Кир Булычев. Алиса и крестоносцы
страница №4
... помочь.По стене прокатился, упал на пол камешек — Алиса подняла глаза и
успела увидеть, как в щель под потолком спряталась розовая ящерица. Так вот
где они здесь таятся! Впрочем, было бы наивно думать, что ящериц не
допускают на скалу исмаилитов.
Глава 11
Битва продолжалась недолго, хотя Алисе показалось, что прошло несколько
часов. Но, судя по всему, франки не успели собрать на помощь других рыцарей,
а может быть, никто и не захотел защищать графа де Шатильона. И видно было,
как то тут, то там франки начинают отступать.
Ящерицы, как удалось заметить Алисе, старались помочь своим союзникам,
но, видно, больше боялись за себя. Некоторые из них таились по окрестным
холмам и тайком стреляли из бластеров. Им удалось убить и ранить некоторых
сарацин, но это не повлияло на ход боя: все равно тяжелые рыцари в жаре и
пыли стали жертвами быстрых всадников Саладина, а пехотинцы один за другим
покидали поле боя. Сарацинские всадники догоняли их и либо убивали, либо
брали в плен.
Бой все приближался к скале, на которой стояла крепость исмаилитов. С
балкона уже можно было различить в громадном клубе пыли отдельные фигурки. А
там, откуда бой ушел, в пыли валялись убитые и раненые бойцы. Как махонькие
куколки, как раздавленные муравьи.
"Нельзя же!" — думала Алиса. Нельзя же воевать. Ведь воевать желают не
те, кто погибает, не невинные люди, они хотят жить, как тот молодой фидай,
которому Старец Горы приказал кинуться в пропасть. Те, кто хочет войны,
умирают не на поле боя. Вот и эта война началась уже много лет назад, когда
крестоносцы пришли сюда, чтобы завоевать Иерусалим. Жестокий толстяк
Райнольд де Шатильон напал на мирный караван, убил мать Мариам и издевался
над ее дочкой... Война нужна Шатильону! И Ричарду Львиное Сердце.
Алиса не успела додумать до конца, потому что в этот момент
окончательно решилась судьба сражения — сломленные франки, бросая оружие,
погоняя коней, ринулись с поля боя. Но бежали они не к замку де Шатильона, а
сюда, к скале — убежищу Старца Горы.
Старец, наблюдавший бегство в подзорную трубу, отбросил ее и ворвался в
комнату с криком:
— Сюда нельзя! Никто не должен знать, что мы союзники. Я с ними
незнаком!
Алиса так удивилась, что не удержалась и сказала:
— Но ведь все видели, как ваш фидай хотел убить султана Саладина!
— Нет! — закричал старик, дергая себя за черную бороду. — Это был не
мой фидай, это был чужой убийца. Вы ничего не докажете!
И Алиса поняла, что этот изувер и страшный фанатик — на самом деле
трус. Но ей от этого было не легче. Ведь такие трусы — самые опасные. А
вдруг он решит избавиться от Алисы и Мариам, чтобы никто не узнал, что они
получены им в подарок от графа? Ведь они свидетельницы того, что он хотел
убить Саладина и с помощью несчастной Мариам завладеть его троном.
На экране монитора было видно, как сарацины окружают рыцарей. Вот
сдаются графиня Констанца и храмовник Солсбери, вот стаскивают с коня
отчаянно сопротивляющегося графа де Шатильона. Его волокут к Саладину, граф
валится на пузо и едет, как пингвин с ледяной горки.
По пустыне неслись, прижимаясь к песку и стараясь остаться
незамеченными, розовые ящерицы — все они стремились к своему кораблю,
который был спрятан за скалой Старца Горы. Ящерицы были покрыты пылью, и их
никто не замечал.
Алиса переключила монитор на корабль: вокруг него царила страшная
суета, сотни, а может быть, и тысячи ящериц тащили внутрь какие-то ящички,
ящики, тюки, пакеты, коробки — видно, рассудили, что лучше утащить, что уже
добыто, чем потерять все, втянувшись в земные войны.
— Смотрите, госпожа! — воскликнула Мариам, дергая Алису за рукав.
Алиса увидела, что по степи к кораблю пришельцев несется, подпрыгивая,
телега, запряженная четверкой коней. На телеге — клетка, в которой сидит
скованный человек. Да это же Ричард!
Вот он поднялся и трясет прутья клетки, стараясь освободиться.
Значит, граф де Шатильон потащил Ричарда за собой в битву, не захотел
оставлять его в замке. А теперь ящерицы спешат отвезти пленника на корабль.
Это зрелище могло показаться смешным, хотя Алисе было не до смеха.
Лошади были буквально облеплены ящерицами, десятки их бежали по равнине,
натягивая поводья коней, другие взобрались им на спины и щипали, били,
погоняли несчастных животных, которые неслись, потеряв от страха рассудок.
— Мы должны спасти Ричарда! — закричала Алиса и кинулась вон из
комнаты.
Но в дверях стоял мрачный фидай, который выставил ладонь. Алиса
натолкнулась на нее и отлетела обратно в комнату.
— Это еще что такое! — рассердился Старец Горы, только сейчас
заметивший ее попытку к бегству. — И не мечтай! Ты останешься со мной и
будешь мне защитой. Пока ты у меня — мне ничто не грозит.
И Старец заквакал, растянув лягушачий рот.
