Джулиан Барнс. Love etc
страница №6
...ла расспрашивать, сначала не стала, яждала, что он будет делать - в конце концов это у него испортилось
настроение, а не у меня. Он вел себя очень мужественно, потому что он тоже
начал влюбляться в меня и тут уместно мужество. Я имею ввиду для того, чтобы
преодолеть себя.
Мы провели прекрасный уикэнд вместе и когда он закончился, я спросила
его, почему у него внезапно испортилось настроение в супермаркете. Его лицо
снова помрачнело и он сказал: "Моя жена тоже расплачивается картой
Уэйтроуз". В тот миг я поняла все, и я поняла, что эти отношения безнадежны.
Дело конечно не только в карте, дело в парковке, в тележке, в том, чтобы
заехать в пятницу вечером за покупками, в том, чтобы осознать ужасный факт,
что твоя новая любовница тоже покупает одноразовые полотенца для кухни, как
и твоя жена. Он шел по той же дорожке, пусть их и разделяло расстояние в
двадцать миль. И возможно это заставило его думать, что очень скоро со мной
он снова будет повторять этот хорошо знакомый отрезок трассы.
Я не упрекаю его. Просто у нас разное представление о любви. Я была
способна наслаждаться одним днем, одним выходным, неожиданно выпавшим
свиданием. Я знала, что любовь хрупкая, недолговечная штука, fugace, не
подчиняющаяся правилам, поэтому я отдавала ей все, все, что ей принадлежало.
Он знал, или по крайней мере не мог заставить себя не думать об этом, что
любовь это не волшебство, или не только волшебство, но скорее начало пути,
который рано или поздно приведет к карте Уэйтроуз. Он мог думать лишь так,
хотя я и говорила ему, что не захочу жить с кем-то еще или выходить замуж.
Так что, в чем-то к счастью, он это обнаружил для себя. Скорее раньше, чем
позже.
Он вернулся к своей жене. И - я говорю это не потому, что хочу
показаться добродетельной - возможно он стал счастливее после того как
вернулся. Он усвоил урок кухонного полотенца. Как вы считаете? В наши дни
басни Ла Фонтена разыгрываются в супермаркетах.
Мисс Дайр: Что вам надо? Говорите. Я лейбористка, вы это хотели узнать?
Всегда была лейбористкой. Мой муж тоже, пока он был жив. Сорок лет вместе
прожили, ни разу не поругались. Я готова соединиться с ним. Вы что - что-то
продаете? Мне ничего не надо. Я вас не впущу. Я читала о таких как вы в
газете. Поэтому поставила счетчики снаружи. Так что убирайтесь отсюда, что
бы вам ни было нужно. Я сейчас закрою дверь. Я лейбористка, если вы это
хотели узнать. Но вам придется продать машину, чтобы заполучить мой голос.
Да, это мои ноги. Совершенно верно, я закрываю дверь. Что бы там ни было,
мне это не надо. Спасибо.
Терри: Вы же знаете, что когда влюбляешься, то все кажется ну
совершенно необыкновенным. То, что он говорит, то, как он обнимает тебя в
постели, то, как он водит машину. Вы думаете - со мной так никогда никто не
разговаривал, или не занимался любовью, или не водил машину так, как он.
Что, конечно, скорее всего совсем не так. Разве что вам двенадцать лет или
около того. Просто вы никогда раньше не обращали на это внимание, или
забыли. И если он делает что-то, чего действительно никогда раньше не
случалось, пусть самая мелочь, это кажется, ну, таким потрясающим, что
хочется закричать, и это становится частью ваших отношений.
Например у меня были эти часы с Микки Маусом. Я знаю, это звучит ... ну
не знаю, ну все равно - у меня были такие часы. Я никогда не одевала их на
работу, потому что - ну что бы вы подумали, если бы хозяйка французского
ресторана носила часы с Микки Маусом? Вы бы решили, что у нас на кухне Плуто
готовит желе или еще что-то в этом роде, так? Так что часы я хранила дома, у
кровати, и носила их только по воскресеньям, когда ресторан был закрыт. И
когда Стюарт переехал ко мне, кое-что из того, что я сразу заметила, было
то, что когда он просыпался, он всегда точно знал, какой сегодня день, даже
если еще не совсем проснулся. А я знала, что он знает, что сегодня
воскресенье потому что когда он начинал шевелиться, он протягивал через меня
руку и пошарив на тумбочке спрашивал: "Что говорит Микки - который час?" Я
смотрела на часы и отвечала: "Микки говорит, что сейчас двадцать минут
девятого" ну или что-то такое.
Вам это кажется странным? У меня до сих пор слезы на глазах, когда я
просто вспоминаю об этом. И так как он британец, он использовал всякие
обороты и выражения, которых я раньше не слышала, и казалось, ну, как я уже
говорила, что так мог сказать только он. Они были частью его. И частью нас с
ним. Например он говорил "и все дело в шляпе", или "просто заскочил на
огонек", или "чего стоит пудинг можно понять только когда он съеден".
Когда он сказал это в первый раз, я решила, что он говорит о ресторане.
О каком-то десерте, который не получился. И если задуматься, то это странная
фраза, потому что единственный способ узнать получился десерт или нет - это
съесть его, и то же со свежими ребрышками или устрицами. Так что это не
просто клише, это так очевидно, что нет смысла об этом говорить. Но к тому
времени когда я задумалась над этим, было уже слишком поздно, фраза была тут
как тут, стала частью наших отношений, а то, что у нас был ресторан,
наполняло ее особенным смыслом. Случалось он шептал мне "пудинг", когда
вокруг было полно людей.
Ну что ж, пудинг и тебе, экс-муж, чертов пудинг. Я встречалась с
разными мужчинами и сейчас встречаюсь с мужчиной, так что речь не только о
тебе, Стюарт Хьюз. Но если ты решишь, что это про тебя, я пойму. Некоторые
люди лгут, когда они влюбляются, некоторые люди говорят правду. Некоторые
люди делают и то, и другое, говорят честную ложь - это то, что делает
большинство нас. "Да, я люблю джаз", - говорим мы, тогда как на самом деле
хотим сказать: "Может мне понравится с тобой". Любовь должна изменить твою
жизнь - так? Поэтому это честная ложь, когда ты говоришь то, в чем не
уверен. Даже когда говоришь "я хочу чтобы у нас были дети".
Как раз так у нас все и было, или нет, Стюарт? Чертов пудинг, мистер
Экс. Покажи фотографию, вот что я скажу, покажи фотографию. Бывает, что одна
ложь честнее другой.
