Пол Керни. Путь к Вавилону

сторінка №10

воинского искусства будущие
стражи. Айса пошел вслед за ним, как всегда не задавая вопросов. Ривен
вышел за ворота Рорима. Утоптанная ногами земля под дождем превратилась в
размокшую грязь. Из земли торчали ряды столбов высотой в человеческий
рост. Десятка два новобранцев атаковали столбы, отрабатывая приемы, а еще
человек этак тридцать с деревянными мечами в руках наблюдали за ними. Трое
мирканов руководили учениями. Ривен во все глаза уставился на них. Никогда
еще он не видел мирканов, пребывающих в таком воодушевлении. Они носились
по грязи, поправляя тут - удар, здесь - стойку новобранцев;
демонстрировали, как нужно колоть, вкладывая вес тела в импульс выпада,
как парировать удары, как использовать головку эфеса. Ривен забыл, зачем
он пришел сюда, и стоял, восхищенный их воодушевлением и ловкостью.
Новобранцы то и дело поскальзывались и падали, они все были перепачканы
красной размокшей глиной. Но на доспехах мирканов не было ни одного пятна
грязи - только охристые следы от мелких брызг.
Когда, наконец, он выступил вперед и попросил разрешения присоединиться
к учениям, среди ополченцев прошел тихий ропот, - ведь Ривен носил голубой
кушак. Ведущий тренировку миркан обвел его оценивающим взглядом, потом
обратил вопрошающий взор к Айсе. Казалось, он что-то увидел в его глазах и
кивнул.
- Сними только меч и выбирай себе тренировочное оружие. Присоединяйся
вон к той группе и повторяй все движения за ними.
И вот Ривен уже атакует деревянный столб деревянным мечом, скользким от
грязи. Суровый миркан исправляет его движения, разъясняя, как нужно
делать. Это напоминало ему Сэндхерст, за тем лишь исключением, что
тамошние инструкторы сопровождали свои приказания и оценки обычно
нелестными и всегда непечатными эпитетами. Мирканы же были совершенно
спокойны. Почти молча перебегали они по плацу, чтобы выверить и подправить
удары учеников. Ни разу они не повысили голос, и никто с ними не спорил.
Он занимался, покуда совсем не стемнело. На плацу уже никого не
осталось - только Ривен, Айса и трое мирканов-инструкторов. Он вдруг
понял, что если пожелает тренироваться всю ночь, учителя его не станут
возражать. Они выказывали искренний интерес к тренировкам Ривена, что
никак не вязалось с их замкнутой и молчаливой манерой держаться. А Ривен
действительно жаждал учения, хотя его недавно залеченная ключица
разболелась нестерпимо, да и старые раны тоже напомнили о себе. Он весь
извозился в грязи и почти ничего уже не соображал от усталости. Наконец,
поблагодарив инструкторов, они с Айсой вернулись обратно в Рорим. Во
Дворец Варбутта. Там зажгли уже первые свечи. На темнеющем небе проступили
первые звезды - безоблачным куполом поднималось оно над холмами, свет
молодого месяца лился на гребни гор.
Обычно по вечерам Ривен ужинал вместе со всеми, но сегодня он попросил
Айсу сходить на кухню к Кольбану и распорядиться, чтобы еду ему подали в
комнату. А заодно принесли горячей воды. Он теперь чувствовал себя много
лучше. Пусть мышцы и кости болели, но зато Ривен дал им нагрузку. И понял,
наконец, что ему делать.
Прочувствуй все это, пока ты еще в состоянии.
Взглянув в зеркало, он увидел лицо, выпачканное грязью, со
всклокоченной бородой, к которой тоже прилипла грязь. Он устало улыбнулся
своему отражению. Куда, интересно, запропастился этот миркан? Из зеркала
на него, не моргая, смотрели глаза, - в них появилась решимость, - вот
только морщинки в уголках губ выдавали пережитую боль и тревогу. Меж
бровей пролегла глубокая складка. Лоб прорезали шрамы.
Сэр Майкл, Рыцарь с Острова Туманов. А теперь вот - взыскующий подвига.
Он расстегнул и снял пояс с ножнами. Расшнуровал свою кожаную куртку и
принялся стягивать ее через голову. В дверь постучали, - Ривен промычал,
мол, войдите, - она отворилась, и кто-то вошел. Он, наконец, стянул куртку
с головы и швырнул ее на постель. И тут увидел Мадру и поднос на столе.
С полдюжины глупых общих приветственных слов пронеслось у него в
голове, но единственно нужных Ривен так и не нашел. Мадра молча зажгла еще
свечей и захлопнула трутницу.
- Тебе следует вымыться, пока вода не остыла.
С минуту он не отрываясь смотрел на нее. Потом разделся до пояса и
принялся соскребать с себя глину над тазом с водой, от которой шел пар. Он
думал, что Мадра сейчас уйдет. Но она не ушла. Когда он, умывшись, смахнул
капли с ресниц, она подала ему полотенце. Взглянув на нее, он заметил, как
сурово сжаты ее губы. В глазах - печаль. Она стала казаться старше. Он
прижал полотенце к лицу с такой силой, что в глазах замельтешили искры.
Потом натянул свежую рубашку. Его сапоги покрывал слой застывшей грязи, но
с ними он разберется потом. Ривен сел за стол и набросился на еду,
поглощая ее и не чувствуя вкуса.
- Ты уезжаешь. На север. Это правда?
Он перестал жевать.
- Откуда ты знаешь?
- Это Кольбан. Он знает все. В кухне всегда судачат о том, о сем.
Стражи уже начали приготовления.
- Предполагалось, что все это будет храниться в секрете.
Она присела на скамью.
- Хранить секрет во Дворце - все равно, что прятать огонь в соломе. Ты
едешь в Гресхорн.
Ривен молчал.
- Ты хочешь вернуться назад в свой мир, на Остров?
Ему нравилась эта решительность в ее глазах. Серьезность ее лица. Но
они почему-то и смущали его.
- Я не знаю.
Ее рука потянулась к его руке.
- Возьми меня с собой.
- Что?
- Разреши мне поехать туда с тобой. Позволь мне быть рядом.
Он резко отдернул руку.
- Ты что, не понимаешь, как это опасно?
- Там у тебя никого нет. Ратаган рассказал мне. И Байклин говорит, что
Остров Туманов - место безлюдное, тихое. Одни горы да пустынное побережье.
Я хорошо готовлю. Я не боюсь работы. Я не испугаюсь, правда. Пожалуйста,
возьми меня с собой. Я...
- Молчи! - Он понял, что она собиралась сказать ему. То, что он и не
надеялся больше услышать от женщины. В глазах ее задрожали слезы. Она
опустила голову, прижав руки к груди. Обиженный ребенок.
И все же она пугала его. Потому что влекла к себе. Потому что ему
правилось это суровое юное личико. Он хотел, чтобы она была рядом. И она
хотела быть с ним, несмотря даже на призрак той - прошлой - жизни, что
стоял у него за плечами.
