Барбара Хэмбли. Сумрачная планета
страница №10
...енном отделе. Эй! - сказал он, выхватываяочередной инфокубик у Р2Д2, который, видимо, все еще воспринимая его слова
"посмотри-ка" как приказ, методично брал кубики со стола захватом и
отправлял их в порт считывания данных. - Давай обратно!
Дроид тут же выплюнул кубики на стол. Ярболк схватил их, пересчитал и
снова бросил быстрый взгляд через плечо на остальных находившихся в
"карантинном помещении. Это была весьма разношерстная компания: золотушного
вида седой вуки, пара аквалианцев, которые держались вместе, то и дело
переводя взгляд с охранников на дверь, команда разведывательного корабля со
Сквиба, неистово протестовавшая, что они даже не слышали ни о какой
эпидемии, и довольно экстравагантно окрашенный эргеш, который занимал три
кресла и от которого пахло, как от бака с отходами кондитерской фабрики.
- С тех пор как я начал заниматься этой историей, на мою жизнь трижды
покушались, - прошептал чадра-фан, и его широкие ноздри на бархатном носу
дрогнули. - Корпорация "Лоронар" не может допустить, чтобы подобная
информация стала широко известна. Половину их контрактов оплачивает
Республика.
- Корпорация "Лоронар" наверняка не станет нанимать убийцу!
Ярболк фыркнул и ткнул коротким пальцем в сторону протокольного дроида.
- "Лоронар", может быть, и не станет сам этим заниматься, но они могут
заставить это сделать Гетеллеса. Кто, по-твоему, наслал на меня тех гопсо'о
на Дровисе? Мои источники из окружения Гетеллеса утверждают, что "Лоронар"
обеспечивает Гетеллеса практически всем. Местный администратор, Димурра,
живет на Дровисе как король: секс-дроиды, виброванны, стимуляторы,
глиттерстим, четыре разных повара, самоприспосабливающиеся тапочки,
управляемый климат в любой комнате и много чего другого. Кое-что из этого
незаконно - везде. Он не получил бы ничего без согласия Гетеллеса. Так что
можно сделать вывод...
- Игпек Друн! - послышался голос от внутренней двери.
- Это тебя! - прошипел Ярболк, когда СИ-ЗПИО никак не прореагировал.
- О.... о да, - СИ-ЗПИО быстро поднялся, наступив на край собственной
мантии; Ярболк незаметно поддержал его под локоть, не дав упасть. В дверях
стояли капитан и главный врач "Ликоминга" - женщины-готалки, серые лица
которых уже подозрительно поворачивались в его сторону, когда он поспешил к
ним; их роговидные органы чувств ощущали энергетические поля, выдававшие в
нем дроида.
- Хвала небесам! Наконец-то нам удалось связаться с представителями
власти! - радостно воскликнул СИ-ЗПИО, расстегивая ремешки маски и сбрасывая
парик. - Вы понятия не имеете...
Он обнаружил, что смотрит в дула двух бластеров и дезинтегратора.
- Не подходи ближе, дроид, - бросила капитан. - Тууве, принеси
фиксаторы.
- Вы не понимаете! - запротестовал Р2Д2. - Вы должны немедленно
связаться с Советом Новой Республики! Ее превосходительство, глава
государства Лея Органа Соло похищена! Вы должны...
- Еще один, - пробормотала главный врач, обращаясь к капитану. - Что у
нас было последним? Разбитый корабль с грузом детенышей кароси, на котором
осталось кислорода на два часа? Интересно, сколько экстракта корня тенго у
него спрятано под обшивкой?
- Прошу прощения! - Р2Д2 вытянулся в полный рост, хотя и был тщательно
запрограммирован так, чтобы не представлять угрозы большому спектру разумных
рас, в том числе готалам. - Я сертифицированный протокольный дроид,
принадлежащий лично ее превосходительству! Сама мысль о том, что я могу
предназначаться для контрабанды наркотиков...
- Для чего бы он ни был предназначен, его легенда - полнейшая чушь, -
заметила капитан. Она кивнула инженеру-суллустианину, который подошел к
СИ-ЗПИО сзади с парой фиксаторов. - Отведи его превосходительство в трюм и
обследуй его хорошенько. И запиши серийные номера.
Она потерла глаза. Ее тонкие, бесплотные губы посерели от усталости,
вокруг глаз образовались темные круги. СИ-ЗПИО предположил, что
патрулирование на карантинном корабле вдоль периметра сектора, охваченного
полудюжиной мятежей - в отсутствие какой-либо центральной власти, которая
могла бы подтвердить ее решения, - занятие весьма утомительное.
- Кому он принадлежит на самом деле, мы разберемся потом, когда все это
закончится, а пока составь опись всего, что найдешь у него внутри, и отправь
микропроцессоры в лабораторию. Они нам очень нужны. Ремонтным службам тоже
нужны детали...
- Я протестую! - воскликнул СИ-ЗПИО, когда суллустанские солдаты
схватили его за руки. - Ее превосходительство похищена, и...
- Ее превосходительство, к твоему сведению, мой друг, - устало
проговорила готалка, - только что прислала подтверждение полномочий нашей
миссии в этом секторе, скрепленное ее личной печатью. Я с ней только что
разговаривала.
- Она оставила голограммы на случай непредвиденных обстоятельств,
прежде чем отправиться с секретной миссией! - крикнул СИ-ЗПИО. - Это обычная
процедура. Конечно, для объявления зоны карантина требуется ее
подтверждение, но на самом деле ее там нет! Мой напарник и я - единственные,
кто знает всю правду!
Две готалки - представительницы расы, отличавшейся печально знаменитым
недоверием к дроидам, что было, впрочем, понятно, учитывая чувствительность
их органов чувств, - обменялись выразительными взглядами.
- Я говорю вам, я был там! Два боевых крейсера пропали! "Бореалис" и
"Несокрушимый"...
Врач нахмурилась.
- Ваша двоюродная сестра была на "Несокрушимом", не так ли, капитан?
Капитан кивнула.
- И "Несокрушимый" улетел к Селанону в начале этой недели.
- Это лишь прикрытие! - завопил СИ-ЗПИО, которого охранники потащили в
сторону двери. - Ее миссия в этом секторе была совершенно секретной!
"Несокрушимый" был уничтожен...
Взгляд капитана стал стальным.
- Уберите его отсюда, - тихо сказала она охранникам. - И этого Р2Д2
тоже, хорошо? Скажите, чтобы их микропроцессоры как следует очистили.
Охранник отдал честь и спросил:
- А как насчет чадра-фана, который был вместе с ними?
Капитан-готалка пошарила в кармане и вытащила листок розового пластика.
