Аркадия Польшаков. Исполины
страница №6
...ветре. Корабль несется как чайка над волнами, - горделиво пояснялФеофан. - Идя под всеми парусами "Бригантина" легко управляемая и слушается
руля как умная жена хорошего мужа.
Побывав на капитанском мостике и осмотрев корабль, вся свита и гости по
приглашению Мера направилась в кают-компанию. Там был накрыт для гостей
богатый стол.
Мер на правах хозяина рассадил гостей так, что слева и справа каждого
из них был свой исполин.
В конце длинного стола на почетном месте он усадил Зем-фею, сам сел
рядом с ней. Напротив, в окружении Феофана и Малыша сидел Геронт.
Когда все расселись по нужным заговорщикам местам, Мер открывая этот
званный обед, сказал:
- Уважаемые дамы и господа! От имени Префекта Земли я приветствую на
борту флагманского корабля Империи несравненную Зем-Фею и уважаемого
коменданта Геронта. Префект лично просил меня засвидетельствовать свое
уважение и вручить вам свое послание.
Мер передает Зем-Феи небольшой свиток, перевязанный золотистой лентой.
Зем-Фея, взяв его, поблагодарила Мера и, развернув, прочла текст
послания Префекта. В нем говорилось, что империя исполинов в опасности, люди
восстали и чтобы их усмирить необходимо оружие, хранящееся в Арсенале.
- Как на Земле война?! - вопросительно воскликнула она. И глядя на
Геронта, передала ему свиток.
- Да, идет настоящая война с рабами! - подтвердил Мер. - И нам крайне
необходимо то оружие, которое хранится в Арсенале.
- Но без разрешения Бог-Дана, мы не можем его отдать вам! - воскликнула
Зем-Фея. - Правильно ли я говорю, Геронт?
- Да, это так! - подтвердил тот.
- Как известно сейчас на Земле нет Бог-Дана, и неизвестно как долго он
будет отсутствовать. Таким образом, на Земле сейчас всем распоряжается
Префект, а он приказал нам не возвращаться без оружия. Обстановка на
континенте критическая или мы победим, или люди сотрут нас с лица Земли, -
сказал Мер, пытаясь убедить гостей добровольно отдать оружие.
- У меня есть четкое указание Бог-Дана, - твердо сказал Геронт, ни при
каких обстоятельствах не открывать Арсенал. Да и это не безопасно для вас.
После такого твердого заявления коменданта обстановка за столом стала
накаляться.
- Да, что их слушать! - запальчиво, на повышенных тонах говорил Малыш.
- И спрашивать не будем, заберем и точка!
- Они тут как на курорте отсиживаются, а наших там чернь как диких
кабанов под нож пускает! - вторил ему Ураган.
Видя, что обстановка накаляется до предела Зем-Фея обращаясь к Меру
сказала:
- О чем мы спори, господа, давайте попытаемся связаться с Бог-Даном и
выясним, как нам в данном случае поступить.
Мер, зная проклятия Бог-Дана в адрес исполинов, и что он ни при каких
обстоятельствах не даст согласие на применение оружия массового поражения
против людей на Земле, ответил так:
- Не надо хитрить прекрасная Зем-Фея, и мы не будем ни с кем связывать.
Вы с корабля не уйдете, пока Геронт не откроет нам кладовые Арсенала.
- Как вы прибегаете по отношению к нам к насилию?! - возмущено
воскликнула Зем-Фея.
- Да, моя дорогая! - ухмыляясь, ответил Мер. Потом скомандовал:
- Связать их!
За столом завязалась борьба. Геронт и два его товарища сцепились в
рукопашную с превосходящими по численности исполинами. Мер с сатанинской
улыбкой завернул за спину руки Зем-Феи и угрожающе говорил ей:
- Не рыпайся птичка, не улетишь!
- Пустите! - кричала Зем-Фея. - Вы мерзавец Мер! Вам это так не
пройдет!
- Плевать я хотел на все ваши угрозы, - отвечал, ухмыляясь, Мер. - Вы в
моих руках, что хочу то и с вами сделаю.
- Пусти, мерзавец, ты мне руки вывернешь!
- Выверну, если будешь трепыхаться!..
Тем временем Геронт, на которого навалилось двое исполинов, сумел
вывернуться из рук нападавших. Малыша он оглушил ударом по голове кувшином с
вином. Феофана ранил ударом клинка, который у него был спрятан под полой.
Третьего исполина пытавшегося преградить ему путь он рубанул по лицу острым
как бритва клинком. Тот сразу прекратил борьбу, остановился и, закрыв
кровавое лицо руками, опустился вниз.
Двоим другим исполинам, сопровождавшим Зем-Фею на корабль, повезло
меньше. Их, несмотря на отчаянное сопротивление закололи. Потом все как
волки кинулись на Геронта.
- Взять его живым! - кричал из дальнего угла Мер. - Он нам пригодится.
В Геронта полетели кубки, бочонки с вином, стулья. Он долго и упорно
защищался, пока его не придавили перевернутым столом. Затем, оглушив,
коменданта острова связали.
- Зем-Фею, ко мне в каюту, Геронта бросьте в трюм. Пусть он там
очухается и поразмыслит над своим положением, - скомандовал Мер своим
подчиненным.
Так Зем-Фея и Геронт попали в руки Мера.
В каюте Мер пытался угрозами выяснить у Зем-Феи, все, что знает она об
Арсенале. Но та четко дала понять, что она не вмешивается в дела мужа и
потому ничего не знает. И что если ее и Геронта срочно не отпустят, то Мер и
его пиратская банда будет повешена на реях.
- Ох-ох-ох! - с ухмылкой юродствовал Мер. - Подумаешь, испугала. Это ты
у меня в руках, что захочу с тобой то и сделаю. Мне нужно оружие и точка. И
я получу его от вас любой ценой.
Зашедший к ним Лука, прервал их беседу, сказав, что Геронт пришел в
себя.
- Хорошо! Приготовьте клещи. Иглы, короче все что нужно, чтобы
развязать ему язык, - распорядился Мер. - Да вот еще что - на берег
отправьте гонца, пусть сообщит, что Зем-Фея и Геронт соизволили задержаться
у нас в гостях до ужина.
Пусть в гарнизоне острова раньше времени не знают, что они в плену.
К вечеру должен быть готов десант. Под покровом темноты высаживаемся на
берег и попытаемся захватить Арсенал. А сейчас пошли, потолкуем с Геронтом.
В полусыром, темном и мрачном трюме висел прикованный цепями Геронт.
