Том Клэнси. Игры патриотов
страница №2
...изких. Не так скоро. Вчера они здорово намучились. Я далвашей жене снотворное - надеюсь, она приняла его, - сэр Чарлз со всей
серьезностью заглянул Райану в глаза. - То, что я вам сказал ранее - это не
просто так.
Чувство неудобства, напряжение действительно замедлят ваше
выздоровление.
Прислушайтесь к моим рекомендациям, и через неделю вы расстанетесь с
постелью, а через пару - мы вас, возможно, и вовсе выпишем. Но вы должны
точно выполнять мои предписания.
- Понятно. И спасибо. Кэти сказала, что вы отлично починили мое плечо.
Скотт попытался показать, что не придает значения этим словам, однако
на губах его чуть обозначилась улыбка.
- Надо окружать своих гостей должной заботой. Вечером я загляну
посмотреть, как у вас дела. - И он ушел, на ходу давая какие-то распоряжения
сестре.
***
Полиция явилась в 8.30. К этому времени Райан уже управился с завтраком
и умылся. Завтрак поверг Райана в уныние, и Вильсон покатывался со смеху от
его комментариев по этому поводу. Но Киттивэйк была так удручена его
недовольством, что он напрягся и съел все, включая и пареный чернослив,
который ненавидел с детства. Только потом он сообразил, что ее огорчение
было, вероятно, наигранным, чтобы заставить его проглотить эту пакость.
"Сестры, - напомнил он себе, - они хитрые". В восемь пришел санитар и помог
ему умыться, а потом подержал перед ним зеркало, пока он брился, вздрагивая
при каждом порезе.
Четыре пореза. Он привык к электробритве и уже несколько лет как не
держал в руках опасной бритвы. К половине девятого Райан снова почувствовал
себя человеком. Киттивэйк принесла еще чашку кофе. Он был так себе, но
все-таки кофе.
Полицейских было трое - видать, важные шишки, судя по тому как вскочил
Вильсон и засуетился, предлагая им стулья, а потом, извинившись, скрылся в
коридоре.
Джеймс Оуинс - похоже, старший по рангу - вежливо осведомился о
здоровье Райана. Он напомнил ему отца - кряжистый, широкоплечий человек.
Судя по большим, грубым рукам, он был из тех, кто пробился в начальники
после многих лет трудной службы простым полицейским, обеспечивающим закон и
порядок на улицах.
Старший инспектор Уильям Тейлор был моложе своего коллеги из отдела
борьбы с терроризмом. Ему было лет сорок и выглядел он поизысканней. Оба
офицера были хорошо одеты, и у обоих глаза покраснели от усталости.
Но лучше всех был одет самый молодой из них - Дэвид Эшли. Он походил на
Райана ростом и сложением, разве что был лет на пять старше. Он представился
сотрудником министерства внутренних дел и держался спокойнее всех.
- Вы уверены, что вам это уже под силу? - спросил Тейлор.
Райан пожал плечами.
- Надеюсь... Да и незачем терять время.
Оуинс извлек из портфеля магнитофон и пристроил его на прикроватном
столике. Воткнув в магнитофон два микрофона, он один нацелил на Райана, а
другой - в сторону своих коллег. Нажав кнопку, он объявил, какой сегодня
день-месяц-год, час и место записи.
- Доктор Райан, - спросил он официальным тоном, - известно ли вам, что
эта беседа фиксируется?
- Да, сэр.
- Есть ли у вас возражения по этому поводу?
- Нет, сэр. Могу я задать вопрос?
- Конечно, - сказал Оуинс.
- Надеюсь, я ни в чем не обвиняюсь? Если я ошибаюсь, то мне надо
связаться с моим посольством и попросить адво...
Став объектом внимания столь высокопоставленных полицейских чинов,
Райан почувствовал изрядное беспокойство, но ему не удалось договорить до
конца - его остановил смех м-ра Эшли. Он заметил, что оба других офицера
смотрят на Эшли, как бы уступая ему право ответить на слова Райана.
- Доктор Райан, - начал тот, - вы все перепутали. Заявляю официально,
что вы ни в чем не обвиняетесь. Вознамерься мы это сделать, нам пришлось бы
уже сегодня вечером искать себе другое место службы.
Райан кивнул, пряча овладевшее им чувство облегчения. Он, конечно,
знал, что его не в чем винить, но при всем том помнил, что закон - такая
штука, в которой мало здравого смысла. Оуинс начал зачитывать вопросы из
своего желтого блокнота.
- Сообщите, пожалуйста, ваше имя и адрес.
- Джон Патрик Райан. Мой почтовый адрес - Аннаполис, Мэриленд. Наш дом
в Перегрин Клифф, милях в десяти к югу от Аннаполиса, на берегу Чесапикского
залива.
- Вы где-то работаете? - спросилл Оуинс и что-то черкнул в своем
блокноте.
- Полагаю, вы можете записать, что я работаю в двух местах. Преподаю
историю в Военно-морской академии в Аннаполисе, время от времени читаю
лекции в Военно-морском колледже в Ньюпорте и иногда консультирую на
стороне.
- И это все? - спросил Эшли с дружеской улыбкой. "Дружеской ли?" - Джек
размышлял о том, сколько они успели разузнать о его прошлом за эти
пятнадцать или сколько там? - часов, и на что именно этот Эшли намекает. "Ты
- не полицейский, - подумал он. - Но кто ты на самом деле?" В любом случае,
ему надо было придерживаться легенды о том, что он время от времени был
консультантом в "Майтек корпорейшн".
- Какова цель вашего визита в Англию? - продолжал Оуинс.
- Комбинация отпуска с исследовательской работой. Я собираю материал
для новой книги, а Кэти нуждалась в некотором отдыхе. Наша дочь дошкольница,
так что мы решили поехать именно сейчас, после туристского сезона.
Райан взял сигарету из пачки, оставленной Вильсоном. Эшли щелкнул
золотой зажигалкой.
- У меня в пиджаке - правда, я не знаю, где он, - есть рекомендательные
письма вашему Адмиралтейству и Королевскому военно-морскому колледжу в
Дартмуте.
- Мы нашли эти письма, - сказал Оуинс. - Боюсь, их будет трудно
прочесть, да и пиджаку вашему пришел полный конец. Что не сделала кровь,
довершили ваша жена и наш сержант штыком. Так, когда вы оказались в
Великобритании?
- Сегодня четверг, верно? Мы вылетели во вторник ночью из
вашингтонского аэропорта Даллес. Прибыли где-то в полвосьмого утра, в отеле
были в полдесятого или около того, позавтракали в номере и легли спать.
Перелеты всегда выбивают меня из колеи - разница во времени... В общем, я
тут же вырубился.