СИ-ЗПИО подумал, что это какое-то сообщение, но на нем не было официального
заголовка, только личный шифр в верхней строке. Хитро прищурившись, она
посмотрела на Ярболка, который продолжал сидеть рядом с Р2Д2, стараясь
казаться как можно более неприметным. Затем она повернулась к СИ-ЗПИО.
- Как зовут твоего друга?
Дроиды, если только они не запрограммированы специально, поразительно
правдивы, даже если их профессия имеет отношение к дипломатии.
- Ярболк Йемм, - не колеблясь, сообщил СИ-ЗПИО. - Насколько я понимаю,
он журналист из "ТриНебулона".
На мгновение наступила тишина. Затем капитан сказала:
- Это он, - и сделала знак другому охраннику, направляясь через
помещение к чадра-фану.
Увидев их, Ярболк вскочил на ноги. У всех находившихся в зале отобрали
все оружие, и, в любом случае, охранники были хорошо вооружены. Он метнулся
к двери, но та не открылась. Повернувшись, он поднял лапы в знак протеста
или капитуляции, и в ту же секунду капитан-готалка выхватила бластер и
выстрелила ему в грудь парализующим лучом с расстояния меньше метра. Удар
отшвырнул маленького журналиста к двери, и он медленно опустился на пол
грудой золотистой шерсти.
Капитан огляделась по сторонам. Под бдительным взором охранников никто
больше не двинулся с места. Возможно, решил СИ-ЗПИО, у них были свои
соображения для того, чтобы не привлекать излишнего внимания. Капитан что-то
сказала стоявшему рядом с ней охраннику, голосом столь тихим, что лишь
чувствительные слуховые датчики дроида смогли разобрать ее слова.
- Шлюз номер три, - сказала она.
Вытянувшись вдоль трещины в сверкающей поверхности утеса, Лея прикрыла
рукой глаза от ярких лучей восходящего солнца. Ветер обжигал ей лицо. Внизу
простирался лабиринт каньонов с острыми иззубренными краями, оставшихся
такими после древних тектонических сдвигов, и каждая поверхность, словно
зеркало, отражала холодный свет.
Если ее и искали, то ей это было неизвестно.
Конечно, она ничего не видела. Ашгад с легкостью мог запрограммировать
простых дроидов-ищеек, настроив их на ее физические параметры - движение,
массу и температуру тела. По этой причине ей пришлось пожертвовать
антигравитационным модулем и одним из обогревателей, отправив их вдоль
каньона в качестве отвлекающего маневра. Пришедшие в упадок способности
Белдориона могли ощутить разницу, но Лея готова была побиться об заклад, что
даже если бы Сила не окутывала всю планету подобно магнитному полю, такое
было не под силу бывшему джедаю.
Лея обессиленно закрыла глаза. Она до сих пор не знала, почему не
разбилась в лепешку у подножия утеса - видимо, в батареях антиграва было
больше энергии, чем она думала. Она чувствовала себя так, словно с тех пор
ей пришлось уворачиваться, бежать и карабкаться на протяжении сотен
километров.
Снова открыв глаза, она развернула карту. Годы, проведенные среди
повстанцев, научили ее читать топографические карты. Она нашла каньон, по
которому взбиралась, и две вершины, между которыми можно было спуститься к
заброшенной орудийной башне у Блик-Пойнта. На карте нигде не было отмечено
наличие воды, так что она не знала, найдется ли в месте назначения
какой-нибудь насос. В кувшине оставалось лишь около четверти воды, и
неизвестно, сколько ей потребуется времени, чтобы передать сообщение...
...если на орудийной башне еще оставалось работающее оборудование
подпространственной связи.
С трудом наклонившись, она посмотрела на остатки своих церемониальных
туфель и, оторвав окровавленными пальцами кусок серебристой космоленты,
наложила очередную заплату.
Если у Ашгада нет каких-либо средств, которые могли бы обнаружить
поданный ею сигнал бедствия.
Если кто-либо вообще его услышит.
Она старалась не думать о Семени Смерти и о том, как болят ее ноги.
Семя Смерти.
Она постоянно возвращалась к нему в мыслях. Идиот, идиот, самоуверенный
идиот. Она поправила висевший за спиной кувшин и осторожно, с трудом
двинулась вдоль каменного уступа к группе лиловых вершин, которые были ее
очередным ориентиром.
Ей известны были сведения о других правительствах, других армиях,
других людях, пытавшихся использовать эпидемии в качестве оружия. Она
вспомнила Хатрокс III. Это было двенадцать столетий назад, судя по
обнаруженным там записям, и планета все еще числилась в Реестре Постоянных
Опасностей. Члены группы, обнаружившей записи, погибли все до единого, так
же как все члены команды корабля, прилетевшего им на помощь, и все
сотрудники карантинной службы, куда те были доставлены. Судя по записям,
террористическая организация, разработавшая этот вирус, имела в своем
распоряжении и соответствующий антивирус.
Знаком ли вам термин "мутация", ребята? Вы когда-нибудь слышали слова
"человеческий фактор"? "Небольшая неисправность оборудования"? А как насчет
такой фразы: "О, об ЭТОМ мы и не подумали!"?
Губы Леи кривились в циничной улыбке - и тут же улыбку сдувало с лица
ледяное отчаяние.
Семя Смерти.
Вы не посмеете. Вы НЕ ПОСМЕЕТЕ.
Но они уже посмели. Если записки Ашгада были правдой, Семя Смерти уже
распространялось среди кораблей флота, уничтожая их экипажи, в то время как
в секторе вспыхивал мятеж за мятежом, и туда входили корабли адмирала Ларма.
Видимо, Дзим мог управлять временем начала эпидемии, если его это вообще
интересовало - иначе она распространялась сама по себе.
Усшлышит ли ее Белдорион, если она снова попытается позвать Люка?
Ее рука коснулась лазерного меча на поясе. "Нужно было слушаться Люка,
- подумала она. - Нужно было больше тренироваться. У Люка подобных проблем
не возникало".
У Вейдера, естественно, тоже.
Тяжело дыша, с окровавленными руками, ободранными о неровные камни
коленями, Лея добралась до вершины хребта между двумя пиками и взглянула на
лежавшую внизу орудийную башню.
С расстояния в несколько сотен метров она казалась совсем крошечной.
Тупой черный цилиндр, без дверей и окон, стоял возле мощного каменного
уступа, давшего название этому месту. Черный камень был увенчан грубыми
защитными соорркениями, напоминая женщину в форменном костюме сенатора и
широкополой шляпе для пикника. "Можно было бы проникнуть туда, - подумала
Лея, - через эти сооружения из дерева и металла, если пожертвовать одеялом
и, нарезав его на полосы, удлинить им канат".
