Кэролайн Черри. Последняя база
страница №11
... - Я-Атласка, я позвать. Сделать ты Синезуб не болеть,Константин-человек.
- Вам надо проходить через шлюз группами, - сказал Дэймон. - И
остерегаться люка.
- Я знать замок, я осторожная. Ты идти, идти, я привести они.
Она поспешила вниз. Обняв самца одной рукой, Дэймон повел его в шлюз.
Ему пришлось надеть на Синезуба противогаз - молодой хиза ничего не
соображал от боли, страха и слабости, только рычал - хорошо хоть не
пытался укусить или ударить. Отворилась наружная дверь. Увидев яркий свет
и вооруженных людей, низовик дернулся в руках у Дэймона, зарычал и плюнул,
требуя успокаивающего объятья. Сквозь шеренги протолкалась Элен и
протянула к нему руки.
- Уберите солдат! - рявкнул Дэймон. Полуослепленный ярким светом, он
не смог различить Вэнерса. - Освободите проход. И уберите оружие.
Он усадил низовика на пол у стены, а Элен подозвала врача. Тот
опустился на корточки возле Синезуба и раскрыл саквояж.
- Уберите солдат, - повторил Дэймон. - Мы сами все уладим.
Прозвучала команда, и, к великому облегчению Дэймона, десантники с
"Индии" начали расходиться. Поначалу низовик рычал и отдергивал руку, но в
конце концов позволил врачу осмотреть ожог. Дэймон вдруг спохватился, что
ему тяжело дышать, и снял уже ненужный противогаз. От перепуганного
низовика остро пахло мускусом.
- Имя: Синезуб, - прочитал врач надпись на бляхе. - Ожог с
кровотечением. Если не считать шока, малыш легко отделался.
- Пить, - жалобно попросил Синезуб и потянулся к саквояжу. Врач
поспешил убрать его и пообещал, что воду скоро принесут.
Отворилась дверь шлюза, пропуская дюжину низовиков. Дэймон встал и
пошел навстречу, раскинув руки, словно хотел заключить их в объятья.
- Я - Константин, - представился он, зная, что это имя в почете у
хиза.
Он покорно вытерпел объятья потных, едва стоящих на ногах низовиков;
Элен по своей воле разделила с ним эту процедуру. Через секунду из шлюза
высыпала новая группа.
В конце коридора стояли солдаты, но низовиков было уже гораздо
больше. Хиза бросали в сторону десантников боязливые взгляды. Вместе с
третьей группой пришла возбужденно лепечущая Атласка и сразу подскочила к
Синезубу. Сквозь мохнатую коричневую толпу как ни в чем не бывало
пробрался Вэнерс.
- Вас просят как можно быстрее отвести их в помещения полиции, -
сказал он Дэймону.
- Хорошо. Воспользуйтесь вашим комом и обеспечьте нам проход по
аварийным лестницам с четвертого по девятый и выход в доки. В их помещения
можно пройти отсюда напрямик. Мы их проводим. Так будет быстрее и
безопаснее.
Не дожидаясь, пока Вэнерс что-нибудь скажет, Дэймон помахал
низовикам.
- Пойдем.
Хиза умолкли. Молодой самец с белой повязкой на руке кое-как поднялся
и возбужденно защебетал - видимо, боялся, что его оставят. К нему
присоединилась Атласка, и вдруг толпу охватило веселье.
Дэймон пошел по коридору рука об руку с Элен, в плотном кольце
низовиков, под необычный аккомпанемент дыхательных масок. Несколько
часовых, встреченных ими по пути, не шевелились, неожиданно обнаружив, что
оказались в меньшинстве. Хиза щебетали все оживленней; вскоре они достигли
конца коридора и пошли по широкой спиральной лестнице, которая проходила
через все девять ярусов. Вокруг левой руки Дэймона змейкой обвилась
коричневая рука; повернув голову, он увидел Синезуба, а чуть дальше -
Атласку. Еще один низовик взял Элен за левую руку. Так впятером они и шли
в ряд, и не было, наверное, за всю историю станции Пелл более необычного
зрелища.
Атласка что-то выкрикнула, низовики хором откликнулись. Она снова
заговорила, и эхо ее голоса умчалось ввысь и вглубь, а за ним вдогонку -
раскаты хора. Это напоминало строевую песню. Воодушевленный и одновременно
встревоженный таким поведением низовиков, Дэймон взял жену за руку.
Толпа выплеснулась на девятый ярус зеленой, устремилась по длинному
сквозному коридору и с воплями хлынула в док. Шеренга солдат, охранявших
подступы к кораблю, угрожающе зашевелилась, но этим и ограничилась.
- Не отходите от меня! - строго приказал Дэймон своим спутникам, и
они послушно двинулись вдоль изгиба стены к дому. - Ступайте, -
напутствовал их Дэймон, - ступайте и помните, что нужна осторожность. Не
пугайте людей с ружьями.
Вопреки его ожиданию, низовики не бросились в разные стороны, а стали
подходить по одному, чтобы ласково, осторожно обнять его и Элен. Прощание
затянулось, но в конце концов возле Дэймона и его жены остались только
Атласка и Синезуб.
- Любить ты, - сказал Синезуб.
- Любить ты, - произнесла вслед за ним Атласка.
Ни единого слова о мертвом.
- Дылду подстрелили, - сообщил им Дэймон, хотя по ожогу Синезуба
догадался: в момент гибели Дылды эта парочка была рядом. - Он умер.
Атласка подпрыгнула с угрюмым видом, давая понять, что знает.
- Ты отправить он-дом, Константин-человек?
- Отправлю, - пообещал он. Перевозка покойника считалась роскошью
даже для людей. Но люди не были так прочно связаны с этой или какой-нибудь
другой планетой, как низовики со своей Нижней. Мечты хиза о погребении
слегка обескуражили станционеров, а транспортировка стоила немало, но что
поделаешь, если одного из них убили вдалеке от дома. - Об этом не
беспокойтесь.
- Любить ты, - торжественно повторила Атласка и крепко обняла его,
затем очень осторожно провела рукой по животу Элен и вместе с Синезубом
побежала к шлюзу, ведущему к туннелям низовиков.
Элен стояла, прижимая ладонь к животу и недоуменно глядя на Дэймона.
Наконец она смущенно усмехнулась.
- Как она узнала?
Ему тоже было невдомек.
- Уже слегка заметно.
- Кому? Хиза?
- Они почти не полнеют. - Он поглядел мимо жены, в док, на шеренги
солдат. - Пошли. Мне здесь не нравится.
Она оглянулась в ту же сторону, на десантников и пестрые группы
штатских невдалеке от баров и ресторанов. Купцы в отнятых у них доках
следили за военными.
- Со дня открытия Пелла это место принадлежало купцам. А теперь бары,
гостиницы и прочие заведения закрываются, но мациановцам все равно надо
будет где-то отдыхать. Представь экипажи фрахтеров и мациановцев... в
одном баре, в одной гостинице. Станционной охране надо быть начеку, когда
десантники выйдут из доков поразвлечься...
