Вячеслав Шалыгин. Взгляд сквозь солнце
страница №6
...куда знаешь, какие они создания? - Кузь-менко пожал плечами иналил в большой таз кипятка. - Все должно быть галантно. Они пропустили нас
вперед - мы оставляем после себя порядок и свежие, но уже распаренные венички.
Сними-ка там, в предбаннике, пару...
Василий покорно принес два веника и сунул их в кипяток.
- Температура воздуха, наверное, градусов под сто? - спросил он,
прикрывая дверь в парилку поплотнее.
- Восемьдесят от силы, - возразил Алексей, - но это же не сауна. С паром
и такой будет достаточ:
Хотя при желании можно и до сотни разогреть...
- С душой банька построена, - одобрительно лядываясь, сказал Сюртуков. -
Тесновата только...
- А ты хотел бассейн, бар и отдельную комнату с массажистками? - Алексей
закрыл топку и, помыв руки, вышел в предбанник.
- Ну, последнее не обязательно, - Сюртуков допил квас и принялся
неторопливо одеваться. - Хотя при взгляде на Лену подобные мыслишки и
проскальзывают...
- Что же ты раздумываешь? - Алексей усмехнулся и промокнул лицо
полотенцем.
- Воспитание не позволяет, - Василий пожал плечами. - Я ее знаю-то всего
два часа. Разве я могу приставать к ней с такими рискованными предложениями
после столь краткого знакомства?
- Можешь, - Кузьменко криво улыбнулся. Если бы ты побольше бывал на
свежем воздухе и общался с живыми людьми вместо себе подобных истуканов, то
давно бы понял, что женщины иногда готовы на такие подвиги, которые не
приснятся ни одному мужчине в самом смелом сне.
- А сам-то ты почему медлишь? Твоя напарниц по-моему, тоже не против
приключений.
- Моя напарница - случай особый, - ответе Алексей, натягивая футболку. -
Это долго объяснять...
- А, понимаю, она верна одному из твоих начальников? Кому, Красавчику?
Впрочем, нет, для этого прохиндея она слишком изысканна. Эрику? Я пра вильно
угадал? - Сюртуков заглянул в потемневшее времени зеркало и пригладил волосы. -
Хуже служебных романов могут быть только близкородственные браки...
- Ничего ты не понимаешь, - Кузьменко с досадой помотал головой. - Ты не
знаешь, как мы все познакомились, и потому делаешь слишком скоропалительные
выводы.
- Выводы как выводы, - упрямо ответил Василий. - Я, может быть, и плохой
физиономист, но как у на нее смотришь, могут не заметить только пацаны, рот
даже Наталья Михайловна вас, как голубков, обхаживала. Ирочка с Алешенькой то,
да се...
- Давай снимем наши кандидатуры с обсуждения? - Алексей хмуро взглянул на
Сюртукова, и тот
кивнул.
Одевшись, мужчины вышли на свежий воздух и с удовольствием подставили
раскрасневшиеся лица теплому весеннему ветерку. Почти в ту же минуту из дома
появилась Лена и, улыбаясь, спросила:
- Можно сказать с легким паром?
- Вполне, - согласился Кузьменко. - Банька замечательная. Для вас,
кстати, тоже все уже готово...
- Спасибо, - ответила она. - Мы идем...
- Там жарко? - с опаской поинтересовалась Ира, выглядывая из-за плеча
подопечной. - Я париться не люблю...
- Вы просто не были в настоящей русской бане, - заявил Сюртуков. - Ни с
чем не сравнимое наслаждение...
- Так уж ни с чем? - по-прежнему улыбаясь, но теперь определенно Василию,
задала вопрос Лена.
Сюртуков замялся и отвел взгляд в сторону. Лена забросила на плечо
полотенце и, обогнув растерянного гостя, прошла в баню. Ира неопределенно
хмыкнула и пошла следом. У двери она немного задержалась и, обернувшись к
Алексею, предупредила:
- Если будет слишком жарко, я спрошу с тебя... При этом в ее голосе
послышались совершенно незнакомые Кузьменко теплые нотки. Если бы Алексей не
понимал смысла, то по интонациям он мог бы предположить, что его чуть ли не
зовут присоединиться. Он, так же как и Сюртуков, растерянно посмотрел на
закрывшуюся дверь и вздохнул.
- Я же говорил, - послышался за его плечом голос Василия.
- Я тоже, - ответил Алексей, и они оба негромко рассмеялись.
- Ребятки, вы что стоите на ветру? Идите в избу, появляясь на крыльце,
пригласила радушная Наталья Михайловна. - Нечего девок караулить, никуда они не
денутся... Отмоются, да и сами к вам прибегут.,
- Так уж и к нам? - улыбаясь, спросил Алексей.
- А то к кому? - Хозяйка немного наклонила голову и хитро подмигнула: -
Вы уж мне поверьте, меня глаз на эти дела зоркий...
Сюртуков и Кузьменко невольно переглянулись и вошли в дом.
Чем выше поднималось пока еще не слишком горячее, но уже ослепительно
яркое весеннее солнце, тем понятнее мне становилось все несовершенство
взлелеянного им мира. Звезда делилась с Землей своей колоссальной энергией так
легко и непринужденно, словно это были не живительные ультрафиолетовые лучи, а
никчемные обертки от конфет. Что давала в ответ Земля? Как хотя бы обозначала
свою благодарность? Бликами на поверхности темной после зимней спячки реки?
Ненасытной жаждой согревающейся почвы? Хрустом оседающего и уже неплотного
снега? В этом не было благодарности. Только паразитическое поглощение дара
золотых небес...
Я вдруг поймал себя на том, что раньше погода t могла так сильно влиять на
мое настроение. Я был одинаково спокоен и в меру жизнерадостен независимо с
облачности. Позже, теперь уже не вспомнить когда, солнечную погоду я стал вести
себя более активно, a периоды дождливого затишья предпочитал заниматься
чем-нибудь рутинным. С тех пор все изменилось до не узнаваемости: солнце меня
раздражало, а свинцовые тучи вызывали смертную тоску... И дело было вовсе No в
весеннем недостатке витаминов или отсутствии достойной цели существования.
Возраст тоже пока не располагал к унынию, однако с каждым днем я чувствовал все
большую усталость и даже легкое разочарование. Что-то не устраивало меня в
течении жизни, но четко и безошибочно определить причину дискомфорта я не мог.
