Владимир Талалаев, Георгий Дубинин. Воскресенье: пришел лесник и...
страница №3
...елений аборигенов во избежании возможных инцидентов. Не рекомендуетсяслишком жаркий климат..."
— На полюсе их поселить, что ли?
"...и слишком холодный..."
— Ладно, переубедили... Так говорите, подальше от ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ
поселений? Сами попросили. И сами про эльфов не помянули. Про лесных...
Киборг бегло просмотрел таблицы дополнительных условий и карту Риадана,
сделанную со спутника. Было три подходящих точки. Какую же из них выбрать?
Лес у устья Матери Всех Рек, лес у Горта на Самом Дальнем Востоке и лес
южнее, где кроме эльфов полным-полно зеленых дракончиков — шестилапых
рептилий метров по десять ростом... Без сомнения, дракончики тоже позабавят
землян... проблемами... Но... Есть и возражения... Так что же выбрать?..
Кевин повесил карту Риадана на щиток для игры в Дартс и, отойдя метров
на пять, не оборачиваясь метнул через плечо дротик. Глухо стукнуло. Отлично,
теперь посмотрим, куда...
На Землю полетело сообщение:
"Оптимальным местом для высадки переселенцев с Земли выявлена
территория устья Матери Всех Рек: наличие пресной воды, богатых почв,
близость лесного массива и полное отсутствие людских поселений на несколько
сот километров. Подробная карта местности прилагается."
Теперь можно и отдохнуть часок-другой, пока вся карта по лучу
отправится. Или запросить все же Землю за такую услугу выслать новый модем?
Глава 13
На входе в каминную залу раздался грохот и свет моментально погас.
Тишину разорвал вопль Энглиона:
— Макс, сколько можно! Пятый раз уже! Да я...
В ответ из-за двери забормотало:
— Ща поправлю, не боись! Вы и не представляете, что я нашел!
— Лестницу, — равнодушно заявил Славик.
— Ну да! — радостно закричал Макс, — На этот раз — ту самую!
— Шестнадцатую ту самую, — вздохнула Рийни. — Свет-то поправь!
— Да ну его, свет! На этот раз все сходится! — настаивал Макс. — Я
ведь проверял!
— Свет вкрути, проверяльщик, — вздохнул Славик. — А то и слушать не
буду, пока не исправишь! Энглион, твой ход!
— Макс, я из-за тебя масть спутал! — рыкнул рыцарь, едва включился
свет.
— А я что говорил — вистуй! — довольно улыбнулся Славик, прибавляя
еще одну взятку к своей стопочке. — А теперь послушаем тебя, Макс. Куда на
этот раз: в подвал или на чердак?
— На этот раз точно она, и вверх и вниз! Черная!
Рийни недоверчиво посмотрела на Максима:
— Прогресс, юноша. Не синяя и не каменная?
— Да! Да! Пошли посмотрим! — Максим аж подпрыгивал от нетерпения.
Артагорт встал из кресла и многозначительно улыбнулся:
— Ну что же, пойдем, пройдемся... Джино, ты с нами?
— Мне и тут хорошо, — Ингвальд валялся на лежаке, изображая ленивого
тюленя. Его черный комбинезон и температура воздуха еще усиливало это
сходство, но даже переползти поближе к камину ему был полнейший облом...
— Обломов, блин! — изрек Славик и метнул в лежащего космопилота
смятую карту. Не попал, но она, ударившись об стенку, стукнула Джино по лбу.
Тот распрямил карту, с удивлением глянул себе в рукав и неслышно пробурчал:
— Мой пятый туз! И как он его обнаружил?.. — но вставать не
надумал...
Макс, Славик, Рийни, Энглион и Артагорт покинули ставший таким
привычным и обжитым за эти три дня каминный зал. Когда его обнаружили
впервые, он уже не произвел впечатления: приелись громадные залы с потолками
под стать крышам многоэтажек, уставленные удивительно непропорциональной,
всего лишь под стать человеку размерами, мебелью. Но здесь было теплее, чем
в других помещениях, и поэтому единогласно решили переночевать здесь. Камин
не горел, но в нем лежало множество дров, покрытых серебристым пеплом.
Славик с полчаса пытался разжечь дрова, но ничего у него не получалось, хотя
он аж вспотел от стараний.
— Не знаю, кто как, а я согрелся! — сдался он наконец.
Рийни присела рядом и глянула на дрова:
— Хм, с виду не сырые, а даже не затлели... А может, это муляж? Из
камня? Хотя... погоди-ка, погоди... они же греют сами по себе!
И лишь поздней ночью в лунном свете стало видно блеклое, еле заметное
пламя, возносящееся над дровами в камине.
— Лунный огонь, — улыбнулся тогда Славик и попытался зажечь от него
сигаретку. Но Арт выбил затлевшую серебром белую палочку:
— Мал еще курить!..
Пройдя в очередной раз через анфиладу залов, в каждом из которых можно
было бы разместить три мезонатора, Макс привел друзей к маленькой серой
неприметной дверце. Жестом фокусника он распахнул дверцу и победно
ухмыльнулся. На его счастливой физиономии так и читалось: "А я же говорил!".
Лестница действительно была черная и спиральная. Все удивленно
переглянулись, и в наступившей тишине отчетливо прозвучал шепот Рийни: --
Неужели нашел?!
Через секунду Славик был уже за дверью, выхватывая из сумки нанасканер.
Энглион отстал лишь на мгновение, однако споткнулся на входе, зацепился
наплечниками за косяк двери... и проход оказался заблокированным минут на
пять... Из-за Энглиона раздалось довольное хмыкание Славика.
— Ну да, ну да... Почти она, почти она...
Когда пробка была устранена, Макс первым влетел с воплем "Что значит --
почти?! Это она!"
— Да-а, да-а... — сказал Славик. — Вот я даже нашел выемку под ключ!
— и указал на углубление, по форме смахивающее на медальон-Лестницу.
В торжественной тишине Макс подошел к выемке, медленно снял с шеи
цепочку и неторопливо вложил медальон в положенное место.
Раздалось странное урчание, бурчание и пыхтение. Положив руки на
оружие, все быстро оглянулись. Урчал, бурчал и пыхтел... Славик. От хохота,
валяясь по полу.
— Должен же был я кусочек на память выковырять! — хихикнул Славик,
пока Энглион сдерживал Макса, лицо которого теперь мало чем отличалось от
лица дракона, у которого только что увели драгоценную чашу... Рийни
недовольно глянула на Славика:
— Ну, знаешь! Не удивлюсь, если и лестницу ты покрасил! Для прикола!..