Они одновременно поднялись из-за стола. Она шагнула было к двери, но
Ривен удержал ее. Она рванулась, пытаясь его оттолкнуть, но тут же
затихла. Лицо разгладились, но на щеках так и блестели слезы. Он вытер их,
обнял ее и уткнулся лицом в ее волосы. Трусливый подонок.
Она глухо проговорила ему в плечо:
- Мне казалось, ты любишь меня. Мне казалось... - она еще теснее
прижалась к нему. Но искала она утешения - ничего больше. Запрокинув
голову, она заглянула ему в глаза. Волосы прилипли к ее губам. Он не смог
выдержать этот взгляд. Она отстранилась и отошла к столу.
- Ты и не поел-то как следует, - рассмеялась она сквозь слезы. - Это я
виновата. Не дала человеку поесть. - Она стремительно подхватила таз,
пролив немного грязной воды на пол. - Кольбан, наверное, будет искать
меня. - С тем она и ушла.
Он вынул из ножен меч и скривился, глядя на холодную сталь. Рубанул
воздух. Клинок сверкнул яркой дугой и, вонзившись в деревянную столешницу,
словно в масло, выбил искры из каменной плиты. Удар болезненно отдался в
руке.
Айса заглянул в дверь.
- Я слышал шум... - Тут он узрел на полу немалых размеров кусок
полированной доски, отхваченный от столешницы. Ривен встретился с ним
глазами. Его взгляд пылал сумасшедшим огнем.
- Практикуюсь немножко, - сказал он, и дверь закрылась.
На следующий день Ривен встал спозаранку и сразу пошел на плац. Солнце
еще только-только взошло, а он уже колошматил свой столб, как если бы тот
был его смертным врагом. Мирканы поглядывали на него с одобрением. Сам
старый Льюб, главный инструктор, направлял его руку.
- Вложи весь свой вес в силу удара. Двигайся на носках, руки и ноги
расслаблены, будь готов отступить, если удар не достигнет цели. - Белая
полоса шрама на лице у него светилась в первых лучах низкого солнца.
Ривен остановился, чтобы перевести дух. Мимо протопали остальные
новобранцы. Он кивнул им и спросил Льюба - отчасти из интереса, отчасти
из-за того, что ему было нужно время, чтобы совладать с дыханием:
- И сколько из них станут стражами?
Льюб только плечами пожал. Он осмотрел своих подопечных, пока другие
мирканы-инструкторы расставляли их по местам.
- Пятеро, может быть, шестеро.
Ривен тихонько присвистнул.
- А как же все остальные?
- Они останутся в Круге как ополченцы, чтобы защищать Рорим. Это
позволит стражам выполнять свои обязанности вне пределов его стен.
- А мирканы? Откуда вы набираете новых рекрутов?
Льюб нахмурился, встретив взгляд Ривена.
- Мирканами рождаются. Они покидают родной Дол, что на севере, и
нанимаются на службу к тем, кто нуждается в их услугах.
Ривен оживился.
- А где на севере?
- К западу от Дринана.
Короткая пауза... Ривен попытался припомнить географию Мингниша, но
Льюб не дал ему расслабиться и тут же вернул к работе. Ривен снова
принялся терзать столб, но теперь перед мысленным взором его стояло лицо
Мадры, залитое слезами.
Ривен остался бы на плацу, как и вчера, до темноты, но за ним пришли
Ратаган с Байклином. Он сразу понял, что они наблюдали за ним какое-то
время, пока не заметил их. Льюб кивнул и забрал у него тренировочный меч,
и Ривен присоединился к товарищам. Поднялся ветер, расчистив небо от
громоздящихся туч. Бледный месяц уже медленно поднимался над гребнем
дальних гор. Ночь обещала быть ясной.
- Если ты не поостережешься, тебя могут принять за стража, - сказал
Ратаган, подавая ему перевязь с мечом.
Ривен застегнул пояс.
- Надо же мне хоть чем-нибудь заняться, - он похлопал по ножнам. - И
потом, раз у меня есть меч, я должен уметь им пользоваться.
- Ты и так им владеешь неплохо, - заметил гигант.
Они направились к стенам Рорима. Байклин, погруженный в раздумья, шел
по лужам, даже их не замечая.
- Что случилось? - спросил Ривен.
- Да так. Мелочи. Впрочем, слишком уж много каких-то неприятных
мелочей, и все как-то разом. Что-то готовится... и явно не к добру.
- Совет уже завершен?
- Он завершился в полдень. Под конец Брагад был даже любезен. Сказал,
что всему свое время. Все, мол, должно идти своим чередом. Даже Маско как
будто смирился с фактом, что Роримы не объединятся.
- Но ты встревожен.
Байклин кивнул.
- Как-то он слишком легко отступился. Слишком уж великодушно для него -
после того, как он потерял здесь столько времени и престижа. И еще
кое-что. Леди Джиннет в полдень выехала на прогулку. Одна. И до сих пор не
вернулась. А муженек ее абсолютно спокоен. Говорит, вернется, когда сочтет
нужным.
- Уж она-то вернется, - фыркнул Ратаган.
Байклин покачал головой.
- Что-то слишком уж много людей неизвестно где шляется по Долам - и
людей важных. Лионан с Маллахом, например. Ни слуху о них, ни духу. Вот
уже несколько дней. А Рорим-Свардал и Рорим-Дринан странно как-то
обезлюдели. По крайней мере, так утверждает Орд. Вчера он был там с
дозором.
- За Брагадом сейчас стоят силы двух Роримов, плюс, может быть, трое из
наших баронов, - тихо проговорил Ривен. - Ты считаешь, он может напасть на
Раларт?
Байклин вздрогнул.
- Напасть на Раларт? Но Брагад сам сейчас в стенах Рорима!
- Знаешь предание о троянском коне?
- Что еще за предание?
- Если Брагад вознамерился захватить Рорим Раларта, с чего ж ему лучше
начать, как не с того, чтобы заслать сюда своих людей?
- Сейчас в Круге двенадцать его стражников, - задумчиво пробормотал
Ратаган.
- А Лионан, Маллах и Джиннет с отрядом могут затаиться где-нибудь
снаружи и ждать сигнала к нападению. Или, может быть, Джиннет как раз и
поехала дать сигнал. Либо сигнал подадут его люди, расквартированные у нас
в Круге.
- Это лишь предположения, - жестко проговорил Байклин.
- Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть о своей беспечности.
Смуглолицый задумался. Они прошли через башню Рорима в вымощенный
камнем двор. От конюшен шел запах сена и конского навоза. Две служанки,
закутанные в теплые шали, черпали воду из колодца.
- Все в доме знают уже о поездке на север, - сказал Ривен.
Байклин кивнул и вздохнул.
- Молодые стражи. Они рассказали своим подружкам, и, как говорится,
тайное стало явным. Но твоя репутация могущественного мага не пострадала,
мой друг. Иначе с чего бы тебе взбрело в голову ехать в Гресхорн в
такие-то времена? - Он сплюнул на мостовую и растер плевок сапогом. С
минуту они постояли молча, привлекая в себе удивленные взгляды служанок у
колодца и двух стражей, проходивших мимо.