Мне словно чего-то не хватало... Чего? Возможно, надо было всего лишь выспаться
и слетать на недельку в горы. Или перебраться куда-нибудь южнее и отойти от дел
на более длительный период. Нет, это был жизненный путь Сюртукова и ему
подобных. Минутная слабость не может быть побуждением к принятию серьезных
решений... Да, скорее всего мне действительно следовало просто выспаться!
Я встряхнулся и перевел взгляд на застывший перед планером пейзаж. Как
оказалось, мы уже прибыли на место. Теперь нам оставалось выбрать приличные
позиции и замаскировать машину. Я спрыгнул на снег и глубоко вдохнул прохладный
чистый воздух.
- Бросил бы ты ее, - неожиданно посоветовал Красавчик, отходя к ближайшей
березе, чтобы избавить организм от излишков жидкости.
Я в недоумении обернулся к напарнику и спросил:
- Ты о чем?
- О грызущих тебя сомнениях, - пояснил он. - Думаешь, я не вижу, какой ты
стал в последнее время задумчивый? Я знаю, сам не раз оказывался в подобной
ситуации. Это мешает работать, спать, есть... Но мне проще, я романы дольше
месяца не признаю, а вот тебе стоит немного пересмотреть жизненные установки,
иначе замучишь себя насмерть. Чем она так уж тебе дорога, что ты не можешь от
нее отказаться?
- Я что-то не пойму, - для вида возмущаясь, сказал я, - когда это я
разрешил тебе лезть в мои личные Дела?
- Не разрешал, - согласился Красавчик. - И я по-прежнему прекрасно
сознаю, что давать советы, да еще по теме "дела сердечные", занятие
неблагодарное, но я просто не могу смотреть, как ты переживаешь... И было бы
из-за кого?!
Напарник говорил настолько искренне, что я сначала даже не смог ничего
ответить. Ведь в самом деле если на свете и существовал человек, который мог бы
меня понять и поддержать или, наоборот, осудить, но сделать это предельно
объективно, то это был, несомненно, Красавчик.
- Ты не можешь знать, что я чувствую, - после долгой паузы возразил я.
- Не могу, - снова согласился Красавчик. - Но я готов поделиться
наблюдениями, а ты уже сделаешь выводы самостоятельно. Идет?
- Попробуй, - нехотя согласился я.
- То, что было между вами, не назвать ни бурной страстью, ни глубокой
симпатией. Ты даже ни разу не слышал слово, которое могло бы описать твое
отношение к Ирочке. Просто в один прекрасный момент ты понял, что сможешь с ней
жить, и привел ее в свой дом. Она, тоже не пузырясь от жаркой любви, покори
лась судьбе и приняла твое предложение остаться дольше, чем на ночь. Ребята вы
симпатичные, так что в постели у вас наладилось полное взаимопонимание, но
осталось какое-то легкое разочарование и неудовлетворенность. Даже не сами эти
чувства, а поначалу только их оттенки. Но время шло, и оттенки наслаивались,
образуя полутени, потом краски сгущались и смешивались. Дальше - больше, и
теперь от светлого фона остались одни пятна, а от ошибочно принятой за любовь
совместимости - привычка. Не самый худший вариант мумификации отношений, но в
вашем случае права на жизнь он не имеет. Отпусти ее на все четыре стороны, и
жизнь сразу же войдет в колею. Вот увидишь, насколько вам обоим станет легче,
когда получится, что вы снова всего лишь сотрудники...
- Все сказал? - немного агрессивно спросил я.
- Нет, конечно, - Красавчик состроил кислую физиономию, - но для первого
раза хватит...
- Где мы займем позиции? - переключаясь на текущие проблемы, спросил я.
Красавчик был прав целиком и полностью, но всетаки мои личные дела его не
касались, и потому благодарить напарника за бесплатный совет я не собирался.
- Прямо у избушки, - ответил Красавчик. - Обрубим и колонне "хвост", и
пока они сообразят, что сквозь стенку прошли не все, мы успеем отойти метров на
сто, то есть сюда, к планеру, и стартовать на нем в произвольном направлении.
Пешком они нас не догонят, а пока прилетит их вертолет, мы уже выжмем из
"языка" все, что он знает.
- Если он что-то знает, - пробормотал я себе под нос.
- Что? - не расслышав, переспросил напарник.
- Годится, - ответил я.
Мы внимательно осмотрели местность и медленно двинулись в сторону окраины
Севостьяновки. В мокром снегу оставалась отчетливая цепочка следов, но мы
рассчитывали на то, что машина или пешая колонна противника подойдет к избушке
Матрены с другой стороны и потому наше присутствие обнаружено не будет. Я
застегнул "молнию" серого маскировочного комбинезона и натянул маску. Красавчик
остановился в нескольких шагах от домика и молча указал мне на достаточно
высокий сугроб. Я со вздохом лег в темнеющий снег и приготовился ждать.
Напарник тем временем обогнул лачугу и скрылся где-то между стволами берез.
- Не спишь? - послышался его голос в приборе
связи.
- Пока нет, - ответил я, подтверждая нормальную
работу приемопередатчиков.
- Это хорошо, потому что я вижу противника, - предупредил Красавчик. -
Быстро же они добрались...
В голову мне пришла смутная мысль о том, что появление на нашем пути
противника не всегда соответствует законам логики. Мы наверняка опередили
выехавшую из города группу минут на сорок, а значит, к занятым нами позициям
приближался другой отряд, но тут же возникал вопрос: сколько человек могло
укрыться под избушкой, если там действительно существовал "бункер"? И почему
кто-то из врагов стрелял в нас бронебойными и выбрасывал людей из окна, явно
стараясь отвести от избушки подальше, а кто-то, на оборот, всеми силами к ней
подталкивал?
- Странно, - прошептал я. - Тебе не кажете Может быть, это не противник?
- Не знаю, - в голосе напарника также послышалось сомнение. - Хотя...
Пойду-ка я проверю наш оперативный тыл.
Красавчик исчез из эфира на долгие пять минут. 3а это время я успел не
только хорошенько рассмотри пробирающихся индейской цепочкой - след в след
-врагов, но и тысячу раз помянуть напарника добры словом. Он выбрал мне позицию
буквально в пяти метpax от того места, где должны были пройти воины если бы не
сменили в последний момент направление движения. Им помешало несколько
поваленных деревьев. Я с благодарностью взглянул на прикрывающи меня бурелом,
но на всякий случай все же снял сво пистолет с предохранителя и перевел
соответствующи флажок в положение для стрельбы очередями.
Напарник наконец вернулся в эфир и сообщил мне совершенно безрадостную
новость.
- Они прилетели на "вертушке". Угадай, где она приземлилась?
