Гарри Гаррисон. Чума из космоса (фрагменты)
страница №3
...ли, - сказала девушка в центре связи.Она полистала книгу с записями.
- Да, у вас посетитель, который ждет вас в вашей комнате. После этого
с вами хочет поговорить профессор Чейбл. Он и доктор Мак-Кей находятся в
комнате номер три тысячи девятьсот одиннадцать.
- Вы знаете, кто меня ждет в моей комнате?
- Нет, доктор, об этом мне ничего не сказали.
- Большое спасибо.
Он положил трубку и потер подбородок. Что значило это сообщение? Кто
мог быть достаточно важным, чтобы в такой ситуации вызвать человека с его
поста? Какое отношение имели к этому профессор Чейбл и ВОЗ?
Он хотел сначала справиться по телефону, но потом решил немедленно
отправиться в свою комнату. Перед этим он наскоро смыл следы крови со
своих рук и лица.
Это был офицер армии ООН, высокорослый мужчина, повернутый спиной к
Сэму, когда тот вошел в комнату. Его фуражка с золотым околышем лежала на
столе.
Когда мужчина обернулся, Сэм должен был сдержаться, чтобы не встать
по стойке "смирно".
- Прошло десять лет, не так ли, Сэм? - спросил генерал Барк.
Он протянул Сэму загорелую правую руку.
- Да, сэр, по меньшей мере десять лет, - ответил Сэм.
Барк почти не изменился. Но что ему было здесь нужно?
- Послушайте, Сэм, я не хочу называть вас доктором, а вы не называйте
меня ни "генерал", ни "сэр". Мои друзья называют меня Тесаком.
- Я был при том, когда вам дали это прозвище, - сказал Сэм.
Он был не в силах сдержать улыбку.
- Я помню, как это было. Это было во время эвакуации с Формозы. Банда
партизан совершила ночной налет, когда все офицеры задержались в общей
палатке.
Барк тогда, может быть, за всю свою карьеру в первый раз не имел при
себе никакого оружия, но он знал, как ему поступить.
Он ворвался на кухню, вырвал у повара тесак для разрубки мяса, издал
боевой клич индейцев и, вспоров стенку палатки, напал на партизан сзади.
Эту ночь едва ли кто мог забыть, и уж, конечно, не Сэм, который был тогда
самым молодым из всех лейтенантов.
- Тесак...
У Барка был огромный рот, крепкие мускулы, и временами он казался
точной копией настоящего техасца. Кроме того, он был известен как самый
прожженный офицер в армии, который только тогда сдвинется с места, когда
ему за это что-нибудь пообещают.
- А почему вы здесь, Тесак? - спросил Сэм. - Уж, конечно, не затем,
чтобы возобновить старое знакомство?
У Сэма в шкафчике было полбутылки виски.
Он нашел стакан и до половины наполнил его.
- За Айрию, ее кабачок и ее виски, - сказал Барк.
Он поднял стакан, опустошил его одним глотком, задумчиво посмотрел на
пустой и поставил его на стол.
- Эта эпидемия из космоса самая худшая штука, с которой мы оба
когда-нибудь сталкивались, Сэм. Мы еще поломаем над этим головы. Мне нужна
ваша помощь.
- Я не могу сделать многого, Тесак. Я больше не служу в армии, я
всего лишь маловажный ассистент врача, который до этого мгновения был
занят по горло.
- Я знаю. Вы снова можете вернуться к своей работе, как только мы все
обсудим. Вы были при том, когда Рэнд вышел из корабля, вы говорили с ним,
видели, как он пытался нацарапать свое сообщение. Вы имеете какое-нибудь
представление о том, что он хотел этим сказать, или почему он герметически
запер корабль после того, как покинул его?
- То, что я знаю, я изложил в своем сообщении. Я провел вскрытие. Мне
кажется, тому, что он хотел написать, не стоит придавать слишком большого
значения.
- Почему?
- Только избавьте меня от подробного клинического доклада. Я думаю,
что его рассудок помутился. Он уже почти потерял сознание, у него была
высокая температура, и кровь его была полна ядовитых веществ. То, что он
написал о болезни в корабле, может быть всего лишь движением умирающего
мозга.
Генерал Барк длинными шагами мерил комнату.
Он обернулся и бросил на Сэма испытующий взгляд.
- Это все предположения. Может быть так, а может быть все иначе. Что
случилось с "ПЕРИКЛОМ"? Когда вы воспользовались корабельным видео, вы не
заметили ничего необычного? Может быть, вы видели следы борьбы?
- Только то, о чем я сообщил, Тесак. Я не особенно хорошо знаком с
внутренним устройством космических кораблей, но то, что я видел, мне
показалось в полном порядке. Во всяком случае, со мной никто не связался
из внутренних помещений, и я тоже никого не увидел. Но это легко можно
проверить. Кто-нибудь может войти в воздушный шлюз с камерой, набрать те
же номера, что набирал и я, и все это заснять на пленку.
- То, что вы предложили, звучит дьявольски просто. Но через полдюйма
стали трудно делать снимки.
- Что вы имеете в виду?
- Я имею в виду, что эта старая дева Чейбл так напуган этой
эпидемией, что он приказал заварить выход из "ПЕРИКЛА" стальной плитой. Он
отказался удалить плиту, чтобы кто-нибудь мог поработать с замком, или
сделать вышеупомянутые снимки.
- Принимая во внимание то, что произошло, когда открылся шлюз, его
едва ли можно упрекнуть, - сказал Сэм. - Предупреждение Рэнда принято
всерьез. Пока мы больше не узнаем о болезни Рэнда, самым умным будет как
можно дальше держаться от этого корабля.
Генерал Барк сердито провел рукой по волосам.
- Может быть. Но также может быть, что в корабле находится важнейшая
информация, которая даст нам объяснения по поводу происхождения этой
болезни. Бортовой журнал должен содержать записи, указывающие на это. Но
даже самый малейший намек может быть для нас очень важным.
- Но также может быть, что на корабле нас подстерегает еще более
ужасная болезнь. Это одно из оснований, почему Чейбл заварил люк. Может
быть, именно потому Рэнд запер вход внутрь корабля. Он мог, прежде чем
совершить посадку, сунуть в карман сообщение о самом важном. В конце
концов его разум был достаточно ясен, чтобы привести корабль назад и
сравнительно гладко совершить посадку. Почему мы должны подвергать себя
новым опасностям? Мы, хоть и медленно, но все же берем эту болезнь под
свой контроль. Потому что ее, как вы знаете, могут переносить только
птицы, поэтому мы должны уничтожить всех птиц, которые могут носить ее в
себе. Если мы закроем источник инфекции, болезнь перестанет представлять
для нас опасность.