— А вот и нет! Лестницу красил не я... хотя и некто похожий на меня
характером...
— То есть? — не понял Энглион.
— А то и есть! — Славик ткнул пальцем в грудь рыцарю. — Ты на свои
доспехи смотрел?
Все глянули на Энглиона. По кирасе его расходились черные разводы сажи.
— Я всегда говорил, что во мне есть что-то огненное и взрывоопасное,
— многозначительно продолжил Славик, после чего совершил перелет вниз на
целый виток лестницы: Макс доказал, что в нем тоже есть нечто
взрывоопасное... — Ну и ладно! Зато никто даже не оценил, как быстро я
вырезал это углубление! Это же произведение искусства! А он пинается!
Критиковать сейчас всяк горазд! А ты вот сам такое вырежи! — и Славик
повесил себе на шею каменную копию Ключа. — Ну, вы как хотите, а я пошел
вниз!
Макс отвернулся и побрел вверх по лестнице.
Со Славиком вниз отправился только Артагорт. Сойдя с лестницы на
карниз, окружающий огромную залу, они уже изрядно напоминали эфиопов.
— Интересно, это полигон алхимика? — поехидствовал Славик, стряхивая
и размазывая пепел с одежды.
— А что, похоже... — улыбнулся Артагорт. — Можно и так сказать.
Огнеметная зала... Вон какие разводы!
Славик достал свою любимую зеленую пробирку и капнул на стенку и пол.
— Камень, камень и еще раз камень... Каменные стены, каменный пол,
каменная чешуя... Чешуя! Каменная! Ура, хоть что-то! Это же явно
окаменелости! Так вот откуда сажа! Видимо, здесь давным-давно древнейшие
люди готовили себе на обед древнейших ящеров! Это же археологическая
сенсация! Арт, поможешь мне первым это опубликовать?
Глава 14
Сидя у камина с лунным огнем, Славик наконец-то вспомнил о "добром"
подарке колодца. Пропитанная смолой ткань поддалась с неохотой, и Славик
наконец-то увидел книгу, СОПРОТИВЛЯЮЩУЮСЯ НАНАРОБОТАМ! Зеленые капельки так
и не впитались в нее.
— Ну и ну!..
Сидящий рядом Артагорт, услышав эту реплику, повернул голову. Мгновение
— и он переменился в лице:
— Откуда?! Дай сюда!
— Ну да! Не зная, что, и сразу отдам! Вот сейчас посмотрю — может, и
дам полистать! — С этими словами Славик осторожно раскрыл книгу.
Осторожничать следовало: обычно такие древние книги становятся хрупкими, и
археологи сперва укрепляют их с помощью нанароботов, но эта от помощи
отказалась. На вид же ей — тысячи лет. А реально, наверное, и того больше!
— Юноша, Вы даже не представляете, сколько лет я искал эту книгу,
сколько у меня с ней всего связано! Отдайте ее мне — и я заплачу, сколько
угодно!
Славик сидел, не поднимая взгляда от витиеватых незнакомых литер, явно
рукописных. "Где-то я уже этот почерк видел..." Но вслух он сказал лишь:
— Например, с ней связан колодец! — и Славик многозначительно
принюхался. — И, кстати, пакет с книгой меня нашел. Не от тебя ли он там
скрывался? Как Колечко в древней сказке.
Артагорт поморщился, как от зубной боли:
— Ой, не надо о Колечке, ладно?
— Почему бы и нет! А что за муть в этой книге?
— Я же говорил — дай. Я разберу, мне знаком этот язык! — Артагорт
протянул к книге руку. В мгновение ока Славик вместе с книгой оказались в
другом конце зала.
— "Дай", "Дай"! Иди в колодец и накопай!
— Эта книга единственная в своем роде! И она — на неизвестном тебе
языке! Пойми — она бесполезна тебе!
— Не столь уж и на незнакомом! Вон страницы на древнеанглийском,
времен Хайнлайна и Нортон! Так-так, посмотрим... Сказки, говорите... Добрые,
говорите... Неудобно переводить с языка на язык, но все же попробую вслух...
Дракон.
Когда-то, давным давно, люди не имели крыльев. Жили они на одной
планете и летали только с помощью механизмов. Как-то раз с Заката пришел
Дракон. Увидев разумных людей, он подарил им крылья, прошло немного времени
— и люди поняли, что Дракон, как бы они ни старались, все равно останется
выше их в искусстве полета. Тогда... тогда люди убили Дракона. Ибо никто,
даже давший крылья, не должен выходить за рамки.
Прошло много лет. Люди стали считать себя первыми в небе... Появились
"Правила по поведению в воздухе"... И тогда пришли Драконы, они пришли
мстить за своего мертвого, доброго, но глупого собрата. И чтоб доказать
людям, что за все надо когда-нибудь расплачиваться, и за слишком высокое
самомнение тоже...
Но, когда человечество было уже на грани гибели, подоспел маленький
драконенок, сын "Подарившего крылья". Бросившись в пламень своих собратьев,
он спас людей. Драконы ушли, оставив Драконыша на попечение людей, не считая
его более драконом. Через несколько лет был убит и Драконыш...
Духи Отца и Сына, воссоединившись, подарили людям дух дракона...
Через несколько столетий из племени людей были изгнаны несколько
индивидуумов, которые не смогли справиться с драконовой болезнью...
В племени стало на несколько Драконов больше, а люди... Люди забыли про
крылья, и Небо стало для них Землей... Человечество смогло снова, и теперь
навсегда, влиться в рамки и "спуститься с небес на землю, наконец!"
— Странная сказочка... "Добрая", что и говорить... — и это были
последние слова Славика на ближайшие два часа: прислонившись к светильнику,
он читал... Сказки, истории, песни... Чаще всего — без авторов. Видимо --
придуманные писавшим эту книгу. Реже шли имена авторов фрагментов...
На последних страницах внезапно оказался текст на русском. Еще один
рассказ...
"Я нашел этот текст совершенно случайно, но он понравился мне
настолько, что я сохранил его на языке оригинала. Когда мне станет грустно
— буду перечитывать его, наверное... А может — и не прикоснусь к нему
более, после того как перепишу... Жизнь — странная штука... Ну, ладно,
довольно предисловий...
Андрей Новоселов
Хрустальная паутина
Зимой темнеет рано. На улице холодно — градусов двадцать — и
скользко. Небо безоблачное, но звезд почти не видно — из-за уличных огней.
Вокруг некоторых — ореол сияющих нитей, прямых и тонких, как паутинки.
Прищуриться, глядя на свет — и нити протянутся во все стороны. Взяться за
любую из них — и-раз-шаг-и-два — и все вокруг преображается.