Это было не совсем так, но Райан считал, что им вовсе не обязательно
знать все.
Оуинс кивнул. Они уже знали, почему Райан не любит летать.
- А вчера? - спросил он.
- Я проснулся около семи, кажется, позавтракал и просмотрел газету -
все это в номере, - а потом просто валялся на кровати где-то до полдевятого.
Я договорился с женой встретиться возле парка около четырех пополудни, а
потом отправился на такси в Адмиралтейство - это оказалось недалеко, мог бы
и пешком дойти. Как я уже сказал, у меня было рекомендательное письмо к
адмиралу сэру Александру Вудсону, который заведует архивами ваших ВМС. Он
уже в отставке, правда. С ним мы спустились в затхлый подвал. Он дал мне все
материалы, которые мне были нужны, - подборку кое-каких радиодепеш,
собственно, обмен депешами между Адмиралтейством и адмиралом Джемсом
Сомервиллем. Он командовал вашим флотом в Индийском океане в начале сорок
второго года, а это как раз тема моей книги. Так что я провел три часа,
вчитываясь в поблекшие копии радиодепеш и делая всякие выписки из них.
- Пользуясь вот этим? - спросил Эшли, показывая Райану его планшет.
Джек прямо-таки выхватил его из рук Эшли.
- Слава Богу! - воскликнул он. - Я был уверен, что он потерялся.
Открыв планшет и положив на столик, он нажал несколько клавиш на
электронной панели.
- Ага, работает!
- Что именно представляет из себя это устройство? - поинтересовался
Эшли.
Все трое встали, чтобы посмотреть на планшет.
- Это моя любимая игрушка, - заулыбался Райан. Открыв планшет, он
продемонстрировал клавиатуру, как на пишущей машинке, и крохотный, желтого
цвета экран. Снаружи он выглядел всего лишь как обычный, хотя и дорогой,
одетый в кожу планшет, около двух с половиной сантиметров толщиной. - Это
портативный компьютер, "Модель-Си", выпускается в Кембридже. Один мой
приятель мастерит их.
У него микропроцессор МС-68000, память - два мегабайта.
- Нельзя ли переложить это на понятный язык? - спросил Тейлор.
- Прошу прощения. Микропроцессор это то, что и делает всю работу. Два
мегабайта значат, что компьютер способен запомнить до двух миллионов знаков
достаточно для целой книги. И вот мой бывший школьный приятель теперь
мастерит эти бесценные малютки. Он взял у меня взаймы, чтобы начать это
дело. Дома-то я работаю с "Эппл", а этот беру с собой в поездки.
- Мы поняли, что это какой-то компьютер, но наши ребята так и не
разобрались, как он работает, - сказал Эшли.
- Предохранитель. Вы вводите ваш личный код - без знания его все
блокируется. И если вы приступите к нему без кода, он просто не работает
точка.
- Вот оно что! - подал голос Эшли. - И надежно?
- Это вам надо спросить у Фреда. Не исключено, что как-то прочитать то,
что хранится в памяти, все-таки можно. Сам-то я не очень знаю, как работают
компьютеры, я просто пользуюсь ими, - пояснил Райан. - Так или иначе, вот
мои выписки.
- Вернемся к вчерашнему дню, - сказал Оуинс, обдав Эшли холодным
взглядом.
- Мы дошли до полудня.
- О'кей. Потом пришло время ленча. Какой-то человек на первом этаже
посоветовал мне бар - в двух кварталах от архива. Названия я не помню. Я
взял сандвич и пиво и во время еды все забавлялся со своей игрушкой. Что-то
с полчаса. А потом еще с часок я проработал в Адмиралтействе. Ушел я оттуда
около двух. Предварительно поблагодарив адмирала Вудсона - очень хороший
человек.
Потом на такси отправился... я не помню адреса, он на конверте одного
из моих рекомендательных писем. К северу от... от Риджент Парк, кажется. К
адмиралу сэру Роджеру Де Виру, который служил под началом Сомервилля. Его не
оказалось дома. Горничная сказала, что его нет в Лондоне - получил
неожиданное сообщение о смерти кого-то из своих близких и уехал на похороны.
Так что я оставил записку, поймал такси и поехал в центр, туда, где мы с
женой договорились встретиться. Но остановил такси за несколько кварталов и
решил пройтись пешком...
- Почему? - спросил Тейлор.
- Главным образом потому, что я одеревенел от всех этих сидений - в
Адмиралтействе, в самолете, в такси. Надо было подразмяться. Я обычно бегаю
по утрам, и мне этого не хватает...
- Где вы вышли из такси? - спросил Оуинс.
- Названия улицы я не знаю. На карте, думаю, показал бы вам.
Оуинс кивнул, давая понять, что Райан может продолжать.
- Тут меня чуть не переехал двухэтажный автобус, и полицейский
посоветовал мне не быть ротозеем.
Оуинс удивился этим словам и что-то записал в блокноте. Похоже, они об
этом инциденте не знали.
- Я купил журнал и без двадцати четыре - или около того - мы
встретились с Кэти. Они с Салли тоже пришли раньше времени.
- А как она провела день? - спросил Эшли. Райан был уверен, что они и
так уже все знали.
- По магазинам, в основном. Кэти бывала здесь не раз и без ума от
лондонских магазинов. Последний раз она была в Лондоне года три назад, на
конференции хирургов. Я тогда не смог поехать с ней.
- Оставила вас с ребенком дома? - спросил Эшли с улыбкой, в которой
была доля сарказма.
Райан почувствовал, что Оуинс раздражен.
- Нет, она была у дедушки с бабушкой. Тогда еще мать Кэти была жива.
Сам я в то время готовился к докторской диссертации, в Джорджтауне, - занят
был беспредельно. Чтобы получить степень, мне понадобилось два с половиной
года, и в тот последний год я как угорелый метался между университетом и
семинарами в Центре стратегических и международных исследований. Так что эта
поездка рассматривалась как отпуск, - состроил гримасу Райан. - Первый
настоящий отпуск со времен нашего медового месяца.
- Что вы делали в момент нападения на "роллс-ройс"? - вернулся к
основной теме Оуинс.
Все трое, казалось, даже подались вперед, ожидая его ответа.
- Ничего особенного. Мы толковали о том, где бы нам поужинать. И тут я
услышал взрыв гранаты.
- Вы сразу определили, что это граната? - спросил Тейлор.
- Да, - кивнул Райан. - У них очень специфический звук. Я терпеть не
могу эти чертовы штуковины, но в морской пехоте, в Куантико, нас учили
пользоваться ими. Как и стрельбе из пулемета. Там нам демонстрировали оружие
стран Восточного блока. Так что я знаю АК-47. По звуку он отличается от
наших автоматов, и это полезно знать в бою. Странно, что у них обоих не было
"Калашниковых".