Ей это удалось, но едва-едва. Бросая крюк с рискованной позиции на
вершине каменного уступа и используя помощь ветра, она сумела добиться,
чтобы крюк застрял среди ощетинившихся балок. Она отпустила трос, свободно
повисший вдоль стены, снова спустилась вниз и доковыляла до места, где трос,
удлиненный матерчатыми полосами, висел в метре от усыпанной кристаллами
земли.
С тех пор как Лея последний раз взбиралась по отвесной стене, прошли
годы. На высоте двадцати метров ветер бил и свистел; задыхаясь и чувствуя,
как немеют руки и кружится голова, она подумала: "Еще немного, и я потеряю
сознание".
Обмотав канат вокруг рук, она прижалась лбом к черному камню, ожидая,
пока пройдет дурнота. Тело дрожало от голода и усталости. Я не смогу.
Никогда.
Но она смогла. Добравшись до вершины, она вытащила наверх канат и
поползла, словно вконец измученная старуха, к скоплению экранированных
катушек, отражателей и модуляторов, торчавших из каменных плит среди
импровизированных защитных сооружений. К небу поднимались громадные стволы
лазерных орудий.
Немигающие ночные звезды освещали путаницу балок и колючей проволоки.
Жестокий ветер несколько утих. Лея срезала лучом лазера замки на дверях,
ведших в располагавшиеся внизу помещения, и забаррикадировала их за собой,
насколько могла. В помещении орудийной башни не было окон, и его вполне
могли населять такие же мутировавшие твари, как и те, что напали на нее на
лестнице в доме Ашгада. В таком случае ей пришлось бы спать на крыше, рискуя
замерзнуть.
Посветив фонарем, она осмотрелась. Никаких мутантов она, к счастью, не
обнаружила, хотя лестница кишела сотнями дрохов размером с ноготь. Некоторые
из них поползли по ступеням в ее сторону, освещенные тусклым лучом ее
фонаря. Лея активировала лазерный меч. Те, кого коснулся конец клинка,
зашипели, превращаясь в обугленные мертвые шарики. Остальные продолжали
ползти следом за ней, пока она спускалась по лестнице.
Оборудование на станции было старым, но исправным. Большая часть цепей
управления орудиями была опечатана, но пульт работал, и можно было
переключить управление наведением на цель с опечатанных компьютеров на
ручное. Лея щелкнула несколькими переключателями, взглянула на экран.
Устройство наведения было достаточно простым, но им невозможно было
воспользоваться, не имея специальной подготовки. "Интересно, кто их обучал?
- подумала Лея. - Может быть, Слухачи, излагавшие им содержание услышанных в
пустыне голосов? Зачем им нужно было уничтожать все корабли, пытавшиеся
сесть на планету или покинуть ее? Лишь для того, чтобы этот мир оставался
все столь же примитивным?"
Или, может быть, для чего-то еще?
Острая боль пронзила ее ногу. Взглянув вниз, она увидела трех или
четырех крупных дрохов, вгрызавшихся в полосы космоленты, которыми были
обмотаны ее ноги. Она ощутила легкое головокружение, как после нападения на
нее тех тварей на лестнице. "Видимо, они в чем-то родственны дрохам, -
подумала она, пятясь назад от пульта и освещая пространство вокруг себя
фонарем. Пол был усеян круглыми плоскими тельцами насекомых. - Нужно все
время двигаться. Нельзя долго оставаться на одном месте".
Помещение было просторным и круглым - очевидно, оно занимало целый этаж
приземистой башни. Ничто не предполагало наличия здесь каких бы то ни было
средств связи. В угольно-черных нишах висели мертвые лампы.
Стальная лесенка в центре зала вела на нижний уровень, где тоже стояло
оборудование, закрытое панелями из закопченного черного металла. По полу
были разбросаны драные одеяла, груды стрел и дротиков, коробки с
металлическими пулями, керамической картечью и завернутой в бумагу мелкой
дробью. Лея прислонилась к лесенке, борясь с волной дурноты и чувствуя, как
ее бьет дрожь. "Дрохи, - подумала она. - При свете солнца мне станет лучше".
Но она понимала, что точно так же это может быть следствием усталости,
голода и непривычных испытаний.
Где-то наверху неожиданно раздался грохот падающих балок и мебели.
Баррикада! Сердце ее замерло. Над головой послышались приглушенные
шаги, и в люк в полу ударил яркий луч света. Раздались голоса. Быстро
оглядевшись по сторонам, она обнаружила, что лестницы, ведущей дальше вниз,
нет - видимо, остальную часть башни занимали силовые установки,
обеспечивавшие энергией сами орудия. Хотя Лея знала, что темные пространства
между шкафами с оборудованием кишат дрохами, она втиснулась между двумя
безымянными черными ящиками, сжимая исцарапанной рукой лазерный меч.
Падающий сверху свет стал ярче, луч повернулся, обшаривая пол.
- Смотри, - сказал кто-то. На него шикнули.
"Мертвые дрохи, - подумала Лея. - И пыль на полу - я наверняка оставила
следы".
Тело пронзила острая боль при мысли о том, что сейчас ей придется
сражаться. "Люк, - подумала она, - если я выберусь отсюда живой, я начну
тренироваться вместе с тобой, хотя бы для того, чтобы поддерживать форму".
Похолодевшими пальцами она коснулась кнопки лазерного меча.
Сверху ударил яркий свет, и по лесенке спустилась чья-то фигура.
Незнакомец легко спрыгнул на пол и сразу же отступил в тень - рефлекс
тренированного бойца, ищущего укрытие. Наверху столпились другие тени,
закрывая большую часть света, но пробивавшиеся лучи осветили запыленную
красную куртку, серую ткань, закрывавшую лицо, металлические пряжки тяжелых
ботинок. Послышалось какое-то движение, и с легким гудением в воздухе возник
солнечно-желтый клинок лазерного меча.
- Выходи, - произнес женский голос.
Лея опустила оружие, чувствуя, как у нее подкашиваются ноги.
- Каллиста? - спросила она.
Клинок опустился, и красная фигура откинула рукой в черной перчатке
ткань с лица.
- Лея?
16
- Мы - оружие Силы, - Каллиста туго натянула космоленту, шаря одной
рукой в кармане куртки в поисках ножа. Над ее головой терялись в темноте
металлические балки защитных сооружений орудийной башни, словно смертоносная
ловушка из колючей проволоки, подстерегавшая холодные звезды. - Мы всегда им
были, с начала Нового Порядка; с тех пор, как люди начали осознавать
существование Силы.
