Эдгар Берроуз. Скелетоиды с Юпитера
страница №2
...ушка была необычайной красоты.- Вая! - воскликнул Ю Дан, но я и без этого догадался о том, кем она
была.
Мужчиной был никто иной как Мултис Пар, принц города Зора. Он выглядел
взволнованным и подавленным, хотя природная спесь этого человека отчетливо
проглядывалась в гримасе его лица.
Когда Ю Дан воскликнул, один из охранявших воинов прошипел:
- Молчать, выродок!
Глаза Ваи, заметившей моего спутника, расширились от удивления, она
рванулась к нему, но сопровождавший ее воин сжал ей руку и остановил ее.
Злорадная усмешка разрезала тонкие губы Мултиса Пара.
Скелетоид сидевший за столом отдал приказания и всех нас четверых
подвели и выстроили перед столом. Это существо внешне не слишком
отличалось от всех остальных могоров. На нем также не было украшений. Его
снаряжение и оружие было обычным и практичным. Единственное, что отличало
его снаряжение от подобного снаряжения других могоров, так это наличие на
нем иероглифов. Тогда я не понимал, что они обозначают, но со временем я
узнал, что каждый иероглиф обозначает имя, ранг и должность того, кто его
носит на своем снаряжении. Иероглифы на снаряжении существа сидевшего за
столом гласили: "Бандолиан, Император Могоров".
Перед бандолианом на столе лежала большая карта, в которой я мгновенно
признал карту Барсума. Это существо и его соратники судя по всему
старательно изучали ее. Когда нас, Ю Дана, меня, Ваю, Мултиса Пара
поставили перед столом, бандолиан посмотрел на принца Зора.
- Кого из них зовут великим полководцем Барсума? - спросил он.
Мултис Пар указал на меня и бандолиан перевел свои впалые глаза на
меня. Его взгляд напоминал взор Смерти выбирающей свою жертву.
- Как я понимаю твое имя Джон Картер? - произнес он.
Я ответил утвердительным кивком головы.
- Хоть ты существо низшей расы, - продолжил он, - но природа наделила
тебя каким-то разумом. И именно к этому разуму обращаются мои приказы. Я
намерен напасть и покорить Барсум (он назвал его Гаробусом) и я приказываю
тебе предоставить и моему штабу всю известную тебе информацию о основных
вооруженных силах Гаробуса и, в особенности, о стране известной как
Гелийская Империя. В обмен на это тебе будет сохранена жизнь.
Некоторое время я молчаливо рассматривал его лицо, а затем разразился
смехом. То что с трудом можно назвать плотью на его лице побагровело.
- Как ты, выродок, смеешь смеяться передо мной! - зарычал он.
- Рассматривай это как ответ на твое предложение, - прозвучал мой
ответ.
Бандолиан пришел в ярость.
- Убрать его и уничтожить! - приказал он.
- Подождите, Великий Бандолиан! - закричал Мултис Пар. - Его
осведомленность будет вам очень полезна и я знаю, как заставить его
говорить.
- Что ты предлагаешь? - приказал бандолиан.
- В его жизни есть нечто, чем он дорожит. Доставьте ее сюда и он
сделает все, чтобы уберечь ее от страданий.
- Я никогда не сделаю того, что требуют у меня могоры! И если ее
доставят сюда - это станет печатью на твоем смертном приговоре! - ответил
я Мултису Пару.
- Все! Довольно! - распорядился бандолиан. - Убрать его отсюда!
- Разрешите мне уничтожить это существо, называющее себя Джоном
Картером? - спросил офицер возглавлявший караул доставивший нас в
дворцовый зал для приемов.
- Чуть позже! - ответил бандолиан.
- Но он ударил могора, - добавил Галлион. - Одного из моих офицеров.
- Он умрет и за этот проступок, - ответил бандолиан.
- Я не смогу умереть дважды! - парировал я.
- Убрать его отсюда! - завопил бандолиан.
Когда нас уводили, Вая и Ю Дан долго не могли оторвать глаза друг от
друга.
5. Я БУДУ ПРЕДАТЕЛЕМ
Саватор Зан Дар был крайне удивлен, когда увидел, что мы возвратились в
камеру так быстро.
- Я, честно говоря, уже не надеялся увидеть вас снова. Что случилось?
Я кратко рассказал ему обо всем, что произошло во дворце и добавил:
- Меня вернули в камеру ожидать исполнение смертного приговора.
- А что будет с вами, Ю Дан? - спросил он.
- Я не знаю, зачем они привели меня обратно сюда, - ответил Ю Дан. -
Бандолиан, похоже, вообще не обратил внимания на мое присутствие.
- Я думаю, что у него были для этого причины. Он попытается сломить
вашу волю, позволив вам увидеть вашу любимую девушку, и надеется, что вы
сможете оказать воздействие на Джона Картера, чтобы тот выполнил его
требования. Джон Квртер еще жив только потому, что бандолиан надеется
сломить его сопротивление.
Томительно длилось время в подземелье города могоров. Здесь было также
однообразно как и на поверхности, так как на Юпитере нет дня и ночи. Здесь
всегда день. Солнце, находящееся на расстоянии четырехсот восьмидесяти
трех миллионов миль от планеты, дает мало света даже когда светило
находится в зените на планете. Но даже эта небольшая часть солнечного
света поглощается плотной облачностью атмосферы этого далекого мира
солнечной системы. Вечный дневной свет дают планете отблески гигантских
вулканических факелов. И день является почти вечным, так как планета
делает каждые десять часов один оборот вокруг своей оси.
Ю Дан и я многое узнали о планете от Зан Дара. Он рассказал нам о
обширных теплых морях с бурными приливами и отливами, связанных с
изменением положения четырех крупнейших лун планеты, обращающихся вокруг
Юпитера за сорок два часа, восемьдесят пять часов, сто семьдесят два часа
и четыреста часов соответственно, в то время как сама планета совершает
один оборот вокруг своей оси за девять часов пятьдесят пять минут. Он
рассказал нам об обширных материках и огромных островах. Я искренне верил
во все это, так как даже грубый подсчет показывал, что площадь поверхности
планеты превышает двадцать три миллиарда квадратных миль. Ось Юпитера
практически перпендикулярна орбите движения планеты и имеет наклон
составляющий всего лишь три градуса, что исключает появление времен года.
Поэтому на большей части поверхности господствует устойчивый теплый и
влажный климат, поверхность постоянно освещена и согрета бесчисленным
количеством вулканов, выходящих на поверхность планеты. И именно здесь на
одной из самых загадочных и прекрасных планет нашего мира находился,
заточенный в застенке подземелья, я - искатель приключений, исследовавший
две планеты нашей звездной системы. Сознание всего этого сводило меня с
ума.