Элли: Вот что, я не жалуюсь, но если вам и правда интересно, то дело
обстоит так.
Мне двадцать три, почти что двадцать четыре и треть своей жизни я была,
как это называется в опросах, сексуально активной. Да, да, я знаю.
Пятнадцать. Незаконно и все такое. Но также нормально. И если бы я считала -
а я не считала - готова поспорить, что у меня было намного больше мужчин,
чем у моей мамы, и это тоже нормально. И я жила с одним из них, так что
можно сказать, что у меня была любовь. И я встречалась с женатым мужчиной
какое-то время, все ОК, хотя разница небольшая, разве что он врал мне больше
остальных. И - что еще? - я закончила колледж, и у меня есть работа, и я
путешествовала по миру, и я перепробовала все, что пробуют все, и у меня
есть право голоса, и я одеваюсь так, как хочу, и люди, которые не видели
меня год или больше, говорят: "Слушай, Элли, а ты и правда так повзрослела".
Только я этого не чувствую. Не тогда, когда я вижу тех людей, которые и
правда взрослые, таких как Джиллиан, к примеру. Тогда я чувствую себя
невероятно маленькой, а если вы правда хотите знать, то фальшивкой, так,
словно в любой момент кто-нибудь может ткнуть в меня пальцем и сказать, что
я глупа, что я просто выдаю себя за взрослую, что у меня умственное и
эмоциональное развитие двенадцатилетнего ребенка и я знаю, что мне нечего
будет возразить. Не могу представить даже, что я когда-нибудь смогу сойти за
взрослого человека.
Когда я сказала про женатого мужчину, я не имела ввиду Стюарта. То
есть, его я не считала.
С другой стороны, когда имеешь с ними дело, большинство взрослых
оказываются полным дерьмом. Мои родители расстались, когда мне было десять.
По меньшей мере у половины моих знакомых родители тоже расстались. Тебе
постоянно говорят: "О, Элли, это ничего не значит, ты не должна так думать,
ла-ла-ла, просто мы разошлись, и мы намного честнее наших родителей, которые
продолжали жить вместе просто потому, что так было принято, даже когда они
до смерти надоели друг другу и возненавидели друг друга, так что неужели ты
не понимаешь, что расстаться не только честнее, но и по большому счету не
так больно ла-ла-ла", тогда как все, что они действительно имеют ввиду - я
трахаюсь с кем-то еще.
Ну давайте посмотрим. Возьмем Джиллиан и Оливера. Я невысокого мнения
об их браке. Возьмем Стюарта: два брака, плюс что там - пять с небольшим лет
в промежутке. Даже старая мадам Уатт - и та в результате осталась одна.
Людям свойственно ошибаться. Да, согласна. Но просто когда я вижу
людей, которые старше меня, то они или расстались, или у них такие
отношения, которым я бы не позавидовала. Да, если хотите знать, я сужу
строго. Когда видишь экспертов, юристов, людей с телеэкрана, которые
говорят: "Следует исключить понятие вины, когда мы говорим о крахе
отношений", то я думаю - да нет, зачем? - то, что следует сделать - это
включить его снова. Все ошибаются, так что никто не виноват, вот что они
хотят сказать, так? Что ж, я так не думаю, я другого мнения.
Вот что мне хотелось бы знать. Большинство взрослых, которых я знаю,
так или иначе оказываются настоящим дерьмом. Так выходит это и есть способ
повзрослеть - стать дерьмом? В таком случае не думаю, что мне этого хочется.
P.S. Что касается Джиллиан. Конечно, я восхищаюсь ею. Она прекрасно
справляется со своей работой, она управляет своей жизнью так, как я бы
никогда не смогла. И она мне нравится. Только вот ... когда мы работаем в
студии и кто-то приносит картину, она с первого взгляда различает подделку.
Тогда почему она с Оливером?
Стюарт: Первая любовь - вот единственная любовь.
Оливер: Как можно больше любви - вот единственная любовь.
Джиллиан: Настоящая любовь - вот единственная любовь.
Стюарт: Я не говорю, что нельзя полюбить снова. Пусть не все, но
некоторые люди могут. Но неважно - можете вы полюбить еще или нет, первая
любовь не повторяется. И неважно - можете вы полюбить еще или нет, первая
любовь не отпускает. Вторая любовь отпускает. Первая - никогда.
Оливер: Не поймите меня превратно. Это не катехизис Казановы, не
оправдание Джованни. Стахановское секс-движение это для тех, у кого не
хватает воображения. То, что имелось ввиду, если вообще что-то имелось, это
совершенно обратное. Как можно больше любви, потому что ее так мало.
Согласны?
Джиллиан: Настоящая любовь - это прочная любовь, любовь изо дня в день,
надежная любовь, любовь, которая никогда не подведет. Вам кажется это
скучным? Мне нет. Мне кажется, что это глубоко романтично.
Стюарт: P.S. Кстати, вопрос по теме - кто сказал, что любовь делает нас
лучше, или заставляет нас меняться к лучшему? Кто вообще такое сказал?
Стюарт: P.P.S. Я вот еще что хотел сказать, поскольку больше никто
этого не сделал. Кто-то сказал, что когда ты влюблен, то склонен влюбляться.
Я просто хотел бы добавить: а когда ты не влюблен, то еще больше склонен
влюбляться.
Стюарт: P.P.P.S. И вот еще что. Любовь делает нас счастливыми. Это то,
во что мы все верим, так? Это то, во что верил и я много лет назад. Но
больше не верю.
Кажется вы удивлены? Подумайте над этим. Проанализируйте свою
собственную жизнь. Любовь сделала вас счастливыми? Да бросьте.
Что происходит?
Терри: Понимаете, Стюарт и я неплохо ладили. Мы ругались из-за каких-то
вещей, например из-за отпуска - он отказывался брать отпуск, а когда
все-таки устраивал его, то совершенно не умел отдыхать. Никогда не видела
ничего более жалкого чем Стюарт на пляже. Но он был щедрым, ему нравилось
покупать мне всякую всячину, мы хорошо уживались, к нас были друзья, которые
приходили к нам в гости. Мы могли бы и не разводиться - ради бога, люди, у
которых дела обстоят намного хуже, чем у нас не разводятся и считают, что у
них все в порядке.
Думаю, мы оба согласны, что это началось с того дня, когда мы провели
эти восемнадцать минут у психотерапевта. Но нет единого мнения почему это
случилось. Никто не собирается обращаться к психотерапевту, чтобы выяснить
причину этого непонимания. В суде разбираться с этим тоже не пришлось. Мы
оба хотели развестись, у нас не было детей, и, как я уже сказала, Стюарт был
щедр. К чему копаться в истине, как копаются в собственности? Так что оно
просто остается там, это наше непонимание, непонимание того, что случилось.
