Энн Маккефри. Корабль, который пел
страница №10
...телом к ее пилону, вжавшись щекой внеподатливый металл. Пальцы побелели от усилий проникнуть за разделяющую
их титановую поверхность. Вот рука его медленно скользнула к смотровой
панели. А на лице застыло спокойное, отрешенное, почти счастливое
выражение, глаза были закрыты, как будто он уже держал ее в объятиях.
- Тогда скажи эти слоги! - затрепетав от страсти, крикнула она. - Сними
панель, открой капсулу, загляни мне в глаза, прижми к груди мое уродливое
тело. Я лучше умру в твоих объятиях, чем навеки останусь нетронутой
девственницей - без тебя!
Он вскрикнул и отпрянул, будто обжегшись о холодный металл. Лицо
исказила страшная гримаса.
- Вот видишь, Найал, ты этого не сделал - значит, не сделаешь никогда,
- тихо и нежно проговорила она, стараясь справиться с неожиданно
нахлынувшим желанием, которое грозило свести ее с ума.
- Боже мой, Хельва, нет, нет!
Он повернулся и бросился к шлюзу. Рванул рычаг двери. Выскочил из
лифта, не дожидаясь остановки. И исчез в главном здании.
"Теперь мне остается только ждать, - с тоской думала Хельва. - Он
должен принять решение сам. Должен сам захотеть вернуться, после того, как
убедится, что может доверять себе. Моя безоглядная вера в неги ничего не
значит. Ведь именно от него зависят все наши планы, замыслы, свершения".
Ну почему я не захлопнула перед ним двери шлюза? Почему не заставила
его остаться, пока он не поймет, что все уже прошло, что опасность
навсегда миновала? Почему не воспользовалась моментом, когда с него
слетела вся бравада - ведь уже никогда он не будет так открыт, незащищен -
ни от меня, ни от себя самого. И он это поймет, как только придет в себя.
Вероятно, он скоро вернется - заносчивый, беспечный, весь напор и
самоуверенность. Если привязанность зашла так далеко, он непременно
вернется. Просто не может не вернуться. Хотя... Найал Паролан сможет все.
Если решит, что так нужно. Он такой. Он сумеет оправдать любой вероломный,
коварный, беспринципный замысел, который сам же состряпал, а потом
выкинуть его из головы, как только тот сослужит свою службу. Но поставьте
его в такую ситуацию, которая затронет его душу, взовет к его глубоко
запрятанным и бдительно охраняемым лучшим чувствам, - и Найал Паролан
сможет сделать благородный жест, проявить несвойственный ему акт
самопожертвования. И до конца жизни обречь их обоих на несчастье!
Может быть, вызвать Рейли? Он примет безотлагательные меры. Но какие?
Найал укрылся в главном здании. Ему необходимо все обдумать, взвесить и
принять решение. И она искренне надеется, что он решит вернуться. И потом,
после всего того, что они устроили Рейли, лучше его лишний раз не
раздражать. Особенно по поводу Паролана.
И Хельва продолжала-ждать - открыв шлюз, опустив лифт.
Он назвал ее красивой. Когда он успел сделать экстраполяцию ее
хромосомной структуры? Это должно было стоить ему целого состояния. Перед
ее полетом на Бету Корви? Или во время происшествия на Бореалисе? Господи,
неужели он видел ее медицинскую карту? Нет, это оттолкнуло бы такого
поклонника женской красоты, как он. - Она усмехнулась своим мыслям. -
Неужели он нашел ее юной и желанной? Конечно, ошеломляющие сексуальные
подвиги, на которые он так прозрачно намекал, могли быть обычной
болтовней. С другой стороны, мужчины, которых судьба обделила статью,
зачастую могут похвастаться другими весьма завидными качествами. И
аппетитами им под стать. Но он сказал, Что ее лицо прекрасно. И пусть это
всего лишь искусственная экстраполяция, все равно услышать такое приятно.
Он не из тех, кто легко бросается такими словами. Раз он так сказал,
значит она действительно красива.
Мысль о собственной красоте льстила и одновременно лишала покоя.
Капсульников специально программировали, чтобы они не задумывались о своей
внешности, и заботились о том, чтобы они никогда не видели своих
изображений. Это тоже принадлежало к разряду особо секретных сведений. Но,
по-видимому, для того, кто настроен решительно, нет ни секретов, ни
святынь. Найалу удалось узнать новый отключающий код, известный только
шефу Рейли и вдобавок, в качестве дополнительной предосторожности, под
гипнозом запечатленный в его памяти.
Значит, она прекрасна, - так сказал Найал. Но где же он?
Люди умирали, и черви их сжирали,
Но не от любви.
Она усмехнулась этим странным строкам, так неожиданно пришедшим ей на
память. Тем не менее, ничто на свете не заставляло людей так отчаянно
рисковать, как красота, особенно красота недосягаемая.
Ради обладания легендарной Еленой пала Троя. Ради прекрасных
драгоценностей люди ставили на карту жизнь, свободу, веру. Ради красоты
истины они шли на костер. Ради красоты принципа орды приверженцев самых
разных религий жертвовали жизнью.
