Роберт Шекли. Варианты выбора
сторінка №4
... Ормсли осталсяжив, он до сих пор живет в Сан Мигуле де Альенде, но нос его порядочно
искривлен в результате довольно необычного дорожного происшествия. Орхидий
отсиживает десятилетний срок в тюрьме Фулсом Призон за подделку почтовых
отправлений. Он клянется, что невиновен, что автору необходимо послать
деньги на его залог, чтобы выбраться на поруки издателя, и я сделаю все,
что в моих силах, чтобы помочь этому неудачнику. Различные создания в этом
творении умирали по-разному. Автору этого творения хочется выбежать из
дома и зарычать, но, вероятно, он ограничится сопением. Мир вам всем и
спокойной ночи.
46
Мишкин грациозно порхал по контурам своей жизни, останавливаясь то
там, то здесь, чтобы сменить джинсы, замшевые брюки, черные бандитские
шляпы, изредка делая паузы там и тут на незапланированное питание. Мишкин
с прищуренными от ветра времени глазами, чуть заметно ухмыляющийся Мишкин
со сведенными от напряжения челюстями, его руки крепко держат штурвал
корабля сновидений. Принц шутов, Мишкин, с ухмылкой клоуна, хитрый, как
мальчик на побегушках. Разве не был он вестником никем не запланированных
несчастий? Мишкин, с застывшей на лице улыбкой и обаятельными манерами,
продирающийся через чащу своих приключений. Вот он, Мишкин, катается за
пятьдесят центов на всех аттракционах, сохраняя свою индивидуальность ради
жизни, в то время как карусель кружит его образы, как опавшие листья.
Мишкин делал вид, что он тот, кто он есть на самом деле.
47
Мишкин сидел в театре памяти и почесывался. На ярко освещенной сцене
появилась картина: женщина держит на руках ребенка. Мишкин узнал в нем
своего ребенка. Послышался громкий голос:
- Мишкин, что ты чувствуешь?
- У меня зуд, - ответил Мишкин. - Кроме того, у меня такое чувство,
что я забыл заполнить бланк подоходного налога за этот год.
Кислота - это усилитель. Мыло - это эмульсификатор. Выбирайте сами.
Если не можете справиться с нарушениями в хромосомах, купите
усовершенствованные хромосомы.
Раньше я боялся, что сойду с ума. Сейчас я боюсь, что не сойду с ума.
48
Дорогой Том!
Решил написать тебе письмо, узнать, как ты там, да намекнуть, как
поживает твой искренне, друзья и компания. Помнишь Марту? Ее здесь уже
нет, опять взялась за старое, на этот раз это огромный топаз на выставке в
музее ислама в Трапезунде, вот уж действительно нашла место. Агна опять
раскололась, и знаешь, это придало ей больше уверенности. Твой маленький
племянник Феликс избран на полный срок магистром неоэлезианских таинств.
Говорят, что он, кроме всего прочего, еще и ясновидец, но я думаю, что
такой цинизм в отношении малыша неуместен. Предполагаемый цинизм, ведь мне
не дано ничего, чтобы я мог хоть что-то понять.
Местные новости: синхронность прошла еще один виток, и вся толпа
бросилась на поиски "просветляющих событий и случайно появляющихся
объектов". Эта микстура "квадратной рожи" Шелли до сих пор яд для рабочих.
Она делает их совершенно безвольными, но все это к лучшему. И так далее, и
так далее.
Что касается меня, то все в порядке, как, впрочем, и ожидалось. Я
слишком поздно вошел в игру, мне предстоит еще многое преодолеть. Однако
мне удалось постичь первичные жизненные системы, несмотря на жуткие
предсказания доктора Чанга. Так что сейчас я могу заняться своей опавшей
мускулатурой. Добиться полного контроля нервной системы все еще
трудновато, и иногда мне кажется, что я попросту брошу все к чертям и
усядусь под деревом.
Вокруг, как всегда, шляется целая толпа святых, и от них, как всегда,
противно воняет. Чудакам числа нет.
Кажется, это все местные новости, которые я могу припомнить, и я
тороплюсь выложить их тебе. Я все еще не могу понять, почему ты выбрал
приключения во внешней системе, а не во внутренней. Слабое место старого
психа? Или же ты все делаешь в пику нам, старый пес? На тебя это похоже -
заявить о небольшом космическом полете во внешнюю систему, а затем
одурачить нас, окунувшись в глубины абсолютного "Я". (Но если это так, как
ты обеспечил связь? Или ты использовал метод двойного противодействия?
"Мозг" трещит.)
Я попросту считаю, что ты избрал сложный путь познания (или
отрицания) майя, так что нет необходимости напоминать тебе о ждущих
впереди опасностях и пропастях, поскольку ты лучше меня знаешь о
зеркальных деформациях в театре "самого себя". Разумеется, я только что
напомнил тебе об этом, но не хочу тебя обидеть, я знаю, что даже
величайшие умы могут обнаружить истину в словах дурака.
Все твои бывшие жены вновь вышли замуж, что ты наверняка предвидел.
Некоторые из твоих детей сменили фамилию, что, вероятно, для тебя явится
неожиданностью. Но, может быть, ты ко всему готов?
Твой Отто.
49. НЕ ЗАПОЛНЯЙТЕ ПРОПУСКИ
Эти явные непоследовательности были придуманы и внедрены ради вашей
безопасности и благополучия. Просьба не путать их с "логическими"
звеньями. Подобного рода преждевременные действия нарушат их фактичность,
а это может привести к опасному - а возможно, и фатальному - состоянию
случайностей событий, происходящих с вами. Рекомендуем экстремальную
расслабленность восприятия. Помните, что обзор на нижнем уровне - это ключ
к общему восприятию поля.
Благодарю вас.
Джон Макферсон, Комиссар департамента умственной гигиены общества.
50. ШЕПОТ ЗА СЦЕНОЙ
"Повторения неизбежны".
"Действуйте методом разделения".
"Кто-то пытается мне что-то сказать?"
"Следите за изменениями".
"Следует ожидать отклонений".
51. НАПОМИНАЮЩЕЕ УСТРОЙСТВО
Мишкин увидел магнитофон на ножках. Он подошел и включил его.
Записанный на пленку голос произнес: "Это послание записано с той целью,
чтобы напомнить вам не забыть послание, чтобы напомнить вам не забыть. "
52
- Да, сынок, это действительно впечатляющее зрелище - крупнейшая
фабрика причин и следствий во всей чертовой Галактике. Работает довольно
просто. Мы закладываем причины в этот бункер, а следствия - в этот бункер.