- Пошли. - Дэймон взял ее за руку. - Тебе здесь находиться опасно. Мы
пойдем по тому коридору, которым убежали низовики...
- Где ты был? - выпалила она. - В туннелях?
- Я их знаю.
- А я знаю доки. Вот так.
- Скажи, что ты делала на четвертом?
- Когда по флотскому кому сообщили о несчастном случае, я была здесь.
Попросила Кео о помощи. Он приказал своему лейтенанту содействовать
администрации доков. Я выполняла свои обязанности. Если бы не я, люди
Вэнерса могли бы еще кого-нибудь пристрелить.
Дэймон с благодарностью обнял ее. Они свернули за угол, в коридор,
ведущий на девятый ярус синей, и пошли на виду у часовых, расставленных
через одинаковые интервалы. Кроме Дэймона и Элен, в коридоре не было ни
одного штатского.
- Джош! - воскликнул он вдруг, роняя руку с ее плеча.
- Что с ним?
Дэймон направился к лифту, доставая из кармана документы, но солдаты
с "Индии", стоявшие на площадке, замахали ему руками, давая понять, что
пропустят и так.
- Его забрали. Мэллори знает об этом. Знает, где его держат.
- Что ты хочешь сделать?
- Мэллори согласилась его отпустить. Может быть, он уже на свободе. Я
выясню через комп, где он: в тюрьме или дома.
- Он может переночевать у нас.
Дэймон молча обдумал это предложение.
- Иначе кто из нас сможет спать спокойно? - спросила Элен.
- В его присутствии тоже не очень-то выспишься. Слишком тесно. Все
равно что положить его в нашу постель.
- Мне приходилось спать в тесноте. Сколько понадобится, столько и
выдержу. Зато если военные попробуют забрать его из...
- Элен, это не тот случай, когда станция может выразить протест. Тут
есть тонкости...
- Что-нибудь секретное?
- Факты, огласки которых Мэллори вряд ли захочет. Ты понимаешь? Она
опасна. Мне доводилось беседовать с убийцами - любой из них может только
позавидовать ее хладнокровию.
- Она же капитан Флота. Это порода, Дэймон. Спроси любого купца. В
этих шеренгах, наверное, стоят родственники наших торговцев, но они не
покинут строй, чтобы броситься в объятья матерей. Кто попадает на Флот,
тот уже не возвращается. Ты не сообщил мне ничего нового, а теперь
послушай меня: если мы хотим что-то сделать, нельзя терять времени.
- Если мы приютим его у себя, это может попасть в файлы Флота...
- Кажется, я знаю, что ты задумал.
Ей тоже было не занимать упорства. Он размышлял. Они подошли к лифту,
и Дэймон положил палец на кнопку.
- Пожалуй, сначала надо его забрать.
- Да, - согласилась жена. - Пожалуй.
ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ
1. ПЕЛЛ: БЕЛАЯ СЕКЦИЯ, ЧЕТВЕРТЫЙ ЯРУС; 22:30
Каждому депутату Кео выдал пропуск, и все же Джон Лукас тревожно
озирался в почти безлюдных коридорах. С наступлением первой смены должен
был начаться обещанный вывод десантников; на некоторых постах уже стояли
члены экипажа Флота без доспехов. Везде царило спокойствие. Джона
остановили всего один раз, на площадке лифта, и он, благополучно
добравшись до своей двери, открыл ее при помощи карточки.
Гостиная пустовала, и у Джона екнуло сердце: неужели его непрошеного
гостя все-таки схватили? Но тут в коридорчике возле кухни появился
невозмутимый Бран Хэйл и промолвил:
- Все в порядке.
Следом за Хэйлом из кухни вышли двое его помощников и Джессад.
- Вы очень вовремя, - улыбнулся Джессад. - Тут стало скучновато.
- Думаю, так будет и впредь, - сварливо отозвался Джон. - Во всяком
случае, этот вечер всем нам - мне, вам, Хэйлу, Дэниельсу, Клею, - придется
провести здесь. Я не хочу, чтобы под носом у солдат из моей квартиры
вывалила толпа дорогих гостей. А к утру войска выведут.
- Флот? - спросил Хэйл.
- Да. Десантников.
Джон прошел в кухню, открыл дверцу бара, осмотрел бутылку - она была
полна, когда он уходил, а сейчас содержимого было на два пальца. Он налил
себе порцию, глотнул и вздохнул с облегчением. Затем вернулся в гостиную и
утонул в любимом кресле возле низкого стола. Джессад расположился
напротив, а Хэйл с приятелями отправился в кухню на поиски новой бутылки.
- Хорошо, что вы вели себя благоразумно, - сказал Джон униату. - Я
беспокоился.
Джессад улыбнулся, по-кошачьи прищурив глаза.
- Надо думать. Вероятно, вы даже колебались минуту-другую. Может, и
сейчас колеблетесь? Впрочем, стоит ли об этом говорить?
Джон нахмурился и бросил взгляд в сторону кухни.
- Не буду скрывать, я верю им больше, чем вам.
- Держу пари, вы подумываете, не избавиться ли от меня, - усмехнулся
Джессад, - и проблема для вас не в том, имеет ли это смысл, а в том, как
это сделать. Что ж, можете попробовать. Вполне вероятно, это сойдет вам с
рук.
Прямота Джессада сбила Джона с толку.
- Вы сами затронули эту тему, - промямлил он. - Отсюда следует, что у
вас есть предложение совершенно иного рода.
На лице Джессада не увядала улыбка.
- И не одно. Во-первых, советую подумать о том, что сейчас я для вас
не опасен. Во-вторых, не стоит огорчаться из-за прибытия Мациана.
- Почему?
- Потому что эта возможность нами учтена.
Джон поднес стакан к губам и глотнул обжигающей жидкости.
- Прыгать без риска в Глубоком, господин Лукас, можно тремя
способами. Во-первых, короткими скачками передвигаться в очень хорошо
знакомом пространстве. Во-вторых, можно использовать притяжение звезды, и
в-третьих, если вы ас, - массу какого-нибудь малоизвестного космического
тела. В окрестностях Пелла хватает всякого мусора. Огромных астероидов
нет, но есть довольно крупные.
- О чем это вы?
- О флоте Унии, господин Лукас. Впервые за два или три десятилетия
корабли Мациана сбились в стаю. Неужели вы думаете, что без причины? У них
остался только Пелл. Нет, неспроста флот Унии собрался на краю системы
Пелла и неспроста прислал сюда вашего покорного слугу. Мы знали, куда
полетят мациановцы.
Хэйл и его люди вернулись в гостиную и уселись на диван. Джон обдумал
слова Джессада. Пелл - в зоне конфликта. Наихудший из всех сценариев.
- Что будет с нами, когда выяснится, что Флот Мациана вам не по
зубам?
- Мациана можно вытеснить отсюда, и мы это сделаем. После этого у
него не останется ни одной базы. Наступит мир, и вы, господин Лукас,
будете пожинать его плоды. Вот для чего я здесь.