Покоится там словно всякое старье на дне океана. Представьте себе - вот вы
плывете, прекрасный день, вода такая прозрачная, вы счастливы, но глубоко на
дне вы видите груду ржавого хлама. Дом для крабов. Вот и все, что видно.
Стюарт: Терри? Вы все еще спрашиваете меня о Терри? Вот что, все это
для меня уже в прошлом, с этим покончено и забыто. Давайте так: я просто
изложу суть дела и оставлю как есть. Не верите - не надо. Я хочу сказать,
что счет закрыт.
ОК. Значит так. Мы стали жить вместе. Мы поженились. Сначала Терри не
хотела детей, но это не проблема. Мы ладили, мы неплохо проводили время, мы
справлялись. Потом ... ну скажем так, у Терри появилась навязчивая идея -
Джиллиан. Примерно тогда же она решила - и совершенно ясно дала мне это
понять - что вообще не хочет чтобы у нас с ней были дети. Что тут можно
поделать? Если кому-то из нас и нужен был психотерапевт, то это ей. Но
проблема оказалась неразрешимой. Так что мы никогда не смогли бы создать то,
что я называю настоящей семьей. Поэтому мы разъехались. Потом развелись. Это
было больно, но каждый ждал от этого брака разного, и когда понимаешь это,
то наступает время поставить точку, разве не так? Конец.
Терри: "Счет закрыт?" Он что правда так и сказал? Может дело во мне,
может я слишком чувствительна, но разве это не похоже на ушат холодной воды?
Стюарт, можно закрыть счет в бизнесе, можно закрыть счет в американской
внешней политике, но мы же говорим здесь о человеческих отношениях, неужели
ты этого не понимаешь?
Факт. Стюарта сильно подкосил разрыв с первой женой. Ему было плохо,
ему было так больно, как он и не мог предположить. Она это устроила, она
втоптала его в грязь и ушла к его лучшему другу. Стюарту потребовалось много
времени чтобы научиться снова доверять. Факт. Он научился снова доверять. Со
мной. Факт. Только потому что кто-то сделал вам больно, это не значит, что
вы прекратите думать о нем. Обычно обратное. Обычно это становится
навязчивой идеей. Факт. Стюарт упомянул как-то о детях, когда мы начали
встречаться, я сказала, что еще не готова, он сказал, что не страшно - у нас
впереди вся жизнь. Факт. С тех пор он и не заговаривал о детях до того дня,
когда мы сходили к психотерапевту.
Теперь, это уже не факт, это мое личное мнение, к которому я однажды
пришла и в пользу которого говорит все - мои внутренние ощущения, мой разум,
мои наблюдения, мои воспоминания. Помните то, что я говорила о честной лжи,
которую рассказываешь, когда отношения только начинаются? И честная ложь
Стюарта, большая ложь, заключалась в том, что он сказал - я хочу чтобы у нас
с тобой были дети. И знаете почему это ложь? Потому что правда, и чтобы
понять это мне потребовалось три года совместной жизни, состоит в следующем:
то, чего Стюарт хотел, он хотел детей, но детей не от меня, а от Джиллиан.
Разве это не очевидно?
Эй, Стюарт, вот теперь счет закрыт.
Джиллиан: Не знаете что происходит с Оливером?
Он вернулся из Линкольншира в действительно скверном расположении духа.
Софи выбежала его встретить, но он просто протопал наверх. Софи вернулась и
сказала: "Папа опять не в духе".
Не в духе. Что с этим поделаешь? Я не врач, и вряд ли у меня бы
получилось. Так что все, что я могу, это делать то, что всегда делаю - я
делаю вид, что все в порядке, я стараюсь быть настолько жизнерадостной,
насколько это возможно, а если Оливер не хочет поддержать мое настроение,
тогда что ж - очень жаль, но пусть остается при своем. Я не люблю - как там
это ужасное слово? - конфронтацию. Я задаю вопросы и слушаю только когда
меня об этом просят и пока меня об этом просят. Я рядом, если ему надо ко
мне обратиться. С другой стороны я ему не нянька и не мать, я мать только
для своих дочерей.
Когда он спустился, я спросила как прошел день.
"Морковь, лук, утки".
Я спросила много ли машин.
"Шоссе запрудили трусы, простаки и мошенники.
Тогда я сделала последнее усилие вернуть его в нормальное состояние. Я
показала ему полки, которые прибил Стюарт. Он долго смотрел на них -
всматривался с близкого расстояния, отходил подальше, словно находился в
Национальной галерее, постучал костяшками пальцев по дереву, изогнулся чтобы
посмотреть как они закреплены, поиграл с ватерпасом, который забыл Стюарт.
Он устроил целое представление, если не переиграл больше чем обычно.
"Они не покрашены", - сказала я чтобы нарушить молчание.
"Если бы ты не сказала, я бы ни за что не заметил".
"Стюарт подумал, что может ты захочешь сам их покрасить".
"Очень мило со стороны Стюарта".
Как вы могли догадаться, я не люблю разговаривать подобным образом. Чем
старше становишься, тем больше хочешь, чтобы люди говорили с тобой
начистоту.
"Так что ты думаешь, Оливер?"
"Что я думаю?" Он опять устроил представление в Национальной галерее -
встал широко расставив ноги, подперев подбородок и почесывая голову. "Я
думаю, что вы со Стюартом состряпали тут неплохую штуку, вот что я думаю".
С чем я его и оставила. Я пошла спать. Оливер спал в другой комнате.
Иногда бывает так. Если девочки спрашивают в чем дело, мы говорим, что папа
работал допоздна и не хотел будить маму.
Стюарт: Я наткнулся на Оливера во дворе. Он тут же опустил ящик цикория
и начал сложно раскланиваться и расшаркиваться. Он обернул уголок платка
вокруг пальца, так что чуть не попал мне платком в лицо. Очевидно это должно
было что-то мне напоминать.
"Оливер, - сказал я, - Что ты делаешь?"
"Я к вашим услугам", - ответил он.
"В чем дело?"
"Ага! - воскликнул он, состроив гримасу и постукивая себя пальцем по
носу, - никогда не забывай, что нельзя стать героем для своего слуги".
"Может это и так, - сказал я, - Но, учитывая, что в наше время никто не
держит слуг, эта сентенция кажется мне довольно неуместной".
