Эдгар Берроуз. Тарзан великолепный
страница №3
...ропускалислабый свет. В противоположную стену был вделан огромный камин, в котором,
казалось, столетиями не разводили огня.
Тарзан подошел к камину и заглянул во внутрь. Затем влез в него и
огляделся. Наверняка он найдет отсюда выход, он еще не отбросил мысль о
побеге.
Но ни одного луча света не проникало сюда извне. Ведь не могло же быть
так, что этот не очень красивый огромный камин был сооружен просто как
архитектурное украшение? Наверняка это не что иное, как отверстие в стене. И
все же — для какой цели? Этот вопрос не давал ему покоя, будоража богатое
воображение. Возможно, отверстие там наверху и забито наглухо?
Владыка джунглей полез наверх. Ведь должно же существовать отверстие
для вытяжки! Если огонь когда-либо разжигался здесь, то камин не мог
являться бутафорией.
Подняв руку, он попытался нащупать свод над камином. Но в кромешной
темноте это не удалось — пустота. Ухватившись за края выступающих стен, он
полез дальше. И вот, встав на носки и вытянув руки, Тарзан нащупал края
стенки. Подтянувшись на руках, он почувствовал под собой опору. Осторожно
поднявшись на ноги, он медленно поднял руки вверх. В футе от себя он нащупал
свод — это была явно какая-то комната в зале над камином. Вероятно,
сделанная для подслушивания и забытая или не открытая Кайи, поселившимися
здесь позже.
Тарзан медленно двинулся вперед, вытянув руки и боясь стукнуться обо
что-нибудь. Впереди ничего не было, и Тарзан также медленно стал продолжать
свой путь. Вскоре он обнаружил то, что и ожидал. Он оказался в коридоре, и
ему стало понятно назначение "секретного" камина. Но куда вел этот коридор?
Кругом было темно, как в могиле. Здесь можно было очень быстро заблудиться,
так как ничто не могло служить ориентиром. Коснувшись левой рукой стены, и
не отрываясь от нее, Тарзан медленно двинулся вперед, тщательно ощупывая
ногой дорогу. В любую минуту он мог провалиться в отверстие в полу, если
таковое имелось.
Довольно долго он пробирался по этому лабиринту, который все время
поворачивал влево. И вдруг он увидел слабый свет, идущий откуда-то снизу
коридора. Подойдя поближе, Тарзан разобрал, что свет исходит из отверстия в
полу. Около семи футов под собой он заметил каминную площадку. Очевидно,
коридор соединял две комнаты, и выходом из него служили камины.
Тарзан прислушался — тишина. Казалось, вокруг ни души, но чуткий нос
его сказал о запахе женщины. Мгновение Тарзан колебался, затем мягко
спрыгнул на каминную площадку. Ни звука, ни шороха. Прямо перед собой он
увидел роскошно убранную комнату. Подобной роскоши ему еще не приходилось
видеть. У противоположной стены, глядя из окна на улицу, стояла
светловолосая красавица. Тарзан еще не видел ее лица, но уже понял, что это
королева Гонфала.
IX
КОНЕЦ КОРИДОРА
Тарзан бесшумно вступил в комнату, подошел к двери и отодвинул засовы.
Затем осторожно направился к девушке, с грустным лицом стоявшей у окна.
Прежде, чем она его заметила, Тарзан подошел к ней почти вплотную. Она
медленно повернулась к нему. Только выражение ее широко раскрывшихся глаз и
немного учащенное дыхание показывали, что она чрезвычайно удивлена. Она не
вскрикнула, а спокойно продолжала смотреть на появившегося перед ней
пленника.
— Не бойтесь, я не сделаю вам ничего плохого, — тихо сказал Тарзан.
— Я не боюсь, — ответила девушка. — В любую минуту я могу позвать
стражу. Но как вы оказались здесь? Она взглянула на открытый дверной засов.
— Наверное, я забыла закрыть дверь. Но мне непонятно, как вы прошли
мимо стражи. Ведь охрана здесь?
Тарзан не ответил. Он стоял, глядя на нее. Перед ним не было величавой
королевы. Просто девушка — мягкая, нежная и ласковая.
— Где Стенли Вуд? — спросил Тарзан.
— Вы знаете о Стенли? Откуда?
— Я его друг. Где он? Что вы собираетесь с ним сделать?
— Вы его друг? — задумчиво спросила девушка, глядя на него во все
глаза. — Но нет, все равно. Сколько бы не было у него друзей, его не спасет
ничего.
— Вы бы хотели, чтобы его спасли?
— Да.
— Тогда почему вы сами ему не помогли? У вас ведь есть власть.
— Нет, я не в силах. Вы все равно не поймете. Я королева. Я
единственная могу приговорить его к смерти.
— Однажды вы уже помогли ему убежать, — напомнил ей Тарзан.
— Тише! Не так громко, — предупредила она. — Мафка уже обо всем
догадывается, я знаю об этом. Собственно, поэтому меня и держат здесь с
усиленной стражей. Он говорит, что это только для моей безопасности, но мне
лучше знать.
— Где Мафка? Я бы хотел его видеть.
— Ты его уже видел. В тронном зале ты стоял перед ним.
— Это был Вура, — возразил Тарзан. Она покачала головой.
— Нет. Кто тебе это сказал? Вура живет со своими Зули.
— Так это был Мафка! — как бы про себя произнес Тарзан, вспоминая
рассказ Лорда о том, что Мафка и Вура — близнецы. — Но я думал, что никому
не разрешено видеть Мафку.
— Это Стенли Вуд сказал тебе об этом, — продолжала она. — Это он так
думал, так было ему сказано. Просто Мафка очень долго был болен. Но он
приказал, чтобы ни одна душа не знала об этом. Он боялся, что кто-нибудь
воспользуется этим и убьет его. Но он хотел видеть тебя. Он хотел видеть
мужчину, который сам пришел в нашу страну и подошел так близко к городу в то
время, как он и не подозревал об этом. Я сама не могу понять, но я видела,
что он очень угнетен и расстроен, когда разговаривал с тобой. Кто ты? Как ты
попал ко мне в комнату? Ты обладаешь такой же силой, как и Мафка?
— Вероятно, — ответил Тарзан. Пусть она так думает, в этом нет ничего
дурного. Он говорил сейчас очень тихо, внимательно разглядывая ее.
— Тебе же хочется увидеть Стенли Вуда на свободе. Разве тебе не
хочется выбраться вместе с ним отсюда? Почему бы тебе не помочь мне?
Девушка с надеждой взглянула на него, и Тарзан увидел в ее глазах
страстное желание.
— Как я могу помочь тебе? — спросила девушка.
— Помоги мне встретиться в Мафкой наедине. Скажи, где я могу найти
его?
Она вздрогнула. На ее лице отразился страх.