Зан Дар рассказал нам, что находились сейчас на одном из самых больших
материков. На этом материке в давние времена появились могоры и именно
отсюда, на протяжении долгого периода, выступали они в свои походы по
завоеванию всей планеты. Завоеваные страны, каждой из которых правит
генерал-губернатор могоров, платят могорам дань товарами, продуктами
питания и рабами. Всего лишь нескольким территориям, которые не
представляли для могоров интерес, удалось сохранить свою свободу и свои
правительства. С одной из таких территорий, с далекого острова Занор,
прибыл в страну могоров Зан Дар.
- Моя земля - это страна высоких гор покрытых лесом с высокими и
большими деревьями, - рассказывал он. - Наши горы и леса позволяют нам без
труда защищать нашу землю от нападения врагов с воздуха.
Когда он назвал высоту некоторых деревьев произрастающих на Заноре, я с
трудом поверил его словам. На высоту до двадцати миль над уровнем моря
возносится самый благородный вид деревьев горных лесов Занора.
- Могоры посылали против нас огромное количество военных экспедиций, -
рассказывал Зан Дар. - Им удалось захватить небольшой плацдарм на одной из
долин острова, но мы их окружили укрываясь в горных районах, родных для
нас и неизведанных для них, и они были в наших руках, мы их уничтожали
одного за одним и значительно потрепали ряды захватчиков, так что у них
уже не было сил противостоять нам. Но они смогли убить многих из нас, а
многих захватили в плен. Я был схвачен в плен в одной из таких экспедиций.
Я думаю они смогли бы захватить нашу землю, если бы прислали больше
кораблей и солдат, но наша земля не стоила таких усилий, по их мнению, и
именно поэтому я думаю они предпочли оставить нас в покое после того как
мы позволили их солдатам попробовать себя на поле боя.
Я не знаю, как долго мы находились одни в заточении, но однажды вновь
появился Мултис Пар в сопровождении офицера и отряда солдат. Они пришли
склонить меня к сотрудничеству с бандолианом.
- Нападение и завоевание Барсума неизбежны, - заявил он. - Оказывая
помощь бандолиану, ты сможешь уменьшить потери среди жителей Барсума. Если
поступишь так как тебя просят, ты принесешь больше пользы нашей планете,
чем проявляя упрямство и глупость отказывая бандолиану.
- Ты напрасно теряшь время! - ответил я ему.
- Но наши собственные жизни зависят от твоего решения. Ты, Ю Дан, Вая и
я умрем, если ты откажешься. Терпение бандолиана истекает.
Мултис Пар жалобно взглянул на Ю Дана.
- Смерть будет лучшим исходом для нас, - ответил ему Ю Дан. - Я с
радостью приму смерть во искупление моего проступка перед Джоном Картером.
- Вы два безумца! - закричал Мултис Пар.
- Но по крайней мере мы не предатели! - напомнил я ему.
- Ты умрешь, Джон Картер! - прорычал он. - Но перед смертью ты увидишь
свою возлюбленную в объятиях бандолиана. За ней уже послали. Если ты
передумаешь, сообщи об этом любому из солдат, которые приносят вам пищу.
Я бросился на него и свалил подлеца с ног. Я бы убил его, если бы не
могоры, которым удалось вытащить его из камеры.
Я был в отчаянии. Они послали за Деей Торис. Они смогут захватить ее. Я
знал, как они смогут заманить ее. Они заверят ее, что ее помощь сможет
оттянуть немедленную расправу надо мной. Я бы удивился, если бы им удалось
победить. Могу ли я жертвовать моей любимой принцессой и свободой
приютившей меня страны? Откровенно говоря, я не знал, что делать и передо
мной был пример Ю Дана поставившего патриотизм превыше любви. Смогу ли так
поступить я?
Время медленно текло в нашем подземелье, но мы не чувствовали его
течение. Втроем мы обсуждали множество невероятных планов побега. Мы
выдумывали разнообразные игры для того, чтобы хоть как-то разбавить
монотонность нашего бессмысленного существования. С большой пользой для
себя мы с Ю Даном слушали рассказы Зан Дара о его великой планете. А Зан
дар узнал много нового о том мире, который простирается за плотной завесой
атмосферы Юпитера, скрывающей от взора его жителей солнце, остальные
планеты, звезды и даже собственные луны планеты. От них Зан Дар узнал
многое о чем мог только подозревать случайно услышав обрывки фраз
оброненные могорами о том, что они видели из своих межпланетных кораблей.
Их познания в астрономии были очень примитивными и ограничивались только
практическими выводами. Война, завоевания, кровопролитие были их
единственными интересами в жизни.
И вот наконец произошло небольшое изменение в монотонном течении нашей
подземной жизни: в камеру бросили еще одного узника. Но им оказался могор!
Ситуация была довольно странной. Если бы распределение сил было бы иным и
здесь бы находились три могора и один из нас, можно было бы предположить
какая встреча ожидала бы одного из нас. Он явно был изгнан из общества,
обижен и возможно оскорблен. Могор ждал решения своей судьбы. Он уселся в
дальнем углу камеры и ожидал того, что знал только он сам. Ю Дан, Зан Дар
и я шепотом обсуждали сложившуюся ситуацию. Для могора это был
своеобразный испытательный срок. Мы решили обходиться с ним как с обычным
пленником до тех пор пока его собственное поведение не подскажет нам как
действовать дальше. Зан Дар первый сломал лед наших взаимоотношений. Он
по-дружески спросил могора о том, какой проступок привел его в это
подземелье.
- Я убил одного могора у которого был влиятельный родственник при
дворце бандолиана, - заявил он, приближаясь к нам. - И за это я должен
буду умереть на следующем выпускном занятии.
Он добавил со смехом:
- Я думаю мы умрем все вместе.
Немного помолчав, он сказал:
- Если не убежим...
- Тогда уж лучше умереть, - ответил Зан Дар.
- Возможно...
- Еще никто не мог убежать из тюрьмы могоров, - добавил Зан Дар.
Меня заинтересовало слово "возможно". Мне показалось, что он произнес
его с каким-то намеком. Я начал обхаживать этого кукольного скелета. Эти
действия врядли бы причинили нам вред, но могли бы принести нам
определенную пользу. Я назвал ему свое имя и имена остальных моих
спутников, а затем попросил его назвать свое имя.
- Ворион, - ответил он, - но мне не нужно представлять тебя, Джон
Картер. Мы с тобой уже встречались. Неужели ты не узнаешь меня?
