Майкл Стакпол. Рожденный для войны
страница №3
...едника, которого не было.Томас запротестовал, в то же время понимая, что в ее словах есть доля
правды. Конечно же, он выбирал, руководствуясь страстью, и оказался
счастлив в своем выборе, но нельзя было отрицать и того факта, что он
женился, чтобы дать Лиге Свободных Миров законного наследника на посту
главнокомандующего. К тому времени, когда Изиде исполнилось десять лет,
стало совершенно ясно, что она слишком взбалмошна и чересчур занята
собой, чтобы стать лидером нации. И тень незаконного рождения,
окружающая ее, также работала против девочки. Наследник, который мог бы
заменить Томаса на троне, стал жизненно необходим, и Софина родила ему
сына.
Жена подняла на него глаза.
- Жаль, что я не смогла сделать лучше.
- Тихо, женщина, не говори ерунды. - Томас изобразил мужественную
улыбку. - Наш сын справляется с выпавшими на его долю бедами с
мужеством, достойным взрослого человека. У него сердце льва. Доктора
говорят, что он знает о своей болезни больше, чем они, и что он не
жалуется, даже когда ему больно.
- Но ему ведь никогда не править, Томас. И ты знаешь это. - Софина
медленно покачала головой. - Сейчас, перед вратами смерти, я совершенно
не ощущаю, будто меня разделяют с сыном долгие световые годы. Запомни
мои слова, Томас, скоро мы с Джошуа встретимся, я и он. Тебе больно
слышать это, я понимаю. Но ты должен знать правду.
- Наш сын здоров.
- Но не так здоров, как ты, любовь моя. - Кашель прервал ее слова. -
Тебе понадобится другая жена.
- Я не смогу.
- Ради нации.
- Нет.
- Ради меня.
- Что? - Томас склонился и поцеловал ее в лоб. - Как ты можешь так
говорить?
- Я твоя жена, но еще и твоя подданная. Твоя судьба - подчинять свои
желания интересам нации. С этим и я смирилась к концу жизни. - Темный
кончик языка облизал синюшные губы. - И я не хочу, чтобы моя смерть
повредила моей нации.
- Твоя смерть поражает лидера нации в самое сердце.
- Лучше сердце, чем ум, который гораздо важнее. - Глаза Софины
наполнились слезами. Она повернула голову и посмотрела на Томаса. - Ты
должен выбрать новую жену... ради нации.
- Мне не нужна жена ради нации.
- Нации нужна супруга царствующей особы. - Она пальчиками стала
оглаживать его левое ухо, как делала это всегда после интимной близости.
- У герцогини Сент-Ива есть дочери. И у Координатора Синдиката
Драконов...
Томас старался не воспринимать эти слова, хотя уже привык
хладнокровно оценивать все события, касающиеся благосостояния нации. В
порядке наследования за братом Каем стояли Кассандра и Куан-Ин Аллард
Ляо. Хоть эти сестры и были двойняшками, Томас знал, что они совершенно
не похожи по характеру друг на друга. Кассандра, подобно матери, стала
водителем боевого робота и, обладая живым характером, всегда была готова
к путешествиям. Вокруг же Куан-Ин всегда мерцал ореол тихой духовности,
что отметил Томас, когда лидеры Внутренней Сферы собрались на Аутриче,
чтобы обсудить планы отражения угрозы кланов. Женитьба на одной из них
могла бы создать прочную связь между Лигой Свободных Миров и
Объединением Святого Ива, оставляя Конфедерацию Капеллана Сун-Цу зажатой
между ними и потому более подверженной контролю.
Оми Курита, дочь Теодора Куриты, никогда не унаследует трон Синдиката
Драконов, но ее влияние на брата Хосиро не оставляло сомнений, что в
будущем она существенным образом могла бы определять теневую политику.
Брак с ней возродил бы былой альянс между Лигой Свободных Миров и
Синдикатом Драконов, обеспечивая мощь, необходимую для отражения любой
агрессии со стороны Федеративного Содружества.
- И потом, - тихо прошептала Софина, - есть еще Катрин Штайнер.
Томас вздрогнул, услыхав это имя. Катрин, которую ранее он считал
столь же легкомысленной, как и свою дочь Изиду, позднее
продемонстрировала свои способности, управившись с кризисом на Скаи.
Именно ее усилия предотвратили чуть не начавшуюся там гражданскую войну.
Виктор Дэвион явно доверял ей, вручая под начало сестры л иранскую
половину нации. А кому же, как не брату, знать способности герцогини
Катрин?
Женитьба на ней означала безопасность двух третей границ государства
и возможность разрыва необязательного союза с Сун-Цу Ляо и Конфедерацией
Капеллана. Приданое Катрин будет состоять, скорее всего, из всех тех
планет, что отошли к Федеративному Содружеству в результате четвертой
войны за Наследие. Торговые возможности, особенно обмен интеллектуальной
собственностью и результатами научных исследований с Федеративным
Содружеством будут означать возрождение Лиги Свободных Миров и усиление
ее позиций среди других народов Внутренней Сферы.
Томас вновь погладил жену по волосам.
- Во Внутренней Сфере очень много женщин. Но сейчас я хочу думать об
одной.
- Но есть и другие, о которых ты обязан думать, поскольку они зависят
от тебя.
- Всем им я сейчас говорю: "Нет". Пока. Сейчас я скорблю.
- Но ты все же подумаешь?
- Я не хочу тебе возражать, Софина.
- Тогда обними меня, Томас.
Он прижал ее к себе, а женщина нажала на плунжер, который держала в
правой руке. С легким жужжанием выключатели открыли краны, изменяя
смесь, вливающуюся в руку. Сначала в ее кровь устремилось успокаивающее
вещество из желтого мешочка, погружая ее постепенно в дрему. Через пять
минут повернулся второй кран, и в вену устремилась изумрудная жидкость.
Этот нейротоксин медленно остановил ее измученные работой легкие и
сердце.
Томас держал в своих объятиях обмякшее тело жены до тех пор, пока не
ощутил, что дух покинул его. Слезы текли из его глаз на лицо Софины, и
всхлипывания сотрясали тело Томаса, как недавно кашель сотрясал ее
грудь. Наконец он выпустил ее из объятий и опустил на подушку. Распрямив
руки жены, он снял с лица умершей кислородную маску и вытащил иглу из
вены. Затем, отступив назад, позволил дымчатым занавесям сомкнуться
между ними.
Вытирая слезы, Томас Марик в последний раз обратился к жене:
- Я не забуду твоих мудрых слов, но не последую им. Наш сын еще жив,
и ты жива в нем. И пусть он послужит нации мудростью, полученной от
тебя.