Когда Мер подошел к нему, тот, глядя ему в глаза, сказал:
- Ну и мразь же ты Мер! На что ты рассчитываешь? Если сейчас же не
отпустишь Зем-фею, то Бог-Дан с тебя и твоего горбатого родственника Тулпара
три шкуры сдерет.
- Не пугай! Уже пуганный! Зем-Фея уже стращала меня подобными словами.
Геронт мне нужно оружие и ты его мне дашь. Иначе умрешь здесь как
последняя собака.
- Дурак ты Мер, как и твой шеф! Не хрена ты не получишь! Верней
получишь свое, и сам сдохнешь здесь как последняя собака. Через час если мы
не вернемся, от твоей пиратской посудины ничего не останется.
- Ничего у нас еще есть время. Я послал гонца на остров, чтобы твоему
заместителю сообщили, что вам у нас очень понравилось, и вы соизволили
остаться погостить до ужина.
- Ну, выиграешь ты этим несколько часов, потом все равно вам крышка.
- Этого нам достаточно чтобы развязать тебе язык. Так я тебя последний
раз спрашиваю, дашь нам оружие!
- Я тебе уже сказал, хрен моржовый, оружия ты не получишь.
- Лукин, Ураган приступайте! Сделайте ему "гуляж" по коридору и
"отбивные" по ребрам. Не забудьте, также, хорошо поджарить филе из его
задней части. Впрочем, не мне вас учить что делать...
Мы не будем подробно описывать те зверства, к которым прибегали
исполины, чтобы выведать у Геронта информацию о том, где спрятано оружие, и
как можно попасть в кладовые Арсенала.
Комендант мужественно держался и в перерывах между потерей сознания
грубо ругался и грозил обрушить на насильников все кары небесные.
И как показали дальнейшие события, так и случилось, силы небесные
снизошли с небес, неся смерть и глобальные разрушения на Земле.
События той последней драматической ночи развивались стремительно и
вовсе не так как планировали ее исполины.
Под покровом темноты пять шлюпок с вооруженными до зубов исполинами
подошли к берегу, а одна, где была плененная Зем-Фея, причалила к пристани.
Ее Мер хотел использовать как разменную монету в торге за право обладанием
Арсеналом. Но торга не получилось. Когда шлюпка подошла к причалу,
обеспокоенный долгим отсутствием Зем-феи и Геронта, заместитель коменданта
острова Арк, уже принял все необходимые меры предосторожности и встретил их
не с распростертыми объятиями.
Увидев группу встречающих островитян, вооруженных метателями шаровых
молний Мер понял, что обратной дороги нет. Все их будущее поставлено на
карту и от того сумеет ли он убедить Арка сейчас не стрелять зависит многое:
- Арк, отдайте команду своим молодцам не стрелять! У нас в заложниках
Зем-Фея и Геронт, и мы прикончим их, если вы не будете благоразумными.
- Хорошо, по вас мы не будем стрелять, а вот остальных накажем.
Раздалась отрывистая его радиокоманда: - Секир! (Огонь!)
И берег озарился вспышками шаровых молний, криками поджаренных огнем
исполинов. Бой велся слева и справа от причала, там, где высадились отряды
непрошенных гостей. Запылали подожженные шлюпки, в зареве огней метались
обожженные воины. Одни из них пытаясь загасить на себе пламя, катались по
песку, другие, истошно крича, бросались в воду. Третьим более повезло, они
прорвались в глубь острова и там попрятались в кустах и расщелинах.
Затем случилось самое страшное, в глубине острова протяжно рявкнула,
сверкнув мощным огнем пушка, сравнимая по огневой мощи разве что с
современной русской "Катюшей" и их красавицы "Бригантины" не стало. На ее
месте образовался гигантский столб огня и пара.
- Вот и все Мер, вы сами в плену и теперь с острова никуда не уплывете,
- прокричал с берега Арк. - Лучше сдавайтесь и отпустите заложников. Иначе
вам всем не сдобровать.
- Погоди, Арк! Ты забыл, что у нас в плену красавица Зем-Фея и твой
обожаемый шеф - Геронт. И что я со своими головорезами, не колеблясь,
перережу им глотки. Ты это понимаешь?..
Ответом на такое заявление было длительное молчание берега.
Поняв, что он зацепил Арка за живое, Мер продолжил этот острый
психологический поединок.
- Арк! Ты я вижу, парень смышленый и понимаешь, что Бог-Дан никого не
простит, если погибнет Зем-Фея, так что давай договариваться.
Молчание берега, говорило о многом. Искушенный в политике такого торга
Мер понимал, что самое важное в этом деле, так это не упустить инициативу, и
он продолжал:
- Арк! Сейчас мы подымимся на причал и затем, не спеша, двинемся по
аллее в направлении Акрополя, там остановимся в придворном флигеле. Зем-феи
необходимо прийти в себя и отдохнуть, а Геронт истекает кровью, ему срочно
нужен лекарь. Так, что соглашайся. Да и бежать нам с острова неначем, да и
некуда.
Последняя фраза склонила часу весов колеблющегося Арка, на то чтобы
принять предложение Мера. Он крикнул ему:
- Хорошо, Мер! Двигайтесь к Акрополю. И моли бога, чтобы ничего не
случилось с Зем-Феей и Геронтом по дороге, иначе я сам зубами разорву тебя
на части, - пригрозил Арк.
- Лады, Арк! Мы выступаем. Только и ты учти, что если вам вдруг по пути
захочется освободить заложников, мы успеем им перерезать глотки. Так что без
фокусов, сам знаешь нам терять нечего.
Впрочем, здесь Мер блефовал, у него на руках были сильные козыри, и он
не хотел просто так умирать.
Процессия, не спеша, насколько позволяла дорога и обстановка,
приблизилась к Акрополю, и захватчики вместе с заложниками благополучно
достигли флигеля. Там они расположились на ночлег. Прибыв на место, Мер
сразу же расставил вокруг своих часовых, и приказал, не смыкая глаз бдеть до
утра. Прибывший лекарь осмотрел раненного Геронта и оказал ему первую
помощь.
Утром переговоры по освобождению заложников были продолжены.
Переговоры велись через парламентера. В качестве его выступал, Пит,
один из немногих придворных Зем-Феи.
Каждая из сторон намеривалась максимально использовать свои возможности
и убедительные доводы в свою пользу.
Мер требовал предоставить ему летательный вигман с тремя ядерными
зарядами. Акр - немедленного освобождения всех заложников.
Зем-Фея попав такое сложное положение, не растерялась и, сохраняя свое
женское достоинство, лихорадочно искала возможность как-то помочь
искалеченному Геронту прийти в себя. После тех пыток, которые он перенес на
корабле, ему трудно было передвигаться, искалеченные ноги и руки плохо
подчинялись ему.