Оливер: Было время, это случилось до того как мой господин спас меня, я
пал очень низко. Я разносил в пластиковых ящиках чайные полотенца и кухонные
рукавицы. Я ходил от двери к двери, предлагая услуги видео-проката, что вряд
ли можно назвать вполне законным. Я раскидывал рекламные листовки по
почтовым ящикам. Включая свой собственный. Что вовсе не так онанистично, как
представляется. Я понял, что если, содрогаясь от мерзости содеянного, я
брошу пятьдесят или более пестрых листовок на собственный коврик, то
домовладелец вряд ли нажалуется, а мой груз сразу станет легче. Однажды я
опустил в свой ящик кипу лишних, с чем можно поспорить, листков со
специальным предложением отобедать во вторник вечером в Бенгальской Звезде -
они гордятся как своим рестораном, так и службой доставки на дом (Карри на
скорую руку), а потом на следующий день воспользовался упомянутым
предложением и спустил свою жалкую зарплату на то, чтобы сопровождать свою
Meilleure Demie" на упомутый Ужин при Свечах. Я припоминаю, нам бесплатно
полагался гарнир из овощей к каждому заказу свыше десяти фунтов.
Стюарт, без сомнения, утверждал бы, что я получил начальный урок по
теме подводные камни дикого капитализма. Забавно, но я чувствовал себя
больше как беззащитный работяга, которого эксплуатирует крупный воротила.
Plus ca change, eh?
Джиллиан: Может вы сочтете это предательством. Оливер наверно решил бы
именно так. Но мне неожиданно вспомнилась его депрессия, так что я позвонила
Стюарту на работу и сказала, что беспокоюсь за то, что Оливер слишком много
работает. Последовала пауза, потом неожиданно резкий смешок, потом опять
пауза. Наконец Стюарт сказал: "Мне кажется, Оливер полагает, что любая
работа - это слишком много работы". Он говорил так, словно и правда презирал
Оливера и презирал меня за то, что я как хлопотливая женушка звоню боссу,
чтобы справиться о муже. Он и разговаривал как начальник - не как старый
друг и бывший муж - но как работодатель и господин. Потом он осекся и стал
расспрашивать о девочках и говорил нормально.
Может быть, я не гожусь для того, чтобы поддержать человека, впавшего в
депрессию. Но ведь это не моя вина, ведь так?
Оливер: Кстати, это не какой-нибудь тевтонский умник. Цитата о слугах и
героях. Это мадам Корнуэл. Слышали о ней? Нет. Я тоже нет. Я посмотрел, кто
она такая. "Буржуа, известная своим саркастичным складом ума", - вычитал я,
- "В конце семнадцатого века литературные мужи становились в очередь чтобы
попасть в ее salon". Да, но к чему сейчас вспоминать о ней? Стюарт
провозгласил ее мудрость "неуместной". Давайте сотрем память о ней, давайте
вычеркнем единственный вклад, который он внесла в словарь цитат, учитывая,
что "в наше время никто не держит слуг".
Элли: Не то чтобы я хотела, чтобы это меня "куда-то привело". Это то,
как говорят родители.
Просто совершенно очевидно, что это "никуда не ведет". И так они тоже
говорят. Разумеется.
Наслаждайся сегодняшним днем. Я так и делаю. Попробуй всего понемногу.
Я так и делаю. Не надо себя связывать. Я не связываю. Молодость дается лишь
раз. Я знаю. Получай удовольствие от того, что свободна. Я пытаюсь.
Так что это не проблема. Что я ответила Оливеру, когда он пытался
свести нас вместе? Я сказала, что разведенные мужчины среднего возраста меня
не интересуют. Или дважды разведенные, как выяснилось. И они меня
по-прежнему не интересуют.
Послушайте, я не люблю в Стюарта. И вряд ли полюблю. Я бываю у него раз
в неделю, раз в десять дней. Его квартира все так же пуста, как и в первый
раз. Обычно мы идем ужинать вместе, выпиваем бутылочку вина. Потом
возвращаемся к нему и иногда я остаюсь на ночь, иногда мы делаем это
по-быстрому и я возвращаюсь домой, а иногда вообще ничего. Ясно? Никаких
проблем. В этих отношениях нет ничего особенного.
Просто если бы я была увлечена, действительно увлечена, я знаю, меня бы
это задевало. Меня и правда задевает даже мысль об этом. Я должна быть рада,
так? Но я не рада. Это и правда меня задевает.
Вы знаете что происходит? То есть, мне это кажется очевидным. Так же
очевидно, как и ... ну, хотя бы тот факт, что в его квартире совершенно
ничего нет, кроме стопок рубашек и кипы одежды для стирки, и одна из причин
почему там ничего нет в том, что он все время проводит на Данстан Роуд,
прибивая полки и занимаясь по хозяйству.
Согласитесь, что взрослые такое дерьмо!
Софи: Последнее время мама и правда очень странная. Все время смотрит в
окно, как я говорила. Забывает о том, что по вторникам у меня урок музыки.
Мне кажется, она беспокоится из-за папы. Боится, что он снова станет как не
от мира сего.
Я хотела что-нибудь придумать, чтобы ее развеселить. И я сказала: "Мам,
если с папой что-то случится, то ты всегда можешь выйти замуж за Стюарта".
Ну, мне казалось, это здравая мысль, ведь у него полно денег, а у нас
никогда ничего нет.
Мама просто посмотрела на меня и выбежала из комнаты. Через некоторое
время она вернулась, было видно, что она плакала. Еще у нее было такое
выражение лица, которое означает, что сейчас предстоит серьезный разговор.
Потом она рассказала мне то, о чем никогда не рассказывала. Что она и
Стюарт были женаты до того, как она вышла замуж за папу.
Я немного подумала над этим. "Почему ты мне не сказала?"
"Ну, мы подумали, что все расскажем, если ты спросишь".
Но ведь это не ответ, разве не так? Вроде, а скажи, мама, папа никогда
не был женат на принцессе Ди? Почему бы не спросить это, теперь, когда я
знаю, что надо спрашивать обо всем до того, как тебе расскажут.
Я еще немного подумала над этим и спросила о том, что показалось мне
совершенно очевидным: "То есть ты хочешь сказать, что Стюарт - мой настоящий
отец?"
И что бы вы думали? Снова море слез. Поцелуи. Она сказала, что это
абсолютно не так. Вы же знаете, как мама говорит "это абсолютно не так "?
Почему она не сказала мне, что Стюарт и она были женаты, разве что
здесь нету какой-нибудь тайны? А как это еще объяснить?
Она сказала, что я не должна говорить Мэри. Возможно они ждут, когда
она спросит.
"Что ж, - сказала я, стараясь чтобы это звучало разумно, - полагаю, ты
всегда можешь снова выйти за него замуж".