Даош, Цюрих, Пограничная область Сарна
Федеративное Содружество
Стук в дверь удивил Ноубла Тэйера. В гости он никого не ждал, а
домовладелец Кен Фокс на уикенд удалился в свой коттедж на берегу озера
в тропическом лесу. Слегка приоткрыв дверь, Ноубл вгляделся в щелку и
увидел хорошенькую молодую женщину в мешковатой рабочей рубашке, старых
джинсах и старых парусиновых тапочках.
- Могу вам чем-то помочь, мисс?
- Надеюсь, да. Я Кэти Ханни. Я работала с доктором Лир, и она
попросила забрать кое-какие вещи из подвала.
- А я Ноубл Тэйер. Мистер Фокс что-то такое упоминал об этом.
- Дейра все ему разъяснила посланием через Ком-Стар. Я думаю, у вас
есть ключ от замка.
- Есть. Прошу вас, войдите, пока я его найду, - сказал Ноубл, отходя
в сторону и пропуская женщину внутрь. - Я так понял, что ваша
приятельница уехала чуть ли не внезапно?
- Можно сказать так. Около года назад Тормано Ляо выманил ее на
Солярис, где она и Кай Аллард Ляо решили пожениться.
Ноубл улыбнулся, натягивая серый свитер с логограммой Академии
военной подготовки Стивенсона.
- Прямо-таки история о Золушке, не находите?
- Самое странное, что она ни с кем из нас не говорила о нем, но
оказалось, что он отец ее ребенка.
- Дэвида?
Кэти кивнула, но тут же ее голубые глаза подозрительно сощурились.
- А вы откуда знаете?
Ноубл открыл ящик стола, вытащил оттуда большого пластикового
тираннозавра и бросил его Кэти.
- Когда я сюда переезжал, то обнаружил в маленькой спальне отходящую
половую доску. Я подумал, что, может быть, наткнулся на спрятанный
кем-то клад, но нашел лишь это.
Кэти рассмеялась.
- Уверена, что для Дэвида это и было кладом.
- Как для любого нормального мальчика.
- Да, он обычный мальчик, если не считать того, что сейчас Дэвид
становится наследником трона Объединения Святого Ива.
- Или, - улыбнулся Ноубл, - защитником Соляриса. А вот и ключи.
Пойдемте.
Кэти озадаченно посмотрела на него.
- Зачем?
- Я помогу вам.
- Весьма любезно с вашей стороны. Но я не хотела бы вас обременять.
Ноубл предложил ей пройти в дверь и сказал извиняющимся тоном:
- Я не против. Физические упражнения мне не помешают. И к тому же я
на Цюрихе уже чуть ли не месяц, а встречался лишь с мистером Фоксом, его
дочерью и ее полусумасшедшим мужем. Может быть, с вами мне удастся
поболтать о чем-нибудь еще, кроме старых войн, новых голофильмов и
быстродействия новых компьютеров.
- Что ж, я не против небольшого сеанса трудотерапии, но физическими
упражнениями вам вряд ли удастся заняться.
Кэти сошла с крыльца, обошла дом и спустилась по лесенке к подвалу.
Дверь, ведущая к подземному гаражу, стояла открытой, впуская солнечные
лучи в подвал. Кэти махнула рукой троице, стоящей возле джипа с
прицепленным к нему трейлером, затем представила всех друг другу.
- Ноубл Тэйер, это доктор Ричард Брэдфорд и его жена Кэрол. Он
директор Рейнсайдского медицинского центра, а Кэрол заботится о наших
детях и осуществляет связи общины с внешним миром.
Низенький темноволосый человечек крепко пожал руку Ноублу.
- Зовите меня Рик.
Его жена, повыше ростом, также крепко пожала руку Ноублу.
- Рада познакомиться с вами, мистер Тэйер.
- Прошу вас, зовите меня Ноубл.
Кэти указала на румянощекую женщину, завершавшую состав троицы.
- А это Энн Томпсон. Она, Дейра и я начали работать в Рейнсайде в
одно и то же время.
- Очень рад. - Ноубл пожал протянутую руку.
- Ноубл предложил нам свою помощь, - сказала Кэти, слегка
дотрагиваясь до его плеча.
- Чем больше рук, тем быстрее работа.
- Спасибо вам за помощь, - сердечно сказал Ричард. - Мы загрузим
трейлер и отправим груз на Сент-Ив. А потом уже придумаем что-нибудь
насчет обеда. Составите нам компанию?
- Ну конечно, составит, - вмешалась Кэти.
- Посмотрим, так ли уж я вам понравлюсь, когда мы закончим работу.
Вдруг я не потяну?
Кэрол похлопала по спине собственного мужа.
- Как человек, который массажирует спину вот этой личности,
утверждавшей, что готов взять на себя самую тяжелую работу, я могу вас
только приветствовать, и здесь, и на обеде.
- Благодарю. - Ноубл извлек ключи. - Ну, пошли. Чем скорее начнем,
тем быстрее закончим.
Кэти улыбнулась ему.
- Заодно и получше узнаем вас до обеда.
- Что ж, еще один стимул побыстрее начать. - Ноубл подвел их к двери
в подвал. - Мне придется отправить доктору Лир благодарственное
послание. Мне не довелось с ней познакомиться, но я рад, что она сыграла
важную роль в моем знакомстве с новыми людьми на новом месте.
VIII
Солдаты в мирное время
подобны печным трубам летом.
Лорд Варгли
"Советы сыну"
Тамар. Зона, оккупированная Кланом Волка
21 июня 3057 г.
Фелан откинулся назад и потер лицо ладонями. Глаза горели, словно в
глазницы сунули по раскаленному углю, а изнутри в голове словно стучал
молот, прорываясь наружу.
- Все эти обвинения беспочвенны, но вердикт составлен в таких
выражениях, что так и пахнет изменой.
Хоть он и говорил это, обращаясь к самому себе, Ранна так и обмякла в
дверях спальни. Но затем зевнула, поправила ночную рубашку,
соскользнувшую с плеча, и сонно ему улыбнулась.
- Фелан, ты лучше разберешься с этим завтра, когда отдохнешь.
- Наверное, ты права, но мне все-таки хочется знать, что они
собираются выдвинуть против Ульрика. И я еще не настолько устал.
Покачав головой, она захлопотала над ним.
- У тебя сил осталось только на то, чтобы исполнить супружеские
обязанности.
- Чувствуется влияние твоей бабушки, Ранна.
- Может быть, и так, но ведь мы всего лишь десять дней назад
вернулись с учений, где Наташа нас просто загоняла. При этом я-то
командовала всего лишь кластером, а ты - целой галактикой. Ты вообще
должен падать с ног.