Однажды вечером, когда Мер ушел на переговоры, она попросила охранника
привести к ней Геронта, чтобы перевязать его окровавленные ноги. Зем-Фея до
того уже не раз оказывала ему такую помощь и это уже не вызывало никакой
тревоги у охраны. Перевязка выполнялась в присутствии охранников. В этот
вечер в комнате у Зем-феи находился лишь один охранник. Это был дюжий моряк
здоровенного роста и громадной силы, ему, конечно, нетрудно было бы
справиться с хрупкой изящной женщиной и искалеченным еле передвигающимся по
комнате Геронтом. Поэтому он не очень опасался заложников, да и бежать им из
этой глухой без окон подвальной комнаты с кованой медью дубовой дверью было
некуда.
Когда охранник привел Геронта, тот поприветствовал ее обычной фразой:
- Рад вас видеть в добром здравии Зем-Фея!
- Я тоже рада вас видеть Геронт. Как вы себя сегодня себя чувствуете,
помогла ли та мазь, которую передал мой лекарь?
- Спасибо, помогла, я себя немного лучше себя чувствую!
- Очень рада этому. Давайте я осмотрю вашу ногу, садитесь сюда,
пожалуйста.
Геронт сел на придвинутый ему табурет и Зем-Фея начала осматривать его
ногу. Затем, обернувшись к охраннику, сказала:
- Друб, принесите, пожалуйста, из моей спальни ту мазь, которую принес
доктор!
- Вот еще чего, - недовольно проговорил тот, - мне не положено
отлучаться от вас.
- Вы что боитесь, что мы убежим отсюда? - и она выразительно обвела
комнату рукой.
Охранник помялся немного, потом сказал:
- Хорошо, но я вас все же запру.
Он вышел, закрыл дверь, немного повозился с засовом, закрывая его, и
ушел. Когда топот его ног затих, Зем-Фея взволновано проговорила Геронту:
- Вставайте! Надо бежать пока охранник не вернулся.
- Куда бежать, нас заперли!..
- Вот сюда!..
Зем-Фея подошла к запертой двери, нажала на чуть приметную деталь
фронтона и стена начала сдвигаться в сторону, открывая черный провал
подземного хода.
- Вы волшебница, Зем-Фея! - обрадовано воскликнул Геронт.
- Ничего подобного, - ответила она, - просто нам повезло, что эти
злодеи поместили нас именно в эту комнату, а не другую.
- Куда ведет этот ход? - спросил Геронт, влезая вслед за Зем-Феей в
лаз.
- Здесь много путей, один из них ведет в Акрополь, я по нему уже
ходила.
- В Акрополе наверняка наши, поспешим туда. Но сначала надо как-то
сдвинуть стену обратно, я слышу возню с входной дверью.
- Побыстрей нажмите вот на тот рычаг, - попросила Зем-Фея.
Геронт незамедлительно выполнил ее просьбу. Стена дрогнула и пошла на
место. В это время Друб открыл дверь и вошел в комнату. Он не поверил своим
глазам, каменная стена двигалась, и комнате уже никого не было. Охранник,
видя такое положение, заорал не своим голосом:
- Держите их! Они бежали!!
На его крики сбежались другие охранники, а затем появился и сам Мер.
Последний был вне себя, он не кричал, а рычал, допытываясь ясности:
- Как Зем-Фея и комендант сбежали от тебя сукин ты сын?
Тот ошалело смотрел на Мера глупыми глазами и бормотал что-то
несуразное.
- Я-я, пошел за мазью по просьбе миледи, а когда вернулся, их уже не
было, они сбежали.
- Я тебя в который раз спрашиваю, - допытывался Мер, - как они сбежали?
- Сквозь эту стену, - и он указал на боковую стену.
- Ты что рехнулся! - налетев на охранника Мер. - Здесь же сплошной
камень, даже таракан здесь не проползет.
- Таракан не знаю, а они прошли. Когда я входил, стена двигалась, -
пролепетал обескураженный Друб.
- Вот с этого и надо было начинать, - досадливо поморщился Мер.
Двинув пару раз по физиономии растяпы охранника, так легко упустившего
их пленных и практически испортив всю игру Мера. Он приказал, не мешкая
принести ломы и кирки и разнести эту чертову стену вдребезги.
Когда стену разбили, то Мер принял единственно верное в его положении
решение, это немедля двинуться вслед за беглецами. Он понимал, что, как
только обнаружиться побег, то им во флигеле уже не сдобровать. Его в два
счета сожгут шаровыми молниями. Всех их поджарят здесь заживо.
- Ты Друб и ты Селезень, оставайтесь здесь. Забаррикадируйте все двери,
и если кто-то будет к вам вламываться, то защищайтесь до последнего. Ясно!..
- Так точно, шеф! - ответили охранники и кинулись выполнять полученное
распоряжение.
- Все остальные за мной!..
И Мер первый вошел в темнеющий зов подземного хода. Они долго плутали
по лабиринтам, пока не добрались до какой-то шахты. Ствол ее отвесно шел
вниз. Там был лифт, выполненный в виде решетчатой клети с блочным механизмом
спуска в шахту. Пока они рядились спускаться или нет им в шахту, на верху
что-то гулко ухнуло, да так, что посыпалась пыль со стен и потолка.
- Это наверно островитяне разбомбили наш флигель, - сделал
предположение Малыш.
- Скорей всего ты прав, - сумрачно сказал Мер. - У нас остался один
последний шанс - это добраться до Арсенала и завладеть там хотя бы одной
бомбочкой.
- Чтобы потом под угрозой взрыва острова заставить их принять все наши
условия, - дополнил мысль шефа, Малыш.
- Правильно мыслишь, Малыш! Именно так мы и поступим. Чует мое сердце,
эта шахта приведет нас туда, куда и нужно. Так что спускаемся вниз.
И они начали спускаться на дно шахты.
В это время островитяне во главе с комендантом рассматривали остатки
разрушенного флигеля. Под ними они обнаружили лишь два обгорелых трупа. Это
очень встревожило Геронта. Он понял, что Мер с остальными своими
головорезами спустился в подземелье и находится там. Его надо срочным
образом найти и обезвредить иначе он может натворить немало бед. Сеть
подземных ходов могла привести куда угодно.
Геронту пришлось разослать своих людей по всем направлениям лабиринта.
Следы группы Мера они обнаружили у шахты ведущей к одному из особо важных
хранилищ Арсенала. Кинувшись в погоню, Геронт настиг беглецов в подземном
ангаре, где находился неизвестный даже ему какой-то космический объект.