- Я знаю все об этих проклятых птицах. Моя штаб-квартира находится в
Форт Джей, но моя дивизия рассыпана по всему Лонг Айленд, она уничтожает
птиц. Я позаботился о том, чтобы они провели эту работу, но это не способ
ведения войны. Нам нужны конкретные данные, и я убежден, что все, что мы
должны узнать, находится в корабле. Я прошу вашей помощи, Сэм. После
всего, что вы сделали, вы высоко поднялись в глазах общественности. Если
вы предложите бросить быстрый взгляд внутрь корабля, мы сможем так нажать
на Чейбла, что он вынужден будет сдастся. Что ты скажешь на это, Старая
дева?
Сэм уставился на свой стакан, на плескавшуюся там жидкость янтарного
цвета.
- Мне очень жаль, Тесак. Мне хотелось бы, чтобы я смог помочь вам, но
я не могу. Не в этом случае. Вы же видите, что я разделяю мнение Чейбла.
- Это ваше последнее слово, Сэм?
Барк встал и сжал под мышкой свою фуражку.
- Это мое последнее слово, Тесак.
- ВЫ сели не на ту лошадку и вы твердолобы, но я могу оценить, как
человек держит свое слово. Обдумайте мое предложение. Если вы измените
свое решение, приходите ко мне.
Он пожал руку Сэма.
- Я обдумаю его, Тесак, но я не думаю, что изменю свое мнение, если
только не возникнут какие-нибудь новые обстоятельства.
Дверь за Барком закрылась. Сэм усмехнулся и уставился на свою руку,
которая болела так, словно побывала в тисках: десять лет нисколько не
уменьшили силу Барка.
Сэм опустошил стакан и взял из ящика стенного шкафа новый халат.
Теперь он уже мог себе представить, почему Чейбл хочет говорить с ним.
Секретарша доктора Мак-Кея исчезла, чтобы доложить о приходе Сэма.
Когда дверь открылась для него, он вошел в зону тишины и молчания.
Мак-Кей сидел за широким письменным столом, профессор Чейбл занял
место в углу и, казалось, интересовался раскуриванием своей трубки.
Сэм приблизительно знал, о чем они хотели говорить с ним, и это тут
же подтвердилось.
- Вы хотели говорить со мной, Мак-Кей?
- Да, Сэм. Профессор Чейбл и я хотели бы с вами поговорить. Возьмите
себе стул и садитесь.
Мак-Кей пошелестел лежавшими перед ним бумагами. Он ни в коем случае
не выглядел счастливым.
- Хорошо, Сэм, не будем ходить вокруг да около. Ваша встреча с
Хаупером Барком подстроена нами. Мы сочли за лучшее взять быка за рога.
Барк хотел, чтобы вы помогли ему, не так ли?
- Да.
Внезапно в комнате воцарилось напряжение.
Чейбл нагнулся вперед.
- Какой ответ вы ему дали?
- Единственный ответ, какой я мог дать ему, учитывая теперешнее
положение вещей. Я сказал, что не смогу ему помочь, и объяснил, почему. Я
решил, что герметически закрытый корабль - единственно разумное решение,
профессор Чейбл. Я не знаю, что мы можем получить, проникнув внутрь
корабля, но я думаю, что мы можем потерять все.
- То, что я услышал от вас, обрадовало меня, доктор Бертолли, -
сказал Чейбл.
Он откинулся в кресле и пальцем набил табак в трубку.
- У меня много забот в борьбе с болезнью Рэнда, но наши затруднения
удвоятся, если мы в это время будем сражаться и против генерала Барка.
Генерал - упрямый парень, что в бою делает его героем, но, к сожалению, он
имеет склонность вмешиваться в политику. Он достаточно умен, чтобы создать
подпольное движение. До сих пор он был вдохновителем всего лишь небольшой
группки экстремистов, которые хотят проникнуть в "ПЕРИКЛ", но служба связи
и ее агенты работают на нас, чтобы не позволить этой группке выступить
перед народом. Положение для Барка может, конечно, измениться в одно
мгновение, если он сможет заручиться поддержкой у признанного лица
общественности - как, например, вашей, доктор Бертолли. Если это
произойдет, мы больше не сможем удерживать эту ссору в своих стенах. Я
уверен, что в настоящем положении проведение открытых политических дебатов
не пойдет нам на пользу. Положение и так отчаянное.
- Отчаянное? - спросил Сэм.
Он был удивлен.
- Я думал, что нам скоро удастся овладеть положением.
- Временно и только в этом городе. Становится все труднее
одновременно контролировать движение людей и уничтожение птиц. Мы должны
расширить радиус действий, потому что вспыхивают все новые очаги
заболеваний. Фермеры, разводящие птицу, выступают против нас с оружием в
руках, когда мы приходим, чтобы уничтожать их птиц. Они не хотят понять,
что существует связь между их здоровой птицей и болезнью людей, которая
вспыхнула на расстоянии восьмидесяти миль от них. Мы также не можем не
обратить внимания на такой фактор, как человеческий страх. Достаточное
количество мужчин и женщин видело блуждающую вокруг них болезнь, и каждый
знает, что болезнь эта всегда заканчивается смертью. Там, где возникает
случай заболевания, население пытается тайком сменить место жительства и
даже не останавливается перед применением насилия, если перед ними нет
другого пути. Пока мы не найдем действенного метода лечения этой болезни,
ее очаги должны быть строго локализованы.
Взгляд Чейбла автоматически переместился на Мак-Кея, Сэм тоже
повернулся к нему.
- Дали ли исследования какой-нибудь результат? - спросил он в тишине,
последовавшей за словами Чейбла.
Мак-Кей покачал головой. Он судорожно сцепил руки на крышке стола,
чтобы скрыть их дрожь. Сэм осознал огромную ответственность, которая
лежала на докторе Мак-Кее.
- У нас имеется много команд, и все они работают круглые сутки, но до
сих пор мы не добились ни малейшего успеха. Мы только в состоянии яснее
описать развитие болезни. Теперь мы знаем, что первые симптомы появляются
через полчаса после заражения. Мы разработали их терапию, которая
замедляет течение болезни, и это все. Ни в одном случае не наблюдалось
выздоровления. А случаи заболевания множатся с пугающей быстротой.
Мак-Кей поднял голову.
- Итак, вы видите, у нас достаточно проблем, которыми нам приходится
заниматься. Генерал Барк в наших глазах только одна из проблем, от которой
мы по возможности стараемся держаться подальше. Сэм, я прошу вас помочь
нам.
- Если это будет в моих силах...
- Я могу использовать вас в своей команде, мы стараемся сделать все
возможное, чтобы одержать над болезнью верх, и нам нужна любая помощь,
которую мы сможем получить. Ваше сотрудничество будет иметь для нас
огромное значение, Сэм.