Байклин внезапно заговорил:
- Ну, что ж. Ты на все глядишь с подозрением, Майкл Ривен. Но и я не
такой уж простак. Попытаюсь-ка и я принять кое-какие меры...
предосторожности. На случай, если твои подозрения окажутся оправданными.
- Все военачальники приглашены на сегодняшний пир, - заметил Ратаган. -
Нам, я так понимаю, нужны помощники, но кто будет командовать войском до
того, как мы к нему присоединимся?
- Данан, к примеру, - предложил Ривен.
- И Льюб, - добавил Байклин. - Он примет командование над новобранцами.
Мы разделим наших людей: кого-то оставим в Рориме, остальных же расставим
у внешней стены, чтобы, ежели что, нас заранее предупредили.
- Нужно поставить в известность Варбутта, - заметил Ратаган.
- Да, - откликнулся Байклин. - Как я понимаю, это моя задача. Придется
использовать все красноречие, но я должен его убедить. - Он поднял глаза к
безоблачному небу, погружающемуся во мрак. - Это - последняя ночь Брагада
в Рориме. Так что, если мы правильно разгадали его намерения, удара ждать
нужно сегодня. Что бы он ни замышлял, это случится сегодня ночью.
Беспокойная будет ночка. Попируем на славу.
- Я не пойду на этот прощальный пир, - сказал Ривен. Он вспомнил о том,
как Мадра наливала ему пиво на прошлом празднестве.
- Ну что ж, лишний воин нам не помешает, - задумчиво произнес Байклин,
потом обернулся и поглядел на Дворец. - Тогда я должен идти. Мне нужно еще
кое-что сделать... - Он ушел. От его прежней дружелюбной живости не
осталось и следа.
Ратаган проводил его взглядом.
- Это дело не для Байклина, - сказал он. - Скорее, для Мертаха. Байклин
же никогда не питал особенного пристрастия к политике и интригам.
- Пока не заблудился в горах, - заметил Ривен.
- Да. - Ратаган приумолк в нерешительности и после паузы спросил: - Ты
и в правду считаешь, что Брагад попытается захватить Рорим Раларта?
- Да.
Ратаган задумался.
- В этом случае не обойдется без большой крови. Гвардия против гвардии.
Может быть, даже... - тут он запнулся. - Нет, никто не заставит миркана
сражаться с мирканом. - Гигант нахмурился. - А в твоем мире такое бывает?
Там это обычное дело?
- Там, откуда я пришел, всегда где-нибудь да идет война. Поэтому я и
записался в солдаты. Мы всегда держим армию наготове.
Ратаган покачал головой.
- Похоже, мирканам у вас бы понравилось.
Ривен смотрел на Дворец с его развевающимися на ветру флагами.
- Нет. Вряд ли бы им там понравилось. Они, мне кажется, возненавидели
бы этот мир.
Гигант сжал его плечо.
- Мне все же надо бы показаться на пиру. А то это покажется
подозрительным, если я не возникну там, где течет пиво. - Он вдруг
прикусил губу. - Ривен?
- Что?
- Мадра... Она еще молода. Я понимаю, я и сам-то не без греха, но ты
все-таки попытайся найти в своем сердце местечко и для нее. Будь с ней
поласковей. Она очень хорошая.
Он отвернулся.
Джиннет не вернулась и к началу пира. Ривен расхаживал по крепостному
валу, глядя на Дол, озаренный светом молодого месяца. Звуки веселья
долетали сюда из Дворца, а Ривен думал о Мадре. Она сейчас там... наливает
вино Брагаду, сносит сальные шуточки подвыпивших мужиков.
Он глядел на холмы предгорья на западе и думал о том, что где-то там,
среди этих холмов, сейчас бродят еще две женщины, лица которых ему
знакомы. Он вновь принялся вышагивать взад-вперед, захваченный самыми
противоречивыми чувствами. Лучше бы он занялся чем-то полезным. Он еще раз
перебрал в уме все те приготовления, которые провели они с Байклином;
удостоверился, что в плане их нет никаких слабых мест и просчетов.
Позади раздались шаги - легкие, не похожие на тяжелую поступь воина.
Кто-то встал рядом с ним. Ривен различал чуть заметный запах свежей
лаванды. Она сняла с головы венок и принялась перебирать его в руках,
глядя на Дол, облокотившись рядом с ним о камень стены.
Ему стало тепло на душе. Он улыбнулся.
В окнах казармы, куда поместили людей Брагада, мелькал свет факелов.
Они, видно, тоже там не скучали. Неужели весь Рорим напьется сегодня
допьяна? Но уж мирканы точно останутся трезвыми.
Ветер растрепал ее волосы. В свете звезд они были блестящими и черными,
как вороново крыло.
- Чем ты занимаешься там, в своем мире? - спросила Мадра.
Неожиданный этот вопрос застал Ривена врасплох. Он понял вдруг: все,
что он делал, он делал в прошедшем времени. А теперь он бездельничал.
Вообще ничем не занимался.
- Одно время я был солдатом. Потом - сказителем.
- Ты любил кого-нибудь?
Он поморщился.
- Она умерла.
- Но ты все еще любишь ее.
- Да.
Она сжала его руку.
- Прости. Я раньше не знала.
- Тебе Ратаган рассказал?
- Да.
Ночь была ясной, но морозной, порывистый студеный ветер гулял по Долу.
Лицо ее в бледном свете казалось неподвластным времени. Ее била дрожь.
Ривен притянул ее к себе под плащ. Руки у нее озябли и она сунула их ему
под рубашку, чтобы согреть. Он чувствовал ее ладони - такие холодные - у
себя на спине, чувствовал прикосновение венка из лаванды.
- Сколько тебе лет?
Она подняла к нему лицо.
- Уже шестнадцать весен.
Шестнадцать, Боже милостивый.
- А тебе? - спросила Мадра.
- Сколько же, сколько этим холмам.
- Я не верю тебе. Ты еще младше Байклина. А у него даже нет седины в
волосах.
Он рассмеялся и прижал ее к себе, откликаясь всем телом на ее близость.
В голове словно колокольчик зазвенел, предупреждая.
Предполагается, я тут стою на страже и глаз не спускаю с этих казарм.
Но он не оттолкнул ее. Под плащом у них было тепло, ладони ее
согрелись. Она положила голову ему на грудь.
- Ты отправишься в путь, как только Брагад уедет отсюда, да?
- Еще одна новость с кухни?
- Весь Рорим только об этом и говорит.
Ривен мысленно выругался. Не многовато ли длинных языков? Интересно, а
Брагад знает...
Где-то рядом проухала сова, издалека на крик откликнулась другая.
Виднелась фигура одинокого часового - чуть подальше на крепостном валу.
Когда он повернулся, клинок его блеснул, отразив лунный свет.
- Разве ты не должна быть на пиру? - спросил Ривен.
- Брагад попросил Варбутта отослать всех из зала, чтобы остались только
военачальники и бароны - мол, выпить спокойно, потолковать. Слуг тоже всех
отпустили, когда гости наелись.