Началась перестрелка с воинами Мера, которые нашли здесь несколько единиц
огнестрельного оружия.
И хотя точность стрельбы была низкой, они сумели ранить несколько его
солдат и что самое опасное подожгли несколько емкостей с гидразином.
Едкий дым затруднял действия солдат Геронта. Малыш со своими
головорезами пока успешно сдерживал наступление островитян. В это время
слегка поджаренный из теплового ружья Мер искал вход в рубку космического
аппарата.
Минут двадцать еще шла между ними интенсивная перестрелка, пока солдаты
Геронта, взяв в кольцо группу Малыша, не перестреляли их всех до одного.
Но Меру, в конце концов, удалось найти не запертый люк и проникнуть в
аппарат. Передвигаясь по его коридорам и поочередно заглядывая в отсеки, он
нашел то, что искал. Рубка находилась под конусообразным куполом аппарата.
Войдя в нее, он поразился обилию экранов, кнопок, рычагов и
разнообразных буквенных транспарантов. Пока он глазел на это чудо,
послышались шаги преследователей. Меру ничего не оставалось делать, как
спрятаться за первый попавшийся пульт. В рубку вошли двое островитян и стали
оглядываться. Недолго думая, Мер выстрелил в ближайшего солдата, тот,
вспыхнув свечей, упал на пол. В это время второй солдат в упор разрядил в
него всю обойму. Часть зарядов попала в пульт, за которым стоял Мер.
Далее произошло невообразимое. Завыла сирена, загорелся транспарант:
"экипажу срочно катапультироваться". Затем через непродолжительное время
раздался страшный взрыв, за ним последовала целая череда других таких же
мощных взрывов, на месте взрывов образовалась гигантская трещина в земной
коре.
Огонь, дым, пар, пепел, куски скальной породы взметнулись на громадную
высоту и заполнили собой пол неба. Миллионы и миллионы тонн земли, воды и
магмы оказались выброшены в атмосферу на многокилометровую высоту и
заслонили собой Солнце.
Самое страшное состояло в том, что взрывами была повреждена мантия
Земли, своеобразный ее череп. Земля как бы содрогнулась от сильной глубоко
проникающей боли, из ее черепа фонтаном брызнула магма, кровь Земли. Грохот
взрывов, гулким эхом прокатился по всей Земле и был слышен за многие тысячи
километров от эпицентра взрыва. От взрыва образовалась невиданная до этого
страшная волна цунами, она покатилась по поверхности океана, сметая на своем
пути все живое. Тучи закрыли Солнце. На земле стало темно как при полном
затмении. Это со временем обусловило возникновение на Земле так называемого
"парникового эффекта". Через некоторое время повсеместно пошел дождь, он
продолжался, как гласит предание сорок даней и ночей. Воды океанов и морей
атаковали сушу, материки оказались под водой, лишь некоторые самые высокие
на земле горы выступали над этим бескрайным океаном воды.
Таким образом, в считанные минуты не стало ни прекрасной Зем-Феи, ни
резиденции Бог-Дана, Акрополя, ни гарнизона Арсенала во главе с их
комендантом Геронтом, ни Мера и его команды, ни самого острова. На месте его
образовалась гигантская глубиной более 11 километров Мариинская впадина.
В результате этого взрыва Земля покачнулась, при этом чуть сместилась
ее ось вращения. Последствия этой катастрофы были губительны для всех
живущих на земле. Число погибших людей, в том числе и исполинов, исчислялось
многими миллионами, практически они все погибли. Лишь небольшая часть
исполинов, которых можно было пересчитать, как говорится на пальцах, еще
некоторое время проживала на земле после потопа. Людей после этой страшной
катастрофа в живых оказалось значительно больше. Это не только те, которые
спаслись вместе с Ноем на его ковчеге, но и те люди, которые жили в
высокогорных районах земли, где на высокогорных лугах и пастбищах они пасли
скот, заготавливали хвойную древесину и лекарственные травы.
ВСЕМИРНЫЙ ПОТОП
" Смотрю на мир земной, как не родной,
Полки веков и армии тысячелетий,
Прошли волною грозной, за волной,
За ними батальоны целых поколений.
Давно уж пали: Вавилон и Рим...
Исчезли государства, целые народы,
Но не уютен новый - старый мир,
На свет рождаются все новые уроды.
Опять раздрай и полный беспредел,
Вожди народ с народом сталкивают лбами,
Воюют за "мундир", за свой "удел",
Мечтают мир подмять, и помыкать рабами.
А те, все терпят и едва мычат,
Как скот на суперсовременной скотобойне,
Из них, лишь, единицы не молчат:
- Зачем вам, "гомо-сапиенсы", все те войны?
Зачем "разумные", так неразумно поступать?
Ведь, ваш Потоп, ... не за горами!.."
(Из сборника стихов Аркадия Польшакова "Философские раздумья")
Ной - десятый и последний из допотопных патриархов ведущих свою
родословную линию по прямой от Адама, знал о надвигающемся судном дне.
Жрецы Египта, систематически ведущие наблюдения за Солнцем, Луной и
звездами тоже сразу же поняли, что произошла глобальная катастрофа. Но
выводы сделали неверные и вовремя не предупредили Ра о надвигающейся
глобальной катастрофе. Несмотря на грозное предзнаменование в виде эха
взрыва, прокатившееся по всей Земле, и неблагоприятное положение звезд, Ра
решил, не откладывая разбить войска Тапиру у селения Сили. Он стянул туда
все свои войска, которыми располагал. У него здесь было опять значительное
численное превосходство над Тапиром, но его войска были слабее вооружены и
обладали меньшими навыками владения оружием. Развернув войска у селения
Сили, Ра двинул их против Тапира. Битва была затяжной и кровавой, и
последней для всех ее участников.
Когда казалось само провидение, даровало им победу, и чувство великой
радости переполняло сердца фараона и его соратников по борьбе с исполинами,
вдруг откуда-то со стороны Великого моря послышался страшный рев. Как будто
неведомый доселе гигантский зверь выскочил из моря и приближался к ним.
Горообразный грязно-белый пенный вал приближался как ураган, сметая все на
своем пути. Ра, сидя на боевом коне, видел, как неизвестно откуда взявшийся
сель гигантской волной накрыл его правый фланг.
- Ра, что это? - в ужасе спросил его Влад.
- Не знаю! - ответил он.
- Боже мой, что делается! - воскликнул Давид.