Алисе пришлось подчиниться. Она была уверена, что обязательно убежит,
вырвется. Но главное теперь — спокойствие и выдержка. Ей уже приходилось
попадать в безвыходные положения. И она знала, что и из безвыходных
положений всегда есть выход.
Поэтому Алиса сделала вид, что ничего не случилось, и стала глядеть на
долину внизу. И вовремя. Потому что телегу с плененным Ричардом заметили и
настигли всадники Саладина. При виде их розовые ящерицы ринулись в разные
стороны.
Некоторые из них выхватывали бластеры и стреляли, но лучи бластеров не
могли пробить кольчугу. Видно, то, что смертельно для ящерицы длиной в
локоть, вовсе не столь опасно для человека. Из-за этого ящерицы не могли
участвовать в сражении — только путались у всех под ногами. Пожалуй,
союзникам лучше на ящериц не надеяться. Каждый спасается как может.
Понял это и Старец Горы.
— Убрать лестницы! — закричал он. — Закрыть ворота! Чтобы ни одна
муха не проникла в мою крепость!
И как бы в ответ на этот дикий крик из-за дивана показались две розовые
ящерицы. Они скользнули к двери и исчезли.
Тем временем всадники Саладина подскакали к скале Старца Горы, воины
окружили телегу, но клетку не раскрывали. Ричард стоял, держась руками за
прутья, и тяжело дышал. Ни одной ящерицы не было видно — они все скрылись в
корабле по ту сторону скалы.
К Ричарду подскакала кавалькада: впереди султан Саладин, следом его
свита — эмиры, ханы, шахи и другие начальники. Затем, чуть отстав, но
спокойно и уверенно к этому месту подъехал и Ричард Львиное Сердце в алом
плаще и под красным знаменем с тремя золотыми львами. Он был похож на
богатого туриста, попавшего на бой быков.
Чуть далее, окруженные арабскими всадниками, медленно брели связанные
пленники — союзники розовых ящериц. Может быть, Алиса и пожалела бы графа и
графиню Шатильон, но рядом с нею стояла девочка Мариам. И Ричард был так
избит, словно по лицу его били молотком — а они наврали, что его и пальцем
не тронули!
Войско скопилось вокруг телеги с Ричардом, и постепенно наступила
тишина. Алиса думала, что Саладин, подъехавший к Ричарду, сейчас заговорит с
ним, но вместо этого султан обратился к английскому королю, который сидел на
таком большом коне и сам был так велик, что султан рядом с ним казался
мальчиком.
— Добрый день, великий король, — произнес Саладин на языке франков.
— Добрый день, султан, — ответил король Ричард.
— Что привело тебя сюда? — спросил Саладин.
— Мне донесли, — сказал Ричард, — что ты решил напасть на
благородного графа де Шатильона и рыцарей-храмовников. Я поспешил сюда,
чтобы убедиться, не нарушили ли вы перемирие.
— Перемирие между войском Аллаха и неверными не нарушено! — ответил
султан. — Я пришел сюда не для войны, а чтобы вернуть мою честь.
— Кто обидчик твой? — спросил английский король.
— Здешний граф Райнольд де Шатильон, — произнес Саладин.
— Это он нанял фидая, который хотел убить тебя?
— Я не знаю, кто нанял жалкого убийцу, но прислал его Старец Горы, и я
накажу его.
— Так чем же граф оскорбил твою честь, сарацин?
— Хоть я и не обязан говорить о таких вещах с неверными, тебе, как
смелому и справедливому рыцарю, я скажу: граф де Шатильон напал на мирный
караван, с которым путешествовали в Египет моя сестра и ее маленькая дочка.
Он ограбил караван, он убил мою сестру. Он захватил подарки, которые я
посылал с сестрой в Египет, и захватил в плен дочь моей сестры, мою любимую
племянницу Мариам.
Саладин произнес эти слова срывающимся голосом.
— Не может быть! — возмутился английский король. — Неужели это
правда, граф де Шатильон?
— Не может быть мира с неверными! — откликнулся хриплым голосом граф.
— Я их уничтожал и буду уничтожать, как бешеных собак!
— Ты можешь уничтожать их в честном бою, — сказал английский король.
— Но как ты посмел напасть на мирный караван в дни перемирия и убить женщин
и детей?
— Эти женщины и дети, — с презрением воскликнул граф, — сами напали
на моих людей! А меня там даже и не было. Я ничего об этом не знаю.
— Это ложь! — Саладин сделал знак, и из толпы воинов вышел старик с
перевязанным глазом. — Вот, король, один из караванщиков. Ему удалось
спастись. Он тебе все скажет.
— Что мне слова твоего караванщика, султан! — ответил английский
король. — Против них есть слова знатного вельможи Франции и Иерусалимского
королевства.
— Но моя сестра и племянница погибли!
— Я ничем не могу тебе помочь. Мне мало свидетелей, которых ты
представил, — сказал английский король. — Поэтому я объявляю перемирие
прерванным и завтра же начинаю штурм крепости Аккра.
Ну как сказать ему? Как донести до него правду! Алиса сжала кулаки.
Неужели не найдется больше ни одного честного человека? Ричард, который
стоит в клетке, наверное, не подозревает, что девочка, которую пытали из-за
него, и есть племянница султана. Констанца же и рыцарь Солсбери никогда не
признаются.
— Нет! — услышала Алиса крик Мариам. — Я так больше не могу!