- И упал бы, если бы позволил твоей бабушке захватить город. Впрочем,
сдача ей промышленной зоны - тоже радость небольшая. - Фелан встал из-за
стола и перешел в гостиную. - Уж лучше настоящее сражение, чем та свара,
что затеяна в Совете Клана.
- Я думаю, что люди, стоящие за обвинениями, тоже предпочитают
настоящее сражение существующему смешному положению вещей.
Фелан вскинул голову.
- Откуда ты так осведомлена о расследовании и вердикте?
- Влад попросил меня помочь ему с расследованием.
- Что? - Фелан раскрыл рот. - Значит, таким образом он добирается до
меня?
Ранна покачала головой, затем запустила пальцы в короткие светлые
волосы.
- Нет. Может быть, Влад и ненавидит тебя, а ты его, но он попросил
лишь потому, что мы вместе выросли в одной сиб-группе.
- Воспитание детишек в одной песочнице вовсе не предполагает
безоговорочную поддержку одного другим, не так ли?
- Конечно нет, Фелан. Я слишком люблю тебя, чтобы собирать обвинения
в твой адрес.
- Но ты не сказала мне, что согласилась принять в этом участие.
- Расследование проводилось по инициативе Наставника. Так что, хоть я
и понимала вздорность всех этих обвинений, рассказывать тебе о них не
могла. - Ранна подошла к Фелану и села у его ног. - Вообще говоря,
поднятые вопросы заслуживают обсуждения, хотя методы их обоснования
неверны.
Фелан улыбнулся, когда она положила руки ему на колени.
- Ты хочешь сказать, что мысль об измене заслуживает рассмотрения?
Она покачала головой.
- Нет, заслуживают внимания вопросы перемирия и связанные с ним
затруднения для воинов в продвижении по службе внутри клана.
- Боюсь, я не совсем понял.
Переплетя пальцы, Ранна уткнулась в руки подбородком.
- Ну, например, возьми хоть меня, - начала она.
- После десяти дней, проведенных на учениях, я хотел бы взять тебя не
в качестве примера.
- У тебя будет шанс до того, как ты начнешь читать краткие резюме,
разосланные ильХаном во время нашего отсутствия.
- Ты хочешь сказать...
- Разумеется. - Она улыбнулась ему, но тут же на лице Ранны появилось
серьезное выражение. - Это очень важно, Фелан. Полтора месяца назад мне
пошел двадцать девятый год. Я звездный полковник, и это превосходный
пост, учитывая, что у меня нет родового имени. И без него дальше мне не
двинуться, а если я не заслужу его в ближайшие пять лет, то шансы
подняться хоть на одну ступеньку выше стремительно улетучиваются, как и
шансы удержать нынешнее звание.
Фелан кивнул. Они не говорили о том еще, что, если Ранна не получит
родового имени, шансы, что ее гены станут частью генетической программы
клана, приближались к нулю. Фелан мог предложить свою ДНК в тот день,
когда Ранна на законных основаниях могла зачать, но лишь благодаря тому,
что он являлся Ханом клана. Дом Керенского был известен
ультраконсервативностью в вопросах крови, и Ранна была вынуждена
составить список претендентов.
Фелан протянул руку и погладил ее по волосам тыльной стороной ладони.
- Ты думаешь, что смещение Ульрика и возобновление войны помогут тебе
сделать карьеру?
- Нет, Фелан, я так не думаю, дело в другом. В Клане Волка много
воинов, которые за время вторжения доказали свою состоятельность, но не
смогли продвинуться дальше, поскольку не погибают и не уходят в отставку
более старые воины. Из всех кланов только Волки выглядели достойно на
Токкайдо, но они же и стреножили нашу молодежь. А молодое поколение
считает себя частью Клана Волка и мечтает о славе, но уже не верит, что
им будет позволено что-либо добавить к этой славе.
- Это Евангелие от Влада.
Ранна протянула руки и встряхнула Фелана за плечи.
- Если ты зациклишься на нем, как на сердцевине проблемы, то не
поймешь большего. Мы, кланы, состоим из людей-воинов. Из нас три века
создавали воинов с целью, продиктованной необходимостью: получить самые
эффективные из когда-либо существовавших войска. Долгое время верх
одерживали Хранители, обещая, что наступит день, когда мы выполним свое
предназначение и защитим Внутреннюю Сферу от вторжения извне. Но угроза
вторжения так и не материализовалась, и тогда верх взяли Крестоносцы, и
началось вторжение с целью завоевания Внутренней Сферы. И если наши люди
выведены для войны, как можно ожидать от них, что они спокойно будут
себя чувствовать в дни мира? Вся наша социальная структура основана на
принципе продвижения посредством проведения сражений. Мы даже не можем
заниматься самовоспроизводством, пока на войне не докажем ценность
нашего генетического материала. Как же управлять такой социальной
организацией, когда три поколения воинов лишены возможности сражаться?
- Но мы ведем боевые действия. Мы проводим рейды против других
кланов. И разве не так же обстояло дело до вторжения еще на родных
планетах кланов?
- Если воин побывал в настоящих сражениях, то эти стычки для него -
просто симуляция боевых действий. - Голубые глаза Ранны взволнованно
заблестели. - Нас ничто не удерживает против вторжения во Внутреннюю
Сферу. Мы проверили и выяснили боевую готовность воинов, а наши роботы
лучше, чем те, что имеются во Внутренней Сфере.
- Не всегда.
- Да, не всегда. Мы проигрывали искусным воинам и грамотной тактике,
но ты же не станешь отрицать, что мы все-таки овладели четвертью
территории Внутренней Сферы.
Фелан задумался.
- А если взять за образец Красного Корсара, то можно отхватить и еще
больше.
- Именно на эту точку зрения и опираются Влад и его люди. - Ранна
осторожно улыбнулась. - Для них война означает завоевание, а завоевание
означает будущее для кланов.
- И этот вердикт является пристрелочным залпом, с помощью которого
ильХана хотят заставить изменить свои воззрения на перемирие?
- Лично я так понимаю, но не забывай, что Влад может показать мне
лишь одну грань игры из-за наших с тобой взаимоотношений. А истинные
движущие им мотивы - учитывая ваши чувства друг к другу - могут быть, и
гораздо опаснее. Фелан кивнул.
- Я действительно воспринимаю обвинения в измене, основанные на моем
возвышении, чересчур личностно.
- Я понимаю это. - Ранна встала и взяла его ладони в свои. - И думаю,
что ты лучше сможешь разобраться с обвинениями после хорошего ночного
отдыха.
Фелан позволил поднять себя на ноги, затем обнял ее и поцеловал в
дерзко торчащий носик.
- Может быть, и так, но я настолько напряжен, что не смогу сразу
уснуть.