Но она не хочет, чтобы Найал погиб ради нее - неважно, красива она или
нет. Он нужен ей живым, за пультом управления!
Включился канал связи.
- Слушаю!
- Какой милый прием, - проговорил чей-то знакомый голос.
Это не Найал. Волна облегчения набежала и отхлынула.
- Кто это?
- Дорогуша, ты меня обижаешь.
- Ах, это ты, Броули. Я... просто я ждала другого вызова. Но я всегда
рада услышать твой голос. - Было бы неразумно ссориться с городским
капсульником, тем более с Броули, и особенно сейчас. Ей может
потребоваться его помощь.
- У тебя был такой радостный голос! Я искренне надеюсь, что тот, чьего
вызова ты ждешь, мне не соперник.
- Соперник?
- Вот именно, - в его голосе прозвучала резкая нотка, и Хельва
мгновенно насторожилась. Броули не стал бы так любезничать, не будь ему
что-то нужно. - Насколько я понимаю, - голос его обрел прежнюю
вкрадчивость, - ты расплатилась с долгами.
- Ты всегда все узнаешь первым.
- И ты еще ни с кем не договорилась?
- Мне очень жаль, Броули, но я продлила контракт с Центральными Мирами.
- Продлила контракт? С Центральными Мирами? - голос Броули перешел в
возмущенный шепот. - А я-то всегда считал тебя умницей. Но почему, ради
всех печатных плат, ты пошла на такую невозможную, вопиющую, безобразную
глупость? Неужели ты не понимаешь, что четверо промышленников и две
планеты уже выстроились в очередь, готовые отдать десятидневную прибыль,
лишь бы заключить полугодовой контракт с кораблем МТ? Что на тебя нашло? Я
поражен до глубины души. Пожалуй, мне нужно срочно проверить уровень
кислотности. Своей глупостью ты меня просто ошарашила. У меня нет слов!
Почему-то, выслушав гневную отповедь Броули, она воспрянула духом. Этот
алчный, корыстный, пронырливый городской сплетник только укрепил ее в
принятом решении. Пусть шестеро соискателей готовы перегрызть друг другу
глотки, лишь бы добиться ее согласия, она совершенно уверена, что не хочет
с ними связываться, какие бы заманчивые контракты они ей не сулили. С ними
неприятностей не оберешься. Несмотря на все свои недостатки. Центральные
Миры все же заботятся о благе всей Федерации, а не об усилении влияния
какой-то одной звездной системы или алчной монополии.
- Чтобы у Броули не было слов? - кокетливо усмехнулась Хельва. -
Никогда не поверю.
- Ведь это Паролан заманил тебя в ловушку? - напрямик спросил Броули.
Хельва представила, как его проницательный мозг, сложив все обрывки
подслушанных сплетен и личных наблюдений, пришел к этому очевидному
выводу. Но что он действительно знает, а о чем только догадывается? Ей
было известно, что Броули очень гордился своим умением предугадывать
события. Именно эта способность помогла ему стать чрезвычайно талантливым
городским менеджером. Благодаря его неусыпным заботам обширная монополия
Регула, сложный разветвленный организм, обслуживающий дюжину местных
племен и огромное людское население, не знала ни транспортных пробок, ни
производственных кризисов, ни нехватки материальных ресурсов. И он еще
успевал бдительно следить за всеми слухами и скандалами. Он любил скандалы
и утверждал, что от них молодеет, а слухи - так просто обожал, и был сам
не прочь ради собственного развлечения пустить какой-нибудь слушок.
- Ты же знаешь, Паролан - мой инспектор, - уклончиво ответила она, - но
мне удалось внести в наш контракт кое-какие изменения.
- Значит, ты хотя бы поторговалась?
- Конечно, и чтобы восстановить свою добрую репутацию в твоих глазах,
могу добавить: если они не удовлетворят мои требования, продление
контракта будет считаться недействительным.
- Ну, слава Богу, у меня просто от сердца отлегло. Не соблаговолишь ли
ты назвать свои условия?
- Что, Броули, заело?
- Помилуй, Хельва, я всегда пекусь о твоих интересах. Ты стала моей
любимицей с тех самых пор, как твой напарник разделал под орех пятерых
флотских забияк только за то, что они упражнялись в остроумии по поводу
твоего пения.
В этом весь Броули - ему обязательно нужно было напомнить ей о
Дженнане. Причем именно сейчас. Что ж, про условия он все равно рано или
поздно пронюхает, так лучше она расскажет ему сама, чтобы сохранить его
доброе отношение.
- ЦВ двигатель! - так и вскинулся он. - Ты что, Хельва, не в своем уме?
Давай лучше, дорогуша, я сведу тебя со своими клиентами, - самодовольно
изрек он.
- Что, разве ЦВ так опасен?
- Хельва, душенька, неужели ты думаешь, что они скажут тебе всю правду?
Разве ты не знаешь, что случилось с испытательным судном?
- Мне сказали, что оно улетело на девять стандартных лет, но ты же
прекрасно знаешь: все капсульники гораздо лучше приспособлены для
управления сложной электронной аппаратурой, чем подвижные...