дальше дело за машинами, много шума и стука, и вот отсюда выходит готовая
продукция - прекрасно упакованные причинно-следственные блоки без
какого-либо заметного глазу шва. Наши упакованные причинно-следственные
блоки могут использоваться на любом суде, в каком бы уголке галактики это
ни происходило.
Мы не имеем дела с этими новоиспеченными идеями о последовательности
и синхронности и с прочей чепухой. Здесь, уж если тебя лягнула лошадь, то
у тебя сломана нога, или же у тебя болит живот от того, что накануне ты
съел кусок итальянской колбасы. Вот так все и осознают, где они находятся.
Черт побери, почему происходят такие вещи? И все же иногда это
случается. Иногда причина и следствие категорически отказываются
совмещаться. Когда это происходит, и мы не знаем, как это объяснить, то мы
предпочитаем называть такое явление божьей волей. Так что я подозреваю,
что все происходящее с тобой было изъявлением божьей воли, и я думаю, нам
следует преклонить колени в молчаливой молитве.
53
Мишкин подошел к длинной веренице людей. Один из них, крайний слева,
прислушивался к тихо звучащему транзисторному приемнику. Он услышал что-то
интересное, повернулся к соседу справа и прошептал: "живем только один
раз. Передай дальше".
54
Том Мишкин и Джеймс Брэдли Супер сидели за столом. На него залезла
мышь и начала расставлять блюда, подавать картофельное пюре, резать
ростбиф.
- Она всегда этим занимается? - спросил Мишкин.
- Должна признаться, что ситуация довольно необычная, - сказала мышь.
- Позвольте мне объяснить. Во-первых, я еврейка, во-вторых...
- Подавай эту чертову еду! - загремел супер.
- Не возбуждайтесь, - сказала мышь и продолжила работу.
- Кстати, расскажу тебе об одном интересном случае, который произошел
со мной, - сказал Супер.
55
Игрок вытянул три карты и раздраженно махнул рукой. - Я вошел в эту
игру без всякой ставки и с дурацкими картами, - сказал он, - но этот кон
всему конец. - Он вытащил из кармана револьвер и пустил себе пулю в лоб.
Его место занял другой, взял себе карту, ухмыльнулся и поставил на
кон свою жизнь.
Пейзаж в крапинку. Белая птица печали. Белые глаза. Белые ночи.
Пробел.
Как тот человек, который поджег пальто своего друга, услышав команду:
"Зажечь Честерфильд!"
Серебряные лебеди обмениваются софистикой.
56
- Как долго будут продолжаться галлюцинации? - спросил Мишкин.
- Не очень долго.
57
- Что это? - спросил Мишкин.
- Это, - ответил Орхидий, - прибор для изменения реальности.
Предмет размерами и формой был похож на страусиное яйцо. На одной
стороне было написано: "вкл". На другой стороне: "выкл". Выключатель был
установлен в положение "выкл".
- Где ты его достал?
- Купил в магазине "Все с Земли", - ответил Орхидий. - Он стоит 9,95
долларов.
- И он действительно изменяет реальность?
- Должен, по крайней мере. Я его еще не испытывал.
- Неужели это возможно? - удивился Мишкин. - Как может вещь, стоящая
9,95 долларов, изменять реальность?
- За такую цену его трудно было не купить, - сказал Орхидий. - Но мне
кажется, что он не работает.
- Откуда ты знаешь? - спросил Мишкин. - Ты же его еще не испытывал.
- Я не думаю, что есть необходимость испытывать его, - сказал
Орхидий.
- Разумеется, есть! Включай же!
- Сам включай.
- И включу, - сказал Мишкин, взял в руки яйцо и перевел выключатель в
положение "вкл". Они оба стояли и ждали несколько секунд.
- Ничего не происходит, - заметил Орхидий.
- Мне тоже кажется, что нет. Но как мы можем знать, произошло ли
что-нибудь? Я имею в виду, что если что-то произойдет, то это для нас все
равно будет казаться реальностью.
- Правильно.
- Может, лучше выключить его?
- Что выключить?
58
Героическая фигура человека с флейтой в одной руке и со змеей в
другой.
- Войди, - говорит человек.
Женщина с рогами на лбу, с серпом в одной руке и с гранатом в другой.
Женщина помогает вам снять пальто.
Человек с головой шакала, полностью обнаженный, на нем лишь крылатые
сандалии. В одной руке он держит свиток папируса, в другой бронзовый диск.
Человек говорит: "первые три ряда немедленно усаживаются".
Сколько еще напоминаний нужно человеку?
59
Картинка-головоломка. В этом запутанном пейзаже спрятался Бог.
Первый, кто правильно назовет себя, в качестве награждения получит
совершенно бесплатно Сатори. Второй приз - уикэнд в Гроссингерсе.
60
- Как долго будут продолжаться галлюцинации? - спросил Мишкин.
- Какие галлюцинации?
61
В возрасте двенадцати лет Мишкин так любил бога, что односторонне
нарушил обязательства женитьбы.
Мишкин и сегодня неверен себе, он предпочел шикарный спортивный
автомобиль и замшевую куртку своему пылкому постоянству и безграничной
любви.
- Ваша проблема, - сказал психиатр, - заключается в неспособности
любить самого себя.
- Но я люблю себя! - воскликнул Мишкин. - Люблю! Я действительно
люблю себя!
- Вы думаете, я вам поверю? - спросил психиатр. - Я вижу, что вы
обращались к Сартру, Камю, Монтеню, Платону и Торо - и это лишь небольшой
перечень ваших увлечений. Когда же вы перестанете заниматься этими
непрерывными, абсурдными и ничего не стоящими аферами?
- Я люблю себя, - заплакал Мишкин, - правда, люблю.
- Все еще курит, - заметил психиатр, - подвержен летаргии, пассивен,
не может себя контролировать. Ведь именно так вы обращаетесь с тем, кого,
как вы утверждаете, любите?
62
Мишкин нашел в лесной чаще апостроф. Он заблудился и тихонько плакал
про себя. Мишкин взял его на руки и погладил по мягкой шерсти. Апостроф
вцепился в плечо Мишкина острыми когтями. Мишкин не обратил внимания на
боль и продолжал курить сигарету.
Они забрали у него перфокарту и проперфорировали ее. Тотчас же он
почувствовал облегчение, затем скуку, потом уже возбуждение. Как только в
руки Мишкина сунули новую перфокарту, он снова почувствовал себя
нормально.