- И в этом проблема, мой Хан? - Она быстро поцеловала его в губы и
выскользнула из объятий Фелана. Держа руку мужчины в своей, она повела
его в спальню. - Я знаю способ, как помочь тебе расслабиться.
- И тогда я засну?
- Думаю, да, - сказала Ранна, гася свет. - Постепенно.
Авалон-Сити, Новый Авалон
Федеративное Содружество
Лишь когда интерком прожужжал второй раз, Виктор Дэвион нажал на
кнопку дистанционного управления головизора. Вглядевшись в застывшее
лицо Оми Куриты, Виктор улыбнулся. Этот перерыв символичен. Палец его
завис над клавишей интеркома, но Виктор так и не смог представить, из-за
чего же ему не дали дослушать послание Оми. Он нажал на клавишу.
- Говорит Крэнстон, ваше высочество. Я отыскал результаты
голосования, которые вы просили найти.
- Неси.
Продолжая вглядываться в безмятежный лик Оми, Виктор проигрывал в уме
услышанное. С самого начала монолога, когда она вежливо упомянула о
своем дне рождения и полученном через посла подарке от Виктора,
выражение ее лица оставалось спокойным. Затем она сменила тему разговора
и пересказала ему содержание послания от брата Питера. Похоже, она знает
о нем больше, чем я.
Стало ясно, что Оми и Питер заключили договор доверия во время визита
Оми в прошлом году на Солярис, и это обрадовало Виктора. Оми рассказала,
что они с Питером совершили путешествие на Занию. Оказавшись там, по
словам Оми, Питер добровольно вступил в ряды Дома Святого Маринуса -
религиозное убежище для воинов. Тем самым раскрывалась тайна
исчезновения Питера с Соляриса, а именно этой новости и не хватало
Виктору, чтобы полностью владеть ситуацией.
Но больше всего его изумляло доверие Оми. Она рассказала, где был
брат, и добавила, что сам Питер высказал пожелание, чтобы об этом знали
лишь Виктор, Кай Аллард Ляо и Оми. При этом она ничего не добавила сверх
того, чтобы как-то смягчить ожидаемую сердитую реакцию Виктора. Но
именно в силу того, что новости были изложены в такой честной и открытой
манере, Виктор и не рассердился. Хотя в любой другой ситуации реакция
его могла оказаться совсем иной.
Ведь Питер повел себя вызывающе, покинув Солярис без разрешения.
Виктор должен был бы прийти в ярость, но, поскольку все происходило при
помощи и под наблюдением Оми, дело предстало совсем в другом свете. Если
бы Питеру грозила опасность или он затевал нечто опасное, Оми сообщила
бы об этом в своем послании. Производило впечатление и то, что она
доверяет Питеру, что подразумевалось само собой. Ведь Виктору сообщили,
где был ее брат, сообщили, что он в безопасности - судя по небрежным
упоминаниям Оми - и, следовательно, нет смысла раздувать из случившегося
скандал.
Она знает меня лучше, чем я сам себя, эта женщина, которую я выбрал,
чтобы любить. Хотя они встречались лишь три раза и никак не могли до
конца выяснить свои отношения, Виктор не мог себе представить кого-то
иного на месте Оми.
Тем не менее он понимал, что Теодор Курита никогда не допустит брака
Виктора с Оми. Теодору хватало хлопот с дворянами, которые все его
реформы рассматривали как серьезный разрыв с традиционными путями
развития Синдиката Драконов. И разрешение Оми выйти замуж за Виктора
означало бы для Теодора начало гражданской войны. И если бы
традиционалисты вовлекли реформаторов в кровавую междоусобицу, то
Синдикат Драконов не смог бы противостоять кланам после завершения
перемирия.
Если бы Виктор полагал, что у него есть хоть мизерный шанс получить
руку Оми, он давно уже обратился бы к Теодору Курите. Но, может быть, и
к лучшему, что их союз невозможен, иначе Виктора в своем отечестве ждали
бы точно такие же проблемы. Ведь еще до недавних пор Виктор считал, что
наиболее вероятная угроза его владениям исходит от правителя пограничной
области Драконис. Люди тех пограничных миров боялись, что отойдут к
Синдикату Драконов в качестве выкупа за невесту. Виктор не сомневался,
что справиться с ними достаточно легко, но перед лицом новых угроз
приходилось учитывать и незначительные.
Обе половины Федеративного Содружества - Дом Штайнера и Дом Дэвиона
давно страдали от хищнических устремлений Дома Куриты. Как бы
вонзившийся в территорию синдиката Драконов над терранским коридором
клин из принадлежащих Федеративному Содружеству планет в основном отошел
к нему лишь тридцать лет назад в результате четвертой войны за Наследие.
Из-за угрозы вторжения кланов большое количество войск с границы
Синдикат Драконов - Федеративное Содружество было переброшено спешно на
линию противостояния с кланами, оставив население приграничных миров в
состоянии страха и беспомощности.
Но самое важное, что эти миры имели гораздо больше общего с Островом
Скаи, нежели с любой другой частью Федеративного Содружества. К тому же
Катрин, усиливая свое влияние на Скаи, теперь контролировала и эти миры.
Воспримет ли она женитьбу Виктора на Оми как угрозу для себя или
воспользуется сложившимися обстоятельствами для враждебного настраивания
против него людей? В этом случае она сможет расколоть Федеративное
Содружество пополам без единого выстрела.
Виктор ни на секунду не заблуждался относительно намерений Катрин.
Войдя в заговор с Рианом Штайнером с целью убийства их матери, она тем
самым ликвидировала последний барьер, стоящий между нею и троном
архонтессы Федеративного Содружества. У нее была сильная позиция как у
владетельницы лиранской половины Федеративного Содружества, но перед
угрозой вторжения кланов Катрин зависела от второй половины, полагаясь
на ее огневую мощь и обороноспособность.
За оставшиеся десять лет перемирия у Виктора было достаточно времени,
чтобы собрать неоспоримые доказательства причастности Катрин к ужасной
гибели матери или восстановить доверие к себе обитателей Содружества
Лиры. Последнее, конечно, представлялось сложной задачей, но Виктор
считал, что справиться можно, а вот попытку сестры скрыть свою
причастность к заговору Риана он расценивал решающей ошибкой.
Вежливый стук в дверь возвестил о прибыти Галена и заставил Виктора
отвлечься от экрана. Отложив пульт дистанционного управления, он
улыбнулся Джерарду.
- Итак, мистер Крэнстон, что у вас есть для меня? Бородач улыбнулся в
ответ.