— Хорошо. Я скажу тебе. Если ты... — она помолчала. Выражение ее лица
вдруг изменилось, и по телу пробежали судороги. Глаза стали холодными, злыми
и... жестокими. Рот ее искривился в величественной гримасе, которую Тарзан
уже видел в тронном зале. Он вспомнил, как Вуд рассказывал ему о превращении
этого ангела в дьяволицу. Теперь это произошло на его глазах. Но что было
этому причиной? Может быть, она была больна какой-нибудь страшной болезнью?
Вряд ли. Здесь было что-то другое.
— Итак, — продолжил Тарзан, — вы говорили...
— Стража! Стража! — вдруг дико закричала девушка. — Помогите!
Тарзан одним прыжком оказался у двери и задвинул засов. Гонфала
выхватила из-за пояса кинжал и кинулась к нему, но он перехватил ее руку и
вырвал оружие. Стража уже ломилась в дверь. Тарзан схватил Гонфалу за руку и
занес над ней кинжал.
— Скажи им, что все в порядке, — шептал он. — Скажи им, чтобы они
ушли!
Девушка зарычала и впилась зубами в его руку. Завопив на всю комнату,
она стала призывать на помощь.
На противоположной стороне комнаты была еще одна дверь, запертая с
внутренней стороны на задвижку. К этой двери и потащил Тарзан кричащую
Гонфалу. Дернув задвижку, он распахнул дверь настежь и увидел еще одну
комнату со следующей дверью. Итак, наверняка, без конца! Дверь — комната,
дверь — комната!
Втолкнув Гонфалу в комнату, Тарзан задвинул засов. Стражники колотили в
дверь уже изо всей силы. Очевидно, они скоро будут и здесь. Тарзан пересек
комнату и влез в камин. Воины ворвались в комнату. Тарзан прислушался.
Гонфала вопила во всю мочь, и стражники, прорвавшись к ней, наперебой стали
спрашивать, что случилось.
— Где он? — закричала она. — Вы его поймали?!
— Кого? Здесь никого нет! — отвечали они, осматривая комнаты.
— Мужчина! Пленник, которого поймали сегодня.
— Здесь нет ни души, — отвечали воины.
— Сейчас же идите и сообщите Мафке, что пленник сбежал, — приказала
Гонфала. — Пусть кто-нибудь из вас пойдет и проверит, как ему удалось это
сделать. Поспешите! Не стойте как идиоты! Вы что думаете, я не понимаю, что
говорю? Я вам говорю, что он был здесь! Отнял у меня кинжал и запер здесь.
Сейчас же идите туда! Но кто-нибудь пусть останется здесь, он может
вернуться!
Тарзан решил больше не медлить. Положив на край каминной стенки нож
Гонфалы, он спрыгнул на пол своей комнаты и уселся на лавке. Через мгновение
он услышал торопливые шаги по коридору. Дверь в комнату распахнулась. С
дюжину воинов-женщин ввалились в комнату. Все обомлели.
— Где ты был?
— А куда бы я мог пойти? — как ни в чем не бывало спросил Тарзан.
— Ты же был в покоях королевы Гонфалы!
— Но как я мог туда попасть? — удивленно спросил Тарзан.
— Вот мы сами и хотим это знать. Тарзан пожал плечами.
— Кто-нибудь сошел с ума, — сказал он. — Но только не я. Если вы
думаете, что я там был, то почему бы вам не спросить саму королеву?
Воины покачали головами.
— Какой смысл? — сказала одна из женщин. — Он здесь, нам больше
ничего и не надо. Пусть Мафка сам разбирается.
И они покинули комнату.
Прошел час, но никаких событий не произошло. Стража снова пришла в
комнату Тарзана и повела его неизвестно куда. Его вели по длинному коридору
на тот же этаж, где он был раньше. Мафка был здесь. Он стоял за тем же
столом, на котором, как и прежде, покоился огромный алмаз Кайи — Гонфал.
Рука мага лежала на нем. На столе кроме камня лежало еще что-то, закрытое
материей.
Чуткие ноздри Тарзана почуяли кровь, а глаза показали, что этот запах
исходил от предмета, лежавшего на столе. Чья это кровь? Что-то говорило, что
это человек, которого он уже видел. Тарзан стоял прямо перед магом, скрестив
руки на груди и глядя тому в глаза. Оба молчали. Тарзан читал на лице мага
страх и любопытство.
— Как ты попал в комнату королевы? — спросил Мафка, и в выражении его
лица было что-то новое.
— Если бы я был в покоях королевы, кто знал бы об этом лучше, чем
Мафка? — вопросом на вопрос ответил Тарзан. — И если бы я действительно
там был, кому бы об этом лучше знать, как не Мафке?
Выражение лица Мафки стало свирепым.
— Я тебя спрашиваю, как ты попал туда?
— Откуда вы знаете, что я там был?
— Гонфала видела тебя.
— А она уверена, что это был я? Может это был страж или вообще это
игра ее воображения? А не могла ли великая сила Мафки сделать так, что ей
это просто показалось, будто я там был, в то время, как меня там не было?
— Но я не собирался этого делать.
— Может, это кто-то другой? — предположил Тарзан. Наверняка Мафке
ничего не было известно, но почему назначение камина до сих пор не раскрыто?
Хотя Кайи и поселились здесь значительно позже, чем эти здания были
построены. Тарзан размышлял об этом, а Мафка вдруг спросил:
— Кто еще обладает такой же силой, как и Мафка?
Тарзан не ответил, и Мафка, казалось, забыл свой вопрос, продолжая
внимательно разглядывать стоящего перед ним пленника. Через открытую дверь
Тарзан видел спальню и лабораторию — все, как у Вуры. Было очевидно, что
это личные покои Мафки. Вдруг маг задал еще один вопрос:
— Как ты проник к Зули без моего ведома?
— Кто тебе сказал, что я был у Зули? — в свою очередь спросил Тарзан.
— Ты убил моего брата и украл великий изумруд Зули. Ты шел сюда, чтобы
убить и меня. Ты спрашиваешь, кто мне об этом сказал? Вот этот человек!
И он сдернул покрывало со стола. На Тарзана смотрели глаза истекающей
кровью головы Лорда. Рядом лежал изумруд Зули. Мафка не сводил взгляда с
Тарзана, стараясь увидеть его реакцию. Но ни один мускул на его лице не
дрогнул. Снова наступила тишина. Нарушил ее Мафка.
— Так умирают враги Мафки. Так умрет каждый, кто нарушит спокойствие
Кайи или будет сеять тут смуту — Он повернулся к стражникам. — Уведите его
обратно в южную комнату вместе с остальными, приговоренными к казни. Это
будет самый ужасный день, который они проведут у Кайи.
Окруженный стражниками Тарзан вернулся в свою комнату. Он думал, что
приговоренные к смерти будут уже здесь, но он был один. Размышляя о том, кто
будут те несчастные, он подошел к окну и выглянул на улицу. Так он стоял
долгое время, обдумывая план побега Вуда, в успехе которого он не
сомневался. Он и сам мог что-нибудь придумать, но ему были нужны сведения о
Мафке и Кайи, которыми обладал Вуд. Только в этом случае могла прийти
долгожданная свобода.