- Вот черт! - прервал ее Броули. - Вечно не дадут поговорить спокойно.
Пока Хельва, но учти, что-то здесь нечисто.
Она была рада, что их разговор прервался. Ее уже начал утомлять цинизм
Броули. Неужели, прослужив столько лет, сколько он, она тоже превратится в
подозрительную брюзгу? Или станет такой же равнодушной, как Сильвия,
навсегда утратив надежду, что где-то в будущем еще возможны мгновения,
исполненные любви и красоты?
Где же Найал? Пора бы ему опомниться и собраться с мыслями. Сколько
времени прошло, как он исчез... Должен же он понять, каким блестящим,
полным, вдохновляющим может стать их союз! Хватит ему загибаться в
конторе. Если они объединят свои усилия, то сумеют расплатиться за ЦВ еще
до истечения срока контракта. И тогда независимость уже не будет ее
пугать. Если с ней будет Найал, ей никто не страшен. Вот только будет ли
он с ней...
Она с надеждой взглянула наружу и удивилась - над базой Регул уже
спустились ранние тропические сумерки. В главном корпусе погасли почти все
окна, кроме дежурных служб да нескольких кабинетов. Она вспомнила, что,
приземлившись, включила только лифтовую акустическую систему. Настроив
остальные, она услышала приглушенный расстоянием металлический скрежет,
доносившийся из ремонтных мастерских и мерную поступь караула,
марширующего вдоль фасада главного здания.
Еще одна из архаических причуд нашей службы, - подумала Хельва. Ей было
известно, что высокочувствительные датчики, установленные по периметру
базы, могут засечь и при необходимости уничтожить даже ночного мотылька. И
это случится куда раньше, чем часовой сможет обнаружить гораздо более
видимого или слышимого нарушителя. И все же топот обходящего базу караула
действовал успокаивающе. Она не чувствовала такого полного одиночества.
Действительно, некоторые старые традиции совсем неплохи, если учесть, что
их нечем заменить. Вроде... чертов Броули! И зачем только он вспомнил про
Дженнана!
Но Броули может отыскать Найала. Только он непременно захочет знать
подробности. И навряд ли ей посочувствует. Он придерживается мнения, что
капсульники должны быть автономны и самодостаточны.
Раздался резкий сигнал вызова, и она поспешно ответила.
- Может быть, Паролан и не выжал из тебя все, что хотел, только он явно
что-то празднует! - Броули так и источал яд. - А начал он с того, что
устроил аварию, в которой пострадали пятнадцать машин на воздушной подушке
и три транспортных экипажа. Снесено две радиомачты. Не знаю, как он
уцелел, только ни на нем, ни на трех девицах, которые были с ним, нет ни
царапины. К счастью, пассажиры других машин отделались легкими ушибами, но
за столь безответственное поведение он оштрафован на тысячу кредитов. И он
еще имел наглость смеяться! Не будь он инспектором космической службы со
множеством связей, его бы наверняка отправили охладиться на несколько
месяцев. А все ты. Я был бы счастлив, если бы ты передумала. Дьявол! Он
отправился в "Последний барьер". Придется послать туда наряд. Если он
думает, что ему сойдут два нарушения общественного порядка за одну ночь,
то он глубоко ошибается. Я не допущу, чтобы Паролан своими безобразными
выходками перебаламутил весь город!
Излив все свое возмущение, он отключился.
Неужели Паролан решил покончить с собой? Визит в "Последний барьер" она
еще могла понять - это заведение славилось разнообразием и утонченностью
предоставляемых услуг. На большинстве планет существовали такие салоны,
особенно в городах при космопортах, и многие из "тел" были их
завсегдатаями.
Были бы слишком больно раздумывать о том, чем он там занимается. Она
снова пожалела, что капсульникам не дано забыться сном. Должен же и у них
быть хоть какой-нибудь отдых от нескончаемых размышлений, убежище от
мучительных дум...
Но непокорный разум безжалостно возвращал ее к мыслям о "Последнем
барьере" и его недвусмысленной репутации.
- В двух семьях, равных знатностью и славой... - решительно
продекламировала Хельва, и голос ее эхом прокатился по пустым каютам.
Сможет ли солар Прейн, а ныне корвик, понять, как она благодарна ему за
науку? - подумала она.
Включился канал связи, и она не удивилась, услышав визгливый голос
Броули. Но в нем было не возмущение, а искреннее недоумение.
- Ты что, потребовала, чтобы Паролана уволили за то, что он загнал тебя
в угол?
- Нет.
- Просто интересно. Не могу себе представить, что на него нашло. Его
как будто подменили.
- Что он делает? - вопрос вылетел прежде, чем Хельва успела подумать.
- Сначала он был в своем обычном репертуаре. Но потом, похоже, потерял
остатки разума, которые сохранились у него после всего того, что он
сегодня выпил. Мой наряд уже собирался его забрать, и вдруг он вызывает
тамошнего ювелира и покупает всем девицам побрякушки - на долгую память,
как он изволил выразиться. И отправляется домой. Один, что самое
непостижимое. Послушай, ты никогда не угадаешь, что он сделал дальше.
