что клаву - акваланг мог забыть.
- Кстати, - встрял Заявлин. - Акваланг он таки забыл...
Жмур оживился.
- Ну-ка, ну-ка... Кто же их повез, если Горовенко надринькался?
- Царевский, кто же еще... - Лощинин с досадой фыркнул и отпил
из узкого бокала. Бренди, должно быть. Не чай же из бокалов
пить?
- Интересно, - мечтательно протянул Жмур. - Скольких они по
дороге задавят?
Царевский обыкновенно ездил на "Басте" и скорость ниже ста
десяти не признавал, а любимым словом на все случаи жизни у него
было истошное "Давить!"
- Бардак, - прокомментировал Злыдень с нескрываемым одобрением.
- Маньяки.
- Я отловлю Энди, как только он появится... если он еще будет
нужен, - заверил Лощинин и хлопнул ладонями по глади стола.
Бокал тихонько звякнул, подпрыгивая. Ладонь Лощинина с
растопыренными длинными пальцами метнулась и не дала ему
опрокинуться. - Какие вопросы?
- Да никаких, - пожал плечами Злыдень. - Разве только скажи, как
с твоими ребятами связаться.
- С Шамилем и его гвардией, - Лощинин указал на немногословное
силовое крыло, - просто: я забил от тебя прямой линк на их
терминалы. А с забарьерниками - пока сам не знаю: они
просмотрели первую часть хинта и наглухо отключились. Всплывут -
сообщу. Кстати, от меня к тебе тоже прямой линк. Пользуйся.
- Ты б еще выделенку протянул, - проворчал Злыдень, втайне
надеясь услышать неожиданную новость, что выделенка уже
протянута, но Лощинин его разочаровал.
- Облезешь. Я пока не миллионер.
Злыдень вздохнул и попрощался. Жмур с Рюкзаком тоже попрощались,
но без вздохов. Утопив Alt/Esc, Злыдень прервал сессию.
Спустя минуту он встал.
- Рюкзак, будь другом, поставь кофе...
Это значило: "За работу, граждане. Охота начинается".
И они принялись за работу. Отчетливо щелкали клавиши, холодили
виски гладкие поверхности мнемоюстов, мерцал экраном "Пойя"...
Кофеварка практически не выключалась, пока двое погружались в
киберспейс, третий отпаивался и отдыхал. Время исчезло, стало не
более чем функцией, четырьмя цифрами в уголке поля зрения. Сеть
пела, вбирая в себя людской интеллект, а завсегдатай чувствовал
себя в сети лучше, чем в собственной кровати - если у него
имелась собственная кровать.
Потягивая кофе, Жмур расслаблялся. В берлоге было сизо от дыма и
почти темно. На дворе ночь растворялась в накатывающем утре, а в
берлоге мало что менялось.
Было безумно приятно глядеть на работу Злыдня. Жмур, и сам не
промах в сетевых делах, всегда проникался легкой завистью когда
приходилось быть свидетелем этого действа. Дополнительный кайф
состоял еще и в том, что не всякий зритель понял бы, что вообще
происходит. Жмур понимал.
Злыдень шарил на стыках бекбона с крупнейшими артериями сити.
Разбрасывал следящие программульки-скрипты, лепил их к базовым
модулям, оставлял в толщах массивов. Он сейчас был похож на
паука, развешивающего липкие тенета. Скрипты его поражали
простотой и рациональностью, хотя с первого взгляда работать не
могли в принципе. Похоже, Злыдень и сам не понимал почему они
работают. Но писал их, если нужно, пачками.
Замысел его был прост, как опавший лист. Раз лопух-Фриппи везде
оставляет неповторимый трек, то его и ловить нужно по этому
треку. Скрипты для того и развешивались: как только Фриппи
куда-нибудь влезет и выпотрошит чью-нибудь базу, трек будет
засечен. Отследить откуда состоялся доступ было плевым делом -
для Злыдня, по крайней мере. Даже если сессия продлится всего
доли секунды.