Больше нет улицы с потоком машин и пешеходов. Ни темного неба, ни льда
под ногами, ни домов со светящимися окнами... Только хрустальная паутина со
всех сторон.
Собственно, она не похожа на то, что плетут пауки. Она вообще ни на что
не похожа. Множество нитей — прямых и спутанных, уходящих в бесконечность и
совсем коротких, сверкающих ярче солнца и тусклых, золотых, серебристых,
радужных — цветов здесь гораздо больше, чем слов в моем языке. Просветов
нет — в промежутках между нитями видны только другие нити, за ними --
третьи, дальше, еще дальше...
Измерений здесь гораздо больше, чем три. Может быть, бесконечно много.
Чувства охватывают только привычный трехмерный мир, но здесь всегда можно
свернуть за угол — и я знаю несколько путей.
Шаг-вперед-поворот — только если внимательно следить, можно заметить
изменение узора паутины. Здесь можно бродить часами, как в гигантском
калейдоскопе, который никогда не повторяется. Разноцветные переливы унесут
все, что пожелаешь им отдать — печаль, злость, усталость, все, что угодно
— и порой я прихожу сюда, чтобы избавиться от тяжести на душе. Но взамен
получаешь не только легкость, но и пустоту. Здесь можно бродить всю жизнь, и
еще одну, и еще, теряя одно чувство за другим — и остаться здесь навсегда,
позабыв обо всем. Когда-нибудь я так и сделаю. Но не сегодня.
Есть места, где сплетение нитей обладает особым смыслом. Точнее, в
паутине нет бессмысленных мест, просто я знаком лишь с немногими.
Пируэт-шаг-наклон — тот, кто знает нужную точку зрения, может видеть связь
вещей. Всех. Без исключения. Я веду рукой вдоль переливчатого жемчужного
волокна — туда, где хаос спутанных нитей клубится вокруг неправильной дыры
в узоре. Если смотреть под нужным углом, все просто — связать эти две нити,
эту пропустить под соседней, эту подтянуть... В паутине все узоры похожи --
пока не коснешься узлов, не отличишь дерево от скалы, реку от облака,
погасший огонь от остановившегося сердца. Если промедлить, через полчаса
разрыв разойдется слишком широко — не свести, не сплести обратно. А через
два часа здесь появится новый узор — похожий на другие. Пока не коснешься
узлов, не отличишь мертвое тело от земли, на которой оно лежит.
Я отступаю на шаг от восстановленного узора. Все сделано как надо — с
гарантией качества. Пожизненной — в буквальном смысле этого слова. Взгляд
налево — вот он, мой участок паутины. Кое-где надорван, кое-где сияние
потускнело, но еще держится. Если вовремя проводить профилактику, можно
прожить долгую жизнь. И еще одну. И еще — сколько угодно. Только вот беда
— бессмертие не решает проблем, а лишь громоздит их гору все выше и выше.
Только смерть решает все проблемы одним махом — одним взмахом руки, рвущей
узор паутины. Этот аварийный выход всегда поблизости. Может быть, поэтому я
и не спешу им воспользоваться. В другой раз — который никогда не наступит.
Шаг-наверх-еще-прямо — и масштабы меняются. Каждый узелок сети --
целый мир. Одним взглядом можно охватить сотни галактик — не только тех,
что видны на звездном небе, но и тех, что лежат на мгновение впереди или
сзади, на расстоянии вытянутой руки — но в той стороне, для которой у нас
нет названия — а их обитателям так же сложно понять, где находимся мы.
Протяни руку, коснись узла — и окажешься в другом мире. Можешь наблюдать за
ним, невидимый и неощутимый, можешь войти в его жизнь — но с риском навеки
остаться где-то на чужом перекрестке, с чужой стрелой в груди. Если знать,
где искать, можно найти мир, где сбудутся все твои желания, и поселиться там
— на всю жизнь или на время, пока не надоест, а потом уйти в другой мир, с
новыми находками и приключениями, и еще, и еще... Пока не обнаружишь, что
море твоих желаний бездонно лишь тогда, когда черпаешь из него по капле, и
как быстро пересыхает оно, если взять в руки ведро.
Хрустальная паутина не охватывает всю Вселенную. Она и ЕСТЬ вся
Вселенная. Дело лишь в точке зрения. Нужно только знать, куда свернуть --
наклон-присесть-вниз-вбок — и можно увидеть даже течение времени.
Время не похоже на ту тривиальную прямую, которую нам показывали на
уроках физики. Здесь та же паутина, что и везде — каждое событие порождает
веер возможных следствий, эти связи сходятся и расходятся, сплетаются в
неожиданных комбинациях... И учтите, все варианты существуют на равных
правах. Если что-то возможно — значит, оно где-то есть. Каждый, кто придет
сюда, может играть в бога, управляя узорами паутины — а значит, и событиями
своей или чужой жизни. Что может быть проще? Вот она, моя нить. Отсюда я
вижу несколько развилок, дальше все слишком запутано. Протяни руку — и
увидишь ожидающие тебя моменты выбора, продвинься дальше — и увидишь
последствия, чтобы знать, где и куда свернуть. А хочешь — сам проведи свою
нить, ровную и прямую, как автострада — прямо к намеченной цели. Так можно
спланировать всю жизнь, и не одну — но как страшна даже самая удачная и
счастливая жизнь, где все знаешь заранее! Я бросаю последний взгляд на свою
паутинку — через три дня меня ожидает ключевой выбор — и поворачиваюсь к
ней спиной. Через три дня все решится, так или иначе.
А сейчас еще один поворот — кругом-левой-правой-раз-и-два — это место
особенно важно для меня. Здесь паутина никогда не бывает неподвижна — нити
меняют расположение, разноцветные волны прокатываются, сталкиваются,
дробятся, расходятся вновь... Каждый узел здесь — человек. Одни связаны
крепко-накрепко, между другими зияет пропасть. Где-то среди них — тот
единственный, который мне нужен. Вернее, та. Паутина велика — искать можно
всю жизнь. И еще одну. И еще. Вот только время здесь ограничено. Я перебираю
несколько нитей, попавших под руку... Ничего. Как обычно. Да, я могу плести
и разрушать узоры паутины. Где угодно, и здесь тоже. Но я один — и вижу
только кусочек сети. Любой, но небольшой. Каковы мои шансы? Один из пяти с
лишним миллиардов. Чуть выше нуля. Можно пренебречь.
Одной этой мысли достаточно, чтобы сдаться. Аварийный выход всегда
рядом — свернуть в нужную сторону и одним махом разорвать в клочья один из
узоров. Единственный способ решить сразу все проблемы.