- Скандальные репортажи о Джошуа и его двойнике оказались очень
популярными. Эту девушку, Мисси Купер, одели модно, в ткани, которые,
похоже, специально созданы для нее, но на самом деле гораздо более
дешевые. А тот факт, что ее кузен также страдает от лейкемии, придал
всей истории еще большую пикантность. Ну а поскольку кузена сейчас
отправили в ИННА - и путешествие и уход за ним оплачены из ваших личных
средств, - опросы свидетельствуют о значительном росте вашего рейтинга.
Анализы показывают, что люди воспринимают Виктора Дэвиона более
сострадательным, нежели шесть месяцев назад. Это значительное улучшение
после того, как два года назад вы не явились на похороны матери и
прослыли бессердечным.
Виктор кивнул.
- Иногда я думаю, что Катрин потому так поторопилась с похоронами
Мелиссы, что метод, с помощью которого мать убили, не давал ей спокойно
спать. Интересно, как скоро теперь Катрин управится, чтобы вновь
поставить меня в неловкое положение.
- Не знаю, но меня не удивит ни один злобный выпад вашей сестры.
- Итак, мы начали распространение этих скандальных материалов по
лиранским округам?
- Да, ваше высочество. Мы будем распространять их еще две недели, с
необходимыми приложениями, дабы местные средства массовой информации
могли смонтировать собственную редакцию материала. Исключение составляет
Остров Скаи. Там получат более компактный и точный материал, и точно
такой же будет представлен Лиге Свободных Миров, Конфедерации Капеллана
и Синдикату Драконов.
- Хорошо. - Виктор открыл ящик и вытащил диск головидео. - Я записал
это соболезнующее послание для Томаса Марика. Прошу проследить, чтобы
его передали через Ком-Стар вне всякой очереди.
Гален кивнул.
- Считайте, уже сделано. Виктор на минуту задумался.
- Как ты думаешь, каковы шансы Томаса Марика открыть наш небольшой
обман? Теперь, когда его жена умерла, он может потребовать возвращения
Джошуа на Атреус, и весь наш замысел откроется.
- Софина умерла неделю назад, а таких требований к нам еще не
поступало. Похороны пройдут через две недели, а за это время все равно
не успеть доставить туда Джошуа. Так что я не думаю, что у нас есть
предмет для беспокойства. - Гален покачал головой. - Также я не думаю,
что Лига Свободных Миров проводит здесь какую-либо секретную операцию.
Разумеется, у них на Новом Авалоне есть законспирированные агенты, но
наверняка сил у них не так много, чтобы похитить Джошуа и выяснить, что
он не настоящий. Служба безопасности в ИННА налажена хорошо, к тому же у
нас наготове команда быстрого реагирования на случай внезапной
опасности. Такая же команда заготовлена на случай, если Сун-Цу вдруг
решит, что Изиде пора унаследовать трон отца.
Виктор поднял брови.
- Разве вам не удалось обмануть его секретную службу?
- Ее-то удалось, - сказал Гален, - но обмануть кое-кого из
разведывательного секретариата довольно сложно. Томас поверил, что кланы
использовали ядерное оружие, когда Клан Дымчатых Ягуаров в три тысячи
пятидесятом году уничтожил город Эдо на Тарл-Бэй. Он даже поверил, что
теперь эта планета представляет собой лишь безжизненную территорию. И
если уж он находится в таком заблуждении относительно достаточно
общеизвестных событий, то не думаю, что нам стоит серьезно беспокоиться.
- Хочется верить, что так оно и есть, но сказанное не означает, что
мы должны пустить дело на самотек. Удостоверьтесь еще раз, заменили ли
персонал госпиталя, и не позволяйте людям из разведывательного
секретариата проникаться самодовольством.
- Да, сэр. - Гален покачал головой. - Я думаю, часть проблемы
заключается в том, что Томас, будучи идеалистом, считает шпионаж делом,
недостойным себя. И насколько мне известно, бюджет САФЕ - службы
разведки Дома Марика - сильно не увеличивается, особенно после того, как
появились Рыцари Внутренней Сферы. Мы уже перевели наших людей из
контрразведки на работу в Конфедерацию Капеллана, чтобы они могли
присмотреть за тем, что происходит там.
Виктор тяжело вздохнул.
- Что ж, посмотрим, удастся ли нам расшевелить ситуацию. Двойник мне
нужен для выигрыша времени. Как и большинство планов моего отца, этот
вполне надежен. И мы все должны сделать, чтобы получить преимущество от
его реализации.
- Все будет сделано.
- Хорошо. - Виктор взялся за пульт дистанционного управления. -
Спасибо за работу, Га... Джерри. Трудное дело - овладевать наукой
лидерства. А без вашей помощи я оказался бы и вообще беспомощным.
- Просто у вас ушло бы на это чуть больше времени, сэр.
Виктор Дэвион внезапно помрачнел.
- "Чуть больше" - это как раз столько, сколько у меня может и не
быть.
IX
За союзником надо приглядывать,
как за врагом.
Лев Троцкий
Таркад-Сити, Таркад, Округ Донегал
Лиранское Содружество
26 июня 3057 г.
Двери медленно открылись, и Катрин Штайнер-Дэвион устремила
внимательный взгляд в дальний конец огромного тронного зала. Появившиеся
посетители - мужчина и женщина - казались крошечными на фоне высоких
сводов зала и прямых массивных колонн из камня. Когда вошедшие двинулись
к ней, Катрин отметила, как сначала он, а затем и она при ходьбе стали
придерживаться направления красной полосы на ковре. Такая странность в
поведении могла бы вызвать улыбку, но Катрин настроилась объяснить
послам всю серьезность ситуации.
Шаги посетителей замедлились, и Катрин поняла, что вошедшие
анализируют ее вид, стремясь отыскать ключ к настроению и намерениям.
Она оделась в консервативной длины черный костюм с белой шелковой
блузкой с воротником под горло. Юбка ниспадала до середины икр, высокие
сапоги до колен полностью скрывали ноги. Из украшений она надела
простенькую нитку жемчуга и соответствующие серьги, а макияжем
воспользовалась весьма умеренно.
На возвышении со ступеньками располагались три трона, к ним и
направились послы. Катрин сидела на правом троне, если смотреть от
входа. Сверху свисало знамя старого Содружества Лиры с изображением
кулака в стальной перчатке. В качестве регента лиранских округов
Федеративного Содружества Катрин сочла такой выбор флага уместным, но
понимала, что два ее визитера, наверное, быстро сообразили, что в
добавление к имени она присоединила к себе и престол своей бабушки.
Еще большее впечатление, по ее замыслу, должны были произвести два
конверта, лежащие на подушечке центрального трона. Этот престол
принадлежал ее брату - Верховному Правителю всего Федеративного
Содружества, визитерам же надлежало увидеть, что она использует этот
трон как свой рабочий стол. Катрин понимала, что они удивятся, но именно
на это она и рассчитывала.