- Конечно, нет, если ты мне не скажешь.
- Он приглашает скупщика и распродает всю обстановку, картины,
коллекции, записи. А ведь это стоило ему целого состояния, и он не окупит
даже половины. Он продал свою машину. А теперь разделывается с гардеробом.
Хельва постаралась не дать разгоревшейся внезапной надежде, которая
вспыхнула в ее душе при этом известии. Что это - символическое прощание с
закрытой главой своей жизни? Но почему? Ведь Найал знает, что у каждого
"тела" есть дом в одном из портов. Зачем же он все продает? А вдруг...
Нет, она даже думать не желает о такой возможности.
- Ведь ты наверняка знала бы, если бы они с Рейли снова поцапались? -
спросил Броули.
- За весь вечер от Ценкома не было ни единого словечка.
- Если что-нибудь разузнаешь, не забудь о Броули, договорились?
- Конечно, Броули, не забуду.
Неужели девицы, пьянка, гульба в веселом доме и прощальные подарки -
все это свидетельства расставания с холостяцкой жизнью?
"Цезарь и Клеопатра" заняли ее до рассвета, и вот уже в главный корпус
деловито потянулись служащие.
Нетерпеливо пискнул сигнал срочного вызова, и из динамика загремел
голос Рейли.
- Что, черт возьми, задумал твой Паролан? Какого дьявола он подал
рапорт об отставке? Что за шутки, Хельва? Дай мне с ним поговорить!
Немедленно!
- Его здесь нет.
- Нет? И где же он?
- Не знаю.
- Может быть, ты не знаешь и того, что Паролан испоганил мне все утро,
оставив на моем столе заявление об отставке? Что он процитировал в нем
параграф пятый подпункта Д? По-моему, он просто умом тронулся. Спятил. И
если вы оба думаете, что можете выкинуть еще какой-нибудь номер после того
представления, которое устроили вчера... - неожиданно его гневная тирада
иссякла. - Ну, хорошо, Хельва, - терпеливо заговорил он, - что произошло
после того, как мы оставили вас наедине? Я-то думал, что все улажено. Ты
сама выбрала Паролана, и вы на пару должны отлично справиться с полетом на
Бету Корви. Так что же все-таки случилось?
- Партнерство невозможно без обоюдного согласия обеих сторон, -
медленно и осторожно ответила Хельва.
Она уловила в голосе Рейли опасные намеки - невысказанную угрозу и
ошеломляющее предположение, что они с Найалом, сговорившись заранее,
разыграли все, как по нотам.
Так вот почему Найал решил уйти - он стремится хоть на шаг опередить
Рейли, который, уж конечно, употребит всю свою власть, чтобы силком
затащить его к ней на борт. Итак, Найал Паролан сделал свой выбор. Вот
почему он продал все свое имущество: ему нужны деньги, чтобы убраться
подальше с Регула, за пределы досягаемости Рейли.
Мысли путались, ей вдруг стало трудно думать логично. Но она должна
сохранить голову ясной - ради Найала. Если он считает, что должен
поступить именно так, она никому не позволит ему помешать.
- Мне известно это определение партнерства, - недовольно буркнул Рейли.
- И что дальше, Хельва?
- Найалу такое партнерство оказалось не по душе.
- Послушай, Хельва, хватит пороть ерунду. Найал Паролан поступил в нашу
контору двенадцать лет назад, когда обнаружил, что не вышел ростом, чтобы
стать "телом". И с тех пор, как стал инспектором, он только и делает, что
учит "тела", как жить, работать и ладить со своими партнерами. И ты хочешь
меня убедить, что Найал Паролан, получив корабль, который сам выбрал его
своим "телом", предпочел смыться? Вот что я тебе скажу, Х-834: или он
отправится на Бету Корви, или проведет остаток дней в кандалах!
"В кандалах? - ошеломленно подумала Хельва. - Что это, еще один
пережиток службы? Неужели Рейли всерьез считает, что сможет заковать
Найала Паролана в кандалы?"
Успокойся и раскинь мозгами. Скоро Рейли узнает, что Найал распродал
все свои вещи. Тебе лучше подняться и...
Ее мысли прервал резкий визг тормозов. Включив камеры, она обнаружила,
что у ее подножия выстраивается целый отряд. Первый раунд за Рейли.
- Броули, - торопливо заговорила Хельва, как только ей удалось с ним
связаться, - ты должен предупредить Паролана. Рейли собирается устроить
облаву и жаждет крови.
- Ну да? - восхитился Броули. - Паролан направляется в космопорт. Он
достал билет у перекупщика. Я только что об этом узнал.
- Когда отлет?
- В девять ноль-ноль, но...
- Предупреди Паролана, что Рейли задумал остановить его любой ценой. Он
выстроил вокруг меня оцепление, так что я на приколе. Следующим местом, на
которое он обратит внимание, будет космопорт.
- Да что ты, Хельва! Ведь Паролан состоит на службе...
- Уже не состоит. Ты понял? Потому-то Рейли и хочет удержать его на
Регуле.