- Именно это меня и пугает, - тихо сказала Лея.
- Я знаю.
Она обрезала ленту, закрепила вырезанную из шкуры ку-па подошву на
остатках туфли Леи и протянула ей туфлю, одновременно быстрым и ловким
движением одной руки складывая и убирая нож. Лицо, когда-то бывшее лицом
Край Минглы, сильно изменилось. Пытаясь найти в нем черты молодой
женщины-ученого, которую она когда-то знала, женщины, отдавшей собственное
тело Каллисте, искавшей своего возлюбленного на Другой Стороне, Лея видела
перед собой лишь заблудшего джедая, женщину, которую так любил ее брат. В
бесцветном сиянии звезд в густых волосах Каллисты не осталось ни следа
светлых прядей Край. Казавшиеся темными во мраке, при дневном свете ее
волосы должны были быть темно-каштановыми, какими они начинали становиться,
когда она в последний раз видела эту женщину с Люком. Ее серые глаза
прятались в тени густых темных бровей.
- Честно говоря, не думаю, что Люк это поймет.
Каллиста чуть повернула голову, услышав какой-то звук по другую сторону
громадного черного дула, смотревшего в небо в центре открытой крыши башни.
Но все было мирно, просто один из теранцев устанавливал небольшой, но мощный
обогреватель, чтобы приготовить ужин; он что-то крикнул, обращаясь к
нескольким молодым женщинам. Вечерний ветер утих. Бае, Слухач группы, худой
человек, которому могло быть и тридцать, и пятьдесят лет, прошел словно тень
среди всадников, которые расстилали одеяла и чистили орркие, тихо
разговаривая друг с другом.
Сила была словно темное море, шумевшее в ночи. Лея подумала о том,
ощущает ли ее Каллиста так же, как она сама.
- Его постоянно пытались использовать, - продолжала Каллиста, - с того
самого мгновения, как он взял в руки лазерный меч. Вейдер хотел обратить его
в свою веру. Палпатин хотел поставить его себе на службу. Клону Палпатина
удалось на какое-то время сделать его своим рабом. Но Люк силен, сильнее
даже, чем кажется ему самому. И у Люка - одна лишь цель в жизни. Думаю,
можно сказать, что у него чистая душа.
Она сложила руки на груди; в ней не осталось и следа от той
напряженности, которую. Лея видела в ней раньше, в присутствии Люка. Сейчас
Каллиста казалась безмятежной. И молчание ее не было тяжелым - она просто
подбирала слова; легкий пар от дыхания стремился кверху.
- Люк не жаждет власти. И не думаю, что он понимает тех, кто к ней
стремится.
Лея никогда не думала об этом прежде, но вынуждена была признать, что
Каллиста права. Люк никогда не стремился подняться выше командира
эскадрильи. Он не был тактиком, подобно Хэну. В Академии джедаев он не
ставил перед собой иных целей, кроме как учиться, постигать пути Силы и
учить других, но не ради того, чтобы иметь учеников, готовых на все по его
первому зову.
- Но ты понимаешь.
- Да.
- Тогда ты понимаешь и то, почему мне пришлось уйти.
Лея с сожалением вздохнула.
-Да.
Почему-то ей казалось, что она понимала ее всегда.
Некоторое время обе молчали; прозрачные вершины отражали мерцающий свет
далеких звезд.
- Я такая же, как Люк, - тихо продолжала Каллиста, словно разговаривая
сама с собой. - Я никогда не стремилась к власти. Я хотела лишь учиться и
учить, быть с людьми, которые меня понимают. Но люди стремятся использовать
тех, кто обладает нашим могуществом, Лея. Вейдер хотел использовать тебя.
Если бы он вслух не заявил о своих намерениях, я не думаю, что Люк пришел бы
в достаточную ярость для того, чтобы преследовать его и сражаться с ним
насмерть. Ты рассказывала мне, как Траун и Пеллаэон пытались похитить твоих
детей, как К'баот хотел использовать их в качестве оружия, ради
удовлетворения собственного тщеславия. Я видела, как ты изо всех сил
стараешься научить Йакина и Йайну прислушиваться к зову собственного сердца,
быть всегда честными и справедливыми. Чтобы они не стали пешками в чьих-то
руках. Чтобы в их души не закралось зло. Но пока что они всего лишь дети, а
на детей очень легко повлиять с помощью любви, ненависти и лжи.
- Да, - снова сказала Лея. Она натянула туфлю, плотнее запахнула
толстую накидку из грубо сшитой шкуры маджи, которую кто-то ей одолжил, и
подошла к парапету, рядом с которым сидела Каллиста.
Настал черед ее признаний. И она рассказала Каллисте о своем памятном
сне и о преследовавших ее с тех пор страхах.
- Я хочу, чтобы они были счастливы, - сказала она, прислонившись щекой
к шершавому металлу балки. - Я хочу, чтобы они оставались детьми, невинными
по праву рождения. Но в то же время я понимаю, что они не могут просто пойти
по любому пути, по какому захотят. Зная, что они владеют Силой, я должна
учить их отличать ложь от правды, стремиться к справедливости, так же, как
стремился к справедливости мой отец... Бэйл Органа. Я должна... оберегать от
них следующее поколение. Так же, как я должна оберегать нынешнее поколение
от себя самой.
Взглянув на сидящую у парапета Каллисту, она уверилась, что та вполне
понимает, о чем речь. О темном страхе, таившемся в картинах ее давнего сна.
- Чтобы защитить это поколение от себя самой, - мягко сказала Каллиста,
- ты должна избрать путь джедая, Лея. А не избегать его. Люк прав.
Она встала, выпрямившись во весь рост; ее красная куртка казалась почти
черной в мерцании звезд и бледном свете, отраженном от сверкающих камней.
Ночи на Нам Хориосе, лишенном согревающих планету океанов, были невероятно
холодными, даже в летний сезон. Лея засунула руки в перчатках под мышки,
думая о том, как теранцам удается проводить ночь за ночью под открытым
небом.
- В Хвег Шуле есть женщина по имени Тазельда, малозначительная
приверженка учения джедаев, которая прибыла на эту планету столетия назад, в
поисках власти. Таким же образом, как и я.
- Белдорион о ней рассказывал, - сказала Лея. - Он что, был ее
партнером?
- Они пришли сюда вместе. После их многолетней лжи самим себе, друг
другу, всем остальным я не могу в точности сказать, что именно произошло.
Они оба были приверженцами джедаев, но. оба же не обладали достаточной
силой. Точнее, лишь один из них обладал в той мере, чтобы сделать лазерный
меч, но я не знаю, кто именно. Не думаю, что кому-либо из них обоих сейчас
это бы удалось. Как и я, они пришли сюда в поисках простого ответа.