- Я весь внимание.
- Необходимо заменить администрацию. Убрать Константинов. Вам и вашим
людям придется занять их места. Сумеете? Ведь, насколько мне известно, вы
с Константинами в родстве. Жена старшего...
Джон плотно сжал губы и поморщился, как делал всякий раз, когда думал
об Алисии и о ее судьбе. Он не мог размышлять об этом спокойно. Всю жизнь
зависеть от машин... Впрочем, можно ли назвать это жизнью?
- Мы с сестрой уже несколько лет не разговариваем. Она инвалид.
Дэйин, должно быть, все вам рассказал.
- Да, я это знаю. Но я имел в виду не саму Алисию Лукас, а ее мужа и
сыновей. Хватит ли у вас выдержки?
- Хватит, если вы предложите толковый план.
- На этой станции есть некто Крессич.
Джон затаил дыхание, а его бокал застыл на подлокотнике кресла.
- Василий Крессич. Выборный представитель "К" в совете. Откуда вы о
нем знаете?
- От Дэйина Джекоби... относительно его деятельности в карантине, а
еще - из наших досье. Этот Крессич... приходит на заседания совета из "К".
Значит, у него есть пропуск. Или на выходе есть охрана, которая знает его
в лицо?
- И то, и другое. Охрана там есть, а у Крессича - специальный
пропуск.
- Как вы думаете, можно подкупить охранников?
- В принципе да. Но станционерам, господин как-вас-там, свойственно
естественное нежелание причинять родной станции какой бы то ни было ущерб.
Одно дело переправить в "К" наркотики и спиртное, но человека... У
охранников тоже развито чувство самосохранения.
- В таком случае, придется самого Крессича пригласить к нам на
совещание.
- Не сюда.
- Как скажете. Можно взять у кого-нибудь на время паспорт и прочие
документы. Думаю, среди множества ваших преданных подчиненных найдется
человек, живущий где-нибудь неподалеку от "К"...
- О чем вы хотите говорить с Крессичем? И что рассчитываете от него
получить? Это же бесхребетное ничтожество.
- А много ли у вас людей, таких как эти - верных и преданных? Готовых
на риск, способных убивать? Именно такие нам понадобятся.
У Джона захватило дух. Он бросил тревожный взгляд на Хэйла и снова
посмотрел на Джессада.
- Поверьте, Крессич не из таких.
- Зато у него есть связи. Неужели вы всерьез считаете, что без них
кто-либо мог бы так долго продержаться на верхушке этого чудовищного "К"?
2. ПЕЛЛ: ЗЕЛЕНАЯ СЕКЦИЯ, СЕДЬМОЙ ЯРУС:
КУПЕЧЕСКАЯ ГОСТИНИЦА; 22:41
Загудел ком. Вспыхнула лампочка на консоли. Вызов.
Джош остановился посреди комнаты и посмотрел на ком. Его отпустили.
"Ступай домой", - сказал тюремный надзиратель, и Джош так и сделал -
отправился в гостиницу по коридорам, охраняемым полицией и мациановцами.
Сразу, как только он вошел, прозвучал вызов.
Красная лампочка все мигала - неизвестный упорствовал. Джошу не
хотелось отвечать. Может быть, это из тюрьмы? Решили удостовериться, что
он благополучно добрался до дома? Не выдержав, он подошел к кому и нажал
клавишу приема вызова.
- Джошуа Толли, - проговорил он в микрофон.
- Джош, это Дэймон. Рад тебя слышать. Ну что, все в порядке?
У Джоша перехватило дыхание. Он прислонился к стене.
- Джош?
- Все хорошо, Дэймон. Ты знаешь, что случилось?
- Знаю. Я получил от тебя весточку и настоял, чтобы тебя освободили
под мое поручительство. Сегодня ты ночуешь у нас. Приготовь все
необходимое. Я за тобой зайду.
- Нет! Дэймон, не ввязывайся в это.
- Все в порядке. Не спорь. Потом поговорим.
- Дэймон, не надо! Не надо! Это попадет к ним в комп.
- Джош, мы - твои легальные попечители. Это уже в компе.
- Не надо!
- Мы с Элен уже идем.
Связь прервалась. Джош вытер пот с лица. В животе образовался комок и
поднялся к горлу. Джош не видел стен, не видел гостиничной мебели. Его
окружал металл, рядом стояла Сигни Мэллори с молодым лицом, серебристыми
волосами и глазами древней старухи. Дэймон и Элен собирались рисковать
своей жизнью и жизнью неродившегося ребенка. Ради него, Джоша.
У него не было оружия. Оно бы и не понадобилось, окажись он с той
женщиной в ее спальне, как когда-то. В то время он был мертв. Внутри.
Существовал, но ненавидел себя за это. И сейчас - точно такое же
оцепенение. Будь что будет. Ты ничего не в силах изменить. Тебе предлагают
укрытие - соглашайся. Соглашаться всегда проще. Раньше ты бы так и
поступил. Раньше ты не был опасен Мэллори. Тебе не за что было с ней
драться.
Он оттолкнулся от стены, ощупал карман - документы лежали на месте.
Мимо автоматизированного бюро обслуживания он прошел в гостиничный холл,
просторное помещение, где стояли охранники. Один из них - местный
полицейский - двинулся навстречу Джошу. Он бросил испуганный взгляд в
сторону коридора, где стоял солдат.
- Эй! - разорвал тишину вестибюля возглас Джоша. - Эй, вы! Я хочу с
вами поговорить.
Полицейский застыл как вкопанный, солдат резко опустил дуло, едва не
нажав на спусковой крючок. Джош нервно сглотнул и показал ему пустые руки.
- Я хочу с вами поговорить, - повторил он.
Дуло чуть шевельнулось. Широко разведя руки, Джош направился к
черному отверстию ствола.
- Стоп! - приказал десантник. - Дальше - ни шагу. В чем дело?
На его панцире поблескивала эмблема "Атлантики".
- Знаете Мэллори с "Норвегии"? - спросил Джош. - Мы с нею старые
друзья. Передайте, что Джош Толли хотел бы с ней встретиться. Немедленно.
Солдат ощупал его подозрительным взглядом, поморщился, но все же
уравновесил ружье на локтевом сгибе и снял с пояса ком.
- Я поговорю с вахтенным офицером "Норвегии", - сказал он. - Но если
Мэллори вас не знает, вы все равно пойдете со мной - на проверку.
- Она меня знает, - заверил Джош.
Солдат нажал кнопку передачи и произнес несколько фраз. Ответ не
прозвучал из-под шлема, но глаза десантника блеснули.
- Вас понял, "Норвегия", - отозвался он. - Центр управления. Конец
связи.
Повесив ком на пояс, он взмахнул дулом.
- Идите по коридору до лестницы, там вас встретит часовой и проводит
к Мэллори.
Джош торопливо пошел указанной дорогой, боясь, что Дэймон и Элен уже
на пути в гостиницу.