Мама сказала, что об этом я тоже не должна никому говорить.
Но ведь я спрашивала! Помните? В тот вечер, когда папа пришел домой
пьяным. Я спросила, кто такой Стюарт и мама сказала, что это просто кто-то,
кого они знают. Они могли бы рассказать мне тогда, разве нет?
Стюарт: Не правда ли, сейчас в газетах полно ужасных историй? Вы читали
эту историю, недавно напечатали, о человеке, с которым когда-то жестоко
обращались в детском доме? Ужасно, когда доверяешь кому-то и тебя
обманывают. А потом проходит время, но время не лечит. Этот парень вырос, он
пытался забыть, но не смог и двадцать лет спустя он отыскал того человека,
который так с ним поступил. Тому было уже за шестьдесят, так что в каком то
смысле они поменялись ролями - он нуждался в защите кого-то, кто сильнее,
так же, как тот мальчик много лет назад.
Итак он представился своему обидчику, посадил его в машину и столкнул с
обрыва. Нет, выходит слишком гладко. Сначала он позволил ему помолиться. Вот
что интересно, не находите? Он позволил ему опуститься на колени и
помолиться. Позднее он рассказывал полиции, что отпустил бы его, если бы тот
помолился за своих жертв, но он помолился лишь за себя. Так что он затащил
старика на вершину утеса и пинком ноги столкнул его вниз. Именно так он и
сказал - пинком ноги. Он сказал в полиции, что может показать отметины, там,
где его жертва пыталась уцепиться за землю. Они не смогли найти ни волоска,
ни единого клочка. Нет, не совсем так, волосок они потом нашли, внизу на
скале. Шарф футбольного клуба и на нем несколько седых волос. Клуб Портсмут,
это я хорошо запомнил. Синий с белым. Портсмут.
Разве не ужасная история? Еще ужаснее, когда подумаешь, что убийца
возможно считал, что совершает праведный акт. Что если чего этот старик и
заслуживал, то только худшего. Если он о чем и думал, так, возможно, о том,
что тот дешево отделался.
Еще я помню, что полиции он сказал, что сам удивился тому, насколько
спокоен он был после этого. Он сказал, что поехал домой, выпил чаю и в ту
ночь прекрасно спал.
Оливер: Еще кое-что. Ватерпас мистера Черрибама. Я посмотрел на него и
подумал - вот то, что нам всем необходимо. Что-то, чем можно проверить
состояние духа. "присмотритесь в пузырьку -он укажет на хандру".
Вы бы предпочли?
Оливер: Знаете такую игру, она называется - "вы бы предпочли?"
Например, вы бы предпочли провести неделю, закопанным в глину по шею, или
прослушать все существующие записи симфонии Новый Свет"? Вы бы предпочли
прогуляться по Оксфорду без штанов и с ананасом на голове, или жениться на
члене королевской семьи?
Вот еще одно, это из жизни. Вы бы предпочли страдать эндогенной или
реактивной депрессией? Вы бы предпочли чтобы в вашей вульгарной,
парализующей чувствительности к боли и горечи бытия была повинна ваша
генетическая наследственность - все те мрачные брюзгливые предки, что
выстроились в зеркале заднего вида, или сама жизнь, то, что те, кто гадает
на кофейной гуще, смехотворно именуют "события жизни", словно существует
также и противоположная категория "событий смерти".
Эндогенная депрессия: судя по тому, что пишут в детских
книжках-малышках с картинками, по тому, что рассказывают политики, мы гордо
стоим на плечах предыдущих поколений, мы видим дальше, мы вдыхаем более
чистый воздух. Однако для тех, кого поразила горечь бытия, пирамида
перевернута и те же самые предки стоят у нас на плечах, вдавливая нас в
землю словно хлипкие колышки. Ах, этот неизбежный кнут ДНК. Что это как не
жалкое подобие той плетки, которой много поколений тому назад размахивал
какой-нибудь мускулистый пират? И все же, здесь теплится надежда: если наша
ноша - результат биохимии, то может какой-нибудь изобретатель избавит нас от
нее, как по мановению волшебной палочки? Мы приближаемся к логову bete
noire" Стюарта, генетическая модификация, которая не кажется мне такой уж
черной, как ее малюют. Достаточно лишь слегка расщипить ген, искусно
переплести эти жизненноважные овощные спагетти, благодаря которым
Оливерообразное отличается от Стюартообразного и вот пожалуйста - вы резвее
кузнечика, терпимей чем бабушка с дедушкой. Черный пес превращается в
ласковую киску.
Реактивная депрессия: или вы бы предпочли чтобы эти иссиня-черные
сумерки, внутренний пейзаж цвета индиго, были непосредственным и более-менее
логичным откликом на то, что происходит в вашей жизни? То, что могло бы
подрезать крылышки и самому мистеру Черрибаму. Например, потерять мать,
когда тебе нет еще и одиннадцати, потом смерть отца, невостребованность,
болезнь, брак, который дал трещину und so weiter. Потому что тогда можно
возразить себе, что стоит твоей жизни измениться, как и отношение к жизни
тоже изменится. Однако, если вы здраво мыслите - а это маловероятно, в силу
того, что ваши метаболические мыслительные механизмы или замедлились до
мерного дыхания спящего медведя, или стрекочут словно в увертюре к Руслану и
Людмиле, - то здесь вы найдете логическое противоречие. Если, скажем, одним
из "событий жизни", которое пригвоздило вас к одру болезни, оказалась смерть
вашей матери, когда вам было шесть лет, то согласитесь, что сложно
представить, как можно поправить подобное несчастье. Мачеха не добавит вам
серотонина, как гласила бы пословица. Тоже самое - если вас оглушили
приказом об увольнении, то, согласитесь, это вряд ли лучшее время для того,
чтобы начать снова искать работу.
Эндогенная депрессия против реактивной: все еще не знаете что
предпочесть? Раз-два-три, время вышло! Теперь передвинем штангу ворот. Этот
бинарный опрос полагаю был несколько фиктивен. Потому что те, кто гадает на
кофейной гуще за последнее время отказались от собственной знаменитой
классификации. Теперь они считают, что вы можете обладать врожденной
генетической склонностью сгибаться под грузом этих своевольных "событий
жизни". Так что - эндогенная депрессия или реактивная - у вас может быть и
та, и другая. Это все вы! В этом виновата ваша мать (и мать вашей матери) -
и она к тому же умирает. Как вам это, мистер Равновесие? Не существует
или-или, есть только и то - и другое. Что даже самый недальновидный
наблюдатель того, что философы называют жизнью, мог бы сразу вам
предсказать. Жизнь это такая штука, когда ты разгуливаешь по Оксфорду без
штанов и с ананасом на голове, а потом вынужден жениться на члене
королевской семьи. Тебя закапывают в глину по самую шею в то время пока ты
прослушиваешь все существующие записи симфонии Новый Свет.