За тронами, стояли два боевых робота, подобно часовым: "Крестоносец",
выкрашенный в черный и красный цвета Гончих Келла, но с черными
гирляндами вокруг запястий. Визитеры должны были знать, что
"Крестоносец" принадлежал Галену Коксу, и тем самым объяснялся скорбный
наряд Катрин.
Другой боевой робот - птиценогий "Мародер" - имел светло-голубые
цвета, давно принадлежащие Дому Штайнера. До интеграции Лиранского
Содружества с Солнечной Федерацией голубые цвета носили лиранские
вооруженные силы. Катрин не сомневалась, что на Атреусе прекрасно
осведомлены о значении этих цветов.
Послы остановились у подножия возвышения, и каждый поклонился Катрин.
Оставаясь сидеть, она в ответ склонила голову, а затем приоткрыла рот,
словно намереваясь говорить. Послы подались вперед, готовясь слушать, но
Катрин закрыла рот и на секунду отвела глаза, всем своим видом давая
понять, что ее душат слезы.
Убедившись, что полностью завладела их вниманием, Катрин вновь
обратила взор на посетителей.
- Прошу прощения. Эта смерть произвела на меня такое впечатление.
Кларк Цзю-Чан, коренастый лысый посол Конфедерации Капеллана,
медленно кивнул. Поменьше ростом, с льняными волосами, представитель
Атреуса Луиза Вашкевич поправила черную повязку на левой руке.
- Ваше высочество, мы теперь в Лиге Свободных Миров еще глубже поняли
все значение гибели вашей матери. Но не надо забывать и сказанное давно
Джеромом Блейком: "Смерть над любовью не властна".
- Ваши слова утешают меня, посол Вашкевич. Пусть это даже и плагиат
из поэмы Дилана Томаса, Но вот интересно, сколько еще перлов мудрости
приписали бедняге Джерому Блейку в попытках обожествить его? Катрин
опустила глаза, не давая возможности этим двоим угадать ее истинные
мысли. Пусть она и умеет себя контролировать, но предосторожность не
помешает.
Вновь подняв глаза, Катрин позволила одинокой слезинке скатиться по
щеке.
- Потеря матери сильно сказалась на мне, как и смерть моего друга
Галена Кокса и кузена Риана Штайнера. На меня теперь легла большая
ответственность. Если бы не обязанность заботиться о моем народе, я
просто была бы парализована скорбью.
Негромко заговорил представитель Конфедерации Капеллана:
- Скорбь исцеляет, хотя и требует некоторого времени.
- Да, если только другие заботы не накладываются поверх скорби. -
Катрин подняла голову и расправила плечи. - Но давайте тем не менее
займемся текущими делами. Возможно, вы удивились моему желанию
встретиться с вами. Во избежание недоразумений позвольте высказаться
прямо.
- Слушаем, ваше высочество.
- Ваш главнокомандующий, посол, прислал мне соболезнования и по
случаю смерти матери и по случаю гибели комманданта Галена Кокса. Я рада
за вас, имеющих такого сострадательного и мудрого правителя.
- Вы так любезны, ваше высочество.
И будет лучше, если вы так будете думать всегда. Катрин позволила
себе слабую улыбку.
- Несомненно, агенты вашей разведывательной службы уже начали
докладывать о несколько страной ситуации, сложившейся вокруг Джошуа
Марика, находящегося Новом Авалоне. В общем-то ничего особенного, но за
Джошуа, оказывается, принимали некую молодую женщину. Надеюсь, что
Джошуа пребывает в целости и невредимости под опекой ИННА, а
беспочвенные слухи не будут вторгаться в минуты скорби вашего
главнокомандующего.
Лицо Вашкевич во время этого монолога слегка побледнело, но к концу
этого короткого спича краска вновь вернулась на ее щеки.
- Я передам это сообщение на Атреус.
- Я кое-что добавлю еще. - Катрин медленно встала и взяла два
конверта, что лежали на троне Федеративного Содружества. - Здесь
находятся голодиски с материалами, касающимися этого инцидента, а также
куски, что использовались для монтажа. Мой брат выслал лишь
окончательные варианты программы, и вам, чтобы получить подготовительную
информацию, пришлось бы потратить немало сил и средств. Хотя я понимаю,
что бросаю тень на некоторых моих подданных, передавших вам ту
информацию, но надеюсь, что вы заключите с ними соответствующий договор,
чтобы удостовериться в истинности переданных мною материалов.
Цзю-Чан моргнул, принимая один из конвертов.
- Мне еще не доводилось слышать, чтобы взяточничество оговаривалось в
столь аккуратных терминах.
- И не услышите, посол, поскольку у нашего народа есть секреты,
которые мы бережно храним. Однако Джошуа не является и не должен
являться предметом разногласий между нашими двумя государствами. Он
всего лишь ребенок и не может быть ставкой в игре наций. - Катрин
застыла рядом с троном, положив руку на высокую спинку. - Мне ненавистна
сама мысль, что кто-то захочет использовать его как заложника.
Посол Лиги Свободных Миров покачала головой.
- В моем отечестве никогда не заблуждались относительно статуса
Джошуа в Федеративном Содружестве.
С точки зрения дипломатии, такое замечание можно понять двояко.
Подобие улыбки появилось на губах Катрин.
- Значит, ваши люди более великодушны, нежели мои, или, по крайней
мере, более великодушны, чем некоторые члены моей семьи.
Этот комментарий поразил обоих послов. Вот и хорошо, значит, моя
задача выполнена.
- Прошу вас, ваши превосходительства, возвращайтесь в ваши посольства
и без промедлений отправляйте полученные материалы. Если мы сможем
ликвидировать подозрения до того, как они укрепятся, то нам нечего
страшиться возможного недоверия в будущем.
Чарльзтоун, Вудсток. Пограничная область Сарна
Федеративное Содружество
Ларри Акафф выставил перед собой ладонь, обращаясь к Фебе Дерден:
- То есть в этой дискуссии мне не оказаться победителем, так?
Сцепив руки за головой, светловолосый командир Вудстокской милиции
откинулась назад и рассмеялась.
- Ты же не будешь отрицать, что слегка раздражен всеми этими
новостями о Джошуа, заслонившими твое пребывание на Вудстоке? Правда, я
этим местным программам не верю, как и тебе.
Ларри сузил карие глаза.
- Почему же не веришь? Феба покачала головой.
- А кто у нас видеозвезда, Ларри? На прошлой неделе, когда ты, Джордж
и я отправились в клуб "Неон", ты использовал собственную популярность,
чтобы провести нас внутрь.