Они с вершины холма видели, как вал за считанные секунды смел
центральные когорты его войска. Некоторые воины, увидев и услышав ужасный
рев надвигающегося вала, пытались бежать. Но убежать от этой стремительно
несущейся на них водяной стены они конечно не могли. Гигантская волна
накрыла их и понесла их бренные останки дальше вперед к подножью холма, где
был фараон.
Через считанные минуты селевой вал навис и над ними. Фараон поднял верх
щит и меч, и прокричал в темное закрытое тучами мрачное небо:
- Боже, за что нас караешь?!
И в последнее перед смертью мгновение, как ему показалось, кто-то
рокотом вала ответил:
- Этот плата за все ваши прегрешения на Земли...
Через секунду раздавленное волной, обезображенное тело Ра вместе с
тысячами других таких же тел кувыркалось в мутной тине этого грозного
селевого потока.
Смерть Тапира мало чем отличалась от смерти Ра. Грозный вал настиг и
покарал его, когда он, бежав с поля боя, галопом приближался к стенам
Аскалона. Здесь, в этом городе, он надеялся найти временное убежище, чтобы
продолжить борьбу за власть исполинов на Земле.
Скакавший рядом с ним Дюк, отвлек его от мрачных пораженческих мыслей,
возгласом:
- Префект, оглянитесь назад!
Тапир оглянулся и онемел, к ним с невероятным ревом приближался
гигантский водяной вал. Первой его мыслью был немой вопрос:
- Откуда он взялся?
Но затем подсознание подсказало ему правильный ответ:
- Это "топорная" работа Мера. Очевидно, этот осел взорвал Арсенал и
погубил их всех.
Крикнув сопровождающим:
- Все в укрытие!
Тапир поскакал в направлении пещеры видневшейся в близлежащей горе, но
не успел, вал настиг его у самого входа в нее. Удар селевой волны был
настолько силен, что смерть наступила почти мгновенно. Единственно, что он
успел злорадно подумать:
- Ра, пожалуй, первый попал под этот убийственный вал. Смерть уровняла
их...
Да действительно смерть уравняла всех. За короткий промежуток времени
практически перестала существовать жизнь на Земле. Погибли не только почти
все исполины, но и люди, животные, звери, большинство птиц, все
пресмыкающиеся и т.д.
Из всех героев нашей повести спасся лишь один Ной с сыновьями и
домочадцами.
Ноя о предстоящем Всемирном потопе предупредил Отец Небесный, и он
заранее подготовился к нему, и потому спасся.
Тот велел ему спешно построить большой ковчег из смолистых деревьев,
хорошо законопатить и просмолить борта, днище и крышу. Потом взять на борт
родных и близких, нагрузить в трюмы разных животных и птиц по одной паре,
запастись провизией и водой и ждать прибытия большой воды.
Ной с сыновьями выполнил волю Отца Небесного и заложил в удобной,
защищенной с трех сторон света бухте, остов будущего ковчега. Такое удобное
место постройки корабля было выбрано не случайно.
Дело в том, что первая почти километровая волна смела на своем пути все
прибрежные города и страны. Она прокатилась по всем океанам: Тихому,
Индийскому и Атлантическому...
За ней последовали менее губительные вторичные и отраженные от
материков океанские волны. Средиземное море, соединенное с Атлантическим
океаном узким проливом, не было на пути прямого действия этих разрушительных
по силе волн. Вода в нем, как и в других закрытых или полузакрытых морях,
тоже поднялась волной, но не так резко, как, например, в Японском море или
на Филиппинах.
Поэтому выбор места постройки ковчега в тихой закрытой с трех сторон от
моря бухте сыграл определяющую роль в спасении Ноя и его сыновей. Скалы,
окружавшие бухту, приняли на себя основной удар этой уже ослабленной
Средиземноморской волны, и защитили ковчег от разрушения. Вошедшая в бухту
вода сравнительно плавно сняла его со стапеля, где он строился.
Описывая конструкцию ковчега нельзя не отметить конструкторский талант
строителей, которые за короткий срок из подручных материалов, без механизмов
и машин, построили его.
Это было грандиозное плавучее сооружение, даже оценивая конструкцию по
современным морским меркам. Ковчег был длиной в триста локтей (в метрической
системе это более 130 метров), шириной в пятьдесят локтей (более 22 метров)
и высотой в тридцать локтей (более 13 метров). То есть ковчег по своим
размерам приближался к современным океанским лайнерам.
По всему было видно, что эта конструкция была надежна, удобна и
качественно изготовлена, внутри на трех ее палубах (этажах) она имела
многочисленные перегородки, отсеки, каюты, загоны для скота, клетки для
зверей и птиц, корзины для пресмыкающихся и гадов (змей).
Чтобы океанские волны не потопили эту гигантскую посудину, в крыше
ковчега было выполнено всего одно отверстие диаметром в один локоть (около
45 см.), а сбоку он имел герметически закрываемые двери.
Таким образом, ковчег был практически непотопляемый, как большой
морской понтон, и мог месяцами плыть по воле волн.
Ной в последнее время все чаще и чаще находился в своей обсерватории и
внимательно наблюдал за изменениями в мире и земной природе. Вот и сейчас он
был там и занимался астрономическими наблюдениями. Там его нашла Зурна,
невестка его сына Хама. Она была обеспокоена долгим отсутствием свекрова.
Тот из-за своих постоянных наблюдений, порой даже забывал покушать.
Подойдя к Ною, Зурна обратилась к нему с приветствием:
- Здравствуй отец! Я принесла тебе поесть.
- Здравствуй, доченька! Спасибо за заботу. Я, действительно, здесь
немного проголодался.
Зурна быстро расстелила перед ним небольшую скатерку и поставила на нее
кувшин с молоком и не очень глубокую чашу гончарной работы с румяными,
поджаренными на растительном масле, лепешками.
Ной подсел к еде и начал свою трапезу. Ел с аппетитом, не забывая
хвалить Зурну.
- Ну и вкусные у тебя, Зурна, лепешки. Никто кроме тебя не умеет так
хорошо их готовить.
Зурна смущенно пожимала плечами, отвечала:
- Спасибо за похвалу. Не такая я уж мастерица, вот бабушка моя пекла
много лучше.
- Бабушка бабушкой, но и у тебя тоже золотые руки.
И тут взор Ноя переносится на руки Зурны. Они были в синяках, она не
успела их спрятать за спину.
- А это что? - воскликнул Ной - Опять Хам обижал тебя?!
В ответ ему Зурна ничего не сказала. К великому стыду ей в мужья
достался самый грубый и невежливый сын Ноя - Хам, который обращался с ней
хуже, чем с рабынями. Если бы не заступничество Ноя, она бы давно сбежала от
него, куда глаза глядят.