Только... Вот он, я. Узелок в сети, на вид не отличишь от других. Так
же связан радужными нитями с соседями — с кем-то крепче, с кем-то слабее.
Убери его — и в паутине возникнет дыра, расползется, рассыпав одни узоры и
исказив другие. Никто не бывает один. Так просто — а есть люди, прожившие
всю жизнь, так ни разу и не сказав себе: Я НЕ ОДИН.
Я не один.
И пока это так — для меня нет ничего невозможного.
декабрь 1994"
— Упсь! Что-то я натворил... Интересно, а кто ж то был пятым узелком
со стороны Истинного Полудня? Надо было познакомиться... Вернуться, что
ли?.. Ой, что это я... Арт, откуда ЭТО могло быть в книге, да еще такой
старой, да еще на Рокласе?!
— Она написана не на Рокласе. Ее писали в другом мире. Но откуда тут
земные сказания — сам не понимаю!
— Да, Старче... — Славик с умилением глядит на Артагорта, — Хорошо
говоришь... Видать — знакома тебе эта книжка, пролежавшая столько лет в
Колодце. Наглядно знакома...
— Более того: я ее в свое время уже читал! Впрочем — тогда она была
написана лишь наполовину. И почерк этот... Стоп, а не им ли надпись посреди
запаха светилась?
— О-о-о! — застонал Славик. — Похоже — с чувством юмора у автора
этой книги было все в порядке! Не, больше я к этому Колодцу ни за какие
подарки не подойду!
— Что, "Тушо..." не по вкусу пришлось? — невинно осведомился Арт.
— Нет, скорее — не по запаху! И вообще — не пора ли мне обедать. Да
и Вам тоже...
— А что у нас на обед? — проснулся Ингвальд.
— Как всегда, все то же, ненасытный ты наш, — сказала Рийни, доставая
банки консервов. — Разогреть не на чем, так что — как всегда.
— Как всегда — так как всегда! — и Ингвальд взял сразу две банки.
Арт взял со стола одну, задумчиво посмотрел на этикетку:
— Народ, как насчет того, чтобы эти "Шпроты" кинуть в Колодец,
выдержать там годков так двести до кондиции, чтобы оно в "Шпро..." вместо
вскрытого "Тушо..." превратилось? Будет обонятельная симфония номер пять!
Дуэт с "Тушо..." получится.
— Можешь свои кидать, твоя проблема, — заметил Ингвальд, — А я свои
уже доел. И не отказался бы еще.
— Жаль, что я не взял "фасо...", — проехидствовал Макс, — Тогда
проблемы с ароматами Колодца исчезли бы сами собой...
Вмешался молчавший ранее Энглион:
— Или вы немедленно прекращаете говорить о еде, или вам уже никакая
"фасо..." не понадобится: Я ЕСТЬ ХОЧУ, а вы тут... — и он свирепо глянул на
Ингвальда с Максом.
— А что я, я ничего! — возмутился Джино.
— И все же — возвращаясь к книге. Так как, отдашь? — спросил Арт.
— Есть идея! — Славик аж засветился от хорошей мысли, — Ты помогаешь
мне издать ее, большим тиражом! А я за это отдам тебе один экземпляр с
тиража... Оригинал же и не проси, он мне самому понравился!..
Еще один день пролетел впустую, и народу надоело шляться по замку.
— Кто куды, а я на глайдер! — заявил Энглион. — И вам того же
советую! А то мы тут совсем одичаем! Нету тут никакой Лестницы Миров! И не
было, похоже на то! А мы тут как дураки лазаем! А в городе Кальдин наверняка
по мне соскучился! И вообще — мне надоел вечный снег и завывания за окном!
— Ну еще хотя бы день! — жалобно завыл Макс. — Еще день, и я точно
найду ее!
— Хватит! — рыцарь схватил мальчишку подмышку и поволок из замка, не
обращая внимание на робкие попытки лягаться.
Глайдер стоял там же, где его и оставили — у стены.
— Летать не может, но как аэросани — побегает, — заметил Славик. Тут
недалеко...
Он открыл колпак кабины. Вернее — попытался открыть его, но лишь
коснулся стекла — и вся машина рассыпалась на кучу мельчайших осколков.
— Ни хрена ж себе мороз тут бывает, — присвистнул Джино.
— А нанароботами починить? — спросил Макс.
— Что чинить? Где ты кусочки отыщешь, умник! Давай-ка пешком...
— Чего?! — выкрикнул Энглион. — Да ты знаешь, сколько тут до
ближайшего поселения?
— А зачем оно нам? Нам не туда надо, нам тут рядышком надо... — и
Славик кивнул в сторону сугроба у горизонта. — Прыгаем, или сделаем санки
из единственной в округе кирасы?
— Я те — санки... — и вслед Энглион завернул что-то
труднопереводимое. — Прыгай, кузнечик!
И Славик прыгнул. Один. Нырнул в сугроб... Внезапно снежная горка
разметалась во все стороны и из-под нее поднялась ярко-оранжевая туша
грузового глайдера. Басовито гудя четырьмя роторами, он приблизился к
компании, удерживающей Макса от очередной попытки вернуться в замок.
— Ну последний раз! Сейчас я ее точно найду!
— В трюм его! — и Энглион подкрепил свои слова металлической
перчаткой. Как ни странно, это подействовало.
Когда Макс снова смог различать окружающий мир, глайдер преодолел уже
пол-пути до города.
— Ой, блин! — процедил Макс, впервые испытавший столь длительную
"отключку". — Если бы все новые ощущения были такими — я бы стал
законченным консерватором!
Глава 15
Сделав круг почета над Растер-Гоув, глайдер приземлился у таверны,
осторожно сокрывшись за сараем.
— Мои мысли читаешь! — Макс кивнул в сторону гостеприимного
заведения, — Только аромат настоящего обеда сможет скрасить горечь моего
поражения!.. Присоединишься?
— Я когда-то отказывался от еды? — умильно улыбнулся Славик.
— Отказывался! — донеслось из-за его плеча, — Например, в колодце.
— Ну вот! Пришел Арт и началась пошлость... А вообще, мне там никто
ничего и не прелагал. Съедобного.
— А "Тушо..."?
— А шо "Тушо..."?! Разве ж это пища? Это КЛОПОМОР!
— Фи, мальчики! — сморщила носик Рийни, — Вы мне так весь аппетит
испортите! А я так мечтаю зайти в такое вот пристойное заведение, где нету
всех этих новомодных гамбургеров и фишбургеров, а есть старый добрый эль и
сочный зажаренный окорок!