- Насколько нам известно, - сказал Оуинс, - тот, кого вы ранили, вывел
машину из строя при помощи противотанковой винтовочной гранаты. Таковы
результаты расследования. Так что, судя по всему, у него была новая модель
"Калашникова" - АК-74. Калибр у него поменьше, и он может использоваться как
гранатомет. По-видимому, у него не было времени отцепить гранатометное
приспособление, и он продолжал стрельбу уже из пистолета. А кроме того, вы
же знаете, у него была еще и ручная граната.
Райан не знал о винтовочной гранате, к тому же у него вдруг выпало из
памяти, какие он вообще знает типы ручных гранат.
- Тоже противотанковая? - спросил он.
- Вы же в этом разбираетесь, не так ли? - заметил Эшли.
- Я ведь был в морской пехоте. Они называются, вроде бы, РКГ - или
что-то в этом роде. Могут проделать дыру в легкой бронированной машине и
подорвать грузовик, - ответил Райан и подумал: "Где они раздобыли эти
штучки-дрючки и почему не пустили их в ход?.. Что-то ты упустил, Джек".
- А потом? - спросил Оуинс.
- Прежде всего я заставил лечь на землю жену и дочку. Уличное движение
замерло почти сразу после того взрыва. Я, приподняв голову, пытался понять,
что происходит.
- Зачем? - спросил Тейлор.
- Понятия не имею, - ответил Райан задумчиво. - Привычка может быть...
Желание узнать, что там, черт побери, делается...
Можете назвать это глупым любопытством. Я увидел, что один парень
поливает огнем "роллс-ройс", а второй что-то там суетится позади машины,
словно бы готовясь перехватить любого, кто вознамерится выскочить из нее. Я
понял, что если двинусь влево, то смогу подобраться поближе к месту
действия. Меня прикрывали машины на улице. И вот я вдруг оказался всего
метрах в пяти оттуда.
Автоматчик был где-то за "роллс-ройсом", а другой, с пистолетом, стоял
спиной ко мне. У меня был шанс, и я решил воспользоваться им.
- Почему? - опять прозвучал вопрос. На этот раз спрашивал Оуинс, очень
тихо.
- Вопрос что надо. Я не знаю. В самом деле, - ответил Райан и замолчал
на какое-то время. - Это меня взбесило. Все, кого я до того момента встречал
в Лондоне, были симпатичными людьми, и вдруг два эти мудака убивают людей
прямо у меня на глазах.
- Были ли у вас какие-то догадки насчет них? - спросил Тейлор.
- Разве трудно догадаться? И это бесило меня тоже. Гнев - наверное, как
раз он и движет людьми в бою, - Райан задумался. - Надо будет обдумать это.
Так или иначе, как я сказал, у меня был шанс, и я им воспользовался. Это
оказалось легко. Конечно, мне повезло, - сказал Райан и остановился на миг,
заметив, что при этих словах брови Оуинса поползли вверх. - Тот, с
пистолетом, - дурак. Он даже не оглядывался проверить, что там сзади.
Уставился в свою зону обстрела и все - дуб дубом. Надо же всегда смотреть,
что по сторонам. Я застал его врасплох, - усмехнулся Райан. - Мой тренер по
футболу был бы доволен - я, действительно, врезал ему как надо. Только надо
было бы надеть щитки, а то вот доктор говорит, что я сломал себе ключицу. Он
довольно сильно ляпнулся. Я схватил его пистолет и выстрелил в него. Вы
хотите знать, почему?
- Да, - сказал Оуинс.
- Я не хотел, чтобы он поднялся.
- Он потерял сознание и пришел в себя только через два часа. У него
сильнейшее сотрясение мозга.
"Знай я, что у него граната, я бы не в жопу ему стрелял!.." - подумал
Райан.
- Откуда мне было это знать? Я должен был справиться еще с
автоматчиком, и мне было вовсе ни к чему, чтобы у меня за спиной был этот
гад. Поэтому я его и обезвредил. Я мог бы всадить пулю ему в затылок - в
Куантико, когда приказывают "обезвредить", то имеется в виду убить. Мой отец
был полицейским. Но сам я в этом не разбираюсь. О том, как действует
полиция, я в основном знаю из телевидения, а это, ясное дело, в основном
чушь. Все, что я понимал в тот момент, это то, что нельзя, чтобы этот парень
угрожал мне с тыла. Нельзя сказать, что это слишком оригинально, но в тот
момент мысль эта казалась мне вполне толковой. Крадучись, я обошел машину
сзади. Смотрю - тот парень ведет стрельбу из пистолета. Ваш Вильсон уже
объяснил, что с этим мне просто повезло.
Впрочем, не такой уж я безумец, чтобы идти на автомат с крошечным
пистолетом.
Он увидел меня. Мы выстрелили практически одновременно - просто я
оказался более метким. - Райан замолчал. Это было не совсем то, что он хотел
сказать.
"Разве так оно было на самом деле? - подумал он. - Но если ты сам не
знаешь, то кто же знает?" Он на себе испытал, что в критические моменты
время то сгущается, то растягивается - и при этом чуть ли не одновременно.
"И это ведь тоже, наверное, искажает воспоминания? Что еще мог я тогда
сделать?" Он покачал головой:
- Трудно сказать, - продолжал он вслух. - Возможно, мне надо было
сделать что-то другое. Может, надо было крикнуть:
"Брось оружие!" или: "Ни с места!" - как в кино. Но на это просто не
было времени. Это же один миг - или он или я... Понимаете, что я имею в
виду? Вам... вам не до того, не до размышлений, когда у вас всего
полсекунды, чтобы принять решение. Наверное, тут срабатывают тренаж и
инстинкт. Сработал мой тренаж в морской пехоте. А там вас не учат, как
арестовывать. Конечно, клянусь Всевышним, я не хотел кого бы то ни было
убивать, у меня просто не было иного выхода. - Он снова умолк. - Почему
он... не бросил оружие, не бежал? Он же видел, что я взял его на мушку. Он
должен был понимать, что тут моя взяла, Райан откинулся на подушку.
Собственный рассказ слишком ярко оживил в памяти случившееся. "Это ты ведь
его убил, Джек, Он мертв, раз и навсегда. У него ведь тоже были инстинкты,
не так ли? Но твои сработали лучше. Так почему же это не успокаивает тебя?"