Алиса не успела остановить девочку, та бросилась на балкон. Она тянула
руки вниз, но люди, что казались близкими на экране монитора, на самом деле
находились очень далеко. Если бы король Ричард поднял голову, он увидел бы
лишь маленькую фигурку.
И тут в отчаянии девочка Мариам вспрыгнула на парапет и, широко
расставив руки, кинулась вниз с балкона.
Алиса в ужасе закрыла глаза руками.
Глава 12
К сожалению, в нашем рассказе мы совсем забыли о Елене Простаковой --
отважной спасательнице, которая по недоразумению попала в подземные казематы
замка Крак де Шевалье. Но Елена не из тех, кто сдается перед лицом
трудностей. Вы можете замуровать ее в скалу, опустить на морское дно,
выкинуть в космос, но, как и положено отважной спасательнице Института
Времени, она всегда найдет выход из положения. И не раз уже находила.
Мы оставили спасательницу в тот момент, когда она, прижавшись к стене
колодца, старалась просверлить в камне туннель, чтобы помочь неизвестному
пленнику, который пробивался сквозь гранит ей навстречу.
Два раза она обессиленно падала на пол. Но каждый раз вставала и снова,
как муха, поднималась к потолку.
Пропеллер с трудом удерживал ее на весу, но с каждой секундой работать
становилось все легче, потому что спасательница вскоре пробила в стене нишу,
которая постепенно превратилась в туннель, вернее — в глубокую нору.
Вот уже можно выключить пропеллер и вытянуться во весь рост на животе.
Елена Сергеевна замерла и целую минуту лежала неподвижно, затаив
дыхание. Она старалась понять, откуда и в каком направлении пробивается
неведомый узник, на помощь которому она спешит.
Вот этот звук! Кто-то скребся совсем близко — правда, теперь Елене
пришлось долбить свой лаз правее, чтобы не промахнуться.
Забыв об усталости, спасательница вгрызалась буром в скалу и ловко
сбрасывала отколотые камни назад, так что камни вылетали из ее норы, как из
пушки.
Елена Сергеевна так увлеклась своей работой, что забыла о времени. Она
и не подозревала, что наверху, в пыли и грохоте, идет самое настоящее
сражение, что Алиса и девочка Мариам смотрят за ним со скалы, где находится
крепость Старца Горы.
Когда Елена остановилась в очередной раз, чтобы прислушаться, она
поняла, что неведомый узник находится всего в метре от нее — еще чуть-чуть,
и она его спасет!
Но удивительное дело: словно услышав о том, что спасение близко, узник
прибавил прыти и принялся уводить свой лаз в сторону — испугался, что ли?
Тогда спасательница тоже прибавила скорости.
Узник еще больше заторопился.
Спасательница чувствовала, что уже догнала его, что роет ход
параллельно с его ходом. Они были как два земляных червя, которые устроили
соревнования, кто скорее прокопает лаз под грядкой.
И тут Елена сообразила, что делает лишнюю работу; она взяла левее и
через три минуты оказалась в только что проделанном туннеле.
Туннель этот был заполнен камешками и песком, которые оставил узник --
ведь он тоже отбрасывал назад камешки, которые отбивал от скалы. Так что
Елене было нелегко дышать, к тому же она страшно устала, несмотря на то, что
была очень выносливой.
— Ну, давай, немного осталось! — крикнула Елена сама себе.
Из последних сил она устремилась вперед, как крот, отбрасывая камни и
песок, и еще через минуту луч ее фонаря уловил движение впереди --
металлические подошвы отбрасывали ей в лицо куски породы. Вот он — узник!
К счастью, фонарь Елены был пуленепробиваемый. Доставалось только лицу.
Но Елена протянула вперед руки и схватила узника за ноги.
Тот отчаянно сопротивлялся. Он же не знал, что его спасают; наверное,
думал, что за ним гонятся.
Он тащил Елену как на буксире, только не сквозь воду, а сквозь каменные
крошки, что, конечно же, куда больнее для пловца.
Неизвестно, сколько это могло бы продолжаться. Вернее всего,
спасательница бы погибла. Но впереди оказалось пустое пространство --
большой подвал. И узник, которого Елена держала за дергающиеся металлические
ноги, вывалился в подвал и потянул за собой Елену, которая упала на него
сверху.
Оглушенные, они замерли.
Первым очнулся неизвестный узник. Он попытался убежать от Елены, но она
смогла снова схватить его и громко сказала:
— Нет, голубчик! Ты спасен и можешь меня благодарить.
— Я не просил меня спасать! — раздался высокий тонкий голос. — Я сам
спасаю Ричарда.
Елена Сергеевна зажгла свой фонарь и увидела, что по ошибке спасла
вовсе не Ричарда Темпеста и даже не какого-нибудь другого человека, а
странного на вид шарообразного робота с длинными руками и короткими ногами,
неизвестно как оказавшегося в глубоком подземелье замка Крак де Шевалье в
конце двенадцатого века нашей эры.
— Ты никого не можешь спасать, — заявила Елена Сергеевна, — потому
что ты не спасатель и вообще неизвестно, кто ты такой.
— Я археологический робот первого класса по имени Арх. А вот с кем
имею честь говорить, не знаю.
— А я спасатель Института Времени Елена Сергеевна Простакова. Я
прибыла сюда из двадцать первого века.
— Вы не очень спешили, девушка, — сказал на это археологический
робот. — Пока вы собирались, нас всех могли перебить, отдать в рабство и
посадить в тюрьму.