— Консе-е-е-ерва, холо-о-о-одная, — протянул Славик. Рука Рийни
машинально выпрямилась, треснув мальчишку по носу.
— За три дня питания концентратами хор-р-рошая реакция выработалась!
— улыбнулся Энглион. — Надо будет эту методу нашему Магистру посоветовать.
Только я тогда в нашу резиденцию больше не ходок...
— Больше не "Хот-Дог"... — Славик захлопнул кабину и посмотрел в
непонимающие глаза Энглиона. — Ну что, идем в харчевню?
— Вообще-то это таве... — начала было Рийни, топая за Славиком, и
внезапно замерла перед вывеской. На вывеске прекрасными витыми буквами было
выведено:
ТОЛЬКО У НАС!
САМЫЙ СВЕЖИЙ ЗАМОРСКИЙ НАПИТОК С ЗЕМЛИ!
КОКА-КОЛА!
— И тут они!.. — гамма непередаваемых чувств струилась по лицу
супруги Ингвальда.
— Дорогая, но ведь тебе так нравились эти напитки там, на Земле, --
осторожно начал Джино.
— Да, но тогда они были такие непривычные, экзотичные... А ты пробовал
питаться одной халвой целый год без перерыва!? Вот так и тут! На-до-е-ло!
— Ностальгия замучала, — бросил через плечо Артагорт, входя в
таверну, — Да ты не бойся, девочка, там не только колу подают... там и
пивом пахнет.
(О том, что запах сей более напоминал "Жигулевское", чем эль, журналист
скромно умолчал.)
Макс и Славик заходили последними, пропустив товарищей вперед...
— А я все равно туда опять поеду... — упрямо заявил Макс. — Вот
отдохну, подготовлюсь получше — и сам поеду, чтобы не насмехался никто!
— Ну и вымерзнешь там, как таракан, — равнодушно заметил Славик. --
Ты судьбу своего глайдера не забыл? Повторить ее хочешь?
— Да я... — начал было Макс, и вдруг дико вскрикнул. Как по мановению
незримой силы, на его лбу внезапно появились глубокие раны, из которых
потекла кровь. Мальчишка вскинул руки к лицу. С запястий полетели тяжелые
красные капли: на руках появились следы, словно натертые браслетами кандалов
за сотни лет.
— Глаза!.. Жжет!.. — Макс сделал шаг вперед, ноги его подломились и
он упал на булыжник дороги. Закачался на цепочке выскользнувший из-под
рубашки черный круг с угловатой лестницей. По талисману пробегали лиловые
всполохи. Славик среагировал мгновенно: ударом руки он порвал цепочку, и
ненавистная железяка Ключа звякнула о камни.
— Макс, сосредоточься! Направь все силы на излечение!
— Не могу! Оно не слушается меня!
— Кто — ОНО?
— Изнутри! Проклятие! Старое! Жжет! Как будто железом в глаза!
— Оно не может давить! Это только твоя боль! Сосредоточься!
— Не могу!..
— Люди! Да помогите же кто-нибудь! — заорал Славик.
На крик выбежал из таверны Артагорт и толстенький человечек в
засаленном фартуке. Вместе они подняли внезапно потяжелевшего Макса и внесли
внутрь.
В комнатке, куда хозяин таверны положил Макса, Артагорт властно сказал:
— Брысь все отсюда! Я лечить буду. Вы — только помешаете!
Хозяин выскочил мгновенно, за ним был выставлен сопротивляющийся и
спорящий Славик.
Арт закрыл дверь и тихонько запел что-то странное и чуждое. От этих
звуков пространство вокруг наполнилось клубящимся сиянием-маревом, и
внезапно свечение острыми лучами вонзилось в раны, затягивая их.
... Спустя час Артагорт устало прислонился к косяку двери. Макс лежал
неподвижно... Он спал, и на теле его не осталось и следа страшных ран.
— Столько лет... Столько лет я искал Мелодию... И вот я нашел ее. Так
поздно... Мне уже не помочь тому, кому хотел, для кого предназначалось... Но
хоть разделившему Проклятие помог... А чтобы вновь не повторилось...
Собравшийся было отдохнуть Арт резко вскочил и кинулся к выходу из
таверны. На пороге он сбил с ног Славика.
— "Лестницу" искать кинулся?
— Да. Пока никакой идиот не поднял ее.
— Поздно. Пока мы таскали Макса, кто-то — уже... Я все вокруг
перерыл!
— Перешарил, скорее... Вряд ли Вы, юноша, камни-то копали... А еще в
литераторы метите... Ну ладно, кто-то сам выбрал себе новую судьбу...
Пойдем, выпьем, а то в глотке пересохло.
— Как Макс?
— А что — жить будет. Ран не будет. Хромать будет — тут у меня не
получилось. Надоедать нам сегодня не будет — спит до завтра. Эй, хозяин,
пива мне и колы для моего юного друга! Кстати, железячку не находил на
пороге? Черненькую, с рваной цепочкой! Нет? Ну ладно, тогда давай пива и
прочее! — и уже потом, усевшись за стол, добавил: у меня есть две новости,
приятная и не очень. С какой начать?
— С "не очень", — Славик незаметно отхлебнул пива из бокала Артагорта
и был раздосадован, поняв, что журналист подменил бокалы. Ладно, "Кола" --
тоже не плохо...
— У этой таверны скоро будет новый хозяин. А хорошая новость — Макс
попадет-таки в Книгу Рекордов Гиннеса, как самый долгоносивший Талисман и
единственный из людей — оставшийся после этого живым. И более-менее
здоровым...
— Меня это утешило... — кисло усмехнулся юный контрабандист. — И
Лестницу не нашли, и репортаж упустил... В общем — уйма потраченных впустую
дней!..
— Ты же хотел статью про окаменелости написать! — напомнил
собеседник. — Аль раздумал?
— И точно! Наброски уже есть, я их еще в Каминной Зале сделал!
— И забыл на столе, там же... Так что я их почитал по дороге сюда...
Нормально, но моя имха говорит мне, что на публикацию в журнале это не
потянет: сыровато...
— Что говорит тебе?!
— Имха — моя точка зрения... Ты же не рассказ пишешь, а
научно-популярную статью с претензией на научность. Так что стиль блюсти
надобно. Напомнишь — дам тебе пару номеров "Вестника Археологии",
почитаешь, как умные люди пишут... И свой текст поправишь... А я уж помогу с
публикацией. А есть еще способ развеселиться: тут на Земле газета одна
объявила конкурс. На лучшую статью к юбилею нанатехнологий.
— "Иорданские Вести"?