- Почему же мы ничего не слышали? - не тратя времени на бессмысленные
шарады, спросил я. -
- Потому что их геликоптер не простой летающий трамвай, а последнее слово
техники. Летает почти бесшумно. Таких аппаратов по всей стране наберется пока
не больше десятка. Один из пилотов с большим интересом исследует наш планер и
даже пытается его поднять...
- Обложили, - скрипнув зубами, произнес я. - Кто теперь кому будет
обрубать "хвосты"?
- Пока у нас сохраняется основное преимущество, - бодро ответил напарник,
- мы их видим, а они
нас нет...
- Я возвращаюсь, - сказал я.
- Лежи пока, - жестко ответил Красавчик. - Сейчас я главный...
Спорить с ним я не стал. В ситуации, когда требовалось применить тайные
боевые искусства, напарник был безусловно первым номером. Я не раз наблюдал,
как он творит настоящие чудеса, не просто выживая, но еще и выходя победителем
из безвыходных ситуаций. И не из "казалось бы, безвыходных", а безвыходных.
Даже для хорошо подготовленного солдата.
Я слышал, как ровно дышит Красавчик и едва слышно похрустывает под его
ногами снег. Он оставил передатчик включенным, так как сейчас требовалась
максимальная слаженность действий даже с таким "обозом", как я.
- Стометровка с самого низкого старта, да еще назад - задачка как раз для
таких бегемотов, как ты, - Красавчик не переставал зубоскалить, даже будучи
предельно сосредоточенным. - Будь готов...
- Понял, - ответил я, не сводя глаз с исчезающих в домике воинов.
Искать нас они не стали, и это было странно. Тратить время на подобные
мероприятия показалось им слишком расточительным? Или нами должен был заняться
другой отряд? Или все вместе? Я попытался представить, что будет, если я войду
в дом следом за солдатами, но меня отвлек возглас Красавчика:
- Пошел!
Отбросив размышления, я вскочил на ноги и ринулся в глубь прозрачного
леса, к противоположной опушке. Через сотню шагов в поле зрения показался наш
любимый планер и вертолет, медленно рассекающий воздух длинными темными
лопастями. Я прибавил шаг и почти добрался до планера, когда новая команда
Красавчика бросила меня в сугроб.
- Ложись! - заорал напарник.
Я не стал уточнять, почему мне следует нырять мокрый снег, и послушно
растянулся между стволами двух юных березок. В ту же минуту над моей головой
пронесся огненный вихрь и шквал мелких осколков! стекла, металла и сорванных
взрывом веток. Спустя неуловимо короткое мгновение в ушах зазвенел целый
сводный оркестр ударных инструментов, а голову чуть приподнял и снова бросил
вниз удар упругой воздушной волны. Под снегом скрывался какой-то пенек или
обломок толстой ветки, во всяком случае, я0 очень больно ткнулся лбом во что-то
твердое и даже на пару секунд забыл обо всем, кроме собственных неприятных
ощущений.
- К вертолету! - опять крикнул Красавчик.
Я снова вскочил и, обогнув горящий остов нашего планера, побежал к
винтокрылой машине врага. В открытой двери был виден силуэт напарника, который,
приставив пистолет к голове одного из пилотов, пытался ему что-то объяснить.
Второго летчика видно не было, но, уже подбежав к вертолету, я увидел, что он
лежит вдоль ряда пассажирских сидений на полу.
- Поднимай аппарат! - приказал Красавчик действующему пилоту. - Или ты
хочешь присоединиться к товарищу?!
- А кто сядет за штурвал? Ты? - горделиво спросил пилот.
- Он принимает меня за идиота! - фальшиво пожаловался мне напарник.
Одновременно с репликой он нанес летчику короткий и точный удар в
подбородок. Противник тотчас обмяк и немного сполз с кресла вниз. Красавчик
небрежно вытолкнул его из кабины на землю и занял освободившееся место.
- Следи за лесом, - приказал он, протягивая мне свой пистолет. - Если что
- стреляй очередями. Нечего больше с ними церемониться! Представляешь, эти
сволочи установили фугас с радиовзрывателем в планере под моим сиденьем! Я все
понимаю, но так наглеть не позволяю даже самому себе!
- Что же ты не остановил их раньше? - Я с сожалением взглянул на останки
нашей машины.
- Этот гад держал палец на кнопке, -г- пояснил Красавчик. - Перехватить
столь короткое движение мне не по силам.
- Какой из гадов? - уточнил я.
- Тот, что лежит у твоих ног...
- Он жив? - спросил я скорее самого себя, одновременно наклоняясь и
приподнимая веко лежащего пилота.
- Ну как? - оборачиваясь, спросил напарник.
- В нокауте, - ответил я.
- Для дела это хорошо, но в глубине души я надеялся, что ему гораздо
хуже, - проворчал Красавчик и добавил к фразе пару крепких выражений.
Видимо, эти лексические изыски наконец помогли ему прийти к пониманию, как
управлять новым транспортным средством, и вертолет плавно оторвался от земли.
Ветер от лопастей изорвал поставленную горящим планером дымовую завесу в
стелющиеся по земле лоскуты, и я увидел бегущие к нам фигуры воинов противника.
Напарник тоже их заметил и больше не стал тратить драгоценные секунды на
знакомство с нюансами управления необычным вертолетом, а просто заставил его
набрать безопасную высоту...
Глава 15
Нет, в такие игры мне никогда не везло, - Василий бросил карты на стол и
поднялся. - Продолжайте без меня, а я пойду подышу воздухом.
- Ну зачем сразу воздухом? - Алексей усмехнулся. - У меня в машине есть
еще и нарды.
- Даже названия такого не слышал, - Сюртуков презрительно фыркнул. - Вот
шахматы - другое дело. Ну, на крайний случай - то.
- Как интересно, - искренне удивилась Лена. А что это такое?
- Это старинная японская игра, - гордо ответил Василий. - Я довольно
неплохо в нее играю.
- Это все к Эрику, - снова раздавая карты, сказал Кузьменко. - Он не
умеет играть разве что в бейсбол...
- Я, пожалуй, тоже воздержусь, - искоса глядя на Сюртукова, сказала Лена.
- Пойду, посмотрю, где там мои сорванцы.
- Разрешите составить вам компанию? - вдруг преобразившись, спросил
Василий.
Лена в ответ благосклонно улыбнулась и вышла на крыльцо. Сюртуков на
мгновение задержался у зеркала и, поправив непослушную после бани прическу,
двинулся следом.