Размышляя о том, что надо вернуться в покои Гонфалы и вновь обрести в
ней союзницу, он вдруг услышал шаги. Дверь распахнулась, и стража ввела
четырех мужчин. Затем дверь снова закрылась.
Один из прибывших был Стенли Вуд. Увидя Тарзана, он издал радостный
вопль.
— Откуда ты взялся? Что ты, черт возьми, тут делаешь?
— То же, что и ты — жду казни.
— Как же ты попал сюда? Я слышал, что тебе не страшна эта чертова сила
Мафки.
Тарзан рассказал о неудаче с ловушкой на леопардов. Затем Вуд
представил ему троих мужчин. Это были Роберт ван Эйк, Тролл и Спайк, двое
белых охотников. Тролла Тарзан уже встречал.
— У меня не было возможности рассказать Вуду о тебе, — сказал Тролл.
— Я сегодня вижу его в первый раз с того дня, как мы расстались. Меня
только что арестовали, не знаю, правда, за что. А Вуд уже давно арестован.
Интересно, что они собираются со мною сделать?
— Я скажу тебе, — ответил Тарзан. — Мы все пятеро будем казнены. Мне
об этом только что поведал Мафка. Он говорит, что вы смутьяны.
— Вот птичка, а? Он знает обо всем раньше, чем вы успеете об этом
подумать! — воскликнул ван Эйк.
— Я вчера говорил, что все беды из-за этой черной Гонфалы,
негритянское отродье!
— Заткни свою грязную пасть, — зарычал Вуд, — или я заткну тебе ее
сам!
Он быстро подошел к Спайку и ударил того в челюсть. Спайк отлетел к
стене, а ван Эйк кинулся разнимать спорящих.
— Прекратите! — приказал он. — Мы и так хлебнули горя, чтобы еще
ссориться между собой!
— Ты абсолютно прав, — вставил Тролл.
— Ладно, но Спайку придется прикусить язык, иначе я прибью его, как
только представится случай. Он должен взять свои слова обратно!
— Тебе лучше извиниться, Спайк, — сказал ван Эйк. Охотник угрюмо
взглянул на Вуда и прошептал:
— Беру свои слова обратно. Я ничего не имел против этой девчонки.
Вуд удовлетворенно кивнул.
— Хорошо. Я принимаю твои извинения. Затем он повернулся к Тарзану,
стоявшему у окна и
молчаливо наблюдавшему происходящее. Он постоял молча,
затем тряхнул головой.
— Самое плохое, что Спайк прав. В ней течет черная кровь — они все
имеют черную кровь. Но мне, собственно, абсолютно все равно. Я безумно в нее
влюблен. Если бы ты только видел ее, ты бы понял.
— Я ее видел, — сказал Тарзан.
— Что? — воскликнул Вуд. — Ты ее видел? Когда?
— Почти сразу, как я здесь очутился.
— Ты хочешь сказать, что она приходила сюда?
— Она сидела на троне, когда меня привели.
— А, понимаю. Я думал, что, может быть, тебе удалось поговорить с нею.
— После этого я действительно поговорил с ней в ее покоях. Я нашел к
ней ход.
— Что ты говоришь? Как она? Я не видел ее с тех самых пор, как снова
сюда пожаловал. Я боялся, что с ней что-нибудь случилось.
— Мафка подозревает, что она помогала тебе в побеге. Он запер ее и
держит под стражей.
— Ты говорил ей что-нибудь обо мне? — спросил Вуд в волнении.
— Да, она хочет тебе помочь. Сначала она была дружелюбна, но очень
резко изменилась без всякого повода. Она стала опасной, начала звать на
помощь.
— Да, она иногда становится такой — то нежная и прекрасная, то просто
дьявол в юбке. Как ты думаешь, может, она просто не в своем уме?
Тарзан покачал головой.
— Нет, я так не думаю. Здесь что-то другое. Единственное, что надо
сделать — это убрать ее отсюда. Да и нам нужно исчезнуть, прежде чем Мафка
приведет в исполнение свой план. Мы должны сделать это сейчас же.
Преподнесем-ка ему сюрприз.
— И как ты собираешься это сделать, запертый здесь? — спросил
удивленный Вуд.
— Я тебе, как и Мафке, так и быть, тоже сделаю сюрприз. Но сначала
скажи мне — можем ли мы рассчитывать на чью-либо помощь? Ведь нас всего
пятеро. Как другие пленники? Они присоединятся к нам?
— Да, почти все, если смогут. Но что мы можем сделать против силы
Мафки? Мы потерпим поражение прежде, чем начнем. Если бы у нас был Гонфал!
Мы бы рассчитались с ним!
— Что мы и сделаем.
— Невозможно, — сказал Вуд. — Что ты думаешь, Боб? — спросил он ван
Эйка, который только что подошел к ним.
— Ни одного шанса из миллиона, — отвечал ван Эйк. — Сам дьявол сидит
с ним в комнате, когда рядом Гонфал. Его покои всегда на запоре и под
охраной. Охрана около его двери постоянная. Нет, нам никогда не выйти
отсюда.
Тарзан обернулся к Вуду.
— Ты говорил, что он очень бережет свой Гонфал, который ты держал в
руках.
Вуд состроил гримасу.
— Я так думал. Но с тех пор, как я опять оказался здесь, я узнал
кое-что и еще. Мне сказала одна женщина, что, похоже, Мафка — химик. У него
есть лаборатория, и он все свое время проводит в ней. Он делает все
возможное, чтобы при помощи камня общаться с людьми. Он также сделал
имитацию камня, вот его-то я и трогал. Подлинный камень он держит постоянно
около себя, чтобы не оказаться в беспомощном положении в критической
ситуации.
— Единственный шанс — это проникнуть в спальню к Мафке. Тогда все
будет в порядке, — размышлял вслух ван Эйк.
— А его покои как-то соединяются с покоями Гонфалы? — спросил Тарзан.
— Да, но там всегда следят, чтобы соединительная дверь по ночам была
всегда на запоре.
— Я думаю, нам удастся проникнуть в спальню к Мафке. По крайней мере я
попробую поискать такую возможность.
— Интересно, как ты это сделаешь?
— Постарайся, чтобы ни один из вас не шел за мной. Я скоро приду.
Двое американцев скептически покачали головами, смотря, как Тарзан
пересекает комнату. Он подошел к камину и исчез в нем.
— Будь я проклят! — воскликнул ван Эйк. — Кто это такой?
— Англичанин по имени Клейтон, — ответил Вуд. — По крайней мере, это
все, что он сказал мне о себе.
— Он здорово смахивает на Тарзана из Эйн.
— Когда я с ним впервые встретился, я тоже так думал. Он бегает по
деревьям не хуже Тарзана, убивает дичь одной стрелой и тащит ее на могучих
плечах, молниеносно передвигаясь по деревьям.