Елена Сергеевна Простакова немного обиделась.
— Во-первых, — произнесла она, — как только я получила сигнал
тревоги, я бросила все и кинулась сюда.
— Что такое — все? — строго спросил маленький робот.
Его бока были покрыты пылью и каменной крошкой, а кое-где даже помяты.
И некоторые из инструментов, которые служили ему пальцами, были погнуты и
обломаны.
— Я только-только села за стол, — призналась спасательница, — на
моем дне рождения.
— И сколько же вам лет, спасатель?
— Мне уже двадцать два года, — ответила Елена Сергеевна. — Но, к
сожалению, я слишком молодо выгляжу.
— Это исправимо, — утешил робот. — Но я бы не дал вам... поверните
фонарь, чтобы мне лучше было видно... спасибо. Я не дам вам больше
восемнадцати!
— Хватит разговорчиков. Спасая вас, я потеряла много времени. Мне пора
спасать Ричарда и Алису, — сказала Елена.
— А вы думаете, я чем занимался? — удивился робот. — Ведь я
пробивался именно сюда. В это подземелье.
— Почему?
— Да потому что я подслушал, что здесь они содержали Ричарда Темпеста.
— А где он теперь?
— Коллега, не задавайте глупых вопросов, — ответил робот Арх. — Вы
же видите, что его здесь нет.
Спасательница согласилась с роботом и быстро провела лучом фонаря по
стенам подземелья. И не зря. Возле железной двери на стене было выцарапано
чем-то острым:
"Меня уводят. Граф не хочет меня оставлять. Ричард".
— Вот видите, — сказал робот. — Я же знал, где искать.
— А я думаю, что теперь надо отыскать графа. Где граф, там и Ричард,
— заметила спасательница.
— Замечательная мысль! — воскликнул робот. — Может, вы знаете, где
Алиса?
— Нет еще. Но я ее тоже спасу.
— Тогда не будем терять время понапрасну.
Робот подбежал к железной двери и отворил ее. Никакой охраны поблизости
не было. Каменная лестница вела наверх.
Елена Сергеевна, сопровождаемая археологическим роботом, поспешила
наружу, хотя, конечно же, ей больше всего хотелось отдохнуть.
Они пробежали через пустой двор. Ворота в крепость были приоткрыты --
так спешили в бой стражники графа. Правда, на склоне холма Елена Сергеевна
увидела пастуха, который медленно брел за стадом овец. И она подумала:
что-то уж очень долго здесь гуляет одинокий пастух. И в этот момент
археологический робот произнес:
— Что-то не нравится мне этот пастух. Когда мы с Алисой здесь
проходили несколько часов назад, он уже здесь ошивался.
Спасательница подошла к пастуху. Тот очень удивился, увидев ее и
робота. Но не убежал.
— Скажите, — спросила спасательница, — куда повезли нашего друга
Ричарда Темпеста?
— И мою подругу Алису Селезневу? — спросил Арх.
Спасательница задала свой вопрос на арамейском языке, а потом на
арабском и еще шести языках. А Арх спросил на старофранцузском языке, потому
что они с Алисой на том языке уже со многими здесь разговаривали.
Но пастух ничего им не ответил. И неясно было, понял он что-нибудь или
нет. Но потом поднял руку и показал в сторону — туда, где над долиной
клубилась туча пыли.
Робот и спасательница побежали к туче, догадавшись, что там кипит бой.
Но через некоторое время Елена Сергеевна остановилась, чтобы проверить
направление.
— Что это еще такое? — спросил робот, крутя головой.
— Это "ричардоискатель".
— Зачем он нужен?
— Чтобы отыскать Ричарда Темпеста, — сказала спасательница.
Робот вытянулся на коротких ногах, чтобы разглядеть циферблат
небольшого приборчика. Там была стрелка. Она показывала в сторону тучи, и
рядом было указано расстояние: "4 км 760 м".
— Ричард там? — спросил робот.
— Вот именно, — ответила девушка.
— Значит, граф утащил его с собой, не рискнул оставить в замке. А
может, не сам догадался, а ящерицы подсказали.
— Кто подсказал? — не поняла спасательница.
— Его инопланетные союзники. Розовые ящерицы.
— А где же они?
— Вот это я и хочу проверить, — сказал робот Арх. — По моим
расчетам, их космический корабль должен скрываться вон в том ущелье, за
высокой скалой, на которой возвышается крепость.
— И вы пойдете туда? — удивилась спасательница.
— Да, пока вы будете спасать своего Ричарда, я постараюсь выручить
Алису Селезневу.
— Но почему вы решили, что она в корабле?
— Или в корабле, или вон в той крепости. Я не зря сидел в заточении в
замке Крак де Шевалье. У меня замечательный слух.
— Хорошо, — согласилась спасательница. — Как только я спасу Ричарда,
я сразу поспешу к вам на помощь.
Робот Арх не стал прощаться, а, с удивительной скоростью перебирая
ногами, ринулся в сторону скал. И скоро лишь клуб пыли указывал, где он
бежит.
Вдруг пыль перестала вздыматься — робот остановился и пронзительно
крикнул Елене:
— Тебе не дашь двадцати двух! Я думаю, тебе сегодня исполнилось
семнадцать!
Елена смотрела ему вслед и улыбалась — очень смешной и гордый робот!