Когда я ответил, что не могу узнать его, он засмеялся.
- Я дал вам пощечину, а твой удар отправил меня в другой конец корабля.
Это был настоящий удар. Они долго думали, что я мертв.
- А, - спросил я, - ты был одним из моих наставников. И, наверное, тебя
обрадует известие, что я должен буду умереть из-за этого удара.
- Возможно, этого не произойдет... - ответил Ворион.
Он вновь повторил слово "возможно". На что он этим намекает?
К нашему удивлению, Ворион оказался неплохим сокамерником. Он был
чрезвычайно зол на бандолиана и его могущественных подручных, которые
приговорили его к смерти и бросили в подземелье. От него я узнал, что
почитание и преданность его народа бандолиану держится исключительно на
жестком дисциплинарном принуждении.
В сердцах Ворион охарактеризовал бандолиана как деспота и жестокое
чудовище.
- Наша ему преданность держится на страхе и традиции поколений, -
утверждал он.
После того, как он провел с нами в подземелье определенное время, он
сказал мне:
- Вы - трое - очень доброжелательно отнеслись ко мне. Вы бы могли
сделать ее невыносимой для меня, но я не могу упрекнуть вас в этом, хотя,
уверен, что у вас есть повод ненавидеть нас могоров.
- Мы все находимся в одной лодке, - ответил я ему, - и мы бы вряд ли
чего-либо добились сражаясь между собой. А вот работая совместно мы,
возможно, что-нибудь сделаем...
Я преднамеренно использовал его слово "возможно".
Ворион согласно кивнул и сказал:
- Я тоже думал, что если мы смжем что-то сделать вместе.
- Что? - уточнил я.
- Побег...
- А это возможно?
- Возможно...
Ю Дан и Зан Дар внимательно нас слушали. Ворион перешел к делу и
сказал:
- Если мы сбежим, у вас троих есть страна, где вы всегда найдете
убежище, а меня в любой из стран Эуробуса ожидает только смерть. Если вы
сможете гарантировать мне безопасность в вашей стране...
Он сделал паузу наблюдая за реакцией Зана Дара.
- Я могу обещать тебе, что сделаю все возможное для тебя, - заявил Зан
Дар, - и я уверен, что если ты поможешь мне бежать и вернуться на Занор,
то ты там сможешь чувствовать себя в безопасности.
Наши заговор был прерван прибытием караула солдат. Командовавший офицер
указал на меня и приказал мне выйти из камеры. Если меня изолируют от моих
друзей, то я вынужден буду отказаться от мысли совершить когда-либо побег
из этой тюрьмы.
Меня вновь повели через площадь в дворец бандолиана и через некоторое
время я вновь оказался в зале для приемов. Из-за стола на меня пристально
смотрели глубоко посаженные в скалящемся черепе глаза тирана.
- Я предоставил тебе последнюю возможность, - объявил бандолиан.
Затем он повернулся к одному из своих офицеров.
- Привести следующего! - приказал он.
Через некоторое время справа от меня дверь открылась и группа воинов
ввела следующего. Им оказалась Дея Торис! Моя несравненная Дея Торис!
Как прекрасно она держалась в окружении этих отвратительных могоров. Ее
осанку и походку отличало королевское достоинство и бесстрашие! Она
способна на любое самопожертвование ради спасения мира!
Караул остановил ее в нескольких шагах от него. Она отважно улыбнулась
и прошептала мне.
- Спокойно, Джон! Я знаю, зачем я здесь. Не падай духом. Лучше смерть,
чем бесчестие.
- Что она говорит? - потребовал бандолиан.
Я быстро сообразил, что здесь никто не знает язык Барсума. По своей
глупости они не могли снизойти до того, чтобы овладеть языком низшей расы.
- Она просит меня спасти ее, - ответил я.
Я заметил как Дея Торис улыбнулась. Они наверное научили ее языку
могоров за длительное время полета с Марса.
- И я думаю, что ты будешь достаточно мудр, чтобы выполнить ее просьбу,
- сказал бандолиан. - В противном случае она будет отдана Мултису Пару, а
затем подвергнута пыткам и изуродована прежде, чем ей будет позволено
умереть.
От того какая участь ожидала мою принцессу я содрогнулся.
И в это мгновение во мне что-то дрогнуло.
- Если я помогу тебе, сможет ли она возвратиться целой и невредимой на
Марс? - спросил я.
- Вы оба сможете это сделать, но после завоевания Гаробуса, - ответил
бандолиан.
- Нет! Нет! - прошептала Дея Торис. - Я лучше умру, чем вернусь в Гелий
с предателем. Нет, Джон Картер, ты никогда не станешь предателем, даже во
имя спасения моей жизни.
- Но пытки и издевательства! Во имя твоего спасения я тысячи раз стану
предателем и обещаю, что не капля позора не упадет на тебя. Я никогда не
вернусь на Барсум.
- Я не позволю пытать себя или издеваться над собой, - ответила она. -
В моем поясе зашит длинный и тонкий клинок.
Я все понял и с облегчением вздохнул.
- Ну что ж, - ответил я. - Сейчас мы собираемся с тобой умереть во имя
спасения Барсума, как это уже сделали тысячи храбрых воинов, но мы еще не
умерли. Помни это, моя принцесса, и не прибегай к услугам своего длинного
и тонкого клинка до тех пор пока не будут потеряны все надежды.
- Пока живешь ты, будет жить надежда, - ответила принцесса.
- Ну что же? - спросил бандолиан. - Я уже достаточно наслушался вашего
глупого воркования. Вы принимаете мои условия?
- Мы еще обсуждаем их, - ответил я. - Мне нужно еще несколько слов
сказать моей возлюбленной.
- Пусть еще немного поворкуют, - предложил могор.
Я повернулся к Дее Торис.
- Где тебя держат? - спросил я.
- На верхнем этаже башни расположенной на обратной стороне этого
здания, на ближайшей к вулкану стороне. Со мной вместе держат в заточении
еще одну барсумианку. Девушку из города Зор. Ее зовут Вая.
Бандолиан дрожал от нетерпения. Его пальцы нервно постукивали по крышке
стола, а челюсти пощелкивали как кастаньеты.
- Ну все с меня довольно! - закричал он. - Что вы решили?
- Я не могу дать мгновенный ответ. Для меня это очень важное решение. Я
должен вернуться в мою камеру для того, чтобы обсудить и обдумать все
предложения с Ю Даном, которому тоже есть что терять.
- Уведите его обратно в камеру! - приказал бандолиан, а затем он
обратился ко мне: - Я даю тебе время, но его не так много. Мое терпение
уже на пределе.