Мгновение Сэм колебался, чтобы подыскать нужные слова.
- Я не завидую вашему положению и стоящей перед вами задаче, доктор
Мак-Кей, даже при той поддержке, которую вы имеете. Я не сомневаюсь в том,
что в вашем распоряжении находятся лучшие специалисты из всех областей
знаний. Что же касается меня, то я всего лишь маленькое колесико в
огромном механизме. Я случайно оказался на месте, когда Рэнд покинул
корабль, а позже я был подходящим подопытным кроликом, чтобы на мне был
опробован вирус Рэнд-бета, но это и все. Я ассистент врача и надеюсь
когда-нибудь стать хорошим хирургом, но именно теперь я думаю, что мне
будет лучше вернуться в машину скорой помощи. Большое спасибо за честь,
которую вы мне оказали своим предложением, но я ни в чем не могу помочь
вашим опытным специалистам.
Чейбл выпустил из своей трубки густое облако дыма, а Мак-Кей
принужденно улыбнулся.
- Спасибо, Сэм. Я охотно увидел бы вас в своей команде, но я,
конечно, не могу и не хочу принуждать вас. Впрочем вы правы - работы
достаточно для нас всех и для каждого в отдельности.
У него на столе загудел интерком, он включил его, и оттуда доктору
Мак-Кею тихо был задан какой-то вопрос.
- Да, конечно, - сказал он, - направьте ее ко мне.
Они уже собирались попрощаться, когда со стопкой бумаг вошла Нита
Мендель. Она остановилась возле стола.
- Доктор Мак-Кей, я могу подождать, если вы заняты, - сказала она.
- Нет, положите бумаги вот сюда. Мы с профессором Чейблом просмотрим
их.
Сэм и Нита вместе вышли из кабинета, и Сэм сказал:
- Кофе, или проглотить что-нибудь основательное - это то, что мне
сейчас нужно. Я уже пропустил несколько завтраков и обедов.
- Держу пари, что этот кофе будет не так хорош, как тот, который мы
пили во время нашего заключения в карантине, - сказала ему Нита и
улыбнулась.
Получасом позднее они закончили свой обед в столовой госпиталя. Сэм
закурил сигарету и спросил:
- Что было в сообщениях, которые вы отнесли Мак-Кею, Нита? Если это
тайна, то вы, конечно, можете мне не отвечать.
- В этом нет никакой тайны, но это не предназначено для
общественности. В одном Манхеттене госпитали сообщили о восьми тысячах
случаев заболевания, и из других предместий было сообщение о еще двух
тысячах пятистах. Армия конфисковала несколько отелей и освободила их,
чтобы использовать их как аварийные госпитали. К сожалению, не хватает
медицинского персонала и необходимых средств, хотя поток добровольцев и не
уменьшается.
Сэм затушил свою сигарету и встал.
- Вернемся к работе. Я не знал, что это выглядит так скверно.
- ...для доктора Бертолли, - донеслось из динамика, укрепленного на
столе. - Пожалуйста, немедленно свяжитесь с кабинетом доктора Мак-Кея.
Доктор Бертолли, пожалуйста, немедленно свяжитесь с...
Сэм мгновенно покинул столовую и поспешил вверх по лестнице. Он
вошел, не постучавшись. Мак-Кей и Чейбл стояли у стола. Перед ними лежала
узкая бумажная лента с сообщением.
- Мне кажется, здесь есть кое-что для вас, Сэм, - сказал Мак-Кей.
Он улыбнулся и протянул сообщение Сэму.
- Это сообщение одного врача, практикующего в Оранди Кантри. Он лечил
один из случаев болезни Рэнда и утверждает, что ему удалось вылечить этого
человека.
7
Белый полицейский вертолет совершил посадку на предназначенной для
этого площадке на двадцать пятом этаже.
Сержант полиции, негр, кожа которого была почти такой же черной, как
и его мундир, стоял в дверях. Он залез в машину и помог Сэму разместить
багаж, а потом закрыл дверцу. Дюзы на концах лопастей ротора запели, и пол
задрожал, когда машина поднялась в воздух, описала крутую кривую и
повернула на Север. Когда они пролетали над Хадсон Ривер, сержант
отвернулся от окна.
- Вы доктор Бертолли, - сказал он. - Полицай-президент отдал мне
персональный приказ сопровождать вас в это захолустье Оранди Кантри, и
целым и невредимым доставить обратно. О цели этого полета он не сказал
ничего. Это тайна?
- Нет, - ответил Сэм. - Ваш шеф не хотел, чтобы пошли слухи, прежде
чем мы выясним все это. Там должен быть один пациент, которого лечил
местный врач, и он, якобы, вылечил его от болезни Рэнда.
- От болезни Рэнда? - спросил пилот.
Он наполовину повернул голову.
- Кого она заразит, тот должен заказывать отходную, без исключений,
во всяком случае, я так слышал.
Сержант улыбнулся и пожал плечами.
- Пилота зовут Форсон. К сожалению, у него не только большие уши, но
и длинный язык, и он жалкий и скверный пилотишка. Насколько я знаю, он
родился там, в захолустье, и хорошо в нем ориентируется. Поэтому мы его и
используем.
- Док, это правда, что там живет человек, который излечился от
болезни Рэнда? - спросил пилот.
- Для того, чтобы это выяснить, мы и летим.
Сэм внимательно посмотрел на обоих полицейских, которые выполняли
свои обязанности с равнодушным спокойствием. Он решил, что будет разумнее
рассказать им чистую правду.
- До сих пор нет никакого действенного средства для лечения болезни
Рэнда, - сказал он. - Кто заболел ею - должен умереть. Таким образом, вы
можете себе представить, как важно то сообщение, которое мы получили. Мы
должны найти нужный дом и забрать с собой больного и врача.
- Я знаю эту местность как свои пять пальцев, - сказал пилот с
неподвижным лицом.
Глаза его были скрыты за большими черными очками.
- Я сяду посреди Стоунбридж.
Над Хаверстоу они миновали реку и полетели дальше. Под ними
проплывали усеянные деревьями склоны холмов и озера, исчезавшие позади
них.
- Мы скоро будем на месте, - сказал Форсон. - Там, внизу, ближайшая
дорога ведет к Стоунбриджу. Вблизи него должны находиться фермы.
Они опустились ниже и вертолет описал крутую кривую, чтобы пролететь
над узкой полевой дорогой, на другом конце которой была видна группа
зданий. На дороге не было видно ни одной машины, и даже тротуары в городке
под ними были пусты и покинуты. Они пролетели над городком и заметили на
краю поселения дым, поднимавшийся в небо из-за небольшой рощицы.
- Это может быть там, - сказал пилот.
Он нажал на один из рычажков на пульте управления.
