Ларри Нивен. Трон Кольца
страница №7
... вид, и на ощупь они напоминали сосуды для питья при свободном падении, нобез соски, изготовленные из гладкого блестящего пластика. Стоит попробовать.
К середине дня они вернулись в поселок. Пока дети ощипывали птиц, Луис
и Савур отошли в сторону и, усевшись на плоский камень, наблюдали, как
пожилые ткачи разводят костер.
Савур снова спросила:
— Что мучает учителя?
Луис рассмеялся. Разве учителя ничего не может мучить? Но как объяснить
это ткачам?..
— Когда-то я совершил глупость. Видимо, у Обитателя паутины ушло
четыре или пять фаланов, чтобы осознать, насколько Луис By оказался
несообразительным, почему не желает с ним разговаривать. Но теперь мы снова
ведем беседы, так что дело не в этом. Видишь ли, Савур, Обитатель паутины
захватил меня и Чмии в плен, чтобы сделать нас своими слугами. Разумеется,
это отвратительный поступок, но он в состоянии хорошо заплатить за такое
похищение. У него есть семена, пожевав которые, гоминид или кзин преклонного
возраста становится молодым.
Савур закусила губу:
— Действительно, это хорошая плата. А он это сделает?
— Только за оказанные услуги. Еще у него есть прибор, автодоктор. Он
заживляет глубокие раны, убирает шрамы, воссоздает утраченные конечности.
Скорее всего, он может устранить даже то, что вообще не под силу
закрепителю. Видишь ли, Савур, чтобы заново перестроить организм человека,
требуются исключительные медицинские технологии. Я думаю, что если он может
сделать меня молодым, то он способен и сделать меня послушным. Из нас с Чмии
получились плохие рабы. Лучше Всех Спрятанный может превратить меня в слугу.
Превосходного слугу. До предпоследней ночи у меня был повод держаться в
стороне от его машин. Теперь у меня его нет.
— А эти его машины занимались тобой прежде? — спросила Савур.
Хороший вопрос!
— Он погрузил меня в сон и заморозил на два года. Возможно, какие-то
медицинские эксперименты он на мне проводил и мог сотворить со мной все что
угодно.
— Но не сделал.
— Думаю, нет. Я чувствую себя прежним.
Савур ничего не сказала.
Внезапно рассмеявшись, Луис повернулся и обнял ее:
— Не беда. Я разбил его гипердвигатель! Он не смог улететь обратно и
потому был вынужден спасти Арку. Даже если он и сделал из меня слугу, то
слуга получился отвратительный.
Савур пристально взглянула на него.
— Но, Луис, ты и себя лишил возможности вернуться!
— Я дал обещание. Я сказал, что спасу Мир-Кольцо или погибну, пытаясь
совершить это.
Савур сидела молча и слушала.
— Он думал, что я соглашусь на все, что он велит мне, ради того, чтобы
пропустить электрический ток сквозь центр, отвечающий в моем мозгу за
ощущение удовольствия... как ткач мог бы продать себя в рабство ради,
скажем, алкоголя. Он не знал, что я смогу обойтись без этой привычки. Теперь
он это знает.
— Что будет, если он сделает тебя молодым и послушным? — спросила
Савур. — Ну, а если ты перед этой процедурой твердо настроишься
игнорировать его приказы?
— Савур, он может изменить мой мозг.
— Вот оно что!
Какое-то время Луис сидел, погрузившись в размышления. Наконец он
продолжил:
— Я — человек умный и проворный. Обитатель паутины знает это. Если он
переделает меня в послушного слугу, я могу стать тупым либо медлительным. Я
сам могу сказать ему напрямик, что он сглупит, если решит меня сильно
переделать. Чертовски соблазнительно. Боюсь, Савур, что я в это поверю.
— А он сдержит свое обещание? Еще один хороший вопрос!
Несс, отвергнутый своими соплеменниками... чокнутый кукольник Несс
потребовал, чтобы ему пообещали: если он вернется из экспедиции на
Мир-Кольцо, Лучше Всех Спрятанный станет его партнером. Лучше Всех
Спрятанный согласился. И сдержал слово.
Но это было соглашение между равными... хотя нет. Несс считался
чокнутым не одно столетие.
Во всем известном космосе кукольники выполняли условия соглашений со
множеством рас.
Луис позабыл о Савур и подскочил от неожиданности, когда она
заговорила:
— Ты вернул мне молодость и тут же забрал обратно — если я поверю в
твою безумную мечту. Но вот что я тебе скажу, — ее голос хлестнул, как
кнутом. — Чем старше я становлюсь, тем больше отдала бы за то, чтобы снова
стать молодой. Если ты вообще не намерен идти на сделку с Обитателем
паутины, это одно. Если же собираешься, то не следует ждать до тех пор, пока
ты не станешь совсем дряхлым и больным.
Луис пришел к выводу, что она абсолютно права.
Вечером, после того как ткачи поджарили над костром мясо, рыбаки --
рыбу, а Луис испек яйца и речные водоросли, которые нашел вполне съедобными,
он отправился к утесу.
Усевшись под ним, Луис поймал себя на том, что оглядывается в поисках
Танесмита. Он не обнаружил никаких признаков присутствия гула, но понимал,
что тот где-то здесь и все слышит.
Парящий в воздухе промышленный центр был пустым и безжизненным, когда
Луис видел его в последний раз. Сейчас же его изображение во птеригийном
окне Лучше Всех Спрятанного сверкало многочисленными огнями.
— Твоя взяла, — проговорил Луис в воздух. — Я должен знать, как это
произошло.
Изображение дрогнуло...
Глава 14: Вторжение
Заостренные когти замерли на ее руке.
— Горюющая труба? — шепотом спросила она.
— Это Арфист. Моя жена будит остальных. Валавирджиллин, ты должна
увидеть это.
Ей казалось, что она едва успела закрыть глаза.
У других рас были свои понятия о важности происходящего, и торговцам
приходилось приспосабливаться.
Темная ночь и ливень. Сквозь пелену дождя смутно виднелось Теневое
гнездо. Арфист снова вернулся в круизер. Наружу вышли Вааст и Риидж, Барок
следом за ними.
— Что случилось, госпожа? — поинтересовался Барок.
— Я ничего не вижу.
К ним подошла Варвия и встала рядом.
— Там, внизу, темно и мрачно, — проговорила она.
— Я знаю, — отозвалась Валавирджиллин.
— Наклонная дорога. Валавирджиллин, ты действительно ничего не видишь?
Не только наклонная дорога, весь Город немного опустился вниз. Надо же,
Манак был прав!