- Но если Паролан официально подал в отставку, Рейли не властен ему
препятствовать.
- Не будь таким наивным, Броули! Наш контракт с Рейли потеряет силу,
если Паролан не полетит со мной на Бету Корви.
- Тогда Рейли непременно постарается его задержать, - согласился
Броули, и тут до него дошел смысл сказанного Хельвой. - Так ты пыталась
заманить Паролана себе в напарники? - он шумно задышал, как вытащенная из
воды рыба, - это заменяло ему смех. "Слава богу, не обиделся, что я утаила
от него такую лакомую новость", - подумала Хельва. - Дорогуша, ты просто
чудо! А он невероятный болван. Он никогда не сможет отказаться от
разгульной холостяцкой жизни и стать затворником, как положено "телу"...
Хотя, кто его знает! Ведь отослал же он девиц нынче ночью.
- Послушай, Броули. Немедленно предупреди Найала, что Рейли готов снять
с него шкуру ради этого контракта.
- Успокойся, дорогуша. Ведь если Паролан не объявится, контракт утратит
силу?
- Да.
- И тогда ты снова станешь свободной и сможешь выслушать моих клиентов?
Она предвидела это предложение и сразу согласилась.
- Учти, Хельва, Рейли - опасный противник.
- Без Паролана он ничего не сможет со мной сделать. А если попробует, я
вызову КОМ и ОЗИРМ.
- Нашла защиту, - презрительно фыркнул Броули.
- Они могут помочь в таких делах как это.
- Но мои клиенты будут иметь предпочтение?
- Я ведь уже согласилась, правда? А теперь поторопись, предупреди
Паролана. И сразу забудь, где ты его нашел.
- Он едет общественным транспортом, только нужно вспомнить, каким
номером. Думаешь, у меня без него мало забот в городе? - захихикал Броули
и отключился.
"Стать затворником", - так выразился Броули. Но Найал сказал, что она
прекрасна. И было такое желание в его голосе, во всем его жилистом теле,
прижатом к разделяющей их металлической преграде. Он так хотел взглянуть
на нее, обнять...
На память ей пришла та долгая ночь, которую он провел с ней, после
тоге, как она вернулась с Беты Корви. Должно быть, он уже тогда был
одержим влечением к ней. Именно поэтому и предложил ей занять пустое тело
Керлы. Какой же нужно было быть дурой, чтобы не понять, что скрывалось за
этим немыслимый предложением!
Ее тело, лишенное всех телесных способностей и населенное вполне
человеческой душой. И тело Керлы - плоть, юная, прекрасная, желанная и...
бездушная.
А ведь она могла бы стать для него доступной, осязаемой, могла вкусить
вместе с ним этот блаженный дар само...
Может быть... если бы только тело Керлы стало совсем ничьим.
Нет! Она решительно отбросила эти пустые мыли. Броули сдержит слово.
Предупредит Найала. А уж остальное зависит от него самого. Она уверена: он
сумеет оставаться на свободе достаточно долго, чтобы Рейли успел остыть.
Денег у него много, а безопасность всегда можно купить.
Однако Броули прав: Рейли опасный противник. Но и корабль МТ не
сдвинешь с места вопреки его желанию. Если даже Рейли удастся поймать
Найала, она не впустит его на борт. Ей не нужен партнер-невольник.
Невольник? Да, и в этом все дело. Что за ирония судьбы - первый
человек, которого она захотела видеть своим "телом" после смерти Дженнана,
ей отказал. Мы, капсульники, оторвались от жизни. Мы забыли, что не все
мечтают разделить нашу участь.
Но ведь Найал хотел стать "телом"! А когда не прошел по физическим
параметрам, сумел дослужиться до инспектора, руководящего целым сектором
кораблей МТ. А потом ему встретилась она - застенчивая, скрытная и
упрямая, - и заставила бросить все, чего он достиг: положение, престиж,
богатство.
- Броули!
- Ну что?
- Ты его предупредил?
- Я же, кажется, обещал. И выполнил свое обещание. А от себя добавил
парочку ласковых слов по поводу его поведения и советов на случай будущих
осложнений.
"Господи, - чуть не застонала она. - Только этого не хватало - читать
Найалу нотации, в его душевном состоянии..."
- Где он теперь?
- Чего не знаю, того не знаю.
- Должны же у тебя быть какие-то предположения?
- Пока нет, но как только возникнут, тебе я сообщу в первую очередь. А
ты, дорогуша, проверь-ка свой уровень кислотности! - с этим ехидным
советом Броули дал отбой.
Нужно во чтобы то ни стало связаться с Найалом Пароланом. Она будет
работать с другим напарником - пусть он только останется ее инспектором.
Нельзя допустить, чтобы из-за нее он пожертвовал всем.
Хельва тревожно выглянула наружу. Вокруг сновали машины, Рейли устроил
целую облаву. Без помощи Броули ей Найала ни за что не найти.
Постойте, есть еще один способ достичь желаемого результата. Совершенно
очевидно, что цель Рейли - осуществить проект полета на Бету Корви.
Отлично, значит...