- Доктор Райан, - спокойно произнес Оуинс, - мы опросили шесть
свидетелей, которые видели все. Сравнивая их показания с вашими, следует
сказать, что вы описали ситуацию с поразительной четкостью. Учитывая
обстоятельства дела, я... мы не считаем, что у вас была какая-то возможность
действовать иначе. Со всей определенностью, какая только возможна в такого
рода обстоятельствах, можно утверждать, что вы действовали абсолютно верно.
И если вас беспокоит то, что вы произвели второй выстрел, то забудьте об
этом - это неважно. Ведь первая ваша пуля попала ему прямо в сердце.
- Да, - кивнул головой Джек, - я видел это. Второй раз я выстрелил
чисто автоматически, рефлекторно. Пистолет сам пошел вниз и - бах! Без
всякой мысли... Странно, как работает мозг в такие минуты. Словно одна часть
вашего тела делает дело, а другая только наблюдает. "Наблюдающая часть"
видела, что я влепил прямо в яблочко, а "действующая часть" продолжала свое
дело, пока он не рухнул на землю. Вероятно, я еще и еще жал на курок, но там
уже не было патронов.
- Вас в морской пехоте, в самом деле, хорошо научили стрелять, -
заметил Тейлор.
Райан покачал головой.
- Это отец меня научил, когда я еще был пацаном. В морской пехоте
теперь не очень то придают значение стрельбе из пистолетов - они больше для
вида. Если уж неприятель на расстоянии пистолетного выстрела от тебя, то,
значит, надо отходить. У меня там была винтовка. Так или иначе, тот парень
был от меня всего метрах в пяти.
Оуинс опять что-то пометил в своем блокноте.
- Их машина рванула с места почти тут же. Мне было не до того, чтобы
разглядывать водителя. Это мог быть мужчина, а может, и женщина.
Единственное, в чем я уверен, это был белый. Машина газанула по улице и
скрылась за углом.
- Это было такси. Вы заметили это? - спросил Тейлор.
- А ведь действительно! Мне как-то не пришло это в голову. Вот
глупость!
Их же, этих такси, миллион. Так что ничего удивительного...
- Точнее - их восемь тысяч шестьсот семьдесят девять, - сказал Оуинс.
Пять тысяч девятьсот девятнадцать из которых черного цвета.
И тут Райана озарило:
- Скажите, это была попытка убийства или похищение?
- Трудно сказать. Во всяком случае, политическое крыло ВГИРА -
Временной группировки ИРА - "Шин Фейн" - выступило с заявлением, что не
имеет никакого отношения к случившемуся.
- И вы верите этому? - спросил Райан. Все еще под воздействием
болеутоляющих, он не заметил, как ловко Тейлор уклонился от прямого ответа.
- Да, мы склонны верить. Все-таки они не настолько безумны.
Политическая цена за такие акции слишком высока. Они усвоили это после
убийства лорда Маунтбеттена. Хотя это даже не ВГИРА сделала, а ИНАО -
Ирландская национальная армия освобождения. Так или иначе, они на этом
потеряли массу денег недополучили от тех, кто им симпатизирует в Америке, -
сказал Тейлор.
- Судя по газетам, ваши сограждане...
- Подданные, - поправил Эшли.
- Неважно... Ваш народ довольно сильно взбудоражен этой историей.
- Это верно. Просто поразительно, как террористам всегда удается
ошеломить нас. Всякий раз они придумают что-то новое, - заметил Оуинс.
Несмотря на бесстрастность тона, приличествующую профессионалу, Райан
почувствовал, что глава отдела борьбы с терроризмом готов собственными
руками оторвать голову тому бандиту, что сумел скрыться. И руки его были
достаточно сильными для такого дела. - Ну, а что дальше?
- Убедившись, что парень мертв - ну, этот, второй, - я посмотрел, что
там в машине. Шофер... Ну, вы сами знаете, что с ними стало - с ним и с
охранником.
Это был ваш человек, мистер Оуинс?
- Чарли - мой друг. Он прослужил в охране королевской семьи три года...
сказал Оуинс так, словно Чарли был жив, и у Райана мелькнула догадка, что,
вероятно, когда-то они работали вместе. В полиции - он это знал -
завязывается особенно прочная дружба.
- Ну, остальное вам известно. Надеюсь, кто-нибудь поблагодарит того, в
красном мундире. Он, слава Богу, задумался хоть на мгновение, а тут как раз
подоспел ваш человек и охладил его пыл. И мне, и вам было бы ни к чему, если
бы он проткнул меня штыком.
- Это уж точно, - согласился Оуинс.
- Кстати, его винтовка была заряжена или как? - спросил Райан.
- Если была, - спросил Эшли, - то почему он не стрелял?
- Когда кругом толпа, не больно-то постреляешь, даже если и можешь как
следует прицелиться, - сказал Райан. - Так была она заряжена или нет?
- Мы не можем обсуждать вопросы, связанные с охраной дворца, - сказал
Оуинс.
"Я знал, что она заряжена", - сказал самому себе Райан.
- А откуда он прибежал? Дворец ведь от того места довольно далеко...
- Из Клеренс-хауз - такое, знаете, белое здание, оно примыкает к дворцу
Сент-Джеймс. Для нападения террористы выбрали плохое время - или, может,
плохое место. У юго-западного крыла этого здания - пост охраны. Во время
атаки как раз шла смена караула - она там каждые два часа. А следовательно в
тот момент там был не один солдат, а целых четверо. Полицейские во дворце
услышали взрыв и стрельбу, и сержант, крикнув охраннику, чтобы тот следовал
за ним, помчался к воротам выяснить, что там происходит.
- Он-то, верно, и поднял тревогу? Поэтому все остальные и примчались
так быстро.
- Нет, это Чарли Уинстон, - сказал Оуинс. - В "роллс-ройсе" есть
электронная сигнальная система... Рассказывать об этом кому-либо не
обязательно. Она-то и подняла на ноги весь штаб. А сержант Прайс действовал
исключительно по собственной инициативе. Но ему не повезло, так как охранник
оказался спортсменом, так что ему все препятствия нипочем. Прайс попытался
было угнаться за ним, но упал и сломал себе нос. И все-таки он примчался на
место действия, да еще при этом успел передать по рации сигнал тревоги.
- И слава Богу, что он появился вовремя. Этот охранник напугал меня до
чертиков. Надеюсь, что сержанта тоже как-то наградят.
- Для начала - медаль и личная благодарность Ее высочества, - сказал
Эшли.
- Доктор Райан, нас смущает один момент. Вы оставили военную службу
из-за травмы, однако врачебный осмотр ее признаков не обнаружил.
- Я, вы знаете, после военной службы занялся маклерским бизнесом. И
когда кое-чего добился в этом деле, отец Кэти сделал мне одно деловое
предложение.