Впрочем, Фриппи оказался не таким уж лопухом: две недели в сетях
он попросту не присутствовал. Вероятно, выжидал. Но Злыдень,
действительно как паук, терпеливо развешивал все новые и новые
скрипты, просматривая попутно мегабайты поступивших логов.
Жмур ползал по взломанному серверу Лощинина и искал лазейку.
Тщетно. Он так и не понял, как влезли на обесточенный сервер,
потому что доподлинно выяснил: аварийного питания не подавалось
даже на процессорные модули. Злыдень ворчал, но не слишком
ретиво, ибо и сам не понимал как сумели слить чертов лощининский
файл.
~# skip a period
Время шло. Злыдень отследил двух недоумков, что пытались сломать
защиту его скриптов и с наслаждением покилял им рабочие области
на локальных хардах. Хакеры поопытнее, особенно первичники,
(таких оказалось на удивление много) - просто стали втихаря сами
подбрасывать Злыдню нужные логи. Злыдень рассыпался в
благодарностях, тоже не афишируя имена смышленых первичников,
хотя хакерам благодарность не свойственна. Впрочем, Злыдня в
сетях уважали...
Теперь, когда сети были расставлены и приходилось лишь ждать,
кофе временно отодвинулся на второй план, уступив первенство
пиву. Сидеть втроем в берлоге тоже стало не к чему. Изредка
вызывал Лощинин и интересовался как дела. Пару раз возник
Заявлин. Ребята-забарьерники себя никак не проявляли, хотя
Злыдню показалось, что в сети он натыкался на странные области,
напоминающие чем-то его собственные скрипты-сторожа, но влезть
туда с ходу не удалось, а потрошить не возникло желания.
Единственное, что Злыдень выяснил, эти штуки сооружал в сети
некто по кличке Бай. Такого хакера Злыдень не знал, хотя по
логике должен был бы знать. Если судить по грамотной защите.
Хотя - мир велик.
Фриппи проявился вечером, когда Жмур расслабленно попивал пиво,
Рюкзак по обыкновению мок в бассейне, а сам Злыдень, умаявшись
за ночь и большую часть дня, спал прямо в берлоге, уронив голову
на стопку распечатанных логов. Бластер вдруг взвыл, словно
полоумный койот, ожил притихший было "Пойя", выплеснув на
матово-серую поверхность экрана алый язык аларм-графа. Злыдень
подпрыгнул и метнулся к клавиатуре и мнемоюстам. Сон вмиг слетел
с него.
Скрипты засекли новый трек-файл с извинениями за неровный
почерк. Фриппи выполз из норы.
Злыдень лихорадочно вломился в пределы чьего-то холда,
принюхиваясь на ходу, словно борзая. Жмур без напоминания
манипулировал трейсером, отслеживая состоявшийся доступ. Рюкзак
в мокрых плавках плюхнулся за терминал и вызывал лощининских
торпед, дежуривших в машине напротив конторы Лощинина.
- Сити, восточный сектор, где-то неподалеку от "Зонул Сенсера"! -
сообщил Жмур.
- Точнее! - рявкнул Рюкзак.
Далеко в сити, за полмиллиона километров от берлоги Злыдня,
жалобно взвизгнули покрышки и автомобиль, роняя на дасфальт
овальные пятна света, метнулся к магистрали восточного сектора.
Четверо молчаливых парней с одинаковыми мощными, стрижеными
ежиком затылками деловито заряжали пистолеты и навинчивали
глушители. Пятый сосредоточенно вел машину, прислушиваясь к
голосам из терминала.
- Квартал телецентра... Улица Диденко... Рамон-сервер...
Бормотание Жмура становилось все более азартным.
- Есть! Бар "Потерянный кластер"! - наконец радостно сообщил
Жмур, стрекоча клавиатурой. - Терминал "Джей", десятый из
двадцати трех!
- Понятно, - коротко отозвался кто-то из крепких ребят в машине,
а сидящий за рулем прибавил скорости.
Жмур вызывал Лощинина.
~# run console 1
@comment: w/o
Река была широкой, как Днепр под Киевом. У сам...