- Потолковать, значит, о важных делах, - рассеянно произнес Ривен.
Тревога вертелась в душе надоедливой мухой. Он пристально вгляделся в
казармы. Свет факелов по-прежнему мелькал в окнах. Оттуда доносились
слабые отзвуки застольной песни.
Непохоже, чтобы там что-то затевалось. Но, как бы там ни было, сейчас в
Круге - Данан с двадцатью стражами. Они приглядывают за казармами. Льюб с
новобранцами караулит ворота. Сам Рорим защищен не так уж и хорошо, но у
них достаточно людей, чтобы в случае чего нейтрализовать Брагада и
удержать ворота - хотя бы на какое-то время.
Так откуда же эта тревога в душе?
Он глянул вниз - скрестив руки на груди, там стоял Айса. Боевой его
посох был заткнут за пояс. Спокойный вид миркана придал Ривену
уверенности.
- А ты почему не пошел на пир? - спросила Мадра.
- Мне хотелось побыть одному.
- А-а! - Она отпрянула было, но он вновь притянул ее к себе. - Странный
ты человек, - проговорила она. - Напиваешься и горланишь песни со всей
честной компанией, однако тебе нравится быть одному. Прежде ты не носил
меча, но владеешь им так, словно родился с оружием в руках.
- Откуда ты знаешь?
- Айса мне рассказал.
- Айса, - Ривен сказал вполголоса, так что миркан внизу не услышал его.
Он уткнулся лицом в ее волосы. - Я смотрю, тебе все, кому только не лень,
про меня рассказывают.
Она не ответила, но ее руки вдруг обняли его с удивительной силой, и
она страстно поцеловала его. Прямо в губы. Ее бедра раздвинули его ноги, и
она всем телом прижалась к нему.
- Позволь мне остаться с тобой этой ночью.
Губы ее сурово сжаты, в глазах - любовь и бесстрашие.
- Хорошо, - волнуясь, хрипло сказал он. Плащ распахнулся, выпуская ее,
и они пошли вдоль по валу к узким шатким ступеням. Ночной воздух холодил
их разгоряченные лица. Ривен споткнулся обо что-то во тьме и, наверное,
упал бы, если бы Мадра не удержала его за руку. Чертыхнувшись, Ривен
посмотрел под ноги.
- Мой Бог, - прошептал он.
Мертвый страж лежал в темной луже крови. Ему перерезали горло.
Ривен выпрямился и поглядел на казармы. В окнах по-прежнему мелькали
огни. Слышалось пение.
- Айса! - пронзительно выкрикнул он. Буквально через мгновение миркан
стоял на лестнице перед ним, сжимая в руках свой посох. Тут он увидел
мертвого стража, и глаза его вспыхнули.
- Немедленно отправляйся в Зал приемов, скажи им там, что случилось.
Пусть выставят стражу у Дворца. В Рориме - враги, и, возможно, еще враги
на подходе!
Айса кивнул и исчез во тьме.
- Это Фелим. Он был всего на две весны старше меня, - проговорила Мадра
со слезами в голосе. Склонившись к убитому воину, она откинула волосы с
его окровавленного лица. Ривен поднял ее на ноги.
- Иди на кухню и предупреди там всех. На Рорим вот-вот нападут. Скажи
им, пусть вооружаются и идут сюда. - Он встряхнул ее. - Торопись, Мадра! -
Мгновение она смотрела на него, широко распахнув глаза, а потом убежала в
том же направлении, куда ушел Айса. Ривен привалился к стене и сделал
глубокий вдох.
Думай, Ривен. Что это может значить? Что они намереваются делать?
Пока он так стоял, казармы близ Круга, - те самые, где разместили людей
Брагада, - озарились вдруг пламенем. Ривен сумел различить под свесом
крыши две человеческие фигуры с горящими факелами. По всему Долу в ответ
запылали огни. Данан с отрядом своих стражей бросился к казармам -
послышался топот их ног, лезвия мечей заблестели в лунном свете.
Началось.
Люди Льюба разделились на три отряда - по числу ворот во внешней стене.
Но если силы противника многочисленны, им не потребуется много времени,
чтобы прорваться в Рорим. Они даже сражаться не будут - просто перелезут
через стену, и все. Внешнюю стену строили для того, чтоб защитить стада
Круга от диких зверей, а не для того, чтобы удерживать вражеские войска.
Не первый раз уже Ривен клял этих людей за доверчивость.
Стражи Данана окружили казармы, объятые пламенем. Ривен пошатнулся -
Айса едва не сбил его с ног.
- Они захватили Зал приемов, - тяжело дыша, сообщил он. - И всех наших,
кто в Зале. Должно быть, когда стемнело, стражники Брагада перебрались
через вал.
А двоих оставили в казармах, чтобы отвлечь внимание. Коварно.
Почудилось ему или действительно за внешней стеной раздались какие-то
крики?
- Беги к Данану. Скажи ему, пусть уводит своих людей в Рорим. И пошли
гонца на ворота к Льюбу. Пусть тоже идет сюда. Люди нужны нам здесь, на
валу. Все до единого. - Айса уже повернулся, чтобы уйти, но Ривен
остановил его. - А как там наши мирканы?
- Двое сторожат двери Зала. С ними еще два стража. Друим и Белиг
вооружают прислугу.
- Хорошо. Беги! - Айса перескочил через стену и исчез во рву. Через
мгновение он был уже наверху и со всех ног бежал к казармам, объятым
огнем.
Ривен остался один на крепостном валу. Он весь дрожал от нетерпения.
Кругом не было ни души. Что ж, планы Брагада теперь очевидны: удерживать
во Дворце вождей и баронов, пока его войско - воспользовавшись тем, что
военачальников Раларта держат заложниками, а защитники его пьяны - атакует
Рорим. Стражники Брагада тайком покинули свои казармы, оставив лишь
нескольких человек, чтобы отвести подозрения, и выполнили первую часть
плана. Джиннет и двое ралартских баронов-изменников, без сомнения, вблизи
Рорима. И Бог весть, сколько у них там людей.
Стражи из отряда Данана уже бежали к Рориму - а бежать было с полмили.
Два тела остались лежать у горящих казарм на земле, залитой лунным светом.
С внешней стены доносились звуки сражения, приглушенные расстоянием, но
вполне различимые.
Ривен потер рукоять меча побелевшим от холода большим пальцем.
Вспомнил, как Мадра прижималась к нему, закружилась голова. Он сердито
тряхнул ею. За спиной послышался топот ног. Он вынул меч, готовясь
встретить врага. Но то были Гвион и Кольбан, и с ними - еще человек
двадцать прислуги, вооруженной кольями, кухонными ножами и дубинами. С
Кольбана градом катился пот. Он никак не мог отдышаться.
- Невеселая встреча, барон, - прохрипел он, задыхаясь. Люди его уже
разбежались по валу. Кольбан привалился к стене и провел рукой по лицу. -
Я уже стар для такой беготни.