- Здесь поблизости от Стоунбриджа находится ферма, и нам зажгли
огонь, чтобы мы могли сориентироваться по дыму.
Когда они миновали небольшой лесок, они увидели дымившиеся обломки
дома фермера и сарая.
Пара коров и кур в паническом ужасе помчались прочь, когда над ними
появился вертолет. Но нигде не было видно ни одного человека.
- Это мне не нравится, - сказал сержант. - Дом еще дымится, и нигде
никого нет. Этот ли дом нам нужен?
- Отсюда сверху мы ничего не сможем узнать, - вмешался Форсон.
Он еще раз описал круг.
- Мне идти на посадку или сначала посмотрим, что творится в городке?
- Сначала городок, - сказал сержант. - Там внизу нет никакого
движения, и мы всегда можем вернуться сюда. Согласны, доктор?
- Конечно. Непохоже, что мы можем помочь кому-нибудь там внизу. Кроме
того, ничто не указывает на то, что это именно тот дом, который мы ищем.
- Прямо снова дым, - выкрикнул пилот.
Они подлетели к городку с западной стороны. Пилот повел машину над
узкой проселочной дорогой, которая вела к бедному деревянному зданию на
широкой просеке. Во дворе усадьбы стоял мужчина и махал им руками. Из
дымовой трубы поднимались густые клубы дыма.
- Кажется, это то, что нам нужно, - сказал сержант.
Он прищурил глаза, когда они полетели против солнца и автоматически
отработанным движением открыл висевшую на бедре кобуру своего
пятидесятого.
- Достаточно ли здесь места для посадки?
- Разумеется, - кивнул пилот.
- Внимание, я иду на посадку.
Секундой позже колеса мягко коснулись почвы. Сэм схватился за дверцу,
но сержант положил ему на плечо свою руку.
- Мне кажется, что сначала нужно выйти мне, доктор. Городок
подозрительно тих. Кроме того, эта сгоревшая ферма... Я не могу доказать
этого, но мне кажется, что здесь сложилась чертовски сложная обстановка.
Оставайтесь на своих местах. Форсон, держите глаза открытыми. Вы отвечаете
за нашу железную птицу.
Пилот выключил дюзы и кивнул.
- Вы не имеете никакого представления о сельских жителях. Здесь
снаружи всегда тихо. Как вы думаете, почему я переехал в город?
Сержант спрыгнул на землю и медленно подошел к человеку, который
махал ему рукой от входа в здание. Это был седоволосый человек, и он носил
поверх белой рубашки старомодные подтяжки.
- Пойдемте внутрь, - крикнул он. - Я доктор Стиссинг. Я тот человек,
который послал вам сообщение. Больной там, внутри.
Сержант окинул врача быстрым взглядом и вошел в дом. Секундой позже
он вышел наружу и крикнул:
- Это нужный нам дом. Больной лежит в постели.
Сэм, ожидавший в вертолете со своим черным саквояжем выбрался из
машины и приблизился к дому. Стиссинг выглядел немного смущенным. Он
нервными движениями провел ладонями по белой щетине на своем подбородке.
Сэм подумал, что ему не меньше семидесяти. Он протянул свою правую руку и
пожал руку доктора.
- Я доктор Бертолли из госпиталя Бельвью. Я хочу видеть вашего
пациента, если вы не возражаете.
- Конечно нет, доктор. Идемте. Сюда, внутрь. Я действительно очень
рад видеть вас. Я на ногах уже два дня и одну ночь, а это довольно много
для человека в моем возрасте. Хэдли, тот, который там, в доме, вызвал
меня. Он был в панике, но я не мог обижаться на него, потому что я увидел
симптомы болезни Рэнда, а он знал, что заболел ею. С тех пор я начал
лечить его. Жар прошел, и теперь ему лучше.
- Вы можете отдернуть портьеру? - спросил Сэм.
В помещении было почти темно. На постели был смутно виден лежащий
человек.
- Конечно, я задернул портьеру, потому что у Хэдли очень
чувствительные глаза.
Сержант отдернул портьеру. Сэм подошел к постели и взглянул на
человека с лицом, покрытым типичными красными узелками. Он прижал к его
запястью измеритель функций тела.
- Как вы себя чувствуете, мистер Хэдли? - спросил он.
- Хэдли - это мое имя. Как я себя чувствую? Гм, мне уже значительно
лучше. Если бы доктор не пришел...
Сэм расстегнул спальную пижаму больного и обнаружил у него на груди
два красноватых нарыва. Тогда он ощупал подмышки больного. Лимфатические
узлы припухли.
- Мне больно, - сказал Хэдли.
- Не обращайте на это внимания. Через два дня вы снова будете на
ногах.
- Итак, он вылечен? - возбужденно сказал доктор Стиссинг. - Я знал
это. Я ему говорил. У меня был этот новый антибиотик. Эпидемия - я имею в
виду болезнь Рэнда...
- Хэдли - счастливый человек, - сказал Сэм. - У него не было никакой
болезни Рэнда. Это был обычный фурункулез, осложненный воспалением
лимфатических узлов, который вы излечили этим антибиотиком.
- Но симптомы, лихорадка, язвы! - пробормотал доктор Стиссинг. - Я
практикую достаточно долго, чтобы...
- Когда вы заболели, Хэдли? - спросил Сэм.
- Два дня назад. Лихорадка началась почти сразу же после посадки
корабля, так мне сказал доктор. Мне было очень плохо, я почти уже умирал.
- Ничего странного при такой лихорадке. А фурункулы, когда они
появились у вас?
- Примерно в тоже время. Конечно, я ощущал их дня за два до этого.
Потом меня схватила лихорадка, и я понял, что заразился этой болезнью...
- Это не болезнь из космоса, Хэдли, - сказал доктор Стиссинг.
Он тяжело опустился на кухонную табуретку.
- Вы слышали, что сказал доктор Бертолли? Это всего лишь фурункулез.
Мне очень жаль, доктор Бертолли, что я вызвал вас сюда из города.
Снаружи раздались выстрелы. Сержант схватил пистолет и выбежал из
комнаты.
Сэм держался позади него.
- Оставайтесь на месте, - крикнул он доктору Стиссингу.
Сэм достиг небольшой прихожей как раз в тот момент, когда сержант
открыл наружную дверь. Град пуль просвистел в воздухе, полетели осколки
дерева. Сэм не впервые оказался под обстрелом. Он отреагировал
инстинктивно, упав на пол и откатившись в сторону. Сержант упал в дверной
проем. Его вытянутая рука пыталась нащупать пистолет, который он выронил.