Следы вели дальше, в глубину чащи. Мишкин шел по следам. Он был
хорошо вооружен и готов к встрече с мифическим существом. Вскоре он увидел
его впереди себя и поспешно выстрелил. Слишком поздно он осознал, что
подстрелил одно из своих собственных воплощений. Воплощение скончалось. У
Мишкина возникло чувство потери, которое неизбежно перешло в чувство
облегчения.
63. НЕПРИЯТНОСТИ ЧЕЛОВЕКА С ТЫСЯЧЬЮ ЛИЦ
Человек с тысячью лиц сидел в своем временном офисе и размышлял о
проблеме Мишкина и детали для двигателя. Получалось так, что обе проблемы
никак не хотели складываться в единое целое, не представлялось никакой
возможности добиться необходимой точки пересечения. Никакой дороги к
желаемой цели видно не было.
Вследствие вовлеченных в эти проблемы трудностей человек с тысячью
лиц был вынужден придумать самого себя - де дю ех масниуа - молча
стоявшего в данный момент перед аудиторией, пытаясь объяснить то, что он
не мог объяснить самому себе.
Создав самого себя, человек с тысячью лиц занялся изучением
собственной личности. Было ему действительно необходимо объяснить самого
себя? Он тут же отбросил эту необходимость. Ему предстояло лишь объяснить
тот факт, каким образом Мишкин и деталь от двигателя столкнулись вместе.
Действительно, как это произошло? Неужели в этом была необходимость?
- И вот таким образом они пришли к безвременному концу - Мишкин,
космический шут, и деталь двигателя, самая жестокая и парадоксальная часть
его шутки. Да, они исчезли, и в тот же миг Земля упала на Солнце, Солнце
вспыхнуло и превратилось в сверхновую, а вся галактика провалилась в
черную дыру в пространственно-временной материи, и таким образом
закончилось трагикомическое существование человечества, прекратились все
драмы.
Ну нет, как бы это ни было соблазнительно, но это не подходит.
Мишкину и детали двигателя просто необходимо было столкнуться вместе,
необходимо было решить первичную проблему, сдержать все обещания и
сохранить соблазны. И только лишь после этого, но ничуть не раньше, можно
было все взрывать.
Итак, вновь та же самая проблема! Перед человеком с тысячью лиц все
еще стояла неприятная задача завершения работы, для которой он сам себя
создал.
Он погрузился в размышления. Ничто не мешало ему и его полному
уединению. В голове его бродили обрывки фраз: "Любой наркотик, который
отнимает у вас все силы - это хороший наркотик". "Депрессия неизбежна".
"Загрязнители". "Париж".
Усилием воли человек с тысячью лиц вновь заставил себя вернуться к
проблеме детали двигателя. Где же находилась эта проклятая штуковина?
Скорее всего, на каком-то запыленном складе на Земле, в ожидании ее
извлечения для развлечения терпеливого читателя.
- Но кому нужен этот терпеливый читатель? - огрызнулся человек. Тем
не менее, дело обстояло именно так: согласно контракту, он обязан сам себе
написать балет для кататоников.
Человек попытался взять себя в руки.
- Я начинаю сходить с ума. Несуществующие проблемы до предела
реальны. А что же все-таки он имел в виду?
Вот в чем, оказывается, дело! Люди, живущие в стеклянных псише, не
должны разбрасываться словами.
За работу. Человек с тысячью лиц взял в руки логарифмическую линейку
и использованную граммофонную иглу. Итак: деталь двигателя стала сердцем
орла, началом начал, журчащей водой, льдом. Для данной серии пока
довольно. Итак, все сначала: клад, зарытый в земле, хрустальный кубок,
станок, смех, летучая мышь, выкидыш, редуктор.
Вот это уже больше похоже!
Двигаясь уже с большей уверенностью, человек с тысячью лиц заложил
все имеющиеся данные в рециркулятор и повернул его на три оборота. Затем
он нажал на кнопку "выход". И тут же появилась антилопа верхом на полярном
медведе. Бесполезно! Стоп, минутку... Полярный медведь... Да, вот в чем
дело: полярность заключает в себе антибег! Нарушение функций "йин",
вероятнее всего, индуктивное.
Ну, а сейчас можно заложить все это в модулятор.
64. ВНОВЬ ПРИНЦИП РЕАЛЬНОСТИ
В это утро Джонни Аллегро чувствовал себя скверно. Надев на голову с
черными блестящими кудряшками котелок, он поправил запонки на рукавах
мохеровой рубашки шоколадного цвета. Сейчас он был готов к бизнесу.
Зазвонил телефон. Аллегро быстро поднял трубку.
- Аллегро слушает.
- Джонни? Это Гарри ван Орлен.
Аллегро живо представил себе пузатого телохранителя с отвисшей
челюстью, с небритым лицом и грязными ногтями.
- Ну что там у тебя? - бросил Джонни в трубку. Он терпеть не мог
этого дешевого телохранителя, хотя его бизнес требовал присутствия
последнего зачастую по восемнадцать часов в день.
- Дело вот в чем, Джонни. Помнишь работу, которую мы выполнили на
Саут-Найн Стрит?
- Да, - огрызнулся Джонни, тотчас же узнав эвфемизм, имеющий
отношение к недавнему ограблению складов компании "Вел-Райт Сторидж" на
Варик-Стрит.
- Дело в том, что мы нашли покупателя на все оборудование, за
исключением какого-то узла, и не знаем, что с ним делать.
- Что это за вещь? - спросил Джонни.
- Это какое-то устройство с маркировкой "деталь двигателя
космического корабля L-1223A". Ее должны были отправить какому-то парню по
фамилии Мишкин на планету под названием Гармония.
- Ну так продайте ее!
- Она никому не нужна.
- Ну и выкини ее куда-нибудь! - Джонни бросил трубку, ругаясь про
себя. Он терпеть не мог, когда его подчиненные подсовывали ему какие-то
проблемки, которые спокойно могла бы решить обезьяна, катаясь на склоне
холма на роликовых коньках. Но еще больше он не мог терпеть ненужной
инициативы.
Именно в тот момент к нему пришла одна мысль: а что если послать эту
деталь двигателя тому парню, как его там, Мишкин, что ли, да приобрести
себе репутацию эксцентричного филантропа. А потом уже он мог бы совершить
еще несколько благовидных поступков, а уж после этого можно и выставить
свою кандидатуру на выборах.
Он протянул руку к телефону.
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ворвались трое
полицейских и сам автор, держа в руках револьверы.
Джонни зарычал от ярости. Благодаря отработанным рефлексам он
молниеносно нырнул под стол, прежде чем пули прошили пространство, где
только что сидел Джонни.