Из второго круизера высыпали наружу все гоминиды, изумленно глядя
наверх и оживленно переговариваясь. Они видели не больше Валавирджиллин, но
Арфист, стоящий рядом с Варвией, говорил:
— Да, действительно не почудилось. Вампиры пытаются допрыгнуть до
ската. Для них он все еще слишком высоко...
— Пройдет не так много дыханий, и вампиры до него доберутся.
— Это Теггер! — воскликнула Варвия. — Его рук дело!
— Но ведь вампиры заберутся вверх по скату! — подивилась
Валавирджиллин.
Неужели это правда? Произошедших изменений не видел никто, кроме Варвии
и гулов, но даже они не могли с полной уверенностью утверждать, что вьющаяся
спиралью наклонная дорога опускается.
— По машинам! — скомандовала Валавирджиллин. — Отставших ждать не
будем! Садитесь в круизеры и вооружайтесь! Мы едем!
Теггер лежал на животе, заглядывая за край дока. Он видел не так уж
много вампиров. Для охоты эта территория им не слишком годилась.
Единственной возможной добычей были одурманенные пленники, находящиеся в
тени. Здесь же находилось несколько отчаянно оголодавших особей, готовых
изловить хотя бы зверя, чтобы напиться крови.
Внизу было темно, к тому же из-за дождя видимость ухудшилась, но он
безошибочно узнал медленно катившиеся круизеры. Огромные колеса проседали в
песке и грязи.
Четверо вампиров устремились к первому круизеру с быстротой глинеров и
начали карабкаться наверх к скамье управления.
Глинеры с обвязанными вокруг рта полотенцами и мечами в руках спрыгнули
с орудийной башни на платформу. Парум шагнул с кормы, размахивая чем-то
вроде жезла. В мгновение ока нападавшие были отброшены. Еще мгновение — и
двое убиты, а двое обратились в бегство, и жезл Парума настиг одного...
По спине Теггера пробежал озноб. Он ждал этого. Большую часть дня он
провел, отыскивая щиты управления, содержавшие схемы, открывая их и
проверяя, для чего эти схемы предназначены. Теггер научился распознавать по
виду схемы, управлявшие освещением. Эта панель управляла освещением со
стороны дока. Он уже поместил туда полоски ткани Валавирджиллин и слегка
ударил по двум переключателям, и в доке стало светло, как днем. Слегка
прищурив глаза, Теггер направился в темноту, в сторону наклонной
дороги-ската. Постоял мгновение, чтобы вернулось ночное зрение, и поглядел
вниз. Он ощутил толчок, когда скат коснулся земли.
Вампиры карабкались вверх по виткам ската. Их было немного. Возможно,
носы подсказали им, что поживиться тут особенно нечем, всего лишь один
мелкий Красный пастух и больше ничего.
Теггер неторопливо приступил к разжиганию факела, затем отложил его в
сторону и снова глянул вниз. Около тридцати молодых вампиров и подростков не
спеша забирались по скату. О чем они думали? Появилась дорога там, где ее
раньше не было, но добычей не пахнет. Стоит пойти поглядеть, но лучше не
первым. О-о-о, свет! Больно... Они сгрудились на витке ската под ним,
закрывая лица руками. Интересно, удержат ли их огни дока, подумал Теггер.
Прямо в лицо ударил запах вампиров. Инстинкт приказывал: сделай что-нибудь!
Инстинкт же призывал его спуститься вниз, но Теггер не мог. Не мог. Он
быстро раскрутил факел вокруг головы и метнул огненный шар на уровень ниже.
Все бледные лица резко отшатнулись. Большинство торопливо побежало по скату
вниз. Несколько вампиров оказались в западне между факелом и огнями дока.
Теггер понесся прочь. На краю дока он наклонился и глотками торопливо
вдыхал чистый воздух. Круизеры были уже близко, на расстоянии двух-трех
сотен дыханий.
Вампиры нападали на них, с каждым дыханием все в большем количестве.
Воины держали оборону по краям машин. Глинеры кололи копьями между колоннами
ног травяных великанов, а сами великаны стреляли из арбалетов в более
отдаленных противников. Над бормотаньем реки до Теггера доносились едва
слышные звуки мелодии, которую с орудийных башен дуэтом играли гулы.
Почему молчат пушки? Может, Валавирджиллин приказала не стрелять из
них, чтобы не переполошить сразу все гнездо? Но число вампиров все
возрастало.
Река впадала в темноту, за ней последовали и круизеры.
Темнота. Внизу под ним царила черная темень. Вампиры в ней прекрасно
ориентировались. Гулы, сидя на управляющих скамьях, могли указывать, куда
направлять круизеры, но все остальные в темноте ничего не видели.
Он мог помочь — если соберет воедино всю силу духа. А еще ему
понадобится меч.
Валавирджиллин правила одной рукой, в другой держала ружье. Барок сидел
рядом с ней, развернувшись назад. Сквозь повязанное на рот и нос полотенце
она вдыхала запах травы. Терл был прав: трава оказалась эффективнее топлива.
Впереди возникло бледное лицо. Она выстрелила, удерживая ружье двумя руками,
и снова взялась за руль, прежде чем круизер успел свернуть в другую сторону.
Послышались выстрелы других ружей. Барок забрал у нее ружье и вручил другое,
заряженное.
Шум выстрелов заставил вампиров отступить, и круизеры вкатились в
темноту.
Парящая фабрика ярким созвездием сверкала над головами. Вала почти
ничего не видела, но знала, где находится скат, и вела машину именно к нему.
Насколько упорно будут сражаться отброшенные вампиры теперь, когда
видеть могут только они? Валавирдзкиллин направляла машину прямо в черное
зловоние, пахнущее точно так же, как все кладбища под Аркой. Лучшей защитой
должно было бы стать отвращение, но этого не случилось. Как всегда, истинным
врагом было все возраставшее желание заняться сексом — прямо в разгар
сражения.
Арфист прервал странную причудливую мелодию и крикнул:
— Госпожа! Направляй левее! Левее, а потом резко сверни направо и
въезжай на скат. Учти, на скате вампиры!
Валавирджиллин повернула влево, в непроглядную черноту.
Круизеры продолжали держаться. Они сражались с детьми, больными и
калеками, старыми, беременными — словом со всеми, кто не отправился за
добычей. Вампиры бодрствовали глубокой ночью. Валавирджиллин подумала было,
не стоит ли дождаться рассвета, но с рассветом вернутся многочисленные
охотники, пусть даже уставшие, но здоровые и полные сил. К тому же у тех, с
которыми они сражались сейчас, в запасе будет полночи, чтобы добраться до
Теггера.
Впереди нее вниз посыпались метеоры. Вампиры, сгрудившиеся между скатом
и круизером, с криками бросились врассыпную. Огненные шары — факелы --
продолжали падать вниз. Часть из них погасла, но шесть продолжали гореть.