— Ладно, посмотрим, что он будет делать дальше.
А Тарзан, тем временем, двигался по коридору, как раньше, когда он
нашел покои Гонфалы. Оказавшись перед разветвлением, он положил руку на
правую стену и точно почувствовал поворот направо. Ошибки не было. Тоннель
раздваивался, и правое ответвление вело к Мафке, как он и ожидал. Коридор
кончился, и рядом с ним где-то разливался зеленоватый свет. Кругом стояла
мертвая тишина.
Тарзан прислушался, и до его слуха долетел храп крепко спящего
человека. Был ли кто-нибудь рядом со спящим или нет? Его чуткие ноздри
начали внимательно ощупывать комнату внизу.
Зажав в руке кинжал Гонфалы, Тарзан легко спрыгнул на каминную
площадку, которая служила входом в эту комнату с безмятежно спящим магом...
X
К СВОБОДЕ
Перед Тарзаном была большая комната с единственной дверью, наглухо
запертой изнутри. Мафка спал очень беспокойным сном. Он лежал на узкой
кровати. Рядом покоились Гонфал и изумруд Зули. По другую сторону кровати
лежали кинжал и острая сабля на расстоянии вытянутой руки.
Тарзан бесшумно подошел к кровати и, собрав все оружие, отнес его к
камину. Затем перенес туда и драгоценные камни. Вскарабкавшись с внутренней
стороны, он перенес туда все эти предметы и вернулся к Мафке, который
продолжал спать.
Положив руку на плечо мага, Тарзан слегка потряс его. Мафка тут же
проснулся, вздрогнул и рванулся к оружию.
— Сиди спокойно, я не причиню тебе вреда.
Голос Тарзана звучал повелительно. Мафка растерянно оглядел комнату,
ища помощи, но тщетно.
— Чего ты хочешь? — его голос дрожал. — Скажи мне только, чего ты
хочешь, и это будет все. Только не убивай меня!
— Я не убиваю стариков, женщин и детей, пока они не угрожают мне. Пока
моя жизнь в безопасности, твоя тоже.
— Тогда почему ты здесь? Что тебе надо?
— Ничего из того, что ты можешь мне дать. Что мне было нужно, я взял
сам.
Тарзан перевернул Мафку на живот и связал ему руки за спиной. Затем
связал колени и щиколотки и заткнул кляпом рот, чтобы тот не наделал
переполоха. Осторожно осмотрев вход, Тарзан исчез в отверстии камина и по
коридору пробрался к покоям Гонфалы. Здесь он прислушался и спустился в
комнату. С первого взгляда ему стало ясно, что комната пуста. Дверь в
дальнем углу комнаты была приоткрыта. Тарзан двинулся туда.
Девушка тут же вскочила, затем села на кровать посреди комнаты и
уставилась на него.
— Ты вернулся! Я так надеялась на это. Ты выбрал подходящее время.
— Я знаю, Мафка спит.
— Ты знаешь об этом?
— Предполагаю.
— Но почему ты вернулся?
— Вуд и его три друга в плену. Они приговорены к смерти.
— Да, я знаю. Это мой приговор.
Мертвенная бледность разлилась по щекам девушки.
— Ты поможешь мне совершить побег, не так ли?
— Ни к чему хорошему это не приведет. Он снова вернет их, и расправа
будет такой жестокой, какую трудно себе представить. Это безнадежно.
— Если Мафка не будет вмешиваться, женщины послушаются тебя?
— Да.
— А если у тебя будет возможность, ты захочешь уйти из страны Кайи?
— Да.
— Куда ты пойдешь?
— В Англию.
— Почему в Англию?
— Один человек, который всегда был добр ко мне и который сейчас мертв,
сказал мне, что в случае побега мне надо идти в Англию. Он дал мне письмо,
которое я ношу с собой.
— Хорошо, держи письмо при себе и будь наготове. Мы собираемся
устроить побег. Вернемся за тобой через несколько минут — Вуд, его друзья и
я. Но ты нам должна будешь помочь. Ты сделаешь все необходимое, чтобы нас
пропустили.
Она покачала головой.
— Говорю тебе, что это не приведет ни к чему хорошему. Они все равно
вернут тебя.
— Об этом не беспокойся. Только дай обещание, что будешь делать все
так, как я скажу.
— Я обещаю, но это означает верную гибель как для меня, так и для вас.
— Будь готова. Через несколько минут мы все будем здесь.
Закрыв за собой дверь, Тарзан влез в камин и снова оказался в никому
неизвестном коридоре над покоями. Через некоторое время он спустился к Вуду
и его друзьям. Было уже темно. Тарзан тихо подвел их к камину и приказал
следовать за собой. Вскоре все они были в коридоре.
Тарзан подвел их к покоям Мафки, и когда все стали спускаться в спальню
мага, Спайк воскликнул:
— Разрази меня гром!
На краю перед темным отверстием лежали два камня — Гонфал и изумруд
Зули.
— Мой Бог! Они стоят миллионы!
Он протянул руку к камням, но тут же в ужасе отдернул ее, вспомнив о
силе камня, которой они были подвластны.
Тарзан спрыгнул в комнату, остальные последовали его примеру. Окружив
кровать Мафки, они в изумлении уставились на беспомощного связанного мага.
— Как тебе это удалось? — спросил Вуд.
— Сначала я отобрал у него его игрушки. Думаю, вся сила заключена в
них. Если я прав, нам удастся отсюда выбраться, если нет...
Тарзан пожал плечами. Ван Эйк кивнул.
— Я думаю, вы правы. Что нам делать с этим старым дьяволом?
Тролл схватил одну из сабель, лежавшую около двери.
— Я покажу вам, что с ним делать! Тарзан перехватил руку Тролла.
— Не так быстро. Ты будешь выполнять мои приказы. Здесь распоряжаюсь
я.
— Кто это сказал?
Тарзан выбил оружие из руки Тролла и наотмашь ударил его ладонью по
лицу. Тролл пролетел через всю комнату и ударился о противоположную стенку.
Вскочив на ноги, он прорычал:
— Ты еще заплатишь мне за это! В его голосе слышалось бешенство.
— Заткнись и делай все, что я прикажу! Голос Тарзана был почти лишен
эмоций, но тем не менее, это был голос человека, привыкшего повелевать.
Повернувшись к Вуду, он сказал:
— Ты и ван Эйк возьмете по камню. Тролл и Спайк понесут Мафку.
— Куда мы пойдем?
Ван Эйк не зря задал этот вопрос. Он знал, что покои усиленно
охраняются.
— Сначала мы пойдем в покои Гонфалы. Они смежные друг с другом.
— Она поднимет крик, и все провалится, — проворчал Спайк.
— За Гонфалу можете не тревожиться. Делать все так, как я скажу.
Заберите с собой это оружие. Может случиться всякое.