У Гвиона - единственного - был меч.
- Наши там помогают мирканам стеречь двери Зала, - сообщил управляющий,
- командует ими моя благоверная. Их там полно, солдат Брагада. Держат
наших военачальников. А двери заперли на засов. Всех остальных, кого сумел
отыскать, я привел сюда, - он закашлялся, приложив к груди кулак.
- Ты все сделал правильно, - сказал Ривен. Мадра встала подле него,
сжимая в руке нож. На мгновение глаза их встретились. Ривен отвел взгляд.
- Данан и наши воины будут здесь с минуты на минуту. Люди Брагада уже на
подходе. Мы не должны уступить им Рорим.
По рядам слуг пронесся испуганный ропот. В холодном, чистом воздухе
ночи явственно различались звуки сражения у ближайших ворот. Гвион
распределил своих ополченцев по крепостному валу. И все равно две трети
его оставались без всякой защиты.
Крики раздались у самых ворот, и уже через минуту к ним присоединился
Данан со своим отрядом.
- Славная ночка! - бросил командир стражей Ривену. С его клинка капала
кровь. Появился и Айса. Стражи Данана разошлись по крепостному валу,
занимая позиции для обороны. Данан оглядел Круг. - Льюб уводит своих людей
от Рорима. Когда враг начнет атаковать нас, они нападут на него с тыла.
Ривен кивнул. Значит, вот оно как. Четыре года в армии, и это - первое
настоящее сражение... с мечом в руке. Он почувствовал, как рука Мадры
осторожно обняла его за талию.
- Ты не боишься? - спросила она.
- За тебя боюсь, - он нахмурился. - Тебе нельзя оставаться здесь. На
валу будет самая ожесточенная битва.
- Я не единственная здесь женщина.
Ривен огляделся вокруг, и лицо его перекосилось.
- Я знаю, но... - Ему было неловко. На них смотрели. А в глазах ее он
увидел упорство. - Черт.
Она улыбнулась, и он поспешил отвернуться.
Внезапно звуки битвы на внешней стене затихли. Воцарилась какая-то
жуткая тишина, нарушаемая лишь возней на лестнице. Мадра опять задрожала
от холода. Она не сводила глаз с Круга, вглядываясь в темноту за пылающими
казармами. Крыша одной из них с грохотом обрушилась в огонь.
К воротам, минуя горящее здание, бежал человек. Ворота с лязгом
распахнулись, пропуская его, и тут же захлопнулись у него за спиной.
Шатаясь, он поднялся на вал. Он судорожно дышал. На лице его блестел пот.
Ополченец.
- Где Данан?
- Эй, Фимир, какие новости?
- Льюб потерял девять человек. Но ему удалось отвести свой отряд. -
Слова, казалось, застревали у него в горле. - Там Маллах и Лионан - наши
бароны! Они возглавляют атаку.
- Сколько? - коротко бросил Данан. Ополченец никак не мог отдышаться.
- Льюб попробовал сосчитать. По крайней мере, два десятка стражников и
с полдюжины мирканов. И еще около сотни солдат без доспехов, вроде наших
ополченцев. Среди них есть люди Свардала. И Дриоха!
Проклятье! Данан еле слышно выругался.
- Хорошо, Фимир, молодец. Отдышись пока. Ты нам скоро понадобишься. -
Тот кивнул и неверной походкой отошел в сторону.
- Мы будем драться, - продолжал Данан. Умолк на мгновение. Закусил
губу. - С людьми из наших же Долов. Мирканы против мирканов. Хотелось бы
только знать, как этот интриган Брагад сумел подбить их на такое.
- Много ли там ваших? - спросил Ривен Айсу.
- Не знаю. Если они будут драться против своих, то у них должны быть на
то весьма веские причины. - Сомнение затуманило его взор. Он был не на
шутку встревожен.
- Тогда возьмите на себя их стражников, а уж мы постараемся
позаботиться о своих земляках, - сухо проговорил Данан и сплюнул через
стену во тьму рва. - Надеюсь, от компании Льюба они хорошо получили. Иначе
нам тут придется туго.
Раздался топот многих ног, и все инстинктивно вытянули шеи,
перегнувшись через внешнее ограждение.
- Вон там, - указал Ривен. - Сейчас появятся в отблеске пожара.
Вскоре они уже различали ее - темную толпу ратников. На кольчугах и
клинках плясали блики пламени, Ими предводительствовали двое: один -
высокий и тонкий, другой - пониже и пошире. Приблизившись к крепостному
валу, они выстроились в боевом порядке. Стражи Раларта достали свои луки
из чехлов за спиной и зарядили их оперенными стрелами.
- Подождите. Пусть этот сброд подойдет поближе, - проскрежетал зубами
Данан. Нападающие остановились и как будто стали совещаться, а потом с
боевым кличем бросились вперед, осыпая крепостной вал градом стрел. Стрелы
со звоном ударились о стену. Кто-то из ополченцев вскрикнул и свалился с
вала вниз.
По команде Данана стражи Раларта разом выпустили свои стрелы. Они со
свистом прорезали темноту, и этот свист умерил рев атакующих. Многие
стрелы достигли цели. Не один неприятельский воин упал под ударом их, но
даже такой мощный отпор не остановил врага. Одним броском нападающие
прорвались к воротам. Послышались крики, треск дерева, звон металла. С
минуту они помедлили там, внизу, - шевелящаяся масса, словно скопление
черных жуков, чьи спинки поблескивают в лунном свете, - потом к стенам
приставили стволы молодых деревьев, ветви которых были обрублены на
расстоянии фута от ствола, и атакующие полезли вверх.
Защитники Рорима принялись отпихивать самодельные лестницы. Одна из них
все-таки опрокинулась прямо на головы нападавших. Но те, кто высунулся
из-за стены, тут же стали мишенью для вражеских лучников. Ривен видел, как
рухнул сраженный защитник города. Одна стрела вонзилась ему в лицо, вторая
- в шею. Один повар с кухни отшатнулся, зажимая руками лицо, - стрела
попала ему прямо в глаз.
Данан злобно выругался.
- Вот сукины дети. У них лучников вдвое больше, чем у нас. Так они
скоро сметут нас и пройдут По нашим трупам.
Над ограждением стали уже появляться головы врагов. Многие тут же и
погибали, получив удар копьем в грудь или мечом по голове. Но и защитники
Рорима тоже гибли. Ривен со всего маху рубанул по горлу ратника, который
уже перекидывал ногу через ограждение. Лицо воина исказилось, он захрипел
и упал вниз. Я убил человека, пронеслось в голове у Ривена, но теперь это
уже не имело значения.
Закованные в латы стражи Брагада, препоясанные алыми кушаками, упорно
карабкались на крепостную стену под ударами оборонявшихся, что сыпались на
них, как удары кузнечного молота о наковальню. Враги, теряя равновесие,
валились с ног, но прочная сталь уберегала их от гибели, и они снова
вставали, лезли вверх и постепенно теснили не защищенных броней
ополченцев. Поток тел, словно вода, рвущаяся в брешь плотины, напором
своим расширяя ее, эту брешь, захлестнул крепостную стену. И вот уже над
стеной поднялся сам Маллах, вращая свой боевой молот над головой. В
обрамлении черных усищ свирепо скалился рот.