- Учись, - с улыбкой заметила Ира. - Настоящий джентльмен. "Будьте так
любезны, не соблаговолите ли соизволить..." Романтика!
- Бред сивой кобылы, - Алексей сделал вид, что его вот-вот стошнит. -
Зануда этот Сюртуков.
- У тебя всегда так, - Ира с сожалением покачала головой. - Если не
хамит, как Красавчик, или не щелкает логические задачки, как Эрик, значит -
второй сорт. Но ведь люди тем и замечательны, что отличаются друг от друга.
Причем иногда очень серьезно отличаются...
- Это ты о половых признаках? - Алексей внимательно изучил свои карты и
сделал первый ход.
- Не старайся, - в голосе напарницы зазвучала, ирония, - на Красавчика ты
все равно не потянешь. У него такие шутки получаются куда менее тяжеловесными.
- Да я и не стараюсь, - флегматично ответил Кузьменко. - Дело не в
стремлении подражать кумирам, а в отношении к жизни. Наши начальники серьезно
перекроили мое мировоззрение и способность реагировать на раздражители. Теперь,
как выражается Красавчик, для меня все вокруг слегка фиолетовое.
Это позволяет отбросить ненужную суету и жить просто, но со вкусом...
- Не имея никакой конкретной цели? - уточнила Ирина.
- Абсолютно, - согласился Кузьменко.
- Тогда это не жизнь, а пустая трата времени, - решительно заявила
девушка. - Не имея мотива, ты не способен на поступок!
- На какой? - по-прежнему спокойно спросил Алексей. - Ради чего? Чтобы
показать, какой я особенный? Кому?
- Хотя бы мне! - возмущенно ответила Ира и тут же прикусила язык. - В том
смысле, что...
Она замялась и неопределенно взмахнула рукой. До Кузьменко внезапно дошло,
что, не сделай Ирина эту паузу, он никогда бы не обратил внимания на
двусмысленность ее реплики. Теория Сюртукова получала подтверждение. Алексей
все пытался понять, почему заметил интерес со стороны Иры только сейчас, но все
его старания оказались напрасны. Скорее всего до последнего времени она и в
самом деле относилась к нему не так уж хорошо. Теперь, возможно, что-то в
Алексее заставило ее изменить свое мнение, или между ней и Эриком пробежала
кошка... В принципе особой разницы не было. Так или иначе, Ирина была девушкой
Эрика, и Алексею в этой ситуации оставалось лишь молча наблюдать за развитием
событий.
Последующие три партии в "дурака" были сыграны ими почти в полной тишине.
Когда же стало окончательно ясно, что Ире не отыграться, пропал и тот
минимальный азарт, с которым вообще возможно участвовать в подобной игре.
Кузьменко бросил колоду на стол и потянулся.
- Что-то долго они проветриваются, - сказал он, поднимаясь со стула, -
так и простудиться можно...
- Люди взрослые, - Ира махнула рукой. - Видимо, нашли общую тему для
беседы.
- Деликатность, конечно, дело нужное, но не сейчас, - возразил Алексей,
выглядывая в окно. - Не забывай, что мы за них отвечаем, какими бы взрослыми
они ни были.
Он набросил куртку и вышел из дома. Прежде чем Кузьменко вернулся, прошло
не меньше десяти минут, и Ирина уже начала волноваться. Выглядел стажер
совершенно растерянным.
- Их нигде нет, - разводя руками, доложил он.
- Что значит нет?! - Ира вскочила.
- То и значит, - Алексей вынул из кармана телефон и попытался дозвониться
до Эрика.
Сыщик не отвечал. Кузьменко набрал номер Красавчика, потом попробовал
пробиться на телефон планера и наконец оставил все бесплодные попытки.
- Плохо дело, - сказал он, пряча телефон в карман. - Придется искать...
- Доверь это мне, - Ирина решительно застегнула куртку и включила
наручный приборчик слежения.
Он утверждал, что оба объекта удаляются на запад со средней скоростью
около пятидесяти километров в час...
- Постой, ты куда это собралась? - Кузьменко поймал Иру за рукав.
- За ними, - девушка удивленно взглянула на партнера. - У тебя есть
другие предложения?
- Нет, но мы пойдем вместе, - пояснил Алексей.
- А дети? - Ира указала на дверь в спальню, где разворачивалась решающая
фаза смертельной битвы на игровой приставке к старенькому телевизору. - И
потом, кто-то должен быть координатором...
- Почему я?! - возмутился Кузьменко.
- Потому, что во время службы в армии Бездны я была командиром
оперативной группы, а ты всю свою сознательную жизнь кем работал?
- Я мужчина, - упрямо возразил Алексей.
- Ну и что? - Девушка окинула его ироничным взглядом с головы до ног. -
Сейчас это не так уж важно...
- Или мы пойдем вместе, или пойду я, - Кузьменко загородил собой выход. -
Нянчиться с детьми - дело не по мне. К тому же с ними бабушка...
- Дискуссия окончена, - равнодушно ответила Ира и, обогнув Алексея,
толкнула скрипучую дверь. -
До встречи...
Алексей попытался еще что-то возразить, но Ирина быстро сбежала по
ступенькам невысокого крыльца и запрыгнула в машину. Бросить детей Кузьменко не
мог - это она рассчитала верно, - и потому он только негромко выругался.
Холодность тона, которым Ира сделала последнее замечание, снова отбросила все
его надежды и мечты за непроницаемый барьер отчужденности. Алексей вздохнул и
обернулся к двери, за которой играли мальчишки. Нет, напарница была права,
Кузьменко не имел никакого права оставлять детей под присмотром одной
бабушки... Или это была отговорка? Повод, чтобы остаться в относительной
безопасности убежища? Алексей почувствовал себя немного неуютно. Раньше
постыдных приступов трусости он за собой не замечал, но сегодня его словно
подменили. Нахлынувшая апатия заставила его сесть за стол и снова взяться за
колоду карт. Неприятный осадок, оставшийся после расставания с Ирой, не
позволял ни сосредоточиться, ни отвлечься на какие-нибудь посторонние темы.
Стажер уныло покачал головой и отбросил карты. Получалось, что Сюртуков был
недалек от истины, когда говорил о бесперспективности служебных романов, и
любая попытка Алексея была обречена на провал...