Она уже готова была включить пропеллер и нестись в сторону битвы, как вдруг
ее внимание привлек далекий пронзительный крик. Подняв голову, она увидела,
как с балкона крепости, нависшего над бездонной пропастью, сорвалась
маленькая человеческая фигурка и, медленно переворачиваясь, полетела вниз.
Не забывайте, что Лена Простакова по своей натуре была спасательница. И
если она видела, что может кого-то или что-то спасти, она забывала о себе и
бросалась спасать. Именно таких людей и отбирают в спасатели Института
Времени.
Поэтому, увидев человеческую фигуру, падающую со скалы, да еще поняв,
что это ребенок, Елена забыла обо всем: о Ричарде, об Институте Времени и
даже о своей докторской диссертации "Опыт спасания сотрудников Института
Времени в чрезвычайных ситуациях каменного века". Она понеслась вперед,
чтобы подхватить девочку, прежде чем она коснется земли.
Лена обхватила девочку руками и бешено закрутила пропеллер, чтобы не
разбиться вместе с нею.
Ей удалось удержать девочку лишь у самой земли, и она упала на спину,
чтобы спасенный ребенок поменьше ушибся.
Пропеллер, конечно же, разлетелся вдребезги, спина превратилась в
сплошную ссадину. На затылке выросла шишка с апельсин. Притом Елена так
перепачкалась в пыли, что и родная мама не узнала бы спасательницу
Простакову.
Пока Лена, совершенно оглушенная, лежала на жухлой траве, Мариам,
которая даже и не поняла, что произошло — так она стремилась к дяде! --
поднялась и, прихрамывая, побежала к Саладину.
Как ни странно, никто, кроме Алисы и Старца Горы, не заметил падения
Мариам. А ее чудесное спасение вообще прошло незамеченным, потому что Алиса
в этот момент в ужасе зажмурила глаза, а Старец отвернулся — какой бы он ни
был жестокий, все же он не хотел смотреть, как разобьется несчастная
девочка.
Алиса очнулась от взрыва голосов — множество людей кричали и бряцали
оружием. Непроизвольно Алиса обернулась к экрану монитора и, к своему
изумлению, увидела, как к знатным воинам подбегает, хромая и горбясь,
маленькая девочка в разорванном платье.
Султан Саладин уже издали узнал племянницу. При виде девочки султан
ловко спрыгнул с коня и ринулся к ней навстречу. Он подхватил ее, поднял и
прижал к груди. Его воины горячили коней, размахивали копьями и мечами, и в
самый разгар этой суматохи султан поднял руку вверх, призывая к молчанию.
Алиса понимала, что чудес не бывает и люди не остаются живыми, упав с
высокой скалы, но как не поверить собственным глазам? Племянница султана
была жива и обнимала своего великого дядю.
Взгляд Алисы упал на супругов де Шатильон. Они были в ужасе. Граф Рено
пытался спрятаться в толпе рыцарей, он тянул Констанцу за руку, чтобы
прикрыться ею, а графиня зло отталкивала руки мужа.
Шум немного утих, и Алиса смогла различить голос султана, который
обернулся к английскому королю.
— Аллах велик! — произнес он. — И не оставит в беде и
несправедливости тех, кто верит в него. Ты видишь перед собой, король, мою
единственную любимую племянницу Мариам. Откуда ты взялась, девочка?
Мариам с трудом оторвалась от груди дяди и показала наверх:
— Меня держали в плену, вон там! Я прыгнула и улетела оттуда!
— Этого не может быть! — воскликнул король Ричард Львиное Сердце.
— Это чудо, сотворенное Аллахом, — ответил Саладин. — Не так ли?
— Воистину! — закричали его воины, ударяя мечами о круглые щиты.
— Почему ты оказалась там? — спросил Саладин.
— Меня подарили страшному имаму, — ответила Мариам.
— Проклятие! — услышала Алиса голос Старца Горы. — Это гибель! Он
никогда меня не простит. Он потратит всю жизнь, чтобы убить меня! И зачем я
согласился взять эту проклятую девчонку!
И с этими словами Старец Горы выбежал из комнаты во двор крепости, и
Алиса услышала, как он там отдавал приказания. Но она не прислушивалась,
потому что ей интереснее было следить за тем, что происходило на равнине.
— Кто же подарил тебя мерзкому старику? — грозно спросил Саладин,
когда гневные крики его воинов стихли.
— Вот этот человек, — сказала Мариам, — отдал Старику в рабство меня
и еще одну девочку.
И она показала здоровой ручкой на графа де Шатильона.
— Я его убью собственными руками! — закричал Саладин. — Я его
порублю на куски!
— Погоди, султан. — Алиса увидела, как король Англии подъехал ближе к
султану. — Я разделяю твою радость, потому что ты обрел потерянную
родственницу. Но я хочу знать, может ли она быть свидетельницей других
преступлений графа де Шатильона.
— Мариам, — попросил Саладин, — скажи королю франков, кто убил твою
маму?
— Мою маму убил этот страшный толстый франк, — сказала девочка.
— Она лжет! — испуганно завопил граф. — Как вы можете верить грязной
рабыне?
Король Ричард Львиное Сердце поморщился: он не любил трусов.
— Он убил мою маму, — повторила Мариам, — потом он меня мучил.
— Мучил? — Саладин побледнел от гнева.
— Мне трудно в это поверить, — сказал Ричард. — Я не слышал раньше о
подобной жестокости.
И тут неожиданно в разговор вмешался второй Ричард — пленный сотрудник
Института Времени.