Вуд и ван Эйк взяли по камню. Тролл и Спайк подняли дрожащего от страха
Мафку и двинулись за Тарзаном. Они прошли смежные комнаты, связывающие покои
короля и королевы и, сломав замок, Тарзан распахнул дверь, ведущую к
королеве. Они оказались в покоях Гонфалы.
Одетая в дорожный костюм, девушка стояла посреди комнаты, ожидая
мужчин. Увидя Мафку, связанного по рукам и ногам и с завязанными глазами,
она бросилась прочь, но затем показался Вуд, и девушка кинулась к нему. Он
обнял ее.
— Не бойся, Гонфала. Мы сейчас уйдем отсюда, если ты, конечно,
захочешь пойти со мной.
— Да, да! Куда угодно, только бы с тобой! Но он! Что вы с ним намерены
делать? — Она указала на Мафку. — Он же вас вернет назад, куда бы мы не
убежали, и всех нас убьет!
Спайк фыркнул:
— Нам бы самим следовало его убить. Почему бы и нет, раз он угрожает
нашей жизни? Тарзан покачал головой:
— Вы не знаете нрава женщин Кайи. Мафка для них — Бог. Он их сила, их
вера. Он должен быть нашим заложником, иначе мы погибли.
Вуд кивнул.
— Я думаю, Клейтон прав.
Их беседа была прервана шумом в коридоре, примыкающем к комнатам
Гонфалы. Там поднимался крик. Тарзан повернулся к Гонфале.
— Вызови несколько воинов в тронный зал и спроси, чего они хотят. Мы
подождем в соседней комнате. Пошли!
Он сделал знак следовать за ним.
Гонфала пересекла комнату и трижды ударила в дверь, примыкающую к залу.
Затем она открыла другую дверь и вошла в зал с другой стороны. Через минуту
туда влетела женщина-воин и опустилась перед королевой на одно колено.
— Что означает этот переполох в коридоре? Зачем они тревожат Мафку в
столь ранний утренний час?
— Зули идут, Гонфала! Они идут на нас войной. Они прислали раба за их
великим изумрудом. Их множество. Мы хотим просить нашего Мафку своей силой
отогнать Зули. Или помочь нам расправиться с ними. Иначе мы погибнем!
— У них нет силы. Вура мертв, и они лишились изумруда, который теперь
у нас. Скажите всем, что я, королева Гонфала, приказываю моим воинам
отогнать Зули.
— Зули уже у ворот города. Наши воины напуганы, так как не чувствуют
силы Мафки. Где Мафка? Почему он не отвечает на мольбы Кайи?
Гонфала топнула ногой.
— Делай так, как я приказываю. Ты здесь не для того, чтобы задавать
вопросы. Иди к воротам и защищай город. Я, Гонфала, вселю в моих воинов
силу, и мы победим Зули.
— Мы должны увидеть Мафку, — настаивали мрачные воины.
Гонфала приняла решение.
— Очень хорошо. Проследи, чтобы мое приказание было исполнено,
отгоните Зули. Затем возвращайтесь в тронный зал и здесь вы встретитесь с
Мафкой. Приведите ко мне капитана.
Женщины ушли, и дверь за ними закрылась. В комнату сейчас же вошел
Тарзан.
— Я все слышал. Какой у тебя план?
— Только оттянуть время.
— Ты не собираешься приводить сюда Мафку и показывать его им?
— Нет. Тогда нам конец. Если мы покажем Мафку связанного по рукам и
ногам и с кляпом во рту, они могут убить нас. Если мы освободим Мафку, он
сам расправится с нами.
— Тем не менее, мне кажется этот план подходящим. Мы его осуществим.
Надменная улыбка тронула его губы.
— Ты сошел с ума.
— Может быть, но сейчас нам не уйти без боя с Кайи. Справиться с ними
мы не сможем. Ты знаешь, где находится поддельный Гонфал?
— Да.
— Иди и принеси его. Накинь на него что-нибудь, чтобы никто не видел
его. И никому не говори об этом, знать должны обо всем только мы двое — ты
и я.
— Что ты собираешься делать?
— Жди и смотри. Делай, как я говорю.
— Ты забываешь, что королева — я! Она гордо вскинула голову.
— Я помню только, что ты женщина, которая хочет убежать из своего
государства с мужчиной, которого ты любишь.
Гонфала покраснела, но ничего не ответила. Вместо этого она покинула
комнату, направившись в покои Мафки. Она отсутствовала всего несколько
минут. Когда она вернулась, то в руках у нее был завернутый в шкуру предмет.
Тарзан взял его.
— Теперь мы готовы. Веди нас в тронный зал. — И все двинулись за
королевой. — Есть какой-нибудь личный вход в этот зал?
Гонфала кивнула.
— Следуйте за мной.
Она повела всех в покои Мафки и открыла крошечную дверь, за которой
были видны крутые ступеньки. Спустясь по ним, они наткнулись еще на одну
дверь, которая вела в возвышение для трона. Тронный зал был пуст. Капитаны
еще не прибыли. По указанию Тарзана Вуд положил Гонфал на столик рядом с
троном. Тролл и Спайк посадили Мафку, связанного и несчастного, на тронное
кресло. Гонфала села рядом. Тарзан занял место рядом со столиком, остальные
— за стульями. Ван Эйк продолжал держать в руках изумруд Зули.
Они молча ждали. У всех, кроме Тарзана, нервы были натянуты до предела.
Наконец в коридоре послышались шаги, дверь распахнулась, и в тронный зал
вошли капитаны Кайи. Они, склонив голову, подошли к королеве и к великой
силе магии. Затем они подняли головы и замерли в изумлении и гневе. Они
смотрели на незнакомцев, стоящих за стульями короля и королевы.
Потом они обратили свой взор на Гонфалу.
Одна из пришедших сделала шаг вперед.
— Что все это значит, Гонфала?
Тон ее был ледяным.
За королеву ответил Тарзан.
— Это значит, что власть Мафки свергнута. Все ваши жизни, над которыми
он был хозяином, теперь в наших руках. Он заставлял вас сражаться за его
собственную жизнь, оберегать его и пожинал плоды вашего труда и усилий. Он
держал вас здесь пленниками. Вы боялись и ненавидели его.
— Он вселял в нас силу, — ответила женщина-воин. — Без этой силы мы
ничто.
— В вас вполне достаточно силы, чтобы продолжать жить так, как вам
захочется. Что же касается самого Мафки, он этой силой больше не обладает.
— Убить их! — вдруг раздался крик.
Словно эхо, этот крик возник со всех сторон.
— Убить их! Убить!
И в безумной ярости эта толпа двинулась к трону.
Тарзан положил руку на Гонфал.
— Стоять! На колени перед вашей королевой!
Он говорил тихо. Только несколько человек услышали его, но все, как
один, встали на колени. Тарзан снова заговорил.
— Встать! Идите к воротам и приведите капитанов Зули. Они придут.
Сражение прекратится.
Воины повиновались и покинули тронный зал. Тарзан повернулся к своим
спутникам.
— Я так и думал. Вся сила находится не в Мафке, а в этом камне.