- Хватай его! - закричал автор. - Он знает, где находится деталь!
Но Джонни уже успел нажать под столом голубую кнопку. Часть пола под
ним провалилась, и джонни скользнул в шахту, ведущую в гараж, где его ждал
мерседес SL-300 с тихонько урчащим мотором.
65
Спустя несколько дней на прохладной, покрытой рафией, веранде
большого, пожелтевшего от времени дома в нижнем Ки-Ларго, профессор Джон
О. Мак-Алистер переживал странный момент растерянности. Такое чувство было
ему незнакомо. Рядом с ним стояла Луиза, его высокая красивая жена с
каштановыми волосами. Она только что вышла на веранду.
Прежде чем Луиза успела произнести хоть слово, на веранду выбежал Тай
Оливер, светловолосый парень с зажатой в кулаке пятеркой. - Ну, кто со
мной в пул? - дурашливым голосом закричал он.
- Только не сейчас, Тай, - мягко ответил ему профессор.
Тай повернулся, собравшись уходить. Но тут даже для его неопытного и
нетренированного глаза стало ясно, что в поведении профессора и его жены
было нечто странное, а он знал их всего лишь один месяц, но любил больше
всех на свете.
- В чем дело? - спросил Тай.
Прежде, чем кто-то ответил на его вопрос, младшая сестра Луизы
Мак-Алистер, Патти, спустилась по внутренней лестнице и вышла на веранду.
Хотя ей не было еще и семнадцати, Патти была довольно хорошо развита для
своего возраста. Она уселась в выцветшее зеленого цвета кресло и вытянула
свои длинные красивые ноги.
- Ну, Джон, - со сладкой улыбкой спросила она, - так в чем же дело?
Профессор Мак-Алистер заметно побледнел, несмотря на загар. Он
заметил, что глаза его жены расширились.
- Подожди-ка минутку, я...
Дверь на кухню открылась. На веранду вышли Чанг, китаец-повар, Киото,
мальчик-слуга с Филиппин, и Мэри Лу, горничная с Ямайки. Не говоря ни
слова, они выстроились вдоль стены. На этот раз побледнела Патти.
Наступило долгое молчание. Затем Тай сказал:
- Я, наверное, пойду домой. Краска на птичьей клетке уже должна
высохнуть, так что я...
- Не торопись, Тай, - прервал его Мак-Алистер. - Мне кажется, здесь
есть кое-кто, с кем тебе необходимо поговорить.
Дверь, ведущая в подвальное помещение, открылась, и на веранду вышли
одноглазый карлик, тощий человек в черном костюме и две хихикающие
белокурые девчушки-близнецы.
- Ну, а сейчас можно кое-что и прояснить, - сказал Мак-Алистер. -
Во-первых, что касается этого загадочного пакета, который Эд Уайттэйкер
обнаружил в трюме мусорной шаланды "Клотильда" за два дня до того, как он
исчез...
- Ну, - выдохнула Патти.
- В нем находилась всего-навсего деталь двигателя для космического
корабля. Ее необходимо отправить некоему Мишкину на планету Гармония, и в
присутствии судьи Кларка я отправил ее в службу срочной доставки в
Дэйд-Каунти.
Патти облегченно откинулась назад.
- Ну что ж, значит, все в порядке? Все мы были кучкой дураков.
- Возможно, - сказал Мак-Алистер. - Но мы до сих пор не услышали
объяснения всего остального.
Профессор Мак-Алистер задумчиво оглядел всех собравшихся на веранде.
- Для этого, - сказал он, - потребуется еще немного времени. Он
подошел к серванту и налил себе стаканчик.
66
Надпись на двери гласила: "Компания Непрерывность, инк.". Дядюшка
Арнольд вошел, и его провели в кабинет Томаса Гратуэлла.
- Я насчет своего племянника, - сказал дядюшка Арнольд. - Его зовут
Том Мишкин. Он застрял на планете под названием Гармония, и ему необходима
какая-то деталь к двигателю, чтобы его космический корабль вновь
заработал. Но я никак не могу выслать ему эту деталь.
- Вы посылали ее с космическим грузовиком? - спросил Гратуэлл.
- Пытался. Но мне заявили, что в этом году компания по межзвездным
грузовым перевозкам не принимает заявок, так что они бессильны помочь мне.
- А вы спрашивали их, что может случиться с вашим племянником?
- Мне сказали, что они отказываются верить в его существование, пока
не будет восстановлена юридическая часть документа.
- Это все правительство, - сказал Гратуэлл. - А это значит, что вы,
вернее, молодой Мишкин, находится в трудном положении.
- А ваша организация может хоть что-то сделать для парня? - спросил
дядюшка Арнольд.
- Разумеется, - твердо заявил Гратуэлл. - Компания "Непрерывность"
была организована с целью обеспечения связи между несовместимыми
предложениями. Мы напишем сценарий, который и станет звеном между двумя
различными реальностями без нарушения какой-либо из них.
- Прекрасно, - сказал дядюшка Арнольд.
И произошло так, что всех жаб успокоили, а различные виды слонов были
тайно переписаны. Следующий шаг был более решительным: необходим был
материал для заполнения трещины, нужно было повернуть голову и оценить
обстановку. Посредственность умерла в Канзас-Сити, и ее заменили на
неподкупность.
На ничего не подозревающей земле гигантские механизмы.
Организовывались всевозможные демонстрации. За вход - невидимость. Люди
решали сами. Как результат - увеличенный выход.
Но это было еще не все. Мир предстал одетым в темные одеяния.
Некоторые факты о давно существующей прозрачности умирали в зародыше.
Напряжение в причинно-следственной цепи достигло невероятной величины.
Раздавались голоса протеста. Возникла угроза всеобщих беспорядков.
Тем временем автор пытался во всей полноте разобраться в трудностях
сложившейся обстановки. Он играл различными вероятностями, рассматривая
даже вероятность убийства Мишкина и написания новой книги - может быть,
поваренной. Но все же...
67
- Черт побери, - сказал Мишкин, - еще одна нулевая игра.
Деталь двигателя виднелась во всем ее великолепии. Вне сознания
автора. Это была расплывчатая галлюцинация, она напоминала жаркое, а
иногда и "Ситроен". Деталь звучала, как ансамбль рок-н-ролла. От нее
пахло, как от газовой горелки.
68. СЕРТИФИКАТ НЕРЕАЛЬНОСТИ
Мишкин отдыхал на поляне. Робот наслаждался псевдоотдыхом, поскольку
он не нуждался в настоящем, реальном отдыхе. Мишкин поднял голову и
увидел, что кто-то направляется в его сторону, идя по траве.