Сюртуков страдал от невыносимой жары. Все тело чесалось, словно его не
меньше часа атаковали самые злобные комары с далеких таежных болот. Василий
поднял вялую руку и потер глаза. Это немного успокоило зуд в веках, и Сюртуков
смог их приподнять. Сквозь образовавшиеся щели он увидел мутный рассеянный свет
и очертания колеблющихся, словно на сильном ветру, деревьев. Зрение никак не
хотело восстанавливаться полностью, и Василию пришлось довольствоваться игрой
теней. Он приподнялся и пошарил рукой вокруг себя. Оказалось, что лежит
Сюртуков на шероховатом деревянном полу, и это единственное до чего он в
состоянии дотянуться, не сползая с места. Нижние конечности горели, будто их
окунули в кислоту, но двигались так же свободно, как и руки. Василий подтянул
правую ногу к животу и, опираясь коленом о пол, продвинулся вперед. Полуслепота
трансформировала извивающиеся деревья в причудливое сплетение каких-то решеток
и усилила сомнения Сюртукова в том, что ему вообще стоит шевелиться, пока
зрение не придет в норму. Как бы в поддержку этой мысли, на пути Василия
возникла неизвестная преграда, и он больно ткнулся в препятствие лбом. Для
начала Сюртуков негромко выругался, но, почувствовав, что барьер довольно
прохладный, с нежностью прижался к нему щекой и замер. При этом он снова закрыл
глаза и потому не увидел, а почувствовал, что свет вокруг померк и на смену ему
пришла почти полная темнота. Отказ зрительного анализатора обострил прочие
чувства, и Василий напряженно прислушался к звукам. Рядом находился кто-то еще.
Сюртуков отчетливо слышал дыхание другого человека и ощущал едва уловимый запах
духов. Запах был ему почти незнаком, но Василий почему-то сразу решил, что это
его новая подруга - Лена. Дышала она ровно, и Сюртуков довольно быстро
сообразил, что девушка спит. Каким образом они оба оказались в неизвестном
месте с деревянным полом или настилом, Василий не помнил и не понимал.
Ориентируясь на то, что движение воздуха почти отсутствовало, Сюртуков сделал
вывод, что находится в какой-то комнате. Из-за странного жара Василий никак не
мог понять, насколько благоустроено приютившее его и Лену помещение. Сюртуков
снова открыл глаза и поморгал, пытаясь прогнать так и не исчезнувшую пелену.
Помогло это или нет, он понять не успел, поскольку в комнате окончательно
стемнело.
- Вася, - послышался откуда-то из темноты тихий шепот, - где вы?
- Я здесь, здесь, - Сюртуков немного подвинулся в ту сторону, откуда
звучал голос, и протянул руку. Лена взяла его ладонь и негромко всхлипнула.
- Как мы сюда попали? Я ничего не помню...
- Обыкновенно, - Василий пытался отвечать бодро и уверенно. - Нам
прыснули чем-то в лицо, а потом... Потом я тоже ничего не помню.
- Кто?
На этот вопрос у Василия определенного ответа не было. Насчет того, что им
прыснули в лицо, он по большей части наврал, вернее, предположил. Последние
воспоминания относились к тому моменту, когда Лена вышла на крыльцо, а он
двинулся следом, но только перешагнул через порог, как провалился в мутное и
подслеповатое беспамятство. Точно сказать, отчего наступило затмение, он не
мог.
- А где мы? - вновь спросила Лена.
- Я почему-то плохо вижу, - признался Сюртуков, - хотя тут к тому же
очень темно... А как у вас со зрением?
- Плывет все и мутно, как спросонья, - ответила спутница. - Давайте
попробуем найти выход.
- Конечно, - согласился Василий. - Держитесь за меня...
- Здесь стена, - после того как сделала несколько шагов вправо, сказала
Лена.
- Да, похоже, - согласился Сюртуков. - И отправились мы от какой-то
преграды. Значит, наша темница совсем невелика...
- Я чувствую сквозняк, - вдруг настороженно шепнула Лена. - Идите за
мной!
Она потянула Василия за собой, и через пару секунд он услышал, как впереди
скрипнула дверь, а в лицо ударила струя свежего холодного воздуха. Лена
радостно вскрикнула и шагнула вперед. Сюртуков почувствовал, как ее пальцы
выскользнули из его ладони и впереди тут же послышался громкий звук падающего
тела.
- Лена! - Василий испуганно присел и пощарил руками перед собой.
- Все в порядке, просто здесь оказались ступеньки, - смущенно объявила
Лена.
- Вы не ушиблись?
- Ушиблась немного, но кости целы, - девушка i досадой потерла колено и
снова нашарила руку Сюрту-кова.
- Ради бога, будьте осторожнее, - Василий ее ладонь покрепче.
- У меня такое чувство, что сейчас не ночь, а очень? ясный, солнечный
день - так печет макушку, - Лена озадаченно потерла свободной рукой глаза. -
Может быть, мы ослепли?
- Я тоже весь горю, но это, наверное, просто реакция на ту дрянь, при
помощи которой нас отключили злоумышленники.
- Вы что это стоите, как два крота посреди сада? - послышался знакомый
женский голос.
- Ира, это вы? - догадалась Лена.
- Я, - согласилась Ирина. - Вы меня не видите?
- Разве сейчас не ночь? - испуганно уточнила Лена.
- Сейчас только полдень, - сочувственно поясни-, па Ирина.
- Нет, только не это! - закрывая лицо руками, прошептала Лена.
- Успокойтесь! - твердо приказала Ира. - Я знаю минимум три вида
мгновенно действующих препаратов, которые вызывают временные нарушения зрения.
У вас была потеря сознания, или вы помните, как вас привезли в это место?
- Потеря, потеря, - с надеждой в голосе подтвердила Лена.
- Тогда все в порядке, - успокоила Ира. - Через пару часов вы снова
прозреете.
- А где мы? - на редкость спокойно спросил Василий.
- Далеко за городом, - уклончиво ответила Ирина.
- Снова избушка? - предположила Лена.
- Именно так, - подтвердила собеседница. - И нам лучше бы уйти отсюда как
можно скорее.
- Здесь опасно? - спросил Василий и осторожно повертел головой, словно
надеялся разглядеть окрестности.
- Возможно, - ответила Ира, - особенно до тех пор, пока вы не придете в
норму.
За разговором она не заметила, как перед домом бесшумно появились новые
действующие лица, и потому раздавшаяся из-за спины команда застала врасплох не
только временно ослепших подопечных, но и сыщицу.
- Руки за голову, все трое!
Ира медленно подняла руки и оглянулась. Четверо человек в масках держали
троицу под прицелом бесшумных автоматов. Пятый ловко выудил из кармана Ирины
пистолет и сунул его себе за пояс.
- В дом, - коротко приказал он и указал на дверь в избушку.