6. ПОБЕГ
У меня не было никакого плана. Мое положение было практически
безнадежным, и единственное, что мне удалось сделать, так это отложить на
некоторое время расправу над Деей Торис. Возможно условия для побега
предоставятся сами по себе. Именно за такие неопределенные обстоятельства
возлагал я остатки надежды.
Мои друзья по несчастью облегченно вздохнули и обрадовались моему
возвращению к ним. Я кратко рассказал им обо всем, что произошло во дворце
бандолиана. Ю Дан был крайне опечален известием о том, что Дея Торис уже
похищена могорами и очень страдал от мысли, что именно он стал
непосредственным виновником положения угрожающего нам бесчестием или
смертью.
- Простое раскаяние не поможет нам спастись, - сказал я. - Оно не
освободит нас из этого застенка. Оно не выпустит Дею Торис и Ваю из башни
бандолиана. Забудем о нем. У нас есть над чем подумать.
Я повернулся к Вориону.
- Ты говорил о возможном побеге. Что ты предлагаешь?
Он не привык, чтобы представители низшей расы так безапелляционно
говорили с могорами, но он засмеялся и воспринял эти слова
доброжелательно. Могоры не умеют улыбаться. С рождения до смерти они могут
делать лишь гримасу подобную холодному, застывшему оскалу мертвого черепа.
- Это всего лишь шанс, - ответил он. - Простой шанс. Первоначально он
может показаться вполне реальным, но даже если нам не удастся
воспользоваться им, мы не окажемся в худшем положении, нежели чем то в
котором мы находимся сейчас.
- Расскажи нам о чем идет речь, - попросил я.
- Я смогу открыть дверь нашей камеры, - объяснил он. - Если нам
повезет, мы сможем бежать из этого здания. Я знаю одну малоизвестную
дорогу для побега, так как я долгое время был охранником этой тюрьмы.
- А что мы будем делать, когда окажемся на улицах города? - спросил Ю
Дан. - Нас троих без труда можно немедленно арестовать.
- Не обязательно, - ответил Ворион. - На улицах достаточно рабов
похожих на Зан Дара. Но, конечно, цвет кожи людей с Гаробуса может
привлечь внимание, но это не может нас заставить отказаться от такой
возможности побега.
- А после того как мы попадем на улицы города, что мы будем делать? -
спросил Зан Дар.
- Я могу исполнять роль вашего хозяина. Я буду обращаться с вами как с
рабами и я думаю, что это врядли привлечет внимание. Я буду достаточно
груб с вами, но я думаю вы правильно истолкуете мое поведение. Я погоню
вас на посадочную площадку, где стоит много наших кораблей. Там я скажу
охраннику, что я привел вас для уборки одного конкретного корабля, так как
на этом поле стоят только частные корабли самых влиятельных и богатых
наших соплеменников. Я знаю один корабль, который очень часто используется
для полетов. Если нам удастся добраться до корабля и сесть в него, уже
никто не будет в состоянии помешать нашему побегу. И через час после
этого, если удача нам будет сопутствовать, мы с вами уже будем в пути на
Занор.
- При условии, что нам удастся захватить с собой Ваю и Дею Торис, -
добавил я.
- Я совершенно забыл о них, - ответил Ворион. - Неужели вы будете
подвергать риску свою жизнь ради двух самок?
- Конечно, - ответил Ю Дан.
- Вы странные существа, - пожал плечами Ворион. - Мы, могоры, никогда
бы в жизни не подвергали бы опасности себя ради них. Единственная причина
почему мы выносим их присутствие так это их способность восполнят ряды
воинов. Попытка спасти этих двух самок может завершиться трагически для
всех нас.
- Но в любом случае мы должны будем предпринять подобную попытку, -
сказал я. - Ты согласен действовать с нами, Зан Дар? - обратился я к
саватору.
- Да. Я буду с вами до самого конца, как бы не сложились
обстоятельства, - ответил он.
- Как хотите, - поддержал его Ворион без особого воодушевления.
Он тут же принялся за замок, и вскоре дверь нашей темницы была открыта
и мы вышли в коридор. Ворион тихо прикрыл за собой дверь и закрыл замок.
- Пусть это даст им пищу для размышлений.
Затем он повел нас в сторону противоположную той, откуда нас приводили
и откуда подходили охранники к нащей камере. Чем дальше мы двигались по
коридору тем более темным и пыльным становился коридор. Похоже, что этим
коридором очень редко пользовались. В конце коридора мы остановились возле
двери. Ворион очень быстро справился с замком на двери и через несколько
секунд мы уже находились в узком переулке.
Наш побег протекал настолько легко, что очень скоро у меня возникли
плохие предчувствия: такая удача не может сопровождать нас долго. Улочка,
на которую мы в конце концов вышли тоже оказалась пустынной. Таким
образом, с самого момента побега нас еще никто не заметил. Когда мы вышли
из улочки и наконец повернули на широкий проспект, обстановка резко
изменилась. Здесь было достаточно людно - могоры шагали по тротуару, рабы
волочили ноги по обочинам, а по проезжей, мощеной камнем части дороги,
сновали странные гужевые животные перевозившие грузы и пассажиров.
Ворион, гордо шагающий по тротуару, сейчас же начал ругать и тумаками
подгонять нас, бредущих по обочине. Он направлял нас все дальше и дальше
от центральной пложади города и наконец мы вступили на менее людные улицы,
хотя вокруг проходило еще много могоров. И в любой момент кто-нибудь из
них мог обратить внимание на необычный цвет кожи Ю Дана и моей. Я
посмотрел на Зан Дара для того, чтобы сравнить, насколько отличался цвет
моей кожи и был поражен увиденным. Кожа Зан Дара имела голубой цвет. Но
сейчас она была пурпурной! Я очень быстро сообразил, что подобное
изменение связано с розовой подсветкой пламенем вулканов превращающей
природный голубой цвет кожи Зан Дара в пурпурный. Мы едва прошли в
безопасности несколько ярдов, когда один из проходивших могоров бросил на
нас подозрительный взгляд. Он позволил нам пройти, а затем остановился и
позвал Вориона.
- Кто эти двое? Они не саваторы.
Ворион взглянул на него и ответил:
- Они перенесли очень тяжелую болезнь и поэтому цвет их кожи изменился.
Я был поражен сообразительностью нашего друга.
- Хорошо, а ты кто такой? - спросил могор. - Почему ты сопровождаешь
рабов без оружия?
Ворион сделал удивленную гримасу и начал осматривать себя со всех
сторон.
- Почему? Не знаю, я наверное где-то оставил свое оружие, - ответил он.