- Привет, - сказал человек с тысячью лиц. - Я отвечаю за данную
последовательность. Я лично прибыл сюда, чтобы вынести решение.
- О чем вы говорите? - удивился Мишкин. - Я сижу здесь и
всего-навсего жду прибытия детали к двигателю космического корабля.
У человека перекосилось лицо.
- Мне очень жаль, что все так получилось, но, знаете ли, мы уже
отбросили эту предпосылку. Вся эта концепция вашего пребывания на
незнакомой планете, ожидание прибытия детали к двигателю космического
корабля - все это считается неподходящим в драматическом отношении.
Следовательно, мы все это отбрасываем.
- Это должно означать, что вы отбрасываете и меня?
Человек посмотрел на него с жалостью.
- Боюсь, что это так. На ваше место найден новый герой.
НОВЫЙ ГЕРОЙ
Это была личность сложная: хитрый, но ужасно привлекательный человек
с отличным телосложением. У него были свои черты характера, свои привычки
и изъяны. У него была душа, свои особенности. У него была своя сексуальная
жизнь. История его жизни была сложной и противоречивой. На левой щеке у
него было небольшое родимое пятно. У него были густые брови. Он был
отщепенцем.
- Вот ваша замена, - сказал человек. - Вы сделали все, что было в
ваших силах, Мишкин. И в том, что вы попали в такое безвыходное положение,
вашей вины нет. Но ведь нам необходимо покончить с этим, а для этого
необходимо сотрудничество наших героев, а вы - ну что же, вы не обладаете
даже необходимыми характеристиками, чтобы сотрудничать с нами.
У Мишкина тут же начался тик лица, он начал покусывать губы, словно
хотел что-то сказать, и прикусывать съемный фальшивый зуб.
- Простите, я не это имею в виду, - сказал человек. - Я всего лишь
покину вас сейчас, чтобы вы могли познакомиться. И человек тут же
превратился в дерево.
МИСТЕР МИШКИН ВСТРЕЧАЕТСЯ С МИСТЕРОМ ГЕРОЕМ
- Как поживаете? - спросил Мишкин.
- Как поживаете? - спросил герой.
- Хотите чашечку отличного кофе? - спросил Мишкин.
- Спасибо, с большим удовольствием, - ответил герой.
Мишкин налил кофе. Они молча глотали кофе из чашек.
- Хорошая у нас погода, - сказал герой.
- Где? - спросил Мишкин.
- О, это на Лимбо, - ответил герой. - Я проводил там время с другими
прототипами.
- Здесь тоже было неплохо, - заметил Мишкин.
Дерево превратилось в человека.
- Взаимодействуйте! - прошипел он и вновь превратился в дерево.
Герой застенчиво улыбнулся.
- Довольно неудобное положение, правда?
- Вполне согласен, - сказал Мишкин. - Лично я с тех пор, как все это
началось, побывал не в одном неудобном положении. Вероятно, отдых пошел бы
мне на пользу.
- Да, - сказал герой. - Но было бы неплохо, чтобы вы мне сначала
рассказали, что к чему. Новый человек на новом месте, знаете ли, и все
такое... он замолчал и смущенно засмеялся.
- Что ж, - сказал Мишкин, - тут и объяснять то нечего. Вы просто
идете дальше, и с вами происходят разные вещи.
- Но ведь это довольно... пассивно, что ли?
- Разумеется, но ведь это своего рода приключение.
- А как насчет мотивов? - поинтересовался герой.
- Насколько я знаю, - ответил Мишкин, - вы должны найти деталь
двигателя космического корабля.
- Что?
- Деталь для замены дефектной в вашем космическом корабле. Без нее
корабль не взлетит. А это значит, что вы не сможете вернуться на Землю. Но
ведь вы хотите вернуться на землю, тут и говорить не о чем. В любом
случае, это и есть ваши мотивы.
- Понимаю, - сказал герой, - получается так, что самому-то на деле не
за что зацепиться, не так ли?
- Это не эдипов комплекс, - признался Мишкин, - ну а что же тогда?
- Действительно, а что же тогда? - герой понимающе хмыкнул. - А кто
этот парень?
- Это робот, - ответил Мишкин.
- А почему он здесь?
- Вообще-то я не помню. Но, кажется, он здесь прежде всего для того,
чтобы не разговаривать самому с собой.
Герой внимательно посмотрел на робота.
- Мою мать когда-то изнасиловал робот, - сказал он. - Так она сама
рассказывала. Робот потом сказал, что принял ее за холодильник. С тех пор
я с подозрением отношусь к роботам. А этот как, ничего?
Робот посмотрел на него.
- Да, - сказал он. - Я хороший робот, особенно в тех случаях, когда у
людей хватает вежливости, чтобы обращаться ко мне так, словно я нахожусь
здесь, когда я действительно нахожусь здесь, а не говорить так, словно
меня здесь нет, что, по правде говоря, и происходит в наше время, и я
предпочел бы не присутствовать.
- А он довольно болтлив, не так ли? - сказал герой.
- Если вам это не нравится, - заявил робот, - можете воткнуть это
себе в нос.
Герой закатил глаза, потом вдруг внезапно расхохотался.
Человек вновь превратился из дерева в человека.
- Хватит, - сказал он. - Очень сожалею, герой, но вы, кажется, не тот
тип, который нам необходим.
- Ну и что же из этого? - надменно сказал герой. - Что я могу
поделать, если вы сами не знаете, чем занимаетесь?
- Сейчас же вернитесь в общественный пруд бессознания, - приказал
человек.
Герой с высокомерным видом исчез.
- Ну вот, опять мы там, откуда и начинали, - сказал Мишкин.
- Замолчи, - огрызнулся автор. - Мне нужно подумать.
Человек уселся на камень - высокий, угрюмого вида светловолосый
мужчина с усами, пользующийся невероятным успехом у женщин. Его длинные
сильные пальцы дрожали, когда он постукивал ими о колено. Темные круги
виднелись под его горящими глазами. Он был отщепенцем. И он не был
счастлив. Нет, он не был счастлив. Возможно, он никогда не будет счастлив.
Ведь сказал же ему когда-то мистер Лифшульц: "Счастье - это всего-навсего
такая штука, которую зовут Джо". Но человека звали не Джо. И он не был
счастлив, как и не находил ничего хорошего в своих повседневных делах и
привычках.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
69. И ВНОВЬ ПЕРЕРЫВ, МОИ ХРАБРЫЕ ДРУЗЬЯ
Суденышко скользило по чистой воде залива, управляемое искусным
веслом старого даяка, который ловко подвел хрупкую посудину к бамбуковому
причалу, единственному звену между деревней Омандрик и окружающим миром.