Разумеется, его обыскали - в третий раз за этот день. Но Джоша не
волновало, что делают с его телом - главное, чтобы душа оставалась
холодной и неприступной. Одернув костюм, он следом за конвоирами поднялся
по лестнице, минуя часовых на каждом ярусе. На втором зеленой они
забрались в лифт и совершили короткий подъем, затем перешли на первый ярус
синей. Десантники не проверили документы Джоша, лишь заглянули в бумажник
- убедиться, что в нем нет ничего, кроме бумаг.
Потом они недолго шагали по ковровому покрытию коридора. Пахло
химией. Попадались рабочие, снимавшие указатели со стен. Наконец - большой
зал с окнами, уставленный электронной аппаратурой; среди множества
бдительных охранников там суетилось несколько техов.
Дверь открыли солдаты с "Норвегии". Мэллори, сидевшая за крайним в
ряду пультом, встала и с ледяной улыбкой повернулась к Джошу.
- Ну? - произнесла она.
Джош надеялся, что, увидев ее, он сохранит спокойствие - и ошибся.
Его затошнило.
- Я хочу назад, - сказал он, - на "Норвегию".
- В самом деле?
- Я нездешний. И вообще не станционер. Кто еще может меня забрать?
Мэллори промолчала, пристально глядя на него. У Джоша задрожало левое
колено. Он пожалел, что нельзя сесть. Стоит пошевелиться, и его
пристрелят, - в этом он не сомневался. Лишь бы хватило самообладания. Лишь
бы не вернулся проклятый тик...
У него дернулся край рта - к счастью, как раз в то мгновение, когда
Сигни бросила взгляд через плечо. Снова повернув к нему голову, она сухо
рассмеялась.
- Это Константины тебя надоумили?
- Нет.
- Ты ведь урегулирован, верно?
Боясь, что начнет заикаться, Джош ограничился кивком.
- И теперь Константины ручаются за твое примерное поведение?
Тон Сигни не сулил ничего хорошего.
- Никто за меня не ручается, - запинаясь, проговорил он. - Я хочу на
борт. Если выбирать не из чего, - я согласен на "Норвегию".
Он был вынужден смотреть на нее в упор. Смотреть в глаза, за которыми
бродили мысли, не предназначенные для техников и солдат.
- Вы его обыскали? - спросила Сигни десантников.
- Да, мэм.
Она долго размышляла, наконец, уже не смеясь и даже не улыбаясь,
спросила Джоша:
- Где ты живешь?
- У меня номер в старой гостинице.
- Тоже благодаря Константинам?
- Я работаю и плачу за жилье.
- Работаешь? Кем?
- Демонтажником. Разбираю на части всякий утиль.
Удивление на лице Сигни сменилось усмешкой.
- Так что, - продолжал Джош, - терять мне здесь нечего. Я хочу
улететь. Ты должна мне помочь.
Уловив за спиной Джоша движение, Мэллори вскинула голову и
рассмеялась - устало, невесело. И поманила кого-то.
- Константин. Очень кстати. Что, явились за своим дружком?
Джош обернулся. Дэймон и Элен - раскрасневшиеся от быстрой ходьбы,
встревоженные. Пришли за ним, Джошем. Оба.
- Если он не в себе, - сказал Дэймон, - то мы отведем его в больницу.
- Он приблизился к Джошу и положил руку ему на плечо. - Пойдем, Джош.
Пойдем.
- Да, он не в себе, - проговорила Мэллори. - Он пришел убить меня.
Отведите вашего приятеля домой, господин Константин, да приглядывайте за
ним хорошенько, не то я сама им займусь.
Повисло тяжелое молчание.
- Я пригляжу, - пообещал наконец Дэймон. Его пальцы впились в плечо
Джоша. - Пошли.
Вместе с Дэймоном и Элен Джош прошел мимо охранников в пропахший
химией коридор. За ними закрылись двери контрольного центра. Все трое
молчали. Ладонь Дэймона опустилась с плеча Джоша на локоть.
Они вошли в кабину лифта и спустились на пятый ярус. Там тоже хватало
солдат и станционных полицейских, но никто не заступил дорогу двум
резидентам и одному пленнику. Джоша привели в квартиру Дэймона и закрыли
за ним дверь. Он молча подождал в прихожей, пока Элен и Дэймон включат
свет и снимут верхнюю одежду.
- Я пошлю кого-нибудь за твоими вещами, - отрывисто произнес Дэймон.
- Проходи. Располагайся. Будь как дома.
Джош не считал, что заслуживает такого приема. Ни на секунду не
забывая о своем промасленном комбинезоне, он осторожно опустился в кожаное
кресло. Элен предложила стакан какого-то охлажденного напитка, и Джош
выпил его, не ощутив вкуса.
Дэймон присел на подлокотник соседнего кресла. "Сердится", - подумал
Джош и, выбрав точку на полу, уперся в нее взглядом.
- Ты заставил нас побегать, - упрекнул его Дэймон. - Не знаю, как
тебе удалось проскочить мимо нас.
- Я обратился к часовому. Попросил, чтобы меня отвели к Мэллори.
Дэймон хотел что-то сказать, но сдержался. Элен села на диван между
мужчинами.
- Что ты задумал? - будничным тоном спросил Дэймон.
- Я не должен вас втягивать. Это опасно.
- Так ты хотел убежать от нас?
Джош пожал плечами.
- Ты в самом деле намерен ее убить?
- Может, и убью. Где-нибудь. Когда-нибудь.
Супруги не нашли что сказать. Наконец Дэймон тряхнул головой и
отвернулся, а Элен встала, зашла за спинку Джошева кресла и опустила
мягкую ладонь на плечо бывшего униата.
- Ничего у нас не получится, - проговорил Джош, спотыкаясь на каждом
слове. - Все очень плохо. Боюсь, она решила, что это вы меня подговорили.
Мне так жаль...
Ладонь Элен прошлась по его волосам, снова опустилась на плечо.
Дэймон смотрел на Джоша так, будто видел его впервые в жизни.
- Не вздумай еще раз так поступить, - мягко попросил он юношу.
- Я не хотел, чтобы вы пострадали из-за меня. Я не хотел, чтобы вы
давали мне приют. Подумайте о том, как это выглядит в их глазах.
- Ты считаешь, Мациан прилетел сюда с бухты-барахты? Ты считаешь,
один капитан способен ради личной мести испортить отношения между Флотом и
Константинами, без которых Мациан здесь как без рук?
Джош поразмыслил. Ему очень хотелось верить, что дело обстоит именно
так, но верилось с трудом.
- Ничего подобного не случится, - продолжал Дэймон. - Успокойся. Ни
один десантник не войдет в эту квартиру, если только ты не дашь повода.
Понимаешь? Видишь ли, я попросил Мэллори, и она приказала выпустить тебя
из тюрьмы. Это уже вторая поблажка. На третью не надейся.
От изумления Джош не смог выговорить ни слова. Только кивнул.
- Ты ел сегодня?