Тогда-то я и познакомился с Кэти. Я отказался от приглашения
перебраться в Нью-Йорк, зато с Кэти у нас пошло все лучше и лучше, и вскоре
мы обручились. Я тогда носил корсет, так как спина время от времени давала о
себе знать. И вот меня какого опять прихватило - уже после помолвки, - и
Кэти заставила меня пройти проверку в больнице Джонса Хопкинса, у одного из
ее учителей. Некий Стэнли Рабинович, профессор нейрохирургии. Он провозился
со мной три дня всякие там тесты, знаете, - и сказал, что может полностью
починить меня, сделать как новеньким.
- Оказалось, что врачи в Бетесде опростоволосились с моим диагнозом. Я
без претензий к ним. Они отличные врачи, но Стэн, конечно, лучше. И, как он
сказал, так оно и есть. Он в ту же пятницу вскрыл меня, а два месяца спустя
я уже был почти как новенький, - сказал Райан. - Так обстоят дела с моей
спиной. Мне просто повезло влюбиться в прелестную девушку, которая к тому же
училась на хирурга.
- Ваша жена, действительно, человек многообразных талантов, -
согласился Оуинс.
- Однако вы сочли ее слишком настойчивой, - заметил Райан.
- Ну, не то чтобы... Просто в момент стресса люди поворачиваются не
самой лучшей стороной. Зато ваша жена прямо там же обследовала Их
высочества, чем сослужила нам немалую службу. Она отказалась оставить вас,
пока вы не оказались под опекой врачей, но за это ее трудно винить. Наша
процедура установления личности показалась ей, думаю, чересчур долгой, и,
естественно, она начала беспокоиться за вас. Мы могли бы справиться с этим
поживее...
- Не надо извиняться, сэр. Мой отец ведь тоже был полицейским, так что
я знаю, как это бывает. Вполне понимаю, что установить мою личность было не
так-то просто.
- На это ушло более трех часов, в частности из-за того, что время было
неудачным. В пиджаке мы нашли ваш паспорт и права - к счастью, с
фотографией.
Где-то около пяти мы связались с юрисконсультом вашего посольства - в
Америке это полдень. Время ленча. Он позвонил в балтиморский отдел ФБР, а
они в свой черед, - коллегам в Аннаполис. Процедура опознания личности
довольно проста, но сначала им надо было разыскать кого-нибудь в вашей
Военно-морской академии, кого-нибудь, кто знал вас там. Потом они нашли
агента из бюро путешествий, который заказывал вам билеты и гостиницу. Ну и
так далее. Но большинство всех этих людей были на ленче - так что мы
потеряли добрый час. Одновременно американское посольство направило запрос
по месту вашей былой службы в морской пехоте. В общем через три часа мы
получили о вас довольно обширную информацию, включая и отпечатки пальцев. У
нас были отпечатки, оставленные вами на самолетном билете и на
регистрационной форме, которую вы заполнили в отеле, и они, разумеется,
совпали с теми, что в вашем армейском деле.
- За три часа? Вот это да! - "Черт побери! - подумал он, - здесь вечер,
там - полдень, и все-таки они провернули все это за три часа".
- Ну, и пока все это тянулось, нам пришлось несколько раз приступать с
расспросами к вашей жене, пока мы не убедились, что она вспомнила все
виденное...
- И она всякий раз твердила одно и то же, не так ли? - спросил Райан.
- Именно, - сказал Оуинс и улыбнулся. - Это, знаете ли, прямо из ряда
вон выходящее что-то...
Райан усмехнулся.
- Из ряда вон, но не для Кэти. В некоторых вещах, особенно в медицине,
она - настоящая машина. Я удивлен, что она не вручила вам еще и пленку со
снимками.
- Она тоже это сказала, - ответил Оуинс. - Снимки в газетах - это один
японский турист сделал. Звучит, как выдумка романистов, не так ли?.. Кстати,
возможно, вам интересно узнать, что в вашей армейской части о вас довольно
высокого мнения, - сказал Оуинс и сверился со своими записями. - Вы были
отличником на курсе, да и отчеты об уровне вашей подготовки весьма лестные.
- Итак, вы удовлетворены? Я оказался хорошим парнем.
- Мы не сомневались в этом с самого начала, - сказал Тейлор.
- Однако в случаях тяжких преступлений приходится быть особенно
дотошным.
А этот случай - довольно запутанный.
- Меня тревожит одно обстоятельство, - сказал Джек. На самом деле, его
тревожило еще и многое другое, но голова у него работала слишком вяло, чтобы
свести все это воедино.
- Что именно? - спросил Оуинс.
- Какого черта ваши... Их высочества, так что ли?... Что они делали на
улице? И при одном охраннике только... Погодите, - Райан склонил голову
набок.
- Эта засада, - продолжал он медленно, чтобы справиться с напором
мыслей, - она ведь была спланирована, это не случайное нападение. И они
подстерегли их что надо. Ведь им надо было перехватить конкретную машину в
конкретном месте.
Кто-то все это рассчитал для них. Так что в атом деле участвовало
больше народу, не так ли? - спросил Райан. Гробовое молчание было ему
ответом. Но в другом ответе он и не нуждался. - У кого-то была рация... их
ведь надо было информировать о маршруте машины и о моменте, когда именно она
оказалась в зоне атаки. Даже и это еще не все - ведь надо было еще учесть
ситуацию с транспортом на улицах...
- Вы всего лишь историк, доктор Райан? - спросил Эшли.
- В морской пехоте учат, как устраивать засаду. Если вам надо устроить
засаду на конкретный объект... то прежде всего вам нужна разведывательная
информация, во-вторых, надо правильно выбрать место, а в-третьих, вы
расставляете дозорных, чтобы те дали знать о приближении объекта атаки...
Это всего лишь азбука. Почему именно тут, почему именно Сент-Джеймс парк?
Почему Мол? - "Террорист действует из политических побуждений. Объект атаки
и место ее осуществления выбираются для достижения наибольшего политического
эффекта", добавил он про себя. - Вы, - продолжал он вслух, - так и не
ответили на мой вопрос: было ли это покушение на жизнь или попытка
похищения?
- Мы и сами еще толком не знаем, - сказал Оуинс. Райан оглядел своих
гостей. Своими словами он коснулся больного места. "Машину они вывели из
строя при помощи противотанковой винтовочной гранаты, а кроме того, -
размышлял Райан, - у них были еще и ручные гранаты. Если бы они просто
хотели убить... эти гранаты сделали бы из машины лепешку, вместе со всей ее
броней. Зачем тогда вообще пистолеты? Нет, если бы это было покушение на
жизнь, они бы это провернули в два счета. Так что вы солгали мне, мистер
Оуинс. Это была попытка похищения, и вы это знаете".