— Клянусь вам, — произнес он, вцепившись в толстые прутья клетки. --
Эта девочка говорит правду. Я попал в плен к графу де Шатильону и его
друзьям. И они никак не могли добиться от меня нужных сведений. И когда они
поняли, что не заставят меня заговорить... — Голос Ричарда сорвался, и он с
трудом продолжал: — Они... — он показал на графа и графиню, — велели
привести девочку. Клянусь, я не сразу понял, что они могут пойти на это.
— Проклятый гяур! — закричал султан Саладин. — Значит, ты причина
всех моих несчастий! Убейте этого негодяя.
Воины рванулись к Ричарду, и лишь прутья клетки спасли ему жизнь.
Девочка Мариам закричала:
— Нет, не трогайте его, он добрый. Как только этот дядя понял, что они
со мной делают, он им все сразу рассказал — только чтобы избавить меня от
боли!
— Остановитесь! — приказал воинам Саладин. — Если принцесса Мариам
сказала, значит, так тому и быть. Ты свободен, франк, и можешь уйти, куда
хочешь.
Султан Саладин передал племянницу одному из воинов, а сам посмотрел на
короля Англии.
— Ну как, король Ричард? — спросил он. — Теперь наконец ты мне
веришь?
Вместо ответа король обернулся к Ричарду-временщику:
— Чем ты так провинился перед графом де Шатильоном, что он пытал тебя?
Что за тайну ты скрывал от него? Может быть, ты посланник дьявола?
— Вот именно! — закричала графиня Констанца. — Вы только поглядите
на него! Это сам дьявол!
— Если бы я был дьяволом, — улыбнулся Ричард, который отлично умел
владеть собой — этому учат в Институте Времени, — то кто бы удержал меня в
такой клетке?
— Это так, — кивнул Ричард-король. — Продолжай.
— Я путешественник из дальней страны. А графу нужны были секреты.
— Какие?
— Секреты пути в мою страну. Но ты знаешь, король, как тщательно
берегут торговые пути купцы всех стран.
— Так, значит, ты купец?
— Значит, я купец, — сказал Ричард.
Некоторое время король Ричард размышлял, разглядывая своего тезку --
оборванного, избитого, грязного, измученного, в котором родная мама не
узнала бы сотрудника Института Времени. Потом он произнес:
— Я верю этому человеку. У него добрые глаза.
— Значит, ты веришь и мне, король франков? — спросил Саладин.
Ричард Львиное Сердце наклонил голову.
Саладин глядел теперь на своих пленников.
— Я не виновата! — воскликнула графиня Констанца, увидев смерть в его
взгляде.
— Я не воюю с женщинами, хоть ты и виновата, — сурово сказал султан.
— Уходи! Ну, уходи же!
Констанца подобрала край платья и побежала прочь, в пустыню, не
оборачиваясь и даже не попрощавшись с мужем. Ее черные длинные волосы
растрепались — она стала похожа на ведьму.
— Констанца! — закричал граф де Шатильон. — Ты почему покинула меня?
Но та не слышала.
— Ты, рыцарь Храма, — сказал Саладин, обернувшись к молодому
храмовнику Солсбери, — тоже присутствовал при этом и не вступился за
ребенка. Ты проведешь остаток своих дней в моей тюрьме. Если тебя не выкупит
твой орден за сто фунтов золота.
— Мой орден никогда не заплатит столько за меня! — в ужасе воскликнул
храмовник.
— Это ваше дело, — ответил султан. — Уведите его.
После этого он посмотрел в глаза графу де Шатильону.
— Что же мне делать с тобой? — спросил он. — Что мне делать с тобой,
вонючая собака?!
— Я ни в чем не виноват! — закричал граф. — Меня оклеветали. Это все
розовые дьяволы виноваты. И ваш Старец Горы. Они опутали меня.
— Молчи! — приказал ему Ричард Львиное Сердце. — Я не хочу стыдиться
за благородных рыцарей.
— Король, выкупи меня! Я верну тебе любой долг.
— Ты отдашь мне этого человека? — спросил английский король.
— Есть вещи, которые нельзя купить, — ответил султан Саладин. — Это
слезы и смерть беззащитных женщин и детей.
— Ты прав, султан, — произнес король Англии и легонько натянул
поводья своего черного коня.
И тот послушно понес своего всадника прочь. За ним поскакали знаменосец
и несколько молчаливых рыцарей — свита английского короля.
И больше Алиса никогда его не видела.
— Король! — кричал ему вслед граф де Шатильон. — Я тебе расскажу
страшные тайны. Ты станешь владыкой мира!
Но Ричард не обернулся.
И тогда султан Саладин легким движением выхватил свой меч. Шатильон
отшатнулся, но Саладин был быстрее — граф упал на землю...
Воины и вельможи, окружившие султана, радостными криками приветствовали
смерть графа Рено.
— Месть свершилась! — воскликнул Саладин.
Все внимание было приковано к Саладину и мертвому графу.
И никто не заметил, как из тучи пыли вышла еще одна молодая женщина --
такая пыльная, измученная, что никто не обратил на нее внимания. Ведь за
средневековыми армиями всегда следовали толпы нищих, попрошаек, воров и
мародеров, которые, как вороны, питались падалью войны. Вот и эта женщина
казалась такой бродяжкой.
И когда она подошла к забытой всеми клетке, в которой был заперт Ричард
Темпест, на нее никто не смотрел.