- Я не думала, что хатты могут от рождения владеть Силой.
- Не стоит недооценивать Силу, Лея, - сказала Каллиста. - Кто угодно -
и что угодно - может быть наделен ею от рождения. На планете Дагоба есть
дерево, которое насыщено Силой. Морские слизни в океанах Каламари используют
Силу, чтобы засасывать в себя планктон, пока не вырастут размером с
космический корабль. Но они не обладают разумом, который позволил бы им
найти Силе иные применения. Это и к лучшему.
Она вздохнула.
Неожиданно Лея спросила:
- Ведь это ты была тем рабом, о котором говорил Лигеус? Которого
Белдорион продал Дзиму?
Каллиста молчала столь долго, что Лея уже испугалась, не разозлила ли
ее, но наконец она кивнула.
- До этого я была рабыней Тазельды, - сказала она, - и потому я снова
позволила отдать себя в рабство, поскольку я была просто в отчаянии. Она
использовала меня точно так же, как использовал бы меня Белдорион, если бы
от меня ему был хоть какой-то толк. Так же, как он использовал тебя.
Лея снова кивнула. Боль, отразившаяся на лице Каллисты, пугала ее, и
она чувствовала, как в ней вновь нарастает ярость, на этот раз в отношении
не одного лишь Ашгада, но их всех: Белдориона, рационалистов, Моффа
Гетеллеса, всех, кто ради достижения мелочных целей ломал и разрушал чужие
жизни, не видя вокруг ничего, кроме собственных низменных устремлений. Но
это была горькая ярость, словно хрупкий, стеклянно-неподвижный лед на
поверхности бесконечно глубокого колодца горя.
- До тех пор пока мною могут подобным образом манипулировать, -
говорила Каллиста, - пока меня могут использовать - пока Сила не в моей
собственной власти, - я первый кандидат на переход на сторону темных сил.
Сейчас я - в ее тени. Если для меня существует хоть какой-то путь, мне
придется следовать по нему одной. Я буду любить Люка до самой смерти, но я
не стану тащить его за собой. Пожалуйста, сделай так, чтобы он понял.
- Что тут у нас?
Хэн Соло вошел на мостик, на ходу снимая шлем и перчатки скафандра. Он
тут же заметил мигающие красные огоньки на панели коммуникатора и
обеспокоенные нотки в рычании Чубакки, срочно позвавшего их с Ландо обратно
на корабль. Снаружи простирались безжизненные равнины Эксодо II, покрытые
угольно-черной лавой; вечная пыль лежала вокруг нор гасваров - наиболее
распространенной формы местной жизни, беспокойно шевелившейся в свете огней
"Тысячелетнего Сокола". Разбитый разведывательный крейсер, который они здесь
обнаружили, был примерно в таком же состоянии, что и "Корбантис", если не
считать того, что двигатели его давно остыли, а команда погибла от радиации,
удушья, холода и зубов гасваров.
Чубакка что-то проворчал в ответ и показал на приборы.
Хэн ошеломленно уставился на экран.
- Этого не может быть!
Из коридора вышел Ландо. Он только что снял скафандр и приглаживал
жесткие курчавые волосы. Его до глубины души потряс вид мертвых тел на
разрушенном крейсере, а еще больше - неопровержимые свидетельства того, что
корабль был уничтожен теми же крошечными снарядами, что сбили "Корбантис" и
едва не прикончили "Сокол".
- Показания барометра я уже видел, старик, и если мы хотим убраться с
этой планеты до того, как начнется очередная буря, нам следовало бы...
Голос его оборвался. Он уставился на экран, на который вуки вывел
данные.
- Что это, ситх придуши?
- А что это, по-твоему? - потрясение спросил Хэн. - Это вражеский флот,
который вышел из гиперпространства и направляется прямо сюда.
- Р2Д2, что ты делаешь, во имя всего святого? - СИ-ЗПИО ковылял за
напарником, который, едва за ними захлопнулась дверь, направился к панели
электронного замка рядом с ней. - Честное слово, с тех пор как несчастный
капитан Бортрек подключил тебе дополнительные интерфейсные модули, ты стал
вести себя крайне странно! Ты не хуже меня знаешь, что с ограничительными
фиксаторами мы не в состоянии покинуть это помещение!
Р2Д2 требовательно пискнул.
- Зачем?
Р2Д2 объяснил.
- Не понимаю, - возразил СИ-ЗПИО. - Никак не понимаю, каким образом то,
что мы снимем эту панель, даже если нам это удастся, спасет беднягу Ярболка,
которого намереваются вышвырнуть из шлюза. Если нас обнаружат, что наверняка
произойдет, у нас могут быть ужасные неприятности!
Р2Д2 заметил, что перспектива быть разобранным на запчасти и проданным
за пять процентов стоимости не менее ужасна.
- Я и в самом деле не запрограммирован на подобные вещи! О, почему
никто мне не верит!
СИ-ЗПИО прижал палец к середине панели и нажал со всей силой
гидравлических суставов. Он никогда, ни при каких обстоятельствах не
применил бы силу против живой плоти любого рода, но металл есть металл, и
он, не будучи соответствующим военным стандартам, прогнулся в достаточной
степени, чтобы можно было просунуть под панель пальцы и оторвать ее. Р2Д2
начал выдавать длинную последовательность инструкций.
- Честное слово, мне кажется, что эти дополнительные модули нарушили
работу твоих логических цепей! Зеленые провода, подсоединенные к
коаксиальным разъемам - у тебя же нет никаких коаксиальных разъемов! О... -
СИ-ЗПИО открыл крышку одного из серебристых дополнений, привинченных к боку
его напарника. - Что ж, уверен, для тебя от них нет никакой пользы.
Тем не менее он подсоединил к разъемам зеленые провода и выслушал поток
писков, трелей и щелчков, которые Р2Д2 выдал во внутренние системы
карантинного корабля.
- Р2Д2, это же явная чушь! - возмущенно заявил СИ-ЗПИО. - Сначала ты
отключаешь механизм открытия люка третьего шлюза, потом заставляешь систему
поверить, будто на самом деле люк открылся... и даже если бы ты сумел помочь
мастеру Ярболку сбежать из этого шлюза, нам от этого нет никакого толку. Мы
все равно не можем покинуть этот трюм, пока на нас фиксаторы, а он все равно
не может покинуть корабль.
Робот-секретарь отвернулся, сложив руки на груди в человеческом жесте
негодования и невмешательства.
- Больше я ничего делать не намерен.