Белый человек, американец, одетый в брюки для верховой езды,
пропотевшую белую рубашку, обутый в ботинки "москито", наблюдал за
приближением лодки, сидя в сравнительной прохладе длинной веранды своего
дома. Он неторопливо поднялся, проверил свой револьвер 38 калибра системы
"Кросс и Блэкуэлд", который он по привычке носил в хорошо промасленной
замшевой кобуре, подвешенной на ремнях под мышками, и неуклюжей походкой
направился к причалу, спокойно шагая сквозь знойную духоту тропиков.
Первым, кто вступил на причал с древнего суденышка, был высокий араб
в развевающемся белом одеянии с желто-голубой гаммой хандрамаутов. За ним
проследовал невероятно толстый человек неопределенного возраста в красной
феске, помятом костюме из белой шерсти и в сандалиях. Толстяка можно было
бы принять за турка, но зоркий наблюдатель, отметив легкий разрез глаз,
почти затерявшийся в складках жира, тут же определил бы, что это венгр из
карпатских степей. За ним сошел невысокий, истощенный молодой человек, по
виду английский провинциал, лет двадцати, по резким жестам которого можно
было догадаться, что он постоянно употребляет амфетамин. Из-под его
пиджака из грубой бумажной ткани выглядывала рифленая поверхность ручной
гранаты. Последней с лодки сошла девушка, одетая в хлопчатобумажную
блузку, с длинными черными волосами, которые струились по ее плечам, ее
красота не давала никакого намека на эмоции.
Вновь прибывшие кивнули на причале американцу, но до тех пор, пока
все они не собрались на веранде, не было произнесено ни единого слова.
Они уселись в бамбуковые кресла, и мальчик-слуга в белой одежде
разнес всем на подносе ледяные коктейли с джином. Толстяк поднял свой
бокал в молчаливом приветствии и сказал:
- Кажется, дела у вас идут неплохо, Джемпсон.
- Это естественно, - ответил американец. - Вы же знаете, что я
единственный торговец в этих местах. Я честно делаю свой бизнес с
изумрудами. Кроме того, здесь есть редкие птицы и бабочки, а также немного
золота в золотоносных песках островных ручьев, иногда из хомарских
захоронений мне перепадают какие-нибудь безделушки. Ну и, разумеется,
время от времени попадаются и другие стоящие вещи.
- Удивляет отсутствие у вас конкурентов, - произнес араб на чистейшем
ланкаширском английском.
Американец улыбнулся, но в улыбке его не было юмора.
- Местные жители не допустят этого. Я, видите ли, для них своего рода
бог.
- Я уже слышал кое-что об этом, - сказал толстяк. - Согласно слухам,
вы прибыли сюда около шести лет назад, полумертвый, без всякого имущества,
за исключением мешка с пятью тысячами ампул противочумной сыворотки.
- Я тоже слышал эту историю, - сказал араб. - А спустя неделю
половина населения острова свалилась от бубонной чумы.
- Просто мне повезло, - ответил американец без улыбки. - Я был рад
оказать помощь.
- Ну что ж, сэр, - сказал толстяк. - Пью за вас. Я просто восхищаюсь
человеком, который сам творит свое везение.
- Что вы имеете в виду? - спросил Джемпсон.
Наступила зловещая тишина, которую вдруг разорвал смех девушки.
Мужчины уставились на нее. Джемпсон нахмурился, он собрался было
узнать причину этого легкомыслия, которое явно было не к месту, но
заметил, что рука англичанина потянулась к слоновой кости рукоятке
длинного ножа, висевшего у него под рубашкой в белом кожаном чехле, между
ключицами.
- Тебя что-то гложет, сынок? - хладнокровно спросил Джемпсон.
- Если это произойдет, я дам вам знать, - ответил парень, сверкая
глазами. - И зовут меня не "сынок", а Билли Бантервиль. Вот кто я такой, и
я буду таким, а если кто-нибудь думает иначе, я с удовольствием разорву
его на куски... Разорву на куски... Разорву на куски... О боже, с меня
просто кожа слазит, что же с ней происходит, кто сжег предохранители моих
нервов, почему кипит мой мозг? У меня болит голова, мне нужно, мне
нужно...
Толстяк взглянул на араба и незаметно кивнул. Араб вынул из плоской
кожаной коробочки шприц, заполнил его бесцветной жидкостью из
пластмассовой ампулы и ловко воткнул иглу в руку молодого человека. Билли
Бантервиль улыбнулся и откинулся в кресле, как несгибающаяся кукла, зрачки
его расширились так, что белка не было видно совершенно, на лице его было
выражение неописуемого счастья. Через мгновение он исчез.
- Неплохой метод избавления, - заметил Джемпсон, который наблюдал за
происходящим без каких-либо эмоций. - К чему вам такой тип?
- От него есть определенная польза, - ответил толстяк.
Девушка уже оправилась от шока.
- В том-то и дело, - сказала она. - Каждый из нас приносит
определенную пользу, каждый обладает чем-то необходимым для других. Вы
можете рассматривать нас, как единое целое.
- Ясно, - сказал Джемпсон, хотя он ничего не понял. - Выходит так,
что каждый из вас незаменим.
- Отнюдь нет, - ответила девушка. - Как раз наоборот. Каждый из нас
постоянно находится в страхе, что его заменят. Вот почему мы стараемся
держаться вместе - чтобы избежать внезапной и преждевременной замены.
- Ничего я не пойму, - сказал Джемпсон, хотя сейчас он все прекрасно
понимал. Он помолчал, но было ясно, что никто уже не собирается
распространяться по этому поводу. Джемпсон пожал плечами, внезапно
почувствовав себя неуютно в этой жуткой тишине. - Думаю, что пора уже
переходить к делу? - спросил он.
- Если вас это не затруднит, - сказал высокий араб.
- Ну конечно же нет, - сказал Джемпсон. Присутствие араба
настораживало его. Все они пугали его, за исключением девушки. Он уже имел
кое-какое представление о ней - и кое-какие планы.
Через пятьдесят ярдов от дома Джемпсона тщательно расчищенный участок
заканчивался, и тут же начинались джунгли - вертикальный зеленый лабиринт,
в котором кажущиеся бесчисленными беспорядочно разбросанные плоскости
бесконечно отступали к какому-то невидимому центру. Джунгли были
непрерывным повторением, непрерывной регрессией, непрекращающимся
отчаянием.