Ира покорно взяла спутников под руки и повела внутрь ветхого строения. Она
не могла понять - почему, но ей показалось, что приказывал именно тот человек,
который в свое время обстрелял ее и Алексея. Взгляд девушки скользнул по двери
и задержался на пробитом пулями углу. Затем, когда она шагнула через порог, в
поле зрения попал и тот самый приборчик, что оставил для наблюдения за
внутренним убранством избушки Красавчик. Телеглаз наверняка по-прежнему
сохранял работоспособность, вот только был ли он включен? И принимал ли его
сигнал компьютер в планере сыщиков?
Ирина еще не знала, что такого планера в природе больше не существует...
Как, впрочем, не знала она и того, что компьютер ее собственного планера,
оставленного во дворе дома Григория, автоматически обнаружил действующий
передатчик и принялся записывать все, что попало в поле обзора телекамеры.
Любознательный дед Григорий заглянул в открытое окошко машины и уверенно
включил дисплей. Оценив обстановку, он хмыкнул и поднял трубку спутникового
телефона. Нужные кнопки агроном нажал, не замешкавшись при виде сложной
наборной панели ни на секунду.
- Приманку взяли, - сообщил он неизвестному абоненту. - Нет, я думаю, что
на ту сторону их не поведут... Не волнуйтесь, этих парней не проведешь... Ну и
что? Подумаешь, засада из полдюжины спецназовцев! Красавчик справится, а Эрик
подстрахует. Надо только подсказать им, где искать своих друзей... Конечно,
уверен... Кто подскажет? Ну, вы уж придумайте что-нибудь. Не могу же я за вас
все время мозгами шевелить... Да, до связи...
Глава 16
Я, возможно, начинаю двигаться рассудком из-за всех этих суматошных
приключений и переживаний, но взгляни на рыльце нашего воздухоплавающего
пленника! - Красавчик взял пилота за подбородок и повернул его лицо к свету.
Скованный по рукам и ногам офицер попытался сопротивляться и даже
предпринял попытку укусить напарника за пальцы, но из рук Красавчика вырваться
было не так-то просто. Я взглянул на пилота сначала мельком, но поразительное
сходство с нашим стажером заставило меня присмотреться к его внешности
повнимательнее. Обилие двойников Василия научило меня не удивляться подобным
вещам, а история с дублершей Лены и вовсе заставила взглянуть на мир по-новому,
но Кузьменко был мне несколько ближе незнакомых еще вчера людей, и потому я не
поленился поднять пленника с пола и усадить в пассажирское кресло.
Наш вертолет стоял под прикрытием высоких деревьев, которые окружали
тесноватую, но уже очистившуюся от сугробов поляну. От злополучной
Севостьяновки мы приземлились примерно в двадцати километрах и потому за свою
безопасность пока не волновались. Если диверсанты и пустились в погоню, без
второго вертолета им было не преуспеть. Пешком по снегу они имели шанс
добраться до места нашей стоянки лишь к вечеру.
- Ваше имя? - строго посмотрев пилоту в глаза, спросил я.
Пленник упрямо сжал губы и снова попытался отвернуться. Красавчик отпустил
его подбородок, но лишь для того, чтобы почти без замаха ударить пилота ладонью
по щеке. Удар получился звучным и не столько болезненным, сколько обидным.
Взгляд пилота потемнел от гнева, парень довольно точно плюнул в моего
напарника. Красавчик не стал долго размышлять и отвесил ему еще одну пощечину.
На этот раз удар получился более сильным, и из лопнувшей губы пленника потекла
кровь.
- Я ничего вам не скажу, - наконец процедил пилот и сжал зубы.
- Куда ты денешься? - зловещим шепотом поинтересовался напарник и нанес
ему новый удар, на этот раз в район солнечного сплетения.
Пленник судорожно вдохнул и побагровел. И мне, и Красавчику было понятно,
что таким способом из воина ничего не выжать, но на психологические игры у нас
просто не оставалось времени. К тому же мы оба были чрезвычайно расстроены
из-за потери планера. Экзотический вертолет был весьма условной компенсацией за
взорванную машину. Я похлопал по многочисленным карманам своего походного
костюма и в результате нашел заветную коробочку с набором заполненных
различными снадобьями шприцев. Увидев Мои приготовления, пленник заволновался,
но так и не сказал ни единого слова.
- Не очень очищенный препарат, - мстительно Улыбаясь, пояснил Красавчик,
указывая на один из Шприц-тюбиков с "сывороткой правды". - У половины клиентов
развивается такая жуткая аллергия, что без реанимации не обойтись... Не
передумал еще молчать, как партизан?
- От "правдосказа" я привит, - уверенно ответил пилот и гордо взглянул на
Красавчика.
- А от синильной кислоты? - Напарник вынул из моей "аптечки" другой
шприц. - Говорят, что перед смертью люди тоже не врут. Нам, в принципе, без
разницы, выживешь ты или нет, главное - результат...
В глазах пилота промелькнула тень неуверенности. Пока он терзал себя
сомнениями, я закатал его рукав и сжал плечо так, чтобы под кожей проступили
вены. Когда игла вонзилась в его руку, он вздрогнул, но так и не заговорил.
Даже для подготовленного солдата он был очень стоек. Это мне понравилось.
Правда, его мужество вряд ли могло повлиять на результаты допроса. Ход
химических реакций в человеческом организме очень редко зависит от силы воли
испытуемого. Впрочем, однажды я на собственном опыте убедился в обратном, но
тогда мне был введен совсем не такой совершенный препарат. Насчет того, что наш
"правдосказ" не очищен, Красавчик, конечно же, приврал. Равно, как это сделал и
пленник, когда попытался убедить нас в существовании некой прививки. От нашей
новой "сыворотки" пока не существовало даже антидота, что же говорить о
профилактических средствах?
Я только закончил вводить снадобье, а пилот уж "поплыл". Его голова
безвольно опустилась на грудь, дыхание стало хриплым и частым.
- Ваше имя? - повторил я свой недавний вопрос.
- Алексей, - нехотя произнес пленник.
- Валерьевич? - уточнил отчество Красавчик.
- Вахобович, - ответил пилот.
- Фамилия? - продолжал спрашивать я.
- Кузьменко, - ответил он.
Мы с напарником многозначительно переглянулись и синхронно покачали
головами. Странности продолжали наслаиваться друг на друга практически без
промежутков. Этот до неправдоподобия похожий на нашего стажера Алексей
Вахобович был не меньшей загадкой, нежели надписи на незнакомом языке или
пресловутая нестандартная гильза. Душок какого-то жаркого Востока, странно
подмешанного в русские имена и души, присутствовал в самых неуловимых, но., в
то же время существенных деталях фактов и словах свидетелей.