Ловким движением спасательница сунула в отверстие замка, что закрывал
клетку, стальную заколку, которой скреплялись ее волосы. Замок послушно
щелкнул и открылся.
— Быстрее! — прошептала спасательница.
Она подставила Ричарду руку, и тот, с трудом опираясь на нее, выскочил
из клетки и побрел, прихрамывая, прочь.
Но и тогда никто не обратил на них внимания.
Когда они удалились от места битвы, спасательница включила пропеллер,
который, хоть и был сломан, все же помогал ей идти вперед.
— Так это ты, Елена! — воскликнул Ричард. — Я тебя сразу и не узнал.
— Ничего, — ответила Елена, улыбаясь, — вымоюсь, причешусь — и
узнаешь.
— Но у тебя на лице такие кровоподтеки! У тебя выбит зуб, под глазом
синяк.
— Ричард, — строго проговорила спасательница, — ты ведешь себя
невежливо. Ты забыл, что я спасательница и мне положено получать синяки и
шишки. А зуб вырастим новый.
— Мне тоже досталось, — виновато сказал Ричард.
И, помогая друг другу, они пошли к замку Крак де Шевалье.
По дороге они обогнали графиню Констанцу, но она их даже не заметила --
наверное, приняла за раненых из ее собственного войска.
Доведя Ричарда до круга, посреди которого находился воздушный туннель в
будущее, спасательница помогла ему войти в круг и сделать нужные движения,
чтобы включилась машина времени.
— А я сейчас слетаю за Алисой и вернусь, — сообщила Елена.
— Я хотел бы тебе помочь... — вздохнул Ричард.
— Ничего, не беспокойся, — ответила спасательница, — я не одна. Со
мной археологический робот Арх.
— Я буду ждать тебя, — предупредил Ричард и исчез. Улетел в двадцать
первый век.
Спасательница Елена Сергеевна оглянулась. Было тихо. Природа забыла о
сражении. Графиня Констанца медленно и устало поднималась по дорожке к
замку. Никто ее не встречал. И розового шарфа на ее шее в этот раз не было.
Пастух, который стоял у дороги возле стада овец, смотрел ей вслед.
Потом обернулся к Елене Сергеевне и подмигнул ей.
Та ничего не ответила, потому что так и не знала, на каком языке надо
разговаривать с пастухом.
Собрав последние силы, она побежала — потому что пропеллер совсем уж
никуда не годился — в сторону крепости исмаилитов.
Глава 13
Алиса больше не хотела смотреть на то, что происходит внизу. Честно
говоря, и смотреть-то было не на что.
В туче пыли, на фоне темнеющего восточного неба, скрывалась армия
Саладина, которая медленно уползала к Дамаску, уводя пленных и унося добычу.
Где-то там, на роскошных носилках, едет несчастная принцесса Мариам. А
может, она сейчас счастлива — для нее все хорошо закончилось... не то чтобы
хорошо, но могло быть хуже.
Алиса осторожно толкнула дверь комнаты.
Дверь послушно отворилась.
В крепостном дворе не было ни души. Там царило такое запустение, словно
последние фидаи вместе со своим имамом убежали лет сто назад.
Неужели они так испугались мести Саладина?
Впрочем, какое дело Алисе до всего этого? Она почувствовала, что
страшно устала за такой длинный день. Наверное, никогда в жизни еще так не
уставала.
Теперь домой, в двадцать первый век...
Еле переставляя ноги от усталости, Алиса пересекла крепостной двор.
Ворота были полуоткрыты. Она протиснулась в щель и стала спускаться вниз по
крутой лестнице, вырубленной в скале.
Стояла тишина, особенно ясной и спокойной она была после грохота битвы,
шума и криков.
Спуск казался ей бесконечным, и она вдруг испугалась: а что, если
Ричард уйдет в будущее и оставит ее здесь? Но тут же она улыбнулась своим
страхам — ее никогда не оставят в беде. Ведь даже в Средние века Саладин не
оставил в беде свою племянницу. А в двадцать первом веке люди друг друга
никогда не подводят.
Едва лестница обогнула скалу, перед глазами Алисы оказался космический
корабль розовых ящериц. А она вовсе забыла о них! Как же так? Ведь все из-за
них и началось. Алисе казалось, что эти ящерицы уже давно улетели к себе,
награбив что могли и внеся свару в наш мир.
Возле корабля было несколько ящериц — видно, они заканчивали последние
приготовления к отлету. Им очень повезло, что во время боя их не заметили ни
Саладин, ни король Ричард.
"Ладно уж, летите, — мысленно разрешила Алиса. — Но впредь мы будем
тщательно проверять прошлое время — нам совсем не хочется, чтобы нашу
планету грабили все кому не лень".
Размышляя так, она спустилась на землю и только сделала два шага в
сторону долины, как неожиданно кто-то накинул на нее прочную непроницаемую
ткань и сшиб с ног.
Вокруг раздавались шуршание, неясный шум.
Алиса попыталась вырваться, но потом поняла, что ее крепко держат --
наверное, напали какие-то работорговцы и она сама виновата, что потеряла
осторожность — будто гуляла по Москве, а не по Палестине двенадцатого века.
Алису куда-то волокли, она не сопротивлялась, потому что хотела
сохранить силы, когда убежит. А в том, что убежит, она не сомневалась.