Дар Теггера.
Вала въехала на скат, за ней последовал второй круизер. Вампиры
напирали со всех сторон. Один неожиданно возник рядом с ней, Валавирджиллин
выстрелила в него и отложила ружье. Загрохотала пушка: огненный вихрь и град
камней расчистили путь наверх. У нее за спиной внезапно вспыхнул свет,
словно с Арки упало солнце. В ослепительно ярком свете вампиры закрыли
руками глаза и застыли на месте. Вокруг нее гремели ружейные выстрелы,
звенели стрелы, выпущенные из арбалетов.
Задрожала скамья. Валавирджиллин мгновенно обернулась. Запах вампира
сводил ее с ума. Ружье, единственное орудие защиты, которое оказалось под
рукой, было незаряженным. Она увидела перед собой перекошенное лицо
соплеменницы: с совершенно безумным взглядом: Форанайидии руками, ногами и
зубами вцепилась в скамью. Валавирджиллин продолжала вести машину вперед.
Виток, еще виток, еще один, и еще. Какая-то фигура — тень на фоне
света — размахивала обеими руками, в одной зажат меч. Валавирджиллин
въехала в освещенное пространство.
Краснокожий Теггер — обнаженный: почему? — отступил в сторону, чтобы
пропустить круизеры.
Варвия спрыгнула с круизера. От столкновения с ней у Теггера выпал из
рук меч. Следом за ним отправилась туника Варвии. Валавирджиллин незачем
было вслушиваться в крики своих спутников. Все было ясно и так: наступило
время празднества, время РИШАТРА.
Кто-то должен не потерять головы, чтобы охранять всех. В ярко
освещенном доке Вала сумела взять себя в руки. Внезапно до нее донесся шум
борьбы. Вампир? Нет, она услышала разговор...
Форанайидии нашла своего отца. Они выкрикивали в адрес друг друга
страшные оскорбления. В то мгновение, когда оба замолчали, чтобы перевести
дыхание, Вала схватила обоих за руку — следовало как можно быстрее отвлечь
их внимание, помешать им — и торопливо заговорила:
— Форн, Барок, нет! Поймите же, это моя ошибка. Наша ошибка. Всем нам
следовало сообразить, что произойдет. Нужно признать, что доля вины лежит на
каждом из нас.
Потрясенные отец и дочь взглянули на нее.
— Вам не следовало оставаться вместе, когда появились вампиры. Я
должна была разделить вас. Неужели вы не понимаете: мы все занимались
сексом. Мы ничего не могли с собой поделать. В результате Спаш беременна.
Барок, никто до сих пор не знает о тебе и Форн, верно?
— По-моему, нет, — пробормотал Барок.
— Но мы не сможем вернуться домой! — простонала Форн.
— Займись с кем-нибудь РИШАТРА, — предложила Валавирджиллин.
— Госпожа, неужели ты не понимаешь...
— Ну же, глупая ты девочка! По-моему, Парум вполне способен отвлечь
тебя. Иди, изгони жар из крови. Только после этого ты сможешь рассуждать
здраво.
Иди!
Форн внезапно рассмеялась:
— А ты сама?
— Мне нужно проследить, чтобы все было в порядке. Барок, найди
Вааст.... — в это мгновение Валавирджиллин услышала голос самой Вааст. Ее
уже явно нашли, причем, похоже, несколько мужчин сразу, — ...или
кого-нибудь другого. Иди.
Вала подтолкнула их в разные стороны, и они разошлись.
Что дальше?
Теггер и Варвия помирились. Теперь Теггер, похоже, убедился, насколько
сильно воздействует запах вампиров. Запах этот до сих пор жаром отзывался в
мозгу и крови Валавирджиллин, но ей пришлось испытывать его и в более
сильных дозах, поэтому она в силах сопротивляться. Ну, может, и не в силах,
— вернее...
Перед ней, жмурясь от света, стоял бледный ребенок ростом ей по пояс,
умоляя без слов. Она сделала шаг в его сторону.
Стрела, выпущенная из арбалета, вонзилась ему в грудь. Ребенок
пронзительно закричал и, пошатываясь, бросился в тень. Валавирджиллин
обернулась. Перед ней стоял Парум.
— Я собиралась ударить его прикладом ружья. Он слишком мал, чтобы
издавать запах.
Травяной великан не стал оспаривать ее объяснение.
— Возможно, к нам прицепился не один непрошеный пассажир. Правда, я не
видел никого, кроме этого малыша.
— Туннель проверял?
— Я обнаружил четырех зарубленных вампиров. Думаю, дело рук Теггера.
— Это должно помочь.
— У одного из них оказались выбиты все зубы. И... Что ты сказала? Да,
верно, вампиры не любят запах собственных мертвецов. Так что дальше не
пойдут.
— В таком случае... мы выстояли. Мы в безопасности.
— Вот и прекрасно, — заключил Парум, сжимая ее в объятиях.
Веселье подходило к концу.
Валавирджиллин не хотела этого замечать. Она была погружена в
сексуальное общение с Кэйвербриммисом. Наверняка это ничем не чревато. Она
бы занялась этим в любом случае, но после всех подвигов, совершенных за
сегодняшние полночи, ни один мужчина не в состоянии сделать ребенка.
Сквозь серовато-белые облака размытым серебряным диском проглядывало
солнце. Все четыре глиннера спали, сбившись в кучку. Гулы рано вышли из игры
и забрались под полог. Травяные великаны и великанши переключились друг на
друга, выйдя за пределы РИШАТРА, как и они с Кэем, а Теггер с Варвией
разговаривали — только разговаривали.
Кэйвербриммис расслабился и заснул в ее объятиях. Валавирджиллин
высвободилась, свернула тунику Кэя и подложила ему под голову, после чего с
трудом побрела к краснокожей парочке, внимательно приглядываясь к их
реакции. Но они, похоже, были не против общения с ней.
— Скажи мне, Теггер, как тебе удалось опустить парящую фабрику?
Теггер горделиво улыбнулся. Такую же улыбку Валавирджиллин заметила на
лице Варвии.
— Это все равно что головоломка. Вокруг тебя разбросаны ее мелкие
кусочки. Я обнаружил пруд без воды и пустые резервуары.
Валавирджиллин слушала, не перебивая.
— Строители Городов оказались здесь отрезанными от мира после Падения
Городов. Я видел их кости. Мы знаем, что вампиры нашли себе пристанище под
тенью фабрики. Должно быть, они стали забираться наверх по наклонной дороге.
Что бы ты сделала?
— Мы говорили о том, что нужно каким-то образом поднять скат повыше.