- Я думаю, что ты обманываешь меня, - резко произнес могор. - Следуйте
все за мной.
Похоже все наши надежды обрести свободу были под угрозой. Я бросил
взгляд вверх и вниз по улице. Мы находились на тихой улочке жилого района.
Возле нас никого не было. У обочины тротуара возле мрачных коричневых
домиков стояло несколько маленьких воздушных кораблей. Нас никто не видел.
Я вплотную приблизился к могору, который так опрометчиво стал на моем пути
по спасению Деи Торис. В удар, который я обрушил на него я вложил всю мою
силу. Могор рухнул как колода.
- Ты убил его! - воскликнул Ворион. - Это был один из наиболее
доверенных офицеров бандолиана. Если нас схватят, нас ждут пытки, прежде
чем мы умрем.
- Нас не должны схватить, - ответил я. - Давайте возьмем один из
кораблей, стоящих на обочине. Зачем себя подвергать лишнему риску,
продолжая путь пешком?
Ворион покачал головой.
- Мы не сможем улететь на таком корабле. Радиус полета такого корабля в
пределах города. Эти корабли не могут летать на больших высотах и не
смогут преодолеть даже низкие горы. Но самое важное они не могут
становиться невидимыми. Мы должны продолжать наш путь на посадочную
площадку о которой мы говорили.
- Может будет лучше, если мы возьмем один из этих кораблей для того
чтобы хотя бы без риска добраться до окрестностей посадочной площадки, -
предложил я.
- Я думаю, что кража корабля не сделает наше положение худшим, чем то в
котором мы находимся после убийства офицера, - заметил Зан Дар.
Ворион согласился и через некоторое время мы находились внутри
маленького корабля летевшего над улицей. С любопытством и интересом я
наблюдал как Ворион запускал двигатель и управлял кораблем. Для того,
чтобы понять принцип управления мне потребовалось задать лишь несколько
вопросов, такт как у меня были прекрасные навыки управления воздушными
кораблями двух других миров. Возможно мне больше никогда не прийдется
управлять кораблями подобными этому, но знание принципов его управления
мне не помешает.
Оставив наш летательный аппарат вблизи от нашей цели, мы продолжили наш
путь пешком. Как предсказывал Ворион, часовой остановил нас и спросил его
о цели нашего визита. С этого момента удача нашего предприятия была на
весах фортуны. Охранник оказался существом дотошным, а причиной вызвавшей
дотошность часового была та же из-за которой поплатился своей жизнью
офицер - соответствие Вориона исполняемой им задаче, так как Ворион не
имел оружия. Часовой попросил нас подождать, пока он вызовет офицера. Для
нас такая развязка могла стать роковой. Я уже начал подумывать о том как
убить этого часового, но я не знал как это сделать, так как вокруг, на
поле, было много могоров.
Положение спас Ворион.
- Стой! Стой! - раздраженно крикнул он часовому. - Я не могу сидеть
здесь целый день и ждать, пока прийдет вызванный тобой офицер. Я очень
тороплюсь. Разреши мне отвести этих рабов и пусть они начинают работать.
Офицер может подойти к кораблю и допросить меня там.
Охранник согласился с его доводами и, после записи названия и
расположения корабля, на который мы якобы прибыли для уборки, он разрешил
нам пройти. Я облегченно вздохнул. После того как мы отошли от охранника,
Ворион сказал, что дал ему имя и название другого корабля, а не того,
который мы собирались захватить. Ворион оказался не глупым малым.
Корабль, который выбрал Ворион, оказался красивым летательным аппаратом
созданным для полетов на больших скоростях. Мы без промедлений оказались
на его борту и я вновь углубился в наблюдения за действиями Вориона,
попутно расспрашивая его обо всем, что было мне неизвестно в управлении.
Несмотря на то, что я провел на борту подобного могорского воздушного
корабля восемнадцать дней, мне было практически ничего неизвестно об
управлении корабля, мне даже не было позволено зайти в кабину управления
корабля или, тем более, задавать вопросы по этой теме. Во-первых, Ворион
произвел намагничивание корпуса корабля и распыление мелких частичек песка
для достижения невидимости аппарата. Затем он запустил двигатель и плавно
поднимать корабль в воздух. Я объяснил ему свой план и, как только наш
корабль поднялся на небольшую высоту, он направил его в сторону дворца
бандолиана. Через маленькие линзы, установленные в носовой части корабля
можно было наблюдать за поверхность города подобно изображению получаемому
в видоискателе фотокамеры. В рубке имелось несколько подобных оптических
устройств и через одно из них я увидел квадратную башню дворца правителя,
где находились в заточении Дея Торис и Вая.
- Я подведу корабль к одному из окон дворца, - объяснил Ворион. - Но ты
должен действовать очень быстро, так как в момент когда мы открываем люк
на корпусе нашего корабля, внутренняя часть корабля становится видимой.
Кто-нибудь во дворце может заметить это и мы мгновенно будем окружены
боевыми и патрульными кораблями.
- Я буду действовать быстро, - ответил я.
Я был взволнован, когда Ворион причалил корабль к широко раскрытому
окну без решетки на одной из стен башни. Ю Дан и Зан Дар стояли у входного
люка корабля и должны были открыть его для того чтобы я мог прыгнуть в
окно и мгновенно закрыть его после того как я возвращусь на борт корабля с
двумя девушками. Я не мог видеть окно пока Ворион приближался к башне и
затем по команде Вориона Ю Дан и Зан Дар быстро открыли люк. Распахнутое
окно оказалось передо мной и я молниеносно прыгнул внутрь комнаты.
К моему счастью и к счастью Ваи и Деи Торис мы правильно нашли комнату.
Однако две девушки были в комнате не одни. Какой-то человек держал Дею
Торис в обьятиях и пытался своими губами найти ее губы. Дея усилинно
отбивалась от него, в то время как Вая яростно колотила незнакомца по
спине.
Я схватил этого наглеца за горло и отшвырнул его в сторону. Затем я
указал девушкам на окно и приказал им немедленно перейти на борт корабля.
Второе приглашение девушкам не потребовалось. Они незамедлительно ринулись
к указанному мной окну, а незнакомец поднялся на ноги и ринулся ко мне.
Это был никто иной как Мултис Пар! Узнав меня, он моентально побелел, но
затем проворно вытащил меч и закричал вызывая охрану.