Р2Д2 издал тихий печальный стон, но не стал требовать, чтобы его
отсоединили. Вместо этого он снова начал выдавать серии писков и щелчков,
что означало - астродроид все еще вводит какие-то данные в центральный
компьютер карантинного корабля. Что именно - стало ясно, когда он
развернулся на колесиках и восторженно запищал. В следующее мгновение дверь
трюма открылась, и внутрь ввалился Ярболк.
- Я вам вовек обязан, - возбужденно зашептал он, доставая из кармана
устройство для снятия фиксаторов и ножницы для резки проводов. - Братцы, я
вам обязан по гроб жизни. Весь этот корабль провонял насквозь! Одной Большой
Зеленой Рыбе известно, кто заплатил этой капитанше за то, чтобы выкинуть
меня из шлюза. А может быть, она просто получила соответствующий приказ.
- Возможно, - предположил СИ-ЗПИО, пока чадра-фан снимал фиксатор с его
золотистой груди. - Р2Д2 утверждает, что в Галактическом Совете есть
предатель или, по крайней мере, имеет место серьезная утечка информации.
- И повстанцы захватили Корускант, - пробормотал Ярболк, переходя к
Р2Д2. - Расскажите-ка мне кое о чем, чего я не знаю. Вы там болтали что-то
насчет того, будто Ашгад похитил госпожу Органу Соло. Это что, правда?
СИ-ЗПИО поколебался, представив себе, как эти сведения быстро
распространяются по всей Галактике, и почувствовал, что его
дедуктивно-логические цепи начинают перегреваться.
- Если это правда - лучше помалкивай, мой друг, если не хочешь, чтобы с
ней случилось то же, что чуть не случилось со мной. А что касается предателя
в Совете - о Рыба, да я это предполагал уже несколько недель назад!
"Лоронар" покупает и продает сенаторов и губернаторов по всей Республике и
за ее пределами. Подержи-ка дверь, ЗП. Она опять закроется, как только я
отсоединю Эрди... ага. Спасибо.
Он уложил провода и коаксиальные кабели в коробку на боку Р2Д2 и
закрепил ее крышку космолентой.
- У всех этих сенаторов есть слабые места. Любимые пунктики. Типа
"порядок в Галактике", или "права всех разумных рас", или "право одной явно
высшей разумной расы подчинять себе все другие расы, независимо от того,
желают ли те этого или нет". Дело "Лоронарз" - знать, каковы эти слабые
места.
Продолжая говорить, он быстро двинулся по коридору, мягко ступая
мохнатыми лапами и неслышно шевеля широкими ноздрями. Один раз он
остановился, толкнув двух дроидов в нишу возле одной из дверей. Мимо прошли
два суллустианских охранника, устало сгорбившихся, с небрежно висевшим за
спиной оружием.
- Благодарите судьбу, что все на корабле заняты этими
аккуалишами-контрабандистами. В каком из отсеков их корабль, РД?
Р2Д2 целеустремленно свернул за угол и двинулся по короткому проходу к
причальному отсеку, двери которого, к их удивлению, были открыты. Они вошли
внутрь; Ярболк задержался, вручную задвигая двери изнутри. Отсек был
маленький, его почти полностью заполнял яйцеобразный корпус аккуалишского
корабля. За темно-серебристо-зеленым яйцом корабля чуть мерцало магнитное
поле вокруг овального выходного люка. Ярболк подсоединил коаксиальные
разъемы Р2Д2 к панели возле дверей.
- Пяти минут хватит?
Р2Д2 пискнул.
- Сможешь запустить эту малышку быстро?
Р2Д2 снова негодующе пискнул.
- Ладно, ладно. Главное - запустить эту штуку, а так она просто
конфетка. Сомневаюсь, что в ней хватит топлива, чтобы добраться до Сайблока,
но я знаю одного типа на Бадпоке, который купит ее без лишних вопросов,
вместе с грузом и всем прочим. Денег хватит, чтобы я смог без проблем
попасть обратно в Центральные системы, а вы - на Сайблок.
- Опять? - простонал СИ-ЗПИО, когда они с Р2Д2 и Ярболком быстро
направились к аквалианскому кораблю. - Я все же надеюсь, что на этот раз нам
удастся придумать маскировку получше. Должен сказать, я уже основательно
устал от того, что ко мне все время относятся как к потенциальной
собственности каждого встречного разумного существа.
- Можешь не беспокоиться.
Ярболк закрыл за собой люк и повернул рукоятки замков - для вышедшей в
космос цивилизации техника на аккуалишских кораблях была удивительно
примитивной. Пройдя на мостик, он снова подсоединил Р2Д2 к компьютеру и
взгромоздился на табурет перед консолью, покачивая мохнатыми ногами.
- У меня есть план - и он не требует от вас, чтобы вы пытались казаться
теми, кем на самом деле не являетесь.
СИ-ЗПИО ничего не ответил, но частью центрального процессора,
отвечавшего за формирование мнений, он отметил, что уже по горло сыт
всевозможными планами.
Вне всяких сомнений, они были обречены.
Стоя в густой тени у основания плато, Люк взглянул на темные очертания
обители Сети Ашгада, думая о том, за сколькими из желтых и белых освещенных
прямоугольников действительно есть какая-то жизнь. Не находилась ли за одним
из них и тюрьма Леи? Или ее держали где-то внутри дома, может быть, внутри
самого каменного утеса?
Поежившись на пронзительном холоде, он попытался послать мысленный зов,
но не знал, услышит ли его Лея. Шепот Силы вокруг давил на его разум,
заглушал все его мысли. О том, что происходило в Галактике в результате
похищения Леи, с какими другими событиями было связано это похищение - он
старался даже не думать.
Он взял с собой набор инструментов из мастерской Кройга - за который
ему пришлось заплатить большую часть своих скромных финансов, - и ему не
потребовалось много времени, чтобы отключить сигнализацию и открыть дверь.
Маленький фонарик осветил пермакретовую площадку, на которой стоял изящный
черный "мобкет-колесница", и, судя по пятнам на полу, здесь постоянно
пребывали еще два флаера, один из них с неисправным задним энергоблоком. В
свете фонаря тускло блеснули двери турболифта. Люк провел лучом по стене,
ища дверь на лестницу, и во все стороны разбежались дрохи размером с его
большой палец.
На лестнице, подумал он, ничего хорошего его не ждет.
Сила - это жизнь, говорил Йода. Связывающая все живые существа. То, что
ощущал Люк, стоя у входа на лестницу и пытаясь напрячь все чувства, какие
только мог, он никогда не ощущал прежде и никогда не хотел бы ощутить снова.
Жизнь, густая и насыщенная. Жизнь громадная и всеобъемлющая - на
лестнице просто не могло быть столько живых существ! Миллионы, миллиарды...