В замешательстве Джош не сразу вспомнил о бутербродах. Видимо, одной
из причин его слабости было недоедание.
- Пропустил ужин, - ответил он.
- Я тебе дам что-нибудь из своей одежды, что подойдет. Умойся,
отдохни, а завтра утром мы сходим к тебе в номер и возьмем все
необходимое.
- Сколько я буду здесь жить? - Джош посмотрел на Элен и снова
повернул голову к Дэймону. Квартира была маленькой, и он понимал, что
стеснит супругов. - Я не могу поселиться у вас насовсем.
- Поживешь, пока здесь безопасно, - ответил Дэймон. - Если
понадобится, мы еще что-нибудь устроим. Я попробую организовать
переоформление твоих документов - тогда у тебя будет повод провести в моем
офисе еще несколько рабочих дней.
- А как же мастерская? Разве я туда не вернусь?
- Вернешься, когда все уляжется. А до тех пор мы будем тебя
прикрывать. Мы ясно дали понять военным, что они создадут серьезную
проблему, если тронут тебя. Я расскажу об этом отцу, так что в обоих наших
офисах никого не застанут врасплох внезапные обыски. Об одном тебя прошу:
не провоцируй военных.
- Не буду, - согласился Джош.
Дэймон указал подбородком на коридор, Джош встал и вышел следом за
ним. Из встроенных шкафов возле ванной Дэймон извлек целую охапку одежды.
Потом гость принял душ, избавивший его не только от грязи, но и от
воспоминаний о тюремной камере. Закутался в мягкий хозяйский халат и
направился в кухню, в ароматы готовящегося ужина.
Сгрудившись вокруг столика, они ели и рассказывали друг другу о том,
что видели в разных секциях. Наконец-то Джош мог говорить, не заикаясь и
не путаясь от волнения. Он уже не был один на один со своим кошмаром.
После ужина он устроился на полу в углу кухни, на импровизированном
ложе, хотя Элен настойчиво предлагала ему ночевать в гостиной, где было
достаточно места.
- Завтра мы достанем кушетку, - пообещала она. - На худой конец
гамак.
Лежа в темноте с открытыми глазами, он слушал, как устраиваются в
гостиной супруги, и наслаждался ощущением безопасности, поверив наконец в
слова Дэймона. Он - в крепости, и сюда не ворвется никто, даже мациановцы.
ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. НИЖНЯЯ: РАЗВЕДЧИК "АФРИКИ",
ГЛАВНАЯ БАЗА; 24:00 ГС; 12:00 ДС
Откинувшись на спинку кресла, Эмилио не сводил глаз с ухмыляющегося
Порея. Когда обезображенный шрамами капитан сделал несколько пометок в
распечатке и придвинул ее к Эмилио, тот быстро просмотрел список
требований и кивнул.
- На это нужно время, - сказал он.
- Сколько угодно, - скаля зубы, кивнул Порей. - Сейчас я всего лишь
выполняю инструкции. Вы и ваш персонал уклоняетесь от сотрудничества. Ну
что ж, можете продолжать в том же духе.
Они беседовали на корабле Порея, в тесной каюте с плоской палубой.
Разведчик не предназначался для дальних перелетов. Отведав воздуха Нижней,
помесив грязь и налюбовавшись куполами. Порей исполнился отвращения,
вернулся на корабль и вызвал Эмилио к себе, вместо того чтобы прийти к
нему в операторскую. Эмилио это вполне устраивало, вот если бы еще и
солдаты держались подальше от куполов... Но они, в масках и с оружием,
слонялись по лагерю. Даже на полях "К" и резиденты работали под прицелом.
- Надо мной тоже есть начальство, - возразил Эмилио. - Я тоже получаю
инструкции. Капитан, лучшее, что мы с вами способны сделать, это
удостовериться, что обе стороны хорошо понимают ситуацию. Ваши требования
вполне разумны и выполнимы, но, повторяю, мне нужно время.
Человек здравомыслящий поддается уговорам. Порей же только ухмылялся.
Возможно, лицо его не знало другой мины, кроме выражения дерзкого
упрямства. "Похоже, он хронически недосыпает", - отметил про себя Эмилио.
Десантники сменялись с постов часто и на короткое время - это говорило о
том, что они прилетели уже измотанными. Да и экипаж - вероятно,
дополнительная смена, - выглядел не лучшим образом.
- Сколько угодно, - повторил Порей, давая понять, что Эмилио
Константину аукнется его упрямство.
- Мы успеем до вашего отлета. - Эмилио поднялся и направился к
выходу, не попрощавшись. Охранники не препятствовали ему. По короткому
коридору он проник в просторное чрево корабля и на лифте, шахта которого
служила одновременно воздушным шлюзом, спустился к пандусу. Надев
противогаз, он пошел навстречу холодному ветру Нижней.
Вопреки ожиданиям Эмилио, остальные лагеря не были оккупированы
десантниками Мациана - видимо, сказывались нехватка солдат и отсутствие
посадочных площадок. Что же касалось претензий Порея, то они не пугали
Эмилио. Станция, конечно, изрядно обеднеет, выполнив их, но тактика
проволочек заставит Флот умерить аппетиты. "Обстановка нормализуется, -
утверждалось в очередном отцовском уведомлении. - Эвакуации не ожидаем.
Флот рассчитывает оборудовать на Пелле постоянную базу".
Известие не радовало, но и не удручало. Вступление Пелла в войну
Эмилио считал неизбежным; сохранять нейтралитет до скончания века станции
не удастся. Пока на ней находились агенты Компании, Эмилио слабо надеялся
на существование какой-нибудь новой силы, ожидающей своего часа. Но вместо
этой силы появился Мациан, проигрывающий войну, на которую у Земли
катастрофически не хватало средств. Мациан не мог защитить станцию, а
станция не могла обеспечить его всем необходимым. И самое страшное: он
ничего не знал и не желал знать о хрупком равновесии жизни на Пелле и
Нижней. "Где низовики?" - допытывались десантники. "Испугались чужаков", -
отвечал Эмилио. Туземцы исчезли без следа. Впрочем, он и не рассчитывал,
что они останутся.
Сунув в карман куртки список Порея, он стал подниматься по тропинке
на холм. Тут и там среди куполов маячили вооруженные солдаты, вдалеке, на
полях, виднелись фигурки работников. Всех поселенцев выгнали на работу,
невзирая на возраст, состояние здоровья и официальный распорядок дня.
Солдаты спустились к мельнице и насосной станции, они слонялись повсюду,
расспрашивая колонистов о продуктовых пайках. К счастью, до сих пор не
открылась главная ложь Эмилио - будто бы станция израсходовала все, что
они произвели. А наверху, на орбите Пелла, собрались десятки, даже сотни
кораблей... "Едва ли, - подумал Эмилио, - Мациан рискнет сейчас ограбить
купцов. Очень уж их много. И униатов он не сумеет сдерживать до
бесконечности. Вряд ли наша хитрость успеет раскрыться до того, как он
сбежит".