У самого края джунглей, невидимые для присутствующих на полянке,
стояли двое мужчин. Один из них был местным жителем, малайцем, если судить
по коричнево-зеленой повязке на голове. Он был небольшого роста,
коренастый, и крепко сложен. Выражение его лица было задумчивым,
меланхоличным и настороженным.
Его спутником был белый человек, высокий, сильно загорелый, лет
тридцати, симпатичный в широком смысле этого слова, одетый в желтый
балахон буддистского монаха. Несоответствие между его видом и одеждой
терялось в фантастических диспропорциях окружавших его джунглей.
Белый уселся на землю, скрестив ноги и глядя в противоположную от
поляны сторону. Он находился в состоянии предельного расслабления.
Казалось, что его серые глаза смотрят в одну точку.
- Туан, этот человек, Джемпсон, вошел в дом, - произнес наконец
туземец.
- Знаю, - ответил белый.
- Сейчас он возвращается. Он несет в руках какой-то предмет,
завернутый в холстину. Этот предмет небольшого размера, возможно, одна
шестая головы молодого слона.
Белый ничего не ответил.
- Сейчас он разворачивает холстину. Внутри находится какой-то
металлический предмет сложной формы.
Белый кивнул.
- Они все сгрудились вокруг этого предмета, - продолжал туземец. -
Они все довольны и улыбаются друг другу. Нет, не все. У араба какое-то
странное выражение на лице. Это не выражение недовольства, это какое-то
чувство, которое я не могу описать. Нет, могу! Араб знает о чем-то, чего
не знают остальные. Этот человек считает, что у него есть какое-то
неизвестное никому преимущество.
- Тем хуже для него, - ответил белый. - Остальных спасает их
невежество. Опасность этого человека заключается именно в его знаниях.
- Ты предвидел это, туан?
- Я читаю то, что написано, - ответил белый. - Способность к
прочтению - это мое проклятие.
Туземец вздрогнул, удивленный и неприятно пораженный. Какое-то
странное чувство жалости возникло у него к этому человеку, обладающему
удивительными талантами и в то же время такого уязвимого.
- Сейчас этот предмет держит в руках толстяк, - сказал белый. - Он
отдает деньги Джемпсону.
- Туан, но ведь ты даже не смотришь на них!
- Тем не менее, я вижу.
Туземец отряхнулся, как собака. Этот добрый белый человек, его друг,
имел власть, но сам он находился в руках еще более властной силы. Да, так
оно и было, но лучше не думать о подобных вещах, ведь судьба белого
человека не была его судьбой, и он поблагодарил за это господа бога.
- Сейчас они входят в дом Джемпсона, - сказал туземец. - Но ведь ты
уже знаешь об этом, туан, да?
- Да. Я не могу не знать об этом.
- И ты знаешь о том, что они делают внутри дома?
- И это тоже, я не могу этого избежать.
- Скажи мне лишь то, что я должен услышать, - внезапно сказал
туземец.
- Я тебе уже давно говорил об этом, - сказал белый. Затем, не глядя
на туземца, он сказал: - Ты должен оставить меня, покинуть это место.
Переезжай на другой остров, женись и займись делом.
- Нет, Туан. Мы связаны друг с другом, ты и я. Это неизбежно. И ты
сам это знаешь.
- Да, знаю. Но иногда мне хочется сказать себе, что я ошибаюсь, что я
не могу ошибиться хотя бы раз. Много я бы дал для того, чтобы ошибиться.
- Это на тебя не похоже.
- Может быть и нет. Но все же я надеюсь. - Белый пожал плечами. -
Сейчас толстяк укладывает металлический предмет в черную кожаную сумку.
Они все улыбаются, Пожимают друг другу руки, но здесь явно пахнет
убийством. Пойдем отсюда.
- И нет никакого шанса на то, что они скроются от нас?
- Это уже не имеет значения. Концовка уже ясна. Сейчас мы пойдем
поужинаем и ляжем спать.
- А потом?
- Тебе нет необходимости знать об этом, - белый устало покачал
головой. - Пошли.
Они двинулись в глубину джунглей. Туземец двигался осторожно и
грациозно, как тигр. Белый шел словно привидение.
70
Менее чем в миле от дома Джемпсона, если спуститься вниз по крутой
тропинке, протоптанной в джунглях, располагалось туземное селение
Омандрик. На первый взгляд это была обычная тамильская деревушка, похожая
на сотни других, беспорядочно разбросанных на берегу реки Семиль -
заброшенного ручья с мутной коричневого цвета водой, у которого, казалось,
едва хватало сил на то, чтобы течь по всепоглощающей, сожженной солнцем
почве в воды далекого моря Восточная Ява, с его мелкой водой и
бесчисленными рифами.
Но наблюдательный глаз, осматривая деревню, мог бы заметить
незначительные, но безошибочные признаки запущенности - сдутые ветром
крыши у многих хижин, огородные участки с перезревшими таро, лодки с
дырявыми днищами, разбросанные по берегу реки. Можно было заметить неясные
тени, мелькающие среди деревьев - это инвазия крыс, обнаглевших до того,
что они совершали набеги на заброшенные огороды средь бела дня. Именно это
больше всего говорило об апатии жителей селения, их моральном упадке. Как
гласит поговорка береговых жителей, "Присутствие крыс в дневное время
означает, что землю забыли боги".
В центре деревни, в хижине, которая размерами вдвое превышала все
остальные хижины селения, его вождь, Амди, сидел, скрестив ноги, перед
коротковолновым приемником с питанием от батарей. Из динамика приемника
слышался статический шум эфира, а его зеленый глазок горел, как глаз
пантеры при лунном свете. Это было все, на что был способен приемник,
поскольку у него не было антенны, даже в то время, когда его приобрел
Амди. Но шум из динамика и горящий зеленый глазок в достаточной мере
удивляли старика. Радио стало его духовным советником. Он обращался к нему
за советом раз в несколько дней, потом он говорил, что духи мертвых
нашептали ему свои советы, о которых нельзя было говорить вслух.
Танин, шаман, так и не мог определить, действительно ли старый вождь
верил в эту чепуху или же он использовал это "волшебное" радио для своих
целей, чтобы избежать наиболее обременительных заповедей дома ножа. Стоя
сейчас рядом с вождем, одетый в темную пегату, с черепом обезьяны,
прикрепленным к голове, шаман решил, что хитрость вождя скорее всего была
бессознательной: желание избежать ответственности власти и желание верить
в это тесно переплетались. Но шаман не мог обвинять своего владыку, какими
бы ни были его мотивы: годы были жестоки к Амди, и дом ножа не мог
облегчить его страданий. Побуждения старика были понятны, но это не могло
остановить шамана, он должен был сделать то, что необходимо, ведь у жреца,
избавителя от змей, были свои обязанности, и их надо было выполнять,
независимо от того, как это могло сказаться на его чувствах.