По всему валу пошла рукопашная схватка, клинки, злорадно сверкая,
пировали под лунным светом.
Ривен оглянулся, ища Мадру, - она все время была рядом, а теперь вдруг
куда-то запропастилась. Но ополченец, сражавшийся перед ним, упал,
сраженный, и Ривен оказался лицом к лицу с вражеским стражником.
Мечи со звоном скрестились. Ривен сразу понял, что он слабее, и стал
отступать, спотыкаясь о тела убитых и раненых. Он отражал удар за ударом,
но уже было ясно: его недавно сросшимся костям такого напора долго не
выдержать. Вражеский стражник оскалился, прочтя во взгляде Ривена
готовность признать поражение. Он поднял меч, чтоб нанести смертоносный
удар, и вдруг упал вниз лицом с ножом в спине. За ним стояла Мадра. Глаза
ее были безумны, руки в крови.
- Ты как, цел?
Ривен кивнул, хватая ртом воздух. Шатаясь, к ним подошел Айса. Кровь
сочилась из раны у него на виске. Но с его посоха стекала кровь врага.
- Я там застрял, - выдавил он, задыхаясь. Лицо его пылало.
- Да все нормально. Спасибо Мадре - она меня выручила. - Они стояли
втроем на островке кратковременного затишья посреди кровавой сечи, что
кипела, точно яростный прибой под морским утесом. Воины, препоясанные
алыми кушаками, вклинивались в ряды защитников, постепенно разделяя и
окружая их. Данан махал мечом, как ветряная мельница. Маллах крушил все
кругом своим могучим боевым молотом. Свирепое его лицо исказилось в пылу
битвы. Теперь появился и Лионан - он уселся на зубец крепостной стены,
точно кот, и внимательно наблюдал за тем, что творится вокруг. В руке -
тонкая шпага. Блестящее серебро. На поясе - алый кушак. Интересно, где
Джиннет, подумал Ривен, и где их мирканы? На крепостном валу их не было.
Схватка опять, кипя, приближалась к ним. Ривен выругался и отодвинул
Мадру себе за спину. Рыцарский кодекс и все такое. Его мутило, когда он
видел кровь у нее на руках.
Сражение продолжалось. Теперь - не только на крепостном валу, но и у
построек внизу. Где-то вспыхнуло пламя, за ним - другое; все окрасилось
желтым и мутно-оранжевым. Рорим Раларта горел.
По всему Долу теперь зажигались огни. Люди, жившие поблизости, бежали
узнать, что за шум. Ночь превратилась в игру светотени: свет и тьма,
мерцание луны и пламени, сталь и дрожащие тени. Рорим Раларта наполнился
визгом и криками, лязгом металла, хрустом костей и глухими ударами тел о
землю. Сражение перехлестнуло крепостной вал и потекло в Горим. Все
смешалось. Ожесточенные схватки вспыхивали на стенах, на улицах, у ворот
домов. Люди скользили и падали на камнях мостовой, залитой кровью, и
спотыкались о груды тел. Пламя пожара ширилось и вздымалось в небо,
растворяя в себе лунный свет и обдавая обжигающим жаром разгоряченные
лица.
Но где же Льюб со своим отрядом? - Ривен вытер пот со лба и огляделся.
Тут он услышал отчаянные крики Мадры и, обернувшись, увидел вражеских
мирканов, поднимавшихся на крепостную стену. Посохи поднимались и
опускались, словно цепы. Под их ударами защитники Рорима падали, точно
срезанная кукуруза.
Айса оттолкнул Ривена в сторону и встал, держа наготове свой посох.
- Беги, - крикнул он. - Стену уже не отбить. Я задержу их!
- Но не ценой же своей жизни! - Ривен сплюнул и встал рядом с мирканом,
плечо к плечу.
Гвион упал с раскроенным черепом. Под таким мощным натиском стражам
Раларта пришлось отступить вниз, на улицы. Теперь Айса с Ривеном оказались
лицом к лицу с мирканами Маллаха.
- Неужели вы будете драться? Со своими? Вы так низко пали? - крикнул им
Айса. Глаза его загорелись бешеным пламенем. Двое ближних мирканов на
мгновение приостановились. Один из них указал окровавленным посохом на
Ривена.
- Вы тут у себе укрываете повелителя Горнего народа, виновника гибели
нашей земли. Он и народ его, там, в горах... из-за них гибнут Долы. Отдай
его нам, и сражение прекратится. Мы с тобой одной крови. Ты давал клятву
защищать Мингниш. Он же втерся к вам в доверие и хочет его уничтожить. Вас
обманули колдуны и эти мерзкие оборотни.
- Это все ложь, - выкрикнул Айса. - Грязная ложь Брагада!
Но мирканы уже набросились на них. Ривен не успел ничего даже
сообразить, как вдруг посох миркана просвистел у него над головой, и свет
померк в глазах.
Ну, вот опять. Сколько же можно?
Он упал, смутно осознавая, что Айса стоит над ним, раскачиваясь, словно
деревцо под шквалом ветра, под градом ударов своих сородичей. А потом
кто-то склонился над ним. Кто-то другой, не Айса. Ее волосы разметались,
когда она наклонилась, чтобы поднять его меч. Он попытался остановить ее,
но не смог. Словно в черном тумане, он увидел, как меч взметнулся,
поднявшись на его защиту, и застонал.
Тут раздался какой-то шум и кто-то закричал:
- Льюб! Это Льюб!
Ривен мог бы поклясться, что слышал рев Ратагана, перекрывающий грохот
битвы. Голова кружилась. Он чувствовал запах гари. Видел звезды,
подернутые поволокой дыма. Крики не умолкали. Ривен поморщился.
Умереть в своей собственной книге. Как актер на сцене. Вот уж
действительно повезло.
Перед затуманенным взором Ривена проносились картины битвы. Лионана
загнали в угол, из которого он яростно отмахивался, словно дикий кот с
горящими глазами. Маллах упал с искаженным от ненависти лицом - она так и
застыла посмертной маской. Вот над Ривеном склонилась сестра Коухен. Ее
голова дернулась под ударом. Брызнула кровь. Но это не сестра Коухен. Это
- Мадра.
Он опять застонал. Больше нет сил это видеть. Темнота окружила его,
обрушившись черным облаком. Шум прекратился. Видения исчезли. Боль стихла.



12



Он сумел различить лишь расплывающееся бледное пятно лица, обрамленного
темными волосами.
- Дженни?
Он произнес ее имя вслух, хотя то был чей-то чужой, едва различимый
голос, который ломался, вырываясь из его горла. Пронзительный белый свет
боли у него в голове стал угасать - что-то холодное приложили ему ко лбу.
Чьи-то пальцы коснулись его лица. А потом не осталось уже ничего, только
тьма, что ждала его у подножия горы.