Видите ли, хитрость депрессии в том, что в ней сочетается казалось бы
совершенно несочетаемое. Например - я ни в чем не виноват и в тоже время все
это только моя вина. Или если бы исламские фундаменталисты использовали
нервнопаралитический газ в лондонском метро и погибло бы все население
Лондона, тогда как они-то лишь хотели добраться до меня. Как будто если я
еще могу шутить по поводу своей депрессии, это значит, что я не в депрессии.
Чепуха, чепуха. Она хитрее вас и даже хитрее меня.
Стюарт: Софи сказала мне, что она считает, что нельзя есть животных.
Я рассказал ей об органических принципах, об Ассоциации по Отходам, о
щадящем фермерстве, органических кормах, об условиях содержания скота, и так
далее. Я рассказал ей обо всем, что запрещено, от гормонов роста до
связывания животных, от генетически измененных продуктов до планчатого
бетонного пола. Может я рассказал о чем-то еще.
Софи сказала, что все равно нельзя есть животных.
"Хорошо, а из чего тогда сделаны твои туфли?"
Она разглядывала их некоторое время, потом посмотрела на меня и
сказала, очень по-взрослому: "Я же не намереваюсь есть туфли".
Откуда она это выкопала? "Я не намереваюсь..." Это вдруг прозвучало как
речь премьер-министра.
Она стояла и ждала ответа. Я не смог ничего придумать. Я лишь вспомнил
фильм, в котором Чарли Чаплин ест свои туфли. Но это тоже не ответ.
Оливер: Каждое утро Джиллиан делает пометки в газете. У нее есть ручка
с красными чернилами и она помечает звездочкой те статьи, которые по ее
мнению могут меня заинтересовать или позабавить. Ну и комедия. Должно
сработать как хлопья к завтраку. Да еще и пища для ума.
Но новости меня не радуют. Очерки тоже. Я замечаю, что даже перестал
понимать, что значит "новости". Начать с того, что это абсурдное
множественное число. Каким будет единственное? Новость? То есть следовало бы
говорить новость, а не новости. Новое как то, что противопоставлено старому.
Да, как видите дух педантичности еще немного теплится в Оливере.
Второе возражение. Новое как то, что противопоставлено старому. Но
разве оно когда-нибудь было противопоставлено? В новостях всегда
рассказывают истории, старые как мир. Жестокость, жадность, ненависть,
эгоизм - властители души человеческой гарцуют на манеже большого экрана и им
рукоплещет зависть: вот вечерние новости, утренние новости, завтрашние
новости, и так всегда. Газеты пресытились лицемерием - неплохо сказано,
приятель.
Так что я теперь читаю то, что не представляет для меня интереса. Вот к
примеру - будни лошадиного братства. Надкопытная щетка и путовая кость. Кто
набрал несколько лишних фунтов (это я, это я). Кто обогащается за счет
грязных игр (pas moi! pas moi!").
А вот глубокая мудрость царства шор и биноклей: хорошо известно, что
тому, у кого есть необъезженная двухлетка никогда не придет даже мысль о
самоубийстве.
Разве это не прекрасно?
Единственный нерешенный вопрос - кто купит мне необъезженную двухлетку?
Доктор Робб: Вы слушаете. Вы очевидец. Вы оцениваете.
Иногда просто заставить их разговориться уже помогает. Но для этого
нужна смелость - рассказать о том, что ты чувствуешь. Часто куда больше
смелости, чем у них есть. В депрессии много таких порочных кругов. Как
доктор вы ловите себя на том, что рекомендуете физические упражнения тому,
кто постоянно чувствует себя изнуренным. Или распространяетесь о пользе
солнечного света перед тем, кто чувствует себя в безопасности лишь когда
лежит в постели в темной комнате с задернутыми шторами.
По крайней мере Оливер не пьет. Это поднимает настроение на какое-то
время, а потом впадаешь в депрессию на длительный срок. Еще один порочный
круг. А вот еще. Иногда - не часто, и не в случае с Оливером - ты слушаешь
кого-то и думаешь, что объективно говоря тут есть из-за чего впасть в
депрессию. Будь ты на их месте, у тебя бы тоже была депрессия. Но твоя
задача попытаться убедить человека в том, что у него нет и не может быть
оснований для депрессии.
Недавно вышла статья, в которой говорилось о том, что люди, которые
контролируют свою профессиональную жизнь, отличаются лучшим здоровьем чем
те, кто не контролирует. Фактически, неумение контролировать собственную
жизнь интерпретировалось как более серьезный негативный показатель, чем
пристрастие к алкоголю, курение и другие упоминающиеся в таких случаях
факторы. Газеты много шумели по этому поводу, но мне кажется, что к подобным
заключениям может прийти любой, у кого хватает здравого смысла. Люди,
которые контролируют свою профессиональную жизнь, скорее всего принадлежат к
более высокой ступени общества. Возможно они лучше образованы, больше
заботятся о своем здоровье и так далее. Люди, которые не контролируют свою
жизнь, с большей вероятностью относятся к низам общества. Менее образованы,
меньше зарабатывают, большая вероятность того, что у них работа с высокой
степенью риска и так далее.
Что для меня, практикующего врача с двадцатилетним стажем, очевидно,
так это то, что в условиях свободного рынка отношение к здоровью такое же,
как и отношение к бизнесу. И речь не идет о лечении на коммерческой основе.
Я говорю только о здоровье. Свободный рынок делает богатых богаче, а бедных
беднее и стремится к монополии. Это всем известно. Тоже самое со здоровьем.
Здоровые становятся более здоровыми, больные - более больными. Снова
порочный круг.
Простите, мой партер по бизнесу сказал бы, что я опять разглагольствую
на любимую тему. Но если бы вы видели то, что я вижу каждый день. Иногда мне
кажется, что по крайней мере чума была куда демократичней в своих
последствиях. Хотя это конечно не так - потому что у богатых всегда было
больше возможностей запереться в своих домах или больше возможностей чтобы
уехать. Болезнь всегда косила бедных.