Не успела она выйти на связь, как ее вызвал главный корпус. Рейли
строгим официальным тоном велел ей включить телеэкран. На нем появился сам
шеф, который, откинувшись на спинку кресла, сидел за заваленным бумагами
столом и глядел в пустоту перед собой. На заднем плане испуганно застыл
адъютант. В кабинете были еще двое: старший, с печальным озабоченным
лицом, был облачен в зеленую с золотом форму ОЗИРМ. Второй, помоложе,
держался свободно и непринужденно, беззаботно покачивая ногой в изящном
ботинке. Его проницательные глаза глядели уклончиво.
- Капитан Амайкинг из ОЗИРМ и м-р Рокко из КОМ явились ко мне по поводу
жалобы, поступившей от твоего имени, Х-834, - голос шефа не сулил ничего
хорошего, как, впрочем, и выражение его лица.
- Да, Хельва, человек, который к нам обратился, заявил, что плата за
последнее задание дала тебе возможность полностью погасить долги, - ловко
вставил Рокко, как будто не замечая, что Рейли не закончил свою тираду.
- Не все федеральные кредиты еще получены, - ответила Хельва, решив,
что будет более дипломатично играть в открытую, особенно если это поможет
смягчить Рейли.
- Кредиты уже пришли, - начал Рейли, - но...
- Значит, финансовые обязательства, связывающие Х-834, выполнены? -
вкрадчиво осведомился Амайкинг.
- Да, но, тем не менее...
- И, следовательно, отряды военнослужащих, так заботливо окружившие
посадочную платформу, где находится Хельва, призваны защитить ее от
назойливости независимых соискателей? - спросил Рокко.
Сжав губы в едва заметную линию, Рейли пронзил представителя КОМа
ледяным взглядом.
- В противном случае это очень похоже на средство морального давления:
ведь Хельва не сможет покинуть территорию базы, если она того пожелает, не
обратив ваших солдат в пепел. А вы отлично знаете, что корабль МТ так
поступить не может. Их необходимо отвести. И немедленно.
- Но это космическая база, м-р Рокко...
- Повторяю: немедленно, или мы с капитаном Амайкингом будем вынуждены
заподозрить, что это акт принуждения. - Агент КОМа любезно улыбнулся, но в
голосе его прозвучала сталь.
Рейли рявкнул на адъютанта, и тот бросился к пульту связи. И почти
сразу охрана начала расходиться.
- Ну что, Хельва, они ушли?
- Да, м-р Рокко. Только учтите, что я продлила контракт с Центральными
Мирами.
- Мне это известно, - заметил Рокко, повернувшись к ней, и глаза его
лукаво блеснули. - Именно это обстоятельство делает эту охрану совершенно
излишней. Однако я также слышал, что одно из условий продления контракта,
на котором ты особо настаивала, в настоящее время не может быть выполнено
по не зависящим от тебя обстоятельствам. Следовательно, контракт
утрачивает силу...
- Контракт не утратит силу, пока Центральные Миры не заявят о
невозможности выполнить это условие! - заявил Рейли и, дабы придать своим
словам большую весомость, грохнул кулаком по столу.
- Здесь не о чем заявлять, - не менее веско возразил Рокко. - И так все
ясно. Ведь ты, Хельва, выбрала своим напарником Найала Паролана, не так
ли?
- Да, но...
- Но он уволился со службы и таким образом вышел из игры.
- Найал Паролан будет на борту Х-834 еще до захода солнца! - взревел
Рейли и, поднявшись из-за стола, оглядел всех с высоты своего роста. - Это
условие будет выполнено и контракт вступит в силу.
- Но только в том случае, если вы сможете найти Найала Паролана, -
уточнил Рокко.
- Господа, это просто смешно, - сказала Хельва, повысив голос, чтобы ее
услышали. - Да, я хотела, чтобы Найал Паролан стал моим партнером. И мне
жаль, что он не смог пойти мне навстречу. Я глубоко сожалею, что он счел
необходимым покинуть службу, чтобы подчеркнуть свое несогласие. Но я
никогда не стану навязывать ему свое общество, если оно представляется ему
столь обременительным, тем более, его преследовать. Я готова обсудить
кандидатуру другого напарника.
- Ах ты, ветреная, двуличная, умственно отсталая жестяная мученица! -
загремел из коридора хриплый голос. - Ты готова обсудить кандидатуру
другого напарника?
У распахнутого люка, ведущего в машинный отсек, стоял Найал Паролан -
рваный рабочий комбинезон весь в грязи, сердитое чумазое лицо исцарапано.
- Не пытайся меня обмануть, Хельва. Это Паролан! - взревел с экрана
Рейли.
- Да, шеф, это он, но первой с ним поговорю я, - крикнула Хельва. Она
отключила связь, захлопнула шлюз и окружила корпус звуконепроницаемым
полем, чтобы исключить подслушивание. Нужно, наконец, поставить все точки
над "i", и она намерена сделать это прямо сейчас.
- Ты хочешь знать, почему я решила обсудить кандидатуру другого
напарника? А какой еще выход ты мне оставил - ты, подлый, распутный,
маленький выпивоха! Как я еще могла заставить Рейли отменить облаву и дать
тебе свободу?