- Вижу, что ты не желаешь говорить мне об этом? И не надо и так
понятно! Сколько раз я талдычил этому оболтусу, чтобы он к тебе - будущей
матери своих детей относился достойно, как подобает мужу? Так с него, как с
гуся вода!
- Ты прости, Зурна, что не усмотрел за ним. Правильно говорят люди, что
в большой семье не без урода. Хам есть хам, что с него теперь возьмешь!
Увидев, что Ной не ест лепешки, Зурна попросила его:
- Отец, не следует так расстраиваться, прошу Вас, поешьте еще немного.
Вы за последние дни сильно похудели, ведь, столько хлопот свалилось на Вас.
- Ничего, Зурна, как говорится: Худ торжок, да не пуст горшок. Или еще
как говорят люди: была бы голова и кости, а сало нарастет. Когда сядем в
ковчег и поплывем по океану-морю тогда и отоспимся и отъедимся.
В это время к ним приблизился старший сын Ноя, Сим.
Гигант почтительно, не теряя достоинства, сказал Ною:
- Отец, ковчег закончили строить. Что будем дальше делать?
- Спрашиваешь что дальше будем делать? А дальше грузите на него
провизию, животных, скот, зверей, птиц и прочую живность, ту, что я указал в
папирусе. Через неделю отплываем.
- Так скоро? - спросил Сим. - Мы можем не успеть отловить всех
животных, зверей и птиц.
- Должны, сынок, обязаны успеть, Бог нам поможет.
- Хорошо, постараемся все сделать отец, - ответил ему Сим.
- Но учти, поспешай не торопясь! Чтоб все было по уму.
- Все так и будет, отец!
- Да, кстати, чуть не забыл, Сим, возьми дополнительно еще по семь пар
чистых жертвенных животных, из скота - коров, овец и коз, а из птиц -
голубей и горлиц.
- Зачем еще столько живности нам? - спросил тот.
- Нужно сынок! Через семь дней начнется дождь, который будет
продолжаться сорок дней и ночей. Бог повелел мне, как следует приготовиться
к всемирному потопу.
- Он что уже здесь на Земле?
- Да! Он совсем недавно посвятил меня своим новым откровением. Страшная
кара настигнет все живое и дышащее на земле...
Ной здесь не стал подробно объяснять сыну, о чем они вели беседу с
Создателем. Этот разговор был продолжительным и откровенным. Тот был в
глубокой печали от всего случившегося на Земле за последнее время.
Очевидно, Создатель знал, что больше с Ноем ему не суждено встретиться
здесь на грешной земле.
Он пытался вложить в память Ноя основные принципы воссоздания
послепотопной жизни на земле, восстановления человеческого рода.
Не все тогда Ной понял и запомнил, но основные моменты крепко засели в
его голове. Они и положили начало первым заветам, которые и дошли до нас
через многие тысячи лет и легли в основу сначала "Ветхого завета", а затем и
"Нового" и Новейшего...
Из их бесед было ясно, что глупо бороться с Матушкой-Природой,
поскольку она вечна и бесконечна, и зиждется на фундаментальных законах
мироздания. Умение использовать ее сильные и слабые стороны, частично
приспосабливать землю к нуждам человека, жить с ней в единой гармонии, не
вредя ей, а значить и себе - основные принципы выживания человечества.
Многополюсной по своей природе мир построен на принципе
разнополярности. И не удивительно, что рядом с Богом существует Дьявол,
добро соседствует со злом, рядом с белым имеется черное, горячее соседствует
с холодным, рядом с вещественным миром, в котором живет человек, есть
антимир со своими обитателями и антивеществом. И этот перечень
разнообразности и полярности мироздания можно продолжить до бесконечности.
Ной уяснил, что одним из основных универсальных законов мироздания,
который создает равновесие в Природе - является "Закон многополярности" или
точнее "Парнополярности", утверждающий о том, что, открыв одну частицу
мироздания, например на стороне бытия, вы всегда на другой стороне найдете
ее антипод, античастицу. Что Человек и Природа неотделимы и фундаментальные
законы распространяются не только на живую природу, вещества, но и на
человека, на человеческое общество в целом.
По этой простой причине на Земле крайне опасно, просто губительно
создавать однополярный мир, серое однобокое общество, в котором
проповедовались лишь одни нравственные и эстетические и прочие принципы и
свободы, главенствовал один народ, пусть даже исполинский народ. Такое
общество обречено на гибель. Вот почему, когда в вашем веке главенствует на
Земле одна супернация, мир обречен, как и обречена на гибель и эта
суперимперия. Здесь обязательно должен быть противовес.
Беседуя с Ноем, Создатель привел семь универсальных законов мироздания.
Кроме вышеназванного закона в их число попали:
- "Закон Вечности и Бесконечности", сущность которого заключается в
том, что мир бесконечен во времени и пространстве, числах, свойствах, в
познании и т.д.
- "Закон Многоступенчатости и Многообразия мира", который утверждает,
что есть Микро и Макро миры, а, следовательно, и соразмерные жизни. Конечно,
некоторым трудно поверить в живое существо размером, например, с Землю,
Галактику или еще больше, но это так и в этом ничего удивительного нет. Это
вытекает из указанного закона.
Мы не замечаем порой то, что на живом человеке живут миллиарды
простейших организмов, например, различных спор, грибков, бактерий, вирусов,
глистов, блох и т.д.
С таким же успехом на живой планете могут жить и размножаться миллиарды
людей, животных, птиц, пресмыкающихся, расти деревья, цветы кустарники и
т.д. Видимые с земли Галактики, Созвездия, Туманности, черные Дыры очень
похожи на Гигантский Супер Мозг.
И такую многоступенчатость можно продолжить да бесконечности.
Следующими основополагающими законами являются:
- "Закон Цикличности - Кругооборота". Примеров цикличности можно
привести очень много, например, таких как смена времен года на Земле,
приливов и отливов в океанах, циклы вспышек на Солнце, человеческие ритмы и
циклы жизни и т.д. Примеров кругооборотов тоже достаточно много, например,
известен кругооборот воды в природе, сюда же можно отнести и такой
своеобразный круговорот, как система кровообращения у человека...
- "Закон баланса Энергии, Вещества-Материи, Вакуума-Пустоты...", суть
его вам известна, везде должен быть баланс. Небесная Канцелярия его четко
отслеживает, ничто бесследно не исчезает и не возникает.
- "Закон Взаимовлияния", суть его заключается в том, что все вокруг
находится во взаимодействии и взаимовлиянии: вещества, энергии, планеты,
галактики, люди, вожди, государства, союзы государств и.т.д.