— Нет, "Вселенная Сегодня". И призы за лучшую статью обещаны. На выбор
победителя, из списка. Длинного списка.
— А что, неплохо, — приободрился мальчишка. — Сегодня же возьмусь за
статью! Только Максу не говори — на повороте обскачет...
— Не обскачет... Он будет новые планы строить, экспедиции на поиски
Ключа и Лестницы собирать, или я его не знаю!
— Ладно... Насобираю кучу материала — и в бой! Главное — подать
литературно!..
Глава 16
— Ни к черту не годится! — Славик смял листок распечатки. — Нету
ничего такого, чего бы не знали и остальные! Все — в информатории, чего
нету там — можно у Петра Петровича из СБ запросить, все равно грифы
секретности сняты!
— Ну и что же в этом плохого? — недоумевал Артагорт. — Вон какое
поле для экспериментов. Литературных.
— Понимаешь, Арт, нету изюминки, чего-то такого, чего никто не
ожидает! Маленькой сенсации, что ли... В общем — ну его на фиг! И скучно, и
грустно... как в песне поется... Давай лучше свои "Вестники", буду о
раскопках писать...
— Возьми на левой полке, рядом с "Черными Хрониками" лежат.
Славик подошел к полке, заставленной настоящими старинными книгами в
кожаных и ледериновых переплетах. Журналы лежали не "рядом", а "на",
свешиваясь с четырех томов "Черных Хроник Арты". Судя по потрепанности --
первоиздание книги. Рядом — покрытая черной же кожей тяжеленная книжище с
багровыми медными застежками. Славик не удержался и взял ее. Книга как
книга, на меди выгравировано "Открывший сие — сам дурак!". Шрифт не ахти,
но вполне разборчиво... Не стоит открывать, пожалуй. А то откроешь — а
потом отстирывай костюм или прическу суши... Есть любители таких шуточек, с
баллончиками краски в псевдо-фолиантах. А вот толстый том "Киммерии",
оранжевый корешок мягкой обложки "Детских Игр", два издания "Однажды в
Средиземье"... "Жатва-II" Рика Джойнера, трехтомник "Мифы народов
Кристалла"...
— Глаза разбегаются! — Славик вздохнул, но просить книжку почитать не
решился, справедливо полагая, что после разговора в Ледяном Замке Артагорт
ему откажет.
— Можешь взять полистать, — донеслось из-за стола. — На твое
усмотрение. Но не забывай — завтра последний день подачи статей на
конкурс... Ах, да, я ж и забыл, что ты не участвуешь...
Славик вытянул с полки "Киммерию" и журналы.
Читать специализированную литературу бывает порой неимоверно скучно. Ну
согласитесь: для всякого ли прозвучат романтикой слова: "В с. Григорьевка
Могилев-Подольского района обнаружено скифское городище со слоем
раннеславянским и Киевской Руси 7-10 в.в."? Пожалуй, идущая следом статья
про подземные ходы и оборонную крепость 16-17 в.в. (Земля, Ямпольский район,
с. Буша) — и то интереснее будет, и не только прилагаемыми стереокартами и
схемами.
Славик наугад перелистнул несколько страниц. С цветной фотографии на
него взглянул крылатый каменный колли. Камень кое-где выкрошился, но фигура
удивляла своей живостью и насмешливостью взгляда. Вокруг каменного песика
вился резной узор из цветов, стеблей и ростков то ли травы, то ли какого-то
злака. Под фотографией значилось: "Остатки высеченного в скале
дохристианского славянского храма с уникальным художественным рельефом.
Земля, Ямпольский район, с. Буша"
Еще несколько страниц... Раскопки древнего нарнского поселения на
Центавре Главной. Хм-м, живо написано, с ехидцей, и вопрос об исторических
претензиях, разумеется, поднят... В таком стиле написать?
Или вот как в маленькой заметке о начавшихся раскопках в Массачусетсе.
Куча фактов и редкие комментарии. Почти нет незнакомых терминов. А на полях
— чье-то примечание... "Первые нанароботы! Если удастся реанимировать хоть
один реликт — это будет сенсация! И дату юбилея прийдется пересмотреть
всерьез!" Статья о раскопках лаборатории времен XX века... Да это же...
— Арт! Я нашел! Нашел нашу изюминку! Вставить в конец текста — и
можно отправлять! На конкурс! Я нашел!.. Кстати — ты не возражаешь, если я
подпишусь псевдонимом? А то дарить свои координаты КосмоПолу — некузяво
получится! Как ты считаешь, Артано?
Арт долгим взглядом впился в нахала:
— Допрыгаешься...
И он был, как ни странно, прав. Но это случилось еще ой как нескоро...
Часть вторая
Загорский
Глава 1
Славик мог быть доволен: добытая им информация плюс литературный слог
Артагорта образовали ту "взрывную смесь", что разбила преграды, и их статья
к юбилейному конкурсу не только заняла первое место и была опубликована в
самых престижных газетах Земли, но и дала юному контрабандисту ценнейший
подарок — ключ от Всепланетного Архива Периодической Прессы! Теперь можно
было не только перечитать сами материалы, но и порыться в их уцелевших
черновиках, посмотреть заготовки, планы, сплетни, зарисовки на полях...
Мальчишка наслаждался победой, и не знал, какие последствия вызовет
невинная на первый взгляд публикация.
А в это самое время на страницу с юбилейным текстом смотрел Яромир
Загорский...
Владимир Морготенко, Олег Артагорт
ПОГОВОРИМ О ПРИВЫЧНОМ
Данная статья — ничто иное, как попытка рассмотреть влияние массового
применения нанароботов-сборщиков на культуру, социальный уклад и медицину
Земли.
Впервые нанароботы были созданы еще во второй четверти XXI века, но не
получили распространения из-за множества "псевдосоциальных запретов" — тех
самых, что одно время запрещали клонирование разумных существ, исследование
гиперпространственных флуктуаций или проекты СКДР и сверхглубоких скважин.
Так что разработанные в XXI веке, уже к концу его они были прочно забыты как
казус, ошибка прогресса. И лишь с середины XXIII века наново открытые,
нанароботы нашли применение в жизни. Первопричиной создания нанароботов была
необходимость проведения сверхточного монтажа электронных схем. Нанаробот,
будучи соизмерим по размеру со сложной молекулой, мог осуществлять
манипуляции с каждой отдельно взятой молекулой, а впоследствии — и с
отдельными атомами, что позволяло создавать интегральные схемы неимоверной
плотности и привело к появлению новых поколений компьютеров.