Довольный Теггер закивал:
— Все резервуары стоят пустые. Но Падение Городов произошло задолго до
того, как Луис By вскипятил море. Местные жители нуждались в воде, но страх
перед вампирами оказался сильнее. Поэтому они спустили всю воду, и город
поднялся вверх.
— Так, значит, ты вставил затычки в днище всех резервуаров...
— В доке я нашел большие листы металла и воспользовался ими вместо
затычек.
— ...после этого дождь заполнил их водой, и город опустился.
— Да.
— Спасибо тебе за факелы. Теггер рассмеялся:
— Я так и думал, что вам понравится. Я зажег все факелы, кинул их
вниз, а потом вылил на них горючее.
— А что теперь?
— Теперь мы оказались в таком месте, где можем что-то сделать, --
отозвался Теггер. — Со мной пятнадцать сообразительных друзей, и вместе мы
что-нибудь да придумаем
Вала кивнула. Теггер не знал ответа на вопрос, но он уже и так сотворил
чудо.
Глава 15: Энергия
Ослепительно ярким днем Теггер повел всю компанию в город --
похвастаться сделанными открытиями.
Но его ждало разочарование. Варвия быстро обошла дома, джунгли
декоративных растений, наполовину заполненный плавательный бассейн и
стремительно вернулась обратно, переполненная вопросами. Глинеры оказались
еще быстрее, они кинулись в неподходящие для красных места, и тут же
выскочили обратно на шум Травяных великанов.
— Подкрепись этими зернами, — предложил Теггер Вааст. Она взяла
пригоршню зерен, и, улыбаясь ему, жевала зерна, следуя за Перилак и Силаком
в разрушенный дом. — Я не видел травоядных. Искал их помет, но ничего не
нашел. Только не волнуйтесь, мы обязательно отыщем какую-нибудь еду, --
говорил он Кориак. — Ты думала, там есть животные, питающиеся травой, а я
не надеялся поймать хоть каких-нибудь птиц. Нет даже насекомых, — обратился
он уже к Валавирджиллин.
— А мертвечина?
Он понял, что она имеет в виду.
— Старые сухие кости. Гулы не захотят есть, пока мы голодны. Зато я
нашел здесь эти плоды. Целую аллею плодовых деревьев.
Валавирджиллин разломила плод и начала есть. Хотя бы временно, но этим
можно кормить машинных людей.
— Теггер, что производят эти фабрики?
— Я нашел склад, забитый одеждой. Возможно, именно ее здесь и
изготавливают. Но толком я пока ничего не осматривал.
Валавирджиллин заинтересовали фабрики. Имея целый пакет волшебной ткани
Луиса By, она могла включить двигатели. Но даже если они не
заработают...Возможно, удастся найти здесь что-нибудь необыкновенное,
сделанное до Падения Городов.
Сам Теггер должно быть голоден, а ее люди теперь были сыты. Полдела
сделано, а о выгоде подумаем позже, когда она найдет какой-нибудь путь вниз.
Маленькая группа просочилась вверх по Лестничной улице к куполу на
вершине.
То, что Теггеру казалось таинственным, было совершенно очевидно
машинным людям. Улыбаясь, Барок провел их по гигантским ступенькам в
банкетный зал.
— Строители Городов всеядны и любят разнообразие. Вы только взгляните
на это оборудование!
— Все эти емкости и поверхности дают тепло.
— Правильно, а это разделочный стол.
Выше улицы была только труба с ведущей к ней винтовой лестницей. Варвия
сидела на краю трубы, болтая ногами, и разглядывала плавающую внизу фабрику.
Она выглядела до неприличия счастливой.
— Я вижу Речной народ. Рубаллабл! Эй, кто-нибудь, идите сюда и
покажите им, что мы сделали! Они думают, что я — это Таггер.
Валавирджиллин поднялась мимо бронзовой паутины, прилипшей к камню, по
винтовой лестнице к Варвии. Следом за женщинами пошли и остальные: Кориак,
Манак, Парум, Варок. Теггер задержался, рассматривая паутину, а потом полез
за ними.
Река и горы, покрытые снегом, сверкали в солнечных лучах. Честно
говоря, Валавирджиллин уже не видела ничего более интересного как внутри,
так и ниже. Вокруг Теневого гнезда роились вампиры. А далеко в горах
медленные струи, вытекавшие из расщелин, соединялись в потоки — они текули
вдоль Хомфлоу и состояли из отдельных точек: это тысячи вампиров
возвращались обратно.
Рубаллабл и Фуджхабладл, подбадриваемые Валавирджиллин и остальной
компанией, нырнули под воду.
Все крыши: и плоские складов и фабрик, и изогнутые резервуаров, --
сверкали серым глянцем. Исключение составляли дома вдоль Лестничной улицы,
плоскости которых были в грязных лужах, но ступеньки сверкали серым.
— Валавирджиллин, видишь эти серые крышей? — спросил Парум.
— И что?
— Интересно, почему продолжают работать лампы. Все плоскости,
обращенные к солнцу, одинакового серого цвета. Наверно, этот материал
сохраняет солнечные лучи.
— Точно! — закричал Теггер.
— Да, вполне очевидно, что это так. Давайте рассуждать, они не могут
получать много света через эти облака, но до моего появления здесь не было
никакого источника энергии. Сотни фаланов. Это значит...
— Что он может иссякнуть. Лучше выключать свет днем. Металлическая
пластина была того же цвета, перед тем как я сломал кабину. Вот почему она
может подниматься. Солнечные лучи поднимают... Отключить их? Парум, как же
нам сэкономить энергию?
— Не знаю, но не стоит ее растрачивать попусту. Думаю, что надо
оставить свет вокруг дока и там, куда поднимаются вампиры.
Теггер кивнул и внезапно почувствовал страшную усталость. Заметив это,
Варвия, тихо нашептывая в ухо ласковые слова, увела его за собой.
Другая часть компании не обнаружила ничего заслуживавшего внимания.
Вскоре, подобно туристам на отдыхе, они вернулись на круизеры, и большинство
отправилось спать.
Глиннеры выспались ночью, и все четверо, единственные из тех, кто делал
вылазку, были в середине дня в боевом настроении. Оставив Манака и Кориака
охранять, Валавирджиллин заползла под кожух.
Бедняжка Форн крепко спала, не только от усталости, но и от потери
крови, хотя и выглядела очень спокойной. Вала намочила полотенце в горючем и
обтерла воспаленные раны на шее у Форн.
— Красный Теггер все сделал толково, — прошептал вошедший Бееджи,
протягивая охапку свежесрезанной травы, в которой сам же и запутался. --
Теперь мы сможем двинуться дальше.
— М-м?