- Так что же, вождь? - спросил шаман.
Старик украдкой взглянул на него. Он выключил приемник - ведь
доставать батареи, эту пищу богов, было невероятно трудно, их покупали у
жадного торговца, живущего в большой хижине у излучины реки. Кроме того,
он уже услышал послание, слабый голос своего отца, почти затерявшегося
среди тысяч голосов других духов, просящих, проклинающих, обещающих,
ищущих связи с живыми, живущих в черном доме на краю мира.
- Мой мудрый предок разговаривал со мной, - сказал амди. Он никогда
не ссылался на своего отца, как на родственника по крови.
- И что же он сказал, о вождь? - спросил шаман тихо, стараясь скрыть
в своем голосе иронию.
- Он сказал мне, что мы должны сделать с незнакомцами.
Шаман удивленно кивнул: это было необычным для вождя. Вождь терпеть
не мог принимать каких-либо решений, и голоса духов обычно советовали ему
выбрать спасительный путь бездействия. Значило ли это, что старик
почувствовал в себе уверенность? Или же его отец, легендарный воин... Нет,
этого не могло быть, это было маловероятно.
Шаман ждал, что вождь скажет ему, что именно предки посоветовали ему
сделать с незнакомцами. Но Амди, казалось, не решался говорить об этом.
Он, вероятно, чувствовал, что достиг временного преимущества в
соперничестве, которое, как считал шаман, давно уже закончилось. На лице
старика ничего нельзя было прочитать, кроме обычного выражения жадности и
хитрости.
71
Человек с тысячью лиц беспокойно заворочался, почти проснулся, почти
узнал все свои "Я".
ВПЕРЕД, ПОПЛАВАЕМ В ОБЩЕСТВЕННОМ ПРУДУ БЕССОЗНАНИЯ
- Имя?
- Протей.
- Занятие?
- Изменяющий формы.
- Пол?
- Любой.
Стойкость обеспечивает грандиозный успех. Используйте ассоциации
идей, несмотря на боль. Предварительное закрытие - это лишь видимость
излечения. Не предвосхищайте событий.
Все движение - это поиск, все ожидание - это неудача, все поиски
заканчиваются в самом зародыше. Вся форма неясна с самого первого шва,
первый мазок кисти - это завершенная картина. Но это запрещенные знания,
поскольку необходимо протанцевать весь танец.
Первое движение - это всегда начало.
Присутствие Мишкина подразумевается его отсутствием. Необходимая
Мишкину деталь найдена. Остается лишь найти ее.
Не резать вдоль этой линии!
72
Порт Арахнис расположен на клочке земли, выступающем в залитые
солнцем воды моря Восточная Ява. Это типичный южноазиатский город, полный
хаоса, характерный нелогичностью правил поведения. Запах сотен смешанных и
экзотических специй мешает восприятию путешественника, даже тогда, когда
он еще находится далеко в море. Эти запахи, их непрерывно изменяющиеся
комбинации затрагивают открытые чувства человека с запада, их влияние
нельзя предугадать. Из памяти исчезают события, в которых никогда не
участвовал, появляются абсурдные, совершенно непонятные чувства. Этот
наплыв чувств не может не оказать воздействия на путешественника,
привыкшего к теплому приему, который ласково предлагают города запада.
Восток без каких-либо усилий проникает сквозь внешнюю, рациональную,
прозаическую оболочку путешественника, изменяет ее, подвергает ее
воздействию фрагментов видения, моментов ужаса и просветления, ни с чем не
сравнимой вялости духа и внезапных проявлений чувств. Приближение к
Арахнису - это первый шаг к сновидениям.
Разумеется, стойкий западный путешественник ничего не знает об этом.
Этого, естественно, не знали мужчина и женщина, приплывшие на закате в
крестообразную бухту Арахниса на утлом паровом суденышке. Их невежество
было по-детски открытым и трогательным, но это не могло защитить их от
поглотившего их немыслимого мира.
Они пристали в сгущающихся сумерках. Все уже было запланировано
заранее, все рассчитано, кроме, разумеется, того, что нельзя было
предугадать.
Араб и девушка остались на судне, охраняя предмет в холщовой сумке.
Толстяк сошел на берег и направился в окруженный стеной город, он шел по
улице Продавцов птиц, улице Собак, улице Забывчивости, улице Множества
дверей. Названия улиц были странными, если, разумеется, вообще обращать на
это внимание.
Толстяк чувствовал себя плохо. Качка на судне вызвала в нем какую-то
слабость, которая все еще не проходила. Весь его организм пронизывали
токи, для него это было необычное чувство.
И все же работа была почти закончена. Странно было вспоминать, как
все это начиналось. К нему пришел пожилой человек. Ему было необходимо,
чтобы какой-то предмет - деталь двигателя - был доставлен некоему
человеку, его родственнику, застрявшему на планете под названием Гармония,
он не мог вернуться на землю без этой детали, необходимой для его
беспомощного космического корабля. Проблемы, казалось бы, не было - всего
лишь вопрос доставки. Но существовали непредвиденные осложнения, которые
напластовывались одно на другое до тех пор, когда, как казалось, не было
никакого способа доставить эту деталь - по крайней мере, до тех пор, пока
молодой человек не состарится или не умрет. Именно поэтому пожилой
человек, будучи джентльменом, решил воспользоваться другими каналами. Вот
таким образом он и попал к толстяку.
По крайней мере, так он сам рассказывал. Эта версия была так же
хороша, как и другие, и настолько же достоверна.
И вот сейчас дело было почти сделано. Толстяк уже оставил позади все
осложнения, с которыми ему пришлось столкнуться, когда он торговался с
Джемпсоном, а также со старым вождем, его шаманом и загадочным белым
человеком, живущим в джунглях. Все люди были загадочны, пока не
становились известны их мотивы (каждая ситуация осложняется до тех пор,
пока вы не выберетесь из рамок норм). Но люди не могли осознать того, что
человек просто мог уйти, оставив позади неразгаданные загадки и сложные
ситуации. Необходимо было иметь силу воли, чтобы решиться на это, кроме
того, стоило больших усилий, чтобы не забивать себе мозги следующими
непродуктивными вопросами: каким невероятным образом эта деталь попала в
селение в Южной Азии? Кто этот белый человек в джунглях,