- А почему всего один охранник в машине? - "Что именно сказал Тони?
рассуждал про себя Райан. - Незапланированная поездка? Первейшее условие
успешности засады - добротные разведданные... Но нельзя же докапываться до
этого тут, идиот!" - обругал он себя.
Положение спас Оуинс.
- Ну-с, мне кажется, мы все обсудили, - сказал он. - Мы, вероятно, еще
навестим вас завтра.
- А что террористы?.. Я хочу сказать, тот, раненный?
- Он не больно-то разговорчив. То есть вообще не желает с нами
общаться, даже имени своего не сообщил. Обычная история с этими типами. Мы
всего лишь несколько часов назад выяснили, кто он. В полиции за ним ничего
не числится.
Правда, он подозревался в участии в двух мелких делах, но не более
того. Он быстро поправляется и недели через три, - холодно сказал Тейлор, -
предстанет перед королевским судом. Суд присяжных, полагаю, приговорит его к
заключению в надежной тюрьме до конца его дней.
- Всего через три недели? - удивился Райан.
- Дело-то яснее ясного, - сказал Оуинс. - У нас есть три фотографии,
сделанные тем самым японцем. На них этот тип запечатлен возле машины с
пистолетом в руке. А кроме того, у нас еще есть девять надежных свидетелей.
Так что с ним не будет никакой возни.
- И мне предстоит увидеть все это собственными глазами, - констатировал
Райан.
- Само собой! Вы - наш главный свидетель, доктор. Чистая формальность,
но без нее никуда. И никаких попыток разыгрывать сумасшествие - не то, что у
вас, - парень, который стрелял в вашего президент?. Этот с отличием окончил
университет, из хорошей семьи.
Райан покачал головой.
- Ну, не жутко ли? Но ведь большинство подонков не из таких?
- Вы что-то знаете о террористах? - спросил Эшли.
- Только то, что читал о них, - быстро среагировал Райан. - "Это
промах, Джек. Надо замазать его", - тут же подумал он.
- Ваш Вильсон сказал, что АОО - маоисты.
- Верно, - сказал Тейлор.
- Безумие какое-то! Даже китайцы уже перестал быть маоистами... Кстати,
как там моя семья? Эшли рассмеялся.
- Наконец-то. Оставаться в отеле для них было бы не слишком уютно, не
так ли? В общем, они в весьма безопасном месте.
- Можете о них не волноваться, - включился Оуинс. - Им ничего не
грозит.
Даю вам слово.
- Ну а все-таки - где они? - не унимался Райан.
- Боюсь, мы не имеем права говорить это, - сказал Эшли. Они обменялись
между собой каким-то загадочными взглядами. Оуинс взглянул на часы, потом
обвел быстрым взглядом своих коллег.
- Ну-с, - сказал он, выключая магнитофон, - мы не станем больше
надоедать вам, тем более, что вы только-только после операции. Позже мы
навестим вас, чтобы уточнить кое-какие детали. А пока, сэр, примите
благодарность от всего Скотленд-Ярда за то, что проделали за нас нашу
работу.
- Как долго еще мистер Вильсон останется со мной?
- Трудно сказать. Весьма возможно, что АОО вами не очень-то довольна,
сказал Оуинс. - И мы будем в весьма неприятном положении, если они
попытаются убить вас и окажется, что у вас нет никакой охраны. Мы не думаем,
что это вероятно, но осторожность не помешает.
- Ну, что же, - согласился Райан. И подумал: "Я тут весьма удобная
мишень.
Даже третьеклассник может проткнуть меня леденцом".
- С вами желает пообщаться пресса, - сказал Тейлор.
- Дрожу от нетерпения. - "Только этого мне не хватало", - добавил он
мысленно. - Но нельзя ли это немного отложить?
- Проще простого, - сказал Оуинс. - Состояние вашего здоровья не
позволяет... Но вам следует привыкнуть к этой мысли. Вы ведь теперь нечто
вроде общественной фигуры.
- К чертям собачьим! - фыркнул Райан. - Я люблю жить незаметно. - "В
таком случае надо было не высовываться из-за того дерева, тупица! - обругал
он себя.
- Теперь расхлебывай!"
- Вы не можете отказывать им до бесконечности, - мягко заметил Тейлор.
Джек глубоко вздохнул.
- Вы правы, конечно. Но не сегодня. Да и завтра не слишком хотелось бы.
"Пусть эта шумиха сперва уляжется", - мелькнула у него глупая мысль.
Они покинули палату - полицейские и Эшли, которого Райан определил как
шпиона - то ли из разведки, то ли из контрразведки. Зато появились Вильсон с
Киттивэйк.
- Они вас утомили? - спросила медсестра.
- Надеюсь, что выживу, - сказал Райан. Чтобы убедиться в этом,
Киттивэйк сунула ему в рот градусник.
Через сорок минут после ухода полиции Райан с удовольствием засел за
свой игрушечный компьютер, просмотрел старые заметки и принялся за новые.
Кэти вечно (и справедливо) жаловалась, что когда ее муж читает или хуже того
- пишет, мир может провалиться в тартарары, а он этого и не заметит. Это
было не вполне так.
Краем глаза он заметил, что Вильсон вдруг вытянулся по стойке смирно,
но не оторвался от компьютера пока не закончил абзац. Закончив же его, он
увидел перед собой Ее величество - королеву Соединенного Королевства
Великобритании и Северной Ирландии - и ее мужа герцога Эдинбургского. Едва
его мысли приняли связный характер, он сперва проклял в душе тех, кто не
предупредил его об этом визите, а потом подумал, что, вероятно, выглядит
смешным - лежит, разинув рот...
- Здравствуйте, доктор Райан, - приятным голосом сказала королева. -
Как вы себя чувствуете?
- Э-э, вполне ничего, спасибо, э-э... Ваше величество. Не присядете
ли?..
В смысле - садитесь, пожалуйста, - промямлил он и попытался устроиться
попрямее в постели, но вспышка боли в плече остановила его. Зато боль
помогла ему собраться с мыслями, одновременно напомнив, что пора уже принять
новую дозу обезболивающих.
- Мы не хотели бы вам мешать, - сказала королева. Однако Райан
почувствовал, что она не намерена уйти прямо вот сейчас и тут же
сформулировал ответ.
- Ваше величество, визит главы государства никак не может быть помехой
чему бы то ни было. Я весьма польщен.
Вильсон бросился за стульями, а потом исчез за дверью. На королеве был
персикового цвета костюм, чья элегантная простота, должно быть, проделала
изрядную дыру даже в ее бюджете. На герцоге был костюм темно-синего цвета
покрой его наконец-то заставил Райана понять, почему Кэти хотела, чтобы он
купил кое-что из одежды именно в Лондоне.