— Госпожа, мы можем набрать больше воды. Просверлим отверстия в крышах
всех фабрик, используем резервуары, в общем, используем все, где можно
хранить воду. Сделаем воронку из одежды. Пусть идет дождь. Море воды!
Затопим фабрику и уничтожим вампиров.
Может, он прав? Она так устала думать...
— Нет.
— Кто говорит?
— Форанайидии. Это такое же большое сооружение, как Администрация в
Центре города...
— Ну, хорошо, вы там жили, так на что это похоже? На статую или на
здание? Мы можем это уничтожить?
Форн начала отвечать, а Валавирджиллин тем временем, захватив одеяло,
переползла в темноту железной рубки, вытянулась под одеялом и...
— Валавирджиллин, самое время заглянуть в Теневое гнездо.
— Я не чувствую тебя.
— Пока вы спали, мы занялись разведкой и выяснили, что это ряд домов и
бассейнов. Восхитительных.
— Это все замечательно, Арфист, но сейчас лучшее время для сна.
— Ночные люди тоже спят, госпожа. Днем. Хватит спать. — Острый коготь
уколол в бок. — Расправимся с вампирами! Они будут вялые. Мы просто
столкнем их под уклон. Можно я возьму глинеров и спущусь с ними вниз?
— Двое стоят в карауле, — размышляла женщина. — Возьми Силака и
Перилак. И Каувербриммиса (он все-таки немного поспал и имеет другую точку
зрения). — Можешь еще взять Бееджи.
Валавирджиллин достала пистолет и флеймер.
— Я тоже иду.
Пошли ввосьмером: два гула, возглавляя группу, освещали дорогу, в то
время как остальные двигались, тщательно маскируясь.
Надо было смотреть, куда ступать. Она споткнулась... горстка зубов
вампиров, таких же острых, как у красных. Как и описывал Парум, женщина была
без зубов и... не только убита. Валавирджиллин вздрогнула.
Горюющей трубы не было видно. Арфист тоже ушел. Валавирджиллин набрала
воздуха, чтобы закричать, но вместо этого побежала, высоко подняв флеймер, и
обнаружила гулов, внимательно наблюдавших за агонией самца вампира.
Группа спустилась на три витка вниз, остановившись на два с половиной
витка выше этажа, наводненного вампирами.
Довольно яркий свет от изуродованного кругового светильника Теневого
гнезда позволял увидеть жуткую грязь с обеих сторон Болотного Дома и разной
величины заплаты на ферме, в том месте, где река текла в тени. На лужайках
росли огромные грибы, под которыми жили вампиры. До того, как вампиры
появились, здесь росли сотни видов грибов чудовищных размеров, чтобы их
можно было просто растоптать.
— Смотрите, там все освещено, — весело проговорила Горюющая труба.
— А я бы дождался ветра, — неожиданно проворчал Арфист.
Ветер, конечно. Вала почувствовала безумное волнение в крови. Варвия,
задыхаясь, ловила ртом воздух, зная, что ее желанию не суждено сбыться. Кай
отошел от Валавирджиллин: сейчас ничто не должно отвлекать. Остальные
выглядели хорошо. Надо сконцентрироваться! Этот центр...
Фонтан. Окна, обращенные в сторону уклона. Маленькие балконы без перил.
Наружные лестничные марши. Скорее офисы, а не жилые помещения...
Ровная площадка с концентрическими арками, что-то напоминающее ступени
под куполом; сидения. Сцена! Сгнившие столбы по углам предназначались,
вероятно, для занавеса; упавшая тонкая стена обнажила продырявленный задник
сцены. Интересно, догадываются ли остальные о том, что здесь было раньше,
подумала она.
Сверху лилась вода, образовывая водопад, окруженный темными гигантами
— статуями Городского Строителя Фолка, и далее поток отправлялся вниз через
лабиринт труб и каналов, чтобы встретиться у Болотного Дома.
Форн была права. Эта каменная гора гораздо больше городского центра.
Может быть, она не выдержит массу фабрики, но любое количество воды ей не
страшно.
— Очень хорошо. Очень хорошо. Мы не можем опустить фабрику на них, а
что, если мы отодвинем ее в сторону? Ее что-то удерживает здесь, и если мы
найдем это, то сможем освободить ее и отправить вместе с вампирами...
По крайней мере, частично Перилак права. Что-то удерживает ее здесь,
что-то...
Арфист опять включился в общий разговор.
— ...наподобие днища чащи, низкой точки в области магнитной энергии.
Мы смогли бы отбуксировать его, имея достаточно энергии, но двумя
круизерами? Флуп, мне бы хотелось, чтобы люди никогда не слышали о Луисе By.
Статуи, ряды окон, сцена, скульптуры, залитые водой. Чего же не
хватает, спросила Валавирджиллин саму себя.
— Госпожа?
— Объясни мне, что ты видишь.
Помогла женщина-гул.
— Офисы. Держу пари, что это сцена для публичных выступлений и
конференций. Это общественный центр.
— А что видишь ты? — обратилась Валавирджиллин к Арфисту.
— Я думаю... подиум. Для спектаклей или для концертов. Уверен на все
сто, что кто-то получил премию за то, что установил здесь фонтан.
Представляю, как здесь будет красиво, если удастся избавиться от вампиров.
— Поняла, — закричала она. — Свет!
Вспыхнули глаза гулов.
— Свет! Варвия, Теггер, вы должны знать, где здесь свет.
— Выключатель может быть внизу.
— Плохо, если это так.
— А ведь я видел его, — проговорил Арфист, указывая вверх. — Варвия,
что за группа статуй справа наверху? Фигуры трех воинов в человеческий рост
с копьями...
Валавирджиллин смутно различила какие-то фигуры, но не более.
Оказалось, что Варвия видит не больше ее.
— Для меня это всего лишь большое черное пятно.
— Они там, — начал говорить Горюющая труба. — Одна голова...
— ...больше, чем остальные. Копье толщиной с мою ногу. Конца не видно,
оно уходит куда-то вправо вверх под крышу. Это энергетическая труба, прошу
прощения, госпожа.
— Флуп! Это не водопроводные трубы? Конечно же, нет, у них
неограниченное количество воды. Отлично. Зовите Теггера, пусть покажет, что
он еще нашел.
Варвия отказалась будить Теггера.
— Госпожа, он показал вам все, что знает!
Еще раньше ушли Арфист и Горюющая труба. Никто не мог ожидать, что гулы
догадаются, где чужаки-гоминиды могут установить выключатели!
Остальные разошлась по всему городу. Вала порезала кусок от материи
Луиса, этой бесценной тайны, на полосы. Они покрыли все коробочки и
выключатели, которые показал им Теггер, и вскоре город засиял, соперничая с
дневным светом.