Он спустился по склону, по мосту перебрался через водосток, затем
поднялся к операторской. Наружный люк был открыт, рядом, потирая озябшие
руки, стояла Милико, и ветер играл ее черными волосами. Она хотела пойти
на корабль вместе с мужем - боялась отпускать его одного к Порею. Эмилио
отговорил ее.
Увидев его, Милико двинулась навстречу. Он успокаивающе улыбнулся ей.
Все было не так уж и плохо. Нижняя все еще была в их руках.
ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ. СИНЯЯ СЕКЦИЯ, ПЕРВЫЙ ЯРУС: 5.10.52; 09:00
На ближайшем перекрестке стоял часовой. Джон Лукас помедлил и этим
привлек к себе внимание. Рука часового потянулась к пистолету. Держа перед
собой карточку, Джон двинулся к солдату - темнокожему, коренастому.
Часовой хмурился, изучая карточку.
- Это депутатский пропуск, - пояснил Джон. - Высшая категория.
- Да, сэр.
Джон забрал пропуск и двинулся дальше по коридору, спиной ощущая
взгляд часового.
- Сэр!
Джон повернулся.
- Господин Константин у себя в офисе, сэр.
- Я к его жене. Она мне сестра.
- Пожалуйста, сэр, - спокойно произнес солдат через несколько
мгновений и снова превратился в истукана.
Джон пошел своей дорогой.
"Недурно устроился Анджело, - с горечью подумал он. - Ни толп, ни
тесноты. И подселенцев не пришлось к себе пускать". Весь этот отсек
четвертого коридора с примыкающими к нему помещениями принадлежал Анджело.
И Алисии.
У двери Джон заколебался, желудок сжался. Он зашел очень далеко и
если сейчас поведет себя необычно, то у охранника, стоящего за его спиной,
возникнут подозрения.
Назад пути нет.
Он нажал на кнопку кома и приготовился ждать.
- Кто там? - спросили за дверью чуть ли не в ту же секунду, и это
застигло Джона врасплох.
- Лукас, - ответил он. - Джон Лукас.
Дверные створки раздвинулись. На пороге стояла тощая седая низовка с
угрюмыми глазами, окруженными морщинами.
- Я Лили.
Он проскользнул между нею и косяком, остановился и оглядел тускло
освещенную гостиную, дорогую мебель. Роскошь. Простор. Встревоженная
низовка Лили не отходила от Джона ни на шаг. Дверь беспрепятственно
закрылась.
Уловив краем глаза более яркий, чем в гостиной, свет, Джон обернулся
и увидел впереди комнату: белый пол, экраны, создававшие иллюзию окон, за
которыми простирался космос.
- Ты прийти она смотреть? - спросила Лили.
- Скажи ей, что я здесь.
- Я сказать. - Хрупкая, сутулая низовка поклонилась и отошла. Не
зная, чем занять руки, Джон ждал в сумрачной гостиной. Комок в желудке
давил все больнее. Из комнаты доносились голоса.
- Джон? - Он с облегчением узнал голос Алисии - по крайней мере один
человек там есть, - и содрогнулся от внезапно нахлынувшего отвращения. Ни
разу еще он не входил в эти комнаты. Ни разу не видел Алисию слабой,
изможденной, жалкой, живущей (если это можно назвать жизнью) в созданной
машинами среде. И вот он пришел, сам не ведая зачем. Нет, ведая: найти
правду. Выяснить, способен ли он смотреть Алисии в глаза. Все эти годы он
обходился видом - экран, изображение... Но стоять в этой комнате, глядеть
Алисии в глаза, разговаривать с ней...
Возвратясь в гостиную. Лили сложила руки на груди и поклонилась.
- Ты входить. Ты входить сейчас.
Он двинулся вперед, но на полпути к комнате - тихой, стерильной,
белой, - остановился. В животе творилось что-то ужасное - казалось,
внутренности свернулись в узел. Он резко повернулся и направился к выходу.
- Ты идти? - преследовал его голос ошеломленной низовки. - Сэр, ты
уходить?
Джон коснулся кнопки и вышел, позволив двери закрыться за его спиной.
Набрав полную грудь прохладного, живительного воздуха, он зашагал по
коридору прочь от обиталища Константинов.
- Господин Лукас. - Сквозь вежливость на лице часового проглядывало
любопытство.
- Она спит. - Джон не остановился, лишь судорожно сглотнул. Удаляясь
от солдата, он старался побыстрее стереть из памяти белую комнату и
вспомнить другую Алисию - девушку, подростка, ребенка...
КНИГА ЧЕТВЕРТАЯ
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
1. ПЕЛЛ 10.10.52; 11:00
Суматоха на станции улеглась, к кабинетам юрслужбы вновь выстроились
очереди, и это было добрым признаком. Папка для "входящих" документов
распухла от жалоб на военных, требований судебного разбирательства,
протестов возмущенных купцов, полагавших, что станция обязана оплатить им
вынужденный простой в доках. От встревоженной команды одного из фрахтеров
поступило заявление об исчезновении юноши - подозревали, что его "под
шумок" рекрутировали мациановцы, но скорее всего он заперся с подружкой в
номере какой-нибудь гостиницы. Как бы то ни было, комп терпеливо выяснял,
где и когда юноша в последний раз воспользовался личной карточкой.
Рано или поздно его найдут целым и невредимым, - в этом Дэймон нимало
не сомневался. Поднять на ноги всю станционную полицию? Ну уж нет, это
будет сделано лишь в том случае, если поиски дадут однозначно негативный
результат. И вообще, не слишком ли много чести молодому купцу, который,
возможно, поссорился с семьей или просто слишком пьян, чтобы реагировать
на объявления по виду? Как будто у юрслужбы мало других проблем! И вообще,
этим должна заниматься полиция... Хотя у нее тоже дел по горло, персонал
предельно измотан, многие на грани нервного срыва. Ладно уж, от юристов не
убудет, если они еще немного посидят за клавиатурами компа.
Очередное убийство в "К". Сколько можно?! А главное, юрслужба тут не
может ничем помочь, разве что зарегистрировать происшествие. Рапорт о
временном отстранении от дел полицейского. Контрабанда - ящик низового
вина. Какой-то офицер счел эту проблему безотлагательной, хотя кто сейчас
не знает о контрабанде, идущей через карантинные турникеты? Однако
почему-то именно этого охранника сделали козлом отпущения.
Три слушания отложены на вторую половину рабочего дня. Видимо,
придется отсрочить их еще раз, - намечено заседание совета, и на него
могут вызвать представителей юстиции. Надо договориться с адвокатом, а еще
найти время после обеда для дел, которые не по зубам нижним инстанциям
юрслужбы.
Сделав и то, и другое, он вместе с креслом повернулся к Джошу. Сидя
за дисплеем запасного терминала и старательно скрывая скуку, тот читал
книгу.
- Эй, - окликнул его Дэймон. - Как насчет ленча? Время есть, можно
спокойно перекусить и даже заглянуть в спортзал.