Сэм схватил сержанта за ногу и оттащил его в укрытие. Мундир на
правом плече сержанта был пропитан кровью. Малокалиберная пуля попала ему
в плечо. Она, должно быть, была выпущена из "Магнума", потому что сержант
был опрокинут гидростатическим давлением пули. Сэм перевернул его на
живот, чтобы осмотреть выходное отверстие. Рана была маленькой и почти не
кровоточила.
Сержант открыл глаза и попытался встать. Сэм мягко удержал его.
- Спокойнее. Вы ранены.
- Да. Должно быть так.
Сержант отвел руку Сэма и выпрямился.
- Что происходит там, снаружи?
Сэм отодвинул край портьеры и бросил быстрый взгляд наружу. Он
отдернул голову в сторону прежде, чем выстрел разбил стекло. Он увидел то,
что можно было увидеть - темные фигуры бежали к вертолету. Пилот
наполовину свесился из двери.
- Не делайте глупостей, - крикнул голос снаружи. - Если вы не будете
стрелять, мы тоже не будем.
Сэм встал за портьерой. Сержант переполз на его сторону и последовал
его примеру. Мужчины бросили безжизненное тело пилота на землю и стали
забираться в вертолет. Один из них, тот, что крикнул им предупреждение,
как щит держал перед собой юную девушку. Девушке было едва ли больше
двадцати лет. Голова ее свесилась, одежда была разорвана.
- Если вы попытаетесь задержать нас, я застрелю девушку, - крикнул
мужчина. Я не шучу. Это чертовски серьезно. Нам надоела эта возня. Мы
всего лишь хотим ускользнуть от эпидемии. Эдди может водить этот ящик, он
обучился этому в армии. Будьте разумны и не нужно дальнейшего
кровопролития.
Он задом отступил ко входу вертолет и поднял девушку с собой. Дюзы
загудели, лопасти винта начали вращаться. Мужчина оттолкнул девушку от
себя и быстро скрылся в машине. Сэм и сержант отскочили назад, когда град
пуль ударил в окно. Мужчины, очевидно, использовали пистолет пятидесятого
калибра, который они забрали у пилота. От рамы откололся большой кусок
дерева.
Медленно, не обращая внимания на ударявшие позади него в стену пули и
шум сержант покинул дом через переднюю дверь. Его левая рука потянулась к
правой, нащупала пистолет. Обстрел закончился, когда вертолет поднялся в
воздух.
Тщательно, без всякой спешки, сержант снял пистолет с предохранителя
и поднял его. Он подождал, когда вертолет удалится от девушки, которая все
еще лежала на земле, потом прицелился в вертолет и начал стрелять. Трижды
рявкнул пистолет с безоткатным приспособлением, и полудюймовые пули в
стальной оболочке вырвали большой кусок алюминия из корпуса машины. Свист
дюз прекратился, лопасти вращались все медленнее и медленнее. Пистолет
сержанта рявкнул еще дважды, вертолет скользнул в сторону и вниз и упал в
кленовой роще позади дома. Раздался глухой взрыв, вспыхнувшее пламя
охватило машину. Никто из ее пассажиров не избежал этого огненного ада.
- Они хотели бежать из зараженной области, - сказал сержант.
Он пытался переложить пистолет из левой руки в правую.
- Это значит, что я должен был сбить вертолет.
Он мрачно взглянул на мертвого полицейского.
- Форсон был хорошим полицейским, - сказал он.
На его лице появилось выражение яростной решимости, и он прикоснулся
к золотому значку, который носил на левой стороне груди.
- Это значок за победу в соревнованиях по стрельбе из пистолета с
обоих рук.
Колени его подогнулись, но Сэм подхватил его прежде, чем он упал на
землю.
- Посидите спокойно, я вас перевяжу.
Сержант молча повиновался. Сэм раскрошил на рану стрептоцид, потом
взял бинт. Доктор Стиссинг, поколебавшись, появился в дверях.
- Перебинтуйте его, доктор, - сказал Сэм.
Он выпрямился.
- Я тем временем позабочусь о других.
Пилот был мертв. Пуля размозжила ему весь затылок. Топливные баки
вертолета разорвались с глухим грохотом. Сэм своим опытным взглядом
увидел, что здесь уже всякая помощь опоздала. Он подошел к девушке,
которая все еще лежала на земле и тихо плакала.
- Я врач, - тихо сказал он.
Когда он коснулся ее плеча, она отпрянула, и поток слез стал еще
сильней.
Сэм хотел без применения силы ввести ее в дом, чтобы там обследовать
ее. Может быть, ему поможет доктор Стиссинг?
- Доктор, вы знаете эту девушку? - крикнул он.
Стиссинг, близоруко моргая, спустился по ступенькам и нагнулся над
девушкой.
- Кажется, это дочка Лесли.
Он провел по ее лицу рукой.
- Пойдемте, Кейси, вставайте и пойдемте в дом. Бессмысленно лежать
здесь снаружи.
Он помог ей встать на ноги и поддерживал ее на всем пути в дом. Они
прошли мимо сержанта, который с мрачным выражением лица уставился на
разбитый вертолет. В комнате девушку уложили на кушетку. Сэм стал искать
одеяло, а доктор Стиссинг обследовал Кейси.
- Ничего серьезного, - сказа Стиссинг позже, когда они вышли из зоны
слышимости девушки. - Во всяком случае не в физическом смысле. Царапины и
ушибы. В отношении ее эти парни применили силу. Девушка видела, как убили
ее отца, потому что он хотел защитить ее. Мужчины вломились в их дом, а
покинув его, устроили пожар.
Сэм кивнул.
- Мы видели этот дом. Он сгорел дотла. Мы должны что-нибудь сделать
для этих наших пациентов.
- Телефон не работает, - сказал сержант.
Он вышел из дома.
- Мы должны идти отсюда пешком.
- Вы в таком состоянии не способны идти так далеко.
- Из-за этой пустяковой царапины? Да она больше не болит.
- Вы можете взять мой автомобиль, - сказал Стиссинг. - Он стоит в
сарае. Я останусь с Хэдли и девушкой до тех пор, пока вы не пришлете мне
помощь из местного госпиталя. Затем вы сможете прислать мне машину
обратно.
- Мне очень жаль, - сказал сержант. - Бродяги подумали и о вашем
автомобиле тоже. Зажигание уничтожено. Нам придется идти пешком.
Сэм немного подумал.
- Вероятно, вы правы. Я не думаю, что существует много таких банд
грабителей, иначе бы мы их увидели. Таким образом вы должны быть здесь в
безопасности, доктор Стиссинг. Держите окна и двери закрытыми. Мы направим
вам помощь, как только свяжемся с местным отделением полиции. Я только
возьму свой саквояж, сержант, и мы сможем идти.
Направляясь в город, они шли по середине улицы. Первые дома, мимо
которых они проходили, были заперты. Когда они громко стучали, никто не
отзывался. На ближайшей ферме, красном кирпичном строении в стороне от
дороги их приветствовали, прежде чем они успели постучать.