- Но ты сказала, что не хочешь стоять в очереди. Ведь так?
- Виновата, но все же не я разговаривала со швейцаром и не я махала
рукой, призывая друзей пройти впереди всех. - Феба выпрямилась и
картинно изобразила зверскую ухмылку. - Хотя, собственно, не это меня
волнует. А то, что, когда мы прошли в зал, ты задержался в дверях, давая
возможность присутствующим насладиться твоим величественным появлением.
- Да нет, просто я давал глазам привыкнуть к полумраку.
- Ну еще бы, тем более что в коридоре, ведущем к бару, и так было
темно.
Ларри опустил голову.
- Ну хорошо, твоя взяла. Дело было не в глазах. - Но как только смех
Фебы эхом разнесся по офису, он вскинул руку и указал на девушку. - Но и
не в желании продемонстрировать свое появление. Дело в другом.
- В чем же?
- Я не уверен, что ты поймешь. Феба нахмурилась.
- Конечно, изображение моей физиономии и боевого робота не носят на
всех майках в Федеративном Содружестве, но то, что я стала командиром,
еще не значит, что совсем отупела. Попробуй объяснить.
Ларри наклонился вперед, опираясь локтями на колени, и понимая, каким
хвастуном он выглядит.
- Просто я хотел убедиться, что мне не грозит засада. На Солярисе для
водителей боевых роботов - профессиональных бойцов, подобных мне, - есть
места, куда можно пойти и при этом не оказаться на глазах у публики.
Феба подняла брови.
- Уж не хочешь ли ты произнести речь на тему "Как тяжело быть
знаменитостью"?
- Тебе, Феба, смешно, но на самом деле это не так легко. Разумеется,
есть и свои преимущества. Например, можешь провести друзей в ночной
клуб, не дожидаясь в очереди час или два. Но вдобавок к этому на тебя
наваливается и куча проблем.
- Уж не о тех ли двойняшках ты говоришь, которые чуть не затеяли
войну за право потянуть тебя за мочку уха?
Ларри вспыхнул.
- Да нет, просто они хотели тебя передразнить. Но бывает и похуже. -
Он задумался. - Когда ты становишься общественной личностью, то каждый,
кто когда-либо ставил на тебя, или покупал билет на твой бой, или
производил продукт, который ты рекламируешь, считает, что хотя бы
частично ты принадлежишь ему. Люди негодуют по поводу того, как много мы
имеем и как мало для этого работаем. Они считают такое положение вещей
неправильным. Ведь учителя или медсестры получают так мало, хотя их
вклад в общественное развитие гораздо больше по сравнению с нашим.
Он поднял голову и заметил невысказанную усмешку в глазах Фебы.
- А ты знаешь, какой срок составляет средняя карьера бойца на
Солярисе?
Она покачала головой.
- Три месяцса! Не года, а месяца! И не из-за того, что водители
роботов погибают на дуэли. Просто тренировочные нагрузки и стрессы
быстрее выводят из строя, нежели сломанные кости. Это оказалось
страшнее, чем настоящие битвы, в которых я участвовал в составе Десятой
Лиранской гвардии.
Феба опустила глаза на журнал регистрации.
- И страшнее, чем лагерь на Элайне?
Ларри покачал головой, не в силах какое-то время говорить.
- Когда я находился на Элайне, у меня было будущее, поэтому я смог
выдержать так долго. Элайне же воспитала у меня выдержку. Да и Кай не
дает своим бойцам попасть под пресс общественного внимания. Вот почему я
до сих пор в строю. Мои схватки широко освещаются, и за мной наблюдают
миллиарды зрителей. Они видят мои действия, слушают комментарий и
полагают, что знают меня. И действительно, немного знают, но знают лишь
то, что я им демонстрирую.
Ларри коротко рассмеялся.
- В клубе "Неон" один малый узнал меня и потащился со мной аж до
туалета и ждал меня там. Он хотел, чтобы я вернулся за его столик,
бросил вас как "никчемных" и поболтал с его приятелями. Он сказал, что у
него одного в Чарльзтоуне есть оверкар "Красис-Р" и что он позволит мне
пользоваться, если я выступлю на голосъемках вместо него.
Феба помрачнела.
- А его зовут не Бадди Коррен?
- Вроде того. Ты его знаешь?
- Он состоит в правлении Чарльзтоунской муниципальной милиции. Парень
хотел устроить шоу, на котором наши боевые роботы разделались бы с
оверкарами, сделанными его конкурентами. Когда я объяснила ему, что мы
не можем пойти на такое, он предложил мне взятку.
- Вот, теперь ты понимаешь, с каким дерьмом мне приходится иметь
дело? Я хочу сказать, что есть много прекрасных людей, которые просто
хотят пожать мне руку или попросить автограф, и это здорово, особенно
когда это подростки. Но должен признать, что у меня внутри всегда
немного холодеет, когда я слышу чей-нибудь голос, говорящий: "Эй,
приятель, а ты не Ларри Акафф?" Я сразу же пытаюсь понять, что таким
типам нужно, и высматриваю путь к бегству. Но, возвращаясь к началу
разговора, хочу сказать, что терпеть не могу находиться в центре
внимания публики. До того как грянула эта новость о Джошуа,
головидеографы просто оккупировали лужайку перед домом моего отца.
Сейчас уже светает, и я боюсь, они вновь все там собрались. Мать уже вне
себя от бешенства. Ведь у нее вытоптали все цветочные грядки.
Феба вновь засияла в улыбке, и Ларри испугался, что сейчас она все
сведет к шутке.
- А может быть, я смогу тебе помочь?
- Как?
Феба указала на панель компьютера.
- Казармы офицеров-холостяков стоят открытыми. Я могу поместить тебя
туда.
- Спасибо, но как ты можешь поместить туда гражданское лицо, не
наживая себе хлопот? Ведь ты же всегда чтила букву параграфа, Феба. И
вряд ли Джордж смог тебя резко изменить.
- Он и не изменил. - Женщина похлопала по экрану. - Согласно букве
параграфа, вы, гауптман в отставке Акафф, ни разу за три года не
сообщили о своих должностных назначениях. Поэтому я привлекаю вас на
службу в местную милицию и предписываю нести определенные общественные
обязанности. Таким образом, все формальности соблюдены, и ты получаешь
местечко, где эти видеопиявки до тебя не доберутся.
Ларри на секунду задумался, затем кивнул головой.
- Спасибо. Здорово придумано!
- Вот и хорошо.
- Я оценил твою заботу. Не только по этому факту, но и потому, что ты
представила меня своим друзьям. Знаешь, я вовсе не был уверен, что смогу
вписаться в эту жизнь, где есть немало кочек, но ты помогла мне их
сгладить.