- А нас туда пропустят?
- Пропустят.
Джош выключил дисплей. Дэймон поднялся, оставив машину включенной,
подошел к вешалке, снял пиджак и на всякий случай нащупал в кармане
документы. На всей станции еще стояли на часах десантники Мациана, и
убедить их в чем-либо было по-прежнему нелегко.
Джош тоже надел пиджак, взятый "поносить" (иначе он ничего брать не
соглашался, хотя о сроках возврата речь пока не шла) у Дэймона, - размеры
у них совпадали. Понемногу у Джоша появилось достаточное количество
одежды, которая позволяла ему приходить в офис юрслужбы, не привлекая к
себе лишнего внимания.
- Будем к часу, - предупредил Дэймон секретаршу, и та, кивнув,
повернулась к консоли, чтобы ответить на вызов.
Дэймон указал Джошу на дверь в коридор.
- Полчаса в спортзале, потом - сэндвичи в ресторане. Я проголодался.
- Прекрасно, - вымолвил Джош, нервно озираясь. Дэймон тоже огляделся,
ощутив беспокойство. В коридорах по-прежнему было малолюдно - станционеры
еще не оправились от потрясения. Вдалеке маячило несколько солдат.
- Военных отсюда уберут, - заверил он Джошуа, - до конца недели. В
белой останется только наша охрана. А еще дня через два, может, и в
зеленой. Мы договариваемся. Наберись терпения.
- Они всегда что хотят, то и делают, - угрюмо произнес Джош.
- Ты имеешь в виду Мэллори?
На лицо Джоша набежала тень.
- Не знаю. Пытаюсь вспомнить, но не могу.
- Поверь, все будет хорошо. - Подойдя к лифту, Дэймон краешком глаза
приметил на углу женщину в форме рядового (ничего необычного, мало ли их
тут кругом расставлено) и набрал код ядра. - Утром пришла хорошая новость
от брата - обстановка на Нижней нормализуется...
- Я рад, - шепнул Джош.
Внезапно женщина двинулась к ним чуть ли не бегом. Дэймон оглянулся.
Все солдаты в коридоре спешили в их сторону.
- Снять код! - отрывисто произнесла рядовая и протянула руку к
пульту. Ее голос и движения выдавали тревогу. - Нам объявили сбор.
- Пожалуйста, я вас пропущу. У меня приоритетный код, - предложил
Дэймон, чтобы избавиться от военных, и подумал, что эта тревога наверняка
вызовет беспокойство станционеров на других ярусах.
- Действуйте.
Он достал из кармана карточку, вставил в паз и набрал свой
приоритетный код. Зажглись красные лампочки. Как только прибыла кабина,
подошли остальные солдаты, оттолкнули Дэймона и Джоша и гурьбой ввалились
в лифт. Кабина с едва слышным скрежетом помчалась в док, не задерживаясь
на промежуточных ярусах. В коридоре не осталось ни одного солдата. Дэймон
глянул в бледное, неподвижное лицо Джоша и пожал плечами.
- Дождемся следующей кабины. - Он спокойно набрал код девятого яруса
синей.
- Элен? - спросил Джош.
- Поехали вместе, - предложил Дэймон. - Если опять возникнут
беспорядки, то наверняка главное будет происходить в доке. Я хочу туда
спуститься.
Кабина где-то застряла. Подождав несколько минут, он снова вставил в
паз карточку - приоритет второй степени. Вспыхнули красные огоньки,
подтверждая, что кабина на приоритетном вызове, и тотчас замигали -
значит, свободных кабин нет. Дэймон ударил кулаком по стене и вновь бросил
взгляд на Джоша. Идти далеко, проще дождаться, пока освободится кабина. Он
подошел к ближайшему кому и нажал кнопку аварийной связи.
- Джош, подойдет лифт - задержи. Комцентр, это Дэймон Константин,
экстренный вызов. Что происходит?
Ответ пришел не сразу.
- Мистер Константин, это общественный канал.
- Только не сейчас. Комцентр, в чем дело?
- Тревога. Прошу вас занять аварийный пост.
- Что происходит?
Ком отключился. Размеренно загудела сирена, запульсировали над
головами красные огни, из офисов высыпали чиновники. Они переглядывались -
надеялись, видимо, что тревога учебная или ложная. Среди них, вдалеке,
мелькала и секретарша Дэймона.
- Возвращайтесь в кабинеты! - закричал Дэймон. - Запирайте двери.
Люди вернулись в офисы. Возле плеча Джоша все еще мигала красная
лампочка - ни одна кабина пока не освободилась. Должно быть, их все
остановили внизу, в доках.
- Пошли, - позвал Дэймон и зашагал по коридору. Джош растерянно
посмотрел на него и не сдвинулся с места. Тогда Дэймон вернулся и схватил
его за руку. - Пошли.
Не все станционеры покинули коридор, и вряд ли можно было их за это
осуждать. На Пелле не только Константины тревожились за своих близких -
взрослых в больницах, детей в яслях и школах. Дэймон громко приказал
разойтись по рабочим местам. Некоторые, не обратив на него внимания,
побежали к доку.
- Стоять! - крикнул им сотрудник станционной полиции. Это не
подействовало, и он положил ладонь на рукоять пистолета.
- Оставьте их в покое, - рявкнул Дэймон. - Пусть бегут.
- Сэр! - Выражение недоумения и страха на мгновение покинуло лицо
полицейского. - Сэр, ком молчит!
- Не хватайтесь за пистолет без необходимости. Вы что, у солдат этому
научились? Не покидайте поста, успокаивайте людей, помогайте им по мере
сил. Ничего страшного, наверное, это ученья. Успокойтесь.
- Есть, сэр.
Дэймон повел Джоша дальше, к аварийной лестнице, преодолевая желание
пуститься бегом. Бегущий Константин - сигнал опасности, это непременно
вызовет панику.
Как будто он сам далек от паники!
- Не успеем, - проговорил Джош, с трудом переводя дыхание. - Пока
поднимутся по тревоге, корабли уже будут здесь, и если Мациана накроют в
доках...
- Станцию охраняет милиция и два рейдероносца. - В следующее
мгновение Дэймон вспомнил, кто такой Джош, и у него перехватило дыхание.
Он устремил на спутника испуганный взгляд и увидел такое же встревоженное,
как, наверное, у него самого, лицо. - Посмотрим.
От аварийной лестницы доносились крики, зазвучавшие громче, когда
Дэймон отворил дверь. Вниз по лестнице бежали люди с других ярусов.
- Постойте! - воскликнул Дэймон. Ближайшие к нему люди задержались,
кое-кто даже повернулся, но таких было мало, остальные спешили, не обращая
на него внимания. Шум нарастал. Все лифты заклинило, с каждого яруса
человеческие потоки низвергались на спиральную лестницу.
- Успокойтесь! - кричал Дэймон, хватая за плечи пробегающих мимо. Но
движение потока все ускорялось, мужчины, женщины и дети застревали в
проходе. Уйти с лестницы было уже невозможно - в дверях образовались
пробки.