- Свободу? И ты еще говоришь о свободе? Стоило мне оставить тебя без
присмотра, как ты уже готова снова продаться в рабство! Из всех тупых,
полоумных, близоруких, идиотски глупых...
- Это я глупая? - Хельва задохнулась от ярости и обиды. - Взгляни лучше
на себя - ты продал все, что заработал за семь лет каторжного труда, и
только потому, что слишком обожаешь постельные забавы, чтобы согласиться
на один-единственный рейс со мной! Ты заставил меня во второй раз за два
дня продать свою душу...
- Рокко с Амайкингом уже здесь? Они должны были вытащить Рейли из
постели, чтобы заставить его освободить тебя. Как только я узнал от этого
чертова сплетника Броули, что меня разыскивают и... - он замолчал, стиснул
зубы и так гневно сверкнул глазами, что Хельва поняла: Броули вложил в
свою проповедь изрядную порцию яда. - Рокко и Амайкинг сейчас у Рейли? -
спросил он уже менее воинственно.
- Да, - ответила она ему в тон. Какое счастье, что он здесь, в
безопасности, и можно говорить и ссориться, сколько душе угодно. - Ты бы
лучше поскорее заготовил для Рейли правдоподобное объяснение - внизу уже
собралась совсем нешуточная группа захвата. Не забывай: Рейли тоже знает
мой отключающий код.
Это напоминание было излишним - Найал услышал лязг инструментов по
корпусу.
- Дурочка! Ведь ты могла быть свободна, как птица, - пробормотал он, но
в его словах было больше сожаления, чем злости.
- Только один полет на Бету Корви, Найал. Это все, что ему нужно.
Он рывком поднял голову.
- Не думай, что Рейли такой простак.
- Если ЦВ двигатель окажется хорош, то я от этого только выиграю. А
если фикция, то я свободна и ты - тоже!
- Свободен? - тихо переспросил Найал, и на его измученном лице
мелькнула странная усмешка. Он протянул руку и нежно провел ладонью по
смотровой панели, чуткие пальцы отыскали невидимый шов, ведущий в ее
обитель. - Я свободен не больше чем ты, Хельва. Но, Бог свидетель, я
сделал все, чтобы вытащить тебя из этого распроклятого контракта, который
сам же и состряпал. Он с силой ударил кулаком по колонне, разбив руку в
кровь.
- Ну, хватит, Паролан. Если мы не сможем выплатить пустяковый долг в
пятьсот тысяч кредитов меньше чем за десять лет, значит, мы с тобой никуда
не годная команда, чего я отнюдь не считаю.
Он уже занес кулак, чтобы ударить еще раз, и вдруг отступил, устремив
на нее взгляд, полный удивления и надежды.
- А знаешь, ведь ты права. Абсолютно права.
- Еще бы. Но если ты хочешь получить отпущение грехов, то садись же, к
чертовой матери, на связь, и уговори Рейли отозвать группу захвата.
Он бросился к пульту, чтобы включить телесвязь, забыв, что Хельва может
сделать это куда быстрее.
- Рейли! Что здесь, черт возьми, происходит? Что за дела - стоит
оставить свой корабль на базе, и вот тебе на: в твое отсутствие его
подвергают каким-то мерзким унижениям! А я-то считал, что этот дерьмовый
полет на Бету Корви безумно срочный!
Где ваши вонючие спецы? Где модели, обещанные Бреслау? Мне срочно нужны
данные Добриньона. Как, дьявол вас побери, мы сможем стартовать через пять
дней, если вы не заставите ваших ленивых инженеров пошевеливаться?
- Паролан! - начал Рейли, видимо решив разом излить все накопившееся
раздражение. - Вы арестованы. Вы оштрафованы. Вы...
- Вы что, забыли, шеф, что я уволился? - словно получив новый заряд
энергии, заорал Паролан. - Так что у вас нет никакого права меня
арестовать и штрафовать. Я свободный гражданин Центральных Миров и в
настоящее время выступаю как подвижный партнер Хельвы-834. Она заключила с
вами контракт, в котором параграф шестой раздела первого гласит: она имеет
право самостоятельно выбрать себе партнера, а именно, некоего Найала
Паролана. Но там ни слова не сказано относительно должности и статуса
вышеупомянутого Найала Паролана. И если вы полагаете, что можете из этого
что-то высосать, то знайте: на моем заявлении об отставке проштамповано
время до получения федеральных кредитов. То есть, раньше, чем вступило в
силу продление контракта. Так что если вы хотите втянуть корабль в
судебную тяжбу "кто-кого", то валяйте. А если хотите, чтобы он поднялся со
своей дорогостоящей задницы и отправился на Бету Корви проверять ваш
драгоценный новый двигатель, то лучше начинайте шевелиться!
- Да, - подумала Хельва, - я должна была догадаться, что Паролан не
станет объясняться и заискивать. Наверное, такой дерзкий напор -
единственный способ привести Рейли в чувство. Ей было искренне жаль
адъютанта, который, остолбенев от ужаса, застыл рядом с шефом. Она была
рада - и за него, и за себя с Найалом, - что Рокко и Амайкинг еще не ушли.