Видя, что я без оружия, он двинулся на меня. Отступать к окну было уже
поздно, да и мой противник отрезал мне дорогу к окну. Поэтому я двинулся
ему навстречу. Это мое самоубийственное движение, похоже, привело его в
замешательство и он споткнулся. Когда я был уже возле него, он замахнулся,
но я правой рукой успел блокировать его взмах и вцепился ему в горло. От
страха он выронил меч и тщетно пытался пальцами обоих рук разжать мою
железную хватку сковавшую ему горло. Затем ослабил свой натиск, стараясь
вырваться из моих рук.
Я бы прикончил его, если бы дверь в комнату не распахнулась и на пороге
не предстала моему взору целая дюжина могоров. Я был в отчаянии! Надо же
было случиться такому, после того как план был почти выполнен! Теперь все
вновь было под угрозой срыва! Нет! Я не допущу этого!
Я крикнул Ю Дану:
- Закрывай люк и улетайте! Это приказ!
Ю Дан колебался, а Дея Торис стояла рядом с ним, протянув руки мне
навстречу, выражение ее лица отражало всю безысходность моего положения.
Она даже отступила на один шаг назад как бы приготовившись для прыжка в
комнату. Ю Дан быстро оттянул ее внутрь отсека и корабль начал удаляться.
Люк плавно закрылся и вскоре кораюль вновь стал невидимым.
Все это происходило в те считанные секунды, когда мои пальцы все еще
сдавливали горло Мултиса Пара. Его глаза остекленели, язык вывалился
наружу. В следующие мгновения он был бы уже покойником, но могоры
навалились на меня и оттащили меня от моей жертвы.
Нападавшие могоры довольно грубо скрутили меня, и у них был для этого
повод, так как в ходе свалки, прежде чем меня скрутили, я отправил троих
из них в бессознательное состояние.
Эх, если бы у меня был меч! Я бы им показал кто я такой!
Но все равно я был счастлив, я улыбался, когда меня с синяками и
избитого могоры волокли из башни. У меня был хороший повод для ликования.
Моя Дея Торис вырвалась из когтей этих отвратительных скелетоидов и, пусть
временно, была в безопасности.
Меня притащили в маленькую, темную камеру в подземелье башни. Здесь я
был закован в кандалы и прикован к стене. Хлопнула дверь за моими
тюремщиками и я услышал как повернулся ключ в массивном замке.
7. ФО ЛАР
Всяк попавший в одиночную камеру, куда не пробивается ни единый лучик
света, полностью предается размышлениям, позволяющим рассеять отчаянную
тоску. Тоску, которая порой приводит к безумству людей слабонервных и
слабовольных. Но мои размышления были приятными размышлениями.
Я представлял себе как Дея Торис летит в невидимом корабле в
дружественную страну, я знал, что этом корабле есть по крайней мере три
человека, которые будут дружелюбно относиться к ней, а один из них, Ю Дан,
должен жизнь свою не пожалеть для того, чтобы защитить ее в случае
необходимости.
Что касается Вориона, то я не мог предсказать его отношения к ней.
Мое собственное положение меня меньше всего волновало. Я понимал всю
его безысходность, но ранее мне приходилось бывать в худших переделках и с
честью из них выбираться. Я еще жил, и пока мое сердце билось, я не терял
надежду. Я законченный оптимист и подобный склад мышления наиболее часто
заставляет сражаться за свою жизнь до последнего вздоха.
К счастью, мое заточение в камере не длилось долго. Я не помню, сколько
времени я находился в забытьи, но когда пришел наряд воинов для того,
чтобы увести меня, я был страшно голоден и умирал от жажды, так как во
время моего короткого заточения я не получал ни пищу, ни воду.
В этот раз я предстал не перед бандолианом, а перед одним из его
офицеров - огромнейшим скелетоидом, у которого постоянно лязгали и
постукивали челюсти. Это существо было Смертью во плоти. По его обращению
ко мне я сделал заключение, что передо мной находится главный инквизитор.
Прежде чем приступить к допросу, он в течении одной минуты рассматривал
меня своими, казавшимися пустыми глазницами. Затем он приступил к допросу.
- Презренный, - закричал он, - даже небольшой части того, что ты
совершил достаточно для твоей мучительной смерти.
- На меня не стоит кричать, я не глухой! - ответил я.
Мой ответ привел его в ярость, он стукнул по столу кулаком и крикнул:
- Ты дорого заплатишь за свою дерзость и неуважение!
- Я не могу относиться с уважением к тому, кто ко мне не проявляет
подобных чувств, - ответил я. - Мое уважение может быть вызвано лишь
вежливым обращением со мной. И вполне естественно, что я не смогу быть
вежливым к такому злобно настроенному мешку костей.
Я пока не знал, зачем я стараюсь разозлить его. Возможно моей слабостью
было наслаждение от наблюдений как бьются в ярости мои презираемые враги.
Я согласен, что такая слабость проявлялась у меня перед лицом опасности и
это была глупая слабость, но я убедился, что иногда такое мое поведение
отвлекает моих врагов и дает мне определенные преимущества. И в этот
момент мое поведение привело к определенному успеху: это существо пришло в
такую ярость, что на некоторое время потеряло дар речи, но в конце концов
оно вскочило на ноги и выхватило меч.
Положение мое было не из завидных. Я был без оружия, а мой противник
двигался мне навстречу ослепленный бешенством. Кроме того в комнате
находилось четыре или пять могоров, двое из которых крепко держали меня за
руки. Положение мое было безысходным как у загнанной овцы. Но пока мой
предполагаемый палач двигался от стола ко мне с намерением проткнуть меня
мечом, в комнате появился еще один могор.
Он быстро оценил сложившуюся ситуацию и крикнул:
- Стоять, Горгум!
Мой противник в смятении остановился и опустил свой меч.
- Это существо заслуживает смерти! - глухо произнес Горгум. - Он бросил
мне вызов и оскорбил меня - офицера Великого Бандолиана!
- Право на его жизнь принадлежит бандолиану, а у него немного другие
намерения в отношении этого презренного червя. Как далеко продвинулся ваш
допрос?
- Он слишком долго кричал на меня, что у него еще не было времени
задать мне ни единого вопроса, - ответил я.
- Но ты, выродок, заткнись! - прорычал незнакомец.
- Я прекрасно понимаю вас, Горгум. Ваше терпение не безгранично, но мы
должны уважать приказы Великого Бандолиана. Начинайте допрос!
Горгум вложил меч в ножны и вновь уселся за столом.
- Как тебя зовут? - прозвучал его первый вопрос.
- Джон Картер, принц Гелия, - ответил я.
Писарь сидевший рядом с Горгумом старательно заскрипел пером в большой
книге. Я понял, что он записывает вопросы и ответы, так как книга была
открыта на протяжении всего допроса.
- Как вам и другим преступникам удалось бежать из камеры в которй вы
находились в заточении? - продолжил Горгум.