Через маленькое окошко в двери дома высунулся ствол ружья.
- Ни шагу дальше! - крикнул им голос невидимого мужчины.
- Я полицейский, - сказал сержант. - Уберите оружие, если не хотите
неприятностей.
- Откуда я знаю, кто вы? На вас форма городской полиции, но я вас
никогда не видел. Вы могли украсть мундир. Убирайтесь, я не хочу никакого
скандала.
- Нам только нужен видео, это все, - сказал Сэм.
- Аппарат не работает - связи больше нет.
- У вас есть машина, на которой мы...
- У меня есть машина, но я оставлю ее себе, она может мне
понадобиться. Проходите, проходите! Откуда я знаю, что вы не заражены этой
болезнью из космоса? Еще раз говорю: исчезните!
Ствол ружья был направлен в грудь Сэму.
- Стратегическое отступление, - сказал он.
Он потянул за собой разъяренного сержанта.
- Я не имею никакого желания быть застреленным этим полоумным
фермером.
В городке Стоунбридж все дома тоже были заперты, и не было видно ни
одного автомобиля.
Они оставили позади себя этот маленький городок и пошли дальше.
Пройдя с милю, они услышали какой-то звук. Они остановились. Рука сержанта
легла на рукоятку пистолета.
- Я достаточно часто охотился на уток, чтобы не узнать этот звук. Это
дробовик.
- Два дробовика, - уточнил Сэм. - Это, кажется, маленькая личная
война.
- Если вы ничего не имеете против, я пойду вперед, доктор. У меня
одного есть оружие.
Они двигались по краю дороги, почти вплотную к деревьям. Вокруг них
была дубрава, сквозь которую был виден дом фермы. Там быстро передвигались
фигуры людей. Закричала женщина и прозвучал новый выстрел.
Сержант держал пистолет в руке в полной боевой готовности. Он холодно
усмехнулся и пошел вперед.
- Похоже, что мы появились чертовски вовремя, - сказал он.
На краю дороги стоял грузовой автомобиль.
Очертания машины показались Сэму знакомыми. Он подбежал к сержанту и
нажал его руку, державшую оружие, вниз.
- Что такое? Тут грабители за работой...
- Я думаю, что вы ошиблись. Разве это не армейские грузовики?
Когда они миновали изгиб дороги, они увидели, что Сэм не ошибся.
Грузовик был огромен, как и все армейские транспортные средства ООН, на
его бронированных бортах ясно виднелась эмблема - земной шар. Они
поспешили мимо грузовика и вошли во двор фермы. Коренастый капрал обхватил
за плечи женщину, которая всхлипывала, закрыв лицо поднятым фартуком.
Лейтенант наблюдал за работой двух солдат, разбрасывающих отравленную
пищу в птичьем загоне за домом. Дверь в другой проволочной ограде была
открыта, пол загона был покрыт мертвыми индейками.
Офицер обернулся, когда Сэм и сержант приблизились. Как и у других
солдат, у него на плече были знаки Новой Зеландии.
Его взгляд быстро переместился с бинтов сержанта на черный саквояж
Сэма, его белый халат.
- Если вы врач, то вы не могли выбрать лучшего времени для вашего
появления здесь. Эта женщина... - сказал он.
Он указал на женщину, которая все еще громко всхлипывала.
- Она ранена? - спросил Сэм.
- Не физически. Но она в истерике. Может быть, у нее шок, или как это
вы там называете. Везде одно и то же. Большинство населения не понимает,
что мы должны уничтожить их птицу. Эта женщина открыла замок и погнала
птиц во все стороны. Потом она попыталась отдаться моим людям. К счастью,
фермер оказался более разумным. Он с детьми остался дома. На других фермах
нам пытались помешать работать, используя оружие.
Сэм осмотрел женщину, пока капрал все еще поддерживал ее, и сделал ей
внутримышечную инъекцию фенилина, быстродействующего успокаивающего. Когда
он привел ее в дом, она уже пошатывалась, и ее свирепо усмехавшийся муж
без труда отнес ее в постель.
- Он проспит, по крайней мере, двенадцать часов, - сказал Сэм. Если
она при пробуждении не успокоится, дайте ей вот эти пилюли. Действие их
двадцать четыре часа.
Он поставил на маленький столик возле кровати пузырек с психотропными
таблетками.
- Они уничтожили всех наших кур и индюшек, доктор, - сказал мужчина.
- Они не имели никакого права делать это.
- Это вопрос не права, а необходимости. Эти птицы распространяют
болезнь, от которой может погибнуть вся ваша семья. Кроме того, вы
получите расписку. Как только положение стабилизируется, все ваши убытки
будут вам компенсированы.
- Вшивый клочок бумаги, - пробормотал фермер.
Сэм хотел возразить что-то о том, что он думает иначе, но передумал.
Он покинул дом и обнаружил сержанта полиции и офицера армии, согнувшимися
над картой.
- Сержант сообщил мне о ваших затруднениях, - сказал лейтенант. - Мне
хотелось бы отдать в ваше распоряжение грузовик, чтобы вы добрались до
города, но я боюсь, что не смогу сделать этого. У меня есть только этот
грузовик. Но существует возможность компромисса. Фермы здесь находятся
недалеко друг от друга, и я с моими людьми могу отправиться пешком к одной
или двум, а тем временем мой водитель доставит вас вот на это место.
Он указал на карту.
- Здесь находится Сфутфилд, возле местной скоростной автострады, по
которой на юг следуют колонны грузовиков. Вам не будет представлять
никакого труда уехать с этого места.
- Согласны. Есть еще и другой вопрос. Я хочу отправить в свой
госпиталь сообщение, и я думаю, что сержант тоже захочет связаться со
своим начальством. К сожалению, видеофон не работает. В вашей машине есть
рация?
- Да, но мы можем связаться только с армейским каналом и принимать
только его. Прямая связь с госпиталем невозможна, но сообщение могут
передать и дальше.
- Этого мне достаточно, - сказал сержант.
Он открыл свой блокнот, вырвал оттуда листок для Сэма, потом
тщательно вывел свое сообщение. Сэм некоторое время подумал. Он знал, что
сообщение прочтут много людей, которым совершенно не обязательно знать,
какое у него было задание. Он написал: "Доктору Мак-Кею, госпиталь
Бельвью, Нью-Йорк Сити. Результат негативен. Обычный фурункулез.
Бертолли".
Когда они достигли скоростной магистрали, сгустились сумерки. Капрал
ООН использовал прожектор, чтобы остановить конвой колонны машин с
продовольствием.
Командный автомобиль, ощетинившись оружием, остановился возле них.