Тонкие серые полосы свешивались с плоских, сверкающих серых крыш по
бокам строений. Некоторые группы следовали вдоль этих линий к месту их
соединения. Твук позвал Валавирджиллин посмотреть обнаруженное ими
отверстие, шириной с ногу гула. Вала обнюхала пальцы, которыми разгребала
мусор, лежавший вокруг отверстия. Полной уверенности у нее не было, но,
казалось, что они нашли развалившийся сверхпроводник.
Канал мог оказаться в двадцать раз выше человеческого роста.
Валавирджиллин изрезала весь материал на полосы, связала их между собой, в
попытке сделать канат, чтобы, привязать к нему обломок стены и спустить в
отверстие для замера глубины. Что окажется там, внизу? Может, неповрежденная
энергетическая линия?
Облака потемнели, и пошел сильный дождь. Исследователям ничего не
оставалось, как направиться в док; дольше всех продержались Травяные
великаны, но и они двинулись к доку.
Глава 16: Паутина шпионов
Проснувшись, Теггер наслаждался ощущением расслабленности, тепла, что
исходило от прижавшейся к его груди и животу спины Варвии, от запаха ее
волос. Если он и дальше будет бодрствовать, то вернутся мысли о голоде.
Как накормить Варвию? Отвратительные птицы-мусорщики улетели от шума,
алкогольных паров и героев. Что можно здесь найти для плотоядных
краснокожих?
Разогнать вампиров. Спуститься. Охотиться.
При дневном свете все тени были вертикальными. Опустится ночь, и свет
будет только в доке. Кто туда пойдет ночью? Теггер открыл глаза, осторожно
встал и как следует укутал Варвию одеялом.
Две меховые спины двигались вниз по улице, время от времени выходя на
освещенные участки. За ними, крадучись, следовал Теггер. Ночные люди имели
право на секреты; но красные были охотниками.
Ночные люди шли в сверкающем искусственном свете: кто-то из экипажа
Валавирджиллин нашел выключатели, пропущенные Теггером. Ночь, разумеется, их
стихия, но этим вечером гулы были наполовину слепы. Беспокоит ли это их?
Гулы должны полагаться на запах.
Теггер укрывался за деревьями, кучами камней, стенами, оставаясь далеко
позади. Куда делись гулы?
Из разбитого окна донеслась их жалостливая речь. Вынюхивали мертвечину?
Но там, ему это было хорошо известно, остались только кости, и ничего более.
Теггер ждал в пустом бассейне, выглядывая из-за края.
Наконец они появились и пошли дальше, в тень. Верхнюю точку города,
трубу, скрывала полная темнота. Будут ли они подниматься, чтобы осмотреть
территорию? Извивавшаяся улица не давала возможности Теггеру разглядеть
гулов, тем более, что он двигался весьма осмотрительно.
Раздавшийся громкий звук причинил боль. Теггер поднялся по ступенькам,
выйдя на плоскую поверхность резервуара для хранения химикатов. Его тень
затерялась среди множества труб.
Гулы стояли у основания трубы. Было слишком темно для того, чтобы
разглядеть, чем они заняты; тишину нарушали ритмичные удары по кирпичу.
Теггер начал осторожно приближаться. То, что они искали, не было едой. А чем
же? Он осторожно двигался вдоль стены, когда Горюющая труба схватила его за
запястье.
— Это Теггер, — прошептал он, не доставая оружия.
— Это Теггер, — улыбаясь во весь рот, прокричала Горюющая труба. --
Ты проспал кое-что. Валавирджиллин уверена, что под нами должны быть лампы,
сфокусированные на структуре. Их надо будет только повернуть. Мы тоже так
считаем, но выключатели внизу.
— Что, в фонтане?
— Фонтан, сцена, офисы, трибуна. Они хотят управлять светом
самостоятельно. Валавирджиллин восстановила кабель, подводивший солнечную
энергию.
Арфист подошел абсолютно бесшумно: стоит поучиться так незаметно
подкрадываться к добыче.
— Думаю, что мы найдем что-нибудь вроде лестницы для посетителей.
Пандус не для...
— Пандус предназначен для космических кораблей. Люди могли
почувствовать угрозу.
— Вот почему мы искали лестницу вдоль трубы, но у Горюющей трубы
появилась хорошая мысль...
— ...что труба спускается к печи, — закончил за него Теггер.
— Она подходит ко всем печам города. Мы обнаружили сеть каналов,
связывавших весь город. — Арфист, ухмыляясь во весь рот, продолжил. --
Пойдем вместе? Или предпочитаешь незаметно красться за нами?
— Здесь не так уж много способов отвлечься от голода.
— Тогда пошли, — торопливо проговорила Горюющая Труба. — Мы отведем
тебя.
Жестко сжав запястье Теггера, Горюющая труба повела его в сторону от
трубы.
— Я знаю, что ел.
— Кто тебе объяснил? Твоя супруга?
— Да.
— Правда?
— Конечно, я должен все рассказать Варвии.
— На пандусе было четыре вампира. Ты убил троих, а у женщины выбил все
зубы и отрубил кусок мышцы. Оно казалось чистым, и ты, должно быть, съел
этот кусок.
— Я должен был дать свет. Эти запахи и чувство голода сводили меня с
ума, и я совершил чудовищную вещь.
Выслушав все, Арфист отвернулся от Теггера. Все вместе они вошли в
большую комнату. Здесь была удушающая жара.
— Люди работали в офисах, сидели в арках вокруг сцены и ждали, когда
спадет вода. Должны они были проголодаться? Всеядные должны были сильно
проголодаться.
— Вероятно, не только всеядные, но и другие гоминиды. У них могли быть
дипломатические отношения.
— Слишком длинный путь. Схватить добычу там, внизу на поверхности,
поднять наверх, вырастить, перевезти с фермы. И что потом? Обжигать, резать,
смешивать со специями? Прекрасно. Зачем приносить сюда только для того,
чтобы отправить назад?
— Мы ничего не найдем здесь при таком тусклом освещении. Посмотри
здесь, Теггер, — открывая следующую дверь, сказал Арфист.
Теггер сразу понял, что это склад. Под потолком горели лампы. Шкафы с
дверцами, высотой не больше человеческой руки и ящиками. Кроме сухой травы
различных видов, местами покрытой плесенью, здесь ничего не было...
— Глинеры и Травяные великаны нашли здесь только сухую траву. Здесь
слишком яркий свет. Давайте выключим его.
— Арфист, ты видишь в темноте?
— Ночные люди видят ночью. Даже во время урагана с дождем нет полной
темноты.
— А нет дверей побольше?
— Все меньшее человеческого роста.
— А что вы скажите насчет Висящих Людей? — поинтересовался веселый
голос.