Оливер: Помните, я был un peu" категоричен на счет обоев? Боялся
узнать, что скажут руны, боялся, что меня охватит паника, стоит мне увидеть
повторяющийся узор мадлен", если вы следите за моей piste". Забавно, но
когда мы переехали, то не обнаружили никаких обоев. Предыдущие жильцы все
закрасили. Кто бы мог предположить, что для того чтобы залечить сердечные
раны - сравнение вполне уместно - достаточно пары галлонов идеально-белой
виниловой эмульсии без блеска.
Но не так быстро. Раз у меня был неудачный день, как мы предпочитаем
это называть - ведь называя день неудачным мы сваливаем всю вину на
обстоятельства, а не клеймим позором того, кто мучался - один из тех дней,
когда пригвозженный к кушетке пленник собственного сознания может развлечься
лишь широкоформатным изображением стены. Сначала я принял это за
галлюцинацию, возможно вызванную гурманским пристрастием к дотепину. Точный
диагноз, сверенный с вызванным специалистом - самой Мадам - которая
подтвердила, что похожие на галлюцинацию буквы Оп Арт у меня перед глазами
были ничем иным как результатом того, что - О, банальный, хотя и неумолимый
процесс - старые обои проступают сквозь краску.
Как видите, реализм нас везде достанет. До чего тщетны наши усилия
побороть этого зверя. Кто сказал, что "вещи и явления есть то, чем они
являются, а их следствия будут такими, какими будут, почему же тогда мы
желаем быть обманутыми?" Ублюдок. Старый ублюдок восемнадцатого века.
Обманите меня, обманите же меня, - при условии, что я знаю об этом и мне это
нравится.
Стюарт: Мне кажется, что Оливер совершенно потерял рассудок.
Я сказал ему: "Оливер, мне очень жаль, что у тебя депрессия".
"Это все переезд", - ответил он. "Это как смерть главы семьи".
"Я могу чем-то тебе помочь?"
Он сидел в халате на диване в кухне. Он выглядел в тот момент ужасно,
весь белый и летаргичный. И еще одутловатый. Я думаю, что это все таблетки и
недостаток физических упражнений. Не то чтобы Оливер занимался чем-нибудь
кроме умственных упражнений. Сейчас он и этим не занимается. Выражение его
лица должно было означать, что он хочет сказать что-то едкое и саркастичное,
но ему не хватило сил.
"Вообще-то можешь, старина" - сказал он. "Ты можешь купить мне
необъезженную двухлетку".
"Что-что?"
"Я говорю о лошадке", - объяснил он. "Средство более действенное, чем
вся психиатрия доктора Робб".
"Ты серьезно?"
"Совершенно".
Разве он не лишился рассудка?
Джиллиан: Софи заявила, что она вегетерианка. Она говорит, что в школе
многие ее новые друзья тоже вегетерианцы. Моей первой мыслью было, что мне
достаточно разборчивых по части еды в доме. Сейчас мне вполне хватает думать
о том, что Оливер будет есть и что не будет. Поэтому я попросила Софи - я
разговаривала с ней по-взрослому, что ей нравится - я попросила ее отложить
осуществление своего решения, которое я разумеется уважаю, на год или два,
потому что сейчас нам довольно и того, что уже есть на столе.
"Довольно и того, что уже есть", - повторила она и засмеялась. Я
сказала это не специально. Потом - поскольку я разговаривала с ней как со
взрослой - она оказала мне честь ответить тем же. Она объяснила, что нельзя
убивать и есть животных, и как только ты это понял, не остается ничего
другого как стать вегетерианцем. Она еще немного порассуждала на эту тему -
ведь, в конце концов, она же дочь Оливера.
"Из чего сделаны твои туфли?" - спросила я, когда она закончила.
"Мама", - ответила она, с утомительным упрямством ребенка, - "я не
намереваюсь есть свои туфли".
Оливер: Рекомендуются пробежки. Кстати вы знаете доктора Робб?
(Возможно что нет, разве что вы в том же bareau ivre" что и moi"). Добрый
Доктор произнес лишь слово - физические упражнения, но мне послышалось -
пробежки. Должно быть во мне незаметно развилась сковывающая подвижность
склонность к обломовскому дивану, так она сказала. Физические упражнения,
согласно новейшей мудрости тех, кто гадает на кофейной гуще, повышают
уровень эндорфинов и таким образом провоцируют поднятие духа. Не успеете
понять, что происходит, а у вас уже снова все хип-хоп. Quod Erat
Demonstrandum".
Боюсь, мой ответ не был достоин Архимеда. Я не расплескал воду в
ванной, впав в экзальтацию. Должно быть я даже заржал от отчаянья как
нервная поджарая свинка. Чуть позже я объяснил это так: хотя бы то, что мне
придется облачиться в тренировочный костюм, от омерзительных кроссовок, до
омерзительной улыбочки, напялив нечто о двух частях с обвисшими на заднице
штанами и отвратительной молнией, уже понизит мой уровень эндорфина, а мысль
о том, чтобы показаться в таком облачении средь бела дня, хоть солнечный
свет и славится тем, что поднимает настроение, представляется столь
постыдной, что мне бы пришлось проковылять до Касабланки и обратно просто
чтобы восстановить количество этой мифической субстанции до исходного
низкого уровня. Quod Erat Demonstrandum, черт бы все побрал. Куда - решайте
сами.
Элли: То, что я сказала о Стюарте - правда. Это не проблема, не что-то
серьезное, не какие-то особенные отношения. Тогда почему все так
неоткровенно?
Мы вернулись из китайского ресторана и у меня было то настроение, когда
не знаешь чего хочешь, когда хочется, чтобы кто-то помог тебе принять
решение. Но он не захотел мне помочь. Или он не понял мое настроение, или
понял и ему было все равно, что я решу. А мне хотелось сказать: слушай,
когда мы только познакомились, ты вел себя как взрослый, ты отдавал
распоряжения, вроде того, чтобы заплатить мне наличными или чтобы пойти
выпить. А сейчас ты даже не можешь сказать мне, хочешь ли ты чтобы я
осталась на ночь или нет.
Я спросила: "Ну так что скажешь?" Мы были на полпути к спальне.
"А что ты скажешь?" - ответил он.
Я помолчала. Я просто помолчала. Потом я сказала: " Черт возьми, я
скажу, что если ты не знаешь, чего ты хочешь, то я скажу, что я собираюсь
отвалить домой".
На это можно ответить по-разному, но по моему мнению "хорошо"
котируется довольно низко. И еще - можно вести себя по-разному, но пойти в
туалет помочиться, когда за мной еще не успела закрыться дверь, тоже
котируется невысоко.