Снова и снова производились попытки нападения на конвой. Недоверие машины
охраны исчезло только тогда, когда Сэм показал свое удостоверение
личности.
Было уже девять часов, когда Сэм добрался до госпиталя.
- Доктор, у меня есть для вас сообщение, - сказала девушка в
проходной.
Она порылась в своем портфеле и нашла записку с его именем.
Он развернул ее. На половине листа было написано большими буквами:
"НЕМЕДЛЕННО СВЯЖИТЕСЬ СО МНОЙ ПО НОМЕРУ: 79-928. НИТА". Сэму показалось,
что он почти физически почувствовал срочность, исходящую от записки. Он
вошел в кабину видео и быстро набрал номер.
- Хэлло, - сказал он, когда на экране появилось изображение. - Я
получил ваше сообщение и...
- Сэм, вы один? - прервала его Нита. Ее глаза казались неестественно
огромными, голос звучал хрипло.
- Да. Но в чем дело?
- Вы можете сейчас же подняться ко мне в лабораторию? Номер 1242.
- Я уже на пути туда. Итак, вы не хотите сказать, что произошло?
- Нет, не по видео. Это ужасно.
Она отключилась. Черты ее лица исчезли с экрана. Секундой позже экран
погас.
8
Когда он вышел из лифта, Нита молча ждала его в открытой двери
лаборатории. Она молча пропустила его, потом закрыла за ним дверь.
- Вы более чем таинственны, Нита, - сказал Сэм. - Теперь вы можете,
наконец, сказать, что же произошло?
- Я все покажу вам, Сэм, все мои опыты и результаты. Потом вы сами
сможете все решить.
- Вы сказали по видео, что произошло что-то ужасное. Что вы
подразумеваете под этими словами?
- Пожалуйста, Сэм, - сказала она, - не задавайте вопросов, пока не
убедитесь во всем сами.
Он увидел, что ее губы сжались в тонкую линию.
- Я делала для команды Мак-Кея ступенчатую пробу, исследуя
сопротивляемость вируса Рэнда. Полученные при этом данные вводились в
компьютер, чтобы потом ими могли воспользоваться все группы. Иногда у меня
появлялось немного свободного времени, во время которого я ставила свои
собственные опыты. В первую очередь, это были повторные пересадки вирусов
на культуры тканей.
- Разве это не работа другой команды?
- Конечно, но я подумала, что не повредит, если в двух местах
займутся одной и той же проблемой. Я, честно говоря, надеялась, что вирус
при повторных пересадках может стать менее зловредным, однако он оставался
таким же смертельным, как и прежде. Я открыла кое-что другое.
- Что?
- Посмотрите сначала на результаты.
Она протянула ему контрольные записи и подождала, пока он сравнит
результаты.
- Кажется, здесь все в порядке. Стойте, подождите! Это интересная
серия. Вы сменили ткани, не так ли? Ткани птиц, потом человеческие ткани.
- Да, я использовала обычных лабораторных животных, голубей и
человеческие ткани, все время меняя их. Я сделала всего семь пересадок, и
в заключении был вирус-бета птиц, который не утратил ничего из своей
вирулентности. В конце концов изменился какой-то фактор, что-то мы не
рассчитали, и что было обнаружено чисто случайно, там, внутри.
Нита указала на запечатанную изолированную клетку. Сэм сдвинул
покрывавший ее платок в сторону и нагнулся над ней.
В клетке лежала собака, дыхание ее было тяжелым. Она лежала на боку,
и в нескольких наименее покрытых волосами частях тела были видны красные
узелки. Сэм снова закрыл клетку платком, повернулся к Ните. Кровь схлынула
с его лица.
- Вы проделали необходимые опыты?
Нита кивнула.
- То есть, эта собака заражена болезнью Рэнда?
- Да, открыт новый штамм вируса. Мы должны его назвать Рэнд-гамма. Ни
один из других штаммов вируса Рэнда не заражали собак даже после шести
пересадок от людей к птицам и обратно. Но потом, после седьмой пересадки,
я натолкнулась на что-то новое, невероятное.
- Я не слышал ни о чем подобном.
Сэм мерил помещение длинными шагами.
- Вы проверили восприимчивость человека к штамму Рэнд-гамма? Знает ли
Мак-Кей, что вы открыли?
Она покачала головой.
- Нет, я никому не сообщала о своих опытах. Я внезапно испугалась. Я
надеюсь, что вы сообщите о моем открытии. Вы не пойдете со мной сообщить
об этом доктору Мак-Кею? Что нам теперь делать, Сэм?
- Доктор Мак-Кей должен быть проинформирован, и как можно быстрее. Он
будет не особенно рад этому. Вам ясно, что значит ваше открытие?
- Да, - сказала она так тихо, что ее голос едва можно было услышать.
- Мы думали, что если мы воспрепятствуем распространению вируса
птицами, то мы победим. Но что, если вирус превратится в штамм Рэнд-гамма?
Эти мутации невероятны, для них не существует никаких примеров, никакого
человеческого опыта, которым можно было бы руководствоваться. Существует
ли чужой шаблон, которому подчиняются эти мутации? Тогда мы должны его
найти, потому что иначе мы будем бессильны воспрепятствовать
распространению болезни.
- Но это же не чужая болезнь, Сэм, она человеческая или земная, или
как вы еще можете ее назвать.
- Да, теперь она такая, но она пришла с Юпитера. Она должна быть
болезнью с этой планеты.
- Нет, эта возможность исключена.
Нита пролистала сообщения, пока не нашла нужный листок.
- Вот, посмотрите сами. Это предварительное сообщение, но результаты
ясны. Вирус не может существовать в тех условиях, которые царят на
Юпитере.
- Все, что относится к этому вирусу - невозможно, но мы не можем
закрывать на факты глаза.
- Что нам теперь делать, Сэм?
- Мы оба не сможем сделать многого. Это задание для Мак-Кея. Он
установит, какое условие вызывает эти превращения.
Он схватил ее руки, чтобы помочь ей встать. Они были ледяными, лицо
ее напоминало белую маску.
- Пойдемте, отнесем Мак-Кею результаты наших опытов, потом вы сможете
наконец отдохнуть. Как долго вы спали?
- Я пару минут полежала на кушетке, этого достаточно.
Она взглянула в зеркало на свое лицо и вытащила расческу.
- Но вы правы, я выгляжу, как персонаж фильма ужасов. Дайте мне пару
минут, чтобы устранить самые грубые следы этого безобразия.
- А я тем временем посмотрю, находится ли Мак-Кей в своем кабинете.
Он трижды набрал номер, прежде чем на экране появилось лицо
секретарши.
- Мне очень жаль, но говорить с доктором Мак-Кеем невозможно, он
очень занят.
Она отключилась прежде, чем Сэм смог произнести хоть слово.