- Как называется твое подразделение? - по-военному сформулировал вопрос
Красавчик. г. - Группа быстрого реагирования "Алиф" седьмого разведуправления,
- отрапортовал пилот.
- "Алиф" это по-нашему "Альфа", - перевел мне Красавчик. - Только почему
они решили назваться первой буквой именно арабского алфавита, вот чего я не
пойму?
- Потому что его отчество Вахобович? - предположил я. - Я допускаю, что
это какое-то особое подразделение для борьбы, например, конкретно с арабскими
террористами...
- А чем занимается седьмое управление разведки, ты в курсе? - резонно
спросил напарник.
- Я даже не знал, что такое управление существует, - признался я.
- Неудивительно, - заметил Красавчик, - потому что это полный бред...
- Под "химией" обычно не бредят, - возразил я. - Сейчас все так быстро
меняется. Может быть, за то время, что ты отсутствуешь в рядах родной
организации, там сменили всю структуру?
- А при чем здесь я? Этот парень из спецназа ГРУ, я уверен, но в
структуре моей бывшей конторы никаких седьмых управлений с группами "Алиф" не
было и Нет!
Это я понимал и без пояснений напарника. Неужели наш пленник был
действительно "привит"? Нет, такого быть не могло, и я принялся искать более
рациональное объяснение. Если пилот не врал, то все наши выводы могли оказаться
ненадежными, как утренний туман. С другой стороны, мы не имели никакого права
просто отбросить в сторону такие ощутимые улики как гильза или табличка из-под
капота. Я немного поразмыслил и решил поменять местами очередность задач. Так
ли принципиально было узнать, кто нас преследует? Не лучше ли было выяснить,
почему это происходит? Нам казалось, что, получив ответ на первый вопрос, мы
автоматически ответим и на второй, но вот мы имели "языка", который охотно
выдает все тайны, а пользы от этого было ноль целых и одна десятая...
- Седьмое управление военной разведки? - продолжил уточнять Красавчик.
- Да, - подтвердил пилот.
- Совсем черт знает что получается, - мой напарник расстроенно развел
руками. - Неужели я настолько отстал от жизни?
- А может быть, он нас дурачит? - предположил я, противореча самому себе.
- Под "химией"? - занимая мою недавнюю позицию, Красавчик уверенно
помотал головой. - Не может быть!
- Думаешь? - Я неуверенно посмотрел на пленника и спросил: - Какой сейчас
год?
- Тысяча четыреста двадцать первый, - не задумываясь ответил парень.
- Вот видишь? - прокомментировал я его ответ, обращаясь к напарнику. -
Бредит.
- Приход Мухаммеда в Медину! - внезапно хлопнув себя по лбу, воскликнул
Красавчик. - Шестьсот двадцать второй год новой эры! Один из вариантов начала
летосчисления для правоверных. Так, Алексей?
- Верно, - согласился пленник, - если сравнивать с григорианским
календарем...
- Ну вот! - Напарник снова обернулся ко мне: - Теперь прибавь к первому
числу второе и отними сорок один год разницы, накопившейся за счет того, что
унный год короче солнечного на одиннадцать суток, и ты получишь наш текущий
год...
- Момент истины, однако, - заметил я. - Выходит, этот юноша, типично
славянской внешности, мусульманин?
- Может, штаны с него снимем? - в своей обычной манере предложил
Красавчик. - Проверим главную деталь на наличие всех данных природой частей?
- Недостоверно, - отмахнулся я. - Словами, словами пользуйся...
- Ладно, - Красавчик с воодушевлением потер руки и продолжил допрос: - В
чем суть текущей операции?
- Я знаю только задачу своей группы, - ответил пилот. - Мы страхуем
основное подразделение и следим за смещением точки проникновения.
- Снова какая-то точка, - обращаясь ко мне, заметил Красавчик. -
Проникновения куда?
- Домой, - просто ответил пленник. - У меня болят руки...
- Потерпи, - невозмутимо ответил Красавчик. - Где ваш дом? В какой
стране?
- В России, - пилот поморщился. - Я совсем недавно перенес сложный
внутрисуставной перелом и теперь не могу слишком долго держать левую руку за
спиной.
- Расстегни его, - предложил я.
- Обойдется, - упрямо ответил напарник.
- Не зверствуй, - осуждающе сказал я. - Куда он денется?
Красавчик придирчиво осмотрел воротник и манжеты куртки пленника, потом
еще раз похлопал по его карманам, рукавам и наконец сдался. Нехотя разомкнув
наручники, он снял "браслет" с левого запястья и защелкнул его на стальном
поручне дверцы. Правая Рука пилота осталась надежно зафиксирована.
- Полегчало? - спросил он пленника.
- Еще бы! - с вызовом ответил пилот.
Такой достаточно осмысленный ответ меня насторожил. Действие препарата
должно было закончиться только через двадцать минут, а в глазах парня уже
сверкали злобные огоньки. Все говорило за то, что он действительно справился с
проблемой потери воли слишком быстро.
Подтверждение этому поступило также незамедлительно. Освободившейся рукой
парень схватился за надетые на правое запястье часы, и блестящая вещица,
оказавшись в его пальцах, вдруг сама по себе расстегнулась и выпрямилась.
Словно повинуясь невидимой управляющей пружине, браслет преобразился в короткий
серебристый клинок, и пилот не замедлил пустить его в ход. Первой жертвой он
наметил почему-то не Красавчика, а меня, видимо, совершенно справедливо
предположив, что с моим напарником при помощи такого простого приемчика не
справиться.
Я, как вы понимаете, продемонстрировал, что тоже не такой уж теленок, и
категорически отказался подставлять горло под его удар. Резко отпрянув назад, я
отделался легким испугом и порезом на ткани воротника. Красавчик быстро пресек
безобразие, выбив нож из руки пленника и от души врезав ему кулаком прямо в
переносицу. Я услышал довольно красноречивый хруст и внутренне содрогнулся.
Поскольку рука Красавчика осталась неповрежденной, источником противного звука
наверняка были хрящи и кости носа пилота.
- И с кем ты предлагаешь теперь беседовать? - спросил я, пытаясь нащупать
пульс на шее потерявшего сознание пилота.
- Надо было позволить ему тебя добить? - поинтересовался Красавчик,
поднимая часы-нож. - Забавная штучка, хотя и бесполезная...