Великий изумруд Зули обладает такой же силой. В руках злого человека этот
камень опасен. Будем надеяться, что он будет в надежных добрых руках.
Гонфала внимательно слушала. Звуки сражения прекратились. В коридоре
послышались приближающиеся шаги.
— Они идут! — прошептала королева.
Пятьдесят женщин-воинов вошли в тронную комнату. Половина из них были
Кайи, другая — Зули. Это была свирепая компания. Многие истекали кровью.
Они были мрачны и угрожающе опасны.
Тарзан повернулся к ним.
— Теперь вы все свободны от власти Вуры и Мафки. Вура умер. С Мафкой я
сделаю все, что вы пожелаете сами. Власти у него больше нет. Великий Гонфал
я забираю с собой. Мы покидаем вашу страну. Если рабы и пленники пожелают
идти с нами — мы не против. Когда мы благополучно выйдем из страны, мы
вернем камень одному из ваших воинов, который пойдет с нами. Воинов может
быть не больше трех. Это решено. Мы покидаем вас сейчас же. Вот вам Мафка.
Он поднял Мафку и передал его воинам, протянувшим руки.
В гробовом молчании маленькая группа белых людей вышла из тронного зала
Кайи. Тарзан нес Гонфал так, что каждый мог видеть его. Ван Эйк нес великий
изумруд Зули. На главной улице города их ожидала небольшая группа чернокожих
и белых, немо взиравших на Гонфал. Это были рабы и пленники Кайи.
— Мы покидаем страну, — сказал Тарзан. — Кто хочет, может идти с
нами.
— Мафка убьет нас, — возразил один из них. Радостный крик вырвался из
дворца:
— Мафка больше никогда не сможет убивать!
XI
ВЕРОЛОМСТВО
Они в безопасности шли по стране Кайи, неся великий Гонфал. Те, кто
годами томился в тюрьмах и в рабстве, были опьянены счастьем. Они не верили
еще случившемуся и волей-неволей чего-то опасались. Сначала они ждали, что в
любую минуту будут убиты, но шли дни и ничего не происходило. Так они пришли
к Ньюбери.
— Здесь я вас покину, — сказал однажды Тарзан. — Вы пойдете на юг, а
я на север. Он передал ван Эйку камень.
— Он будет у тебя до утра, затем отдай его одному из воинов.
Он указал на трех воинов, которые прошли с ними весь путь. Затем он
обернулся к ним.
— Возьмите камень обратно. И если кто будет пользоваться силой этого
камня, то пусть это делается для добра. Вуд, возьми великий изумруд Зули для
Гонфалы. Надеюсь, он принесет ей счастье. Я спокоен за нее — теперь у нее
есть все, что ей нужно.
— А где наша доля? — спросил Спайк. Тарзан покачал головой.
— Вы возвращайтесь к себе домой. Я спас ваши жизни, поскольку еще
совсем недавно вы об этом и не мечтали.
— Ты хочешь сказать, что собираешься отдать все богатство этой черной
ведьме? Это не честно. Ты не можешь этого сделать.
— Я все сказал.
Спайк повернулся к остальным.
— Все за это решение? — крикнул он зло. — Камень должен принадлежать
нам. Мы должны взять оба камня в Лондон, продать их и выручку разделить
поровну.
— С меня достаточно, что я вообще уцелел, — сказал ван Эйк. — Я
лично думаю, что Гонфала имеет право на один из этих камней. Другого же
вполне достаточно для обоих племен Кайи и Зули, для осуществления их планов.
Пусть они сами решают, что им с ним делать.
— А я думаю, что деньги от проданных камней следует разделить среди
нас.
Некоторые согласились с ним, а остальные сказали, что единственное,
чего они желают, это благополучного возвращения домой в добром здравии. Чем
скорее они избавятся от этих проклятых камней и уберутся от этого места, тем
лучше.
— Они не принесут нам счастья. Это камни зла.
— А мне нужны деньги! — рявкнул Спайк. Тарзан холодно взглянул на
него.
— Ты не получишь ни одного камня. Я сказал тебе, что с этим покончено.
Я скоро вновь вернусь на юг и, кажется, буду там раньше, чем вы. Смотри,
берегись!
Наступила ночь. Все стали укладываться на покой. Чернокожие, привыкшие
к отсутствию самых элементарных удобств, улеглись прямо на земле. Вуд и ван
Эйк сидели вместе.
Тарзан наблюдал за ними и, подойдя, сказал:
— Ты и ван Эйк будете иметь крупные неприятности. Тролл и Спайк
постараются на славу. Следите за ними. Через три дня к югу отсюда вы найдете
дружественное племя. Потом вам будет легче. Вот и все.
Тарзан повернулся и ушел в ночь. Не было никакого "прощай" — длинного
и бесполезного.
— Ну, — сказал ван Эйк, — мог бы и помягче. Вуд передернул плечами.
— Уж он таков, что поделаешь. Гонфала, глядя в темноту, сказала:
— Он ушел? Ты думаешь, он не вернется?
— Когда он покончит со своими делами, ему будет не до нас. К тому
времени мы, может быть, уже выберемся из этой страны.
— Я чувствовала себя в полной безопасности, когда он был с нами. --
Девушка подошла вплотную к Вуду и встала рядом с ним. — С тобой мне тоже
спокойно, Стенли, но он часть Африки.
Вуд кивнул и обнял ее.
— Мы позаботимся о тебе, дорогая. Но я тебя так хорошо понимаю. Когда
он был с нами, у меня не было никакого чувства ответственности ни за свою,
ни за твою жизни. Он принимал это как само собой разумеющееся.
— Я всегда раздумывал, — задумчиво сказал ван Эйк, — кто он, откуда
он идет и куда? Интересно, что было бы, если...
— Если что?
— Если бы это был Тарзан. Вуд засмеялся.
— Ничего. У нас ножи и стрелы, которыми мы все равно не владеем.
Ван Эйк кивнул.
— Ты прав. Что мы собираемся предпринять? Нам надо запастись мясом,
прежде чем мы доберемся до этого дружественного племени. Пока и этого будет
довольно.
— Точно, — поддакнул Вуд. — Некоторые чернокожие прекрасно владеют
этим видом оружия. Они научат нас пользоваться и луком, и стрелами. Иначе в
этой стране мы абсолютно беспомощны. Пошли!
Они подошли к чернокожим и приказали принести лук и стрелы.
— Да, бвана!
И всю ночь белые тренировались для того, чтобы утром успешно добыть
себе завтрак, а впоследствии и пропитание. Гонфала тоже была здесь. Она
старалась узнать от Вуда и ван Эйка как можно больше об их родине. Мужчины
рассказывали ей об Америке, о своих родных, о Лондоне.
— С помощью изумруда Зули ты будешь очень богатой женщиной, Гонфала.
— Вуд говорил очень грустно. — У тебя будет красивый дом, прекрасные меха
и изысканная пища; автомобили и толпа слуг; у тебя будет множество
поклонников.