Пожалуй, кроме "общественного мнения", причиной нераспространенности
нанароботов в XXI веке была неимоверная дороговизна их и малая
износоустойчивость. Поколение же, созданное в XXIII веке, было обучено
прежде всего воспроизводить себе подобных. Так что стоимость нанароботов
скоропостижно упала: затраты были только на изготовление первой партии,
остальные же обходились ровно во столько, сколько стоили вещества, идущие на
их изготовление, и не более того.
Автоматически упала цена на всю технику: нанароботы собирали в чанах с
раствором детали любой сложности, и опять же цена их определялась только
двумя пунктами: стоимость затраченных материалов и стоимость труда инженера,
разработавшего данную деталь.
Однако на этом прогресс не остановился. От сложных технических
приспособлений нанароботы перешли к бытовым предметам. Так что даже такие
традиционные виды производства, как изготовление одежды и обуви, претерпели
коренное изменение. Зато каждый получил возможность иметь ту одежду, которую
только пожелает, и обувь, идеально подогнанную под ногу. Работа же
модельеров-дизайнеров стала основополагающей в изготовлении предметов
туалета.
Полностью и бесповоротно исчезло такое социальное явление, как бытовое
воровство. И это не удивительно: зачем воровать какую-либо вещь, если
нанароботы легко сделают тебе копию с точностью до каждого атома! Приобрести
же строительных нанароботов — тоже ничего не стоит: их можно просто
"зачерпнуть из лужи", то есть из любого чана с раствором.
Заодно сместились и критерии ценности. Утратили свое былое значение
деньги, зато на первое место вышла ИНФОРМАЦИЯ! Так что не удивительно, что
современных контрабандистов нередко называют Торговцами Информацией.
(Справедливости ради стоит отметить, что золото и серебро как "ценные"
металлы перестали быть таковыми еще в XXI веке, когда наконец-то была
официально принята разработанная еще в XX веке Болотовым химия второго рода,
или, как ее часто называют студенты, "киловаттная" химия, и производство
этих некогда редких металлов было поставлено на поток. С удешевлением же
"драгоценных" <сейчас ни один человек не может читать такое определение
золота без улыбки, а ведь было время, когда шли целые войны и совершались
убийства единственно с целью обладать достаточным количеством оного!>
металлов критерием ценности была признана трудоемкость того или иного
процесса, и это продержалось аж до массового применения нанароботов, которое
свергло с пьедестала понятие трудоемкости вообще!) Так что теперь ценны были
не сами вещи, а информация, проекты, программы. Так что наряду со
скоропостижным падением бытового воровства вознесся на недосягаемые вершины
его родственник: промышленный шпионаж.
С помощью нанароботов-сборщиков удалось создавать точнейшие копии
предметов искусства, так что в искусстве теперь критерием стала считаться
Красота, а не неповторимость. Археологи же и реставраторы применяют
нанатехнологии для восстановления полуразрушенных предметов культуры и
искусства.
Примерно тогда же, когда и технический бум, медики решили использовать
специальных нанароботов для проведения бескровных операций в области
микрохирургии: благодаря малым размерам нанароботы могли сшивать сосуды,
нервные окончания, бороться с тромбами. Как правило, после операции
нанароботов извлекали обратно.
Следующим шагом в медицине стало создание "искусственной микрофауны",
постоянно обитающей в человеческом организме и производящей корректирующие
ремонты органов по мере необходимости.
Логика проста — человек, "зараженный" нанароботами, больше никогда и
ничем не будет болеть: эти крошки проследят за его здоровьем и будут
постоянно чинить повреждения в организме, являющемся средой их обитания. Они
могут уничтожить опасные вирусы, прочистить сосуды от тромбов, соединить
разорвавшиеся ткани или нервные волокна, заделать трещины в кости и
исправить за считанные минуты перелом... Так что человеку — носителю
нанароботов не угрожают абсолютно никакие болезни, что столько веков терзали
человечество... Даже если вдруг произойдет потеря конечности — нанароботы
воссоздадут ее из естественных материалов, так что это будет не протез, а
регенерация конечности. То же — и с внутренними органами. Параличи также не
грозят подобному человеку: для нанароботов-сборщиков никакой сложности не
составит восстановить позвоночный столб, спинной мозг или разорванные связи
на пути нервных импульсов.
Очевидно, что если нанароботам в организме дать команду воспроизводить
какой-то конкретный возраст — человек перестанет стареть и сможет прожить в
таком возрасте практически вечно. Сменяя возрастной код, можно становиться
взрослей или моложе своего естественного возраста.
Более того — даже знаменито фатальное для жителей Зайста отрубание
головы — для землянина лишь неудобство: нанароботы снабдят и тело, и голову
необходимой энергией и кислородом, а когда голову приложить к телу — точно
и ювелирно соединят их вновь, срастив и восстановив все связи.
Поэтому-то "инфицирование" людей нанароботами стало естественным со
второй половины XXIII века. Дети же, рожденные от людей, в которых уже
находятся нанароботы, также имеют в своем организме нанароботов, учитывающих
возраст и генетические особенности нового организма.
Поскольку же нанароботы могут воспроизводить себе подобных — то
проблемы износа нанароботов или их недостаточного количества в организме
практически не возникают. Исключения из этого крайне редки, хотя и трагичны.
Так, гибель Натальи Паллай в авиакатастрофе, согласно мнению
инженеров-медиков, произошла из-за практически полного отсутствия в ее
организме нанароботов: имевшихся в наличии не хватило для поддержания
жизнеспособности организма до прибытия скорой помощи. Причины резкого
понижения нанароботов в ее крови установить не удалось.
Есть также подозрение, что знаменитый скачок, когда все, рожденные
после 2487 года на Земле, стали обладать "сверхъестественными" свойствами,
тоже связан с нанароботами. Видимо, что-то (или кто-то) усовершенствовало
программу внутричеловековых нанароботов, и те повысили спектр оказываемых
человеку услуг. Так, защитное поле может на практике представлять мгновенное
уплотнение материала, составляющего кожу, до прочности ванадиево-титанового
сплава или алмаза с дальнейшим разрежением до нормы после того, как
опасность исчезает. Перенос на расстояние напоминает взаимосвязь между
нанароботами внутри человека и нанароботами внешнего окружающего мира, чего
прежде не наблюдалось.
Р.S. Совершенно случайно нам в руки попали свидетельства, говорящие,
что впервые нанароботы были изобретены еще в 90-х годах XX века в США, но
тогда правительство этой страны наложило запрет на изготовление нанароботов
"потому что появление данных аппаратов будет способствовать
несанкционированному копированию денежных единиц, что приведет к инфляции и
краху экономики страны". К сожалению, данные свидетельства не являются
заверенными юридически, поэтому мы и приводим их в приложении, как
дополнительную информацию.