Теггер подпрыгнул от неожиданности. Это же Варвия!
Она смотрела на него сверху.
— Где ты была?
— Шла за вами от дока.
— Хочешь принять участие в нашем расследовании?
Варвия спрыгнула вниз, и теперь можно было увидеть у нее на спине
флеймер Валавирджиллин.
— Я много слышала, и смогу объяснить это. Пошли и посмотрим?
— Мы пойдем за тобой.
Она повела их обратно в тепло.
— Вы знаете, сырая пища, вероятно, поднималась сюда из доков, слугами.
Судя по всему, они использовали какие-то химикаты для приготовления пищи,
которые нам неизвестны. Эта пища спускалась вниз небольшими партиями.
— Правда? А почему? — не поняла Горюющая труба.
Двигаясь между столами, горячими поверхностями и дверями, Варвия
продолжала.
— Вы наблюдаете за игрой, или вы играете, поставив на кон высокие
ставки, воду и право выпаса. Или ваша Сурл говорит о будущем вашего племени.
Внизу ваш обед: обожженный до черноты снаружи и сухой внутри, как вы любите,
которого хватит на двенадцать человек, а вас двадцать шесть! И что дальше?
Теперь, задав вопрос, она испытывала удовлетворение от самой себя.
— Вы боретесь за свою долю. Или пытаетесь поделить равномерно. Вы
забыли игру. Если отдельные доли спустить вниз, то не будет нужды бороться.
В стене была маленькая дверь с окном, через которое были видны две
полки. Варвия открыла ее и протянула руку.
— Горячо! — крикнул Теггер.
— Я сначала коснулась двери, любимый. — Она толкнула коробку внутри,
и та закачалась. — Часы.
— Как далеко вниз она уходит?
— Туда, где нехватка пищи. Что ни говорите, но я никогда не могла
понять, почему люди спускаются вниз за едой. Итак, я потрогала все двери, и
открыла те, которые не были горячими, это и был выход. Я нашла место, куда
положила полоску Валавирджиллин.
— Эта коробка не выдержала бы человека.
— Она выдержит меня, если мы вынем ящики.
Варвии решать и выбирать. Красные пастухи — солдаты, и Теггер не имел
никаких возражений.
Ящики легко вынули. Варвия попыталась вползти в образовавшееся
пространство, но не смогла.
— Ты не подходишь. Это коробка для глинера. Пробуй все, что любишь,
Варвия. Мы не торопимся. Глинеры будут спать целый день.
Непринужденно болтая, Ночные люди отправились в доки.
— Мы пошлем что-нибудь нашим разведчикам. Бутылку с горючим? Между ним
и вампирами будет горящая коробка. Зажигательный снаряд, пум.
Теггер с Варвией не участвовали в разговоре. Они ползли сзади и
следили, как крадутся Горюющая труба и Арфист.
Затем Варвия взяла Теггера за руку, и они побежали в ту сторону, где
доки сужались и переходили в улицу.
— Пока ты спал, мы кое-что разведали. Иди за мной, — прошептала
Варвия.
— Я хочу рассказать тебе о чем-то.
— Про пандус? Я все слышала. Ты сошел с ума. Я сошла с ума. Мы муж с
женой, но, любимый, я не вижу, как нам попасть домой.
Теггер облегченно вздохнул, увидев, как легко решилась эта проблема.
— Куда теперь?
— Не имею понятия. Пошли.
Они побежали, петляя, по системе аллей, карабкаясь по трубам, перелезая
через них, и достигли верхнего уровня. Варвия прошла через банкетный зал,
дальше вниз, мимо трубы в направлении отвратительного металлического звука.
Звук прекратился.
Жестами показав Теггеру, чтобы он вернулся назад,
Варвия шагнула вперед.
— Отлично. Как вы теперь спуститесь вниз?
Арфист и Горюющая труба закончили вырезать керамическую пластину
толщиной не больше чем в один палец, весьма хрупкую, как предположила
Варвия, со сложным геометрическим рисунком из бронзовой паутины.
— Мы любим тайны, и говорили об этой пластине госпоже. Ну, и что вы
знаете?
— Я видела, как вы это резали. Что это? Что вы собираетесь делать?
— Мы думали, что это глаз, ухо, а может и другие чувства тоже, которые
относятся к Луису By и его компаньонам.
— Мы думали, что они сместили центр солнца, — продолжила Горюющая
труба. — Это могло сделать их чрезвычайно сильными. Если нам удастся
связаться с ними, то мы сможем объяснить им, как воспользоваться этой силой.
— Луис By внезапно заскочил во что-то, напоминавшее летающую трубу.
Позже наши наблюдатели видели, как эта труба зависла рядом с Теневым
гнездом. Ночные люди доложили о большом количестве сетей в разных местах,
вероятно, для шпионажа.
— Вы пытались поговорить с этим? — поинтересовалась Варвия.
— Да, но никто не ответил.
— Мы с Теггером не можем идти домой, но попробуем найти другое племя
Красных пастухов, раз Ночные люди считают нас героями. А вы куда собираетесь
отправиться?
Арфист рассмеялся лающим смехом. Горюющая труба резко оборвала его:
— Дурак! Варвия, мы... Нет, лучше скажи, сколько ты можешь выдержать
ударов?
Вместо ответа Варвия кивнула, и появился Теггер. Громко смеясь, он
сказал:
— Если вы думаете, что можете удивить нас, идите вперед и попробуйте.
Арфист начал рассказывать.
Глава 17: Война с темнотой
Город ткачей
2892 г. н.э.
Огромные лица выглядывали из-за скалы. Двое красных и двое Ночных людей
обговаривали секреты...
... а Луис Ву смеялся в одиночестве.
Он оторвал пристальный взгляд от Лучше Всех Спрятанного. Местным
жителям должно казаться, что они видят богов, решающих их судьбу.
Ушли Плывующие люди.
Никаких следов Казарпа или Танесмита.
Все ткачи находились выше, и по большей части спали. Вялые дети ткачей
пытались держать глаза открытыми.
Луис проговорил в интерспикер, чтобы поддержать Лучше Всех Спрятанного:
— Они действительно проделали длинный путь, чтобы украсть "глаз
паутины" и желая поговорить с тобой.
Изображение сменилось. Черная вода в бассейне, ткачи, спящие на широких
столах, ярко светящаяся кожа Луиса By... паутина за ним, ближняя сторона
Муниципалитета...
Казарп и Танесмит прятались в высокой траве. Гулы тоже выжидали.
Признают ли они себе подобных?
Огромные лица потускнели. "Глаз паутины" опустился в темноту.
Когда Валавирджиллин вылезла посмотреть, что же происходит, солнце было
не больше осколка, слабо светившего через облако.