Абсолютно свободных, не подверженных какому-нибудь или чьему-нибудь
влиянию, объектов и субъектов нет...
- "Закон Относительности или Разных подходов", суть в том, что все в
мире "относительно" и формулы, относящиеся к нашему миру, при переходе,
например, в макро мир требуют соответствующей коррекции.
- "Закон Смерти", она наступает тогда и только тогда, когда вы...
Впрочем, о смерти лучше не говорить, всему свое время. Век долог, да короток
час. И этот час для вас пока не наступил, и слава богу...
Среди прикладных законов, относящихся к разумным мыслящим существам,
Создатель может быть в шутку, а может быть и всерьез, назвал "Закон
Взбадривания" или попросту говоря - закон кнута и пряника. Он предложил Ною
на первых этапах жизнедеятельности шире его использовать при построении
нового общества на обновленной Земле. По нему (т.е. по упомянутому закону)
человеку, народу, обществу, всему человечеству нельзя впадать в постоянную
спячку. Надо обязательно взбадривать всех и вся, ставить порой людям даже
целому сообществу людей "клизму", иначе все обленятся и погибнут. Поэтому не
удивительно, что в мире постоянно, на всех уровнях, наблюдаются какие-нибудь
катаклизмы, большие и малые события, конфликты и войны...
Застой, уравниловка, абсолютизм (например, сосредоточение абсолютной
власти в одних руках) гибельны для человека и человечества. - Поэтому если
наступило такое время на Земле, ждите большую или малую клизму, - грустно
пошутил Создатель.
Он говорил Ною:
- Глупо вам бороться с Природой, поскольку она вечна и зиждется на
фундаментальных законах мироздания. Умнее использовать, приспосабливаясь
приспосабливать ее к нуждам человека. Жить с ней в гармонии, по принципу не
навреди ей и себе.
Такова суть этих божественных откровений. Но вернемся к Ною и ковчегу.
На семнадцатый день второго лунного месяца (в конце ноября)
шестисотлетний Ной с женой и сыновьями, другими домочадцами и слугами вошли
в ковчег. Сам Бог затворил за ними двери. Им всем, конечно, было жаль
покидать родные, давно обжитые края. Здесь, было от чего тревожиться,
впереди их ждала неизвестность.
Посадка на ковчег напоминала содом: мычали коровы, бегали овцы и козы,
рычали медведи, лаяли шакалы и лисы. В воздухе пахло скотом и навозом.
Когда закрыли боковые двери, в ковчеге стало темно, как в подземелье,
лишь редкие свечи освещали его нутро. Не зная, сколько продлится их
вынужденное заточение на ковчеге, Ной распорядился с первого дня экономить
еду, воду и свечи. Темнота и теснота угнетающе действовала на Зурну. Ей,
рожденной свободной женщиной и под жарким Солнцем, было тоскливо в этом
большом плавающем гробу.
Не успели они расположиться, как по крыше ковчега забарабанил дождь.
Такого дождя Зурна никогда в своей жизни не видела. Казалось само небо,
беременное пузатыми, темными тучами, разрешилось от бремени прямо на ковчег
своим проливным дождем. Сорок дней и сорок ночей он лил, как из ведра. Вода
залила все вокруг. Море устремилось на сушу и подняло ковчег, и он поплыл,
наполовину погруженный в воду. Уровень ее был такой большой, что вода
покрыла самые высокие горы в Азии, и ковчег мог беспрепятственно проплывать
над ними. Подымалась вода в течение пяти месяцев, или ровно 150 дней.
Чтобы как-то скрасить свое пребывание на ковчеге, Зурна начала вести
дневник. Он был необычным. Она завязывала знаки-узелки на длинной веревке.
Это было послание самой себе написанное на языке узелковой письменности.
Можно, конечно, улыбаться, глядя на такой примитив, но он позволял
запомнить Зурне все наиболее памятные события, прошедшие за время их
длительного пребывания на ковчеге. В течение почти годового плавания она не
один раз перебирала узелки руками и вспоминала прошедшие памятные события их
путешествия по этому безбрежному океану воды, покрывшему почти всю сушу.
В крыше ковчега было выполнено всего одно небольшое окошко, диаметром
лишь в один локоть, которое манило к себе всех ковчеговцев. Ной часто
сиживал у этого отверстия и смотрел, как разъяренная стихия швыряла, словно
щепку, их ковчег. Гигантские волны гнали его куда-то на восток в туманную
мглу. Из-за постоянного тумана, низко бегущих туч и брызг волн из этого окна
определить местоположение ковчега было невозможно.
Зурна не раз поднималась на верхнюю палубу и просила Ноя дать ей
посмотреть в окошко. Из него было мало что видно. Порой мимо них проносились
какие-то скалы, обломки деревьев, крыши домов, трупы животных и людей.
В такие часы она забрасывала Ноя своими вопросами, спрашивая:
- Отец, что с землей случилось?
- Всемирный потоп, дочка, - отвечал тот, - воды океанов и морей
перекатываются с одной половины земли на другую.
- Боже праведный мой, а как же люди, их скот и другие животные?
- Вода покрыла сушу и смыла их. Все что воздухом дышит, очевидно,
погибло в пучине этих вод.
- Матерь Божья, неужели все погибли? - сокрушалась Зурна.
- Все или не все это одному Богу известно. Спасутся лишь те, кто
оказался высоко в горах, и там, куда не может добраться океан.
- Отец, а куда нас могут занести волны?
Не знаю, доченька, - ответил ей Ной, - думаю под нами Азия, когда мы
грузились, ветер дул в сторону азиатских гор.
- Хорошо, если нас занесет на вершину какой-нибудь высокой горы, чтобы
вода там нас никогда не достала, - мечтательно сказала Зурна. - Морская
качка меня совсем замучила: ни есть, ни пить, ничего не хочется.
Потерпи, дочка, все в руках Божьих. Он нам поможет и не допустит нашей
гибели. Рано или поздно ковчег вынесет на берег.
- И что мы там будем делать? - спросила Зурна.
- Спрашиваешь, что будем делать? Жить будем, дочка, жить. Построим
поселок и образуем на новом месте после потопа новую колонию людей. А взятая
на ковчег живность и скот поможет нам выжить. Я, думаю, Бог не оставит нас в
беде...
Зурна была женой второго сына Ноя и по характеру и складу ума была
очень любознательной женщиной и любила выпытывать у тестя, что, да, как и от
чего, все происходит. Ной для Зурны - это был образец человечности,
учености. Он, в отличии ее мужа Хама, был всегда спокоен, выдержан и мудр.