- Через дверь, - прозвучал мой ответ.
- Это невозможно, так как дверь была закрыта на замок, когда вас
привели в камеру. Дверь также была закрыта на замок, когда обнаружили ваше
исчезновение.
- Но если вы знаете так много, то зачем вы спрашиваете об этом у меня?
Челюсть Горгума лязгнула и злобно заскрипела.
- Вы видите, Хорур, насколько вызывающе ведет себя этот червь? - заявил
он, обращаясь к другому офицеру.
- Отвечай на вопрос благородного Горгума! - злобно прошипел Хорур. -
Как тебе удалось проникнуть сквозь запертую дверь?
- Она была незаперта.
- Нет, дверь была заперта! - крикнул Горгум.
Я пожал плечами.
- А какое это имеет значение? - спросил я. - Отвечать на вопросы того,
кто знает лучше, что там произошло, чем я, является пустой тратой времени,
тем более учитывая, что вас там не было.
Хорур подавил свое раздражение и боле спокойно спросил:
- Хорошо, расскажи нам как вам удалось выбраться из камеры.
- Мы открыли замок.
- Но ведь это практически невозможно, - воскликнул Горгум.
- Тогда мы все еще в камере. Пойдите и посмотрите внимательней.
- Так мы ничего не добьемся! - рявкнул Хорур.
- Возможно! - согласился я.
- Я хотел бы задать пленному вопрос, - заявил Хорур. - Допустим, что вы
бежали из камеры.
- О, вы достаточно проницательны.
Он пропустил мимо ушей на мое замечание.
- Я не думаю, что вы использовали какие-то изощренные средства для
вашего побега. Но в настоящий момент мы хотели бы знать, где находятся
ваши сообщники и две женщины. Мултис Пар заявил, что они бежали на корабле
- возможно, на одном из наших кораблей, похищенных на посадочной площадке.
- Я не знаю, где они находятся сейчас.
- И ты не знаешь где они намерены укрыться?
- Даже если бы это было мне известно, я бы не сказал вам.
- Я требую твоего ответа или тебя ждут пытки.
Я засмеялся.
- Вы же всеравно стараетесь убить меня, поэтому ваши угрозы меня не
пугают.
Хорур лучше владел своими эмоциями, нежели Горгум, но я заметил, что
его терпение уже на пределе.
- Если ты окажешь нам содействие, ты спасешь свою жизнь. Великий
Бандолиан может помиловать тебя. Скажи нам, где укрылись твои сообщники и
дай согласие на сотрудничество с Великим Бандолианом в захвате Гелия и ты
будешь помилован.
- Нет! - ответил я.
- Подожди! - продолжил Хорур. - Бандолиан может пойти на другие
уступки. После завоевания Гелия он может позволить тебе и твоей
возлюбленной вернуться в свою страну и он может назначить тебя на высокие
посты в новом правительстве, назначенном на завоеванных землях. В случае
твоего отказа, ты будешь уничтожен. Мы разыщем твою возлюбленную. И я тебе
обещаю - мы найдем ее. Смерть покажется легким исходом по сравнению с тем,
что ее ждет. Так что я советую тебе еще раз подумать.
- Мне нужно долго обдумывать ваше предложение. Я могу огласить вам
сейчас мое окончательное решение при любом исходе. Моим ответом будет
окончательное "нет".
Хорур скривил губы. У него не было сомнений относительно окончательного
ответа. Несколько мгновений он старательно рассматривал меня, а затем
произнес:
- Глупец!
Он повернулся к Горгуму и приказал:
- Разместить его с теми, кого мы держим для следующего выпускного
занятия.
Отдав это распоряжение он покинул комнату.
Меня отвели в здание расположенное на некотором удалении от того места
где меня раньше держали под стражей и поместили в большой камере, в
которой находилось около двадцати узников. Все они были саваторами.
- Кто к нам пришел!.. - заявил один из заключенных, когда дверь камеры
закрылась за караулом. - Человек с красной кожей! Он не саватор! Откуда ты
взялся, парень?
Мне не понравилась его внешность, его тон и манера говорить. Я не хотел
портить свои отношения с людьми, с которыми мне предстояло разделить дни
заточения и, возможно, смерть. Поэтому я отвернулся от этого заключенного
и удалился в другой угол камеры, где уселся на длинной скамье. Но этот
паяц последовал за мной и остановился передо мной в вызывающей позе.
- Я спросил тебя откуда ты! - нотка угрозы прозвучала в его голосе. - И
если Фо Лар спрашивает тебя - это значит, что ты должен как можно быстрее
дать ответ. Я здесь самый главный.
Он оглянулся на окружающих и спросил:
- Я полагаю, что возражений нет.
Из толпы раздалось несколько неясных, одобрительных голосов. Я сразу
отметил, что этот парень не пользуется особой популярностью. Он имел
хорошо развитую мускулатуру и по тому как он встретил меня можно было
сделать заключение, что он здесь сильнейший. Остальных узников он, похоже,
просто запугал.
- Похоже, что ты, Ло Фар, ищешь для себя развлечение, но я не буду
развлекать тебя. Я достаточно устал для этого.
- Меня зовут Фо Лар, парень! - рявкнул тот.
- А какая от этого разница? Ты останешься дерьмом с любым именем.
Моя последняя фраза мгновенно привлекла внимание остальных заключенных.
Некоторые из них одобрительно замычали.
- Я смотрю, что мне прийдется показать тебе твое место, - заявил Фо Лар
и агрессивно двинулся в мою сторону.
- Слушай, я не хочу с тобой ссориться, - ответил я. - Ведь очень плохо
когда люди находящиеся в одном застенке обижают друг друга.
- Да ты похоже трус! - продолжал Фо Лар. - Что ж, если ты станешь на
колени и попросишь у меня прощения, я не буду обижать тебя.
Услышав это я засмеялся, чем привел этого парня, еще не решавшего
напасть на меня, в неописуемую ярость. Я понял, что имею дело с обычным
отъявленным задирой. Однако, если он не блефовал, то для спасения
собственного престижа он должен напасть на меня.
- Не зли меня! - заявил он. - Когда я зол, я себя не контролирую. Я
могу прикончить тебя.
- Я думаю, может, это разозлит тебя, - ответил я и дал ему пощечину.
Моя оплеуха была настолько сильной, что он чуть не свалился на землю.