Прошло минуты три-четыре — Алиса чувствовала, что ее похитители начали
втаскивать ее наверх. И было странно — она поняла, что у похитителей не
было рук. Ведь если тебя схватили и тащат, ты чувствуешь руки, которыми тебя
схватили. А ее тянут десятки маленьких лапок... Ну конечно же, это маленькие
лапки! Ящерицы!
— Этого еще не хватало! — возмутилась Алиса. — Мало вам грабить нашу
Землю, вы еще решили меня похитить. Нет, вам это даром не пройдет!
Тут лапки отпустили ее, Алиса сбросила с себя покрывало, и оказалось,
что она стоит посреди грузового отсека космического корабля, который
представлял собой обширный зал, набитый вещами и добром, которое ящерицы
набрали на Земле. Множество ящериц окружало Алису.
— Добро пожаловать на наш корабль! — сказала хромая ящерица.
— Немедленно отпустите меня! — потребовала Алиса.
— Нам нужен заложник, — ответила ящерица. — Мы потеряли твоего друга
Ричарда, но нашли ему хорошую замену.
— Но зачем вам я?
— Мы хотим спокойно улететь отсюда и знать, что никто не будет нас
преследовать. За пределами Солнечной системы мы тебя отпустим.
— Но ведь я буду жить через тысячу лет! Здесь у нас нет космических
кораблей. Кто меня найдет и вернет родителям?
— Ничего не знаем! — заявила ящерица. — Никому не верим! Ты наша
заложница.
Алиса разозлилась и, потеряв терпение, кинулась на ящериц.
— Перестань! — крикнула хромая ящерица. — Мы тебя расстреляем
паралитическими пулями. Ты этого хочешь?
И чтобы Алиса не сомневалась в ее словах, она выстрелила в девочку из
бластера. Алиса почувствовала боль в плече, и тут же плечо онемело.
— Ничего у вас не выйдет! — сказала Алиса, хотя ей больше всего
хотелось плакать.
— Приготовить корабль к полету! К нам приближается опасный противник!
— раздался голос сверху — видно, из пульта управления корабля.
— Ложись! — прозвучал приказ.
Все ящерицы вокруг — а было их несколько сот — улеглись на мягкий
пол, прижались к нему и покрыли центр отсека словно розовым ковром.
"Сейчас мы поднимемся в небо, и тогда я уж никогда не увижу моих
друзей", — подумала Алиса, но ничем не показала своего страха и даже не
стала ложиться, как велела главная ящерица. Она верила в спасение.
И в самом деле — в тот момент, когда по внутренней связи начался
отсчет последних секунд, случилось вот что.
В закрытом и задраенном люке появилась раскаленная белая точка. Точка
двигалась и превращалась в округлую линию. Ящерицы в ужасе заверещали.
И тут же точно такая белая точка появилась внизу в полу и тоже
превратилась в округлую раскаленную линию.
Раз — два — три!
Круг, вырезанный в люке из сверхпрочного металла, упал внутрь корабля,
пропустив вечерний свет пустыни, и одновременно другой такой же круг выпал
из корабля на землю.
Сквозь входной люк в корабль ворвалась длинноногая встрепанная худая
девушка с резаком в руке и сломанным пропеллером за спиной.
— Ни с места! — приказала она. — Спасатель Института Времени требует
немедленно отпустить Алису Селезневу!
А в полу корабля показалась нашлепка на шаре — голова робота Арха.
— Лапы вверх! — велел он. — Немедленно освободите мою подругу Алису
Селезневу!
— Ну вот, — сказала Алиса. — Доигрались. Вы сами виноваты в том, что
заставили моих друзей сделать в вашем корабле по крайней мере две дырки. Как
вы теперь улетите от нас — ума не приложу!
На самом деле Алисе хотелось сразу и плакать, и смеяться. От счастья,
что все кончилось, и от жуткой усталости.
Ящерицы принялись стенать и кричать. Даже требовать, чтобы люди
починили им корабль.
— Ничего особенного, — успокоила их Елена Простакова, которая отлично
разбирается в кораблях всех марок. — Если вы выгрузите все награбленное у
нас, то сможете починить корабль и кое-как доберетесь до дому.
— Мы не грабили! — закричали ящерицы. — Мы менялись.
Но Алиса, Елена и робот не стали задерживаться.
Они вышли из корабля ящериц и не спеша отправились к замку де
Шатильонов. У Алисы ноги подгибались, и поэтому она проехала часть пути
верхом на шаре — роботе Архе, который без передышки рассказывал о своих
приключениях. Но Алиса не слушала. Она дремала.
— Кстати, Алиса, — разбудил ее Арх. — Ты знаешь, что у нашей
спасательницы сегодня день рождения? Ей исполняется пятнадцать лет!
— Не говори глупостей. Мне — двадцать два, — отозвалась
спасательница.
— Ты красивая, но слишком худая! — не сдавался робот.
Они легко отыскали обведенный бороздкой туннель времени.
Воздух внутри этой бороздки был туманным и дрожал.
У дороги стоял молодой пастух.
— До встречи! — крикнул он по-старофранцузски.
Алиса зашла в кабину — а ее с роботом Архом отправили первой, --
кинула последний взгляд на замок Крак де Шевалье и увидела, что на башне
стоит графиня Констанца. Наверное, все от нее убежали, подумала Алиса.
Но тут машина времени заработала — Алису потянуло наверх, и через
минуту она уже стояла возле сверкающей кабины времени, перед которой ее ждал
похудевший вдвое от переживаний милейший археолог Громозека.