- Доктор Райан, - сказал королева официальным тоном, - мы желаем
выразить вам глубочайшую благодарность от нашего собственного имени и от
имени нашего народа. Мы у вас в неоплатном долгу.
Райан слегка склонил голову в поклоне, более всего мучаясь мыслью, что
выглядит он просто ужасно.
- Я был рад услужить вам, мадам. Но, по правде говоря, я ведь ничего
такого не сделал. Любой на моем месте поступил бы так же. Просто я оказался
ближе всех к месту происшествия.
- Полиция на этот счет иного мнения, - заметил герцог. - И после того
как я побывал сам на месте происшествия и ознакомился со всеми
обстоятельствами, я склонен согласиться с мнением полиции. Думаю, что вы -
герой, хотите вы того или нет.
Джек вспомнил, что герцог был когда-то морским офицером - и, наверное,
неплохим, судя по его виду.
- Что вас на это подвигло, доктор Райан? - спросила королева. Она не
спускала внимательных глаз с его лица.
Джека осенила догадка.
- Простите, Ваше величество, вы спрашиваете, почему я сделал это или же
зачем американцу ирландского происхождения надо было делать это? - Он все
еще никак не мог разобраться в себе, все еще прокручивал в памяти события
того дня.
"Почему ты это сделал? Поймешь ли ты это когда-нибудь?" Он заметил, что
догадка его попала в самую точку и продолжал:
- Ваше величество, я не могу касаться проблемы Ирландии. Я - гражданин
США, и нам не до чужих проблем, благо своих хватает. Выходцы из Ирландии
неплохо преуспели в Америке. Нас везде полно - и в бизнесе и в политике,
хотя более типична ситуация, когда ирландец - это либо полицейский, либо
пожарный. Да и мой отец полжизни прослужил в полиции. Кстати, конница,
покорившая Запад, на треть состояла из ирландцев, да и по сию пору многие из
нас носят военную форму - особенно много ирландцев в морской пехоте.
У половины местного отдела ФБР - там, где я живу, - ирландские фамилии:
кто Талли, кто Салливан, кто О'Коннор, кто Мэрфи. Я это к тому, Ваше
высочество, что в Америке мы - силы порядка, цемент общества. И что же?
Сегодня самые прославленные в мире ирландцы - это маньяки, которые
подкладывают взрывчатку в машины, убийцы, сеющие смерть ради каких-то
политических соображений. Мне это не нравится, и мой отец тоже, уверен, был
бы не в восторге от этого. Он всю жизнь очищал улицы от такого рода
животных, помещая их в надлежащее место - в клетку. Сегодняшнего положения
мы добились тяжким трудом - слишком тяжким, чтобы приходить в восторг от
того, что теперь о нас думают как о народе террористов, - улыбнулся Джек. -
Я думаю, мне понятны чувства итальянцев в связи с мафией. Конечно, я не хочу
сказать, что все эти соображения в ясном виде наличествовали в моей голове
вчера, но так или иначе они сыграли свою роль. Я просто не мог остаться в
стороне, спокойно наблюдая за убийством и не пытаясь сделать хоть что-то. И
когда мне представился шанс, я воспользовался им.
Королева задумчиво кивнула. Некоторое время она смотрела на Райана с
дружелюбной улыбкой, а затем обернулась к мужу. Они понимали друг друга без
слов. Для этого, подумал Райан, они уже достаточно долго прожили вместе.
Когда она вновь повернулась к нему, он понял, что какое-то решение уже
принято.
- Итак, как нам следует вознаградить вас?
- Вознаграждение? - Райан покачал головой. - Большое спасибо, но это не
нужно. Я рад, что что-то сделал для вас. И этого достаточно.
- Нет, доктор Райан, этого недостаточно. Одна из приятнейших
особенностей моего сана в том, что я могу отдавать должное достойным. Корона
не может предстать в глазах своих подданных неблагодарной. - В глазах
королевы мелькнул веселый огонек, видимо, слова эти напомнили ей что-то
забавное.
Райан был очарован простотой этой женщины. Ему случалось читать, что
кое-кто считает ее не слишком умной, и теперь убедился, что это было не так.
В этих глазах светился живой ум. И остроумие тоже.
- А посему, доктор Райан, - продолжала королева, - решено, что вы
будете произведены в рыцари и кавалеры ордена Виктории.
- Как?.. Прошу прощения, мадам, - Райан заморгал, переваривая
услышанное.
- Орден Виктории учрежден относительно недавно - как знак отличия для
оказавших личную услугу короне. Вы, безусловно, относитесь к этой категории.
Впервые за много лет наследник престола был спасен от верной смерти.
Как историку вам, возможно, интересно узнать, что наши ученые не могут
прийти к единому мнению относительно аналогичного, последнего по времени,
прецедента.
Так или иначе, отныне вы будете известны как сэр Джон Райан.
И снова у Райана мелькнула мысль, что он, верно, смешон со своей
отвисшей челюстью.
- Ваше величество, законы Америки...
- Мы знаем, - мягко прервала она его. - Наш премьер-министр сегодня же
обсудит этот вопрос с вашим президентом. Мы полагаем, что ввиду особенной
природы данного случая и в интересах англо-американских отношений, этот
вопрос будет решен благоприятно.
- Кроме того, уже были прецеденты, - вступил в разговор герцог. - После
второй мировой войны ряд американских офицеров был удостоен этой чести. К
примеру, ваш адмирал Нимитц стал рыцарем и кавалером Ордена Бани. И генералы
Эйзенхауэр, Брэдли, Паттон тоже.
- Дабы не нарушить американский закон, звание рыцаря будет, вероятно,
рассматриваться как почетное, но для нас оно вполне реально.
- Хорошо, - выдавил из себя Райан, подыскивая достойные случаю слова.
Ваше величество, коль скоро это не противоречит законам моей страны, я сочту
для себя большой честью принять эту награду.
Королева просияла.
- Значит, этот вопрос решен. А теперь: как вы себя чувствуете? На самом
деле.
- Бывало и хуже, мадам. Я не жалуюсь, хотя мне бы и хотелось выписаться
отсюда поскорее.
Герцог улыбнулся.
- Ранение представляет вас в еще более героическом свете.
Немного драматизма никогда не мешает.
"Особенно, если это не ваше плечо, мой благородный герцог", - подумал
Райан. Вдруг его поразила мысль...
- Простите, - сказал он, - это рыцарство... Это значит, что моя жена
будет зваться?..