Оказалось, что красные и гулы попросили всю четверку Травяных великанов
перенести вырезанную плиту с бронзовой паутиной вниз на Лестничную улицу.
Груз оказался тяжелым, и когда они подошли ко второму корпусу, то поставили
пластину на ребро, чтобы передохнуть. Гулы начали болтать, и попытки красных
прервать их беседу оказались безуспешными.
Когда наконец все разговоры закончились, пластину с паутиной занесли в
корпус. Появились сонные глинеры и приняли участие в царившем возбуждении;
гулы вяло поползли под навес.
Наверняка где-то там, за черными облаками, сумерки сменяются солнцем.
Единственным светом после бури оказался бешеный танец молний.
Четыре глинера и Валавирджиллин, несмотря на дождь, двинулись к вершине
Лестничной улицы, вошли в прозрачный купол и по гигантским ступенькам
вскарабкались в эту удивительную кухню.
Силак разместился в движущейся коробке со спиртовками в руках: только
остальные глинеры знали, почему выбрали именно его.
— Зажги их на стене. Там или вампиры, или еще что-нибудь, — нервно
вздрагивая и удерживая двумя руками пистолет машинных людей, объяснял Манак.
— Я пойду направо вниз, и, когда я опущусь, мне будет нужен свет. Открыв
дверь, первым делом дай мне свет.
Закрыв дверь за Силаком, они щелкнули выключателем. Для того, чтобы
следить за вибрирующей линией, света было достаточно, шума, впрочем, тоже.
Мотор остановился. Шум стих. Они ждали. Манак попытался щелкнуть
выключателем, но у него ничего не получилось. Вдруг выключатель сам щелкнул,
поднявшись вверх; линия начала вибрировать. Они ждали, когда коробка
окажется в пределах видимости. Силак в буквальном смысле выкатился из нее,
вдохнув воздух, прорычал:
— Свет!
Перилак бросилась к нему и крепко обняла.
— Прости, Манак, но панель была действительно там, и я думала, что
смогу, если захочу, быстро убежать, щелкнув выключателем. Я включила весь
свет и...
— Они на стене?
— Да, — ответил Силак; и его слушатели разбежались.
Задыхаясь и пошатываясь, Валавирджиллин наконец достигла спуска.
Глинеры, красные и машинные люди были далеко впереди; Травяные великаны
двигалась за ними.
Всюду безжалостно полыхал свет: на центральном здании, на сцене, в
окнах, на текущей воде. Теневое гнездо сияло. Вампиры пытались спрятаться.
— Как только появился свет, все вампиры бросились спасаться, --
закричал Силак. — Два или три десятка приняли офисы за пещеры! Арфист был
прав, это большое пространство связывает офисы со сценой и подмостками.
Вампиры шли ко мне по трем направлениям. Манак, выходя, я подпер дверь. Я не
хочу оставлять это.
— Ты жадный прожорливый флуп-скульптор, ты!
— Я знаю, Манак.
— Ты — победитель!
— Я очень, очень рад, что мне удалось залезть в эту коробку. Они
вошли, я поджег их и поднялся.
За место в темноте между вампирами разгорелась настоящая битва. Стоящие
тремя витками выше, Травяные великаны подбадривали воюющих и тут же
заключали пари.
— Послушайте! Думаю, что сейчас лучше всего выйти. Большинство
вампиров на охоте; а те, кто находится здесь, ослеплены и пребывают в
растерянности. Мы дождемся, что вернутся охотники. Пошли!
Скажите, если я сумасшедшая! Они смотрели на нее в молчании, нарушаемом
только воплями десятков сотен вампиров.
— Время! — выкрикнула Валавирджиллин, и ее люди побежали.
Луис видел троих Плавающих людей, находившихся на крыше Муниципалитета.
Демонстрируя смелость, они, тем не менее, не могли увидеть больше, чем Луис.
Окно в скале было не более чем черный камень. Шпионские принадлежности
Лучше Всех Спрятанного находились в темноте под кожухом шестиколесного
вагона.
— Луис, я слышу их и чувствую их запах.
Темный утес превратился в темное окно. За танцующим кукольником Пирсона
двигалось бессчетное количество, целый лес одноглазых трясунов.
— Танцы в темноте? — удивился Луис.
— Испытание на ловкость. В давние-давние времена было темно. Не
исключено, что темнота могла войти в любого из нас.
Значит, они испытывали друг друга на совместимость.
— Ты слышишь, кто там?
— Компания Валавирджиллин. Дверь в отсек закрыта, и я могу различать
голоса. Они организуют защиту фургонов. Слышишь?
— Минутку. Интересно, как наши гулы относятся к твоим танцам?
— Маленький постоянно меняет позицию, а тот, что побольше, спокойно
стоит. Возьмем его в плен?
— ...Нет.
— Прикоснись транслятором к ядру "глаза паутины". Я буду передавать.
Луис перетлел по мелководью к скале. Черное пятнышко колебалось на
уровне носа, и Луис установил свой транслятор напротив него.
Он услышал множество голосов: страдающих, просящих, яростных. Их
перекрыл одинокий крик удивления и боли, скорее даже вопль, а затем глухой
стук упавшего на "глаз паутины" тела. Он с трудом, исключительно по
интонации, узнал Валавирджиллин — она отдавала приказы незнакомым ему
голосом. Одним словом, там царил поразительный беспорядок.
Через некоторое время крики вампиров начали стихать, адские вопли стали
спокойнее, мелодичнее и сменились убедительным голосом, произнесшим что-то
вроде речи. Вдруг наступила жуткая тишина.
Валавирджиллин повела их вниз по течению, потому что выше все заполнили
вернувшиеся с охоты вампиры. Круизер спокойно вращался, когда Бееджи открыл
дверь отсека и двинулся внутрь. Валавирджиллин ждала. Выкатилось что-то
тяжелое.
Парум. Вампиры сгрудились вокруг него, разрывая на части, в то время
как его сородичи рубили их сверху и снизу. Вампир ранил Перилак.
Валавирджиллин ждала.
Бееджи поднялся и встал рядом с ней.
— Умер. Я промыл раны Перилак горючим, она выглядит неплохо. Это
действительно что-то дает?
Вала кивнула, и, не отвечая на вопрос наследника Сурла (пусть решает
сам!), подумала о Горюющей трубе и Арфисте: интересно, обидятся они или
поймут, почему тело Парума оставили врагам, а не его друзьям, гулам.
Вдоль реки тянулся луг, казавшийся хорошим местом для охоты. Следовало
ожидать нападения, и Валавирджиллин, собрав всех, сделала им маски из
полотенец.
Набрав кучу од...