На следующее утро я в студии, мы обе работаем, но неожиданно я
срываюсь. Вот Джиллиан, сидит за своим мольбертом, наклоняется вперед,
регулирует освещение, она сидит в профиль, как какой-нибудь персонаж
Вермеера, черт бы его побрал, а я думаю: вот что, извините, но разве вы и
ваш второй муж, сам редкая фальшивка, разве вы не старались свести меня с
вашим первым мужем, даже не сказав мне, что вы с ним были женаты, и разве не
благодаря вашему мужу я познакомилась с этой сволочью, мистером Хендерсоном,
и когда, в конечном счете, я и правда стала с ним трахаться, разве вскоре не
не стало более чем очевидно, что хотя его вполне устраивает трахаться со
мной и вроде ему это даже нравится, все, о чем он до сих пор думает, это вы?
Так что я ей все сказала. Именно так и сказала. Вы никогда не замечали,
до чего взрослые ненавидят слово "трахаться"? Моему отцу все равно, что я
курю и у меня может быть рак, это его не волнует, но когда я однажды
сказала, что я трахаюсь с одним парнем, он посмотрел на меня так, словно я
настоящая шлюха. Так, словно я ни черта не понимаю в том, насколько это
прекрасно заниматься любовью, как это было у него и моей матери, ла-ла-ла,
до того как они расстались. Так что я специально сказала "трахаться" в
разговоре с Джиллиан, но она даже глазом не моргнула, хотя я на это и
рассчитывала, она просто очень внимательно меня слушала и когда я добралась
до слов, что Стюарт совершенно помешан на ней, то знаете как она
отреагировала?
Она улыбнулась.
Стюарт: Это я прочел сегодня в газете. Действительно ужасная история и
я советую вам пропустить следующую страницу если у вас слабые нервы.
Это случилось в Штатах, хотя могло бы случиться где угодно. Я хочу
сказать, в Америке все просто кажется преувеличением. Ну как бы там ни было,
речь идет о довольно молодом человеке, лет двадцати, его отец умер. Его
подружка в это время уехала отдыхать, и она конечно вполне логично решила,
что так как отец уже умер, а не при смерти, то она не станет прерывать отдых
и не станет возвращаться раньше времени, чтобы утешать своего бойфренда. Он,
возможно вполне логично, горько сожалел о том, что она не осталась, и его
обида не прошла со временем. Это казалось ему страшной изменой. Так что он
решил причинить ей такую же боль, какую испытал сам. Он хотел, чтобы она
испытала такое же горе, какое испытал он, когда умер его отец.
Вы уверены, что хотите продолжать? На вашем месте я бы не стал читать
дальше. Ну значит он женился на этой девушке, они стали думать о детях, она
забеременела, родила ребенка, он выждал пока она полюбит ребенка и потом
убил его. Накрыл лицо ребенка куском упаковочного полиэтилена - у нас это
называется полиэтиленовая пленка - и оставил его задыхаться. Потом он
вернулся, снял полиэтиленовую пленку и перевернул ребенка лицом вниз.
Я вас предупреждал, что будет ужасно. Слушайте дальше. По-видимому, в
течение нескольких месяцев мать думала, что смерть наступила в результате
несчастного случая. Так сказал врач. Но однажды ее муж пошел в полицейский
участок и признался в убийстве. Как вы считаете, почему он так сделал?
Угрызения совести? Может быть. Не уверен, что я верю в угрызения совести. Не
очень верю, не тогда, когда я был этому свидетелем. ОК, возможно частично и
это. Но разве это было сделано не для того, чтобы причинить еще большую, еще
более страшную боль своей подружке, теперь жене? Если она думала, что смерть
произошла в результате несчастного случая, то она могла обвинять в этом Злой
Рок или что-то в этом духе. Но теперь она знала, что дело не в Злом Роке.
Это было умышленно. Ей умышленно причинили боль, причинил боль тот человек,
который, как она думала, любил ее, убив того, кого любила она, с
единственной целью сделать ей как можно больнее. Надо думать, что в тот миг
жизнь не казалась ей сахаром.
Разве не ужасный поступок? Я не хочу никого оправдывать. Но самое
страшное, что в чем-то и вполне логичный. Конечно, это ужасная логика.
Оливер: Хлыст ДНК. Должен признать, я вполне доволен этим. Пришло на
ум. Мужчины (а так же и женщины). Существа, не имеющие разумного основания
для существования. В былые времена, во времена мифов и героев, придумывали
себе основания. Когда мир был достаточно велик для трагедии. А сейчас?
Сейчас мы просто бегаем по опилкам манежа на цыпочках, подгоняемые хлыстом
ДНК. Что есть человеческая трагедия для сегодняшнего выродившегося люда?
Вести себя так, словно мы обладаем свободой воли, зная при этом, что ее у
нас нет.
Немного перца
Анонимно: Тому, кого это касается, налоговый отдел 16-го района.
Этим письмом сообщаю вам о том, что Оливер Рассел, из дома номер 38 по
Роуд Дунстан, 16-го района избегает уплаты налогов. Он работает в компании
Лавка Зеленщика (главный офис на Риал Роуд, 17) в качестве водителя
микроавтобуса и получает зарплату наличными непосредственно от главы
компании Мистера Стюарта Хьюза. Фактически Рассел и Мистер Хьюз являются
старыми друзьями. Мы имеем основания полагать, что Мистер Рассел недавно
получил 150 фунтов наличными от Мистера Хьюза. Мы также имеем основания
полагать, что Рассел занимается распространением пиратской видеопродукции, а
также распространяет рекламные проспекты индийских ресторанов и другие
товары. Вы понимаете, что в сложившихся обстоятельствах я могу подписаться
лишь как -
Заинтересованный Представитель Общественности.
Оливер: Доктор Робб очень мила, не правда ли? Если "очень мила" хоть
что-то меняет.
Она слушает, хотя мне и не хочется много говорить.
Она говорит, что уверенность в том, что лучше уже никогда не станет -
составляющая часть депрессии. Я говорю, что уверенность в том, что лучше уже
никогда не станет - вполне нормальное и естественное следствие того, что
лучше не становится.
Она спрашивает меня о потере либидо и я стараюсь отвечать галантно.
Нет, я стараюсь ей угодить. Я отвечаю "да" на все ее вопросы. Плохой
сон? Да. Рано просыпаетесь? Да. Нету интереса к жизни? Да. Рассеянность? Да.
Утрата либидо? Смотри выше. Плохой аппетит? Да. Слезливость? Да.
Она спрашивает, много ли я пью. Не достаточно, чтобы поднять
настроение, отвечаю я. Мы говорим о том, о сем. Похоже алкоголь является
депрессантом. Но она считает, что я пью недостаточно много, чтобы это было
причиной в ...