- Я же в долгу у тебя, Ларри. Он нахмурился.
- Да ведь ты же без меня познакомилась с моим кузеном. Насколько
помню, я даже не представил вас друг другу.
- Не представил, но я говорю о другом долге. - Феба прикусила нижнюю
губу. - Ведь ты же тогда остался на Элайне, и я всегда думала, что это
моя вина.
- Эй, Феба, да ты что! Мой "Боевой Молот" потерял ногу и руку. Тебя и
других отозвали на перегруппировку, чтобы прикрыть посадочную площадку,
куда садился шаттл, чтобы забрать принца Виктора. Я знал, чем вы заняты,
и мысленно находился с вами. Ведь ты вернулась бы за мной, если бы
могла.
- Я-то вернулась бы, но все равно ты не заслужил того, чтобы
оказаться в лагере и пройти через все унижения.
- Никто не заслужил плена, но я же не умер из-за этого.
- Ты хочешь сказать, все случившееся только закалило твой характер?
Ларри на секунду задумался, затем кивнул.
- Закалило и сделало мудрее. Я понял, что жизнь есть нечто гораздо
более существенное, чем многие полагают, и это открытие многое для меня
значило.
- И ты стал терпимее относиться к таким малым, как Бадди?
- Да нет, дело не в этом. - Он улыбнулся и с радостью увидел ответную
улыбку на ее лице. - Я понял, что нет ничего важнее друзей. И спасибо,
что ты лишний раз доказала правоту пройденного урока.
X
Не притворяйтесь в тактике, принесшей вам
одну победу, но модифицируйте ваш метод
применительно к меняющимся обстоятельствам.
Сун-Цу Ляо. "Искусство войны"
Дворец Марика, Атреус
Лига Свободных Миров
1 июля 3057 г.
По отвратительному бурчанию в животе Сун-Цу Ляо понял мгновенно, что
на него накатил сон. Он редко запоминал сны и еще реже оказывался
непосредственным участником событий в сновидениях. Своим презрительным
отношением к снам он почти целиком был обязан матери и сестре, находящим
величественную и таинственную смысловую нагрузку в образах,
материализующихся во время сна. Ни одна из них ничем не проявила себя в
реальной жизни, а склонность этих женщин постигать реальность
посредством расшифровки сновидений доказывала, что они обитали где
угодно, но не во Внутренней Сфере.
Из множества публикаций и научных исследований Сун-Цу знал, что сны
являются отражением работы мозга, интегрирующего недавно полученные
факты в ячейки памяти. Те несколько снов, что он запомнил, как раз
убедительно доказывали, что являются результатом работы мозга. Именно с
подобной точки зрения Сун-Цу и рассматривал символизм сновидений.
Занимаясь их разгадыванием, он интересовался лишь тем, что именно было
мозгом интегрировано и куда помещено.
Ему снилось, что он находится в длинном коридоре - настолько длинном,
что конца не было видно, отделанном пластинами из кованого золота. От
каждой такой пластины отражались лучи, хотя источник света отсутствовал.
На каждой панели выпукло или вдавленно изображались мифологические
существа, научные символы или другие образы, связанные с жизнью
Внутренней Сферы. Картины эти зачаровывали, хотя немного и раздражали,
поскольку невозможно было разобрать, в чем суть изображения, если
всматриваться в него прямо. Впрочем, Сун-Цу понимал, что из увиденного
он не почерпнет для себя никакой информации.
Вдоль стены по левую руку размещались портреты. Большинство - старые
и потемневшие, с потрескавшейся краской, как на полотнах старых
терранских мастеров, работавших еще в эпоху, когда человечество не
ведало секретов межзвездных путешествий. Он даже признал кое-какие
стили: Ван-Гог, Рембрандт, Веласкес, Паркинсон и Матисс, хотя и знал,
что никто из этих художников не писал ничего подобного. Сун-Цу был
уверен, что на портретах изображались люди, жившие много лет спустя
после того, как названные художники умерли.
Сун-Цу медленно двинулся по коридору и обнаружил, что на первом
портрете изображен его дедушка, Максимилиан Ляо. Остролицый, с
пронзительным взглядом, Максимилиан выглядел человеком, полным жизненных
сил и дерзкого огня. Определенно, это был тот самый человек, о котором
часто рассказывала мать, но он не походил на деда, каким помнил его
Сун-Цу. Разумеется, ведь Сун-Цу находился в ребяческом возрасте, когда
познакомился с Максимилианом, а тот к тому времени уже был сокрушен
Хэнсом Дэвионом и Джастином Аллардом.
Глянув вправо, Сун-Цу увидел высокое серебряное зеркало на
пустовавшем ранее месте, как раз напротив портрета. И дальше по коридору
напротив каждого портрета появилось по зеркалу, что еще более усилило
желание Сун-Цу постичь эту тайну. Он не видел своего отражения в
зеркале, а вместо этого разглядел согбенного старика с грязными,
нечесаными лохмами, ниспадающими на засаленные плечи потрепанного
халата. Глаза старика пылали безумием. Да, подумал Сун-Цу, вот это как
раз тот Максимилиан Ляо, которого он знал.
Он прошел дальше и увидел следующую картину кисти Ван-Гога - Томаса
Марика. Резкие мазки и ярко-желтая краска отмечали каждый шрам на лице
Томаса. Глаза тускло смотрели с изможденного лица, от которого так и
веяло усталостью. Именно таким и выглядел Томас после самоубийства
Софины.
Повернувшись к зеркалу, чтобы понять, какие метаморфозы уготованы
этому портрету, Сун-Цу неожиданно увидел образ, исполненный силы. Этот
Томас, облаченный в серебряные доспехи, высоко над собой держал поднятую
саблю. Звездное кольцо окружало голову, а шрамы почти совсем пропали. И
выражение его лица было как раз тем же самым, как в суде, когда Томас
Марик разбирался с фанатичными последователями "Слова Блейка". И тут
Сун-Цу понял, каким видят Томаса большинство обитателей Лиги Свободных
Миров: реформатором, создавшим Рыцарей Внутренней Сферы, возродившим
идеалы благородства в современной жизни.
В мозгу Сун-Цу уже начала формироваться теория, объясняющая все
увиденное, и он бросился вперед, стремясь получить дополнительную
информацию. На следующем портрете он обнаружил собственное изображение в
виде фатоватого Арлекина с обвисшими губами, искривленными в туповатой
усмешке. Изогнувшись, Арлекин демонстрировал широкую желтую полосу на
спине.
А это я, каким хочу казаться другим. На Аутриче, когда все юные
отпрыски королевских фамилий собирались на занятия, пока их род...