- В доки! - вопль растекался, как пламя пожара. Над головами полыхали
красные лампы. С того дня, как пришли солдаты, Пелл ждал вражеской атаки и
эвакуации.
Всей своей чудовищной массой толпа давила вниз, и ничто не могло ее
остановить.
2. "НОРВЕГИЯ": 11:05
ЦФХ/РЫЦАРЬ/189-89-89/ ЛЕГКОЛЕГКОЛЕГКО/
СКОРПИОНДВЕНАДЦАТЬ/ НОЛЬНОЛЬНОЛЬ/КОНЕЦ
Сигни набрала код подтверждения приема, повернулась к Граффу и
энергично махнула рукой.
- Врубай! - облек Графф ее команду в словесную форму, и по всему
кораблю зазвучал старт-сигнал. От рубки управления к доку побежали огоньки
лампочек. Десантники бросили недоразобранные "пуповины".
- Не успеем их забрать, - сказала Сигни Ди Янцу, истязавшему ком.
Оставлять часть людей на станции - сама мысль об этом была нестерпима.
- Ничего с ними не случится.
- Пуповины пусты! - крикнул Графф в микрофон кома. Только что
"Европа" передала циркулярный сигнал "срочный старт" и ушла, бросив свою
пехоту. Ушел и "Тихий океан". К станции следом за лучевым импульсом с
"Тибета" несся его рейдер, повторяя предупреждение на всех волнах.
Происходившее на окраине системы Пелла было столь же привычным, как
досветовая связь, которой воспользовался "Тибет". Более часа назад в
территориальном пространстве Пелла появились корабли. Вот только - чьи?
Мигание лампочек на главном пульте "Норвегии" превратилось в зеленую
рябь. Сигни сняла зажим, и рейдероносец вышел из дока. Солдаты, успевшие
вернуться на борт, все еще пристегивались ремнями безопасности. Несколько
мгновений, пока раскручивался ее цилиндр, "Норвегия" двигалась при нулевой
гравитации, под мягкими толчками направляющих и выводных дюз. Затем -
рывок, в такой близости от корпуса "Австралии", что по всему Пеллу,
вероятно, зазвучала тревога. Быстро набрав ускорение, "Норвегия" привела
внутренние оболочки (они тоже вращались, снижая стрессовые нагрузки)
цилиндра в режим боевого синхронизма. Как только тело Сигни обрело
привычный вес, снова включился фиксатор.
Под нижней плоскостью гроздью висели купцы. Впереди летели "Европа" и
"Тихий океан", позади, на порядочном расстоянии, - "Австралия". В любую
секунду могла стартовать "Атлантика". Кео, капитан "Индии", спешил по
станционным коридорам на свой корабль; Порей находился на планете.
Вероятно, его рейдероносец выйдет под командованием первого помощника, а
сам Порей вылетит с Нижней на челноке. В любом случае "Африка" будет идти
в арьергарде.
Надвигалось неизбежное. "Тибет" подстраховался, выпустив рейдер через
несколько минут после отправления сигнала. Теперь доносились новые
сообщения, к едва различимому голосу "Тибета" добавились голоса "Северного
полюса" и купцов милиции, почти беззащитных против дредноутов Унии.
"Тибет" уже дал бой в депо, надеясь приостановить флот вторжения;
"Северный полюс" шел к нему на подмогу. Ближнерейсовики милиции - улитки
по сравнению с вражескими кораблями - торопились следом. Они задержат
униатов, если им хватит мужества. Если...
- Рейдер! Повернул! - прозвучал в ухе у Сигни голос оператора скана.
На экране появился рейдер - несколько минут назад он принял их
опознавательный код и сразу изменил курс. Комп дальнего скана нарисовал
пунктирную дугу остальных кораблей... От красной линии отставали желтые
искорки - следы; они постепенно меркли, меняя цвет на голубой; собственно,
они были нужны лишь затем, чтобы показать: строй чужих рейдероносцев
движется навстречу ядру мациановской эскадры. "Норвегия" спускалась к нему
по исходной плоскости, в то время как рейдер был вынужден идти в надир.
Они стремительно сближались по прямой. Приказав техам у экранов компа
и скана следить за всей сферой, Сигни сидела, кусая губы от злости на
Мациана, который вел свои корабли параллельным курсом. "Хватит, капитан, -
мысленно произнесла она, ощущая дыхание беды. - Хватит с нас Викинга.
Разреши нам действовать по-своему".
ЦФХ/РЫЦАРЬ/189-9090-б87/СФИНКС/ДЕВЯТЬДЕВЯТЬДЕВЯТЬ/
СФИНКС/ДВАДВАДВА/ТРИПЛЕТ/ДУПЛЕТ/КВАРТЕТ/ОСА/КОНЕЦ.
Новые приказы. Кораблям, задержавшимся в станционных доках, даны
другие векторы. "Тихий океан", "Атлантика" и "Австралия" идут прежним
курсом, медленно разворачиваясь веером для защиты системы.
3. ПЕЛЛ: ОФИС УПРАВЛЯЮЩЕГО СТАНЦИЕЙ
ТОРГОВЕЦ МОЛОТ/ ВСЕМ КЗК В ЗОНЕ СЛЫШИМОСТИ/СОС СОС СОС/ ИДУТ
РЕЙДЕРОНОСЦЫ УНИИ/ ВИЖУ ДВЕНАДЦАТЬ ЛИНКОРОВ/ РАЗГОНЯЮТСЯ ДЛЯ ПРЫЖКА/
СОС СОС СОС...
ЛЕБЯЖЬЕ ПЕРО/ ВСЕМ БОРТАМ/ БЕГИТЕБЕГИТЕБЕГИТЕ...
КЗК ТИБЕТ/ ВСЕМ БОРТАМ/ ПЕРЕДАЙТЕ...
Сигнал тревоги устарел более чем на час, пока добирался до станции
через бортовые комы. Он разбегался по всей системе Пелла, словно эхо
истошного вопля по сумасшедшему дому. От корабля к кораблю...
Облокотившись на консоль компа, Анджело обратился к доку, куда все еще
стекались по аварийному вызову ремонтники. Флотские спешно эвакуировались,
их корабли отчаливали друг за другом, не соблюдая необходимых перерывов. В
центральной - полная неразбериха и ожидание спада гравитации (компенсаторы
могли не выдержать столь сильной нагрузки). Неустойчивость казалась
осязаемой. Ком гудел непрерывно и на разные голоса: на окраине системы
Пелла началось сражение, оттуда, заторможенные световым барьером,
приходили все новые вести.
Большинство десантников успели вернуться на корабли, но хватало и
тех, кого оставили на станции. По военным каналам связи летали
разгневанные голоса, носилось эхо неразборчивых приказов. "Почему они
взяли десантников? - недоумевал Анджело. - И почему не всех? Если нас
захватят... Вот оно что: Мациан рассчитывает вернуться... Эмилио", -
рассея...