- Леди Райан, конечно, - снова одарила его рождественской улыбкой
королева, Джек заулыбался во весь рот.
- Знаете, когда я женился на Кэти, отец ее был просто вне себя - он
считал, что я своими книгами по истории никогда ничего не достигну. Может,
теперь он изменит свое мнение. - Он был уверен, что Кэти не станет возражать
против титула леди Райан. Нет, она не будет возражать, ничуть.
- В конце концов, не так уж и плохо?
- Совсем нет, сэр. И простите, если я вел себя так, словно не рад
этому.
Просто все это, боюсь, несколько сбило меня с толку. - Все это чертово
дело полностью сбило меня с толку", - покачал он головой. - Могу я задать
вам вопрос, сэр? - спросил он.
- Безусловно.
- Полиция скрывает от меня, где они держат мою семью. Они рассмеялись
от всего сердца. Потом королева сказала:
- Полиция считает, что не исключена возможность мести. Поэтому было
решено предоставить им более надежное место. В данных обстоятельствах мы
решили, что лучше всего разместить их во дворце - это самое малое, что мы
могли сделать для них. Когда мы отправлялись сюда, ваша жена и дочь крепко
спали, и мы строжайше наказали, чтобы их не тревожили.
- Во дворце?
- Уверяю вас, мы вполне можем разместить гостей, - сказала королева.
- О Боже, - пробормотал Райан.
- У вас есть какие-то возражения? - спросил герцог.
- Моя дочка, она...
- Оливия? - удивилась королева. - Она - чудный ребенок. Когда мы
впервые увидели ее прошлой ночью, она спала, как ангел.
Оливия - второе имя Салли, в память о ее бабушке - было уступкой семье
Кэти, уступкой, которая не сработала и мира не принесла.
- Салли, - сказал Райан, - действительно ангел, когда спит. Но днем это
ураган, и к тому же она большой мастер все ломать. В особенности ценные
вещи.
- Как можно говорить такое о ребенке! - королева притворно ужаснулась.
Это чудная девочка! Полиция говорит, что вчера она завоевала множество
сердец в Скотленд-Ярде. Так что, боюсь, что вы преувеличиваете, сэр Джон.
- Да, мадам. Не стоило спорить с королевой.
Глава 2
ЦВЕТЫ И СЕМЬИ
Вильсон промахнулся в своей оценке. Побег продолжался куда дольше, чем
предполагали в Скотленд-Ярде. Возле города Йорк, в шестистах милях от
Лондона, на посадку шел самолет авиалинии "Сабена". Занимавший место 23-Д
пассажир Боинга-737 был лицом внешне непримечательным. Его песочного цвета
волосы были коротко подстрижены, костюм его - приличный, хотя и помятый -
соответствовал облику средней руки служащего, который весь день-деньской
проработал и не успел толком выспаться перед полетом. Наверняка, бывалый
путешественник, судя по тому, что весь багаж его уместился в один саквояж.
Если бы его спросили о том, чем он занимается, он бы - с акцентом жителя
юго-западной Ирландии - довольно подробно поведал об оптовой рыботорговле.
Акцент он умел менять с той же легкостью, с какой другие меняют рубашки.
Полезный талант, поскольку, благодаря телевидению, местный говор Белфаста,
откуда он был родом, узнавали во всем мире. В самолете он читал "Таймс", и
темой, занимавшей всех пассажиров, было сообщение о покушении, которому была
посвящена вся первая страница.
- Ужасно, - согласился он с соседом, занимавшим кресло 23-Е,
бельгийским торговцем инструментами, которому было невдомек, что он-то
подразумевал под "ужасным" нечто иное.
Все долгие месяцы разработки планов, кропотливый сбор информации,
отработка операции прямо под носом у британцев, три маршрута отступления,
радиосвязь - все насмарку из-за этого чертова американца. Он так и сяк
изучал его фото на первой странице.
"Где ты теперь, янки? - думал он. - Джон Патрик Райан.
Историк! Говенный ученый! Бывший морской пехотинец - солдафон, сующий
нос куда не надо! Джон Патрик Райан. Католик, небось, черт бы тебя драл? Да,
Джонни чуть-чуть не заплатил тебе сполна... Жалко Джонни. Хороший был
парень, надежный. Любил оружие и был предан Делу".
Самолет наконец замер. Стюардесса отворила дверь, и пассажиры поднялись
с мест и потянулись за своими вещами на верхних полках. Он взял свой саквояж
и медленно двинулся вместе со всеми вперед. Он старался настроиться на
философский лад. Уже три года как он был "игроком", и насмотрелся, как
операции бывало проваливались по самым смехотворным причинам. Но эта была
особенно важной. И так ведь тщательно ее разработали. Он покачал головой и
сунул газету под мышку:
- "Надо еще раз попытаться, вот и все. Мы можем позволить себе быть
терпеливыми. Один провал, - убеждал он себя, - мало что значит. На этот раз
повезло тем. Нам бы чуть-чуть везенья - хотя бы разок. - В проходе
образовалась пробка. - Что с Сином? Не надо было брать его с собой. Он
участвовал в разработке операции с самого начала. Он знает слишком многое об
Организации. Сойдя на землю, он перестал тревожиться. - Син никогда не
расколется. Кто угодно, но не Син с его-то девчонкой, которая уже пять лет
как в могиле от шальной пули десантника.
Его, конечно, никто не встречал. Все другие участники операции уже
вернулись, снаряжение с уничтоженными отпечатками пальцев, выброшено на
помойку. Только он и рисковал быть опознанным, однако он был уверен, что
этот Райан не сумел толком рассмотреть его. На всякий случай он еще раз
прокрутил в памяти события того дня. Нет. Только удивление да боль были на
его лице.
Американец не мог ничего разглядеть, иначе его словесный портрет уже
был бы в газетах - с описанием лохматых волос и очков - и то и другое
фальшивое.
Закинув саквояж за плечо, он направился к месту парковки, шаря в
кармане в поисках ключей. В Брюсселе эти ключи взбудоражили детектор металла
в аэропорту - то-то смеху! Он улыбнулся впервые за весь день. А денек был
ясный, солнечный - настоящая ирландская осень. У него был новенький БМВ -
отличная машина. Раз уж выступаешь в роли бизнесмена, то надо чтобы все ей
соответствовало. И он выехал на дорогу, ведущую к убежищу - дому, где ему
ничего не грозило. Голова его уже была занята разработкой следующих двух
операций. Обе они потребуют массу времени, но время было единственным, чем
он располагал в неограниченном количестве.
***
Было довольно легко угадать, когда приходило время для очередной порции
обезболивающих. Райан бессознательно сгибал левую руку. Это не ослабляло
боли, но в...