— А зачем мне так много мужчин? Мне нужен только один.
— Но они будут окружать тебя, домогаться твоей красоты и богатства. --
Вуд был опечален.
— Но тебе следует быть очень осмотрительной, — сказал ван Эйк. --
Многие из них — отъявленные негодяи. Девушка повела плечами.
— Я не боюсь их. Стенли обо мне позаботится. Не так ли, Стенли?
— Если ты мне позволишь, то...
— Что?
— Дело в том, что ты совсем не видала мужчин. У тебя не было выбора.
Ты можешь найти мужчину, который... Вуд заколебался.
— Мужчина, который "что"? — настойчиво спрашивала девушка.
— Которого ты будешь любить больше, чем меня. Гонфала засмеялась.
— Меня это не беспокоит.
— А меня беспокоит.
— Не стоит.
Глаза девушки метали молнии.
— Ты так молода и наивна и, к тому же, неопытна. Ты не имеешь ни
малейшего представления о внешнем мире.
— Они такие же плохие, как Мафка?
— В некотором роде и того хуже. Ван Эйк потянулся.
— Я собираюсь спать. Вам лучше последовать моему примеру. Спокойной
ночи!
Сказав ему спокойной ночи, они проводили его взглядом. Затем девушка
повернулась к Вуду.
— Я не боюсь, — сказала она. — И ты не должен. Он взял ее руку в
свои и бережно пожал ее.
— Я надеюсь, у тебя всегда будет такое чувство. Я не боюсь тоже, и мы
всегда будем спокойны вместе.
— Никто не встанет между нами.
Она погладила его руку, а потом сжала ему пальцы. Долго еще они
обсуждали дальнейшие планы их совместной жизни, затем, удалившись от девушки
на небольшое расстояние, Вуд лег на землю. Гонфала вернулась под свой навес,
но еще долго не могла уснуть. Она была слишком счастлива. Ей казалось, что
ни минуты ее жизни нельзя было терять на сон — минуты счастья и радости.
Гонфала встала и отправилась бродить в ночи. Лагерь спал. Луна
скрылась, и Гонфала брела в кромешной тьме. Она шла медленно, переполненная
любовью и чувством свободы, которую обрела так недавно, освободившись от
Мафки. Она была доброй и нежной. Взрывы бешенства больше не повторялись.
Гонфала вздрогнула при одной мысли о Мафке. Возможно, он и был ее отцом, но
что из этого? Возможно, он и любил ее по-своему, она старалась простить его
и быть доброй к нему. Но она ненавидела его всей душой, и умри он, она будет
ненавидеть даже память о нем.
Сделав над собой усилие, она отогнала от себя эти мысли и стала думать
о счастливых грядущих днях.
И вдруг она услышала голоса:
— Этот идиот собирается отдать Гонфал черномазым, а изумруд?..
Послушай, Тролл, около пяти миллионов фунтов... А что, если мы возьмем эти
два камня и удерем с ними в Париж или в Лондон?
— Что эта негритянка будет с ним делать?
— Американец заберет все денежки себе. Она думает, он добр к ней,
хочет жениться на ней. Где это слыхано, чтобы американец женился на
чернокожей? Ты прав, Спайк.
— Дело дрянь. А почему...
Девушка не желала больше слушать. Она повернулась и бросилась во тьму.
Мечты ее были разбиты... Вуд проснулся рано и позвал Камуди.
— Разбуди всех, — сказал он. — Мы идем рано утром на охоту.
Затем он нашел ван Эйка, и они занялись приготовлением к охоте.
— Пусть Гонфала поспит подольше. День будет тяжелый.
Ван Эйк ощупал свою травяную постель и вскочил на ноги.
— Что случилось? — уставился на него Вуд.
— Стенли, Гонфал пропал! Он был здесь еще вчера! Вуд торопливо стал
обыскивать свою постель, затем снова и снова. Когда он заговорил, голос его
звучал очень глухо.
— Изумруд тоже исчез, Боб. Кто бы мог...
— Кайи!
Они поспешили в лагерь, но женщины-воины мирно продолжали спать. Без
объяснений и извинений оба мужчины начали обыскивать постели женщин.
— Что вы ищите? — спросили они.
— Гонфал, — ответил ван Эйк.
— Так ведь он у вас! — возмутились женщины. — У нас его нет!
Вуд выглядел растерянным и беспомощным.
— Что нам делать? — спросил ван Эйк. — Сначала, разумеется, надо
сказать Гонфале. Бедная девочка! Теперь ей придется экономить каждый цент и
жить с тобой впроголодь, Вуд.
— Сам скажи ей, Эйк; может, мы еще догоним этих птиц, тогда нам надо
спешить.
— О'кей!
Он пошел к навесу девушки и позвал ее. Ответа не было. Он позвал
громче, затем снова и снова, но напрасно. После этого он вошел. Гонфалы не
было.
Он вышел побледневший и расстроенный.
— Они, кажется, украли ее, Боб.
— Этого не может быть. Они не смогли бы этого сделать, не подняв шума.
Она наверняка попыталась бы позвать нас.
Вуд рассвирепел.
— Ты хочешь сказать...
Ван Эйк прервал его и мягко положил ему руку на плечо.
— Я знаю не больше, чем ты, Стен. Я только констатирую факт, и тебе он
лучше известен, чем мне.
— Наверняка они заставили идти Гонфалу за собой силой. Или она пошла с
ними не по своей воле, или она вообще не пошла с ними.
— Ну, это исключено. Гонфала вообще бы никогда не ушла от меня. Только
нынешней ночью мы мечтали с ней о нашем будущем после того, как поженимся.
Ван Эйк покачал головой.
— Когда ты кончишь мечтать о своем будущем? Тебе лучше чем мне
известно, как в Америке смотрят на брак с черной. У меня нет предрассудков,
я, как всегда, только констатирую факт.
Вуд грустно кивнул. Когда он ответил, в его голосе больше не было
гнева.
— Я тоже знаю об этом. Но ради нее я пройду через преисподнюю. Я готов
жить в аду, благодаря за это судьбу, только бы она была со мной. Я люблю ее.
— В таком случае я умолкаю. Если ты и впредь намерен поступать так, я
с тобой, что бы ни случилось. Если ты захочешь жениться, я только
поприветствую тебя от всего сердца.
— Спасибо, старина, я не сомневался. А теперь давай приступим к делу.
Нужно догнать их во что бы то ни стало.
— Ты все еще думаешь, что это они забрали ее с собой?
— У меня вот какая мысль. У них и Гонфал, и изумруд Зули. Ты ведь
видел, какая была у Клейтона сила над Кайи и Зули с помощью этих камней. Они
могли уговорить девушку пойти вместе с ними, не объясняя истинной причины. Я
знаю по себе, как при помощи этих камней Мафка заставил меня вернуться. Оба
негодяя могли использовать силу Гонфала или изумруда, и девушка сама пошла
за ними.