Не зря имя Ной в переводе звучит - покой и успокоение. А имя ее мужа, Хама,
стало впоследствии нарицательным. Сын Ноя был нагл, непочтителен к старшим и
домочадцам, любил выпить, погулять, покуражиться над женщинами. Все время,
пока плыл ковчег, Хам беспробудно пил и развратничал с невольницами, и это
больше всего ранило ее женскую натуру и вызывало гневный протест в душе. Ее
муж поддался тому греховному разврату и тунеядству, о котором предупреждал
Всевышний, за что Бог и осудил все племя Исполинов к уничтожению.
В памяти Зурны четко отложилась, что Исполины - это племя сынов Божьих,
которые жили до смешения с сынами человеческими (т.е. с ними - Зурна
принадлежала к роду человеческому). Это были велико рослые люди, необычайной
силы. Они благодаря своим данным от Бога качествам после пришествия на
Землю, быстро подчинили себе окружающее человеческое племя. И считая себя
высшей расой - полубогами, начали паразитировать, угнетая их силой своего
превосходства, сея нечестие и разврат. Конечно, из среды Исполинов не все
были такие, но добрых было мало и со временем становилось все меньше и
меньше.
Бог, который прислал их на Землю с миссионерской целью, в последствии
проклял их за грехи тяжкие и обрек на истребление людьми (аборигенами),
населяющими тогдашнюю Землю.
Так всегда бывает с теми народами, которые паразитируют над другими.
Этот их исполинский прелюбодейный грех перешагнул тысячелетия. В Египте
имеются барельефы, выполненные на эту тему, где изображены люди,
совокупляющиеся с лошадьми и другими животными.
Казалось, у Исполинов было все: и мудрость Богов, и сила, даже
долголетие, но была и чрезмерная гордыня, которая сгубила многих.
- Да не наступит нога гордыни, на горло духа моего! - часто говаривал
Ной. И это спасло его род и обеспечило значительное долголетие.
Библия утверждает, что до описываемых событий Ной прожил шестьсот лет!
Впрочем, может и лучше, что человеческий род не относится к числу
долгожителей. Это заставляет людей торопиться жить, чтобы успеть за свой
короткий век сделать многое.
Продолжительный дождь, как говорил Зурне Ной, свидетельствует о том,
что до того в атмосферу Земли, выбросили тысячи тонн воды, голы и пара. А
это значит, что вода обязательно прольется на землю проливным дождем. Даже
сейчас в атмосфере земли столько воды, что если ее сконцентрировать на
поверхности планеты, то она зальет сушу. Привязанность Ноя к Зурне
объяснялась не только тем, что она умела вкусно готовить, а еще и тем, что
она умела слушать. Не каждая женщина умеет это делать.
Потоп был довольно обширным, ведь, не зря люди нарекли его Всемирным.
Если бы это было неверно, то тогда как объяснить, что на вершинах гор
находили морские раковины?!
Вода поднималась в течение пяти долгих месяцев и залила все вокруг. Их
ковчег плыл и плыл по воле волн над горами и плоскогорьями. В целом плавание
на ковчеге для всех его участников было сравнительно тоскливым занятием,
разве что сравнимым с тюремным заключением, которое неизвестно когда
кончится. Память участников это необычного плавания запечатлела
однообразные, как близнецы, дни в полутемных, затхлых помещениях ковчега,
освещенных немногочисленными свечами.
На седьмом месяце плавания, т.е. 17 апреля, поднялся сильный ветер,
который к радости всех великомучеников ковчега, разогнал туман и дождевые
тучи.
Под напором ветра и крутых волн ковчег ускорил свой бег в
северо-западном направлении. Как заметил Ной, вода стала убывать, а это было
уже хорошее знамение. Воды океанов и морей как бы стали возвращаться в свое
прежнее ложе.
Однажды ночью, когда все спали, послышался страшный скрежет камней о
дно. Ковчег затрещал и остановился, накренившись на один борт. Волны опасно
раскачивали его, как бы пытаясь опрокинуть вверх дном.
Послышались перепуганные крики:
- Караул, тонем!
На борту поднялся страшный переполох: мычали коровы, ржали лошади,
лаяли собаки, кричали люди.
Полусонная, полураздетая Зурна тоже вскочила с нар, где спала, и давай
будить храпевшего, как ни в чем не бывало Хама. Тот после вчерашней попойки,
закончившейся далеко за полночь, никак не хотел просыпаться. Зурна, костеря
направо и налево, шлепала по щекам, пытаясь привести его в чувство.
При этом она чуть не плача кричала ему:
- Вставай, черт окаянный! Ковчег тонет!..
Хам спьяна, что-то бубнил под нос:
- Уйди, женщина! А то, как врежу!.. Будешь приставать - выдеру...
При этом он ругался, как последний разносчик воды в городском квартале.
Но Зурна, не обращая внимания на слова, продолжала его тормошить. Тогда
он начал брыкаться и отбиваться от нее руками и ногами, двинув довольно
больно ногой ей в пах. Затем, зарывшись с головой в верблюжье одеяло,
захрапел снова.
Возмущенная таким поведением мужа Зурна в сердцах крикнула ему,
предварительно дав тумака:
- Ну и черт с тобой! Храпи! Пусть тебя пьяницу, рыбы сожрут!
Бросив мужа, Зурна стала в темноте пробираться на верхнюю палубу.
Там собрались почти все участники этого многомесячного плавания во
главе с патриархом Ноем. Когда Зурна вошла, он успокаивал собравшихся такими
словами:
- Дети мои, Бог милостивый, мы с вами спасены, наш ковчег сел на мель,
а это значит, что наступил конец нашего длительного путешествия.
- Отец, - спросил Ноя его старший сын Сим, может, откроем двери и
высадимся на берег?
- Нет, пока открывать двери рано, мало что может случиться. Пусть вода
подальше уйдет от ковчега. Да к тому же еще ночь на дворе. Расходитесь по
местам, утро вечера мудренее. Народ нехотя начал расходиться, Зурна и братья
Хама тоже отправились восвояси, досыпать, так бурно начавшуюся ночь. Когда
Зурна появилась в отсеке (каюте), где они жили, Хам спал, издавая во сне
какие-то булькающие звуки. Зурне сперва не спалось, а потом сморенная
последними ночными событиями она заснула праведным сном.
На следующий день, когда проснувшийся Хам услышал эту радостную весть,
о том, что ковчег пристал к берегу, то сразу подался к отцу, еще даже не
протрезвев как следует. Зурна отговаривала его, но он был невменяем. У отца
он вел себя непочтительно, шумел, кричал:
- Отец, да...