Но мой удар мог быть еще сильнее. Моя оплеуха привела его в еще большую
ярость, чем слова. Кровь бросилась ему в лицо и его синее лицо стало
пурпурным. Он должен был что-нибудь предпринять для того, чтобы выйти из
этого положения и сохранить за собой оспариваемое главенство в этом
застенке. Все остальные заключенные поднялись на ноги и образовали вокруг
нас живой полукруг. Они рассматривали меня и Фо Лара с одинаковой
неприязнью.
Итак Фо Лар должен был что-нибудь предпринять для того, чтобы ответичь
за оплеуху. Он бросился на меня и удары посыпались градом. Пока я отбивал
его удары, я почувствовал, что он достаточно сильный человек, но ему не
хватало тренировки и выдержки. Поэтому я решил преподать ему урок, который
он запомнит на всю жизнь. С первых минут нашего поединка я мог нанести ему
удар, который бы отправил его в глубокий нокаут, но позволил ему поиграть
со мной.
Затем я отвесил ему еще одну оплеуху. В ответ он нанес мощный удар,
который я пригнувшись парировал и ответил ему еще более мощной оплеухой.
- Молодец! - завопил один заключеный.
- Давай его, краснокожий! - крикнул другой.
- Прикончи его! - рявкнул третий.
Фо Лар попытался вцепиться в меня, но я перехватил его руку и произвел
мощный бросок через плечо. Он всем своим телом рухнул на пол из туфа.
Некоторое время он лежал неподвижно, а затем начал качаясь вставать на
ноги. Я, захватив его голову, повторил бросок. На этот раз он уже не смог
подняться, так как в броске он получил еще мощный удар в челюсть. Я
перешагнул через него, подошел к скамье и уселся.
Узники собрались вокруг меня. Я видел, что многие остались довольны
исходом боя.
- Фо Лару давно нужно было встретиться с таким бойцом, - заявил один.
- Я уверен, что он получил свое!
- Но как же тебя все же зовут?
- Мое имя Джон Картер. Я прибыл с Гаробуса.
- Да, я слышал о тебе, - сказал один из узников. - Я думаю, это имя
знакомо нам всем. Могоры были очень злы на тебя, так как ты их очень хитро
провел. Я думаю, они посадили тебя сюда для того, чтобы ты умер вместе с
нами. Меня зовут Хан Дю.
Сказав это, узник протянул мне руку.
- Очень рад познакомиться с тобой, Хан Дю. Если здесь много подобных Фо
Лару, то мне наверняка потребуется друг.
- Я надеюсь, что здесь больше нет подобных ему. Да и он сам уже не
станет больше задираться.
- Ты сказал, что вы все приговорены к смерти, - уточнил я. - А ты
знаешь, когда и как произойдет все это?
- Когда следующий класс закончит занятия, нас всех выставят на арене
против вдвое превосходящих могоров. Все это произойдет очень скоро.
8. НА АРЕНЕ
Фо Лар долго не мог прийти в себя. Некоторое время я даже начал думать,
что убил его. Но наконец он открыл глаза и осмотрелся вокруг. Затем он
сел, ощупал свою голову и челюсть. Его глаза нашли меня и опустились на
пол. Морщась от боли, медленно он встал на ноги и удалился в дальний угол
камеры. Но его моментально окружили четверо или пятеро узников.
Один из них издевательски дал ему пощечину и спросил Фо Лара:
- Так кто же главный в камере?
Остальные начали наносить ему удары. Они стали в круг и начали избивать
его, пока не вмешался я и не отшвырнул их.
- Оставьте его в покое! - крикнул я. - Он получил достаточное наказание
за свой поступок. И если после того как он пришел в себя, кто-то из вас
хочет выяснить с ним отношения, то пожалуйста. Но я не допущу, чтобы вы
наваливались на него целой бандой.
Самый крупный из них повернулся ко мне и прошипел:
- А ты кто такой, чтобы нам указывать?
- Вот я кто такой, - ответил я и ударом отправил наглеца на пол.
Поднявшись на ноги, негодяй посмотрел на меня и вежливо произнес:
- Я ведь только спросил.
Его лицо болезненно перекосилось и на этом, похоже, конфликт был
исчерпан. После этого наши взаимоотношения в камере, даже с Фо Ларом,
начали постепенно налаживаться. Вскоре я убедился, что все они, вообщем,
неплохие ребята. Долгое заточение и сознание близкой смерти подорвали их
нервы, но то что произошло после моего прихода в некоторой мере разрядило
обстановку. Мы долго разговаривали и даже смеялись.
Я пытался найти среди них кого-нибудь из страны Зан Дара - Занора. Но
среди них не было ни единого гражданина этой страны. Некоторые из них
знали, где она располагалась, один из них даже начертил на стене нашей
камеры некое подобие карты той части Юпитера, где располагался Занор.
- Но тебе вряд ли пригодится знание всего этого, - прокоментировал он.
- В жизни бывают всякие неожиданности, - ответил ему я.
Они также рассказали мне, что нас будет ожидать на показательном бое с
могорами и я долго думал над этим рассказом. Мне не хотелось быть на жтом
показательном занятии в роли покорной жертвы.
- Кто из вас умеет хорошо пользоваться мечом? - спросил я своих друзей
по несчастью.
Половина из них заявила, что они прекрасные фехтовальщики, но я знал о
способности многих солдат значительно преувеличивать свое мастерство. Не
всех солдат, но все же значительной их части наиболее склонной к
хвастовству. И мне необходимо было каким-нибудь образом проверить боевые
навыки моих друзей.
- Конечно мы не сможем сейчас достать настоящие мечи, - предложил я. -
Но мы сможем найти несколько палок размером с настоящий меч и очень быстро
сможем определить, кто среди нас является настоящим мастером во владении
мечом.
- А зачем это нам? - спросили меня.
- Мы с вами можем по-настоящему заставить могоров отрабатывать
потраченные деньги, - объяснил я. - И заставить их самих заплатить
определенную цену за этот показательный бой.
- Раб приносящий нам пищу - мой земляк, - сказал Хан Дю. - Я думаю, он
сможет тайком принести нам несколько палок. Он надежный парень. Когда он
придет, я его попрошу об этом.
Фо Лар не высказал своего мнения по поводу боя на мечах, но так как он
уже проявил себя незаурядным хвастуном, то я подумал, что он совсем не
умеет сражаться на мечах. Мне было очень жаль его, так как он был самым
сильным среди саваторов и, кроме всего прочего, достаточно высоким малым.
Если бы он имел хоть немного навыков в обращении с мечом, из него
получился бы прекрасный фехтовальщик. Хан Дю никогда не хвастал своими
успехами и я рассчитывал на него, так как он рассказывал, что в его стране
среди мужской части населения были популярны учебные сражения на мечах.
Наконец земляк Хан Дю пр...