И не сомневалась, что Найал воспользовался их присутствием, чтобы
заставить Рейли признать столь нелицеприятно изложенные факты.
И шефу придется их признать. У него нет ни выбора, ни выхода - во
всяком случае, перед лицом представителей могущественных организаций,
ссориться с которыми ему нет резона.
- Это тебе придется шевелиться, Паролан, - наконец выдавил Рейли. - И
вкалывать так, как еще не вкалывала ни одна команда.
- Само собой.
- И однажды... - прохрипел Рейли, - однажды, ты, Паролан, обдуришь сам
себя!
- Мне нужны не пророчества, шеф, а модели и магнитные пленки. Приятно
было с вами повидаться, Рокко, и с вами, капитан. Конец связи.
Экран погас, и когда Найал обернулся к Хельве, на лице его было
незнакомое, беззащитное выражение.
- А ведь он бы отдал свою пенсию, только бы узнать, что со мной это уже
случилось, правда, Хельва? - проговорил он тихо и виновато. И тут же
широко улыбнулся. И взгляд его - гордый, любящий, искрящийся жизнью и
юмором, заставил ее сердце подпрыгнуть от радости.
Вот они и пережили этот кризис, пережили вместе. Теперь для них нет
ничего невозможного. Между ними существует такое взаимопонимание, какого
не было у нее даже с Дженнаном. Они знают все достоинства друг друга - и
все слабые места. Впереди их ждет небо в алмазах, постоянное стремление к
новым победам и свершениям.
Хельва замерла: ей хотелось продлить этот миг. Мгновения столь чистого
счастья так редки, так недолговечны...
И как будто подтверждая это, запищал сигнал Ценкома.
- Это вы, м-р Паролан, то есть Х... я хотел сказать НХ-834? - заикаясь,
проговорил смущенный голос.
- Паролан слушает, - ответил он, не отводя глаз от ее пилона, зная, что
она сама включит микрофон.
- Сэр, мы не можем воспользоваться лифтом, чтобы доставить вам то, что
вы просили, потому что...
Дав отбой, Хельва сняла звуконепроницаемое поле, спустила лифт и
открыла дверь шлюза.
- Черт возьми, ну и видок же у меня - ты только посмотри, как раз для
командира! - ругнулся Найал, внезапно осознав, как выглядит и во что одет.
- Я, пожалуй, был бы чище, если бы они притащили меня волоком. - Он
направился к пилотской кабине, на ходу стаскивая с себя рваный,
перепачканный комбинезон. - Хельва, закажи мне какую-нибудь одежонку у
интенданта - он знает мой размер. Вели принести черный чемоданчик, я
оставил его у Семнадцатого поста. И еще: я закоротил датчики между
семнадцатым и восемнадцатым.
Он продолжал отдавать указания, одновременно принимая душ, облачаясь в
спешно доставленную форму, наскоро перекусывая на камбузе. Лифт и связь
работали без передышки. В главной рубке появились дополнительные столы, на
которых расположились макеты двигателя и отчеты, услужливо присланные
Добриньоном. Найал послал за всеми записями, сделанными на
корабле-разведчике. Казалось, он не знает усталости - а ведь он не ложился
всю ночь и полдня провел в бегах. Нет, Рейли никогда не загонит Паролана
так, как он может загнать сам себя... и ее в придачу.
- Эй, Хельва, вдруг сказал Найал, выглянув в открытый шлюз, - включи-ка
свет. Я почти ничего не вижу.
- Я и не знала, что уже так поздно, - проговорила она, всматриваясь в
тропические сумерки.
И как раз в этот миг звонкий медный голос трубы с крыши главного
корпуса возвестил об окончании дня. Конец дня... и одновременно реквием.
Звучный протяжный напев поплыл над огромной базой, к дальнему кладбищу,
скрытому в густой тени деревьев. Когда-то она слышала в нем только
реквием. Но сегодня... "Каждый день умирает, - думала Хельва, - позволяя
ночи, несущей мрак печали и забвенья, свершить свой путь и принести...
новый день. И эта песня горна - простая и точная метафора начала и конца".
Кончен день,
Ночи тень
Скрыла звездным плащом небосвод голубой.
Все пройдет.
Отдыхай -
Бог с тобой.
Прощай, Дженнан. Здравствуй, Найал.
Вот последняя нота замерла в бездонном космосе... и в ее сердце, и она
поймала взгляд Найала - чуткий, все понимающий.
- Что за сентиментальная традиция для нашей современной службы, -
пробормотала Хельва. - ...Трубить вечернюю зарю на закате.
- А ведь тебе это нравится, - сказал он внезапно охрипшим голосом. - Ты
бы даже всплакнула - если бы могла.
- Да, - согласилась она. - Если бы могла.
- А знаешь, это даже хорошо, что я такой паршивец. Как-то
уравновешивает твое нежное сердце, подруга, - проговорил он. - Прошу тебя,
Хельва, оставайся такой всегда.
И эти слова прозвучали для нее, как самая прекрасная песня.