— Думаю, ты прав. Я не подумал об этом, но зачем им Гонфала?
Ван Эйк замялся, и Вуд заметил это.
— Не думаешь ли ты?.. — воскликнул он. Ван Эйк беспомощно пожал
плечами.
— Ведь они мужчины и при том негодяи...
— Мы должны найти ее! Поторопимся, дружище! Вуд уже был готов к
действиям. Негры обнаружили следы двух воров, ведущие на юг. Погоня
началась.
XII
ВСТРЕЧА ДРУЗЕЙ
Прошли недели, и Тарзан возвращался на юг, закончив свои дела. Иногда
он думал об американце и Гонфале и об остальных пленниках, освобожденных от
Кайи, размышлял об их дальнейшей участи. Если они невредимыми добрались до
дружественных племен, то тогда все в порядке. Оттуда они доберутся до своих
стран. Он был уверен, что они уже благополучно добрались, куда им было
нужно.
Было далеко за полдень. Тарзан быстро двигался по лесной тропе. Легкий
ветерок обдувал ему лицо, играя его черными волосами. Он почуял запах еще не
видимых впереди животных. Сначала запах Нумы-льва. Это был старый лев. Но
вот до него дошел запах Тармангани — белой женщины. Этот запах шел с той же
стороны, где был и лев. Тарзан забрался на дерево и, словно ветер, помчался
по кронам, чтобы успеть предотвратить трагедию. С тех пор, как Кала --
приемная мать Тарзана (человекообразная обезьяна) — научила его
передвигаться по кронам деревьев, для него это стало обычным путем.
Женщина, несчастная, измученная и голодная, медленно шла по тропе. Она
ничего не слышала и не подозревала о подстерегающей ее опасности. Но вдруг
она увидела зверя. Он, крадучись, шел навстречу. Увидев, что жертва его
обнаружила, зверь оскалил зубы и зарычал. Женщина замерла. У нее не было сил
залезть на дерево, где бы она была в безопасности. Она просто стояла и
ожидала смерти. У нее никого не было, кого бы она любила, о ком надо было бы
заботиться. Ей некого было жалеть. Она только молила Бога, чтобы смерть была
быстрой.
Когда она остановилась, лев тоже встал как вкопанный. Он стоял, не
сводя с нее горящих глаз. Внезапно он двинулся к ней. Еще несколько шагов, и
все будет кончено. Оскалив клыки и зарычав, лев прыгнул. Глаза женщины
расширились — сначала в ужасе, потом в удивлении, так как на могучую спину
зверя сверху прыгнул обнаженный мужчина. Из его рта вырвался звериный рев. В
поднимающейся руке несколько раз сверкнул нож, и лев замертво рухнул на
землю.
Мужчина вскочил на ноги, и тут она его узнала, почувствовав радостное
облегчение и безопасность. Поставив ногу на труп зверя, мужчина издал
громкий победный крик. Затем его взор обратился к женщине.
— Гонфала! Что стряслось? Что ты здесь делаешь одна?
Девушка поведала ему, что, не желая приносить Вуду несчастье, убежала
от него. Она пошла на север, потому что Вуд двигался на юг. Гонфала
надеялась найти хоть какую-нибудь деревню, где бы ей дали приют, но все
напрасно. Так что она повернула назад, намереваясь вернуться к Кайи,
единственному народу, который она хорошо знала и к которому принадлежала.
— Тебе нельзя возвращаться, — сказал Тарзан. — Без покровительства
Мафки Кайи убьют тебя.
— Да, я надеюсь, что именно так они и поступят. Но куда я еще могу
идти?
— Ты пойдешь со мной. Вуд сохранит для тебя изумруд. У тебя будет
столько денег, сколько тебе понадобится, и жить ты будешь, где только
пожелаешь, в безопасности и удобстве.
Прошла целая неделя, прежде чем Тарзан с девушкой добрался до своего
дома — роскошного бунгало, где его жена встретила и устроила Гонфалу. Все
это время они старались хоть что-нибудь узнать о Вуде и ван Эйке, но все
напрасно. Казалось, они провалились сквозь землю, и Тарзан решил
организовать поисковую партию для их спасения. Время не существовало для
Тарзана, но проходили дни, и девушка волновалась все больше.
А в это время двое белых пробирались сквозь лесную чащу — мрачную,
угрожающую. Казалось, ей не будет конца.
— Если и были на свете люди, абсолютно заблудившиеся, так это мы.
Вуд остановился и, сняв шляпу, защищавшую голову от солнца, вытер
потный лоб.
— Нам ничуть не хуже, чем тем двоим, за которыми мы гонимся, --
возразил ван Эйк.
— Если мы будем идти все время на восток, мы обязательно наткнемся на
какую-нибудь деревушку, где возьмем проводников.
— Отлично, давай пойдем на восток, — мрачно улыбнулся ван Эйк, не
терявший чувства юмора.
Пройдя еще полмили, они наконец выбрались на поляну.
— Какое облегчение! — воскликнул ван Эйк. — Еще немного чащи, и я бы
не выдержал.
— Взгляни! — Вуд схватил друга за руку и показал вперед. — Люди!
— Впечатление такое, что это военный отряд. Может быть, нам лечь на
землю, чтобы нас не заметили?
— Они нас увидели раньше, чем мы их. И они идут сюда. Оба мужчины
наблюдали, как дюжина воинов приближалась к ним.
— А они мне нравятся! — вдруг сказал Вуд.
— Надеюсь, что когда они подойдут поближе, они понравятся и мне, --
отозвался ван Эйк.
Отряд остановился на небольшом расстоянии, и один чернокожий направился
к друзьям.
— Что бваны делают в этой стране? — спросил он по-английски. — Они
охотятся?
— Мы заблудились, — пояснил Вуд. — Единственное, что мы хотим, так
это проводников, которые вывели бы нас отсюда.
— Идемте, — сказал чернокожий. — Я отведу вас к Большому бване.
— Как его имя? — поинтересовался ван Эйк. — Может быть, мы знаем
его?
— Тарзан.
— Не хочешь ли ты сказать, что отведешь нас к самому Тарзану? Он
действительно существует?
— А кто вам сказал, что это не так? Через час вы увидите его сами.
— А как твое имя?
— Мувиро, бвана.
— Отлично, Мувиро. Веди нас. Мы пойдем за тобой. Час спустя они стояли
на широкой веранде прекрасно благоустроенного бунгало, ожидая, когда выйдет
хозяин.
— Тарзан! — бормотал ван Эйк. — Это невозможно. Может быть, кто-то и
придет, но... Ты слышишь шаги внутри дома?
Через минуту к ним вышел хозяин.
— Клейтон! — разом ахнули друзья.
— Я рад вас видеть, — ответил Тарзан. — О вас не было ни слуху, ни
духу, и я уже начал волноваться. Где вы пропадали?
— В ту ночь, когда ты нас покинул, Спайк и Тролл украли Гонфал и
великий изумруд и удрали. Мы погнались за ними, но в пе...