Ощущение кишащей там жизни подавляло, и вместе с тем в нем было нечто
чудовищное. Нечто уродливое, зловещее, отвратительное. Грязные миазмы,
брожение чего-то распухшего, словно злокачественная опухоль, прогнившего и
тошнотворного. Люк понятия не имел, что это означает, не был даже уверен в
том, насколько его ощущения соответствуют действительности. Он не мог даже
сказать, в самом ли деле он ощущал миллиарды жизней или же только одну,
огромную, зловещую, ждущую.
Но Лея была где-то там, наверху.
В его руке с гудением вспыхнул лазерный клинок. Он прикрепил маленький
фонарик к нагрудному карману комбинезона и включил его.
Пермакретовые ступени поднимались к площадке, затем сворачивали в
сторону, исчезая из поля зрения. Темнота - и что-то движущееся вдоль стен.
Невозможно было понять, что это. Ни формы, ни размера, ни звука, ни запаха.
Люк осторожно начал подниматься наверх. Он миновал одну площадку,
вторую, третью. В каждом пролете лестницы было по двадцать ступеней. Высота
плато на глаз составляла свыше трехсот метров, но невозможно было сказать,
насколько глубоко уходил вниз фундамент дома. Насколько мог понять Люк, на
лестнице не было ни голокамер, ни визоров; лишь монотонные пермакретовые
стены, испещренные коричневыми следами дрохов. Стык стен и пола казался
темно-серым от их отвратительных испражнений.
Ощутив боль в ноге, он наклонился и увидел полдюжины громадных дрохов -
длиной с большой палец, - которые, извиваясь, ползли вверх по его сапогам.
Некоторым уже удалось прокусить штанину и впиться в плоть. Он с отвращением
вытащил из-за пояса универсальный ключ и попытался рукояткой сбить тех, кто
еще не успел впиться, но в его сторону уже целеустремленно ползли другие.
Когда он наклонился, на них упал луч фонаря, и, к своему удивлению, он
увидел, что у нескольких из них, самых крупных, явно есть конечности с
клешнями или щупальцами, иногда - и то и другое у того же самого организма.
Он зашагал быстрее, вспоминая рассказ Арвида о том, что они просто умирают и
рассасываются в тканях...
Но за болью в ноге последовала слабость, холодная апатия, боль в груди
и неожиданная, валящая с ног сонливость.
Он свернул за угол, поднялся на следующую площадку - и там их было
полно.
Пол от них казался коричневым. Среди блестящей массы виднелось
несколько тварей размером почти с ладонь, с длинными паучьими членистыми
ногами...
Люк в ужасе отскочил, и что-то кинулось на него сзади, прицепившись к
спине между лопаток; неожиданная боль, точно ударили ножом, пронзила
затылок.
Он с размаху бросился на стену, раздавив тварь о пермакрет, но, словно
по сигналу, дрохи на полу прыжками понеслись к нему. Боль в шее все еще
чувствовалась, хотя липкая струйка, стекавшая по спине, говорила о том, что
напавшее на него существо мертво. Он повернулся, собираясь броситься вниз по
лестнице, и увидел, что дрохи собрались позади него - большие и маленькие,
некоторые просто огромные, с ногами и зубами, и проворные, словно ящерицы.
Вместе с сотнями укусов на него нахлынула слабость, словно вскрылись все его
вены, - он сразу же понял, что теряет не кровь, но жизнь, что кто-то
высасывает жизненную силу из его нервной системы, из его плоти и сердца.
Он привалился к стене, цепляясь за пермакрет, чтобы не упасть, зная,
что иначе он и в самом деле может считать себя покойником. Твари избегали
ударов его лазерного меча, оружия слишком большого, чтобы их задеть, и
слишком медленного для их скорости. На ступенях впереди Люк увидел самого
большого дроха из всех, размером почти с два его кулака, похожего на краба,
который смотрел на него двумя светящимися глазами на коротких стебельках.
"Да он разумный, - подумал Люк. - Или почти разумный"
И откуда-то он знал, что именно эта тварь руководила нападением на
него, позволив ему подняться столь высоко, что шансов спуститься уже не
было.
Он рубанул по твари мечом, шатаясь от слабости. Тварь отскочила в
сторону. Колени Люка подогнулись, и он упал - тяжело дыша, теряя сознание от
боли, пронизывающей его тысячами иголок...
И он призвал на помощь Силу.
Она пришла, словно светящийся вихрь, сорвав дрохов с его тела, как
когда-то Вейдер сорвал ящики, катушки и перила с каркаса холодильной камеры
на Беспине, швырнув все это в него. Но дрохов Сила отшвырнула прочь, давя их
о стены, и он, шатаясь, попытался встать, пока,к нему ползли новые, и снизу
и сверху.
"Нельзя это делать, - подумал Люк. - Равновесие нарушено. Она может
причинить вред где-то в другом месте..."
Но когда они снова вцепились в него, впиваясь десятками жадных пастей
сквозь порванную ткань комбинезона, его охватили паника и ужас, и он понял,
что ему придется применить Силу или умереть.
Словно смерч Сила обрушилась на них, разбрасывая их в разные стороны, о
стены и вниз по лестнице, и Люку показалось среди мерцающего света, что
более крупные дрохи, схватив челюстями более мелких, швыряют их в него.
Тошнотворное ощущение гниющей, разлагающейся жизни проникало в его мозг, все
более и более явственное, словно каждый дрох был переполнен чьими-то
жизненными соками, которые когда-то высосал.
"Что ж, была не была, - подумал Люк. - Прятаться больше нет никакого
смысла". Послав впереди себя Силу, он начал на четвереньках карабкаться
вверх по лестнице, чувствуя, как где-то наверху отступает огромный
членистоногий дрох, стуча когтями по полу и наблюдая за ним глазами на
стебельках, горящими в темноте, словно зловещие звезды.
17
- Что это?
Лея вздрогнула. Подобно невидимой игле, нечто вонзилось в ее мозг,
сдавило грудь, хлестнуло словно бичом. Откуда-то снизу, из запертой башни,
донесся грохот, словно что-то упало. Слухач Бае схватил фонарь и, сбежав по
лестнице к ведшей вниз двери, прижался к ней, словно паук. В то же мгновение
другой из расположившихся на крыше теранцев что-то крикнул, показывая вниз.
Лея с ужасом увидела, как один из гранатометов взмыл в воздух и начал биться
о черную обшивку центрального орудия.