- Я хочу знать, что все это значит, пробормотал Сэм.
Он уставился на пустой экран.
- Секретарша ужасно возбуждена.
- Ничего странного, - ответила Нита.
Она потянулась за сообщением.
- Со времени посадки этого корабля здесь словно побывал дьявол, и не
похоже, что скоро все придет в норму. Идемте, я готова.
Лифт в несколько секунд доставил их на тридцать девятый этаж. Когда
дверь открылась, в уши им ударил гомон множества голосов - необычная вещь
во всегда тихом госпитале. Они вышли в коридор вполне своевременно, чтобы
увидеть, как носилки с чьей-то фигурой, покрытой белым, вкатили в грузовой
лифт на другом конце коридора. Перед открытыми дверями кабинета Мак-Кея
собралось с полдюжины людей, и Сэм увидел сестру, с которой он некоторое
время работал.
- Что случилось, Энн? - спросил он.
- Доктор Мак-Кей, - сказала она.
Она указала на грузовой лифт. Сестра казалась изнуренной и усталой,
как и почти весь остальной персонал госпиталя.
- Вероятно, он переработал. Это произошло внезапно - тромбоз
коронарных сосудов. Доктору стало плохо во время заседания.
Сэм протиснулся между людьми к двери. Нита последовала за ним.
Секретарши, которой он звонил, не было видно. Двери личного кабинета
доктора Мак-Кея были открыты.
Сэм увидел Эдди Перкинса, державшего у уха телефонную трубку. Сэм
тихо постучал. Эдди поднял голову и сделал ему знак подойти и закрыть за
собой дверь.
- Да, конечно, - сказал Перкинс, - мы продолжим, и я буду сообщать
вам о состоянии доктора Мак-Кея. Пока!
Он положил трубку и выудил сигарету из пачки, лежавшей на столе.
- Настоящий сумасшедший дом, Сэм. Все они, кажется, думают, что
наступил конец света, потому что доктор Мак-Кей выбыл из игры. Как будто
только он мог покончить с болезнью Рэнда. Разве его команда - это только
статисты?
Загудел видео.
Перкинс бросил на него яростный взгляд, потом затушил сигарету и
поднял трубку. Это был губернатор штата Нью-Йорк, и Эдди потребовалось
целых три минуты, чтобы убедить его, что конец света еще не настал.
- Теперь вы понимаете, что я имею в виду? - спросил он, когда
разговор по видео закончился.
- Нечего обижаться, - ответил Сэм. - В конце концов Мак-Кей победил
пахиакрию Тофольма почти в одиночку. Теперь они ожидают от него, что он
снова совершит чудо. Кто теперь его может заменить?
- Над этим, казалось, до сих пор никто не ломал голову. Я в последние
дни был его ассистентом, нужно было решать текущие вопросы. Руководители
различных служб и отделов собрались в этот час на совещание.
- И с тех пор вы являетесь человеком, на котором лежит все, - сказал
Сэм.
Эдди пожал плечами.
- Похоже, это так. Итак, что я могу для вас сделать?
Нита протянула ему сообщение и коротко пояснила его. Перкинс быстро
проглядел листок, пока она говорила. Когда она упомянула собаку, он быстро
взглянул на нее.
- Это звучит не особенно обнадеживающе.
Он вложил сообщение в папку и положил ее на край стола.
- Завтра утром я передам это одному из патологов. Хотелось бы знать,
что он скажет на это. А пока большое спасибо за то, что вы проделали
большую работу.
- Эдд, вы, кажется, не осознаете всего значения открытия Ниты, -
сказал Сэм. - Если болезнь Рэнда может переноситься и собаками, нам
предстоит кое-что еще. Птицы, как переносчики вируса - это уже достаточно
скверно...
- Я же сказал, что позабочусь об этом, Сэм.
Тон Перкинса стал резким.
- Вы тоже переработали, как и мы все. Расслабьтесь.
- Расслабиться теперь, когда мы узнали, что болезнь переносится также
и собаками? Разве не пришло время уже сейчас провести соответствующие
мероприятия?
- Из-за этого мы должны уничтожить всех собак? Сэм, да вы
представляете ли на самом деле, какую реакцию вызвала наша компания по
уничтожению птиц?
- При борьбе с эпидемией мы не можем принимать во внимание чувства
населения. Если мы будем вынуждены убить всех собак, мы убьем их. Лучше
сейчас, чем позже, когда они станут переносчиком вируса.
- Доктор Бертолли, мы не хотим ничего забывать, - сказал Эдди. Голос
его звучал холодно. - Вы в этом госпитале ассистент врача и не можете
принимать решения. Я же сказал вам, что позабочусь об этом деле.
- Послушайте, Эдд, когда мы были студентами...
- Хватит!
Перкинс ударил кулаком по своему столу.
Сэм глубоко вдохнул воздух и медленно его выдохнул, потом встал.
- Идемте, Нита.
- Еще минуту, - сказал Перкинс.
Он тоже встал и сжатыми кулаками уперся о крышку стола.
- Вы знаете не все, что здесь произошло. Существуют два фактора,
которые вам неизвестны. Мы сегодня добились небольшого успеха с
сывороткой, которая может остановить своевременно выявленную болезнь
Рэнда. Кроме того, мы считаем, что у вируса нет никакой возможности
переносить семикратную мутацию, как это могла ему сделать доктор Мендель в
лабораторных условиях. Это теоретическая, лабораторная работа, а мы имеем
дело с реальным миром. Мы контролируем распространение болезни и
уничтожаем носителей вируса. Если дело так пойдет и дальше, как оно идет
сейчас - даже если все случаи заболевания, которые мы обнаружим,
закончатся смертью - мы все еще сможем остановить эпидемию, постепенно
исключая переносчиков вируса от контакта со здоровыми людьми.
- Это все, доктор Перкинс? - спросил Сэм.
Он старался не показывать своего раздражения.
- Да, это все. Беспокойтесь о своей работе, а я побеспокоюсь о своей.
Зазвонил видео. Эдди сел на свое место и взял трубку. Сэм и Нита
покинули помещение.
Они молча прошли к лифту. Нита опасливо покосилась на выступающий
подбородок Сэма. Она почувствовала, как напряглись его мускулы, когда она
коснулась его руки.
- Сэм, пожалуйста, не теряйте мужества. Другие увидят...
- Если он не покажет им сообщения, то другие ничего не увидят. Он
снова занялся политикой, разве не ясно? Чудесный повод совместить это с
врачебным искусством.
- И все же, может быть, он по-своему прав. Пока снаружи все спокойно,
пока они могут удерживать болезнь под контролем...
- Но все идет не так гладко. Я достаточно видел, чтобы знать как
обстоят дела на самом деле. Мы должны пр...