газета "Всесвiт сьогоднi"
24 декабря 2505 г.
статья к 250-летнему юбилею нанатехнологий.
Перевод на русский язык — авторов.
Глава 2
— Я бы обратила Ваше внимание на вторую подпись, Яромир, — голос
"Шельмы" был тих и вкрадчив.
— Да? И что в ней такого странного? — Загорский поправил очки и
посмотрел сквозь голограмму экрана на закипающий кофейник. — Меня куда
больше интересует, что они написали в постскриптуме. Проверь-ка,
действительно ли есть упоминания о нанароботах XX века? Что-то не
наталкивался на подобную инфу, хотя и искал все, что мог...
— По приказу Дракона?
— Нет, дорогуша... Просто хотел поучаствовать в конкурсе... РАЗУМЕЕТСЯ
— ПО ПРИКАЗУ!!!
— Ладно... Начинаю поиск... А по фамилии Артагорт замечу, что в 2211
году был скандал вокруг литератора с той же фамилией. Предположительно --
родственник.
— Проверь...
— Для перерывания информации конфиденциального характера необходимо
ввести приказ в письменном виде...
— У-у-у, бюрократка! — рыкнул Загорский и с явным неудовольствием
склонился над клавиатурой ручного ввода.
"К исполнению.
Гриф: ДСП.
СПЕЦИАЛЬНОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
Поднять всю информацию из архивов по делу писателя и журналиста
Артагорта. (информация с 2211 года)
Начальник 14 отд.
Загорский Я. С."
— Довольна?! — Яромир Савельич встал и пошел к булькающему
пластиковому кофейнику, в котором заваривал чай.
Информацию по Артагорту машина раскапывала долго... Зато по
нанароботам...
— Проверка по XX веку завершена. Единственная официальная ссылка на
возможный источник — публикация Морготенко и Артагорта. Среди неофициальных
источников — примечание на полях "Вестника археологии", сделанное
О.В.Битковским: "Если удастся реанимировать хоть один реликт — это будет
сенсация! И дату юбилея прийдется пересмотреть всерьез!" Написано около года
назад при раскопках пентагоновской лаборатории в Массачусетсе.
Предположительно — они могли-таки найти древних нанароботов. Однако в таком
случае остается невыясненным, почему до сих пор не появилось официальной
публикации об этом...
— Штатская интеллигенция готовит сенсацию... — недовольно проворчал
СБ-шник. — Отправь в Массачусетс на расследование Амперяна, пусть
покопается...
— Амперяна — с удовольствием! — в голосе машины появилось плохо
скрываемое злорадство. — На сколько месяцев?
— На сутки, дорогуша, на сутки... — огорчил "Шельму" Загорский. — И
проведи это как официальное задание высшей категории.
Информации оказалось на удивление мало. Компьютер искал почти трое
суток, а все результаты уместились на одном экране.
"_Артагорт_ — псевдоним писателя и журналиста, прославившегося
рядом публикаций в Интернете и КОСМОНЕТе. Основная направленность --
фантастика проТолкиеновского направления. Не представлял интереса, пока не
поступили жалобы от _ИХ_. После этого была проведена операция "Эхо" с
участием трех специалистов и компьютера "Алданиум-ПРО". Популярность
Артагорта была погашена до стандартных 50%, после чего завершена стандартная
дискредитация.
С 2214 года более не публиковался.
Независимая комиссия "ИХ" отмечала, что скорее всего данный автор взял
себе псевдонимом имя героя 5-й Эпохи Земли-1, что еще раз доказывает его
неоригинальность.
Дело сдано в Архив АЕ-28546434209673к38587 по истечению срока."
Яромир машинально ткнул пальцем в чуть мерцающую надпись
"_Артагорт_". По экрану пошла рябь, словно палец коснулся воды, и
поверх текста проступила фотография. Артагорт был запечатлен возле стойки в
каком-то баре. Это был высокий худощавый юноша с сумкой через плечо. Даже
беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, насколько его внешность
своеобразна. Ни малейшего следа модной тогда "накачанности", руки тонкие,
пальцы длинные и костлявые. Еще меньше вязались с модой начала XXIII века
длинные, ниже плеч, волосы странного, черного с медно-красным отливом цвета,
кое-где тронутые сединой, черные кожаные брюки, сапоги, украшенные металлом,
черная шелковая рубашка, рукава которой были закатаны до локтей, широкий
пояс со множеством блестящих пластинок, металлический обруч, охватывающий
лоб, черненый браслет и массивное золотое кольцо на указательном пальце
правой руки. Добрую половину лица юноши закрывали огромные темные очки.
— Интересная личность... — Яромир щелчком переместил фото в левый
нижний угол, затем обратился к монитору: — Мне нужен портрет Артагорта
нынешнего.
— Информация отсутствует. Ни одна из публикаций, а их всего семь,
включая четыре сказки и две новеллы, не сопровождалась фото и видеокадрами.
Прикажете запустить Глаз?
— Да. Оформи как приказ номер следующий. Коррекция: установить
наблюдение за Артагортом, всю информацию транслировать непосредственно мне
по Синему Каналу. Исполнителями назначаются Кривошеев Анатолий Керберович и
Передереев Олег Игоревич. Разрешение — форма N2.
— Приказ принят к исполнению... — машина, как всегда, была
бесстрастна.
— И еще. Прими приказ:
"УКАЗАНИЕ
Повторить операцию под кодовым названием "Эхо". (см. материалы по делу
Артагорта за 2211 г.)
Исполнитель Симпсон К.
Начальник 14 отд.
Загорский Я. С."
После этого Яромир зажмурился, как довольный кот. "Интересно, --
подумалось ему, — Что почувствует новоиспеченный, когда поймет, что его,
как и его предшественника..."
— Кстати, выдай-ка мне информацию по Артагорту — Герою Земли-1 конца
5-й Эпохи по их летоисчислению.
— Информация отсутствует в связи с отсутствием объекта, наименованного
Вами как "Земля-1".
— Поднять информацию по Земле-1. Поиск по *.*
— Информация отсутствует. В природе никогда не существовало объекта с
таким названием.
— Откуда же взялась информация по данному объекту в файле, переданном
тобой выше?
— Кто-то ввел с клавиатуры в 2214 году. Данное название не является
значащим, а поэтому не проходило проверку на достоверность. Прикажете изъять
его из файла?
— Нет.
— Принято.
Неприятно, когда какой-то пустяк оказывается вдруг занозой в
неподходящем месте... Надо же — непроверенный термин, чья-то очипятка или
просто шутка ночного программ...