В неверном звездном свете зрелище казалось еще более жутким. Гранатомет
колотился о металлическую стену, ствол его изгибался, хотя к нему не
прикасались ничьи руки. Лея прижалась к парапету, думая о том, только ли она
одна слышит приглушенный звук выстрелов и звучащие у нее в голове голоса,
выкрикивающие слова, которых она не понимала.
Затем голоса стихли. Гранатомет снова упал на камни, ствол его согнулся
почти под прямым углом. В тишине удивительно отчетливо слышался жалобный
стон ку-па на холме за орудийной башней.
- Сила, - прошептала Каллиста. - Кто-то использует Силу.
Лея снова содрогнулась. Желание научиться пользоваться Силой, которое
недавно вызвали у нее слова Каллисты, бесследно растаяло, словно лед под
лучами летнего солнца. Если она такая - лучше не надо. "Я вовсе не хочу
превратиться в источник неразумной ярости".
- Белдорион?
- Может быть, - сказала Каллиста. - У него еще сохранились прежние
способности, хотя он уже не может пользоваться и управлять ими, как
когда-то. Вот почему он хотел подчинить тебя себе.
Лея покачала головой.
- Не понимаю, - казалось, сам воздух колыхался от ужаса, и нечто жуткое
подстерегало на расстоянии вытянутой руки. - Сила... Разве она могла как-то
ему повредить?
- Не Сила, - ответила Каллиста. - Дзим. И дрохи. Они высасывают жизнь,
Лея. Это они - Семя Смерти. Гриссматы об этом знали. Они населили планету
дрохами, надеясь, что те станут причиной гибели сосланных сюда их
политических противников. Но солнечный свет, преломляясь в гранях
кристаллов, генерирует излучение, которое ослабляет электрохимические связи
в тканях насекомых. В результате более крупные дрохи не в состоянии повлиять
на электрохимические процессы в организме укушенного и бесследно
рассасываются, не успев причинить вреда. А более мелких оно быстро убивает.
Так вот оно что...
- Не знаю, было ли известно об этом проповеднику Терасу, - продолжала
Каллиста, дав Лее время осмыслить сказанное и справиться с невольной дрожью.
- О нем вообще мало что известно. Конечно, он не мог знать, что дрохи
являются причиной эпидемии, он знал лишь одно - ни один корабль ни в коем
случае не должен покидать планету. Возможно, он был шпионом или политиком,
стоявшим в оппозиции к гриссматам. Но, по крайней мере, он понимал, что
планету необходимо держать на карантине, запретив на долгие годы садиться
сюда каким-либо кораблям. Видимо, каким-то образом он знал о существовании
некой связи между ними и эпидемией.
- А Ашгад вывез дрохов в плоти синтдроидов, - тихо сказала Лея. - Каким
образом ему это удалось? Как он сумел проскочить мимо карантинной защиты?
Каким образом Дзим может ими управлять?
- У меня нет доказательств, - так же тихо ответила Каллиста. - Но я
думаю, что дрохи в некотором роде разумны. Даже самые маленькие. Они
имитируют форму, химические и электромагнитные процессы - все, вплоть до
клеточного уровня. Вот почему их невозможно обнаружить. Думаю, в
определенном смысле они могут имитировать и разум. Они превращаются в то же
самое вещество, что и их "хозяева", одновременно высасывая из них жизнь. А
самые крупные, дрохи-капитаны, могут высасывать жизнь из своих жертв
опосредованно, через более мелких, даже не прикасаясь к "хозяину". Этим они
и опасны, - продолжала она, качая головой. - Чем больше жизни они высасывают
- из жертв или друг из друга - тем более разумными они становятся, более
крупными и более способными к мутациям. Те твари на лестнице в доме Ашгада,
о которых ты рассказывала, - они не похожи на дрохов, они и есть дрохи.
Дрохи, выросшие за счет пожирания друг друга, за счет поглощения энергии
друг друга. Люди часто их едят, чтобы набраться сил и энергии.
- Это и в самом деле помогает?
К ней вернулись тошнотворные воспоминания о Белдорионе, шарившем по
подушкам и бросавшем дрохов в свою огромную слюнявую пасть.
- Некоторым образом, - сказала Каллиста. - Некоторым образом.
Лея снова ощутила боль и ужас, неясные голоса в мозгу, и в ста метрах
от черной пасти каньона неожиданно взлетел смерч пыли, похожий в звездном
свете на искрящееся облако дыма. Не было ни малейшего ветра, но она видела,
как куски породы подпрыгивают в водовороте вихря, словно рыбки, и слышала
грохот, с которым они обрушиваются на стены каньона. Холодный страх сдавил
ей горло. Каллиста вскочила на парапет, едва коснувшись переплетения балок и
проволоки, чтобы удержать равновесие, и уставилась вдаль, через белую
равнину, туда, откуда приближался неожиданный смерч, поднимавший с земли
булыжники и каменные глыбы. Внизу, внутри орудийной башни, снова с грохотом
падали какие-то предметы, ударяясь о стены.
Затем ужас снова отступил, и Лея расслышала какие-то затихающие голоса.
Ей почему-то показалось, что голоса эти произносили ее имя.
Каллиста спустилась с парапета, запахиваясь поплотнее.
- Здесь, похоже, нечто посерьезнее, чем если бы Белдорион просто искал
тебя. Дело в чем-то другом. Это, как ты понимаешь, только мое мнение, но я
думаю, что дрохи стали частью мозга того, кто их ест. А те, что покрупнее,
если их съесть, продолжают оказывать влияние на съевшего даже после. Я знаю,
что крупные дрохи, размером с питтина, могут подчинять себе более мелких.
Дзим...
- Каллиста! - предупреждающе крикнул Бае. В то же мгновение неожиданный
порыв ветра ударил из-под парапета, вырываясь из каньонов вокруг орудийной
башни. Песок хлестнул Лее в лицо, куски гравия и острые обломки кристаллов
оцарапали ей щеки и лоб. Над головой и со всех сторон затряслись балки и
брусья защитных сооружений; провода и заклепки стонали и извивались, словно
живые. С изрезанным каменной шрапнелью лицом и руками, покрытыми впившимися
в плоть дрохами, Слухач выскочил из дверей башни и подбежал к тому месту,
где стояла Каллиста. Во все стороны разлетелись гранатометы, дробовики и
копья, словно от пинка невидимой ноги гиганта. Один из огнеметов начал
изрыгать огонь. Бае схватил его и швырнул через парапет - Лея видела, как он
летел вниз, пылая как факел, пока не взорвался на половине высоты утеса.
Пока остальные теранцы хватались за свисавший с балок металлический трос,
вырывая его друг у друга из рук, Каллиста выдернула магазины и зарядные
батареи из всего оружия, какое только оказалось в пределах досягаемости, и
бросила их с...