Безмолвие жаркого дня разгладило воду. С тихим шорохом легкие волны в
заливе накатывались на берег одна за другой. Солнце зажгло морскую гладь у
горизонта ослепительным светом. Там, где в залив впадал ручей, вилась
мошкара. Вдоль скал поднималась туманная дымка.
Они сидели на гранитной плите, которая упала в воду тысячи лет тому
назад. Волны с тихим плеском разбивались о камень. Остатки их трапезы
разбросаны на берегу - к ним подбираются чайки, а несколько листков бумаги
легкий бриз утащил в море. Он положил голову ей на колени и, закрыв глаза,
прислушался к шороху моря и вскрикам чаек. Она толкнула его, когда
лоснящаяся голова тюленя появилась на поверхности моря поблизости. Два
блестящих коричневых глаза с любопытством смотрели на них, голова
поднималась и опускалась вместе с волнами. Они застыли, улыбаясь морскому
зверю, и оставались так, не шелохнувшись, покуда тюлень не исчез внезапно,
оставив после себя круги ряби на гладкой поверхности воды, которые тут же
слизала набежавшая волна.
Он посмотрел вверх, в лицо, обрамленное темными волосами, склонившееся
над ним.
- Где это я? - спросил он, оглядываясь по сторонам. - Что случилось?
Она улыбнулась в ответ.
- Недалеко от Гленбриттла. Упал с горы. - И поцеловала его в лоб. -
Майкл, - тихо произнесла она и вся вдруг напряглась.
- М-м?
Она указала рукой на листы бумаги, прижатые к скале тяжелым камнем.
- Не надо меня туда.
Он моргнул.
- Почему нет?
- Не знаю. Там так хорошо. Все - сияющее, чистое и не тронутое гарью.
- Там и у них, между прочим, идет война, - сухо заметил он.
- Может быть... но они там оправданы, войны, и необходимы, и в них
меньше мерзкого, чем в этом мире.
Он зашевелился.
- Но ты уже там. Я не могу теперь просто взять и убрать тебя оттуда.
Она сделала вид, что замахнулась на него.
- Опять? Я так и знала. И ты-меня даже не спросил.
- Право художника. И потом, должна же в романе быть героиня.
Она отрицательно покачала головой, чуть улыбнувшись. Потом вперила свой
взор вдаль, на море. Он чувствовал тепло ее бедер под своей головой, ее
пальцы - у себя в волосах.
- Смотри у меня, чтобы третья книга была самой лучшей, - сказала она,
помолчав.
- Она станет шедевром. И мы будем жить в роскоши и славе до конца дней
своих.
- Вот она - роскошь. Здесь. Сейчас. Мы на Скае. Лето. Чего же тебе еще
надо? А слава только мешает.
- Знаешь, Маккиннон, ты действительно странная.
Она сморщила нос.
- Как ты смотришь на то, чтобы сегодня куда-нибудь слазить?
- Куда?
Она обернулась и посмотрела назад, - туда, где Черные Квиллины гряда за
грядой поднимались зубчатой дугой камня к безупречно синему небу.
- На Сгарр Диг. Давай поднимемся на Алую гору и глянем на мир с
вершины.
Он помолчал немного, ощущая всем телом тепло летнего дня.
- Ну что ж, давай, - сказал он, наконец.


Рука поддерживала его за плечи. Кто-то наклонился над ним. Он хотел
повернуться, но ноги запутались в одеялах. В раздражении он заставил себя
открыть глаза...
Он увидел незнакомую комнату, белые холмы за окном и меч в ножнах,
прислоненный к стене.
Он лежал неподвижно, - не шевелясь вообще, - вспоминая, прислушиваясь к
тихому дыханию Мадры. Потом протянул руку и нежно коснулся ее лица, провел
кончиком пальца по изгибу шеи, потрогал мягкие волосы. У него
непроизвольно потекли слезы, скатились по вискам и намочили подушку.
Прости меня.
Девушка рядом с ним шевельнулась и пробудилась. Ее рука осторожно
прикоснулась к компрессу у него на голове. Увидев, что Ривен очнулся, она
не сдержала рыдания и уткнулась лицом ему в плечо. Он погладил ее по
волосам.
- Не надо плакать. Я еще как будто не умер.
Она засмеялась.
- Долго же ты не мог определиться.
Он протянул руку к ее лицу - к ссадине рядом с глазом. Вокруг расплылся
черный с желтым синяк.
- Как все закончилось?
- Пришел Льюб. Вожди наши с боем пробились из Зала приемов, где их
держали пленниками, и присоединились к нам. Мы победили.
Это все, что Ривен хотел слышать сейчас. Больше пока ничего не нужно.
Он приложил палец к ее губам. И, взглянув за окно, снова увидел холмы.
- Мадра...
- Ты три дня пролежал в беспамятстве. Почти все это время шел снег.
Речка Рорима совсем замерзла.
Он заметил ледяной узор в уголке оконного стекла. Суровое
бледно-голубое небо, зимнее небо. Осень миновала.
- Байклин с Ратаганом хотели видеть тебя сразу, как только ты придешь в
себя. Лиса за дверью.
- Как они, живы и здоровы? - Она кивнула. - Что вообще произошло?
"Недалеко от Гленбриттла. Упал с горы".
- Пусть тебе Байклин расскажет.
- Но ты же была там. С моим мечом. Я помню.
- Мирканы сбили меня с ног. Мне показалось, что они не хотели меня
убивать. Но Айса остался один против них. Он все время кричал, что их
обманули, но все равно они не переставали биться с ними. И, в конце
концов, они все же его услышали. К тому времени и все остальные воины
Брагада сдались, потому что их окружили, а барона взяли в плен. Люди из
Круга пришли к нам на помощь. Несколько сотен человек. Они окружили Рорим.
Врагу не удалось уйти.
Тут раздался стук в дверь, и вошли Байклин, Ратаган и Гвилламон. Позади
них - Айса. Глядя на лицо Байклина, можно было подумать, что его долго
терли о мельничный жернов. Зато Ратаган весь сиял.
- Ты выглядишь хуже, чем я себя чувствую, - сказал Ривен Смуглолицему.
Тот улыбнулся.
- Цена победы. Будь у меня еще одна пара рук и глаз на затылке... Но я
все же выжил.
- А я начинаю уже привыкать вытаскивать тебя с поля боя, - добавил
Ратаган. - У тебя дурная привычка, Майкл Ривен. Всегда ты оказываешься в
самом горячем месте. Хорошо еще, что у тебя этакая крепкая черепушка.
- Дурная привычка там или нет, - заговорил Байклин, - но прими нашу
искреннюю благодарность. Ты сделал немало для нашей победы. Брагад
захватил нас врасплох. Мы как будто не договаривались, что нас запрут в
нашем же зале.
- Как это случилось? - спросил Ривен.
Байклин пожал плечами.