- Относительно бесполезная, - возразил я, ощупывая разрезанный ворот
куртки.
- Ну, разве что вскрыть консервы или оцарапать незадачливого сыщика, -
Красавчик ухмыльнулся и прятал трофей в карман. - Мне кажется, надо проверить,
как поживают соратники нашего пленника.
- Вернуться к избушке? - Я покачал головой. - То, что ты научился
управлять этим транспортом, еще де означает, что ты готов к воздушному бою или
борьбе с ПВО. Нас могут запросто сбить...
- Но все по-прежнему упирается в эту загадочную точку проникновения, а
она в избушке, - возразил напарник.
- Она смещается, - указывая на пилота, напомнил я. - Надо только
сообразить, в какую сторону. Давай, напрягай ум, ты же сегодня в
интеллектуальном ударе.
- Нет, - Красавчик махнул рукой, - все, что мог, я уже выложил. Дальше ты
сам.
- Ты способен разобраться, как действуют приборы связи в этом агрегате?
- Легко, - ответил Красавчик.
Через пару минут он втиснул сигнал передатчика нашего вертолета в
нормальную телефонную сеть и еще через минуту уже пытал Кузьменко, вытягивая из
него подробности произошедших в наше отсутствие перемен.
- Вася и Лена ни с того ни с сего пустились в бега! Он отпустил Иру
преследовать беглецов, а сам остался сторожить пацанов, - напарник осуждающе
покачал головой. - Такой вот сподвижник эмансипации...
- Куда они направились? - перебил я Красавчика.
- Сюда, - напарник уселся в кресло пилота и включил зажигание. - Вернее -
в избушку... В общем, как ни болела - умерла. Как мы ни старались, а избежать
прямого столкновения с орлами из загадочной группы "Алиф" нам не удастся. Ты
готов?
- Вполне, - я пожал плечами.
Какая была разница, готов я или нет? Временем на медитацию мы не
располагали в любом случае, а оружие и боекомплект были при мне. Значит,
готов...
Наш прилет сопровождался только любопытными взглядами редких местных
жителей. Обстреливать нас пока никто не собирался. Красавчик несколько неуклюже
посадил винтокрылую машину на пустыре у дома деда Григория, и мы на всякий
случай поспешили ее покинуть. Еще находясь в воздухе, я заметил стоящий
неподалеку планер Ирины и первым делом направился к нему. Памятуя о печальной
участи своей машины, я тщательно осмотрел аппарат на наличие посторонних
предметов. Никаких зловещих особенностей ни в салоне, ни на корпусе я не
обнаружил, но, тем не менее забрался внутрь с некоторым холодком в груди.
Компьютер работал на прием информации с внешнего устройства. И принимал он
исключительно интересную программу.
- Пятеро! Да все, как оглобли, ростом! - послышалось из дома.
Там Красавчик проводил опрос свидетелей. То есть свидетеля - деда
Григория.
- Увели в избу? - спросил напарник. - Точно видел?
- Как тебя сейчас, - убежденно ответил агроном.
- Взгляни-ка, - позвал я Красавчика. - Компьютерная игра "Дом"...
- Где? - напарник взобрался на пассажирское сиденье и уставился в экран.
Наши сотоварищи сидели, прижавшись к левой стене, а напротив стоял и
внимательно следил за каждым их движением воин с автоматом в руках. Ростом,
кстати, он был не так уж и велик. Впрочем, у двери и правой стены расположились
еще трое солдат, и вот они-то были действительно представительными мужчинами.
Вопреки утверждению Григория воинов было четверо. Я поделился наблюдением с
Красавчиком, но он только вновь указал на изображение. Задняя стена избушки
внезапно вздулась огромным пузырем, и сквозь нее прошел недостающий пятый, а
вместе с ним... точная копия моей Ирины...
Глава 17
Копия была точной во всех отношениях. Совпадали не только черты лица и
прическа, но и одежда, и манера держаться. Красавчик удивленно присвистнул и
качнул головой.
- Так они скоро и до нас доберутся, - высказался он. - Представляешь себя
злодеем?
- Скорее тебя, - ответил я.
- Ну, меня-то представить легко, - напарник усмехнулся. - Даже фантазию
напрягать не придется.
- Я думаю, что ждут они нас, - указав на экран, заметил я.
- Кого же еще? - Красавчик проверил обойму пистолета и загнал патрон в
ствол. - Придется пойти навстречу пожеланиям трудящихся. Ты готов меня
прикрыть? "Винторез" под задним сиденьем.
- Справишься? - с сомнением спросил я.
- Обижаешь! - весело ответил напарник. - Тайная война - дело моей жизни.
Смотри и в очередной
раз учись!
Красавчик поставил на боевой взвод второй пистолет и бесшумно выпрыгнул из
планера. Когда он проводил операции, его тело словно обретало несколько
дополнительных степеней свободы, а шаги становились почти неслышными. Я не
успел оглянуться, как напарник исчез, нырнув за угол дома. Я почти не
сомневался, что он не станет искушать судьбу и прибегнет к услугам древних
технологий, но Красавчик почему-то оставил пульт телепортирующей системы в
покое и под прикрытием невысокого сугроба почти на четвереньках быстро прополз
к группе деревьев, которые отделяли участок за избушкой от реки. Пока он
совершал свой стремительный четвероногий марш, я взобрался на крышу сарая и
приготовился к стрельбе из бесшумной винтовки с оптическим прицелом. Нашего
Добровольного помощника Григория я усадил в планер перед прибором слежения и
надел ему на голову переговорное устройство. Дед не стал прикидываться совсем
уж слабоумным деревенским простачком и довольно быстро сообразил, что от него
требуется. Проникнувшись ответственностью отведенной ему роли корректировщика,
он попытался выпросить у меня оружие, но, получив решительный отказ, ничуть не
огорчился, а лишь прикрикнул, чтобы я пошевеливался. Теперь мы с ним
образовывали нечто вроде стрелковой пары.
- Один у окна, двое у двери, двое у левой стены рядом с заложниками, -
четко доложил Григорий. - В зоне поражения никого. Осторожные, супостаты...
- Комментарии не обязательны, - сделал я ему замечание.
- Понял, не дурак, - бодро ответил Григорий. Мне подумалось, что если
Красавчик доживет до преклонных лет, то будет именно таким живым и пронырливым
старикашкой, как и дед Григорий...
Напарник тем временем уже распластался по стене Матрениной избушки,
буквально в метре от крыльца. Я молчал, поскольку напарник не подавал мне
никаких знаков, а только прислушивался к происходящему внутри строения....