- Так просто, что мне до сих пор еще стыдно. Ночью, пока мы там
пили-гуляли, десять его стражников перелезли через стены и прежде чем мы
успели понять, что вообще происходит, уже держали свои мечи у наших
глоток. Если б ни Юниш с Белигом, мы бы так и остались там лежать. Они
вломились в верхние окна и - в полном смысле слова - свалились нам прямо
на голову. Уж нам пришлось попотеть, доложу я тебе. Но в конце концов мы
одолели захвативших нас стражей и их баронов и выбрались наружу. Сражение
уже было в самом разгаре. Весь северо-восток Рорима объят пламенем. Льюб
как раз атаковал врага с тыла. Мы присоединились к нему. Солдатам Брагада,
должно быть, показалось, что мы возникли прямо из воздуха. Многие были
убиты. Среди них - Маско, Лионан и Маллах. Но их не станут оплакивать.
Мертах сейчас в Рингилле, размещает гарнизон из наших людей.
- А Брагад и Джиннет? - спросил Ривен, заранее боясь ответа Байклина.
- Брагад мертв. Убит собственными мирканами, - мрачно проговорил
смуглолицый. - Они не любят, когда их обманывают, эти воины. Они
присягнули на верность Варбутту. И у меня, знаешь, такое чувство, что и
люди Карнаха вскоре последуют их примеру. Магейри мертв, его убил Даман -
его же собственный племянник. Сейчас он наш пленник.
- Так что, похоже, Роримы все же объединились под началом единственного
правителя, - задумчиво произнес Ривен.
Смуглолицый кивнул.
- А о Джиннет - никаких известий. Ходят слухи, что она бежала из Долов.
Может быть, в города на севере. Снег, конечно, задержит ее, но мы ее и не
преследуем. Смертей и так было достаточно. Достаточно противоборства.
- А ваши бароны... - тихо промолвил Ривен. - Люди так до сих пор и
считают, что я волшебник?
Ратаган улыбнулся.
- И великий воин, который один вышел против шестерки мирканов и
доблестно бился, пока его не сразили.
- Слишком много, смотрю я, разговоров, - заметил Ривен.
- Вот уж действительно, если бы люди меньше болтали, тогда, может быть,
слухи, что так кстати пришлись Брагаду, никогда бы и не возникли. Жители
Роримов теперь все-таки пообразумились. Те, которые уцелели.
- Много мы потеряли людей? - спросил Ривен.
Байклин отвернулся.
- Много. Слишком. - Он горько усмехнулся. - Мы назначили Игельду новым
управляющим. Она говорит, что для нее это не ново - Гвион постоянно бегал
к ней за помощью.
Воцарилось молчание. Рука Мадры на мгновение задержалась на лбу Ривена.
- Снег идет, - сказал он.
- Навалило уже с полфута, - рассеянно проговорил Гвилламон. Голубые
глаза его были как лед. - А ведь лето по календарю едва ли перевалило за
середину. Многие наши ушли в предгорья - гонят сюда стада. И с ними -
стражи... те, кто остались. К западу от Раларта видели Исполинов. Говорят,
их там немало.
Вот, значит, как оно завертелось. Ривен чувствовал себя чертовски
слабым, но одновременно в нем пробудилась былая тяга к деятельности. Он
знал: время уходит. Гресхорн звал его. Звал Сгарр Диг. Он только хотел
понять, почему? Может быть, гномы скажут ему.
- А я сильно ранен?
Гвилламон склонился над ним и оттянул ему нижнее веко.
- Череп цел. Тебе нужно просто отлежаться. Еще несколько дней. Но уже
скоро ты будешь в порядке. Как справедливо заметил Ратаган, у тебя крепкая
черепушка, Майкл Ривен.
Ривен лег и уставился в потолок.
- Нам нужно ехать как можно скорее. Мингниш пытается задержать меня
здесь, в Рориме. Я не знаю, что мы отыщем в горах, но одно знаю твердо:
ответы - там. - На губах его промелькнула слабая улыбка. - В книге поиск
приводит туда. К гномам. На Алую гору.
- Нам нужно время. Привести в порядок Рорим, - сказал ему Байклин. - И
еще мы должны позаботиться о Роримах Карнаха и Гаррафада. Они остались без
вождей и из-за снега теперь практически отрезаны от остальных Долов. По
долинам опять шастают Исполины, а с их ослабленными едва ли не наполовину
гарнизонами эти Роримы легко уязвимы.
Ривен вздохнул.
- Я понимаю. Но если вы все же хотите добраться до источника всех бед,
то нам нужно ехать как-можно быстрее.
Байклин, казалось, хотел что-то сказать, но Гвилламон остановил его,
положив руку ему на плечо.
- Оставь это мне. Я сумею восстановить Рорим. Юдайн и Данан мне
помогут. Да и Мертах говорил, что, как только Рингилл укрепят, он поведет
отряд через снега в Карпах.
- Нелегкая будет поездка, - заметил Ратаган.
- Ты вызывался не раз в путешествия и похлеще, - вставил Байклин. - Или
ты думаешь, мы отрастим себе крылья и перепорхнем через Гресхорн?
Ратаган со смехом поклонился.
- Я сражен. Но ты прав, конечно. Еще перед битвой я переговорил с
Таганом. Он знает Гресхорн. И знает пару хороших историй об этих горах...
Гвилламон поднялся.
- Истории могут и подождать. Сказителю надо бы отдохнуть от твоего
громогласного баса, Ратаган, и от наших рассуждении. Оставим его попечению
сиделки. - Тут он приветливо улыбнулся Мадре.
Они ушли. У двери остался один Айса. Ривен поймал его взгляд.
- Спасибо, Айса.
- Я просто исполнил свой долг, - отозвался миркан, - и напомнил моим
сородичам об их долге. Мне препоручена твоя жизнь. Тебе - наш мир. Храни
его так, как должно, как я храню твою жизнь. Большего мне не нужно. - Он
вышел, чтобы занять свой привычный пост у двери.
Ривен лежал, стараясь не шевелиться. Голова разболелась. Рядом - теплое
дыхание Мадры. Ривен слушал, как свищет ветер в стропилах, и смотрел на
кружащийся за окном снег. Мадра пошла развести огонь. Ривен смотрел, как
она заправляет за ухо непослушную прядь волос, встает на колени перед
очагом, и образ ее вызывал перед мысленным взором его иные образы,
хранящиеся в глубинах памяти. Темноволосая девушка-жена. Блики огня у нее
на лице. Запах торфа, горящего в очаге зимней ночью. Грохот волн в скалах.
Рев разыгравшейся бури.
Зима. Зима вернулась на Скай. И теперь вот явилась сюда - в Мингниш.
Завеса, что отделяла их друг от друга, почти целиком истлела. Память и
воображение не разделить - так они перемешались. Если он проваляется здесь
еще несколько дней, эти люди погибнут. Он чувствовал это.
- Ратаган и я поедем с тобой, - сказал Байклин, - Айса тоже тебя не
оставит. И, как мы уже говорили, возьмем с собой Тагана. Он лучше всех
знает леса в этом Доле. Льюб тоже

Сторінки

Подякувати Помилка?

Дочати пiзнiше / подiлитися